Текст книги "Мастер теней (СИ)"

Автор книги: Татьяна Богатырева

Соавторы: Анна Строева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

   – Ваше Величество, Ваше Высочество, – знакомый бас и волна искренней симпатии заставили Шу поднять глаза.

   – Урман. – Кейран остановился напротив своего несостоявшегося тестя.

   От регентши и советников, ожидающих у самых дверей столовой, пахнуло смесью злости, вины, страха и чего-то еще, разбираться в этой гадости Шу не желала. Где-то в задних рядах гостей послышался шепоток: "Какой дурной тон, явиться без приглашения!"

   – Мы всегда рады видеть названного брата нашего возлюбленного отца, мягкой ему травы, – громко, чтобы все слышали, сказал Кейранн и подал герцогу руку для поцелуя. – И желаем, чтобы послезавтра вы отобедали с нами.

   – Благодарю за честь, Ваше Величество. – Урман поклонился и отступил в общий ряд.

   Шу украдкой вздохнула: ей очень не хватало мудрости и спокойствия Урмана. После того как Совет отказал Кейрану в браке с Таис Дарниш под предлогом отсутствия документов, подтверждающих волю покойного Мардука, и лишил Урмана должности начальника Тихой гвардии и места в Совете, он редко появлялся во дворце. Ристана ясно сказала, что не желает его видеть, велела отослать дочь из столицы, передала подряд на новые верфи графу Свандеру. Тем не менее, Урман не оставил детей своего короля – если бы только Кей поменьше топил тоску в бутылке и побольше думал головой!

   Наконец, и советники отдали королю приветствия, очередь дошла до самых важных особ.

   – Ваше Величество, – присела в глубоком реверансе Ристана, одетая в подчеркнуто строгое темно-синее платье, на котором ослепительно сияла золотая регентская перевязь. – Счастливы видеть вас в добром здравии.

   Рядом с регентшей ожидали послы. Шер Кемальсид, смуглый пожилой ирсидец, полномочный посол соседнего королевства в Валанте вот уже десять лет, и алер Вандермельге, полномочный посол Соединенных Баронств, в честь приезда которого и устраивался прием. Одетый во все белое, словно снега его далекой родины, северянин сиял не только дипломатической улыбкой и золотыми, тщательно завитыми локонами, но и острой лазурью воздушного дара, и вкрадчивым аметистом ментальной защиты.

   "Категория терц, неспроста такая честь", – подумала Шу.

   – Позвольте приветствовать Ваше Величество от имени Светлейшего Лерда Соединенных Баронств.

   Посол станцевал "полный королевский поклон" с тремя отходами и прикладыванием рук к сердцу, одновременно мысленно посылая такое же приветствие Шуалейде, и подал королю верительные грамоты с сорванными печатями: первой их читала Ристана, волею Двуединых и Императора регент Валанты.

   – Добро пожаловать в Валанту, Ваша Светлость. – Кейран принял грамоты, отдал их Закериму и сделал приглашающий жест: – Извольте отобедать с нами.

***

   Парадный обед походил на сотню парадных обедов: двадцать перемен кулинарных шедевров, залитых патокой лести и ядом зависти. Дарниша и ирсидского посла посадили подальше от короля. Хорошо, что этикет не предусматривал возможности убрать с глаз долой младшую принцессу и королевского Оруженосца, а то Шуалейда и Закерим тоже оказались бы за лигу от монарха.

   Увы, плачевное состояние короля видела не только Шуалейда. Северный посол то и дело бросал на короля изучающие взгляды. К удивлению, посол оказался за столом по левую руку от Шуалейды, а не рядом с Бастерхази.

   – ...не думали ли Ваше Высочество посетить Лерда? Даже у нас сумрачные шеры чрезвычайно редки. Возможно, вам было бы интересно поговорить с коллегой, – вполголоса спросил посол.

   Слово "коллега" льстило, но и настораживало: шеры-зеро не разбрасываются комплиментами просто так. Наверняка Лерд назначил послом светлого шера категории терц не ради Ристаны – согласно древним традициям, шеров без дара он политическими фигурами не считал.

   – Я с радостью приму приглашение, – так же тихо ответила Шу. – Когда Его Величество позволит.

