Текст книги "Долгая дорога к тебе (СИ)"

Автор книги: Татьяна Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 31

Глава 31

Дарина

Мама где-то задерживается. Вот так всегда – когда она мне нужна. Хоть бы предупредила, что ли! Не дай бог мне опоздать на пять минут – сразу конец света. А если она – ничего, все норм. Ей можно.

Вернувшись домой из больницы, я снова не могу найти себе места. Брожу по квартире туда-сюда, как тигр по клетке. Разогреваю ужин, ем – будто картонку жую, без вкуса. Наконец терпение лопается, пишу:

«Мы, ты где?»

«Еду, скоро буду», – отвечает почти сразу.

Ага, едет! А время – десятый час. Как будто я волноваться не могу. Ну да, это ведь их… как это? А, прерогатива. Взрослых.

Наконец появляется. Вся какая-то… встрепанная. На свидание ходила, что ли? Тогда слишком рано пришла.

На свидание?! Ой… не дай бог с отцом Рината!

Хотя почему бы и нет? Теперь уже без разницы.

– Ужинать будешь? – подбираюсь осторожно. – Разогреть?

– Нет, Дань, спасибо, – говорит, снимая туфли. – Кофе закинь, пожалуйста.

Прямо язык чешется спросить, где была, но молчу. Не хватало только сейчас поругаться. Во-первых, завтра придет Ринат, во-вторых, надо как-то ей рассказать про его мамочку. И про моего папочку.

Или не говорить?

Да нет, лучше рассказать. Тем более отец сказал, она в курсе. Но, может, он имел в виду, что мама знает, что у него есть подруга? Просто какая-то? Не Румия?

Нет, все равно расскажу.

Она садится с кружкой за стол, я напротив.

– Мам…

– Дань…

Это звучит одновременно. Наверно, в другое время мы бы рассмеялись, но сейчас как-то… не очень смешно.

– Давай ты сначала, – говорит она.

– Ладно. Я ездила к бабушке в больницу сегодня. Она позвонила, попросила приехать. – На самом деле бабушка не просила, но так прозрачно намекала… А, неважно. – И там был папа. Не один. Со своей… подругой. Она в машине ждала. И он меня с ней познакомил.

– Твою же мать! – Мама резко ставит кружку, кофе выплескивается на стол.

– Да нет, не мою, – фыркаю по-кошачьи. – Это мать Рината. А еще папа сказал, что ты знаешь. Это правда?

– Да, – вздыхает тяжело. – Знаю.

– Так ты поэтому не хотела, чтобы мы встречались с Ринатом? Потому что папа с его матерью? А мне ничего не сказала?

– Нет. Я узнала только вчера. Точно так же. Поехала к бабушке и встретила его там. Правда, одного. И он мне сказал. И я не знала, говорить тебе или нет.

– Ну как видишь, он тебя опередил. Ты это мне хотела сказать? Сейчас?

Она кусает губы, греет ладони о кружку.

– Да, но не только. Мне сегодня отец Рината написал. Мы с ним виделись.

– Ого! У вас с ним что, тоже?..

– Да нет! – Мама морщится. – Ему Румия рассказала в воскресенье. Что хочет развестись и замуж выйти. Но не прямо сейчас, а позже. Когда Ринат школу закончит.

– Ой, чтобы бедный мальчик не расстроился! – На меня снова накатывает бешенство. Какие же они все противные! – А тайны-то и не получилось. Ну он же не знал, что мы встречаемся. Папа. Иначе не стал бы меня с ней знакомить. И вообще голову бы отгрыз.

– Ты ему рассказала? Ринату? – Мама хмурится, пьет кофе, поглядывая на меня поверх кружки.

– Пока нет. Завтра расскажу. А то все знают, а он один как дурак. Мам, давай я его завтра у метро встречу, по дороге и расскажу? Ты во сколько придешь, как обычно?

– Да, к семи где-то. К половине восьмого подходите.

– Только, мам, пожалуйста, давай не будем все это обсуждать, ладно? Когда он придет? – Я буквально умоляю ее, сложив руки на груди. – Ну представь, что это просто какой-то парень, которого я привела с тобой познакомиться. Что ты ничего о нем не знаешь, кто он и что он. Очень тебя прошу.

– Хорошо, Дань.

Она встает, споласкивает кружку, ставит в сушилку. Целует меня и идет в ванную.

