Текст книги "Герцог, не порть мне Средневековье! (СИ)"

Автор книги: Светлана Огнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

Эшфорд долго смотрел на меня, потом перевёл взгляд на посланника.

– Передайте вашему господину, что я рассмотрю его предложение, – сказал он. – Но сначала – мои лекари должны подтвердить его состояние. Вы останетесь в замке как гарант переговоров. Если Корвинский обманет – вы умрёте первым.

Сэр Ламберт побледнел, но кивнул.

– Я согласен. Мой господин не обманывает.

Когда посланника увели, мы остались вдвоём.

– Ты снова удивила меня, Валери, – тихо сказал герцог. – Милосердие – это не то, чего я ожидал от тебя. Ты всегда казалась такой… воинственной.

– Милосердие и воинственность не исключают друг друга, – я улыбнулась. – Можно быть сильным и добрым одновременно. Это называется «адекватность».

– Адекватность, – повторил он, пробуя слово. – Ещё одно из твоих странных выражений.

– Однажды я составлю для вас словарь, – пообещала я.

Мы вернулись в зал. Гилберт и Изабель, завидев нас, бросились навстречу.

– Что случилось? – спросил капитан. – Это война?

– Возможно, мир, – ответил герцог. – Пока не уверен. Но не будем портить праздник. Завтра я всё расскажу. А сегодня – танцуйте. Это ваш день.

И они танцевали. И весь замок танцевал до утра, позабыв о тревогах. А я стояла в сторонке, смотрела на кружащиеся пары и думала о том, как странно устроена жизнь. Только что мы готовились к войне, а теперь, возможно, получим мир. Только что я была чужой в этом мире, а теперь у меня здесь друзья, дело и – кажется – семья.

Герцог подошёл и встал рядом.

– Ты не танцуешь? – спросил он.

– Устала, – честно призналась я. – Этот день был слишком долгим.

– Понимаю, – он помолчал. – Знаешь, я никогда не думал, что буду благодарен человеку, который заставил моих рыцарей приседать и печь какие-то круассаны. Но, кажется, я благодарен.

– Кажется? – я усмехнулась. – Это почти признание в любви, ваша светлость.

Он не ответил. Но уголок его рта дрогнул, и я поняла, что моя шутка попала в цель.

А где-то в углу зала Тим, дорвавшийся до танцев, кружил Марту, и её рыжие кудри развевались, как флаг. Сэр Бертран, изрядно навеселе, горланил балладу о рыцаре и драконе. Изабель и Гилберт целовались в алькове, не замечая никого вокруг.

Я смотрела на всё это и думала: какой бы ни была причина, по которой я здесь очутилась, – это того стоило. Даже если завтра случится что-то плохое. Даже если Корвинский обманет, а война всё-таки начнётся. Сегодня – сегодня был хороший день. И это главное.

Глава 11. О том, как мы поехали мириться, а получили засаду

Утро после свадьбы началось в тишине. Это была та особенная, оглушительная тишина, которая наступает после слишком громкого праздника: замок спал, утомлённый танцами, вином и свадебным пирогом. Даже вездесущие голуби, обычно ворковавшие на карнизах, куда-то попрятались.

Я проснулась с лёгкой головной болью (всё-таки местное вино – штука коварная) и первым делом проверила, не развалилась ли моя причёска. Развалилась. Марта, зашедшая с утренним взваром, застала меня перед зеркалом в попытке расчесать колтун на затылке.

– Дайте помогу, леди, – она отставила поднос и взялась за гребень. – Ох и натанцевались вы вчера.

– Было дело, – я поморщилась, когда гребень застрял в особенно запутанной пряди. – А ты сама? Ты, кажется, тоже отплясывала с Тимом до упаду.

Марта зарделась.

– Тим хороший, – тихо сказала она. – И весёлый. И печенье у него вкусное.

– Ого, – я обернулась и посмотрела на неё с интересом. – Уж не влюбилась ли ты, Марта?

– Что вы, леди! – она стала пунцовой, как свёкла. – Он же поварёнок, а я – служанка. У нас устав не позволяет. И вообще…

– Устав, – фыркнула я. – Ты видела вчера Гилберта и Изабель? Они тоже «не позволялись» по всем уставам. А теперь они муж и жена. Не слушай никого. Если Тим тебе нравится – дай ему шанс. А устав… устав можно переписать.

