Текст книги "Враги друг друга не предают (СИ)"

Автор книги: Светлана Титова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 40

Глава 40

Зайдя на порог третьей комнаты, я замерла на месте, не веря своим глазам. Десяток девушек стояли кругом у ярко пылающего камина, уныло разглядывая свою товарку. Молоденькая миловидная служанка разбирала небольшой медный ларчик с украшениями, ревниво поглядывая в сторону надрывающейся от натуги подруги. Симпатичная брюнетка пыхтела как паровоз и крутила в руках знакомую мне изумрудную ящерицу, пытаясь натянуть на узкую руку. Но капризная вещица не спешила признать в брюнетке хозяйку.

– Чего вылупилась, уродина? – зло выплюнула девушка, пытаясь втиснуть щепоть из трех пальцев тоненькой ладошки. – Вишь кака цацка у сулари? Никому не впору. Не признает наших-то за хозяйку. Все ужо перемерили. Полдня богачки городские тянули на лапищи свои жирные. Ужо моя-то рука мала, а и то не лезет. Хочешь попробовать?

Она выдохнула, стащив золотое тельце ящерки, блеснувшее агатами глаз, и небрежно ткнула мне. Как во сне протянула ладонь, не веря, что моя цель вот-вот будет достигнута, и самое большое через секунду отправлюсь домой.

– Надень, пожалуйста, – попросила, понимая, что самой придется действовать зубами. – У меня другая рука ранена.

– Вот еще, – фыркнула девица. – Была охота мараться об тебя, париться и натягивать упрямую цацку. Все одно ничего не выйдет.

Она поморщилась при виде обтрепанной манжеты свитера, обломанных ногтей и покрытой ссадинами обветренной кожи. Браслет лег в ладонь, изящные пальчики брезгливо одернулись. Я обвела присутствующих умоляющим взглядом, но помощниц не нашлось. Девушки брезгливо кривились и отводили взгляды. Тяжко выдохнув, взяла браслет зубами за золотой хвост и кое-как пропихнула сомкнутые пальцы, ладонь чуть застряла вначале, но приложив чуть усилия, золотой ободок преодолел препятствие, и ящерка тут же стянула тельце, туже обхватывая запястье. Послышались удивленные возгласы, тоненький визг, кто-то грязно выругался, что-то упало и покатилось.

Я выдохнула и попробовала активировать браслет. Изо всех сил зажмурилась, представляя свой город, дом, комнату, но водоворот-портал на месте вытянутых от потрясения лиц местных девиц так и не появился. Глаза ящерицы ярко вспыхнули и тут же потухли. Сдавленный дружный выдох вырвался у присутствующих, еще не верящих в случившееся, девушки единой стеной качнулись в мою сторону. Я попятилась к двери, намереваясь тут же уйти, пока не появились сулами и хозяин дома, если открыть портал не получится.

– Налез. Бьерном клянусь, налез.

– Девчонка-бродяжка ярлова невеста… Он сам так сказал…

– Да он в шутку сказал это. Она же нищенка.

– Позовите ярла сюда, живо…

Девушки задвигались, по полу зашуршали торопливые шаги, меня старательно обошли, за спиной стукнула дверь. Не слушая лопочущих девиц, уставилась на браслет, мысленно уговаривая его вернуть меня домой. Но сияющая ящерица насмешливо щурила агатовые глазки, не торопясь исполнять желание. Я осторожно отступала к выходу, сверля глазами надежду на спасение, сверкающую на запястье.

Ну, давай же, зеленая! Мне пора домой! Сейчас явятся хозяин и сулами, заставят вернуть этот проклятый браслет или отрубят руку, если он не снимется! Открывай чертов портал, зеленая мухоловка!

Девушки замерли, со страхом глядя в мою сторону. Оказывается, я крикнула последнее вслух. Потеряв терпение, я развернулась, чтобы поскорее убраться из этой комнаты и дома, помня о недружелюбии местных, и уперлась в красивую пару перегородившую выход.

