Текст книги "Долгая дорога к тебе (СИ)"

Автор книги: Татьяна Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 43

Глава 43

Дарина

Я выхожу на «Удельной», Ринат едет дальше – до Финбана. Так жаль прощаться! Договариваемся, что встретимся завтра и пойдем в Океанариум. Я там еще не была, а Ринат – целых три раза. Сначала собрались в дельфинарий, но оказалось, что он больше не работает. Жаль, мне бы хотелось поплавать с дельфинами. Когда ездили на юг с отцом, он был категорически против, говорил, что от них можно подцепить всякую заразу. А потом, вроде, было и негде.

Еду в метро, сижу, обнимая рюкзак, и улыбаюсь как дурочка. Еще один замечательный день. Даже немного страшно. Это как погода в Питере – когда долго солнце, значит, жди чего-то ужасного: грозы, урагана, затяжных дождей на неделю.

Пожалуйста, пожалуйста, пусть у нас всё будет хорошо. У всех, ладно?

Мамы дома нет. Кто бы сомневался! Проверяю телефон – тишина. Пишу ей:

«Ма, ты где?»

В ответ серые галочки. Позвонить? Да нет, не стоит, подождем. Взрослая – в полицию за нарушение комендантского часа не заберут. Лишь бы не случилось ничего.

Делаю себе гигантский омлет с сыром из трех яиц. На заливе есть особо не хотелось. Съели бутерброды, выпили кофе из термоса. Зато сейчас у меня просто жор. Иногда я становлюсь страшно проглотистой, а мама удивляется и говорит: не в коня корм. Ну и ладно.

Мне нравится быть худой. Если бы только грудь немного подросла. Но капусту есть по бабушкиному совету точно не буду. Бр-р-р, терпеть не могу. Да и не поможет.

Сажусь с тарелкой перед теликом, смотрю детективный сериал. Чем хорош – серии не связаны ничем, кроме героев. Не люблю сериалы, где пропустишь один раз, и уже ничего не понятно. Конечно, можно и в интернете посмотреть, но это как-то не то. В сети смотрю что-то целыми сезонами.

Одиннадцатый час – ее нет. И как это называется? Мне бы мозг метлой вымела, а сама…

Галочки все так же серые. Звоню – не берет.

Нормальное кино! Ну ладно, допустим, я угадала и у нее бурное свидание. Но неужели не найти минуты, чтобы написать два слова? Прямо так крышу сорвало?

Набираю Рината, спрашиваю, дома ли отец.

– Нет, – говорит он. – Мама сказала, что еще утром уехал.

– Ну вот и моей нет. Сообщения не читает, на звонки не отвечает. На что спорим, они где-то вместе?

– А даже если и так?

– Да пусть так. Но предупредить-то можно? Значит, они могут волноваться за нас, а мы за них – нет?

– Данка, не заводись! – просит Ринат.

– Не могу! – Я уже почти кричу. – Потому что меня это бесит. Жаль, что мы так не можем сделать. Уйти и отключить телефоны. То есть можем, но…

– Но не будем.

– Ринат, ты такой правильный, да? – Меня и правда несет по улочкам-закоулочкам. – Ты всегда все делаешь так, как положено?

– Дана, перестань! – Он тоже повышает голос. – Успокойся!

Вот не хватало только еще поссориться! После такого прекрасного дня. И после того как мы договорились, что отношения родителей никак не повлияют на наши.

– Узбагойся! – передразниваю я голосом мультяшного лемура. – Не могу! Потому что бесит. И потому что… потому что беспокоюсь. Вдруг что-то случилось?

– Ладно, я сейчас попробую отца набрать, – говорит он. – Потом перезвоню.

Хожу по комнате взад-вперед, перекидываю телефон из руки в руку, и когда звонит, едва не роняю.

– Ну ты была права, – говорит Ринат. – Они где-то вместе. Сейчас она тебе позвонит или напишет.

– Спасибо, – отвечаю с хныком.

– Да ладно, не переживай. Все путем.

– Угу, путем. Не будем уточнять, каким именно. Знаешь, Ринат, у меня сейчас такое чувство, что это мы взрослые, а они дети.

– Да, есть малеха, – соглашается он. – Ладно, Дан, не бери в голову. Я спать. До завтра.

– До завтра, – вздыхаю и отключаюсь.