Марта притихла, но в глазах её зажёгся тот самый огонёк, который я уже видела у Изабель. Похоже, в замке Эшфорд зрела ещё одна история любви.

К полудню замок ожил. Слуги сновали по коридорам, убирая остатки вчерашнего пира. Рыцари собирались на плацу – я отменила тренировку, но они по привычке всё равно вышли размяться. Герцог заперся в кабинете с посланником Корвинского, сэром Ламбертом, и они о чём-то долго говорили за закрытыми дверями.

Я ждала в своей комнате, перебирая в уме возможные сценарии. Если Корвинский действительно умирает и хочет мира – это решит множество проблем. Если он лжёт – мы должны быть готовы к войне. Но в любом случае, решение будет принимать герцог, а моё дело – поддержать его и подготовить рыцарей.

Ближе к обеду за мной пришёл паж и передал, что его светлость просит меня в кабинет. Я накинула плащ (в замке, несмотря на камины, было холодно – октябрь давал о себе знать) и спустилась вниз.

В кабинете, помимо герцога и сэра Ламберта, сидел Гилберт. Вид у новоиспечённого мужа был сосредоточенный и немного сонный, но в целом – счастливый. При моём появлении он поднялся и поклонился.

– Леди Валери.

– Капитан. Поздравляю ещё раз, – я улыбнулась и заняла своё обычное место справа от герцога.

Эшфорд выглядел как всегда – непроницаемо, собранно, но я заметила тени под глазами. Видимо, он тоже не выспался.

– Мы обсудили предложение Корвинского, – начал он без предисловий. – Сэр Ламберт предоставил дополнительные сведения. Болезнь его господина подтверждается письмами лекарей. Я принял решение.

Он сделал паузу, и я затаила дыхание.

– Я отправлю делегацию в замок Корвинского. Мой лекарь осмотрит герцога, и если он действительно неизлечимо болен, мы заключим перемирие. Если нет – делегация станет авангардом армии, которая последует за ними через день.

– Кто поедет? – спросила я.

– Гилберт – как командующий. С ним сэр Бертран, сэр Эдмунд, десяток проверенных рыцарей и мой лекарь, мэтр Бонифаций. И… – он замялся, – ты.

– Я? – я удивлённо уставилась на него.

– Ты – мой советник по военной подготовке, – напомнил он сухо. – К тому же, ты умеешь разбираться в людях. Если Корвинский будет лгать, ты это заметишь. Твои… странные знания могут пригодиться.

– Польщена, – пробормотала я, всё ещё переваривая новость. – А это безопасно?

– Относительно, – признал герцог. – Сэр Ламберт клянётся, что его господин не замышляет зла. Но я не верю клятвам мятежников. Поэтому с вами поедет усиленный отряд. И, – он посмотрел на меня внимательно, – ты можешь отказаться. Я не могу приказывать тебе ехать в логово врага.

Я задумалась. С одной стороны, ехать в замок человека, который ещё недавно готовил на нас вторжение – не самая разумная идея. С другой стороны, если я действительно могу помочь заключить мир и избежать кровопролития – как я могу отказаться?

– Я поеду, – решительно сказала я. – Только дайте мне тёплый плащ и нормальную обувь. И разрешение взять с собой Тима – он будет отвечать за провизию. И Марту – она умрёт от беспокойства, если останется здесь одна.

– Марту? – герцог приподнял бровь. – Ты хочешь взять в логово врага свою служанку?

– Марта – не просто служанка. Она мой ангел-хранитель, – отрезала я. – И она умеет штопать раны, если что. У неё талант.

Эшфорд вздохнул, но спорить не стал.

Через два дня делегация была готова к отъезду. Утро выдалось хмурым и ветреным – небо затянули тяжёлые серые тучи, обещавшие дождь. Я куталась в новый плащ из толстой шерсти (подарок герцога – «чтобы советник не замёрз по дороге»), проверяла седло и пыталась успокоить Марту, которая до последнего не верила, что едет с нами.

– Леди Валери, – шептала она, бледная как полотно, – а если нас убьют?

– Не убьют, – бодро отвечала я. – Мы слишком симпатичные, чтобы нас убивать.

– А если возьмут в плен?

