Текст книги "Некрасивая невеста (СИ)"

Автор книги: Татьяна Дин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Некрасивая невеста

Пролог

– Она вновь утерла тебе нос? – смотря в красивое лицо эффектной брюнетки, идущей по залу под руку со смазливым щеголем, заметил Адам, одновременно жалея и осуждая своего друга – герцога Седрика Лавкрафта, за его странную и ненормальную привязанность к хитрой лисице в лице леди Скарлетт Фриман.

В это время Седрик мстительно прищурил глаза и плотно сжал губы, наблюдая как его возлюбленная кокетничает с мальчишкой Оливером Трейси, только что прибывшим из Испании.

Сегодня Скарлетт не только отказала Седрику в танце, но и уединилась с мальчишкой в саду, где позволила тому целовать себя в губы. И не один раз, приправляя короткие паузы флиртом и смешками!

Знала ли она, что Седрик подглядывал за ней? Да! Так как именно для него устроила весь этот спектакль.

Скарлетт заставляла Седрика ревновать, ненавидеть, сгорать от любви и мучиться, с удовольствием смотря на его метания. И каждый раз, когда он был готов отказаться от всех притязаний на нее, она превращалась в ласковую кошечку и вся льнула к нему.

Когда же он просил ее руки, она не отказывала ему, но и не соглашалась. Она держала его на коротком поводке, с одной стороны даря ему надежду, а с другой – даря свободу себе.

Его любовь к маркизе Скарлетт Фриман была болезненной, одержимой и изнурительной. Он то мечтал сделать ее женой, то также сильно мечтал придушить. Но всегда, после очередной ее выходки, прощал.

Их отношения были похожи на игру в кошки-мышки, где они постоянно менялись ролями.

Часто Седрик мстил ей, проявляя интерес к какой-нибудь хорошенькой особе, но слишком быстро сдавался, стоило Скарлетт поманить его пальцем.

Но после того, что он только что увидел, пылающее от страсти сердце вмиг почернело и наполнилось яростной злобой.

Седрик жаждал по-настоящему отомстить Скарлетт. Она должна решить, будто потеряла его. Навсегда. Бесповоротно. Он уязвит ее женскую гордость. Заставит почувствовать себя брошенной. Отвергнутой. И это не он будет бегать за ней, а она за ним.

Скарлетт не потерпит соперничества и кинет все силы, чтобы вернуть его себе, особенно если он променяет ее… на…

Его взгляд пытливо блуждал по залу. Адам ждал от него очередных жалоб на ускользающую из его рук леди Фриман, а он выбирал кого “осчастливит” своим предложением.

Взгляд остановился на самой некрасивой девушке среди всех дам. Кажется ее имя было Эстер Дэвис, дочь барона разорившегося на спекуляциях. Бедна, безлика, без надежд на замужество. В ней было все, что могло заставить Скарлетт получить удар по самолюбию и от ревности стиснуть белоснежные зубы.

Осталось только навести о мисс Дэвис справки и сделать ей предложение. Завтра же он попросит руки у ее отца.

Их помолвка продлится месяц, максимум – два, а когда он хорошенько измучит Скарлетт, то разорвет связь с мисс Дэвис.

Некрасивая девица не сильно пострадает, так как с его предложением или без, ей все равно не найти себе мужа. А так хоть побудет невестой и получит внимание общества. Кто знает, может благодаря ему какой-нибудь вдовец или захудалый джентльмен заинтересуется этой серой мышью и решит предложить ей руку, раз сам герцог Лавкрафт хотел жениться на ней. Может она ему потом еще спасибо скажет. Вдобавок ко всему, он будет к ней так добр, что после разрыва подарит коттедж или кругленькую сумму в счет, так сказать, морального ущерба и душевных страданий. Она еще долго ни в чем не будет нуждаться и все останутся довольны. Даже ее отец не будет иметь к нему никаких претензий.

– Ты знаешь где проживает семейство Дэвис? – окончательно проигнорировав вопрос друга, спросил Седрик. – У мисс Эстер и ее отца есть близкие родственники или они живут только вдвоем?

– Зачем тебе это знать? – не придав значения его расспросам, равнодушно бросил Адам.