   – Мы надеемся на ваш визит в самом скором времени, – улыбнулся посол и вернулся к животрепещущей теме влияния теплого морского течения у берегов баронства Мельге на качество славной на весь мир шерсти.

   Шуалейда украдкой вздохнула – сколько она себя помнила, всегда мечтала о путешествиях. Как же хочется побывать в Баронствах, где до сих пор шеры не носят оружия и нет глупой моды на кольчужные дублеты и дуэли на шпагах! А все потому, что не одаренный магией не имеет права называться шером, а об условной категории и передаче шерского звания по наследству бездарные и заикнуться не смеют. В баронствах темные и светлые прекрасно уживаются вместе, а вырождение магии не достигло таких масштабов, как в Империи, Марке и Сашмире – что неудивительно, ведь все несогласные с имперскими законами шерские семьи обосновались по большей части в Баронствах.

   Едва подали третью перемену, король поднялся. Тут же разговоры оборвались, гости встали.

   – Прошу вас, продолжайте, – милостиво кивнув, велел Кейран. – Мы с радостью продолжим беседу с Вашей Светлостью позже, – добавил он для посла.

   Не успел король сделать двух шагов к дверям, Ристана вздохнула и шепнула стоящему рядом советнику Флатту:

   – Бедный мальчик. Он совсем раздавлен смертью отца.

***

   В общем зале было намного веселее. После Ристаны даже смертельно надоевшие разговоры о моде и кошках казались забавными. А компания повес, встретившая короля радостными возгласами – дивно приятными юношами.

   Заняв любимую наблюдательную позицию в нише окна – свежий воздух, пелена невидимости – Шу осматривала зал и не находила никого, с кем желала бы перемолвиться хоть словом. Ни Дарниша – он до сих пор беседовал в столовой с ирсидским послом. Ни генерала Флома – он сгинул в мятеже. Ни Дайма...

   Задорные звуки эста-ри-касты так живо напомнили их первый танец, что в глазах защипало. Злые боги, почему все против них? То император находит для главы Канцелярии сотню срочных дел, то хмирский Дракон желает лично познакомиться с императорским бастардом. И все это именно тогда, когда Дайм нужен ей, как воздух. Если Ристана женит Кея на Свандеровской дочке...

   Перед глазами мелькнуло видение. Завернутый в алые шелка брат лежит на траве в Лощине Памяти. Рядом – безутешная вдова укачивает новорожденного короля. Не менее безутешная регентша клянется достойно править Валантой еще восемнадцать лет. Придворный маг скорбно обещает хранить и беречь юного короля, как хранил и берег его деда и отца.

   Но нет, Ристана не решится. Даже если Совет одобрит брак короля, он должен сказать "да" перед алтарем. Кей же не скажет, правда? Если, конечно, его не опоят, или Бастерхази не найдет другого способа его заставить... А еще они могут объявить короля сумасшедшим...

   Из болота отчаяния её вытянул тихий голос:

   – Ваше Высочество?

   Шу окатило волной радости пополам со страхом: сегодня она не ждала добрых вестей.

   – Вы тоже желаете подышать свежим воздухом, Урман? – не снимая заклинания, спросила она.

   – С удовольствием. Здесь, знаете ли, последнее время на удивление душно.

   Вздохнув, Шуалейда перенастроила полог, чтобы он прикрывал обоих.

   – Я так предсказуема?

   – Отсюда самый лучший обзор. – Урман пожал плечами. – Я вижу, Его Величество прекрасно проводит время.

   – Кейран еще не опомнился после смерти отца и исчезновения генерала Флома. Ваши люди так и не нашли тела?

   – Люди советника Ги, а не мои. – Урман внимательно посмотрел на Шуалейду, усмехнулся чему-то своему. – Фрай исчез, но это к лучшему. Регентша бы непременно обвинила его в измене.

   – Забыв о том, что благодаря Фраю мятежники не разграбили больше ни одного города. Как вы думаете, есть шанс, что он не погиб?

   – Генерала не так просто взять. Уж кому это знать, как не Вашему Высочеству.

   Шу кивнула: ей самой однажды довелось стать везением генерала Флома и вписать самую впечатляющую страницу в летопись его подвигов.

   – Урман, не сердитесь на...

   – Он не мог ничего сделать. Я знаю, Ваше Высочество. Увы, он и не пытается.