– Тогда мы с тобой организуем в плену кружок аэробики. Представляешь, вражеские солдаты приседают под нашим руководством? Это перевернёт всю их военную доктрину.

Марта прыснула и немного расслабилась.

Тим, напротив, сиял. Для него поездка в составе делегации была настоящим приключением и признанием его заслуг. Он погрузил в обоз целую корзину с провизией, включая неприкосновенный запас круассанов.

– Это на случай переговоров, – объяснил он серьёзно. – Если Корвинский попробует наши булочки, он точно не захочет воевать.

– Дипломатия выпечкой, – усмехнулась я. – Запомни этот термин, Тим. Возможно, он войдёт в историю.

Сэр Бертран, командовавший отрядом, построил рыцарей и проверил снаряжение. Гилберт верхом на коне выглядел как иллюстрация к рыцарскому роману – в полном доспехе, с гербом Эшфорда на щите и Изабель в сердце. Перед отъездом он долго прощался с женой, и я тактично отвернулась, чтобы не мешать.

Герцог вышел проводить нас лично. Он стоял у ворот, мрачный как тучи над головой, и смотрел на наш отряд с таким выражением, будто отправлял нас не на переговоры, а на верную смерть.

– Будьте осторожны, – сказал он тихо, когда я подъехала к нему попрощаться. – Если что-то пойдёт не так, немедленно возвращайтесь. Я не хочу терять советника.

– Не потеряете, – пообещала я. – Я ещё не внедрила в замке джакузи. Так что у меня есть мотивация вернуться.

– Что такое джакузи? – нахмурился он.

– Расскажу, когда вернусь, – я улыбнулась и тронула поводья.

Дорога до замка Корвинского занимала около трёх дней. Первые сутки прошли спокойно: мы ехали по знакомым землям Эшфорда, мимо деревень, где нас приветствовали крестьяне, и мимо дозорных башен, где часовые отдавали честь.

Ночевали в придорожном трактире – старом, покосившемся, но уютном. Трактирщик, узнав, что мы люди герцога Эшфорда, выставил нам лучшие комнаты и ужин за полцены. Марта наконец-то отогрелась и перестала трястись, а Тим, пробравшись на кухню, подружился с местным поваром и обменялся с ним рецептами.

На второй день погода испортилась окончательно. Дождь зарядил с утра и не прекращался до вечера. Дорогу развезло, кони скользили по грязи, а холод пробирал до костей. Я куталась в плащ, проклиная средневековье с его отсутствием водонепроницаемой одежды, и мечтала о горячей ванне.

– Долго ещё? – спросила я у Гилберта, когда мы остановились на привал.

– К вечеру будем у границы земель Корвинского, – ответил он, вглядываясь в карту, которую держал под навесом из плаща. – Там нас должен встретить эскорт.

– Эскорт? – я насторожилась. – Сэр Ламберт ничего не говорил про эскорт.

Сэр Ламберт, ехавший с нами в качестве проводника, приблизился и пояснил:

– Мой господин настаивает на том, чтобы проводить делегацию через свои земли с почётом. Он не хочет, чтобы с вами что-то случилось.

Я переглянулась с Гилбертом. Ему это тоже не понравилось – я видела по лицу. Но отказываться от эскорта было бы подозрительно.

– Хорошо, – сказал капитан. – Но предупредите своих людей: любое враждебное действие – и переговоры прекратятся.

Сэр Ламберт поклонился и поспешил вперёд – «подготовить встречу», как он выразился.

Когда он скрылся за поворотом, я подъехала к Гилберту.

– Вам это не кажется странным? – спросила я вполголоса. – Сначала он говорит, что Корвинский при смерти. Потом – что умирающий герцог заботится о почёте для делегации.

– Кажется, – коротко ответил Гилберт. – Поэтому мы будем начеку. Сэр Бертран уже предупреждён. Ночью выставим усиленную охрану.

К вечеру мы достигли границы. Река, разделявшая земли Эшфорда и Корвинского, разлилась от дождей и шумела, перекатывая мутные воды. Мост через неё был старым, но крепким, и мы переправились без происшествий.

На том берегу нас действительно ждали. Отряд всадников в цветах Корвинского – тёмно-бордовых с золотым – выстроился вдоль дороги. Их было не меньше полусотни, и это мне категорически не понравилось. Пятьдесят вооружённых людей против нашего десятка – это не эскорт, это конвой.

