Текст книги "Бывшие. Притворись моей женой (СИ)"

Автор книги: Татьяна Катаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 3. Анастасия

Первая неделя пролетает на одном дыхании. Устаю жутко. Ноги ломит от усталости, в голове полный бардак. Полночи смотрю в чёрную дыру на потолке и не могу уснуть.

Раньше учиться было легче. Материал запоминался легко и непринуждённо. Сейчас же... Боже, кажется, что я на глазах тупею. Эти формулы, формулировки... Да, вся информация кажется мне незнакомой. Вечером учу, читаю, зубрю. А утром в голове снова пусто. И это выматывает, очень сильно. Мне нельзя набрать меньше баллов, чем положено бюджетникам.

И вот, очередное утро, и поход на учёбу. Но сначала звонок моей любимой девочке. Каждый раз, когда вижу её, сердце обрывается и летит вниз... Она так похожа на него...

– Машуля, ты как, моя принцесса?

На экране появляется крохотное личико с растрёпанными светлыми кудряшками и улыбкой на весь экран. Глазки сияют, щёчки розовые, как у фарфоровой куколки. Моя. Самая родная. И пофиг, кто её папа.

– Ма-ма-ма! – визжит радостно и машет в камеру ручкой. Потом сразу берёт в кулачок что-то и тянет ко мне. – Биби! Моя!

– Маш, это машинка? – улыбаюсь, а сердце в этот момент делает кульбит. Скучаю по ней так, что аж кости ноют.

– Да! – гордо говорит она и с довольным лицом отпускает машинку вниз, видимо, на пол. – Ба-баба! Каша! Ам-ам!

– Бабушка тебе кашу дала, да? – уточняю, улыбаясь уже сквозь щемящее внутри чувство. Такая маленькая. Ещё совсем птенчик. А я тут...

В кадре появляется мама. Вид у неё не лучше, чем у меня – волосы собраны кое-как, под глазами синяки, но она улыбается.

– Доброе утро, доченька, – устало здоровается.

– Привет, мам. Как ночь?

– Как обычно. С зубками капризничала, под утро только уснула. А так – держимся. Не переживай, справляемся.

– Мам, если что… – начинаю, но она сразу машет рукой.

– Даже не думай. Мы с Машей справимся. Ты, главное – учись. Это твой шанс, Настя. Ради неё ты должна выкарабкаться из этого болота. Я не хочу, чтобы вы жили так, как прожила всю жизнь я.

Я молчу. Потому что знаю: мама говорит правду. Ради Маши – я должна. Пусть тяжело, пусть через силу. Но я уже выбралась один раз. Значит, и второй смогу.

– Ма! – снова кричит Маша и кидает в экран игрушку. – Ма, ку! Где?

– Я тут, ку-ку! – смеюсь. – Мамочка тут, малышка. Видишь?

– А-а-а! – восторженный визг, и она приплясывает прямо на месте, поджав ножки. – Ма моя!

– Твоя, любимая. Слушайся бабушку. Ладно?

Мама в этот момент украдкой вытирает уголок глаза. Делает вид, что просто что-то попало, но я-то знаю, как переживает за меня.

– Мне вот зарплату за неделю в кафе дадут, я пришлю вам посылку. Тут такое разнообразие фруктовых прикормов...

– Не надо ей никаких гадостей в банках покупать. Я сама прекрасно делаю фруктовые пюре. Так, я хоть знаю, что они без добавок.

– Мам, береги себя. И Машу. Я очень вас люблю.

– Мы тебя тоже, – тихо говорит мама. – Очень-очень.

И связь обрывается. Экран гаснет. В комнате снова тихо. Грустно и одиноко в одночасье становится. Но я знаю, ради чего всё это. Ради кого. И этого мне достаточно, чтобы снова натянуть рюкзак, схватить конспект и выйти за дверь.