Седрик, наконец, перестал пялиться в зал и многозначительно посмотрел на друга, а затем скривил рот и усмехнулся.

– Я собираюсь сделать предложение мисс Дэвис. А для этого, как ты понимаешь, мне нужно знать ее адрес.

Адам потерял дар речи, когда услышал слова Седрика. Его глаза стали идеально круглыми и смотрел он на него как на умалишенного, беззвучно открывая и закрывая рот.

Через несколько секунд Адаму удалось обрести способность говорить:

– Ты это серьезно?! А как же твоя любовь к Скарлетт?! Неужели ты променяешь ее на эту… эту… эту… – он скосил глаза, чтобы отыскать мисс Дэвис и подобрать для нее верное определение. – На эту безликую тень?!

Седрик притворно возмутился.

– Но, но, ты говоришь о моей невесте! Так что следи за своим языком! Мисс Эстер Дэвис идеальна для этой роли. Она должна верить в искренность моих чувств и отвечать мне взаимностью.

– Роли? – ухватился Адам всего за одно слово. – Почему роли? Что ты задумал?

– Не ведая того, мисс Дэвис поможет мне сначала унизить Скарлетт, потом заставить ревновать, потерять надежду заполучить меня, а в конце принять мое предложение. Через месяц или два Скарлетт будет моей! Она займет место мисс Дэвис и уже официально будет считаться моей будущей женой.

– Все таки эта женщина заставила тебя потерять рассудок, – с недовольным видом заметил Адам. – Твой план может сослужить тебе дурную службу.

– Я слишком хорошо знаю Скарлетт, чтобы идти на такой риск. Она не стерпит быть брошенной, еще и из-за какого-то страшного пугала. Она сама предложит мне себя. Вот увидишь, скоро она станет герцогиней Лавкрафт. Пора заканчивать с этими играми.

– И когда ты намерен сделать предложение мисс Дэвис?

– Завтра утром я приеду в ее дом и попрошу руки у ее отца.

– Тогда тебе стоит хотя бы пригласить ее на танец и показать свою заинтересованность.

– Зачем? – пренебрежительно бросил Седрик и брезгливо посмотрел на девушку, сиротливо жавшуюся к колонне. – Она, или, вернее, ее отец все равно не откажет мне. У меня нет желания раньше времени ухаживать за ней. Мне и так предстоит еще не один день терпеть ее возле себя. Предпочитаю не опережать события и не растягивать удовольствие. Пусть для всех наша с ней помолвка будет “приятной неожиданностью”.

Седрик перевёл взгляд на Скарлетт, которая продолжала упиваться вниманием мальчишки.

– Так ты знаешь адрес мисс Дэвис? – почти не разжимая губ, спросил он, но тут же пропустил слова Адама мимо ушей, так как Скарлетт наклонилась и принялась что-то шептать на ухо Оливеру.

*

Ровно в одиннадцать Седрик Лавкрафт стоял в маленькой скромно обставленной гостиной семьи Дэвис и говорил заранее заготовленные слова.

Мистер Дэвис был ошарашен, когда понял, что сам герцог желает взять в жены его бедную дочь. Но шок не помешал ему вовремя дать свое согласие, когда услышал официальное предложение о браке.

Джентльмены пожали друг другу руки, Седрик ушел, сославшись на срочные дела, но пообещав вернуться ровно в два часа, а мистер Дэвис вызвал служанку и велел привести к нему Эстер.

Глава 1

Глава 1

Эстер летела на свидание как на крыльях. Конечно это было свидание! А для чего еще Адам мог позвать ее в старинный дом деда?

Ох, как же долго она ждала от него взаимности! Целых три года! И хотя она влюбилась в него будучи шестнадцатилетним подростком, сейчас у нее был самый подходящий возраст, чтобы он обратил на нее внимание и… сделал своей гёрлфренд!

Эстер казалось, что она всегда любила лучшего друга своего брата. На пять лет старше нее, он был ее мечтой. Ее наваждением. Ее судьбой.

Сколько слез она выплакала, когда он приводил к ним свою новую пассию. Она ненавидела каждую, кого он обнимал и целовал. А ведь это ее он должен был обнимать и целовать!

