Текст книги "Гонки на черепахах"

Автор книги: Станислав Бах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Граница

Наутро пожаловал гость. Гид был дома, но не слышал ни как подъехала машина, ни хлопков двери. Невысокий костлявый парень с чемоданом в руке, казалось, материализовался на крыльце. У ворот стоял ничем не выделяющийся синий японский микроавтобус. Только приглядевшись, Гид заметил небольшую пластиковую вставку на крыше – вероятно, под ней находилась спутниковая антенна, – да широкие колеса намекали на нестандартную мощность двигателя, но такие колеса чаще ставят просто для красоты.

Весь день ушел на установку и настройку оборудования. Стоимость отдельных предметов не шокировала, но, увидев итог, Гид тяжело вздохнул. Единственный предмет, который он получил в руки, был обычный китайский мобильник, с большим экраном. Из отверстия, грубо просверленного в его корпусе, выглядывала явно не родная выдвижная антенна. Через этот «пульт» осуществлялась связь со всем электронным хозяйством, и вероятно, его потроха были полностью заменены, тем не менее было довольно трудно увязать это устройство с суммой, которую ему пришлось заплатить.

Через несколько минут после отъезда электронщика пульт коротко пискнул, Гид нажал кнопку, и на экране появилась дорога и движущийся в сторону шоссе знакомый микроавтобус. Гид, нажимая кнопки, посмотрел другие картинки. На одной из них он узнал себя, стоящего на крыльце с пультом в руке. Он поднял голову, но даже зная, где находится камера, не смог ее разглядеть.

Вечером приехал Антон, вертолетчик из команды Дорохова.

– Кэп просил передать кое-что не по телефону, – с ходу начал Антон.

Они вышли на улицу.

– Ну, выкладывай.

– Тебе нужно завтра часов в десять привезти англичанина в Остолоповку на погранпереход. Семеныч обо всем договорился, но надо проконтролировать.

– И к кому там обращаться? – спросил Гид.

– К Тучину, начальнику таможенной службы. Помнишь, ты год назад катал Семеныча и его гостей?

– Вроде да.

– Они потом песни пели так, что винта было не слышно.

– Ну, еще бы! Столько выпить…

– Он там тоже был.

– Может, вспомню, когда увижу, – сказал Гид, пожимая плечами.

– Он обещал помочь с паспортом этому Бэримору.

– Блекфилду.

– Да. Кстати, у него тоже могут быть проблемы. Нарушение государственной границы – это уже Уголовный кодекс, – добавил Антон.

Гид чертыхнулся:

– Не одно, так другое!

– У тебя тоже какие-то проблемы? – спросил Антон.

– Да. Обо мне кто-то собирает информацию, я не знаю кто.

Антон изменился в лице.

– А ты уверен, что о тебе, а не о твоем клиенте?

– Не знаю. Может быть, и о нем, – ответил Гид.

– Этого еще не хватало. Быстро они! Если это так, нам всем…

Антон уехал.

Гид отправился в офис и включил компьютер. Перебрав с десяток ключевых слов, он так ничего и не нашел, кроме трека, который как раз и не имел права на существование. Пользоваться навигаторами в том туре им категорически запретили, но про таблетку-регистратор никто не вспомнил и, хоть штурманский планшетник был выключен, таблетка продолжала записывать их путь в свою память. Гид запустил «Ози-Эксплорер» и загрузил трек.

В том туре больше всего запомнилась рыбалка. Они катались в погранзоне и заезжали на спецтерриторию непонятного назначения, на которой, судя по всему, основные сооружения находились под землей. Там было невероятно красивое озеро с мраморными берегами и серебряной водой. Озеро в мраморной чаше можно увидеть и в Рускеале, куда он часто возил туристов, да и серебряный источник в Карелии не один, но вместе эти два феномена Гид никогда не встречал. Голубоватая, будто светящаяся вода была прозрачна до самого дна, и даже бывалые рыбаки завороженно смотрели, как большая рыбина, изредка взмахивая плавниками, в упор разглядывает дергающегося на крючке червяка, затем совершает молниеносное движение, червяк исчезает, а поплавок стремительно уходит под воду.

Гид пробежал взглядом по треку, и в памяти всплыл по-гранпост со смешным названием, где стояла длиннющая очередь из лесовозов. Вроде с ними был начальник этого поста, он еще жаловался на допотопное оборудование. Судя по записям регистратора, возле моста через речку Остолоповку они простояли минут пятнадцать, вероятно, там и находился пост.

На предложение съездить в Остолоповку Лорд отреагировал без энтузиазма, но согласился.

Путь оказался неблизкий. Наконец Гид свернул с шоссе и на ходу начал нажимать кнопки навигатора. Навстречу проехал пустой лесовоз.

– Похоже, нам сюда, – приободрился он и прибавил газ.

Правда, вскоре темп пришлось снизить. Груженые лесовозы стояли у правой обочины группами по нескольку машин. Встречных было мало, но узкая дорога сильно петляла и разъезжаться было трудно. Казалось, что пост – за ближайшим поворотом, но они ехали и ехали, а колонна грузовиков все не кончалась, только становилась плотнее.