День проходит с девизом "успеть всё". А если быть точнее – сдать подготовленный материал на поверку преподавателю и добежать до кафе.

Алёнка не пошла сегодня на учёбу – сильно болит живот. Да и с её памятью, ей так мучиться, как мне, не надо. Она возьмёт мой конспект и, два раза прочитав, всё запомнит.

Однажды я прочитала, что женщина в декрете тупеет и теряет память. Тогда я смеялась с этого, сейчас вовсе не смешно.

Все мои мысли – только о дочери. Даже когда была дома. Питание, прогулки, сон. Зубки, простуды, одежда. Почему плачет? Почему притихла?

Думаю, будь они рядом, я бы чувствовала себя увереннее. Просто потому, что могу вдохнуть аромат моей принцессы. Обнять и прижать к себе. Не думать постоянно, беспокоит ли её что-то. Особенно зубы, которые и днём и ночью не дают малышке спать. Но, к сожалению, снять квартиру в столице – это роскошь не по нашим карманам. Бабушка до сих пор не общается с нами. Даже после того, как я, плюнув на гордость, отправила ей фото Маши. Не помогло. Ну уж если ангел с голубыми глазами не растопил сердце старой маразматички, то я сделала вывод – ей ничего уже не поможет. Так и умрёт в одиночестве.

В кафе аншлаг. Я работаю в полсмены и прихожу как раз на час пик. Кто-то только на обед пришёл, а кто-то уже с работы идёт.

– Насть, быстрее давай. Ты как раз вовремя, – выходит из кухни Сонька.

– Сейчас, только переоденусь и бегу.

– Ок. Сегодня твой стол – пять, семь и девять. Не забудь.

– Почему? Это же Валины столы. Они самые ходовые, и она их никому не отдаёт, – добегаю до раздевалки и останавливаюсь, чтобы услышать ответ Сони.

– Её вообще сегодня нет. Она тупо не пришла на работу. Вот и запара целый день. Мы тебя ждали с Алиной, как манну небесную.

– Ладно, тогда я сейчас. Быстро.

Через десять минут я уже хватала поднос с салатами и несла на седьмой столик. Там, к моему огромному сожалению, сидело семеро парней. Похоже, футболисты. Потому что трое из них были одеты в форму. Наверное, прямо с тренировки сюда пошли.

Рядом с кафе есть стадион. Не сильно большой, но там часто тренируются молодые дарования. И так как столы семь и девять вмещают большие компании, талантливая балаболка Валя их никому не отдаёт. Всё в поисках перспективного ухажёра она.

Я быстро расставляю принесённые салаты и бегу за остальной готовой едой. Приходится сделать ещё две ходки, чтобы всё вынести.

– Вам ещё что-то нужно? – уточняю, прежде чем уйти.

– Номерок бы твой. Давай ближе познакомимся, – он прищуривает свои глаза и читает имя на бейдже, – Настя-я, – тянет с особым удовольствием.

Я никак не реагирую. Эти вот альфа-самцы уж никак меня не впечатляют. Я уже не та наивная дурочка, что приехала в столицу четыре года назад. Правда, я думала, что за два года научилась различать лицемеров и хороших людей. Что ж, я ошиблась. Но сейчас... Пройдя ряд жизненных испытаний, я просто не верю в «хороших» мажоров. Их попросту не существует.

– Я так понимаю, меню вас больше не интересует? – гну свою позицию дальше. – Тогда приятного аппетита, – и ухожу.

Может, я, конечно, слишком дерзко веду себя, как для официантки. Но я тут всего на два месяца, а значит, не должна переживать, что они обо мне подумают.

– Нифига себе, она тебя отшила, – слышу за спиной комментарий одного из них. А потом – громкий смех остальных.

– Насть, ты бы поаккуратнее с ними, – у стойки меня ловит Соня. – Они же неадекватные.

