Текст книги "День рождения кошки"

Автор книги: Татьяна Набатникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Чтобы он прикоснулся. Вампир, который ее спас.

Оливер потянулся к ней и коснулся щеки.

— Хочешь, чтобы я к тебе прикоснулся?

Урсула закрыла глаза и прислонилась к его ладони.

— Это настолько трудно?

Она ощутила, как он покачал головой.

— Ты действительно считаешь меня милый, ну, для вампира?

Она открыла глаза и улыбнулась ему. Милый? Это даже частично не описывало ее чувства к нему.

— Милый не совсем верное слово.

— А какое тогда верное? — спросил он и пододвинулся ближе.

Ее взгляд опустился на его губы.

— Что бы ты сделал, если бы сказала, что нахожу тебя… горячим?

Оливер застонал.

— Ты играешь со мной, Урсула? Если да, то должна остановиться, или я сделаю то, чего ты, возможно, не хочешь.

Она придвинулась ближе.

— И что же это?

Нет, она не играла с ним. Она действительно его хотела. И теперь была уверена, что это не из-за остаточного возбуждения после укуса вампира. Прошло слишком много времени. Нет, ее чувства сейчас были совсем другими. Она хотела Оливер. И хотела забыть.

— Я думал, ты ненавидишь вампиров, — парировал он.

— Да. — Но не могла вызвать в себе такое же чувство к Оливеру.

— Тогда почему хочешь переспать со мной?

Урсула проела пальцем по его нижней губе.

— Когда ты поцеловал меня в твоем доме, то заставил хотеть большего.

Намного большего, чем она надеялась получить за последние три года.

— Так просто?

Она кивнула.

— Нет. Ничего простого. Но я хочу снова почувствовать себя живой. Сможешь сделать это для меня? Можешь помочь ощутить себя живой?

Лицо Оливера приблизилось, и его губы оказались всего в дюйме от ее.

— Все, что ты захочешь, детка.

Глава 18

Оливер накрыл ее губы своими в поцелуе, сначала нежно, если она вдруг передумает, но, когда сопротивления не последовало, притянул ближе и углубил.

Он не мог поверить в такой поворот событий. С того момента, как Урсула зашла в заброшенное здание, он инстинктивно понял, что она говорит правду. Оливер почувствовал ее страх. Обнаружение кошелька клиента кровавого борделя… как бы он это назвал… было для него достаточным подтверждением для появления доверия.

Но новость, что ее не насиловали, что никто из этих презренных вампиров не наложил на нее свои грязные лапы, заставила его возрадоваться. И в то же время проклинать их, что они отказали ей в плотском удовольствии.

Он прервал поцелуй и посмотрел на нее.

— Поехали домой.

Затем он затащит ее в постель и убедиться, что Урсула получила разрядку, в которой так нуждалась.

К его удивлению Урсула покачала головой.

— Я не могу ждать. Прошу.

Она бросила взгляд на лавку в задней части фургона.

Сердце Оливера пропустило удар.

— Здесь? Сейчас? В фургоне?

Еще больше крови прилило к его члену, делая его тверже лома. В то же время его захлестнул голод. Ему нужно поесть и поскорее, иначе не сможет контролировать свои действия.

— Да, — пробормотала она и скользнула рукой по его бедру, затем вверх.

Когда ее пальцы достигли его ширинки, Оливер застонал, мгновенно забыв о голоде.

— Перебирайся назад.

Он запер двери и последовал за ней. Когда увидел, что она расстегивает пуговицу на джинсах, то остановил. Урсула удивленно на него посмотрела.

— Если ты думаешь, что я буду торопиться, то ошибаешься.

— Но…

Он улыбнулся.

— Никаких но. Если хочешь переспать со мной, тогда мы пройдем все этапы: поцелуи, прикосновения, соблазнение. Я не собираюсь упускать возможность заняться любовью с самой красивой девушкой, какую когда-либо встречал, и просто трахнуть ее как животное.

Выражение ее лица смягчилось, щеки окрасились приятным румянцем, а веки затрепетали.

— Ты хочешь заняться со мной любовью?

Оливер подошел ближе и обхватил ее подбородок.

— И я хочу заставить тебя кончить так сильно, что ты решишь, будто мир вокруг тебя взорвался. Разве не этого ты жаждешь?

