Текст книги "Фиктивная жена дракона, или Хозяйка проклятой долины (СИ)"

Автор книги: Тася Огонек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– В прямом, лорд Ксандр, – вздыхает слуга. – Боюсь, случилась беда...

– Рассказывай все по порядку, – рявкаю и принимаюсь слушать.

За то время, что я добирался, слуга успел нарыть много интересного.

Местная прислуга считает владельцами поместья госпожу Ираиду и ее дочек.

Госпожу же Лану они видели только однажды, когда та пыталась выгнать своих

родственников, крича, что это она здесь хозяйка. Разумеется, никто ей не поверил, потому что всех, начиная от горничной и заканчивая конюхом, на работу нанимала Ираида. А Лану представили, как бедную и чокнутую сиротку, которую приютили из жалости.

С каждым новым словом волосы у меня буквально встают дыбом. Происходящее кажется нереальным. Как так вышло? Почему я не знал об этом? Но почти сразу до меня доходит, почему...

Конечно, это поместье я купил для Ланы, чтобы поселить ее подальше от себя. Я был здесь только однажды, когда заключал договор с бывшим владельцем. А все остальное, включая подбор слуг, предоставил на волю своей жене, лишь выделив на это деньги. Я знал, что Лана росла с теткой, но не подозревал, что у них могут быть настолько плохие отношения.

И как у них только совести хватило присвоить себе все поместье? Почему они не побоялись меня и моего гнева?

Трясу головой, желая отогнать невольное чувство вины. Ничего, ничего. Сейчас-то я здесь и смогу навести порядок. Вытрясу из этих нахалок всю душу, но узнаю, что случилось с Ланой, и как они посмели обнаглеть до такой степени. А затем найду жену, исполню волю короля и снова вернусь к привычной жизни. Лучше узнать о проблеме поздно, чем никогда. В конце концов, кольцо не треснуло. А значит, я смогу найти Лану и расставить все по своим местам.

Местной прислуге меня представляют, как лорда Ксандра Даррена, приближенного короля и дракона. От последнего морщусь, но молчу – официально я все еще дракон.

Меня провожают в просторную гостиную и подают чай. Со второго этажа слышен шум – Ираиду с дочками только что разбудили, и теперь они готовятся предстать перед таким почтенным гостем.

Мой слуга не дурак. Он специально проводил свое расследование тайком. Чтобы не спугнуть этих нахалок, если они виновны, и не оскорбить подозрениями, если бы они оказались не при делах.

Поэтому Ираида наверняка еще рассчитывает на снисходительность и готовится наврать мне с три короба. Что ж, тем лучше. Послушаю, какую сказку она мне расскажет.

Ираида с дочками спускается вниз при полном параде. На всех троих платья с

тугими корсетами и глубокими вырезами. Волосы уложены в локоны, губы алеют. Но при этом лица печальные. Точнее, они пытаются сделать их печальными, но в глазах то и дело проглядывает страх. Боятся, что я узнаю правду?

– Ах, лорд Ксандр, – вздыхает Ираида и глубоко кланяется мне, принуждая дочек сделать то же самое. – Мы рады наконец познакомиться с нашим дорогим зятем, но очень опечалены, что это случилось при таких обстоятельствах. Это наша вина, мы не смогли уберечь дорогую Лану...

И она всхлипывает, потерев сухие глаза платочком. Балаган, честное слово. Уличные актеры и то лучше играют.

– Что случилось? Я хотел свозить жену в столицу, но сейчас выясняется, что она пропала. Как и почему это произошло? – спрашиваю строго, но холодно.

– Ванесса, Инесса, поухаживайте пока за лордом Ксандром, – командует она своим дочерям, и толкает вперед только что подошедшую женщину в переднике. – А ты расскажи, что случилось с госпожой Ланой.

Сестры пристраиваются ко мне поближе, наливают чай, пододвигают пиалочки со сладостями. А женщина в переднике начинает свой рассказ:

– Ох, как мне жальче, лорд Ксандр. Этоть... мы с госпожой Ланой отправились в соседнюю деревню. Она любила там иногда отдыхать на природе и в одиночестве. Но по пути на нас напали лихие люди. Бедняжка убежала в лес, да и я сама едва спаслась. Потом мы долго искали ее, но так и не смогли найти. Наверно, ее растерзали дикие звери. Мы собирались сообщить вам, да вы сами вперед прибыли...