– Сэр Ламберт, – окликнула я проводника, – почему так много людей?

– Охрана, леди, – он улыбнулся, но улыбка вышла какой-то дёрганой. – Места здесь дикие, разбойники балуют. Мой господин не хочет рисковать.

– Разумно, – процедила я и переглянулась с Гилбертом. Тот едва заметно кивнул – он тоже всё понял.

Дальше мы ехали молча. Всадники Корвинского окружили наш отряд, и это окружение больше походило на арест, чем на почётный караул. Я физически ощущала напряжение, повисшее в воздухе. Сэр Бертран, ехавший впереди, держал руку на рукояти меча. Сэр Эдмунд, самый молодой из рыцарей, побледнел, но старался держаться достойно. Марта вцепилась в поводья мёртвой хваткой, а Тим, спрятав корзину с круассанами под плащ, тихо молился.

Замок Корвинского показался в сумерках. Он был меньше, чем Эшфорд, но выглядел зловеще: приземистый, тёмный, с острыми башнями, похожими на клыки. На стенах горели факелы, но их свет не рассеивал мрак, а только подчёркивал его. Ворота были открыты, и мы въехали во внутренний двор.

Встречал нас не слуга и не управляющий, а сам герцог Корвинский. И вот тут я поняла, что дело плохо.

Он стоял на ступенях главной башни, закутанный в меховой плащ, но даже плащ не мог скрыть того факта, что герцог отнюдь не при смерти. Да, он был немолод, да, лицо его было изрезано морщинами, а в бороде серебрилась седина. Но стоял он прямо, твёрдо, без всякой опоры, и глаза его – холодные, умные, расчётливые – смотрели на нас с насмешкой.

– Добро пожаловать, – произнёс он низким, скрипучим голосом, и от этого голоса у меня мурашки побежали по спине. – Я рад, что делегация Эшфорда почтила мой скромный замок своим присутствием.

– Герцог Корвинский, – Гилберт спешился и поклонился, соблюдая формальности. – Мы прибыли для переговоров о перемирии, как было условлено.

– О, разумеется, – Корвинский растянул губы в улыбке, но улыбка эта не достигла его глаз. – Перемирие. Конечно. Но сначала – ужин. Вы, должно быть, устали с дороги.

Я тоже спешилась и встала рядом с Гилбертом. Марта, Тим и рыцари держались позади. Я заметила, что сэр Бертран незаметно оценивает обстановку: количество стражи, расположение выходов, высоту стен. Старый рубака готовился к худшему.

Нас провели в главный зал. Он был меньше, чем в Эшфорде, но обставлен богато: ковры на стенах, золотые канделябры, массивный стол, уставленный блюдами. Вот только все слуги, сновавшие вокруг, были вооружены, а у дверей стояли стражники с алебардами.

Я села за стол, стараясь выглядеть спокойной. Гилберт – рядом. Марту я усадила по левую руку, Тима – рядом с ней. Рыцарей рассадили по периметру, но так, что каждый из них оказался под присмотром как минимум двух стражников.

– Расскажите, как там поживает мой дорогой кузен Эшфорд? – светским тоном осведомился Корвинский, наливая себе вина. – Я слышал, он завёл себе странную советницу. Леди, которая заставляет рыцарей приседать и печёт какие-то невиданные булочки.

Он посмотрел прямо на меня, и я поняла, что он знает. Возможно, даже больше, чем мне хотелось бы.

– Его светлость в добром здравии, – ответила я, сохраняя нейтральный тон. – И да, я действительно советую рыцарям больше двигаться. Сидячий образ жизни вреден для боевой формы.

– Оригинально, – Корвинский хмыкнул. – И что же вы посоветуете мне, леди? Я, знаете ли, тоже уже не молод.

– Вам я посоветую честность, – спокойно ответила я. – Вы обещали перемирие, но ваш эскорт больше похож на захват. Ваш посланник говорил, что вы при смерти, но вы выглядите живее многих живых. Что вам на самом деле нужно, герцог?

В зале повисла тишина. Стражники напряглись. Гилберт под столом сжал рукоять кинжала.

Корвинский долго смотрел на меня, а потом расхохотался – хрипло, каркающе.