– Знаю. Я за две недели, что работаю тут, уже насмотрелась на им подобных. Они что, правда думают, что это работает? Ну, клюнет кто-то на такой подкат?

– Конечно, клюнет. Валя, например.

– Валя на всех клюёт, кто может заплатить хотя бы за один стакан коктейля в клубе. Это я тоже поняла.

– Слушай, а ты быстро адаптируешься до жизни в столице. Может, после сессии, ну её, твою деревню? Останешься тут. Сможешь целый день работать и квартиру получше снять.

– Не могу, дорогая. Меня дома ждут.

– Насть, за пятый столик сели. Отнеси меню, – влазит в разговор бариста Вася.

– Иду, – забираю у него меню и собираюсь идти к столику. Он почти сразу за моей спиной. Каких-то шагов пять.

– Настя, жених дома ждёт, да? – никак не может успокоиться Сонька. Она такая хорошая. Всегда приятно с ней поболтать. Но о том, что у меня есть дочь, я не говорила. Работа – не то место, где об этом стоит рассказывать. А больше мы с ней нигде не виделись.

– Ага, жених, – в шутку говорю я и поворачиваюсь, чтобы пойти к посетителю.

Вот только стоит мне поднять глаза, я тут же резко останавливаюсь. Потому что либо у меня галлюцинации, либо же передо мной сидит моё прошлое – и нагло пожирает глазками.

Глава 4. Назар

Вечер обещал быть весёлым, но мне уже скучно. Катька свалила, оставив меня в гордом одиночестве. Каро не отпускает Стас, походу дружок ревнует её ко мне.

Не могу сказать, что это беспочвенно. Мне она всегда нравилась. Правда, дальше дружбы мы никогда не заходили. Вот реально как сестра мне всегда была. Это сейчас член реагирует на неё. Да и почему ему не реагировать? Красивая стала, глаз не отвести.

– Назар, ты со мной, или в облаках летаешь? – назойливая трель голоса Вики раздражает ещё сильнее. И какого хера я с ней уже второй раз вижусь? Ну, потрахались парочку раз – разве этого недостаточно?!

– Да, тут я. Ты с заказом уже определилась? – раздражённо спрашиваю.

– Да. А ты?

– Насрать, закажи то же, что и себе.

– Да, зайка.

Бля, зайка. Не, когда Катя рассказывала мне о Вике Дунай, я не мог сопоставить факты. Сестра говорит, что эта стерва чмырила Каролину и использовала запрещённые приёмы. Толпа на одного. Вот только как вот это существо могло обидеть мою девочку?! Она вообще хоть кого-то способна обидеть? Или же это она для меня играет?!

– Я же тебя просил – не называй меня так. Я что, блядь, на зайку тебе похож?

– Прости. Мне просто так нравится.

– А мне нравится трахать твой рот. Совместим?

– Когда? Сейчас?

– А почему бы и нет. Разве одно другому помеха? Пока наш заказ принесут – я опустошу яйца и, возможно, повезу тебя к себе.

– А разве мы не едем к тебе после ужина?

– Нет. Я такого тебе не обещал. Я сказал, что голодный, и если хочешь – можешь составить мне компанию. Не более того.

– А если мы всё-таки уединимся?

Вот что за пиявка?! Говорила же Ляля – не связываться с ней. Нет, бля. Решил проучить и трахнуть разок. Так она теперь пишет каждый день, звонит. Ещё и преследовать начала. Уже знает, где я, блядь, живу.

– Я подумаю. Смотря как сосать будешь, – не скрываю истинного посыла. Но у этой девушки, походу, нет гордости. Липнет, как выброшенная жвачка, в которую я ногой вступил. Без дополнительных средств отодрать не получается.

– Ну, пойдём, – она поднимается на ноги и тянет мне руку. Бля, когда это я отказывался от минета?! Пусть и некачественного. Главное, чтобы член не откусила, а загнать по самые яйца я и сам смогу. Не, надо завязывать с ней. Бесит до ужаса.