Слушая эту тетку, не забываю думать, сопоставляя факты. Раз слуги не видели Лану в поместье, значит жила она не здесь. Искоса гляжу на своего слугу, тот кивает на тетку и отрицательно мотает головой. Выходит, она не из местной прислуги. Скорее всего, приглядывала за Ланой, чтобы та не высовывалась и не мешала Ираиде с дочками жить-поживать в поместье.

Но с чего они так обнаглели? Нет, о том, что я не стремился жениться, знали многие. Но о том, что мой брак фикция, и жена меня абсолютно не волнует...

А ведь у них бы все получилось, если бы не Норманн со своей идеей, что больше не кажется мне такой уж дурацкой.

– Ты... – щелкаю пальцами, глядя на тетку.

– Джина, господин, – поспешно отвечает та, и в свою очередь с опаской глядит на Ираиду.

– Джина, ты готова понести наказание за смерть госпожи? Я любил свою жену и теперь просто в ярости. Может тебя тоже казнить, м? – спрашиваю, пристально разглядывая лица присутствующих.

– Лорд Ксандр, это разбойники... я защищала ее, как могла, – падает на колени та.

– А вы? – оборачиваюсь к одной из сестер, и от неожиданности она роняет чашку с чаем, которую держала в руках.

Горячий напиток плещет мне на брюки.

– Лорд Ксандр? Ох, сейчас все уберут, лорд Ксандр, – бормочет та и хлопает

ресницами.

– Почему вы жили здесь с Ланой? – спрашиваю, пристально разглядывая лицо этой не то Инессы, не то Ванессы.

Странно, но оно кажется мне знакомым.

– Мы были семьей Ланы, и она сама позвала нас сюда, от одиночества. После

свадьбы вы ведь не навещали ее, – вместо дочки отвечает Ираида.

– Вот как? – растягиваю слова, прожигая взглядом теперь ее. – А если мы спросим слуг, они подтвердят все это?

На какое-то время в гостиной воцаряется полная тишина. Я сижу на диванчике,

постукивая пальцами по колену и пытаюсь найти причины всему случившемуся.

Хорошо, предположим семья Ланы никогда с ней не ладила. Предположим, они как-то узнали о нашей сделке и поняли, что я просто так не полезу к жене, да и вообще, не стану ей интересоваться.

А дальше?

Лана бы наверняка их простила, если бы они сказали все искренне. Но нет... они выбрали иной путь. Если подумать, то это довольно печально. По сути, совершенно чужой мне мужчина, взял на себя роль моего отца. Воспитал, обеспечил всем необходимым. Не убоялся второй ипостаси. Не отказался, вырастил как сына, хотя мог ничего этого не делать.

И эти, так называемые родственники, которые не смогли позаботиться о сиротке. А ведь Лана не дракон. Ей не требовалось особого внимания и подхода. Она не грозила разрушить дом при первом обороте, или спалить того, кто рядом, в момент гнева. Она нуждалась только в любви, вот и все. Но кажется, не получила даже этого.

– Ох, лорд Ксандр, – округляет глаза Ираида и притворно охает, хотя взгляд у нее бегает. – Я не понимаю, о чем вы...

– Вы правда думали, что так легко сможете меня обмануть? – щурюсь. – Лучше скажите, где Лана, и возможно тогда я буду к вам милосердным.

– Лорд Ксандр, вы должно быть устали с дороги, – начинает суетиться эта женщина, кивая своим дочкам. – Вот, Инесса и Ванесса о вас позаботятся.

– Ах, лорд Ксандр, – подхватывают те, снова оживившись. – Выпейте чаю,

успокойтесь. Для нас это тоже трагедия, мы потеряли любимую сестру...

– Довольно, – почти рычу, устав от этого балагана. Кажется, эта троица намерена вертеться до последнего, а я не привык терять время зря. – Созовите сюда всю домовую прислугу. А этих заприте где-нибудь на время разбирательства, чтоб не мешали.