И тут же прилетает сообщение от матери:

«Дань, извини, так вышло. Я сегодня не приеду».

Ага, так вышло у нее! У них! Даже думать не хочу, где они и чем занимаются. А то еще для смеха заделают нам с Ринатом братика или сестричку, раз уж так кукуха поехала.

«А на работу тебе завтра не надо?» – пишу, попадая мимо букв.

«Завтра воскресенье».

О-о-о, как все запущено!

«Мать, воскресенье сегодня».

«Блин» – и охреневший смайлик.

Вот тебе и блин. С хреном. Они там что, оба совсем того? Представляю, какая сейчас у них паника. Ладно во времени потеряться, со мной тоже бывает, но в днях – это уже полный трындец. А может, и нет никакой паники? Может, они и на работу уже забили?

«Блином» все и ограничивается. Маменька покидает чат, даже не пожелав мне спокойной ночи. Видимо, у нее нашлись более важные дела.

Швыряю телефон на диван так, что улетает за подушки. Злюсь – и одновременно смешно.

А что там насчет маминых заначек в морозилке? Если есть, слопаю без малейшего угрызения совести. И даже возмещать не стану. Пусть будет компенсация за моральный ущерб.

Обнаруживаю тщательно припрятанное за куриной тушкой ведерко. Мексиканский лайм от «Айсберри»? Ну… ладно, сойдет. Хотя я предпочла бы что-нибудь шоколадное. Съедаю половину – больше не лезет, ставлю обратно.

Эх, будь я Кулькой, тут бы уже был дым коромыслом. Ну как же, свободная касса, то есть хата. Но мне и позвать-то некого. Да и не особо хочется. И все-таки надо как-то использовать неожиданную свободу.

Включаю в наушники музыку и танцую по всей квартире, никак и ничем себя не сдерживая. Конечно, можно и днем, когда мамы нет, но вот так, ночью – совсем другое. А думаю при этом о том, что в училище надо будет сдавать не только танец, но и классику. В ансамбле все это у нас было, но не любила я эти плие-жете. И забыла, конечно.

Ничего, если буду заниматься, за год подгоню.

Не откладывая на потом, нахожу в сети видео, смотрю, повторяю. Оказывается, мышцы все помнят, хотя и возмущаются. Занимаюсь, пока тело не начинает гудеть от напряжения. Спать ложусь на мамину кровать. У нее свои удовольствия, а у меня свои – почему бы и нет?

Глава 44

Глава 44

Дарья

– Тим! Сегодня же воскресенье!

– Да, а что? – Он лениво перекинул ногу поверх моих, словно поймал в капкан. – Проблема?

– Когда ты сказал, что не вернемся до завтрашнего вечера, у меня, наверно, какое-то замыкание случилось. Я была уверена, что сегодня суббота. Проблема, да. Мне на работу, вообще-то.

– Ну я, вообще-то, имел в виду, что ты домой до завтрашнего вечера не вернешься. Утром отвезу на работу. Тебе к девяти?

– Тим, ты издеваешься? – Я выбралась из-под его ног. – В сарафанчике в офис пойду?

– Как у вас, девушек, все сложно-то, – вздохнул он. – Ладно, отвезу тебя сначала домой, потом на работу. Только пораньше надо будет, с утра пробки на въезде. Или предлагаешь прямо сейчас?

– Ну… – задумалась я.

– Да-а-аш, ты правда хочешь вот прямо сейчас домой поехать? – Тим подтащил меня за руку к себе, провел кончиком языка длинную линию по животу сверху вниз, посмотрел снизу вверх. – Продолжать? Или домой?

Змей-искуситель, чтоб тебя!

– Это во сколько же надо будет вставать? – спросила неуверенно.

– Мне нравится ход твоих мыслей. – К языку присоединилась рука, пробравшаяся между стиснутых ног. – Если в шесть, даже в полседьмого выехать, то вполне успеешь. Если, конечно, не будешь слишком долго дома копаться. Так что у нас еще есть время и потрахаться, и поспать.

– Осокин, ты всегда такой?.. – я запнулась, подбирая слово: сбивали острые ощущения ниже пояса.

– Какой? Энерджайзер? Не знаю. Вообще-то нет. Но, видимо, саккумулировалось. За столько-то лет. Так что пользуйся, пока есть возможность.