– А вы мне нравитесь, леди Валери, – сказал он, отсмеявшись. – Прямолинейны. Это редкое качество. Что ж, давайте будем честны. Я не умираю. Это была уловка, чтобы выманить вас сюда. Ваш отряд – мой залог. Пока вы здесь, Эшфорд не посмеет напасть.

– Вы понимаете, что это объявление войны? – тихо спросил Гилберт.

– Понимаю, – Корвинский пожал плечами. – Но война и так неизбежна. А с заложниками мои позиции становятся куда более… выгодными.

– И что вы планируете с нами делать? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Ничего плохого, – Корвинский снова улыбнулся. – Вы будете моими гостями. Пока Эшфорд не согласится на мои условия.

– Какие условия?

– Отказ от спорных земель. Признание моей независимости от короны. И, пожалуй, – он посмотрел на меня с мерзкой усмешкой, – ваша рука, леди Валери. Я слышал, вы не замужем. А мне нужна новая жена.

Я поперхнулась вином. Марта пискнула. Тим выронил круассан.

– Моя рука? – переспросила я, вытирая рот. – Вы серьёзно?

– Вполне, – Корвинский откинулся на спинку кресла. – Вы умны, забавны и явно обладаете влиянием на Эшфорда. Такой союз упрочит моё положение. К тому же, говорят, вы умеете печь эти… как их… круассаны? Я люблю хорошую выпечку.

– Вы в своём уме? – не выдержал Гилберт. – Леди Валери – не товар, чтобы…

– Капитан, – я остановила его жестом. – Дайте мне самой ответить.

Я встала. В зале стало совсем тихо. Даже стражники, казалось, затаили дыхание.

– Герцог Корвинский, – сказала я, глядя ему прямо в глаза, – вы старый, лживый, самонадеянный интриган. Вы обманули нас, нарушили слово и угрожаете войной. И после всего этого вы предлагаете мне руку и сердце? Вы серьёзно думаете, что я соглашусь?

– У вас нет выбора, – заметил он, но в его глазах промелькнуло сомнение.

– Выбор есть всегда, – отрезала я. – И мой выбор – отказаться. А теперь, если позволите, мы с моими людьми хотели бы удалиться в отведённые нам покои. Надеюсь, вы не держите гостей в темнице?

Корвинский долго смотрел на меня. Я видела, как в его глазах борются раздражение и любопытство. Наконец он усмехнулся и махнул рукой:

– Ступайте. Комнаты для вас приготовлены. Но не пытайтесь сбежать – замок охраняется, а вокруг на милю тянутся болота. Даже если выйдете за стены, далеко не уйдёте.

Мы поднялись. Гилберт взял меня под локоть, и я почувствовала, как он напряжён. Рыцари сгрудились вокруг нас, прикрывая с флангов. Мы вышли из зала под конвоем и направились в гостевые покои.

Когда за нами захлопнулась дверь и шаги стражников стихли в коридоре, я наконец позволила себе выдохнуть.

– Вот же старый манипулятор! – я рухнула на кровать и закрыла лицо руками. – «Женитесь на мне, я хороший»! Да его предыдущие три жены умерли при загадочных обстоятельствах!

– Леди Валери, – Гилберт опустился рядом на стул, – вы были великолепны. Но положение серьёзное. Мы – заложники. И если не выберемся…

– Выберемся, – твёрдо сказала я. – Я не для того училась фитнесу, чтобы стать четвёртой женой плешивого болотного герцога.

Марта всхлипнула. Тим, бледный как его собственная мука, сжимал в руках остатки круассана.

– Что будем делать? – спросил сэр Бертран, который проверял окна и двери на предмет возможного побега.

– Во-первых, – я села и обвела всех взглядом, – сохранять спокойствие. Во-вторых – думать. У нас есть преимущество: Корвинский нас недооценивает. Он видит во мне просто странную леди, которая печёт булочки. А в вас – просто пленных рыцарей. Это его ошибка.

– У вас есть план? – с надеждой спросил Тим.

– Пока нет, – честно ответила я. – Но будет. А пока – давайте распакуем круассаны. Не пропадать же добру.

И мы, сидя в полутьме вражеского замка, в окружении стражников и болот, ели круассаны и строили планы побега. Потому что такова была наша команда: странная леди, поварёнок, служанка и горстка отважных рыцарей. И вместе мы были сильнее, чем поодиночке.