Лорд недоумевал по поводу этой очереди, но Гид и сам не понимал смысла происходящего, то есть он знал, почему это происходит, но не мог объяснить, почему это всех устраивает.

Дорогу перегородила грубо сколоченная конструкция, напоминающая козлы для пилки дров, только очень длинные. Судя по выцветшим красным полоскам, исполняла она роль шлагбаума. Из стоявшей рядом покосившейся дощатой будки вылез сонный пограничник и попросил показать паспорта. В загранпаспорте Гида он отыскал шенгенскую визу, а английский паспорт даже не стал открывать. Он уже ухватился обеими руками за шлагбаум, но что-то его смутило, и он вернулся.

– А где дрова-то? – спросил он. – В смысле лес?

– Мы – инспекция Евросоюза, – пошутил Гид.

Пограничник молча повернулся и быстро отодвинул конструкцию в сторону.

Проехав еще пару километров, они увидели деревянное здание, возле которого стояло несколько грузовиков с лесом. Гид подъехал и остановился рядом со старой Вольво. Единственная дверь здания была заперта. Гид постучал.

– Ты чего? Пересменка же. Еще развопятся. – Из окна грузовика на него неодобрительно смотрел пожилой водитель.

– А до скольки пересменка? – спросил Гид.

– Так кто ж их знает? Только тебя на джипе все равно не пустят.

– Это почему?

– Так здесь же только для грузовых и только с дровами.

– Понятно. У меня пень в багажнике.

Через полчаса дверь открылась и на крыльцо вышел мужчина в форме таможенной службы. Лицо было знакомым. Дефендер его явно заинтересовал. Потом он увидел Гида и широко улыбнулся.

– Помню, помню! – Улыбающийся таможенник шагнул навстречу и широко развел руки, будто собираясь обнять старого друга. Но, как только удивленный Гид двинулся в его сторону, таможенник резко опустил руки и строго сказал:

– Нет, не помню!

Гид в недоумении остановился.

– Машину помню. Рыбу помню. Тебя помню, но плохо. Как зовут, не помню вообще, – то ли ему, то ли сам себе говорил таможенник.

– Вы Тучин?

– Типа того.

– Семеныч сказал…

– Семеныч? Ну, пошли в кабинет.

Таможенник развернулся, и Гид пошел за ним.

– А я сначала джип увидел и думаю, может, еще один фокусник объявился. У меня тут был. Возил сигареты в двойном бензобаке. Ни рентгеном, ни щупом его. Пока не приехал пустым. Без дров. Перебрал накануне и забыл загрузиться. Хрен с ними, говорит. С дровами-то. Не главное. Разобрали машину. Нет ничего. Думали уже собирать, да сломали что-то. Ну, отступать поздно, распилили. Совсем. Нашли.

– А если б не нашли? – вырвалось у Гида.

Тучин остановился и внимательно посмотрел на собеседника.

– Пилили бы дальше? – предположил Гид.

– Приятно говорить с умным человеком.

Они вошли в кабинет.

– Ну, выкладывай, – сказал таможенник, устроившись в перебинтованном синей изолентой старом кожаном кресле. Гиду он показал на привинченное к полу прожженное сигаретой камазовское сиденье.

Гид достал паспорт Лорда и объяснил, что он здесь по поводу штампа, по просьбе Семеныча. Тучин постучал пальцами по деревянному столу, который, судя по корявым надписям и множественным ножевым ранениям, до этого служил какому-то шалопаю школьного возраста.

– Во-первых, «Стой, кто идет!» – это пограничники, не наше ведомство.

Таможенник почесал затылок и выжидательно посмотрел на Гида. Тот молчал.

Неожиданно в дверь постучали.

– Открыто! – крикнул Тучин.

В дверь просунулась голова молодого парнишки.

– Чего тебе? Только быстро!

– Иван Ильич! Я наркокурьера вычислил!

– Ну, заходи.

Парнишка вошел и, к удивлению Гида, оказался тоже таможенником.

– Он мне сразу подозрительно не понравился. А потом я их разговор случайно подслушал. Он ему и говорит: «У меня дури под капотом – немерено!»

Парнишка замолчал.

– Ну? – спросил Тучин.

– Все, – ответил юный таможенник.

– Молодец! Иди, работай.

Дверь закрылась.

– Вишь, кого академия готовит. Пинкертоны хреновы!

– Зато бдительный, – сказал Гид.

– Да-а-а! Так, на чем мы остановились? А! Паспорт… – продолжал Тучин. – Видишь ли, все это не так просто.

– Мое дело передать, – произнес Гид с напускным равнодушием.

– Ладно, давай сюда. Но с Кэпа – рейс. В Медвежьегорск на охоту. С тебя – машина. А с англичанина… Да что с него возьмешь?

Тучин полистал хрустящие страницы и спрятал паспорт во внутренний карман.