Сижу на кровати, пытаюсь успокоиться, машинально листаю рилсы в ТикТоке. Сейчас бы Кульке позвонить, но… Нет, я пыталась, хватит. Да и как бы я вывалила ей всю эту кучу? Это ведь не только меня касается.

Телефон жужжит – Ринат:

«Привет. Как ты?»

«Трудно сказать. Но по завтра пока все в силе. Подъезжай к семи, я тебя у метро встречу».

«Да я помню, как идти».

«Пройдемся немножко».

«Ок. Наберу?»

«Давай».

Он звонит, мы просто болтаем обо всем подряд, и я немного успокаиваюсь.

Ну правда, все это противно, но никакой драмы не произошло. Никто не умер – и на том спасибо. Главное – что мама на моей стороне, а все остальное переживем.

Конечно, я могла бы рассказать все прямо сейчас, по телефону, но нет. Лучше как вчера. Все-таки о важном лучше разговаривать, когда видишь человека. Тогда сразу понимаешь, как он относится к тому, что говоришь, а не пытаешься угадать по голосу. А голос Рината я просто слышу – и уже становится хорошо.

На следующий день с самого утра вылизываю квартиру. У нас обычно не то чтобы грязно, но… и не идеальная чистота. На неделе маме некогда, убирает в выходные по возможности. Я не фанат уборки, если просит – помогаю. А сегодня самой хочется, чтобы все блестело. Не хватало только, чтобы Ринат подумал, будто мы с ней две неряхи.

Время пролетело! Спохватываюсь, что уже шесть, а я вся грязная, потная. Лезу в душ, мою голову, сушу волосы. Пока оделась, причесалась – уже и выходить пора. Бегу к метро, в наушниках моя любимая Мари – «Смотри, какими мы счастливыми можем быть» (Строка из песни Мари Краймбрери «Иначе все это зря» ). Как будто про нас с Ринатом.

Он уже приехал, стоит, ждет. В руках какой-то пакет. Подлетаю, обнимаю, он меня целует. Немного смущаюсь – кажется, что все на нас смотрят. Но и радуюсь тоже. Пусть смотрят. Кулька бы увидела – обзавидовалась.

– Что это у тебя? – спрашиваю, кивая на пакет.

– Отец сказал, чтобы купил чего-нибудь к чаю. Взял тортик маленький, ничего?

– Супер! – показываю большой палец.

Какой же он все-таки классный! И отец наверняка тоже хороший. Не то что мать.

Вспоминаю – и сразу словно солнце за тучу.

– Слушай, я специально вышла тебя встретить. – Беру его за руку. – Пока дойдем, мне надо кое-что рассказать.

Глава 32

Глава 32

Дарья

– Даш! Даша!

Вздрогнув, я посмотрела на Тоню, которая таращилась на меня с недоумением.

– Але, гараж! – Она помахала рукой с растопыренными пальцами. – Вы на связи? Третий раз зову. А ты смотришь в одну точку, рот раскрыла, слюни текут.

– Какие слюни? – Я вытерла губы. – Нет никаких слюней.

– Шучу. Нет, правда, уставилась куда-то в мировое пространство и выпала. О чем думаешь?

– Иван Даньку со своей подружкой познакомил, представляешь? Мол, это твоя будущая мачеха.

О том, что подружка эта – моя бывшая якобы подружка, говорить не стала. Весь этот винегрет был точно не для посторонних.

– Вот кобель! – возмутилась Тоня. – А она что? Даня?

– Не в восторге.

– Ну еще бы! Хотя… бывает так, что детки от мамаши убегают к отцу и его новой мадам.

– Ну там убегать пока некуда, и вообще… – Я отмахнулась. – Тонь, ты квартальную сводку закончила?

– Сейчас, – буркнула она недовольно и защелкала мышкой.

Да, тут выпадешь из реальности. Из такой реальности очень хочется выпасть. Ни дня без сюрпризов. Чем дальше в лес…

А задумалась я, вспомнив, как Тим вежливо и деликатно отклонил мое вчерашнее предложение.

– Даш, я бы с удовольствием, – ответил он, коснувшись моих пальцев. – Но сейчас это не слишком уместно. Мне кажется, пока детям не стоит знать о такой… рокировке. Ринат, конечно, в курсе, что между нами все плохо, но о разводе вопрос пока не поднимался.