– Мухоловка?! Оригинально! Никогда прежде не слышал. Вы кто, девушка? – ласкающий ухо баритон принадлежал рослому широкоплечему сероглазому шатену в тонком шерстяном пуловере и кожаных брюках, с неподдельным изумлением разглядывающему мою персону.

Рядом облокотившись на локоть мужчины, не скрывая презрения, на меня взирала зеленоглазая блондинка с короной искусно уложенных кос, перевитых драгоценными нитями, одетая в вышитое жемчугом шерстяное синее платье. Крупные перстни унизывали тонкие пальцы, а многочисленные браслеты с искусным узором – запястья. С тонкого золотого обруча на лбу у висков покачивались изящные подвески, украшенных алыми камнями и узорной чеканкой. Женщина была увешана драгоценностями, как новогодняя елка. Перебор. Мужчина мог похвастаться грубоватым перстнем с крупным сапфиром. Несмотря на разницу в одеянии, я догадалась, что передо мной хозяин и его гостья – сулами из Канопуса.

И как жители Канопуса могли предположить, что я любовница тамошнего ярла. Я и в подметки не годилась этой красавице.

Пока я хлопала глазами, не зная, что сказать, между ярлом и его гостьей протиснулся ребенок, замер на минуту и звонко взвизгнул, кинувшись ко мне.

– Лекса! Ты пришла! Я знала, что ты меня не бросишь!

Я подхватила визжащую от восторга девочку в нарядном костюмчике и прижала к себе, чувствуя, как слезы защипали глаза. Малышка в безопасности среди любящих людей больше не нуждалась в защите и все же помнила обо мне, и ждала. Вопль ребенка вернул всех к жизни. Ярл вздернул брови к линии волос и озадаченно пробормотал:

– Вот, значит, как! Лекса…

Блондинка возмущенно фыркнула и скривилась, заметив, как малышка ласково гладит мои давно немытые волосы, превратившиеся в моток пакли. Похоже, женщину безмерно раздражала разыгравшаяся картина в отведенной ей комнате. Служанки засуетились и, старясь быть незаметнее, выскальзывали в открытую дверь.

– Прекраснейшая Ортисия, вы с дороги устали. Отдыхайте. Надеюсь, к девушке по поводу браслета у вас претензий нет? – повернувшись к просиявшей гостье, мягко проворковал шатен и поцеловал самый крупный камень на пальчике дамы. – Вы, Лекса, в мой кабинет, пожалуйте. Нам стоит поговорить.

– Благодарю, Ярл Боран, ваша любезность не имеет границ, – сухо улыбнулась красавица, предполагавшая видимо спуститься вниз и продолжить банкет в ее честь. – Какие претензии? Браслет признал ее хозяйкой, если только она не применила магию.

Блондинка скривилась, исказив прекрасные черты и глядя на меня, нехорошо усмехнулась.

– В этом я разберусь, – твердо заверил женщину ярл, еще раз склонившись в вежливом поцелуе.

Повелительным жестом, не вяжущимся с мягкостью слов, он указал мне на выход и проследовал первым. Выходя из комнаты, за спиной услышала сказанное служанкам блондинкой:

– Немедленно вычистите тут все после грязной бродяжки.

Малышка не думая слезать, ехала на руках, теребя приглянувшийся ей камень-талисман. Я, стараясь не отставать от широко шагающего мужчины, невольно разглядывала статную фигуру, красивую волну русых волос, свободно спускающихся до лопаток, подтянутые ягодицы, длинные ноги в легких сапожках, неслышно ступающих по каменным плитам пола. Мягкая, скользящая походка уверенного в себе очень большого кота. Одной рукой шатен поигрывал острым кинжалом, явно рисуясь, другую небрежно засунул за нарядный пояс. На изукрашенном серебром ремне крепились богатые ножны.

Хозяин даже дома не расставался с кинжалом, боясь нападения, или он – часть праздничной одежды?