   – Кейран по-прежнему любит Таис... – начала Шу, но Дарниш прервал ее:

   – У Его Величества вскоре будет возможность сказать ей это лично. Через четыре дня моя дочь будет в Суарде.

   Шу удивленно глянула на герцога: она отвыкла, что кто-то может откровенно идти против воли регентши. Хотя сегодня Урман уже воспользовался правом Оруженосца... быть может, он поможет привести Кея в чувство?

   – Надеюсь, вы позволите Таис бывать у меня.

   – Я на это рассчитываю, Шу. – Урман оставил официальный тон. – Ей придется нелегко, но с вашей поддержкой она справится. Ристана постаралась, чтобы похождения Кейрана обсуждались на каждом углу. Скоро вся Валанта будет уверена, что после смерти отца молодой король сошел с ума. А Таис еще слишком юна, чтобы понимать – в слухах может не быть и капли правды.

   – Увы. – Шу передернула плечами и выдернула из воздуха два бокала с вином. – Выпьем, Урман!

   – Здоровье короля, – отозвался Дарниш, принимая один из бокалов.

   После беседы с Урманом Шуалейда решилась выйти из укрытия: хороша колдунья, прячется от толпы бездарных шеров! Нацепив отрепетированную перед зеркалом уверенную улыбку, она покинула нишу и направилась через зал к тронному возвышению.

   – ...кошки такие чуткие...

   – ...а графиня Свандер и говорит, наша старшая дочь не про вас...

   – ...длинношерстная порода...

   – ...сын делает потрясающие успехи. Отличная идея, открыть школу фехтования! Зифельду пошла на пользу женитьба на дочери Ламбрука...

   – Должно же было ей повезти хоть раз за двадцать лет, бедной дурнушке.

   Имя графа Зифельда, недавнего фаворита Ристаны, заставило Шуалейду прислушаться к беседе шеров, но больше ничего интересного она не услышала, лишь снисходительную злобу к везучей старой деве, отхватившей первого красавца Суарда, да еще по протекции самого придворного мага.

   – Ваше Высочество! – присела в реверансе фрейлина, первой заметившая приближение патронессы.

   Вслед стали приседать и кланяться остальные дамы и кавалеры. Как и следовало ожидать, "рыцари", назначенные Ристаной, были отодвинуты от трона подальше, а рядом вертелись Кукс, напомаженный поэт и девица Свандер. При взгляде на неё Шу передернуло.

   – Ах, оставьте, сишеры. – Шуалейда махнула рукой. – Мне не нужно церемоний больше, чем нашему королю.

   – Наша возлюбленная сестра не любит церемоний, – откликнулся Кей, салютуя бокалом. – Здоровье Её Высочества!

   Баронет Кукс вручил Шу бокал и обернулся к королю:

   – Выпьем это прекрасное лорнейское за прекрасную Шуалейду!

   Девица Свандер вздохнула, колыхнув пышным бюстом, и захлопала глазами: о ней не позаботились. Раскрасневшийся король щелкнул пальцами, подзывая лакея, и галантно подал ей бокал.

   Шуалейду снова передернуло. От девицы Свандер разило кровью, ужасом и смертью, снова поднялась тошнота, захотелось немедленно ее прогнать, словно чумную крысу.

   – Вы так любезны, баронет. – Шу изобразила улыбку, отпила вина и капризным тоном велела льнущей к брату девице: – Принесите мой веер, дорогая. Тот, с перьями.

   – Но... – шера Свандер, забыв про вино, переводила трагический взгляд с Шуалейды на короля и обратно.

   – Чего вы ждете? Мне жарко.

   – Скушайте лучше лимонный шербет, Ваше Высочество, – со страдальческой улыбкой вмешался Кей. – И давайте потанцуем.

   Шу еле сдержалась, чтобы не запустить бокалом в брата. Он назло делает все наоборот? Может, он назло Шу скажет да, когда священник спросит его?.. О, проклятье! Надо немедленно убрать отсюда эту Свендер. Даже если все это пустые страхи – без жениха и невесты объявить о свадьбе нельзя.

   Тем временем девица Свандер снова заулыбалась и придвинулась к королю еще ближе.