– Мне кажется, он уже достаточно взрослый, чтобы пережить это, – возразила я.

– Да не в том дело, Даша. Разумеется, переживет, он не барышня-невропатка. Но это, как ни крути, катастрофа миропорядка. А у него выпускной класс, экзамены, поступление. Только поэтому мы с Румией и договорились подождать. Теперь-то я понимаю, что надо это было сделать давным-давно. Но все мы задним умом крепки. Короче, если я приду к вам вместе с ним, у них обоих наверняка появятся ненужные вопросы.

– Да, ты прав, – нехотя согласилась я и мысленно отвесила себе подзатыльник.

Потому что дура ты, Даша, вот что!

Разговаривали мы еще долго – и о детях, и о себе. В общем, эта наша встреча получилась не в пример приятнее предыдущей. Но по дороге домой я решила, что Тим может поступать как угодно, а Даньке все-таки расскажу. Не о Румие, конечно, а о том, что папаша, возможно, скоро женится.

Однако все пошло по звезде. Наверно, Ивану очень сильно икалось от моих пожеланий, когда Данька рассказала, как он познакомил ее… с Румией.

Вот уж точно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Решила внучка навестить бабушку в больнице – и вот пожалуйста, получите и распишитесь. Как она сказала, тайны не вышло.

Извини, Тим, я тут ни при чем. Все претензии к сладкой парочке.

И вообще я обещала, что вечером, когда придет Ринат, никаких разговоров на эту тему не будет.

Ужин у меня был, но я зашла в магазин, купила тортик к чаю. Данька уже убежала встречать своего принца. Дома все сияло. Вот что любовь с девчонками делает! Если бы я ее просила или заставляла, такой чистоты точно не приключилось бы.

Так, мать, соберись! Ничего тут эдакого. Просто дочь приведет мальчика познакомиться. Это только в первый раз страшно. Может, они через месяц разругаются насмерть. А может, и нет, кто знает. И неважно, чей он сын.

Так я убеждала себя, накрывая на стол, вытаскивая из холодильника всякие миски-кастрюльки. И в окно поглядывала – пока не увидела, как они идут через двор, держась за руки.

Когда они в парадной целовались, я его толком и не рассмотрела. На фотографиях в контакте он мне не понравился: показался слишком смазливым и самоуверенным. Хотя, конечно, предубеждение сыграло свою роль. Но когда они вошли, подумала, что мальчишка как мальчишка, даже вполне симпатичный. Поздоровался вежливо, пакет с тортом протянул.

Интересно, сам додумался или Тим подсказал? Придется на стол ставить, купленный мною пусть поскучает в холодильнике, не пропадет.

Я свое обещание сдержала: ни слова о его родителях не прозвучало. Разговаривали только о них: о том, чем Ринат интересуется, занимается, куда собирается поступать, о Данькиных танцах. Ну и все такое прочее.

Сначала он держался настороженно, скованно. Данькина информация его наверняка расстроила – лучше бы потом рассказала. Но потихоньку оттаял, заулыбался. Я подумала, что если вынести за скобки семейный анамнез, то вполне так симпатичный мальчишка. Во всяком случае, в первом приближении. Не наглый, не самоуверенный, как мне показалось по фотографиям. Так что Тим не соврал.

Нет, конечно, я все равно беспокоилась – как любая мама девочки. Но могло быть гораздо хуже.

Они, видимо, считали мое впечатление, расслабились, начали поглядывать друг на друга. Даже снова немножко завидно стало. У меня-то так не было.

И снова подумала: пусть хотя бы у нее первая любовь будет вот такой – светлой. Чтобы вспоминать с улыбкой всю жизнь.

В начале десятого я отправила Рината домой – успеть до комендантского часа.

– Спасибо, Дарья Сергеевна, – сказал он, прощаясь в прихожей. – Было приятно познакомиться.

– И мне тоже, Ринат, – ответила я. Вполне искренне. – Приезжай к нам.

– Обязательно.

Данька стояла рядом и улыбалась до ушей. А когда дверь за ним закрылась, бросилась мне на шею.

– Мам, спасибо тебе! Я тебя очень люблю!

Всхлипнула и убежала к себе. А я… Ну да, я тоже шмыгнула носом. Пошла на кухню и отрезала еще кусок торта.

Сегодня можно!

И написала Тиму:

«Ринат правда классный. Поехал домой. Ни о чем таком не говорили. Все хорошо».