Ее ресницы взметнулись вверх, почти достигая бровей. Глаза заблестели.

— Оливер?

— Ммм?

— Почему ты так добр ко мне?

— Просто тебе нужен кто-то, кто будет относиться к тебе по-доброму.

И больше всего на свете он хотел стать этим человеком.

— Мы так и проговорим всю ночь, или ты меня все же поцелуешь?

Он усмехнулся. Как же ему нравилась эта страстная женщина!

— В своих мыслях я не переставал тебя целовать.

Урсула придвинулась ближе, теперь ее рот замер всего в дюйме от его.

— Тогда воплоти это в реальность.

Когда Оливер завладел ее ртом, мир вокруг отошел на задний план. Мягкие губы прижались к его, руки притянули ближе, подталкивая к большему. Одним движением он усадил ее к себе на колени, так что она его оседлала. Положив руки ей на поясницу, прижал к себе.

— Так лучше, — пробормотал он.

Оливер снова завладел ее губами и погрузил в теплый рот. Он гладил и лизал, пробовал на вкус и исследовал. Ее отклик был таким же нетерпеливым — она играла с его языком. Похоть захлестнула его, посылая огненные разряды через все тело прямо в кончик члена.

Он застонал в ее рот, и спустя несколько секунд она сделала то же самое. Наклонив голову, Оливер искал более глубокой связи. Ее пальцы впились в его плечи, словно держалась изо всех сил.

Затем он внезапно почувствовал, как Урсула лизнула его зубы. Шок пронзил его, когда возник соответствующий зуд в деснах. Он знал, что это значит: его клыки вот-вот выдвинутся.

Урсула лизнула опять. Он прервал поцелуй, удерживая ее в нескольких дюймах и тяжело дыша.

— Не надо!

Она удивленно посмотрела на него.

— Что не так?

Он опустил взгляд. Боже, как объяснить ей все и не напомнить о его сущности, которую она в нем высвобождала?

— Пожалуйста, я делаю что-то не так? — Ее голос дрожал.

Нет, он не мог разочаровать ее, не мог вновь вызвать ее слезы. Но должен быть честен с ней. Когда он поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом, Оливер тяжело сглотнул.

— Когда ты облизываешь мои зубы, я чувствую, как мои клыки опускаются.

У нее перехватило дыхание.

— Клыки — самая эрогенная зона у вампира. Нам нравятся, когда их облизывают. Но я не могу этого допустить, потому что…

Он заколебался, ища на ее лице признаки страха.

— Что случится?

Взгляд Оливера опустился на пульсирующую вену на ее шее.

— Если мои клыки опустятся, я не смогу сдержать жажду крови. Я укушу тебя.

Урсула быстро втянула в себя воздух.

Видя, что она отстраняется от него, быстро добавил:

— Но я не стану. Обещаю. Я не поступлю так с тобой. Ты достаточно натерпелась. Пожалуйста, дай мне шанс. Если мы будем осторожны…

Он надеялся, что говорил правду. Сможет ли он сдержать свой голод в течение следующего часа, чтобы заняться с ней любовью, не подвергая того, чего Урсула боится больше всего: быть укушенной вампиром?

— Осторожно? — спросила она и медленно приблизила лицо к изгибу его шеи. — Вот так? — И Урсула нежно поцеловала его кожу, затем еще раз.

Оливер закрыл глаза, позволяя ласке унести его подальше.

— Идеально.

Ее руки нащупали подол футболки и приподняли.

— Сними это, — прошептала она ему на ухо.

Он подчинился, с радостью ощутив прохладный воздух на разгоряченной коже. Но облегчение длилось недолго, поскольку через секунду ее ладони уже гладили его грудь. Оливер откинул голову на подголовник. Разве не он должен ее соблазнять, а не наоборот? Очевидно, все шло не по плану, хотя ему грех жаловаться.

Однако, он дал ей обещание: подарить сексуальное наслаждение. И не нарушит его. Пришло время взять инициативу в свои руки.

Оливер потянулся к ее футболке.

— Подними руки.

Урсула без колебаний подчинилась и позволила себя раздеть, обнажив свою голую грудь.

— Прекрасно.

Ее груди были небольшими, но идеальной формы, круглыми и упругими. Он обхватил их и слегка сжал, затем наклонился, чтобы втянуть сосок в рот. Маленький розовый был уже твердым, когда Оливер провел по нему языком. У ее кожи был цитрусовый вкус, чистый и молодой. Невинный. Эта мысль натолкнула на вопрос.