Поднимаюсь с диванчика и для увесистости слов снимаю перчатку с одной руки, демонстрируя королевский перстень. Он дает мне почти все привилегии, доступные членам королевской семьи, пускай я и редко ими пользуюсь.

Киваю своему слуге, и тот идет к нахалке Ираиде, вежливо проговорив:

– Лучше вам не противиться, иначе мне придется применить силу.

– А вы что стоите? – оборачиваюсь к парочке горничных, застывших на месте от страха. – Созовите сюда всех, начиная от конюха и заканчивая экономкой.

Те подрываются, и кланяясь, улепетывают прочь.

– Лорд Ксандр, но ведь... – кажется, до Ираиды начинает доходить, что я настроен серьезно. Она пятится, а когда слуга собирается схватить ее, визжит: – Нет, вы не имеете никакого права!

– Не имею права? – усмехаюсь, в очередной раз удивляясь наглости этой женщины.

Нет, мне, конечно, встречались нахалки. Но эта превзошла их всех.

– Не имеете, лорд Ксандр, – чуть увереннее произносит Ираида. – Может на вас перстень короля, но мы не сделали ничего плохого.

– Вы жили в чужом доме, вопреки воле его хозяйки. Вы избавились от моей жены. Вы... – двумя пальцами подхватываю чашку со стола, которую мне собирались подсунуть сестрички. Нюхаю и добавляю с презрением: – Вы пытались опоить лорда. Так что сейчас вам лучше слушаться, иначе я разозлюсь окончательно и могу случайно вас покалечить.

Сестры оказываются чуть умнее матери, а может просто более пугливы. Они замирают и молчат, опустив головы, хотя лица у них кислые. Неужто поняли, что натворили?

С «опоить» я, конечно, преувеличил – от чашки пахнет шафраном, корицей и

мускатом. Плохо бы мне с этого напитка не стало, разве что либидо бы повысилось.

– Опоить? Не понимаю, о чем вы, лорд Ксандр, – упрямая Ираида одна не желает сдаваться. – Это обычный травяной чай, полезный для здоровья. И от Ланы мы не избавлялись. Я любила ее, как родную, и сейчас опечалена ее смертью. Кто вам сказал, что мы жили здесь вопреки ее воле? При всем уважении, но вряд ли вы интересовались состоянием жены, иначе бы знали, что в последнее время она болела душевно. Поэтому нам пришлось изолировать ее, чтобы она не навредила сама себе. Инесса, Ванесса, верно?

– Да, матушка, да матушка, – часто кивают дочурки, воодушевившись примером матери.

А я смотрю на них и вдруг до меня доходит...

Почему они так обнаглели? С чего были уверены, что я не приеду к Лане? Откуда знали, что и самой Лане будет трудно со мной связаться? Ответы на эти вопросы оказываются совсем просты. Не зря лицо одной из дочерей с самого начала кажется мне знакомым. Потому что я уже видел ее прежде.

Она какое-то время работала в моем столичном особняке служанкой. Наверно думала, что я не запомню ее. И окажись на моем месте, например, принц Алекс, возможно так и было бы – редко кто из лордов обращал внимание на горничных. Но у меня прекрасная память на лица. То, что ее не узнал мой слуга тоже неудивительно – он не жил в особняке, а выполнял мои личные поручения.

Прикрыв глаза, пытаюсь вспомнить подробности.

Ну да, кажется, она появилась в доме через какое-то время после свадьбы. На глаза мне попадалась только пару раз, затем исчезла. Дальнейшее выстраивается в голове само собой. Значит, мы с Ланой поженились, и девушка уехала в поместье сразу после брачной ночи, которую провели с ней в разных комнатах.

Ираида, прознав о ее браке, подослала ко мне одну из своих дочерей... в том, что именно Ираида все организовала можно даже не сомневаться. Ну а Ванесса (или Инесса) разузнала уже подробности. Кажется, примерно в то время ко мне приходил принц Алекс, возмущенный тем, что не пригласил его на свадьбу, и мы говорили об этом. А я даже подумать не мог, что кому-то будет интересна моя личная жизнь...

Что ж, мои овации. Эта Ираида с дочками знатно подсуетилась, чтобы заграбастать себе имение. Вот только... нет, неужели?