«Спасибо, Даша, – ответил он тут же. И добавил следом с подмигивающим смайликом: – Ну я же говорил. Кто знает, может, еще и породнимся».

Глава 33

Глава 33

Дарина

Сижу на кровати, шмыгаю носом и глупо улыбаюсь в потолок. Если бы не убежала, наверно, разревелась бы.

Ну и качельки! То все хорошо, то все плохо, то снова хорошо. Хотя когда у меня было по-другому? Может, просто не так густо.

Если бы мы встретились с Ринатом сразу после моего знакомства с его мамочкой, наверно, я бы вывалила все свои впечатления as is (англ. как есть ). Уж больно меня бомбануло, соображалку отшибло нафиг. Но прошли сутки, и я успела немного остыть.

В конце концов, в чем драма? Крипово, конечно, какое-то перекрестное опыление, но… да пусть делают что хотят, лишь бы нас с Ринатом не цепляли. Это вряд ли, конечно. Зато можно огрызнуться: а вы-то сами что?

И про мамашу его решила поаккуратнее. Мне было бы неприятно, если бы он погнал на мою. Даже если бы имелись все основания. Просто рассказала, как все случилось вчера. И что я ей, походу, не понравилась.

– Охренеть… – обалдело выдал Ринат. – Вот это шняга! Блин, я даже не знаю, что сказать.

– Вот и я так же, – кивнула в ответ. – Просто выпала. Маме рассказала, а она уже знает. Папочка и ее осчастливил позавчера. А она рассказала твоему. А твой тоже знает, как выяснилось.

– Ага, – фыркнул он. – Все всё знают. Только я как лох. Полный капец.

– Ну вот теперь и ты знаешь. Я маму попросила, чтобы она сегодня ничего этого не касалась. Она обещала.

– Да уж! Не хватало только еще это обсуждать!

Я, по правде, боялась, что мама все-таки эту тему вытащит, но нет, она оказалась молодцом. Расспрашивала Рината про его школу, про тренировки, куда собирается поступать. Прямо милая такая. И вообще поглядывала на нас, как будто мы… не знаю, два няшных щенка. Походу, Ринат ей понравился. Даже на прощание предложила ему приезжать к нам. А он такой: очень приятно было с вами познакомиться. Прямо будто сейчас ножкой шаркнет. Видела в каком-то фильме историческом, прикольно.

В общем, растащило меня прям до слез, полезла к маме с обнимашками. Ваниль-карамель. Вот бы и дальше так было. Но, наверно, жопа слипнется, если все так сладко.

Ловлю себя на том, что хочется Кульке позвонить, рассказать. Привычка, что поделаешь. Ломает без нее. Мы и до этого ссорились, конечно, иногда даже надолго, но тогда было не так. Знали, что помиримся. А сейчас… Как раньше уже не будет, это точно. А по-другому… не хочется.

Может, мы из этой дружбы выросли? Как из детских вещей вырастают?

Приду первого сентября в школу – и что, буду одна? Столько лет вместе… Если бы мы с Ринатом в одном классе учились, было бы проще. Можно, конечно, помечтать, представить, как все было бы… как сказка перед сном.

Ой, да что сейчас об этом думать? До школы еще больше месяца. Кто знает, как там все будет. Слышала, бабушка говорила на даче своим подружкам: такое время, ложишься спать и не знаешь, наступит ли завтра. Я насчет всего этого стараюсь не париться, но в целом она права. Надо жить сегодня. Хотя я и не умею. То вспоминаю о чем-то, то воображаю что-то из будущего.

Вот сижу сейчас и пытаюсь представить, как у нас все сложится с Ринатом. Говорят, из первой любви редко что-то получается. Так, чтобы на всю жизнь. Но если заранее об этом думать, то и затеваться не стоит. Лучше не заглядывать так далеко. Вот хотя бы наших родителей взять… ой, нет, не надо. Вообще об этом не хочу! Пусть сами разбираются.

Лучше о нас.

Мне так нравится, когда Ринат берет меня за руку, обнимает. Целоваться с ним тоже нравится. Хотя я толком и не умею. Но он говорит, что ерунда, потому что сам тоже не умеет. Ну как будто мы вместе и учимся. Неважно, все равно приятно. А вот дальше…

Ну да, когда парень с девушкой встречаются, ясное дело, занимаются сексом. Это раньше до свадьбы ждали. Понятно, тогда презиков и таблеток всяких не было, боялись залета. Это же ужас что такое было – беременность до свадьбы, позорище. А сейчас всем плевать. Родители Рината поженились, другие не женятся. У мамы в свидетельстве о рождении вместо отца прочерк, я видела.