— Ты девственница?

Она покачала головой.

— Нет.

— Хорошо, — пробормотал он. — Мне ненавистна сама мысль о том, что причиняю тебе боль.

Неважно, насколько недолгой бы она была.

Он вернулся к ее соску, затем уделил такое же внимание другой груди, все время прислушиваясь и наблюдая за ее реакцией, чтобы понять, что ей нравится больше всего. Оливер спустился вниз к ее животу, затем одним движением переместил — опустил спиной на скамью, чтобы нависнуть над ней.

Пока поцелуями прокладывал дорожку к ее пупку, руками уже расстегивал ее джинсы. Когда спустил с нее штаны и поднял взгляд, то заметил, что Урсула за ним наблюдала с приоткрытыми губами. Желание светилось в ее глазах, а щеки раскраснелись, как и все тело.

— Я так долго этого не делала, — сказала она низким, почти извиняющимся голосом.

Он тихо хмыкнул.

— Это как езда не велосипеде.

Только сегодня вечером она будет ездить на нем. Эта мысль воспламенила его еще больше.

Он снял с нее джинсы и трусики, стянув ее обувь в процессе, и позволил вещам упасть на пол. Она лежала перед ним обнаженная. Оливер был рад своему вампирскому зрению, которое позволило ему видеть ее во всей красе, несмотря на тусклый свет.

Скользнув руками вверх от ее икр к бедрам, он развел ее ноги в стороны и опустил голову к вершине бедер.

— Ты собираешься?.. — Урсула остановилась.

Оливер поднял глаза, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Ты же не думала, что я откажусь от этого? — Без вариантов. — Когда я сказал, что мы пройдем все этапы, то именно это и имел в виду. И это включает дегустацию твоих сладких соков.

В тот миг, когда его рот накрыл ее лоно, Урсула застонала. Оливер слизнул влагу, которая уже покрывала ее набухшую плоть, и вкус распространился по языку. Его тело напряглось. Черт!

Она на вкус была потрясающая. Раздвинув ее ноги так широко, насколько позволяло ограниченное пространство, он лизал ее складки, смаковал, исследовал. И с каждым тихим стоном и вздохом, которые издавала Урсула, его решимость довести ее до оргазма возрастала.

Ему всегда нравилось вылизывать женщин, но прекрасная азиатка в его объятиях возводила удовольствие до небывалого уровня. Осознание того, что он может дать ему то, о чем она мечтала три года, подстегнуло его. Лизнув выше, он направился к клитору. Маленький комочек нервов уже набух, что было признаком ее возбуждения. Оливер нежно ласкал ее языком. Урсула почти приподнялась, ее тело напряглось.

— Полегче, детка, — успокоил он ее. — Я буду нежен.

И эта мягкость дорого ему обошлась: зверь внутри него хотел вырваться на волю и проявить свое мастерство. Сдерживание своей дикой стороны было борьбой, которую, как он чувствовал, в конце проиграет. Тем не менее, Оливер намеревался дать отпор. Потому что удовлетворение Урсула значило сейчас больше всего остального. Это укрепило бы ее доверие к нему, а он так хотел, чтобы она ему доверяла.

С новой решимостью он продолжил лизать ее, медленно надавливая все сильнее и сильнее. Дыхание Урсулы изменилось, став более прерывистым. Сердцебиение пульсировало по всему телу в быстром ритме. Он мог уловить его своим вампирским слухом.

Ее возбуждение подпитывало его собственное, он болезненно ощущал стояк под молнией джинсов и молился не вонзить в нее свой ноющий член до того, как она найдет освобождение. Если Оливер разденется, то неизвестно, как себя поведет.

Урсула извивалась под ним словно кошка, ее стоны становились громче, вздохи отчетливее. Он удвоил усилия, поняв, что она близко.

— Это не работает, — сказала она. — Я не могу.

Разочарование и досада пропитали ее голос.

Черт! Он облажался.

Глава 19

Урсула крепко зажмурилась. Она была так близко, но в то же время дальше от кульминации чем когда-либо. Ее тело все еще испытывало напряжение, как и в последние три года. Как будто кандалы все еще приковывали ее к кровати, а похитители все еще вторгались в разум, мешая найти освобождение.