   – Вы приглашаете меня, Ваше Величество? – Шуалейда шагнула к брату, протягивая руку, посмотрела на него в упор: хватит дурить, отошли ее, быстрее!

   Но Кейрану изменили последние остатки благоразумия. Он обернулся к девице Свандер:

   – Позвольте пригласить вас, милая Виола.

   У Шуалейды на миг отнялся голос, она застыла, не в силах пошевелиться. Бальный зал вдруг показался внутренностями Кукольных часов, что на башне Магистрата, а Виола Свандер – занесенной ветром чайкой, присевшей на готовую повернуться шестерню...

   – Кейран, не надо! – позвала она брата и осеклась.

   Слишком поздно, слишком громко. Не меньше десятка пар глаз устремились на нее в ожидании: что учудит полоумная колдунья?

   – Следующий танец твой, – примирительно улыбнулся Кей, спускаясь в зал рука об руку с девицей Свандер.

   Время для Шуалейды застыло и смешалось. Кричала от боли чайка, застрявшая в часовом механизме, погребальные алые шелка шелестели на ветвях юного тополя с лицом Кейрана, Лощина Памяти манила мягкостью травы, звала уснуть – здесь, рядом с отцом и братьями...

   – Шу, да что с тобой, – выдернул ее из видений шепот Закерима. – Очнись!

   Она встряхнула головой. Шепчущие деревья отступили, оставив её посреди полного гостей зала, в перекрестье любопытных взглядом. Всего в десятке шагов Кейран кружил в вельсе счастливую Виолу Свандер. На них смотрел через плечо – холодно, совсем не как подобает названному отцу – герцог Дарниш, на миг отвлекшийся от беседы с бургомистром. А в дальнем конце зала уже открывалась дверь...

   Животный ужас затопил Шуалейду. Теперь она знала, что должно произойти и что она должны была сделать.

   – Зак! Кей, скорее! – громко прошептала она, не обращая внимания на удивленные взгляды гостей.

   Закерим вздрогнул, не понимая, чего хочет Шу, но все равно устремился к королю, защитить его от любой опасности. Шу – вместе с ним, скорее к брату, быть может, еще не поздно?! Но шестерня повернулась, сминая птичье крыло – и часовой механизм остановился.

   – Её Высочество Ристана, милостью Близнецов регент Валанты! – выкрикнул герольд, распахивая двери.

   Музыка оборвалась, пары застыли. Только Шу и Зак в нарушение этикета проталкивались к Кейрану. Но не успели. Ристана быстро и уверенно шла к брату, а гости расступались перед ней, кланялись и приседали. В полушаге за ней следовал Бастерхази, полы его плаща развевались траурными знаменами. Толпа отхлынула в стороны, образовав пустой коридор между Кейраном и регентшей. Закерим и Шуалейда остались перед королем одни, словно защищая его от хищника.

   – Ваше Величество! – с половины дороги начала Ристана и сделала раздраженный жест рукой: пойдите прочь.

   Закерим посторонился, попытался оттеснить от Кейрана девицу Свандер, но та вцепилась в королевский рукав. А Шуалейда снова замерла: поздно оттаскивать от Кея девицу, можно лишь убить – но Суардисы не убивают детей.

   Она как сквозь толщу воды смотрела на приблизившихся к брату Ристану, Бастерхази и советника Свандера. Кейран вмиг протрезвел, осознал, в какую ловушку попал, попытался отцепить от себя девицу Свандер и застыл, не в силах ни пошевелиться, ни сказать слово: Бастерхази что-то сделал с воздухом вокруг короля, не затронув защитные амулеты. Панику брата Шу чувствовала, как свою, и с паникой бессилие, унизительное бессилие короля-марионетки...

   Шу перехватила взгляд Дарниша – понимающий и разочарованный, и тут же по нервам ударило торжество советника Свандера.

   "Мое предложение все еще в силе, – донесся рокочущий пламенем мысленный голос Бастерхази. – Соглашайся, и твой брат будет жить".

   "Нет!" – мысленно закричала Шу, потянулась к Источнику... и наткнулась на стену.

   "Глупая, самонадеянная девочка", – в голосе Бастерхази звучало сожаление.