Кулька говорила, что если вдруг залетит, никому не скажет, сделает аборт. Это для меня вообще какая-то виртуальная реальность. Мне и про секс-то думать… неловко.

Мама мне рассказала, откуда дети берутся, еще в детском саду. Ну так, без подробностей. Мама с папой спят в одной постели, у мамы в животе появляется ребенок, потом рождается. Каким образом появляется, не уточняла, я и не спрашивала. Думала, просто так, сам собой. Уже в школе мне объяснили, как именно. Я в шоке была, к маме с претензиями пришла – мол, она меня обманула. Та засмущалась, книжку какую-то подсунула. Нудную. Ничего нового я из нее не узнала, кроме того, как тампонами пользоваться. Хотя у меня и месячных тогда еще не было.

Кулька рассказывала, что ничего в сексе приятного нет. Просто все этим занимаются. Но мне кажется, она не с теми парнями трахалась. Если по любви, должно быть хорошо. Хотя я к этому еще точно не готова. Даже представить не могу. Но ведь мы и знакомы-то с Ринатом всего ничего.

Пищит телефон – сообщение.

«Все, я приехал. Помнишь Вадима? У него в пятницу днюха. Хочешь со мной пойти? Он дома будет отмечать».

Ой… вот и меня вписка догнала. Но с Ринатом не страшно.

«Хочу, если мама разрешит».

«Отец говорит, что может тебя домой отвезти, чтобы ты на метро не ехала».

«Класс! Сейчас спрошу».

Иду к маме. Она сидит на диване и с блаженной улыбой что-то написывает в телефон.

Ой, ё… Я, кажется, догадываюсь, кому.

Глава 34

Глава 34

Дарья

Мы переписывались с Тимом уже, наверно, час, если не больше. Не прямо сплошняком, а с паузами. Я успела загрузить посудомойку, смыть макияж, принять душ. Сидела на диване, краем глаза поглядывая в телевизор, читала его сообщения, писала свои. За этим меня и застала Данька.

– Мам!

Я вздрогнула, как будто застукали за чем-то неприличным.

– Что?

– А можно я в пятницу с Ринатом пойду к его другу на день рождения? Его отец потом меня довезет до дома, он сам предложил.

Я потянулась к телефону – и этим себя выдала.

– Ой, ма, ты с ним переписываешься, что ли? – поинтересовалась Данька с хитрой улыбочкой. – Хочешь спросить, правда ли это?

Выкручиваться не имело смысла. Отмахнувшись, я написала:

«Тим, Данька просится с Ринатом на какую-то гулянку. Говорит, что ты предложил ее отвезти домой».

«Ну если отпустишь, то отвезу, не проблема. Не волнуйся, там нормальный парень, я его знаю. Соседи наши по дому. Ринатка с ним давно дружит. Заодно познакомлюсь с ней».

Покосившись на Даньку, нервно закусившую губу, ответила:

«ОК».

И сказала ей:

– Хорошо, иди.

Она завизжала и убежала, как мне показалось, не касаясь пола ногами. Но не прошло и пяти минут, как вернулась. Я только с Тимом распрощалась и переключила телик на новости.

– Ма-а-а… – протянула она, забравшись на диван и ткнувшись лбом мне в плечо. – Ну скажи-и-и…

– Что сказать?

– У тебя с ним что-то?..

– Данька!

– Ну скажи-и-и… Ну правда?

– Ничего. Просто… Ничего!

– А чего покраснела тогда?

У меня действительно заполыхали уши. И шея. И спина.

– Дань, ну правда ничего.

– Пока? – уточнила она лисьим тоном.

– Не знаю.

Когда мы с Тимом вчера сидели и разговаривали, мне вдруг стало как-то… тепло, что ли? И вспомнилось давно забытое – как он умел делать самый серьезный вид, но смешинки в глазах выдавали. И это его «Да-а-аш» – тоже знакомое и забытое.

И что-то такое ну совсем уж доисторическое, детсадовское – как он меня дразнил. «Дашка-букашка», «Дашка-таракашка» и даже «Дашка-какашка».