– Поэтому, лорд Ксандр, вы не можете обвинять нас в том, чего не было, —

воодушевляется Ираида, приняв затянувшееся молчание за мою слабость или

сомнения.

– О том, было или нет, я узнаю лично у Ланы, когда найду ее, – отвечаю холодно. – А пока у вас есть два варианта. Либо посидеть тихо взаперти. Либо всем дружно отправиться в темницу. Этот дом не ваш, хозяйки сейчас здесь нет, а вы проживаете в нем без всякого дозволения. Я могу счесть вас воровками. Вы же помните, что в нашем королевстве полагается за воровство?

С куда большим удовольствием я бы отправил их всех в столичную темницу без всяких разбирательств. Посидели бы там, подумали над своим поведением, а потом пускай Лана сама бы решила, как с ними поступить.

Останавливает меня только то, что Норманн мне всю плешь проест, если узнает, что я допустил подобное обращение со своей женой. Тогда одним месяцем совместной жизни отделаться не удастся. Да и найти Лану сейчас важнее, чем наказать этих нахалок. Все равно они никуда не денутся.

К тому же, чуется мне, что неспроста они даже не огорчились пропаже Ланы. И дело тут вовсе не в моем безразличии к жене. Догадка оказывается верной.

– При всем уважении, лорд Ксандр, но вы не имеете права так говорить, – Ираида старательно играет оскорбленную гордость. – Может мы и не настолько знатны, но при этом и не чернь какая-нибудь, чтобы вы так обращались с нами. К тому же, Лана передала нам бумаги на это имение. И раз моя несчастная падчерица погибла, теперь оно наше.

Ну да, дочка не зря ошивалась в моем особняке. Когда я решился на фиктивный брак, то главным условием было отсутствие в моей жизни будущей жены. Все должно было остаться так, словно никакого брака и вовсе не случилось.

Именно поэтому при покупке я оформил имение на Лану. А чтобы она не смогла воспользоваться этим, добавил одну оговорку – в случае развода, или иного форс-мажора, имение переходит предъявителю договора. Да, именно предъявителю, а не мне – не хотелось, чтобы Норманн как-то прознал об этом и решил, будто я собираюсь развестись.

Разумеется, все бумаги хранились у меня, а у Ланы была только выписка из королевского реестра, подтверждавшая ее права. По крайней мере, раньше хранились...

– Бумаги? – уточняю, вскинув бровь. – Как она могла передать вам бумаги, которых у нее не было? Покажите же мне их.

– Простите, а вы с какой целью и по какому праву это требуете? – Ираида, воодушевившись успехом, берет инициативу в свои руки. – Поместьем владела Лана, что можно подтвердить в королевском реестре. Но в случае ее смерти дом и все остальное переходит держателю договора. Сейчас держатель я, так что имею полное...

– Заткнитесь, пока не сделали себе хуже, – перебиваю ее. – Если вы украли у меня бумаги, то этим лишь разозлите меня. Лучше одумайтесь и верните все, пока не оказались в темнице.

– Я ничего у вас не крала, могу принести любую клятву, – наигранно возмущается женщина, но глазки у нее все равно бегают.

Ну да, она не крала. Крала ее дочурка.

– И ваши дочери тоже могут поклясться? – хмыкаю, глядя на эту троицу, как на мелких надоедливых насекомых. – Могут принести магический обет на смерть, что не крали бумаги? Или, что вы все здесь жили с согласия Ланы?

– Вы не королевский дознаватель, чтобы мы приносили вам такие клятвы, – тут же отказывается от своих слов Ираида.

– Значит так, – прикрыв глаза, тру переносицу. – В любом случае, сейчас имение принадлежит Лане, так что вы здесь незаконно. Даю вам последний шанс и советую не злить меня. Возвращайте договор, который вы украли, и тогда я просто запру вас в здешнем подвале. А дальше вашу судьбу будет решать уже Лана, когда вернется. Если же через десять минут документы не окажутся у меня на руках, то я отправлю вас в темницу, где вы будете гнить до конца своей жизни.