А где-то в главном зале герцог Корвинский, возможно, ещё улыбался своей мерзкой улыбкой, не подозревая, какую ошибку он совершил, недооценив девушку, которая когда-то вела три групповых занятия подряд и ни разу не опоздала на обед.

Глава 12. О том, как мы устроили в тылу врага подпольный фитнес-клуб

Утро в замке Корвинского начиналось с колокольного звона. Не того мелодичного, который в Эшфорде созывал на молитву, а тяжёлого, бухающего, словно кто-то бил кувалдой по ржавому котлу. Я проснулась с ощущением, что череп сейчас треснет, и первым делом проверила, на месте ли наши люди.

Все были на месте. Марта спала, свернувшись калачиком на узкой кровати у стены. Тим, которому не хватило спального места, устроился на сундуке, подложив под голову мешок с мукой (он и в плену не расставался с провизией). Рыцари ночевали в соседней комнате – нас разместили в двух смежных гостевых покоях, соединённых общей дверью. Охрана стояла в коридоре, и сквозь щель под дверью я видела тени стражников.

– Подъём, – негромко скомандовала я. – У нас много дел.

Марта открыла глаза и тут же села, протирая веки. За недели в замке Эшфорд она привыкла к моим ранним побудкам.

– Леди Валери, – прошептала она, – я всю ночь думала. А что, если нас правда не выпустят? Что, если нас… казнят?

– Не казнят, – я накинула плащ (в покоях было холодно – камин едва тлел). – Я нужна Корвинскому живой. По крайней мере, пока он надеется на мне жениться.

– А если он передумает?

– Тогда мы сделаем так, чтобы он передумал ещё раз, – я ободряюще улыбнулась. – Не бойся. Пока мы вместе, мы сила. А теперь давай будить остальных.

Через полчаса мы собрались в моей комнате на военный совет. Рыцари выглядели хмурыми, но собранными. Сэр Бертран, несмотря на возраст, держался бодро и даже успел сделать десяток приседаний (я не просила – он сам). Гилберт, как всегда, был спокоен и сосредоточен. Сэр Эдмунд нервно теребил край плаща, но старался не подавать виду.

– Итак, – я обвела всех взглядом, – ситуация следующая. Мы в замке человека, который обманул нас и держит в заложниках. Он предлагает условия, на которые герцог Эшфорд не может согласиться. Значит, мы должны выбраться сами.

– Выбраться? – сэр Бертран с сомнением покачал головой. – Леди, вы видели стены? Они высокие, а за ними – болота на милю вокруг. Даже если мы выйдем из замка, мы утонем или заблудимся.

– Во-первых, не утонем, – возразила я. – Мы возьмём проводника.

– Какого проводника? – нахмурился Гилберт.

– Сэра Ламберта, – спокойно ответила я. – Он предал нас, но он не дурак. Он понимает, что Корвинский проиграет эту войну. Если мы предложим ему амнистию в обмен на помощь, он может согласиться.

– А если не согласится?

– Тогда придумаем что-то ещё. Но это запасной вариант. Сначала – разведка. Нам нужно узнать расположение постов, график смены караула, количество стражи и настроения в замке.

– Как вы это узнаете? – спросил сэр Эдмунд.

Я улыбнулась.

– У меня есть план. Но он потребует от всех нас… актёрской игры.

План был простым и наглым, как всё, что я делала в этом мире. Если Корвинский считает меня просто странной леди, которая печёт булочки и заставляет рыцарей приседать, – я дам ему именно это. Пусть думает, что я смирилась с пленом и даже наслаждаюсь им.

В полдень я попросила аудиенции у герцога Корвинского. Меня провели в тот же зал, где вчера состоялся ужин-ловушка. Корвинский сидел в своём кресле, лениво потягивая вино, и смотрел на меня с видом кота, поймавшего мышь.

– Леди Валери, – он растянул губы в улыбке, – надеюсь, вам хорошо спалось? Мои покои удобны?

– Вполне, – я присела в реверансе, изобразив смирение. – Я пришла поблагодарить вас за гостеприимство. И… предложить кое-что.

– Вот как? – он приподнял седую бровь. – Передумали насчёт моего предложения?