   Поняв, что магия недоступна, Шуалейда дернулась к брату: устроить скандал, драку, да что угодно, лишь бы не позволить им объявить помолвку прямо сейчас – а потом на непременно что-нибудь придумает!.. Но не смогла пошевелиться. Невидимые руки держали ее, зажимали рот, притискивали к возбужденному мужскому телу – а внутри росло отчаяние, поднималось бессильными слезами.

   "Ты думала, я не сумею обойти запрет Императора? – Дыхание Бастерхази обжигало шею, пальцы сжимали бедро, хотя Шу прекрасно видела его – вот он, стоит в пяти шагах, рядом с регентшей, улыбается, словно добрый дядюшка. – Еще восемнадцать лет регентства Ристаны при следующем короле меня вполне устроят. И ты, сладкая моя, никак не помешаешь одобренной Советом свадьбе. А если вмешаешься, я буду вынужден свидетельствовать перед Конвентом о твоем опасном сумасшествии, а заодно о сумасшествии Кейрана. Мы ведь этого не хотим, сладкая моя?"

   – ...подтвердим дату на Осеннем балу. Конечно, траур только закончится, но отец желал, чтобы род Суардисов был продолжен как можно скорее... – как сквозь сон доносились слова Ристаны. – У нашего возлюбленного брата слабое здоровье... единогласное одобрение Совета... через неделю... торжества...

   "Нет! Вы не смеете! Прекратите! – пытался кричать Кейран, но и его держал темный: гости видели лишь милостивую улыбку на лице короля, даже посол Лерда не почувствовал запрещенной магии. – Шу! Ты где? Что мне делать?!"

   "Отпусти!" – рванулась из призрачных рук Шуалейда.

   "Или ты будешь моя, или Кейран умрет, – угрожающе шепнул прямо в ухо Бастерхази, сжимая ее сильно, до синяков на ребрах. – Ну?"

   "Мой брат не будет твоей куклой", – выдохнула она.

   "Как скажете, Ваше Высочество".

   Наваждение отпустило, Шуалейда судорожно вдохнула, шагнула к брату... Поздно: советник Свандер уже раскланивался с королем, неся чушь о преданности, семейных узах и всеобщей любви. Раскрасневшаяся девица Свандер плакала от счастья, повиснув на рукаве жениха. Совершенно потерянный Кейран застыл памятником самому себе и уже не пытался скандалить. Гости торопились поздравлять короля с близким семейным счастьем. Прямой, как шпага, Дарниш твердым шагом шел прочь из зала. Бледный до зелени Закерим сжимал кулаки, играл желваками и смотрел на Ристану так, что его можно было сей же час казнить за покушение на особу королевской крови.

   Шуалейда тоже была готова убивать, так же, как убивала в Уджирском ущелье, и плевать на Конвент, на монастырь! Вот только если брат останется один, то не протянет и месяца даже без Ристаны и Бастерхази – принц Лерма только и ждет, когда Валанта упадет ему в руки. Проклятье!

   "Умница, моя сладкая. Веди себя хорошо, и твой брат поживет еще немного", – пророкотал призрачный Бастерхази и ущипнул ее.

   – Дорогая сестра, вы не упадете в обморок от счастья? – пропела Ристана, останавливаясь перед Шуалейдой. – Посмотрите, какая прекрасная пара! Уверена, меньше чем через год милая Виола подарит Валанте наследника. – Ристана кивнула на окруженного толпой Кейрана. – Как жаль, что мы пока не может порадоваться за вас! Но обещаю, вскоре и у Вашего Высочества будет праздник.

   – Благодарю за заботу, – непослушными губами ответила Шу. – У нас непременно будет праздник, Ваше Высочество.

   Выдержав несколько мгновений насмешливый взгляд сестры, Шуалейда развернулась и помчалась прочь из зала. Разбуженная магия бушевала в ней, требуя немедленного применения. Но сила Источника, способная стереть с лица земли весь Суард, не могла ей помочь. Ничто не могло помочь: она прозевала опасность, не догадалась, для чего Ристана затевает прием – и позволила ей огласить помолвку короля с шерой Свандер перед Советом, двадцатью титулованными шерами и послом иного государства, все как полагается по закону. Она не заперла девицу в своей башне, она даже не смогла устроить скандал или дать брату возможность возразить. Глупая, бездарная девчонка! Не понять очевидного! Что бы сказал отец, если б узнал, что она не уберегла брата? Что бы сказал Фрай? После сегодняшнего она не сможет смотреть в глаза Дайму, она подвела всех...