Я даю им этот шанс только потому, что какие-никакие, но они родственники Ланы. А еще потому, что сейчас куда важнее найти жену, чем мстить этим курицам. У меня просто нет на них времени. Но после, когда все разрешится, я ими обязательно займусь. Проживание в чужом доме, растрата, кража... Норманн конечно разозлится, что я позволил так относиться к собственной жене. Но эта троица пыталась сделать из меня дурака. Так что я лучше потерплю ворчание короля, чем позволю им отделаться без всяких последствий.

И все-таки, я не понимаю, почему. Из нашего разговора складывается впечатление, будто они были бы рады смерти Ланы. И пускай их не интересует сама девушка, а волнуют только деньги, но даже так...

Поместье не приносит прибыли, поэтому его продавали. Да, вокруг есть парочка деревенек, которые платят за пользование землей. Но этих средств едва хватает на содержание дома, не более. А остальное я платил Лане из своего кармана. И после ее смерти, даже получив имение, они все равно останутся в проигрыше, если вообще не в долгах.

Тогда к чему все?

Ответ на этот вопрос приходит внезапно и почти мгновенно – именно в этот момент испуганная служанка сообщает о прибытии некоего господина Брамса. А следом в комнату заходит мужчина, болтая на ходу:

– Ах, милая Ираида, все уже готово? Теперь мы сможем подписать документы?

Заметив меня, он замолкает и кланяется в знак приветствия.

При его появлении Ираида бледнеет, начиная заметно нервничать. Она выразительно пучит глаза, словно призывая господина Брамса поскорее скрыться.

– Какие документы? – спрашиваю, прищурившись.

– Э-э-э... господин? – теряется визитер.

У него довольно дорогой сюртук и широкое лицо с толстыми щеками. На пальцах пара перстней, в кармане часы на цепочке. Взгляд оценивающий и беглый, словно он хочет продать все, что есть в этой комнате, и прикидывает, сколько оно может стоить.

Я встречал таких дельцов. Обычно их цель – заключать выгодные сделки.

– Лорд Ксандр, законный супруг владелицы имения, – представляюсь холодно. – Так что за документы и почему я о них не в курсе?

– Ну как же... – чуть теряется тот.

Молча подхожу, выхватываю из его рук бумаги, которые он принес с собой. Пробегаюсь по ним взглядом. Это запрос на добычу руды на территории имения. Теперь все окончательно прояснилось, и пора приступать к решительным действиям.

Глава 11

Лана

Мужик, которого мне посоветовал Дюк, оказывается мастером своего дела. Пока я езжу туда-сюда на лифте, он успевает оценить примерный план работ, и сообщает мне:

– Ну это, госпожа феникс. Вы правильно сделали, что меня позвали. Лестница

старая, доски подгнили и их лучше заменить. А вот опоры еще крепкие. Их оставлять будем, или тоже менять?

– Тоже менять, – киваю, решив, что раз гулять, то гулять по полной. – Хочу ходить по лестнице спокойно. Сколько дней тебе на это потребуется?

– Ну... – мужик задумчиво чешет бороду. – Пару дней точно, в один не управиться, а в деревню надо вернуться до заката.

И этот тоже промокнуть под дождем боится? Хотя, мне без разницы днем больше или меньше. Главное, чтобы результат вышел достойный.

– Хорошо, – снова киваю. – Тогда начинай.

Пока мужчина занят делом, оттаскиваю на кухню корзинки с едой и приступаю к готовке. Иногда прислушиваюсь к звукам, доносящимся из холла – скрипу пилы, или стуку молотка.

Сама же в это время ставлю котелок на огонь, нарезаю овощи. Сегодня Дюк положил в корзинку и приличный кусок говядины, так что собираюсь потушить ее с картошкой.

Нет, и все-таки умный малый этот парень. Из него точно выйдет толк.

Насвистывая себе под нос, обжариваю мясо, добавляю к нему овощи и воду. Вскоре по кухне разносятся такие аппетитные запахи, что аж слюнки текут. Когда все готово, накладываю еду в две миски и иду в холл.

– Стоять-бояться, – восклицаю и мужик замирает на месте, едва не попав молотком себе по пальцу.

Да уж, в следующий раз надо с ним аккуратно, а то вон какой нервный.

– Что-то случилось, госпожа феникс? – спрашивает, вжав голову в плечи.

– Случилось, – подтверждаю. – Обед случился. Иди помой руки и поешь. Чтобы работать нужны силы.