Вот только даже минет не вставляет. Раздражать начала она меня. Я, конечно, в последнее время не переборчив: на любой движ и в любую щель входил. Лишь бы пригласили.

– Прямо в последнее время? Или, может, тупо два года? – где-то из дна моего сознания, совесть или само подсознание кричит.

– Да, именно два года не перебираю. Потому что все они одинаковые!!!

– Прямо все? И особенных нет? – не перестаёт донимать оно меня.

– Все!!! Все!!! Все!!! – я готов орать во весь голос об этом. – Нет, блядь, особенных! Все твари продажные. За бабки на всё пойдут!

Отталкиваю Вику, и, схватив неудовлетворённый член, прячу назад в трусы. Всё, бля, натрахались. Сам себе настроение испортил.

– Зай, ну ты чего? Что-то не так? – Вика до сих пор на коленях стоит посреди шикарного туалета в ресторане. Вот взглянув на неё, понимаю, что и выглядит она как этот самый туалет. Только для нужд пригодна.

И это её "зай"... Придушил бы.

– Ну да, ну да. Тебе же нравилось, как тебя котёночком называли. Коть, а ты куда? Коть, а мы увидимся сегодня? Коть...

Сука, грёбаный ад. Зачем голос её до сих пор в голове держу? Зачем прокручиваю киноплёнку воспоминаний раз за разом?!

Продажной, сука, оказалась. А это её невинное "Коть"... Это же надо так играть?! Я такой светлой и чистой души в жизни не встречал. Ни до, ни после. А она... Играла!!!

Ненавижу!!!

– Вика, ну всё, харе. Достала уже ты со своим "зай". Я за ужин заплачу, можешь заказывать, что хочешь.

– А ты? Уходишь? – поднимается она на ноги. Глаза такие обиженные. Как будто я на это могу купиться.

– Да, сваливаю. И ещё, – останавливаюсь у двери. – Не звони больше. Если что – я сам наберу, – бросаю напоследок и ухожу.

Домой не еду. Настроение отстой. А пялиться в потолок и снова травить себя воспоминанием о той единственной, которая смогла отправить меня в нокаут, не хочу. Каждый раз, когда приезжаю в этот город... Сука, кости ломает изнутри только от того, что мы были тут вместе. Да и в этот раз сильнее накрыло. Потому что она тут. Где-то рядом.

Зачем Катя сказала мне об этом?! Зачем?!

Я не буду её искать. Не буду!!!

Не хочу знать, как у неё дела. Есть ли кто-то.

За границей же была эти два года. Сука, насосала у Дани денжат и свалила. Бля, почему у меня не попросила? Я бы дал. Сколько надо дал. Без секса и возврата. Не в долг. Просто потому что люблю...

– Настя... Настенька... Настюша... Незабудка моя, – снова в голове собственный голос всплывает. Голос не сильного парня, а влюблённого идиота, который дальше своего носа не видел. Как же она смогла обвести меня вокруг пальца? До сих пор не понимаю – зачем?

Хотя, наверное, с обоих деньги хотела поиметь. Дала же себя трахнуть. Правда, девственностью там и не пахло. Вот тогда я окончательно слетел с катушек. До последнего же хранил надежду, что друг врёт.

Я даже не замечаю, как оказываюсь в ночном клубе. Громко орёт музыка, заглушая любые посторонние звуки. Вот бы и на мысли могла воздействовать так же. Заглушить так, чтобы я перестал их слышать.

Домой попадаю под утро. Нажрался как скотина и свалил на хату сам.

Бля, я даже квартиру ту продал, лишь бы о ней ничего не напоминало. Лишь бы не сойти с ума, когда оказывался там сам. Только этого оказалось мало. Она всё равно меня отравила.