   – Стой! Шу, опомнись! – Сильные руки схватили ее, сжали и встряхнули. – Прекрати сейчас же. Ты не виновата. Слышишь? Хватит.

   Шуалейда судорожно вздохнула и уткнулась в плечо Балусты. Она была дома, в своей башне, бежать дальше было некуда.

   – Они убьют Кея. Это я виновата.

   – Нет, не убьют. И ты не могла предвидеть все. Успокойся, Шу, пожалуйста. – Балуста гладила ее по волосам, прижимала к себе, словно маленькую. – Мы что-нибудь придумаем. Непременно.

   – Но что? Кей не может сам выбрать невесту, он несовершеннолетний. Отказаться от свадьбы? Его все равно приведут к алтарю, хоть силой. Если он сегодня не смог сказать нет, сможет ли сказать священнику? И Бастерхази... – Шу вздрогнула, вновь ощутив зажимающую ей рот призрачную руку. – Я не справлюсь с ним. Я вообще не понимаю, что и как он делает, Баль! Он заставил Кея молчать, он скрутил меня, как цыпленка, я пискнуть не могла!

   – В конце концов, мы всегда можем убить эту дуру Свандер. – Отпустив Шуалейду, Балуста отошла на шаг и усмехнулась.

   – Нет. Не можем.

   – Значит, думай, твое высочество. У тебя целая неделя до свадьбы.

   Глава 9. И снова о Гильдии

   Шуалейда

   436год, 16 день Журавля. Роель Суардис

   В покоях Кейрана пахло тоской и вином. Шуалейда окинула взглядом королевскую опочивальню: задернутые шторы, зеленоватый полумрак, бутылки и бокалы на столике у двери. Из вороха простыней под балдахином доносилось посапывание Его Величества, рядом, на полу, спал полуодетым давешний поэт.

   Шуалейда выплеснула на поэта воду из вазы с астрами – вместе с астрами. Шер подскочил, моргая, отфыркиваясь и нашаривая камзол.

   – Пойдите вон, – велела ему.

   Поэт вздрогнул еще раз, поклонился и побежал к двери.

   – Вставайте, Ваше Величество! – Бокалы и бутылки отозвались жалобным звоном. – Извольте объясниться!

   – Что ты кричишь? – раздалось из-под одеяла. – Голова болит...

   Шу отдернула занавеси, впуская яркое утреннее солнце.

   – Чему болеть? У Вашего Величества там чугун.

   – Перестань...

   – Правильно тебя на Совет не пускают. Нюня. Достойный супруг дуры Свандер.

   – Где Веслен? Он обещал мне стихи! – надул губы Кей, пропустив мимо ушей имя новой невесты. – Ты снова выгнала его?

   – Ах, этого милашку зовут Весленом... – протянула Шу. – Прелестно звучит: шер Веслен, любовник короля.

   Кей схватился за голову и возмутился:

   – Что за чушь? Какой еще любовник?!

   – А это ты будешь объяснять всей Валанте. Хотя... нужны кому твои объяснения!

   – Да какая разница. – Кей закрыл глаза и упал обратно на подушки. – Все равно из меня король, как...

   – Тролль зеленый, – закончила за него Шу. – Где Закерим?

   – А Мертвый его знает. Кажется, он вчера собирался драться с... шис, с кем же?!

   – Злые боги, – пробормотала Шу, разглядывая бледное лицо и красные глаза брата. – Ты напился, как сапожник. Тебе все равно, что будет с Заком, все равно, что вместо Таис ты женишься на этой дуре, все равно, что...

   – Перестань! – крикнул Кейран, болезненно сморщился и обхватил голову руками. – Мне не все равно. Но что я могу сделать? Я сто раз скажу "нет" перед священником, но ты уверена, что кто-то меня услышит? Хочешь, я сегодня же женюсь на... да на ком угодно – они завтра же расторгнут мой брак. Шу, еще три года я не человек, а кукла! Проклятье. Три года!

   Он съежился под простыней и спрятал лицо в подушку.