– Да не стоило, госпожа феникс... – смущается тот.

– Шагом-марш, отказ не принимается, – командую, и мужчина, оставив инструменты, идет в указанном направлении.

Вскоре мы вдвоем сидим за столом в столовой и обедаем. Точнее, это я обедаю, а рабочий больше мнется и стесняется.

– Ты ешь, – киваю на его тарелку. – Вроде неплохо вышло.

С осторожностью мужик цепляет горячее мясо с картошкой. Отправляет его в рот, искоса поглядывая на меня.

– Да не бойся, не отравлено, – усмехаюсь и мужик кашляет.

Хлопаю его по спине, и решив не мешать процессу пищеварения, иду наливать чай. Когда с обедом покончено, мужчина возвращается к работе, а я устраиваюсь рядом. У меня есть, чем заняться еще – замок уже выглядит чище, но метла не везде пока побывала. Да и мое присутствие деревенского жителя явно нервирует.

Но когда еще у меня будет такой случай поболтать с местным?

– Ну и как тебе замок? – захожу издалека, глядя, как ловко он управляется с

досками.

Хороший мужик, и не такой пугливый, как его товарищ.

– Красивый, госпожа феникс, – осторожно отвечает тот.

– Только запущенный, – замечаю доброжелательно. – Фениксов ведь в нем не было сотню лет. А что скажешь насчет старосты?

– В каком смысле, госпожа феникс? – мужик вздрагивает.

– В прямом. Что это за человек, все ли им довольны?

– Хороший человек, никто не жалуется. Да и жаловаться у нас все равно некому.

– Как это некому, – возмущаюсь. – Теперь есть я. Можно жаловаться мне.

– Конечно, госпожа феникс, – торопливо соглашается со мной мужчина.

Но по его лицу заметно, что в гробу он видал жалобы страшным фениксам. Ничего, они еще ко мне привыкнут.

Какое-то время я пытаюсь разговорить его, но он отвечает односложно, так что в итоге оставляю бедолагу в покое. Без дела сидеть скучно, а убираться в присутствии чужих людей я терпеть не могу. Чарли не считается, мы с ним уже сроднились, да и человеком его назвать сложно.

Хочется спать, но ложиться при постороннем мужике совсем дурная идея, так что решаю напрячь мозги. Для разнообразия.

Беру одну из досок, предназначенных для ремонта лестницы. Выбираю самую

большую по ширине, а после тащу ее в гостиную. Вооружившись угольком из

камина, устраиваюсь поудобнее.

В этой деревне явно что-то нечисто, нутром чую. И дело тут не только в странной ежедневной (точнее, еженощной) грозе, защитном барьере и невозможности покинуть это место. К тому же, было бы неплохо разложить по полочкам историю Ланы, но сперва решаю все-таки заняться деревней.

Пишу на доске: «фениксы» и рядом «ушли сто лет назад». Чуть ниже вывожу свой главный вопрос: «почему их считали злыми?».

В том, что они на самом деле были злыми, очень сильно сомневаюсь. Скорее уж поверю, что они смотрели на жителей деревни свысока, во всех смыслах этого слова. И не особо вникали в чужие проблемы, занимаясь своими делами.

Но кто-то же эти слухи распустил, верно? А кто и зачем надо разобраться.

Подумав, добавляю: «стражи этого мира», «сгорают, очищая все вокруг», «для

возрождения нужна пара».

Это не слишком относится к моему делу, но думаю, что лучше записать, чтобы не забыть. Ладно, едем дальше.

В сторонке пишу «староста», «неограниченная власть», «подозрительное поведение». Вот хоть убей, ну не понравилась мне его реакция. Она отличалась от того, что выдавал Дюк со своей матерью.

Стучу пальцами по теплому дереву, разглядывая свои же каракули. Если рассуждать логически, то слухи о плохих фениксах выгодны старосте. Замкнутый кусочек мира, где все варятся в общем котле, и один человек, наделенный властью.

Какие преимущества он получает от этой власти? Вряд ли деньги, здесь практикуют натуральный обмен. Но вот уважение, взятки продуктами, избавление от обязательной для всех остальных работы...