Эстер прибегала к уловкам и женским штучкам, чтобы понравиться ему. Именно он первым увидел ее соблазнительный образ на выпускной. Он натирал ей спину кремом для загара. Он забирал ее из клуба, когда она задерживалась до полуночи, а потом звонила ему и просила отвести домой, так как брат был в ночную смену.

Как же она мечтала о поцелуе с Адамом! Никому она не позволяла прикоснуться к себе. Она хранила себя для одного единственного мужчины и во всех смыслах оставалась невинной.

Однажды Адам чуть не поцеловал ее. Он в очередной раз подвозил ее из клуба. Они долго разговаривали в машине, играла музыка, светила луна. Эстер видела, как его взгляд скользил по ее лицу и задерживался на губах.

Она уже сжала кулачки, предвкушая свой первый поцелуй. Адам потянулся к ней и… Позади них раздался звук сирены!

К ним подъехала машина и полицейский поинтересовался, все ли у них впорядке?

Эстер так и хотела крикнуть ему, что теперь уже нет, ничего у нее не в порядке! Он лишил ее самого желанного момента в жизни! Можно сказать он разрушил ее, так как стоило машине отъехать, Адам тут же отправил Эстер домой, сказав, что слишком поздно.

Дома она долго стояла перед зеркалом и рассматривала себя. Неужели она такая уродина?! Но сама же отрицательно покачала головой и от досады надула губы.

Нет, она не была уродиной, даже наоборот. За ней всегда бегали парни, не раз она слышала комплименты, а многие считали ее красивой. Да и фигуре ее можно было позавидовать, но Адам будто бы всего этого не замечал. Он смотрел на нее как на маленькую девочку. Наверно только когда она станет бабушкой, он поймет, что она повзрослела!

И вот, три года пустых надежд, слез и отчаяния обернулись для Эстер мигом счастья.

Позвонил Адам и пригласил ее приехать на новый адрес, в дом, который достался ему по наследству и в котором он наводил порядок. Он сказал, что хочет показать ей что-то интересное.

Эстер сразу все поняла. Адам нашел причину, пригласить ее к себе. Брат на неделю уехал на практику и никто и ничто им теперь не помешает провести время вместе. Эстер даже была готова остаться у него на ночь. В любом случае, она не уйдёт пока Адам не поцелует ее!

Старинный особняк в старой части Лондона казался Эстер слишком громоздким и некрасивым. Но если Адам захочет жить в нем, она тоже полюбит его.

Пройдя неровную дорожку из вымощенных камней, Эстер взошла на крыльцо и позвонила в дверь. Та открылась через несколько секунд.

Адам стоял в пыльной черной футболке и джинсах, а его волосы лежали в беспорядке. Но таким он нравился ей еще больше.

Он пригласил ее в дом, спросил, не хочет ли она чего-нибудь выпить, а потом проводил на второй этаж. Всюду царил хаос, мебель была отодвинута от стен, а вещи валялись прямо на полу.

– Может тебе помочь? – с надеждой спросила Эстер, предвкушая, как они будут наводить порядок, заигрывать друг с другом, а потом перейдут к более взрослым играм.

– Спасибо, но завтра приедет служба и большую часть вещей увезет. А пока я здесь, то хотел тебе кое-что показать.

Его слова хоть и не оправдали ожиданий Эстер, но не огорчили.

Адам завел ее в одну из комнат и указал на диван, чтобы она села, а сам направился к столу и взял с него довольно большую шкатулку.

Эстер с интересом смотрела на странный предмет, а когда Адам сел рядом, перестала дышать.

Он поставил шкатулку к себе на колени и сказал:

– Смотри, – а затем открыл крышку.

Внутри лежал какой-то непонятный круглый предмет и старый-престарый портрет весь в желтых пятнах и трещинах.

Сначала Адам протянул Эстер портрет и попросил посмотреть на него.

На нем была изображена не самая привлекательная девушка. Эстер перевернула портрет и обнаружила сзади две надписи.

«Эстер Дэвис 8.01.1824 год.

Эстер Уильямс 5.06.2006 год.»

Эстер подняла удивленные глаза на Адама.

– Это же твой день рождения? – спросил он.