– Нет, – я мило улыбнулась. – С замужеством я пока повременю. Но я подумала: вы держите нас здесь в качестве заложников, и это, безусловно, разумный политический ход. Однако заложники от безделья портятся. Становятся вялыми, раздражительными, теряют форму. А вам нужны здоровые, крепкие пленники, не так ли?

– К чему вы клоните?

– Я предлагаю вам свои услуги, – я развела руками. – В замке Эшфорд я занималась физической подготовкой рыцарей. Здесь я могла бы делать то же самое. Тренировать ваших людей. Помогать им поддерживать форму. А заодно – тренировать своих спутников. Чтобы мы все были бодры и не болели.

Корвинский смотрел на меня с явным подозрением.

– Вы хотите тренировать моих солдат? Тех самых, которые держат вас в плену?

– А почему нет? – я пожала плечами. – Фитнес – он для всех. И потом, если ваши люди будут в хорошей форме, это… повысит их боевую эффективность. А если переговоры с герцогом Эшфордом затянутся, вы получите более подготовленный гарнизон. Разве это не выгодно?

Он задумался. Я видела, как в его глазах мелькают мысли: он пытался понять, в чём подвох. Но мой план был хорош именно тем, что подвоха в нём не было. Я действительно собиралась тренировать его солдат. Просто попутно я собиралась делать то, что умею лучше всего: болтать.

– Допустим, – медленно произнёс он. – Что вам для этого нужно?

– Плац, – я принялась загибать пальцы. – Любое открытое пространство, хоть внутренний двор. Доступ к воде и полотенцам. И разрешение моим людям помогать мне – готовить инвентарь, разминаться вместе со всеми. И ещё – доступ на кухню. Моему поварёнку нужно печь. Это его… терапия.

Корвинский усмехнулся.

– Терапия?

– Он нервничает в плену, – пояснила я. – А тесто успокаивает. У каждого свои лекарства.

– Хорошо, – неожиданно согласился герцог. – Я разрешаю. Тренируйте кого хотите, леди Валери. Но помните: любая попытка побега – и ваши спутники умрут первыми. Вы поняли?

– Абсолютно, – я снова присела в реверансе. – О побеге не может быть и речи. Я всего лишь хочу, чтобы все были здоровы и в хорошей форме.

Уже через день во внутреннем дворе замка Корвинского кипела жизнь. Я выстроила две дюжины солдат – угрюмых, плохо одетых, с явными признаками недосыпа и плохого питания – и начала с базовой разминки.

– Господа, – объявила я, прохаживаясь перед строем, – меня зовут леди Валери. Возможно, вы слышали обо мне. Да, та самая, которая «странная» и «приседает». Сегодня мы начнём с простого: наклоны, повороты, дыхательные упражнения. Ваша задача – не умереть в процессе. Вопросы?

Один из солдат, коренастый детина с перебитым носом, поднял руку.

– А зачем нам это, леди? Мы и так сильные.

– Сильные – да, – согласилась я. – Но гибкие ли? Выносливые ли? Можете ли вы пробежать милю в полном доспехе и не запыхаться? Можете ли поднять щит над головой и держать его десять минут? Вот это мы и будем тренировать. Начнём с малого: кто из вас может коснуться пальцами пола, не сгибая коленей?

Из строя послышалось скептическое ворчание. Я нагнулась и легко коснулась пальцами земли, продемонстрировав отличную растяжку.

– Леди может, а вы нет? – я выпрямилась. – Стыдно, господа. Начали!

Через час солдаты, мокрые и красные, но странно довольные, расходились по казармам. Я же собирала информацию.

Оказалось, что в замке Корвинского дела обстояли хуже, чем я думала. Солдаты жаловались на плохое питание, задержки жалованья и дырявые крыши в казармах. Герцога они боялись, но не уважали. Многие были набраны насильно, из окрестных деревень, и мечтали вернуться домой. А о планах Корвинского на войну они знали мало и ещё меньше хотели в ней участвовать.

– Зимой воевать – это ж ума лишиться, – ворчал один из них, растирая уставшие плечи. – Холод, грязь, припасов нет. Лучше б он нас по домам распустил.

– А почему не распускает? – как бы между делом спросила я.

– Говорит, Эшфорд нападёт. А по мне – так никто не нападёт, если мы первые не полезем.