– Я все рассказала про нас. Ты понравилась дяде Борану, – шепнула малышка, едва за нами захлопнулась дверь в комнату сулами. – А он тебе нравиться? Он же добрый и красивый? Это он тебе подарил?

Малышка заметила новую игрушку на моей руке и потерла пальчиками сияющие камешки, проворачивая украшение на запястье.

– Почти, – уклончиво ответила девочке, отвечая сразу на все вопросы.

Шатен ловко поймал лезвие и вернул в ножны.

– Я произвел впечатление, – усмехнулся мужчина и бросил через плечо:– Надеюсь, хорошее…

– Почти, – шепотом произнесла я, но ярл вновь улыбнулся, показывая, что услышал.

Мы достигли массивной двери, и разговор на время стих. Встречные слуги низко кланялись перед своим господином, провожая на нас с малышкой Дин удивленными взглядами.

Глава 41

Глава 41

Покои ярла отделялись от остальной части дома толстой перегородкой. Тот же неровный камень стен, прикрытый коврами и выполненными в металле картинами морских корабельных баталий, гладкая, натертая до зеркального блеска плитка пола. На его стороне дома оказалось непривычно спокойно: ни музыки, ни шума гостей из приемного зала, ни дразнящих ароматов еды, ни суетливых вездесущих слуг. Пахло сухим теплом, немного йодом и ванильной отдушкой. Мужчина приоткрыл крайнюю дверь и пропустил меня вперед. Уютная комната была поделена на две зоны. Кабинет с мебелью из серебристого металла, роскошной люстрой и пушистыми темными шкурами вместо ковров, в которых ноги утопали по щиколотку. На столе лежали десятки пергаментов, драгоценная чернильница с золотым пером, напоминавшим наши чернильные ручки. Но увиденное в углу, заставило отвиснуть челюсть. Там стоял книжный шкаф с настоящими книгами. Шкаф из обычного темного дерева, покрытого лаком и толстые тома в цветных бумажных переплетах.

Откуда в мире, где больше тысячи лет длится зима, деревянный шкаф и бумажные книги?

Я подошла ближе и попыталась прочесть написанное на корешках. К сожалению, язык мне был не знаком.

– Я еще не поблагодарил вас за спасение Дин, – начал беседу шатен, удивленно глядя в мою сторону.

– Не стоит благодарности, – отмахнулась я, не отрываясь от разглядывания книжных сокровищ. – Надеюсь, похитители получат по заслугам.

– Даже не сомневайтесь. Вы так зачарованно смотрите, словно знаете что перед вами, – неслышно подошедший мужчина, остановился рядом. – Странно, обычно девушек не интересуют книги.

– Я знаю, что это древние вещи. Из тех времен, когда этот мир знал не только вечную зиму, – Боран стоял слишком близко, почти касаясь моего плеча, и я поспешила отойти в сторону к столу, куда посадила малышку.

Девочка, похоже, не заметила этого, все так же увлеченно разглядывая браслет и не теряя надежды отковырнуть пару камушков.

– Откуда вам это знать? – ярл уселся за стол, небрежно сдвинув свитки, и кивнул мне на свободный стул.

– Я из мира, где бумажные книги и деревянный шкаф – обычное дело, – решила не скрывать ничего от ярла. – Сюда меня перенес этот браслет. Из-за странной одежды жители Канопуса посчитали меня воровкой и отрубили руку. Я год выживала в проклятом лабиринте.

Вспомнив битву с кошкой, замолчала, давая себе время успокоиться.

– Ярл Рудоль скор на расправу, тому и народ учит, – поморщившись, проговорил Боран, проигнорировав факт, что я иномирянка, – и еще этот лабиринт – вечное проклятие.

Мужчина задумчиво уставился на браслет, что забавлял Дин, перевел взгляд на пустой манжет другой руки, и мне показалось, что его глаза странно заблестели.

– Как вы попали на корабль? – прервал тишину шатен, откинувшись на стул, сложил руки на груди и прикрыл глаза, приняв расслабленную позу.