– Эм… А батарейка не сядет? А то вот был у нас такой хороший шуруповерт, а поехали весной на дачу, он того… не заряжается. Пришлось новый покупать.

– Стебешься, Сорокина? Извини, Мысниковой тебя назвать язык не поворачивается.

– Я хотела фамилию обратно поменять, но столько возни с документами. Плюнула и забила.

– Мы будем еще твои документы обсуждать?

Тим резко коленом развел мои ноги и провел языком черту до последних рубежей.

– И это я тоже представлял.

Прозвучало несколько невнятно, но от взгляда по спине пробежала горячая волна.

– Даже не хочу спрашивать, в какой момент.

Я запрокинула голову и вцепилась ногтями в простыню, пытаясь растянуть удовольствие: оргазм подобрался слишком быстро и слишком близко.

– В разные… моменты.

Я фыркнула и тут же со свистом втянула воздух сквозь зубы: растянуть не удалось. Свернуло в такую тугую спираль, что в глазах потемнело. И как только простыню не порвала?

Ага, ага, знаем мы эти моменты. Плавали – знаем. Правда, я представляла не его. И когда с Иваном недобирала, и наедине с душем. В моей мысленной обойме были горячие австралийские пожарные, кинозвезды и спортсмены. Представить Тима и в голову не пришло – потому что тогда я о нем вообще не думала.

Поспать не удалось. Так, вздремнуть в полглаза. Не всю ночь, конечно, трахались, не молоденькие все-таки. Лапали друг друга по-всякому и разговаривали на разные пикантные темы.

Боже, оказывается, о сексе можно разговаривать! Открытие века! Причем разговаривать так, что это само по себе как порно.

А кстати, про порно. Наверно, с Тимом можно было бы и порно посмотреть, и вот так же обсудить. С Иваном это было бы немыслимо. Я подозревала, что один он, может, и смотрит, но только не со мной.

Ближе к утру меня все-таки срубило. И только провалилась в сон, как Тим разбудил. Или мне так показалось, что сразу же. Причем разбудил самым оригинальным способом – укусив за сосок.

– Осокин, ты идиот? – завопила я. – А если бы дернулась и ты бы его откусил?

– Ну извини, извини. – Он поцеловал меня. – Не удержался, так аппетитно торчал из-под одеяла. Подъем!

В ответ живот громко, по-предательски заурчал.

– Красноречиво, – усмехнулся Тим. – Завтрака нет. Перехватим по пути.

– Обеда с ужином, кстати, тоже не было. Желудок негодует.

– Ну да, управление перехватили другие части организма. Передай ему, что сейчас жрать все равно нечего. Чем быстрее соберемся, тем быстрее он чего-нибудь получит. Поедем мимо заправки, там френч-доги вкусные. И кофе не слишком ядовитый.

– Френч-доги! – застонала я. – На завтрак! Красота!

– Дашка, мы за вчера столько калорий спалили, не то что френч-дог, целый торт не повредит. Кстати, у тебя охеренная фигура, не вздумай сидеть на диетах!

– Супер! Еще один командир на мою голову! А давай я сама решу, что со своей фигурой делать?

– Да бога ради! – Тим натянул трусы и огляделся по сторонам, разыскивая шорты. – Я это к тому сказал, чтобы ты не страдала. А так делай что хочешь. Худей, толстей. Мне не привыкать.

Я слегка поморщилась, и он заметил.

– Извини, Даш, но ты же понимаешь, призраки с нами будут еще долго. Это не просто какие-то бывшие. Все сложнее. Ладно, одевайся.

Мою одежду тоже как взрывом разметало: трусы в одном углу, сарафан в другом, лифчик вообще под кроватью. Собрав все, я быстро оделась, кое-как привела себя в порядок, и мы поехали. Машин на трассе было еще немного, но чем ближе подъезжали к городу, тем плотнее становился поток: вливались из многочисленных коттеджных поселков. И все же Тим решительно свернул к заправке.

– Я зальюсь, а ты возьми нам чего-нибудь. Не беспокойся, успеем, еще только начало восьмого.

Румяные булки с сосисками выглядели и пахли так заманчиво, что я махнула рукой. Взяла по штуке и по стакану кофе. Только устроилась за столиком в углу, как вошел Тим. Расплатился, сел напротив, откусил едва ли не половину френч-дога, прожевал и спросил, глядя в упор:

– Ну и что, Даша, мы теперь будем делать?