Однако если он начал бы превышать свои полномочия, то остальные его быстро бы поставили на место. Свергли бы, так сказать. Чтобы подобного не произошло, лучше держать их в страхе. Но чем один мужик может напугать целую деревню? Ага, вот именно...

Если бы Чарли не говорил о барьере, я бы и вовсе решила, что староста его выдумал. Чтобы быть царьком в этом мирке. Хотя, может и горгулий ошибся... это еще следует проверить.

Еще дальше пишу «барьер». Тоже, чтобы потом не забыть, но мыслями возвращаюсь к старосте. На вид ему лет шестьдесят. Дюк вроде говорил, что старостой его выбрали еще по молодости, значит во главе деревни он стоит лет тридцать пять или сорок. Почти половина от срока, который отсутствуют фениксы.

А что, теория вполне правдоподобная.

Нет, скорее всего местные и раньше побаивались фениксов, как крестьяне на Руси побаивались царя. Но если староста взрастил этот страх и воспользовался им, то вполне мог иметь с этого нехилую выгоду. Например, подчинение остальных жителей.

Сразу вспоминается один мой начальник, работавший в органах еще тогда, когда я только поступила на службу. Ух, как его все боялись, слова поперек сказать не смели. Потому что он был родственником кого-то сверху и всех пугал этим. И пользовался своей властью на всю катушку – брал взятки едва ли не открыто, продвигал тех, кто лизал ему за... кхм.

Потом, правда, его родственника посадили. Громкая история была, из тех, где в квартире миллионы находят. Ну а после и он сам быстренько сдулся. Трясу головой, снова разглядывая свои заметки. Да уж, майор Прохорова, вот это ты нафантазировала, хоть книгу пиши. Не факт, что все так и есть. Далеко не факт.

Но приглядеться к старосте все равно не помешает.

– Простите, госпожа феникс, – от размышлений меня отвлекает рабочий.

Тьфу-ты, так увлеклась, что совсем про него забыла.

– Да? – убираю уголек и отряхиваю руки.

– Это... можно мне домой, да? Вы ведь меня отпустите? – мнется мужчина, искоса поглядывая на мои заметки.

– Конечно отпущу, у меня гостевые спальни не предусмотрены, – фыркаю. – А что, уже пора?

– Ну дык вечереет, госпожа феникс, – мужик махает рукой в сторону окошка. – Скоро солнце сядет...

Точно, гроза ведь потом начнется.

– Тогда иди, конечно, – киваю. – Давай я тебя провожу.

– Спасибо, госпожа феникс, спасибо, – кланяется мужик, явно польщенный моей заботой.

А может, ехать в лифте одному ему куда страшнее, чем вдвоем с «госпожой феникс».

Впрочем, я тоже делаю это не по доброте душевной. Просто все равно потом придется поднимать кабинку наверх – я же не хочу, чтобы ко мне кто-то внезапно пробрался. Вряд ли местные пойдут на такое безрассудство, но лучше все равно перебдеть.

– Спасибо большое за помощь. Завтра утром жду тебя здесь же, – выдаю напутствие на прощание. – И можешь прихватить своего товарища, если он надумает.

– Обязательно, госпожа феникс. До завтра, госпожа феникс, – прощается мужик и спешит скрыться с моих глаз.

Я же возвращаюсь в замок и широко зеваю. Спать хочется жутко. Нет, надо что-то придумать с этим странным графиком. И кофе бы раздобыть... но это уже из раздела несбыточных фантазий.

Решаю немного вздремнуть и засыпаю сразу, едва приняв горизонтальное положение. Сквозь сон слышу, как началась гроза, как завыл Чарли. Но так устала, что не могу заставить себя подняться. Скорее наоборот, еще глубже проваливаюсь в блаженную тьму, а просыпаюсь позже, от бурчания горгулия:

– Ну ты бы хоть огня побольше зажгла. Сколько можно дрыхнуть? А как же я? Мне вообще-то скучно одному... сама к своей болтовне приучила.

– А разве ты, по правилам, не должен сидеть снаружи и охранять замок от сил зла? – спрашиваю, потягиваясь.

Снаружи... блин, ковер! Опять я его занести забыла. Как вытащила в первый день проветриться, так он и лежит. Интересно, когда-нибудь я его верну на место, или он так и останется там на веки вечные?