Болтали, болтали, отодвинув в сторону все наши проблемы, все годы и беды. И даже уходить не хотелось.

И переписка эта – смешная и, наверно, глупая. Я вообще-то не любила писать сообщения, вечно попадала не на те буквы, а Т9 подло исправлял по своему разумению. Но сейчас не обращала внимания.

– Ма, ну а что? – не отставала Данька. – Папе же можно, а ты чем хуже? Вы ведь дружили когда-то. И Ринат о нем очень хорошо говорит. Вот хоть посмотрю на него. На маму уже посмотрела. Это ужас! Нет, она такая, конечно… гламурная киса, но все равно противная.

– Надеюсь, ты Ринату этого не сказала?

– Хотелось, но нет. Не стала. Зачем?

Вот ведь умничка же! И злилась я на нее частенько, и думала: ну что за дурочка такая растет? А на самом деле нет. Нормальная девчонка. И глупой может быть, и умной. Впрочем, как и все, наверно.

– Мам, вот честно… – Она посмотрела на меня, сдвинув брови. – Я папу не понимаю. Ну да, он не совсем еще старый, почему бы ему снова не жениться. Но эта… как-то… не знаю. Неприятно. Ты говорила, что она была в него влюблена, да? Выходит, добилась своего? Через столько лет?

Я вспомнила, что Иван сказал мне в понедельник. Что для разнообразия хочет пожить с женщиной, которая его любит. С таким прямо намеком-упреком. Ну ладно, допустим, Румия до сих пор его любит, хотя, если честно, я сомневалась. Но он-то? Наконец оценил, разглядел? В это тоже верилось с трудом. Снова в одни ворота, Ваня? И кому от этого будет лучше?

Впрочем, не все ли равно? С кем поведешься – так тебе и надо. Во всей этой ситуации я больше переживала за детей.

– Не знаю, Дань. – Я обняла ее за плечи, прижала к себе, вдохнула прохладный запах шампуня. – Может, они и правда нашли друг друга. Главное – чтобы не перепилили вас пополам, когда узнают, что вы встречаетесь.

– А может, не узнают? – спросила она с какой-то совсем детской наивной надеждой. – Если не говорить и не попадаться им на глаза?

– Ну а если это все у вас всерьез и надолго? Так и будете прятаться?

– Не знаю. – Данька вздохнула тяжело, но тут же снова заулыбалась. – Но мне правда хочется, чтобы было всерьез и надолго. Так хорошо и так… страшно. Но по-хорошему страшно.

Девочка моя… Когда мы в последний раз вот так сидели и разговаривали о чем-то важном? Давно. Когда она была еще маленькой, в классе втором или третьем. Тогда она спросила, почему папа сердится на меня, а молчит на нее. Так и сказала – «молчит на меня». А я не знала, что ответить. Пыталась объяснить, что люди разные. Одни, когда сердятся, кричат, а другие, наоборот, молчат. Потом пересказала это Ивану, но он только плечами пожал. То ли не знал, что ответить, то ли было все равно.

Данька ушла спать, я тоже легла. Мысли прыгали, как сумасшедшие белки: от Даньки с Ринатом к Ивану с Румией, от них к Тиму и снова по кругу. Прыгали – пока не затащили в такой же дерганый сон, в котором я подралась с Румией, а Тим нас разнимал. Проснулась и подумала: как бы не в руку.

После работы поехала к Ольге в салон. Знакомы мы были уже лет десять, не близко, но болтали в процессе о всяком бабском. Хотя, наверно, дамских дел мастера со всеми клиентками о таком болтают для создания душевной атмосферы.

– Ну вот, – сказала она, закончив. – Теперь совсем другое дело. Красивая молодая женщина. Между прочим, Карина свободна, можешь заодно маникюрчик сделать.

И ведь что интересно, прическа-то не поменялась. Чуть покороче, концы поживее, цвет поярче – и уже совсем другой вид. Почему бы и не маникюр? А еще брови – сто лет не подравнивала.

– Супер! – оценила Ольга конечный результат. – Осталось купить новое платьюшко – и на свидание.

– Да ну, какое там свидание, – отмахнулась я. – Просто… захотелось перемен. А платьюшко – это да, это можно.

– Нужно! – возразила она. – И на свидание тоже нужно.

Да я, собственно, и не против, подумала, остановившись на светофоре. Только вот никто не зовет.