Она кивнула. Тогда он протянул ей круглый предмет – увесистый и деревянный. Внутри него явно находился какой-то механизм, а с одной стороны имелась крышка.

– Открой его, – указал он на неё.

Эстер откинула ее и увидела свое имя, вырезанное на поверхности. А ниже было написано приложить палец к выемке с отверстием.

– Что это? – никак не могла она взять в толк.

– Понятия не имею. Утром нашел это вон под той потайной дверью.

В стене из под оборванных обоев у пола виднелась маленькая дверца.

– И что мне с этим делать?

– Не знаю. Может до моего деда тут жили твои предки? Ты знаешь, как звали твоих прабабок?

Эстер пожала плечами, а потом снова посмотрела на надпись.

– Ты не прикладывал сюда палец? – показала она ему на выемку.

– Нет. Я почему-то решил, что если эта вещь принадлежала твоим предкам, то тебе лучше самой решить, что с этим делать. Может ты лучше меня знаешь, что это. У вас в семье не было никаких историй, передаваемых из уст в уста?

– Даже если и были, то мы с Гиллом не успели их услышать, или забыли. Папы с мамой слишком давно с нами нет.

Эстер не хотелось в такой момент говорить о грустном. Она повертела непонятный предмет, а потом поднесла палец к выемке и положила на нее, немного надавив.

– Ой! – вскрикнула она, когда почувствовала укол.

На подушечке пальца образовалась капля крови, а из маленького отверстия в выемке выглядывал кончик иглы.

Адам испугался и бросился из комнаты, крича на ходу.

– Подожди! Кажется я видел аптечку! Нужно немедленно обработать рану!

Эстер не видела большой беды в одном незначительном уколе, но ей было приятно, что Адам беспокоился о ней.

Он вернулся в комнату с бутылочкой спирта, ватой и бинтом.

– Давай сюда.

Она с готовностью протянула ему палец и принялась следить за его манипуляциями, наслаждаясь их близостью и его прикосновениями. Ее рука была в его власти. Эстер уже была готова закатить глаза от удовольствия.

Адам перемотал палец и выдохнул, но продолжал держать ее кисть и смотреть на нее.

– Со мной все в порядке, – немного наклонилась она к нему и заглянула в его лицо. – Ничего страшного не случилось.

Он поднял на нее глаза и… Ее сердце остановилось.

Адам был слишком близко. Если до этого Эстер чувствовала только свое притяжение к нему, то сейчас ощутила и его притяжение к ней.

Он принялся склоняться.

О Боже! Неужели сейчас это произойдет?! Неужели первый раз в жизни она поцелуется с Адамом?!

От волнения у Эстер закружилась голова.

Нельзя быть такой чувствительной. Нужно перестать волноваться.

Но чем ближе находились губы любимого, тем хуже она себя чувствовала. К головокружению присоединился жар, а к нему и непреодолимая слабость. Руки и ноги отяжелели настолько, что она не могла ими пошевелить. Когда же лицо Адама было всего в каком-то дюйме от ее лица, все в глазах Эстер потемнело, почернело, окуталось беспросветной тьмой, после чего она провалилась в дыру.

Глава 2

Глава 2

– Неудивительно, что узнав о предложении руки и сердца от самого герцога Лавкрафта, бедняжка потеряла сознание.

– Теперь ее нельзя назвать бедняжкой. Мисс Эстер станет одной из самых влиятельных дам Лондона.

– Да, но только ее внешность это никак не исправит.

– Кто бы мог подумать, что ее заметит такой человек! Ей несказанно повезло стать невестой герцога Седрика Лавкрафта. Скоро роскошные драгоценности и модные наряды сгладят все ее недостатки.

– Да, да, – хихикнул голос, – всем известно, что ничего лучше не украшает леди как богатый и знатный муж.

Раздался еще один сдавленный смешок.

В помутненное сознание Эстер врывались два женских голоса. Они были ей не знакомы, но звучали совсем рядом.

Эстер бы и хотела открыть глаза и посмотреть, кто тут стоит, но пока не владела своим телом. Она могла лишь слушать. Тяжесть и слабость отступали слишком медленно.