Глава 45

Глава 45

Дарина

И ведь сон такой классный снился! Нет, обязательно надо было разбудить.

Осторожно приоткрываю один глаз. Прямо как стикер с крокодилом из контактика: кродется, кродется. И правда, крадется – к шкафу. Ну да, не пойдет же она на работу в этом сарафанчике, из которого, имхо, уже малость выросла. Не в том смысле, что по размеру мал, а что старовата для него. Я бы, может, даже его и стащила, но утону в нем.

Судя по солнцу, еще кромешная рань. Притворяюсь, что сплю, а сама осторожно наблюдаю, как она копошится в шкафу.

М-да, ну что тут скажешь, все ясно. Уикенд удался не только у меня. Пытаюсь за нее порадоваться.

Да нет, я и правда рада, но что-то царапает. Не могу понять, что именно.

Мама достает из шкафа бежевый летний костюм, блузку, из ящика белье. Тихо закрывает дверь. Тянусь за телефоном – без пяти восемь. Если поторопится, может, и не опоздает.

Она и правда уходит минут через пять. Быстро! Или ее ждут?

Я могу еще немного поваляться: с Ринатом договорились встретиться в одиннадцать. В воцапе висит значок сообщения. Сначала мы переписывались в контактике, потом перешли в мессагу, там удобнее.

Прикольно! Вчерашние фотки, которые он сделал на заливе. Я и забыла о них. Вообще мне обычно не нравятся мои фотографии, но на этих я прямо почти красотка, даже в купальнике. Такие не стыдно и в сеть выложить. Наверно, все зависит от того, кто фотографирует. И от того, как человек относится к тебе, какой тебя видит.

Невольно вспоминаю фотки, которые делал отец. На них я всегда какая-то маленькая, страшненькая. Жалкая, в общем. Даже смотреть неловко.

Спать уже не хочется, поэтому листаю ленту в контактике. Натыкаюсь на Кулькин пост с фотками с какой-то тусовки. Дым коромыслом, пьяные рожи, сама она ничем не отличается. На одной фотке – в обнимку с Петрицкой.

Лучше бы я этого не видела. Ревность? Нет, не то. Скорее, сожаление, что все обернулось вот так. Ведь столько лет дружили. Она постоянно долбила, что я слишком скучная, слишком правильная. Ее тянуло в такие вот компании. А я – как дурочка! – тянулась за ней. Казалось, что так буду более взрослой, независимой. Хотя и не слишком нравилось.

Ну что ж, теперь у нее такая подружка, как ей хотелось. Ничего, переживу.

С Ринатом встречаемся на «Звенигородской», оттуда ближе.

– Там как раз в полдвенадцатого будут тюленей кормить, – говорит он. – И тренировать. Посмотрим заодно. А вечером еще акул кормят, но это так себе зрелище.

Я почему-то думала, что там как в зоопарке, а зоо я не особо люблю. Не нравятся звери в клетках. Но в Океанариуме просто офигенно! Я, наверно, как ребенок, кручу головой во все стороны, разве что не пищу от удивления.

Тюлени – такие классные! Мы нашли удачное место, откуда хорошо видно. Они ловят кольца, всякие игрушки, выполняют команды тренера, за это получают рыбу. Жаль, что можно только смотреть, я бы их тоже покормила. А еще жаль, что представление такое короткое.

Потом идем смотреть все остальное. Кого там только нет – рыбы всевозможные, черепахи, медузы, морские звезды. А в главном аквариуме – акулы и скаты. Это тоннель, через который медленно едет дорожка. За стеклом по сторонам и сверху – вода, и все они плавают совсем рядом. Меня просто завораживает огромная манта. Она словно парит в воде, а края плавников развеваются, как подол шелковой юбки на ветру.

– Смотри, – говорит Ринат, когда мы наконец выходим на улицу. – Скинуть тебе?

Надо же, он успел сфоткать меня на фоне этой самой огромной манты! Я стою в профиль, смотрю на нее, и выражение чисто детского восторга. А еще мы с ним вдвоем – селфи с черепахой. Ну, она, конечно, за стеклом, а мы рядом. Ринат одной рукой обнимает меня, а другая вытянута – в ней телефон.