   Бедняга Кей. Шуалейда отлично понимала, что значит не иметь права решать за себя. Десять лет они жили вдали от дома, не зная, вернутся ли когда-нибудь домой, или Кейрану так и придется закончить дни в крепости Сойки, из убежища превратившейся в тюрьму, а Шуалейду выдадут замуж куда-нибудь в Сашмир. Благослови Светлая Дайма, который избавил ее от брака с Лермой Кристисом: Шуалейда была более чем уверена, что без его заступничества кронпринц нашел бы способ взять ее в жены, и наплевать ему на закон, свободу воли шеров и прочую чушь.

   – Так с кем там собирался драться Зак? – подавив неуместную жалость, спросила Шу.

   – Не помню. Подумаешь, убьет кого-нибудь. Лучше вылечи мне мигрень, – вернулся к роли капризного дитяти Кейран.

   – Ваше Величество удивительно добры и заботливы. Вы даже пришлете на могилу Закерима цветы.

   – Да ничего с ним не станет, – отмахнулся Кей.

   – Приятного утра Вашему Величеству. – Шуалейда присела в глубоком реверансе. – Я велю позвать к вам лейб-медика.

   Она развернулась, взметнув юбками небольшой вихрь, и выскочила из комнаты. Проглотив слезы, Шу улыбнулась Веслену, что так и не убрался от королевских покоев, и с видом победительницы направилась прочь. Позади открылась дверь: продажный поэт вернулся к королю. Шу крепче сжала зубы и не обернулась.

   Ширхаба вам в глотку. Никакой свадьбы! И плевать на законы, Бастерхази, монастырь и прочую чушь. Начать немедленно. Прощупать еще раз Свандера, должно быть у него слабое место. И убрать от короля разгульную компанию – не лично, упаси Светлая. От старой доброй Гильдии Ткачей обещания Ристаны и амулеты Бастерхази не защитят, изготовить Фонарь Истинного Света ему не по плечу. Наверное.

***

   Зайдя в гостиную, Шу снова помянула ширхаба. Расхаживающий по драгоценному цуаньскому ковру Закерим шер Флом выглядел так, словно за ним только что гнались бешеные псы.

   – Наконец ты пришла! – облегченно выдохнул Зак, утирая рваным рукавом мокрое лицо.

   – Кого убил? – устало спросила Шу.

   – Кукса, – выплюнул Зак и продолжил, видя, что Шу остолбенела. – Не убил, слава Светлой. Он там.

   Зак махнул наверх. Только тогда Шу обратила внимание на знакомую ауру: Эрке находился в кабинете на втором этаже и злился, как укушенный за все три хвоста шис.

   – Час от часу, – пробормотала Шу и устремилась наверх.

   Чумазый и усталый капитан Тихой гвардии стоял на коленях над бессознательным телом с замотанной ремнем под самый пах побелевшей ногой. Эрке еле удерживал потерявшего половину крови баронета живым – но при этом ему отчаянно хотелось снять заклинание и полюбоваться, как тот сдохнет.

   Шу с ходу наложила на баронета стазис, слава Двуединым, энергия Источника позволяла и не такие роскошества. Только когда Кукс окутался трехцветным сиянием, Эрке опустил руки и ухмыльнулся. Виновато. С осознанием. Но без малейшего раскаяния.

   – Умываться и рассказывать, – велела Шу, падая в кресло.

   – Да что рассказывать. – Зак сел на подлокотник. – Как ты ушла, Кей продолжил пить. Виолу граф забрал домой. А когда Кей напился, шер Гиемо начал нести гадости про Таис. Кей разозлился и вызвал его на дуэль.

   Шуалейда кивнула: братишка забыл, что вместо короля на дуэли должен драться его Оруженосец. Что еще он забудет и когда, одним богам известно.

   – Драться договорились на рассвете около фонтанов, без секундантов. Но вместе с Гиемо пришел Кукс с полудюжиной сброда, Эрке слегка уравнял шансы. Троих, считая Гиемо мы убили, остальные сбежали. А Кукс вот...

   Зак махнул в сторону трофея.

   – Добить и закопать несложно, – пожал плечами Эрке, вышедший из ванной. – Но Бастерхази же найдет, Мертвый его дери. А вообще у меня есть одна мысль.

   – Дай-ка я догадаюсь, – усмехнулась Шу.