Мне показалось, что из-под пушистых ресниц он продолжает наблюдать за мной.

– Обессиленную схваткой с кошкой меня выпустил лабиринт, и тут же схватили поджидавшие рядом мародеры. Они решили продать меня и мертвую кошку капитану Патрику.

– Что там, в лабиринте? – не меняя позы, лениво поинтересовался мужчина. – Говорят жуткие чудовища и злобные духи мертвых.

– И чудовища, и души, и мертвых хватает, – подтвердила версию ярла. – Живых людей никого не встретила.

– Не удивительно, в этом мире нет чудовищ, никто не умеет от них защищаться. И те, кто попадает туда, сразу же погибают. Да и попадают в основном малолетние воришки, – голос даже не дрогнул, разъясняя мне такую подробность. – Как вам удалось спастись?

Я вспомнила тощего и голодного Фишку, мальчишек, крутящихся в толпе, и зло посмотрела на ярла, вальяжно развалившегося на кожаном подголовнике.

– Весь год мазалась жутко вонючей гадостью, – нехотя ответила, все еще думая о парнишке, с которым просидела в каземате.

– Вы и сейчас… – сморщил нос шатен, намекая на неприятный запах давно не мытого тела.

Я вспыхнула и отвела глаза, сдерживаясь от ответной грубости.

– В ваших казематах не розами пахнет, – нашлась с ответом. – Извините, ярл. Я лучше пойду.

Поднялась, погладила малышку по золотистым локонам. Девочка как кошка потянулась за лаской, удерживая руку у себя на макушке.

– Дин, мне нужно уйти, – нерешительно начала, – у меня есть еще незаконченные дела.

– Нет, ты останешься, Лекса, со мной и дядей, – решительно заявила девочка, стискивая в пальчиках мою ладонь, хмуря тоненькие бровки.

Я глянула в сторону Борана, все так же невозмутимо сидящего на стуле в ожидании моего ответа, только насмешливая улыбка, играющая на красивых губах, выдавала его истинное отношение.

– Малыш, у твоего дяди служба и гости. Он целый день занят. Ему некогда заниматься мной, – я пыталась подобрать весомые для ребенка аргументы.

– Он тобой будет ночью заниматься, – отрезала малышка, заставив меня вспыхнуть от двусмысленности сказанного.

Со стороны ярла послышался сдавленный смех, а потом откровенный хохот. Я кусала губы чуть не плача от неловкости сложившейся ситуации. Жаль было девочку, перенесшую столько страданий, но мне не было места в этом мире. Я хотела домой. И путь мой лежал в храм, к жрицам Астреи. Магия здесь под запретом и обратиться за помощью не к кому. Могут ведь счесть ведьмой и сжечь заживо. Если магический браслет меня не слушался, то только обладающая магией жрица могла дать подсказку.

– Лекса, сегодня вы никуда не пойдете. Гости заняли весь этаж. Останетесь переночевать у меня в комнате, – заявил ярл, поставив точку в нашем споре с Дин.

Остаться, конечно, не против, хотелось помыться, поесть до сыта и выспаться в постели, а не на снегу. В тепле горящего в соседней комнате камина меня разморило, ноги отказывались идти, а глаза закрывались сами собой. Но спать с шатеном мне совсем не улыбалось, зная из слов Дин, что у него ненормальный интерес к калекам.

Прочитав сомнения на моем лице, мужчина усмехнулся и успокаивающе произнес:

– Не переживайте, Лекса, я вас не потревожу. Мне предстоит провести допросы команды «Единорога». Я узнаю, кто заказал похищение племянницы, – сказав это, Боран легко поднялся, спустил племянницу на пол и пошел к выходу, остановившись, оглядел меня и добавил:– Я пришлю служанок помочь. Да, еще… можете взять одну из моих рубашек.