— Детка, прости, я сделал это неправильно, — услышала она слова Оливера.

Она открыла глаза и увидела, как он сел, выглядя при этом расстроенно.

— Это не твоя вина. Я просто не могу.

Оливер нежно погладил ее по щеке.

— Мы попробуем что-то еще.

Она покачала головой.

— Это бесполезно. Мое тело больше так не работает.

Он придвинулся ближе и обнял ее.

— Чепуха, детка. Ты просто немного напряжена. — Он ощутила его колебание. — Это потому что я вампир? Ты боишься, что я тебя укушу?

Урсула встретилась с ним взглядом и заметила его страх перед ответом. Покачав головой, она попыталась стереть его сомнения, но внутри чувствовала присутствие крошечной частички волнения из-за того, что он потеряет контроль и укусит. Она не позволила выплыть ей на поверхность и разочаровать его еще больше.

— Нет, дело не в этом. Это просто… воспоминания о том, как была связана, как не могла…

— Шшш, я заставлю тебя забыть. — Он нежно ее поцеловал, затем отстранился и выпустил из своих объятий. — Мы попробуем что-нибудь еще.

Гадая, что у него на уме, она наблюдала, как Оливер снимает штаны, трусы и обувь, прежде чем сесть обратно. Ее взгляд скользнул по гладкой накаченной груди остановился на массивном члене. Даже в тусклом свете фургона его было трудно не заметить. Толстый и длинный. Ее лоно сжалось при мысли о том, что она ощутит его внутри.

— Оседлай меня, — потребовал он и откинулся назад.

Она нерешительно подчинилась и приподняла одну ногу над его бедрами, затем оперлась на колени. Оливер пододвинулся ближе к краю сиденья, позволив своей длине торчать вверх, как шесту.

— Теперь я хочу, чтобы ты потерлась об мой член. — Он посмотрел ей в глаза. — Не впускай меня внутрь, просто скользи в своем темпе.

— Но ты…

— И не волнуйся обо мне. — Он ухмыльнулся, отчего стал моложе и совсем не похожим на вампира. — Я собираюсь насладиться этим так же сильно как, я надеюсь, и ты.

Когда она почувствовала его руки на своих бедрах, то предоставила ему возможность направлять ее при первом движении, опустить так, что ее сердцевина скользнула по его члену. Влага покрыла его стержень, позволяя плавно скользить.

Голова Оливера откинулась на подголовник.

— Черт! — выругался он, закрыв глаза.

Воодушевленная его реакцией, Урсула повторила движение. Двигалась вверх и вниз, наблюдая за его лицом, когда он стиснул челюсти, а жилы на шее вздулись словно от боли. Но она понимала, что это не боль.

Он пытался сдерживаться. Ради нее. Ради ее освобождения. Был ли другой мужчина настолько самоотверженным или занялся бы с ней сексом, не заботясь о ее оргазме?

Урсула почувствовала, как ее тело обрело свой собственный ритм, двигаясь без ненужных раздумий, словно что-то внутри взяло вверх. При каждом покачивании, его стержень прижимался к ее клитору.

Щупальца удовольствия потянулись к ней, дрожь пробежала по телу, и пламя начало танцевать по коже. Ее длинные волосы, ниспадающие на спину, ласкали обнаженную кожу легчайшим прикосновением, словно перышки. И все это время Оливер издавал стоны удовольствия, которые проникали в ее сердце.

— Ох, детка, — пробормотал он, пока гладил ее грудь и пальцами играл с затвердевшими сосками, только усиливая похоть, разливающуюся по телу.

Нуждаясь в большем трении, Урсула сильнее прижалась к его члену и продолжила скользить. Громкий стон сорвался с губ, когда разряд электричества пронзил ее насквозь.

— О, да… вот оно, вот оно, — прохрипела она.

Рука Оливера обхватила ее затылок и притянула ближе.

— Боже, ты такая красивая.

Затем он завладел ее ртом и опалил губы поцелуем. Его язык вторгся внутрь, и он наклонил голову в поисках более глубокого проникновения. Без колебаний она ответила и позволила разуму отпустить все.

Сейчас ничего не имело значения кроме этого мужчины и его губ. Притягательного вкуса и дразнящего тела. Под ее ладонью пульсировал член Оливера, указывая на потребность взять ее.