   – Ни мгновения не сомневаюсь в проницательности Вашего Высочества. – Эрке изобразил куртуазный поклон. – Итак, мы можем...

   Через полчаса план оформился. Дело было за малым: найти исполнителя главной роли, чуть подкорректировать воспоминания Кукса, изготовить личины и полудюжину амулетов-теней.

   Диего бие Кройце, Мастер Ткач

   436г. 16 день Журавля. Суард, контора на улице Ткачей

   Мастер Ткач подкидывал в руке кошель, глядел на золотую хурму за окном и размышлял, кому поручить новый, весьма оригинальный заказ. В последний год благородные шеры не давали Гильдии скучать. То вмешаются в Испытания, то закажут прекратить мятеж, теперь вот это. Прошли времена, когда ткачи могли держаться подальше от политики. Да и Мастера хороши! После того как Калбонский Ткач против всех правил Гильдии принял заказ на престолонаследника, все очень осложнилось.

   Достав из кошеля амулет личины, сунул в карман и спрятал кошель в стол вместе с бесплодными сожалениями. Заказ не нарушает Полуночного Канона, вполне по силам ткачам – значит, Заказ будет выполнен. Вопрос в одном, кому его поручить. Невольно Диего улыбнулся, вспомнив валяющих дурака за завтраком сыновей: невозможно поверить, что оба уже полтора года как ткачи. Смеются, радуются жизни, словно их не коснулась Тень бога. Да и сам он забывает, что принадлежит Хиссу, когда смотрит на счастливые лица.

   Словно в ответ на его мысли, за дверью послышались легкие шаги.

   – Буду, и булочки тоже, – ответил он запаху цветочного чая и свежей сдобы.

   Дверь отворилась, и на пороге кабинета показалась экономка с подносом в руках. Она улыбнулась, поставила поднос на стол и, склонившись, поцеловала Диего в висок.

   – Приятного аппетита, мой Мастер, – шепнула она, поцеловала еще раз, и удалилась, покачивая бедрами.

   Дверь закрылась, а Диего все глядел Фаине вслед.

   Экономка. Закон. Традиции! Хуже того, ревнители закона и традиций, думающие, что понимают все на свете! А не провалились бы они в болото! Как же он устал называть жену экономкой и делать вид, что сын – не сын. Боги подарили счастье, и те же боги требуют платить за него. Платить за все, даже за то, чего не просил.

   Он встал, взял чашку с чаем и подошел к окну, глянул вниз, в сад. Там, за абрикосами, четверо новых учеников слушали историю Гильдии: Стриж читал из старинной книги, Орис растянулся рядом на траве и жмурился от солнца.

   Пора решать, кого завтра послать. Не Седого Ежа, это точно – Еж слишком своеволен, нельзя его вмешивать в столь тонкое дело. И не Стрижа – по крайней мере, пока он не придет в себя после убийства Пророка и не расскажет своему Мастеру всей правды. Не ради самой правды, Диего и так прекрасно понимал, кто был теми "демонами из Ургаша, забравшими лжепророка и зачинщиков мятежа", а принесенная Стрижом голова была отрезана вовсе не ножом. Да с самого начала было понятно, что Хисс не просто так позволил нарушить все писаные и неписаные законы Гильдии. Или не позволил, а велел – за два с лишним десятка лет Мастером Ткачом Диего успел смириться с тем, что отличить волю Хисса от собственной невозможно, да и не нужно.

   Значит, со Стрижом пора поговорить и объяснить ему кое-что, а заказ исполнит Орис. Диего отпил чаю, кивнул: вот с кем никаких проблем. Ему удалось воспитать сыновей именно так, как надо. Орис – лидер, будущий Мастер Ткач Суарда, достаточно умен, хитер и умеет думать вперед. Стриж – верный помощник брату, не обремененный тщеславием и прочей ерундой, зато с парой козырей в рукаве. И оба друг за друга порвут глотку хоть самому Хиссу.

   Диего усмехнулся: интересно, зачем это надо Темному Брату?

   "Узнаешь в свое время", – шепнула Бездна.

   Пожав плечами, Диего поставил чашку и собрался окликнуть сына, но Книга позвала его, по обложке скользнул силуэт ножниц, предупреждая о новом заказе, картина на стене сама отошла в сторону, открывая темный проем.