Дверь тихо клацнула запором, а я продолжала стоять с открытым ртом, гадая, чем мне обернется решение остаться у градоначальника. Он откровенно пугал. Будучи хорошо воспитанным, привлекательным и проницательным, умея всем этим пользоваться к месту, он становился опасным. Меня не покидала мысль, что Боран что-то замыслил на мой счет. Я чувствовала, что эти его планы мне совершенно не понравятся.

Глава 42

Глава 42

Я нежилась в горячей воде, с наслаждением разминая уставшее в ссадинах и царапинах тело. Шапка душистой зеленоватой пены из мыльного порошка, что нашелся в обширных запасах ярла, явного сибарита, покачивалась на поверхности, я довольно жмурилась, наблюдая, как с легким шорохом лопались пузырьки. Строила план побега из дома градоначальника, размышляя, как отыскать дорогу к храму. Ящерица насмешливо поблескивала глазками, словно посмеивалась над наивной землянкой.

Протерев глаза, вздохнула, отыскав в себе признаки паранойи. Неласковый мир научил опасаться каждого нового дня, не ждать удачи и везения и во всем видеть знаки приближающейся беды. Сходить с ума раньше, чем попаду домой в мои планы не входило, и я решительно макнула браслет в пену, замазывая нагловатые очи золотой рептилии. Долила горячей воды и, прикрыв глаза, попыталась выгнать мысли из головы. Тревожные мысли, решив, что помучили вдоволь, отступили, но на их месте нарисовался образ нахального охотника. Леон, не чувствуя за собой вины за измену, улыбался и подмигивал. Разозлившись на наемника, нагло просочившегося ко мне в голову, решила назло думать о красавчике ярле, в чьей ванне сейчас отмокала, и чью рубашку себе присмотрела в его гардеробе. Но воображение просто издевалось, превращая точеные черты шатена в грубоватые, обветренные и украшенные шрамами наемничьи. За ширмой послышались осторожные шаги, и негромкий разговор двух девиц отвлек от метаморфоз собственного разума.

– Девушки поговаривают, что эта гостья надолго задержится тут, – простуженный голос не давал девушке говорить достаточно тихо, и я отчетливо слышала каждое слово.

– Твоя правда, Иржина. Браслет ей впору и калека, все как ярлу к сердцу, – свистящим шепотком поддержала подругу вторая. – Помяни мое слово, быть ей новой сулами.

– Ну-у-у браслет – то не показательно. То просто шутка, что он женится на хозяйке браслета. Но отчего ему калеки-то до сердца? Такой видный мужчина… – протянула мечтательно девушка, вздыхая.

– Нэна знает, но помалкивает себе, – отрезала ее подруга, зашуршав бельем. – И ты бери с нее пример.

Дверь заскрипела, и по каменному полу зацокали чьи-то каблучки. Служанки замолчали, разглядывая позднего гостя. Я замерла, гадая, кого принесла нелегкая в такой час.

– Маленькая хозяйка, зачем вы тут? Ярл Боран будет гневаться, – тут же нашлась одна из служанок. – Вам спать пора.

– Иржина, тебя Мартиша искала, – беззаботно парировала малышка. – Поторопись. Она зла-а-ая… И тебе, Ратка, лучше поторопиться.

Девушки зло зашипели, поминая недобрым словом злющую старшую горничную и звякнув напоследок посудой, закрыли за собой дверь. Ширма тут же полетела в сторону, и передо мной нарисовалась сияющая Дин в длинной ночной сорочке, поверх которой грел плечи купленный мной накануне меховой жилет.

– Вот пришла тебе вернуть, – девочка стащила меха, небрежно кинула на пол и огляделась. – Ох, ты ж…

Глазки при виде кучи стеклянных и глиняных баночек, расставленных по полкам, засветились огнем исследователя-фаната.

– Я только посмотреть, – кинула она в мою сторону и полезла к пузатенькому сосуду из синего стекла.