При следующем движении вверх Урсула ощутила, как горячая волна обрушилась на нее из ниоткуда. Затем все ее тело словно поплыло. Она позволила себе упасть и насладиться удовольствием. Ее сердце остановилось, а дыхание перехватило.

Когда оргазм начал стихать, Оливер отпустил ее губы и улыбнулся, пока его рука гладила ее волосы.

— Вот видишь, — прошептал он. — Я знал, что ты сможешь.

Урсула обвила руками его шею и притянула ближе.

— Спасибо.

Его рука скользнула к пояснице.

— Я был рад помочь.

Она ощутила, как его член дернулся у ее влажного лона, напоминая о необходимости освобождения.

— Было бы неплохо… — начал он и откинул голову назад, чтобы посмотреть на нее, прежде чем опустить взгляд на свою длину. — Мне не понадобится много времени. Я близок к тому, чтобы кончить.

— Тебе не понадобится много времени? — спросила она.

Оливер покачал головой.

— Нет, обещаю. Знаю, твое тело сейчас истощено. Максимум тридцать секунд, — сказал он почти извиняющимся тоном.

Она улыбнулась и приподняла его подбородок рукой. После всего, что он для нее сделал, Оливер хотел кончить по-быстрому? Нет, если она может ему помочь!

— Какой позор, потому что я бы хотела чувствовать тебя внутри намного дольше тридцати секунд. Но, если ты сможешь продержаться только тридцать секунд…

Он расправил плечи.

— Нет! Я не это имел в виду. Я могу закончить за тридцать секунд, если надо быстрее, но, если ты не хочешь… Детка, я могу продержаться столько, сколько ты захочешь. — На его лице появилась убийственно красивая улыбка. — И возможно в этот раз мы сможем кончить вместе?

— Тебе не кажется это немного амбициозным?

Он притянул ее голову ближе, приблизив губы на расстоянии поцелуя — уверенность в себе теперь переполняла его с головой.

— Мне нравится бросать вызов.

Когда его губы накрыли ее, руки сжали бедра, побуждая приподняться. Толстая головка его члена толкнулась внутрь без сопротивления. Когда Урсула опустилась на него, Оливер застонал.

— Это даже лучше, чем я себе представлял. — Положив ей руку на затылок, он провел большим пальцем по ее щеке и прижался лбом к ее лбу. — Это больше, чем я заслуживаю.

— Ты меня спас.

— Так вот почему ты спишь со мной?

Она медленно покачала головой.

— Хорошо, потому что я не люблю секс в знак благодарности или из жалости. Мне бы хотелось думать, что ты спишь со мной, потому что я тебя привлекаю.

Она мягко усмехнулась.

— Как ты поймешь разницу?

— По твоей реакции, — заявил Оливер и приподнял ее бедра выше, затем резко втолкнулся и жестко вошел в нее на всю длину.

Громкий стон сорвался с ее губ, и голова откинулась назад. Ее колени стали желеобразными, а сердце пустилось вскачь. Одним толчком он превратил ее в женщину, которой управляет только похоть.

— Видишь, — продолжил он. — Такой реакции я и ожидал.

Урсула посмотрела в его ярко-голубые глаза.

— Тогда тебе лучше перестать говорить и начать действовать.

— Как пожелаешь.

Последнее слово еще не успело растаять в воздухе, как она оказалась распластанной на спине с ногами в воздухе и Оливером над ней, пока его член расположился у входа в лоно.

Оливер взглянул в большие карие глаза Урсулы и подождал, пока она сориентируется. Он держал ее там, где хотел: под собой, чтобы взять ее сильнее, чем мог бы в позе наездницы.

Осознание того, что она увлечена им не меньше его, удвоило его похоть. Он бы удовлетворился тридцатисекундным трахом, если бы после своего оргазма она поняла, что больше ничего от него не хочет. Но, к счастью, она все еще хотела его, даже после получения оргазма.

Еще член был все еще покрыт ее соками, когда он вновь вошел в нее во самые яйца. Напряжение ее внутренних мышц почти лишило его контроля, но он не поддался порыву найти освобождение. Это была слишком сладкая победа, чтобы ее торопить. Ее тепло и влажность окутали его и приветствовали, словно ножны свой клинок.