– Скинь! Выложу в контактик, – говорю и тут же уточняю: – Можно?

– Почему нет? – удивляется Ринат. – Я тоже выложу.

Мне приятно – как будто еще одно подтверждение, что мы пара.

Время обеда уже прошло, устраиваемся в уличной кафешке перекусить, разговариваем о родителях. Я рассказываю, как мама пришла утром и потихоньку копалась в шкафу, чтобы не разбудить меня. И о своих ощущениях при этом.

– Может, это ревность? – предполагает Ринат.

Ревность? То же самое я спросила себя, разглядывая фотки Кульки в ленте. Причем здесь ревность?

– Кого к кому? – уточняю не без удивления. – Что мать с твоим отцом, а не с моим?

– Да ну, нет, конечно. – Ринат морщит нос. – Что она даже не написала. Как будто на тебя забила.

– А, ты имеешь в виду, что я ревную ее к нему? Ну… может быть. Немного. Как будто меня вообще все бросили. Отец ушел, мать… вот… Нет, на самом деле я так не думаю, но, может, где-то внутри это сидит. Глубоко. А ты как на все это смотришь?

– Честно? – Он косится на меня. – Сложно. С одной стороны, я люблю мать и понимаю, что ей все это будет неприятно. Но с другой – она ведь сама первая замутила с твоим отцом. Твой-то хоть в разводе был, а она нет. И неважно, что они по разным углам. Они ведь почему-то думают, что дети ничего не видят, ничего не понимают. Я все давно просек. Но все равно. Развелись бы уже сначала, а потом делали что хотели. А то как-то… не знаю…

– Я понимаю, – киваю, дотрагиваюсь до его руки. – Может, это тоже меня царапает. А еще – что будет дальше. Что они вообще собираются делать? Вот так вот встречаться? Или сойдутся? Или поженятся?

– Предлагаешь спросить?

– Ну а что?

– Ну вот возьми и спроси, – морщится он.

– Ну вот возьму и спрошу. – Я задираю подбородок, и, наверно, это выглядит глупо. Ну и плевать! – Сегодня. Вечером. Если, конечно, она придет домой.

Глава 46

Глава 46

Дарья

– Дашка, у тебя вид хорошо оттраханной женщины, – сказала Тоня, оглядев меня с ног до головы. – Аж завидно.

– Ну…

Я попыталась спрятать глупую улыбку, но не получилось. Хотя веселого было ноль без палочки.

– С тобой все ясно. Нет, я за тебя рада, правда.

– Но не от всей души?

– Ну я ж говорю, что завидно. Я уже забыла, как это – годный секс. Когда выходишь замуж за мужика на десять лет старше, не думаешь, что через тридцать лет ты еще будешь ого-го, а он – дедушкой с подагрой, радикулитом и простатитом.

– Когда выходишь замуж, боюсь, вообще ни о чем не думаешь, – вскользь заметила я, включая компьютер.

– И то верно, – вздохнула Тоня. – Ну расскажи, расскажи! Интересно же. Где подцепила-то?

В моем понимании, подцепить можно было неприличную болезнь, да и вообще обсуждать ничего не хотелось. Но отделаться от Тоньки вряд ли получилось бы.

– Да мы давно знакомы, – сказала туманно, открывая «Банк-клиент». – Случайно встретились. Ну и… вот.

– А что вот? – не отставала она. – Это что, разовый перетрах или атнашеньки?

– Не знаю, – буркнула я, уже начиная сердиться. – Пока ничего не знаю.

– Ладно, – вздохнула Тоня. – Не хочешь говорить – не надо. Не буду приставать.

Угу, дорогая, сделай милость. Потому что я и правда не знаю, что дальше. Как раз об этом и шла речь на заправке, под кофеек с сосисками.

«Что мы будем делать?» – спросил Тим.

Нет, не так.

«Что мытеперь будем делать?»

Конец месяца, полно работы, а в голове вакуум. Как будто кое-кто вытряхнул оттуда все содержимое. Или, скорее, вытрахнул? Сидела, тупо таращилась на таблицу в компе и прокручивала, снова и снова, утренний разговор.

Казалось бы, в чем проблема? Все же хорошо?

Да как сказать…

«Тим, – спросила я, – а что ты, собственно, хочешь услышать?»