Я только булькнула что-то, надеясь, что в ванной градоначальника ядовитой химии не держат. Нервно следя за малышкой, тянущейся к самым ярким банкам, я помахала ручкой возможности расслабиться и отдохнуть в горячей водичке. Но и образ наемника больше не преследовал. Каждый раз как потрескивали и кренились полки, вкрученные в камень, я внутри сжималась. Дин, перенюхав и попробовав на зуб все, что приглянулось на нижних полках, алчно поглядывала на верхние. Я решила прекращать опасное дело, и решительно встала из ванной, потянувшись за покрывалом. Дин тащила из спальни низенькую кованую скамеечку, чтобы дотянуться до вожделенных пузырьков со снадобьями для омовений.

– Дин, у меня для тебя подарок, – поспешно проговорила я, глядя как опасно накренилась скамейка под ногами стоящей на краю девочки.

– Какой? – тут же обернулась малышка, тут же потеряв интерес к ядовито-зеленой бутылочке.

Поддерживая покрывало одной рукой, я поманила егозу в спальню, обходя грязную кучку одежды.

Надо бы спросить у служанок одежду взамен пришедшей в негодность.

Малышка в нетерпении соскочила и кинулась вперед меня в комнату. Остановившись возле широкой кровати, покрутила головкой и разочарованно надула губки.

– Ну и где мой подарок?

Я сняла с шеи камень-талисман, полюбовалась переливами огня и протянула ей.

– Это тебе. Носи, не снимая, он твой талисман на счастье, – кожаный шнурок скользнул на тонкую детскую шейку, и девочка зачарованно замерла, любуясь игрой плененного внутри пламени.

Что-то мне подсказывало, что непоседе Дин глаз снежного голема пригодится и не однажды.

– Лекса, он такой красивый! – взвизгнула радостно малышка и рванула на выход. – Надо дяде показать.

– Дин! – я едва успел ее перехватить у двери. – Ярл Боран ушел по делам. Останься у меня. Не стоит голышом бегать по дому, где много чужих глаз. Поужинаем вместе.

Малышка насупилась, обдумывая мои слова, но втянув аромат горячей сливочной помадки, кивнула и по-хозяйски уселась на кровать, подвигая серебряную плошку со сладостью. Я уселась напротив, давясь слюной на жареную рыбу с гарниром из мелкой крупки, похожей на гречку. В хрустальном бокале услужливые служанки налили синее вино.

– Вку-у-усно, – протянула девочка, размазывая похожее на сгущенное молоко лакомство по щекам. – Я сказать забыла. Дядя передал, что завтра суд над пиратами, и ты будешь давать позна… показна… – малышка морщила лобик от усердия, пытаясь выговорить трудное слово, – в общем, расскажешь, все как было.

– Обязательно расскажу, – пообещала девочке, смакуя каждый сочный кусочек. – Надеюсь, они получат по заслугам. Особенно мерзкий Бриз.

– Бриза кастрируют, потом четвертуют. Их всех четвертуют, – равнодушно сообщила Дин, словно о плановом утреннике в детском саду. – Дядя не разрешил посмотреть, но я все равно приду на площадь. Ты со мной, Лекса?

Услышав такое из уст пятилетней девочки, я подавилась и надсадно закашлялась. Схватив бокал с водой, лихорадочно придумывала, чем отвлечь малышку. Не для детских глаз зрелище, которое устроит градоначальник горожанам.

– Дин, я как-то не очень. Устала. Хочу цветы сделать из кожи и украсить себе жилетку, – кивнула на сменную одежду, оставленную служанками на сундуке. – Не каменья и жемчуг, как у сулами Орисии, но тоже красиво.

– Что такое цветы? – оживилась девочка, разглядывая с интересом коричневую кожу лежащей рядом подушки.

Я с трудом встала из-за стола, подошла к груде вещей и вытянула наугад узкие брюки, из странной тонкой кожи, в которой и в лютые морозы не грозило обморожение.

– Мне нужны цветные обрезки. Завтра спросим у Мартишы, – полюбовалась качеством выделки кожи у рубашки и узорным плетением теплого свитера. – И я не только покажу, но и тебя научу. А теперь спать. Живо в кровать пока не замерзла!