Опустившись, он двигал бедрами вперед и назад, входя и выходя из нее медленными и размеренными толчками, игнорируя вампира внутри, желающего действовать быстрее и жестче. Эта часть его достаточно скоро победит, но сначала Оливер хотел насладиться нежным скольжением плоти о плоть — чего не испытывал будучи человеком, поскольку всегда пользовался презервативами.

Но сейчас ему больше нет необходимости в этих надоедливых вещах. Он не мог ни заразиться, ни передать болезни. Что касается нежелательной беременности: на это тоже нет шансов, поскольку мужчина-вампир может оплодотворить только свою кровно связанную пару.

Под ним грудь Урсулы вздымалась в такт дыханию, а кожа блестела от пота. Ее губы приоткрылись, веки наполовину закрылись, и глубокие стоны и вдохи, которые вырывались из ее горла, он поглощал, словно умирал с голоду.

Боже, как же ему нравилось отзывчивость этой женщины, а азиатская красотка под ним было не просто отзывчивой. Ее движения отражали страсть, которую он заметил в ее глазах ранее, и говорили об огне, который горел внутри.

Он мог видеть пламя, когда оно вырвалось на поверхность, и мог почувствовать страсть, которую она так долго прятала внутри. Потребность, которую ей приходилось подавлять. Каждым толчком своего члена он дразнил ее все больше, требовал показать, что скрывается за этими таинственными глазами и в сердце.

Без каких-либо сознательных усилий с его стороны их тела двигались в унисон. Ему всегда было интересно, каково заниматься любовью будучи вампиром.

Теперь он знал ответ: ощущения более интенсивные. Все чувства обострились, каждое прикосновение более выразительное, а поцелуй — более страстный. В то же время его энергия казалась безграничной, хотя понимал, что его контроль не продлится вечно.

Однако никогда не предполагал, что впервые займется любовью в своей вампирской жизни на заднем сиденье фургона. Но место не имело значения, потому что он мог видеть только Урсулу, ее безупречное лицо и совершенное тело. Их окружение отошло на задний план.

Быть внутри нее и доводить их обоих до экстаза — только это его интересовало. Все больше и больше вампир внутри него оттеснял прежнего самоотверженного любовника и брал бразды правления в свои руки.

Вместе с этим жажда крови вновь выдвинулась на первый план, на этот раз более острая. Его взгляд переместился на вену на ее шее. Ее сердцебиение звучало в его ушах, кровь, струящаяся по венам, звучала как водопад, низвергающийся в бассейн с плещущейся водой.

Оливер оторвал взгляд от соблазнительного приза и завладел ее губами, отвлекая себя поцелуями и сосредоточившись на том, как ее внутренние мышцы сжимали его член при каждом движении внутрь.

Входя в нее все сильнее и глубже, он сфокусировался на одной цели: найти свое освобождение с ней. Только это могло немного отодвинуть на второй план его потребность в крови.

Отпустив ее губы, он заглянул ей в глаза.

— Детка, я кончаю. Я не могу…

Прежде чем он успел закончить предложение, его яйца напряглись, сигнализируя о приближении оргазма. Секунду спустя его семя заполнило ее, пока Оливер продолжал толкаться внутри него.

Он тяжело дышал, когда, наконец, рухнул на нее, упершись одной ногой в пол, чтобы не раздавить своим весом.

— О, Боже, — вздохнула она.

Оливер на мгновение поднял голову.

— Мне жаль. Ты не кончила. Я закончу с тобой позже. — После того как он поест. Прямо сейчас нельзя рисковать.

— Это неважно, — ответила Урсула и провела рукой по его волосам.

— Важно. — И он найдет способ довести их до оргазма одновременно, даже если это будет последнее, что он сделает. — Позже. — Как только выпьет достаточно крови. — Теперь поехали домой.

Ее глаза вопросительно посмотрели на него.

— Домой?

— Да, в мой дом.

— Что ты собираешься делать с бумажником?

— Не волнуйся. Я найду этого парня.

— Обещай, что не расскажешь коллегам о моей крови. Они не должны узнать, — взмолилась она.

Оливер не совсем понимал, как сможет вечно скрывать от своих коллег эту информацию. В конце концов, ему придется рассказать им, что происходит, особенно, если мужчина, которому принадлежит кошелек, подтвердит наркотическое воздействие крови Урсулы.

— Прошу.

Оливер кивнул, не в силах разочаровать ее.

— Обещаю.