Наверно, надо было сформулировать как-то иначе, потому что он сразу резко помрачнел и сдвинул брови. Ничего за двадцать лет не изменилось. Мы с Ванькой еще стебались над ним. Мол, ты как Бунша, когда Милославский ему говорит: рожу посерьезнее сделай. (Имеется в виду фильм Л. Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» )

Но что я могла ответить? «Будем и дальше так же ныкаться по углам»? Или «Срочно разведись и женись на мне»?

«Я хочу услышать, что для тебя это не случайный эпизод, Даша».

«Самое время выяснять отношения!» – хныкнула я, закатив глаза под потолок.

Он положил свою булку на картонную тарелку и уставился на меня в упор, подперев подбородок кулаками.

«Самое время, – сказал жестко. – Потому что для меня это серьезно. И мне надо знать, как дальше строить свою жизнь. Уж извини за пафос, но это так».

«Хорошо, – сдалась я. – Давай начнем с того, что я в разводе, а ты нет. И потом встречаться мы где будем? В нумерах? У меня ребенок дома. Знаешь, у нас во дворе почти каждый вечер мальчик на качелях качается. Долго. Долго-долго. Данька смеется, что в космонавты тренируется. А я так думаю, что его просто гулять отправляют, когда к маме хахаль приходит.

«Можно квартиру снять», – Тим еще сильнее сдвинул брови.

«Для тайных свиданий, – кивнула я. – Быстренько перепихнулись и домой».

Он молчал долго. Я уже начала переживать, что на работу все-таки опоздаю.

«Ну я так понимаю, продолжения ты не хочешь?» – сказал наконец, глядя в сторону.

«Нет. В смысле, неправильно понимаешь. Хочу. Но пока с трудом представляю, как все будет. А тебе нужно все решить вотпрямщас. Тим, мне на работу надо. Давай вечером встретимся и поговорим спокойно?»

«Сегодня не могу. – Набычившись, он покачал головой. – Встреча важная. Давай завтра».

На том и сошлись: увидимся завтра вечером. До моего дома ехали молча. Постояли в пробке – время подпирало. Только и успела, что быстро принять душ и переодеться. Данька спала в моей комнате – ей нравилось на моей кровати. Прокралась к шкафу тихонечко, чтобы не разбудить. Все равно придется объясняться, так уж лучше вечером.

«Даш, не сердись, – попросил Тим, когда я уже собиралась выйти из машины. – Просто такое чувство, что земля из-под ног уходит. Не могу тебя снова потерять. И кажется, что ты… не знаю, ускользаешь, что ли?»

«Ерунды не говори! – Я дотянулась и поцеловала его. – Главное, что мы вместе, а технические сложности… это мы решим».

«А мы – вместе?» – Он поймал меня за руку.

«Надеюсь», – улыбнулась я.

Я и правда надеялась. И хотела этого. В конце концов, через год дети закончат школу, возможно, даже жить захотят отдельно. А до тех пор… Посмотрим, как будет.

Все-таки я предпочитала входить в воду постепенно, а не нырять с разбега. Сейчас угар полный, но кто знает, может, через месяц или два, узнав друг друга получше, разбежимся с воплями ужаса. Люди, конечно, меняются, но не прямо уж кардинально. В школьные годы Тим был, мягко говоря, сложным, но и сейчас, как я уже поняла, легче не стал.

Ну а чтобы жизнь точно не казалась медом, позвонила Ирина. После той встречи с Иваном я ее больше не навещала, но писала, спрашивала, как дела.

– Дашенька, а ты не сможешь меня завтра забрать? – спросила она жалобно. – Ваня в Москву уехал по делам, а мне даже сумку нельзя поднимать пока.

– Вас что, уже выписывают? – удивилась я. – Все-таки без операции?

– Ну пока да. Подробили, что-то вышло, что-то осталось.

– Во сколько?

– Около одиннадцати.

Прекрасно. Именно на одиннадцать завтра было назначено важное совещание с руководством. Отпрашиваться – не вариант.

– Ирина Марковна, я точно не смогу. Не отпустят. Попрошу Даню. Вызовете такси.

– Ну хорошо, – тяжело вздохнула она. – Спасибо.

«Спасибо и на том» – вот так это прозвучало.

Опять я всем должна – и все на меня в обиде.