Вырубаюсь почти моментально. Кажется, только закрыл глаза, а уже звонит будильник. Нахожу его рукой и выключаю. Да нахрен. Перенесут встречу. Вот только через полчаса, вместо будильника начинает звонить мой менеджер. Знаю: сколько бы не отключался – он всё равно будет звонить. Не отстанет.

– Даааа, – тяну я, как только телефон дотрагивается до уха.

– Ты где, мать его?! – орёт злой босс. Не будь он крутым менеджером, который офигенно выполняет свои обязанности – я бы его уже уволил. Особенно за то, что разговаривает со мной как с куском дерьма. А я, вообще-то, знаменитость.

– Сплю, – еле выдавливаю из себя.

– Ты охренел, Демченко?

Вот так вот разговаривают со звездой, когда она не сдерживает обещания.

– Ну, перенеси на завтра встречу. В чём, собственно, проблема?

– А в том, что если ты через полчаса не притащишь свой зад сюда – контракт отдадут какому-то там футболисту. И прощай пять лямов. Пять, Назар! Ты слышал?! Тебе никогда таких сумм не предлагали за рекламу! Год на экранах – и пять лямов! – продолжает орать он. К концу, когда озвучивал цифры, аж голос дрожал.

Да я тоже с ним согласен. Я за бой столько не зарабатываю за год. Просто мне было вчера хреново. Вот я и поддался соблазну нажраться и забыться.

– Всё, не ори. Через час буду. Потяни время.

– У тебя полчаса, или я пойду работать с тем футболистом. Понял?! – никак не успокоится Витёк.

– Да, понял. Уймись.

Насчёт полчаса он погорячился. Я через двадцать минут только хату покинул. У меня хоть и спортивная тачка, но она не самолёт. За десять минут полгорода не пересечёт.

Хотя, я очень стараюсь. Мчусь по максимально незагруженным дорогам. И именно это приводит меня к тому, что я чуть не сбиваю на пешеходном переходе двух девушек. Первые секунды пребываю в шоке. Еле успел дать по тормозам. И только я собираюсь выйти из машины и узнать – всё ли у них в порядке, как в лобовом замечаю её.

Моя незабудка!

Глава 5. Назар

На встречу я не опоздал. Я тупо на неё не поехал. Понимал, что на кону большие бабки, но... Да, я банально чуть с ума не сошёл, когда её увидел.

Первые секунды я думал, что у меня отходняк и в глазах то ли двоится, то ли мерещится. Даже глаза потер ладонями. Нет же, она. Смотрит на меня в упор. Сбоку девка какая-то голосит. Орёт. А я не слышу. Незабудку свою глазами пожираю.

Сколько раз мечтал увидеть её вновь? Хотя бы просто посмотреть. И похрен, что после этой встречи внутри всё будет адски гореть. Похрен, что сердце, которое до этого все чёртовы два года билось ровно, будет выпрыгивать из груди. На всё похрен.

Из-за большого количества алкоголя, выпитого вчера, меня мутит. Но разве в этом причина? В ней.

Она смотрит в упор. И хотя я уверен, что меня не видит... Меня так пробирает. До основания. Сука! Два года, мать его, я мечтал об этой встрече. Что выйду из дорогой тачки и даже не взгляну в её сторону. Пусть знает, кем я стал. Сколько зарабатываю. Чего добился. Потом мечтал, что отомщу. Заставлю пройти тот ад, что сам с трудом прошёл. Когда лучший друг в подробностях рассказывает, как любимая девушка у него сосала. И видео показывает, как целует её. Под юбку лезет. Хорошо хоть на камеру не засняли, как совокупились. Клянусь, я просто не выдержал бы. Сдох прямо там.

Это я слил то видео в их чат. Хотел показать, что всё знаю. Хотел намеренно боль ей причинить. Как и она мне. А она... от греха подальше просто свалила за границу.

Мне душу выпотрошила. Ножом раскромсала. Уничтожила. А сама просто развлекалась.