Я кивала и запоминала. Настроения в замке были далеки от боевого духа. Если бы удалось донести эту информацию до герцога Эшфорда, он смог бы действовать не силой, а дипломатией. Но как передать весточку?

Вечером мы снова собрались в моих покоях. Я поделилась наблюдениями.

– Гарнизон не готов к войне, – подвела я итог. – Более того, многие солдаты хотят мира. Если мы сможем сообщить об этом его светлости, он, возможно, сумеет разрешить конфликт без крови.

– Но как сообщить? – спросил Гилберт. – Голубей у нас нет, гонца Корвинский не выпустит.

– Есть один способ, – я понизила голос. – Сэр Ламберт.

– Предатель? – сэр Бертран скривился. – Ему доверять – себя не уважать.

– Я не говорю «доверять». Я говорю «использовать». Он трус и приспособленец. Если он поймёт, что Корвинский проигрывает, он переметнётся на нашу сторону. Нужно только убедить его.

– И кто это сделает? – спросил сэр Эдмунд.

– Я, – просто ответила я.

Разговор с сэром Ламбертом состоялся на следующий день. Я подловила его в коридоре, когда он выходил из кабинета Корвинского. Вид у него был потрёпанный и нервный – видимо, герцог был не в духе.

– Сэр Ламберт, – я преградила ему путь, – нам нужно поговорить.

Он вздрогнул и огляделся.

– Леди Валери, я…

– Вы обманули нас, – перебила я. – Вы обещали перемирие, а заманили в ловушку. Как вы себя чувствуете, зная, что стали пособником мятежника?

– У меня не было выбора! – он заговорил быстро, сбивчиво. – Корвинский – мой сюзерен. Я обязан ему подчиняться.

– Обязаны – да, – согласилась я. – Но вы также обязаны королю. А король объявил Корвинского мятежником. Так кому вы служите на самом деле? Тому, кто прав, или тому, кто сильнее?

Ламберт молчал. Его лицо подёргивалось, а руки теребили край плаща.

– Послушайте, – я смягчила тон, – я понимаю, что вы боитесь. Но сейчас у вас есть шанс всё исправить. Помогите нам – и герцог Эшфорд замолвит за вас слово перед королём. Амнистия, сохранение титула, возможно, даже земли. Или – оставайтесь с Корвинским и вместе с ним идите на эшафот.

– Чего вы хотите? – прошептал он.

– Письмо, – сказала я. – Вы отправите письмо герцогу Эшфорду. С голубем или с доверенным человеком – как сможете. В письме будет сказано, что гарнизон Корвинского не готов к войне и что переговоры возможны. И что мы живы и ждём помощи.

– Но если Корвинский узнает…

– Не узнает, – твёрдо сказала я. – Мы сделаем это осторожно. Вы же умный человек, сэр Ламберт. Найдите способ.

Он колебался целую минуту. Потом кивнул.

– У меня есть человек. Старый конюх, он не вызывает подозрений. Он может отвезти письмо.

– Отлично, – я достала из рукава крохотный свиток, который приготовила заранее. – Здесь всё. Отправьте как можно скорее.

Ламберт взял свиток и спрятал его в складках плаща.

– Леди Валери, – сказал он тихо, – вы рискуете. Если Корвинский заподозрит…

– Я знаю, – я улыбнулась. – Но я уже привыкла к рискам.

Через два дня тренировок с солдатами Корвинского я стала местной достопримечательностью. На плац приходили поглазеть слуги, кухарки, даже некоторые офицеры. Я не возражала – чем больше народа, тем больше информации.

Однажды после занятия ко мне подошла женщина – немолодая, в тёмном платье, с усталым, но добрым лицом. Она отозвала меня в сторону и сказала:

– Леди, я слышала, вы умеете лечить спину. У моего мужа грыжа, он не может работать. Поможете?

– Грыжа – это серьёзно, – я задумалась. – Но я могу показать упражнения, которые облегчат боль. Приходите вечером, я покажу.

Женщина (её звали Грета) пришла не одна – с ней пришёл муж, сутулый плотник с перекошенным от боли лицом, и пара соседок с похожими проблемами. Я показала им простейшую лечебную гимнастику – ту, которую в моём мире рекомендовали при проблемах с позвоночником. Через час плотник распрямился и недоверчиво покрутил плечами.