– Снаружи меня вообще-то может расколоть, – возмущается Чарли. – И что тогда ты будешь делать?

– Спокойно спать по ночам? – усмехаюсь.

– Жестокая... – обижается горгулий, но тут же меняет тему. – А что это там за беспорядок и куда делась лестница? Ты решила разрушить замок?

– Наоборот, я решила его починить, – отвечаю, вскинув палец. – И раз уж ты такой умный, бери метлу и доскреби всю паутину с потолка.

– А ты что будешь делать?

– А я приму ванну.

– Разве это честно, что я один буду работать? – качает мордой Чарли.

– Кстати... – с любопытством оглядываю каменное тело. – Может тебе тоже стоит принять ванну?

Действительно, горгулий изрядно запылился за последние дни, и его стоило помыть.

– Чего? – шарахается от меня Чарли. – Нет уж, ни за что. Давай лучше свою

метелку.

– Поздно, Чарли, я уже настроилась, – прицеливаюсь, чтобы схватить монстрика.

В этот раз горгулий оказывается умнее и сразу взлетает под потолок, где мне его не достать. Уже оттуда он кричит:

– Расстраивайся обратно. Я не позволю такие издевательства.

Вот уж не знала, что горгулии не любят воду, как и кошки.

– Все равно ведь потом тебя помою, когда ты застынешь, – трясу кулаком.

– Не сможешь, – фыркает Чарли. – Я каменный и тяжелый, ты не дотащишь меня до ванны.

Что ж, в этом он прав, но...

– Я тебя тряпочкой влажной протру.

– Я тебе что, комод что ли? – возмущается Чарли.

– Скорее, статуя... не хочешь тряпочкой, лучше спускайся сам. Как раз успеем до рассвета.

– Нет уж...

Спустя пятнадцать минут уговоров и угроз Чарли все-таки удается загнать в ванную. Скажу вам, что мыть вредного и упрямого горгулия, не желающего мыться – удовольствие весьма сомнительное. Нет, он все-таки разумный, поэтому не вырывается. Но и помогать не спешит, и вообще, терпит процедуру с таким видом, будто я его не чистым делаю, а пытаю с особой жестокостью.

Успеваем мы как раз до рассвета. Когда смываю пену, Чарли выскальзывает из

ванной. Не знаю, куда он собирался спрятаться. Может, хотел мне назло снова

забраться под диван и запылиться. Но восход солнца настигает его посреди холла, и он застывает на месте, точно памятник безумному скульптору.

Минут пять я с удовольствием любуюсь результатом собственных усилий. Теперь Чарли гладкий и блестящий, и вроде даже стал тона на два светлее, чем был. А еще, кажется, раздался в размерах.

Щурюсь, вглядываясь внимательней. Ну да, не сильно, но все-таки поправился, что ему только к лицу. Теперь он хотя бы немного похож на грозного стража, а не на ходячий скелет с перепончатыми крыльями.

Наверно, так на него действуют зажженные факелы – он ведь говорил, что питается огнем. Вот и славно, пускай растет. Потом будет мне помогать мебель двигать, если надумаю сделать здесь перестановку.

Отдохнувшая и вполне довольная собой, отправляюсь в ванную – горгулия помыла, теперь можно помыться самой. Закончив с мыльными процедурами, закалываю влажные волосы в тугой узел, надеваю свежее платье и иду завтракать.

Когда допиваю чай, как раз подходит время идти встречать моего работничка. Или работничков, если второй сегодня тоже набрался храбрости и явился.

На лифте спускаюсь в прекрасном настроении, и оно становится лучше, когда у скалы вижу двоих мужчин.

Видимо, первый вчера рассказал всем, что госпожа феникс на деле не такая страшная. Выпустила его живым и здоровым, и в процессе даже обедом покормила.

– Доброе утро, госпожа феникс, – кланяются они мне.

– И вам того же. Вижу, сегодня бригада в полном составе, – улыбаюсь доброжелательно. – Тогда идемте.

Поскольку сегодня у нас нет ни досок, ни корзин с продуктами, в кабинку заходим все втроем и быстро поднимаемся наверх.

Очутившись в замке, новенький удивленно хлопает глазами и вертит головой.