Хотя не зря же говорят, что не убивает нас, то делает сильнее. Что ж. И правда стал ещё сильнее. Нервы – сталь. Сердце – гранит. И только душа всё так же отравлена ею и общими воспоминаниями.

Когда они исчезают из виду, где-то там за углом, я выхожу из машины и вдыхаю свежий воздух. Абсурд, конечно, но я слышу её аромат. Такой нежный, как и в ту нашу ночь. Опираюсь спиной об машину в надежде, что холодный металл остудит меня. Вот только безрезультатно. Горю весь. Киплю. Сука, сгораю.

Умом понимаю – надо уезжать отсюда. Валить как можно дальше и быстрее. От греха подальше. От соблазна увидеть снова. Надо ехать на встречу и подписать контракт на пять лямов. Но вместо этого я запрыгиваю в машину и еду в ту сторону, где они скрылись.

За углом автобусная остановка, но их нет. Значит, уехали на той развалюхе, что мимо меня проезжала. Догоняю за считаные секунды и просто плетусь медленно за автобусом.

Нет, не за грудой металла я тянусь... За ней. Той, что уничтожила и разбила сердце.

Руки сжимают руль с такой силой, что, клянусь, мне кажется, даже вены полопаются. Зачем я её преследую? Какова моя цель? Чего хочу?

Рой вопросов, но ни одного ответа. Да и мозг мой в отключке. Только инстинкты сейчас работают.

Они выходят на институтской остановке. Ещё несколько дней назад я тут Катю забирал и Каро. Она была где-то рядом. Может, даже видела меня... К чертям, я бы почувствовал. Уверен.

Когда они скрываются за воротами, я достаю из бардачка пачку сигарет. Давно бросил курить, но иногда... Совсем редко могу себе позволить одну.

Вот только после одной – ещё одна, а потом ещё одна. Видел бы меня тренер – всю пачку в глотку бы затолкал и заставил глотнуть. Благо, он в Италии, а я тут...

Опираюсь об машину и снова делаю затяжку. Горько во рту становится. На душе ещё хуже. В голове прокручиваю минутный эпизод встречи. Её перепуганные глаза, губы... Весь образ по деталям разбираю. А потом снова складываю в цельный пазл.

Вроде и не изменилась. Как будто не было этих двух лет вдали. Хотя кому я сейчас вру? Между нами пропасть в два года. Глубина пропасти настолько большая, что до ада достаёт. Я был там. Два года назад. Когда выталкивал её из своей квартиры. Делал больно намеренно, а ранил этим себя. Хотел унизить, растоптать... как она меня. Не вышло. Хуже сделал. Она ушла, а я остался. Выл, сука, как зверь раненый. Подыхал.

И сейчас понимаю, что надо остановиться. Что надо бежать. Пусть как трус, но добровольно сдаться. Но нет же... Решаю ещё остаться. Просто посмотреть. Чем живёт? Есть ли кто-то?

Три чашки кофе, две пачки сигарет – ровно столько времени она была в универе. Много это или мало – не понимаю. Просто когда вижу её, забываю обо всём.

Прячусь назад в машину и жду, куда же она пойдёт. Встретит кто-то? На машине заберёт? Но нет же. Она снова садится в автобус и уезжает.

Отпускаю её? Отказываюсь от безумной идеи преследовать девушку, которая меня растоптала? Которая ушла из жизни, но забрала моё сердце?

Нет, завожу мотор и еду за ней.

Я просто посмотрю. Просто понаблюдаю. Даже подходить не буду.

Автобус тянулся, как назло, медленно. Или это я так нетерпеливо ловил каждое мгновение, словно боюсь её потерять снова. Смотрел, как она сквозь стекло смотрит в окно, и губы чуть поджаты, будто обиделась на весь этот грёбаный мир. Или на себя. Или на меня. Хотя что я себе придумываю? Она меня похоронила ещё тогда. Без слёз. Без прощаний.