Продолжая неподвижно лежать, она сделала вывод, что находилась в больнице и слышала разговор либо двух медсестер, либо соседок по палате.

Странно только что обсуждали они кого-то с таким же именем как у нее и называли ее «мисс Эстер». Мисс! А еще они говорили о герцоге. Может в палату к Эстер положили кого-то из Королевской семьи?

– Герцог Лавкрафт обещал скоро вернуться. Хорошо бы если бы мисс Эстер поскорее пришла в себя, а то он может решить, что у нее слабое здоровье. Она ведь должна будет родить ему наследника. Ей сейчас нельзя болеть. И выглядеть больной тоже нельзя.

– Вот-вот. Поэтому мистер Дэвис даже доктора не стал звать, чтобы не поползли слухи, будто с его дочерью что-то не так.

– А я думаю, что он не позвал его, так как сейчас хозяину лишние расходы ни к чему. Ему и так придется разориться на новые платья для мисс Эстер. Не может же она бывать на балах с Его Светлостью в старомодных нарядах?

– Возможно ты и права, но мне кажется, что слухов он боится больше.

Чем дольше Эстер слушала разговор, тем неприятнее становилось у нее на душе.

Она помнила эту фамилию. Вернее, она только что прочитала ее на портрете. Эстер Дэвис. Даже лицо некрасивой девушки хорошо запечатлелось в ее памяти. Слишком много было непонятных совпадений. А еще она помнила, как укололась и Адам позаботился о ней, после чего потеряла сознание.

О Господи! Адам! Она же была с ним и он хотел ее поцеловать! Еще бы немного и это случилось! Неужели опять все сорвалось?!

Эстер издала протяжный стон.

Тут же голоса замолчали, а ей под нос сунули какую-то дурно пахнущую гадость, от которой она дернулась и распахнула глаза.

На нее смотрели две женщины. Одна лет тридцати, а другая что-то около пятидесяти.

– Мисс, вы наконец-то пришли в себя! Вы слышите меня? – спросила та, что постарше.

Эстер молча кивнула.

Женщины засуетились возле нее. Одна схватила графин и плеснула в бокал воды, а вторая начала растирать пальцы Эстер.

– Как хорошо, что вы очнулись! Мы все этого очень ждали! Раз первое потрясение прошло, значит ничего больше так сильно не взволнует вас. Впереди вас ожидают только приятные хлопоты.

– Вот, выпейте, – протянула ей бокал женщина.

Эстер взяла его и, пока пила воду, с удивлением рассматривала то, как выглядели женщины.

Под длинными платьями угадывался тугой корсет, волосы были уложены в высокие прически, а у той, что постарше, на шее висела цепочка, на которой болталось что-то вроде сложенных линз для очков. Уж очень женщины напоминали ей дам из прошлого.

Эстер окинула взглядом комнату. Меньше всего она походила на больничную палату. Скорее на комнату из фильма. Слишком странная и необычная. Мебель, обои, занавески, камин, кровать – все было хоть и не старым, но старинным. Несовременным.

Эстер будто попала в прошлое. Очень далекое прошлое.

– Какой сейчас год? – решила она не мучить себя догадками и задала сам собой напрашивающийся вопрос.

Ей показалось или у нее другой голос?

Женщины обеспокоенно переглянулись и одна из них ответила:

– Тысяча восемьсот сорок третий.

– Какой?! – в ужасе воскликнула Эстер и задышала так судорожно и шумно, что дамы испугались.

– Мисс Эстер, мисс Эстер, вам снова плохо?! Бет, немедленно подай нюхательные соли! Она сейчас вновь потеряет сознание!

Эстер и рада бы была его потерять, если бы ей под нос не сунули все ту же гадость, от которой у нее сперло дыхание и зарезало в глазах.

– Как такое могло случиться?! – закричала она и завертела головой, не желая ни нюхать соли, ни верить в происходящее. – Этого просто не может быть!

– У нее истерика! Помоги мне! – крикнула одна дама второй, и они схватили руки Эстер, а затем прижали их к кровати, не давая ей вырваться.

Одна перехватила обе ее руки, а вторая взяла графин и, наливая воды себе в ладонь, принялась смачивать лицо и шею Эстер.

Делали они хуже или лучше, Эстер не понимала, но все же спустя некоторое время успокоилась. Успокоилась настолько, что впала в оцепенение, переходящее в апатию. Она бессмысленно уставилась в потолок.

Если вначале ее мысли вертелись с неимоверной скоростью, то теперь в голове царила сплошная пустота. Эстер отказывалась думать и чувствовать. Она лишь знала, что ее Адам остался в прошлом… будущем, а она попала в кошмарный сон, из которого нельзя проснуться.

– Мисс Эстер, вам лучше? – заглядывала в ее безжизненное лицо пожилая женщина.

– Да. Мне лучше, – как робот ответила она, желая, чтобы от нее отстали.

– Ваш отец приказал позвать его как только вы придете в себя. Могу я за ним послать?

Отец? Зачем ей чужой отец? Вместо него у нее есть любимый брат. Вернее, был любимый брат.

– Я не хочу никого видеть.

– Хорошо. Тогда пока отдохните, а чуть позже я все же позову его. Вам еще что-нибудь нужно?

Да, у Эстер была одна просьба, но озвучивать ее она опасалась, так как боялась того, что могла увидеть. Изменившийся голос вызывал нехорошее предчувствие. Способна ли она сейчас спокойно воспринять новую реальность? Или наоборот, лучше все неприятные сюрпризы получить одним разом, так сказать, скопом?

– Дайте мне зеркало.

– Конечно, мисс.

Та, что помоложе, прошла к столику и взяла зеркало в резной оправе с ручкой, а потом передала его Эстер.

Дрожащей рукой она поднесла его к лицу и… Все внутри нее ухнуло вниз.

Эстер помнила это некрасивое лицо.

«Эстер Дэвис 8.01.1824 год.»

Вот она кто теперь! Непонятная девушка из девятнадцатого века!

Зачем Адам пригласил ее в свой дом?! Зачем показал ей портрет и непонятную штуку?! Зачем разрушил ее жизнь?!

Эстер была готова вновь впасть в отчаяние, как вдруг в уме всплыла вторая надпись с ее настоящим именем и годом рождения. Она тут же встрепенулась.

Значит… Значит… Значит она уже была здесь и оставила послание самой себе! Значит все это не случайность!

А что если деревянный шар – это машина времени? Ее машина времени? Ведь на нем было вырезано ее имя. Тогда, получается, шар существовал и в этом веке. Ей просто нужно найти его и вернуться домой. К Адаму! К брату! К своей привычной жизни!

А что если настоящая Эстер Дэвис теперь в ее теле и это ее теперь целует Адам?

Ааа!

Эстер чуть было не вскочила и не бросилась искать злополучный деревянный шар, но вовремя себя остановила. Она поищет его позже, без свидетелей, а пока встретится не со своим отцом. Когда все убедятся, что с ней все в порядке, то оставят ее одну.

Еще раз посмотрев на себя в зеркало, она пригладила волосы и обратилась к женщинам:

– Можете позвать отца. Я готова.

Те с облегчением выдохнули, и одна из них покинула комнату.

Спустя несколько минут перед Эстер стоял невысокий лысеющий мужчина. Она сразу определила, что внешностью прежняя Эстер пошла в отца. Такой же нос картошкой, светлые глаза и маленький подбородок.

– Как ты себя чувствуешь? – смотря на нее с надеждой, спросил он и, получив ответ, что хорошо, взглянул на часы. – Дорогая, я не знаю как быть? Через полчаса приедет герцог Лавкрафт. Ты сможешь выйти к нему? Я не хочу, чтобы он решил, будто ты не ценишь его предложение. Он оказал тебе большую честь, и ты должна показать, как рада стать его женой.

Женой?!

Эстер с трудом сдержала вскрик неприятного удивления.

Ну конечно, когда она очнулась, Бет и вторая женщина обсуждали что-то такое.

Так ей что, теперь ещё и становиться чьей-то невестой? А как же первый поцелуй с Адамом? Она не хотела замуж за незнакомого человека! Даже невестой его не хотела быть!

Придется ей отказать герцогу. Пусть прежняя Эстер ее простит, но она не будет жертвовать собой ради нее. И не будет целоваться ни с кем кроме Адама!