Автобус остановился. Она вышла. Рюкзак закинула на одно плечо, походка та же – немного от бедра, будто не спешит, но при этом быстро идёт. Я, как тень, на расстоянии держусь. Боюсь, что заметит.

Настя свернула за угол и спокойно вошла в кафе. Чем-то похоже на то, где мы когда-то с ней прятались от дождя. Где в первый раз увидел, как она ест чизкейк, морща свой аккуратный носик. Как рассказывала, что у них в селе такого нет. Что мечтает вырваться оттуда. Я тогда ещё в первый раз подумал, что, возможно, именно с ней я бы рискнул пожить, а не просто побыть.

Я не стал заходить внутрь. Прислонился к стене дома напротив, где солнце уже не греет. Но прошёл час, а может, чуть больше, а она всё не выходила. Люди постоянно менялись. Жизнь вокруг текла своим чередом. Люди то заходили, то выходили из кафе. И только я застыл... Я искал глазами только её – хрупкую, с тонкой талией, русыми волосами и глазами неба голубого. А губы... Эти губы я до сих пор вспоминаю во сне. Пухлые, мягкие, такие, после которых ты уже не целуешь других – просто имитируешь.

Но её всё не было.

Мимо проходил паренёк, школьник скорее всего – лет 12–13, рюкзак, наушники, жвачка во рту. Я его тормознул.

– Эй, малой! – Он обернулся. – Зайдёшь туда? Мне нужна помощь.

Он подозрительно на меня уставился. Типа, кто я вообще и чего хочу.

– Там в кафе девушка. Тонкая такая. Русые волосы, глаза – как небо, губы – ну, понял, да? Сказка просто. Сядь, посмотри, с кем она. Парень с ней или девушка. О чём говорят. Зовут Настя, ну, вдруг имя услышишь. Понял? А потом расскажешь мне.

Он скептически хмыкнул:

– А если палево будет? Чё это я буду там просто так сидеть?

– На бабки, закажи что-нибудь. Ок?

– Ладно, – буркнул, убрал наушники и пошёл.

Я остался снаружи. Сигарету закуривать не стал – руки и так дрожали. В голове крутилась одна только мысль: а что, если она не одна? Что, если сейчас она там, с ним... Новым. Тем, кто будет гладить её волосы и слушать, как она тихо смеётся. Тем, кто никогда не узнает, как она умеет молчать, когда больно. Или как может притворяться сильной, когда ей страшно. Или же и с ним она играет? Очередного спонсора себе нашла?

Прошло минут десять. Я уже хотел зайти сам, но тут школьник вышел. Жуёт жвачку и улыбается, как будто ему по приколу всё это.

– Ну что? – спрашиваю.

– Она одна. И вообще-то, она там не отдыхает, а работает. Ко мне с меню подошла. А я сразу на бейдж взглянул. "Настя" – девушка с голубыми глазами и тонкой талией. Я не ошибся, уверен.

Вздохнул. Не знаю – с облегчением или с новой болью.

– Спасибо, малой, – хлопнул по плечу. Он протянул руку и с ехидной улыбкой добавил:

– Что, втрескался, да?

– На, ещё на мороженое. Хорошо поработал, – игнорируя его вопрос, дал ему ещё денег.

Парень ушёл, а я остался стоять. Вроде бы и рад, а вроде и злость берёт. На что надеялся? Что она всё это время страдала? Что плакала по ночам, как я? Убеждал себя, что она просто прячется. Что не может быть счастлива без меня.

Сильная. Холодная. Независимая. Такая, какую сам и сделал.

Но почему работает там? Почему не нашла богатого ухажёра? Почему вернулась из-за бугра и спину тут гнёт?

Как много вопросов, а ответов – нет. И не будет. Всё, что осталось мне – только смотреть. Не прикасаться. Не подходить. Не говорить.

Просто стоять – и проживать. Себя. Без неё.