– Теперь запоминай. Он сюда приехал на лесовозе из Финляндии. Автостопом. Водителя не знает. Машину не помнит. Если что, у меня человек десять подтвердят, что видели, как он из кабины вылезал и еще грохнулся. Как оказался в Финляндии – мне не важно. Напился, самолет перепутал. И смотри, чтобы он здесь ни во что не влип.

– Ладно.

– Позвони мне через недельку.

– Как через недельку? – расстроился Гид.

– Можешь сейчас забрать. – Тучин протянул паспорт обратно.

– Я просто хотел спросить, нельзя ли быстрее.

– Нельзя, – отрезал таможенник. – Во-первых, штампы не я ставлю, во-вторых, им все проверить надо.

По дороге из Остолоповки Лорд попросил Гида заехать в какой-нибудь магазин. Они остановились возле фанерного сооружения с выцветшей вывеской «Сельмаг». Открытую настежь дверь удерживал от самопроизвольных движений щетинистый деревянный ящик, служащий по совместительству урной. Рядом с ящиком на корточках сидел щуплый загорелый старичок в ватнике и потрепанной фуражке с надписью «Речфлот». Из верхней части его косматой бороды торчала дымящаяся беломорина. Лорд в первый момент, заметив необычный для России цвет кожи, принял его за негра.

Увидев выпрыгнувшего из Дефендера англичанина, туземец так удивился, что папироса выпала из его беззубого рта и, выпустив несколько тусклых искр, покатилась по пыльной земле. Старичок быстрым движением поймал окурок, воткнул его на место и, выпустив струйку сизого дыма, уставился на Лорда. Стив, в свою очередь, поймав обращенный на него любопытствующий взгляд, улыбнулся и кивнул. Старичок, решив, что эта обычная для европейца реакция имеет более глубокий смысл, великодушно подвинулся, не вставая с корточек, и освободил место между собой и ящиком. Жестом он предложил Лорду сесть. Стив, стараясь не показывать брезгливости, с выражением крайней благодарности на лице прижал руку к груди и жестом отказался от почетного места. Туземец бросил на бестолкового иностранца снисходительный взгляд и подвинулся обратно.

Гид и Лорд зашли в магазин. За прилавком стояла дородная краснощекая барышня в цветастом платье и кружевном переднике, на несколько размеров не дотягивающем до ее обильных форм. Слишком короткий поясок передника не оставлял места для узла, а потому был стянут французской булавкой и все равно глубоко врезался в пышные бока продавщицы, обозначая необъятную талию.

Барышня одновременно разговаривала с тремя покупательницами, которые малозаметными движениями бедер пытались оттолкнуть друг друга от прилавка и занять место ближе к кассе. Больше посетителей в магазине не было. Увидев вошедших мужчин, женщины ненадолго забыли про боевые действия. Две из них начали с беззаботным видом приводить в порядок свои прически, но третья, воспользовавшись моментом, неожиданно для них шагнула и заняла стратегически важную позицию. Борьба возобновилась, и Лорд невольно отметил, что тактическое мастерство покупательниц достойно чемпионата Японии по сумо.

Продавщица, эротично покачивая крупногабаритным бюстом, перешла в начало прилавка ближе к новым покупателям и мечтательно подняла взгляд к полке с самыми дорогими товарами – импортными крепкими напитками, представленными водкой «Абсолют» и бренди «Наполеон», на ценнике которого было начертано «Коняк франц непаленый».

Лорд с удивлением разглядывал ассортимент расставленных на длинных полках товаров: хлеб, рыбные консервы, серые макароны, развесные шоколадные конфеты, лампочки, гвозди, снова рыбные консервы, сигареты, шлепанцы, шампунь «Head & Shoulders». Завершали композицию лежащий на полу топор, пластмассовая швабра, испачканная землей лопата и кладбищенский венок с искусственными цветами. На вплетенной в цветы черной ленте красовалась золотистая надпись «Воркутинская фабрика товаров повседневного спроса».

Рядом с венком в большой картонной коробке спала упитанная рыжая кошка, вокруг которой ползали, бестолково тычась друг в друга мордочками, еще слепые разномастные котята. На боковине коробки синим фломастером был выведен призыв: «Памагите галодной матере-адиночке на вис-кас», а по соседству находилось обколотое по краям блюдце со следами молока и трехлитровая стеклянная банка с несколькими монетами на дне. Лорд помотал головой и поспешил к выходу.

Гид заехал на бензоколонку и предложил сходить в небольшой продовольственный отдел. После сельмага магазинчик показался Лорду пределом изобилия и цивилизованности; по крайней мере, шоколадно-ликерный ассортимент для романтического вечера там был представлен достаточно богато.

Дайверы

Вечером Гид с Женей сидели дома и обсуждали, где лучше провести отпуск. Гид предлагал позвать друзей и на трех-четырех джипах поехать в Африку. Женя с интересом слушала про затерявшиеся в бескрайней пустыне города, выстроенные из песка, про высокие барханы, коварные солончаки и фантастические миражи. Нет, она была не против такой поездки, просто ей хотелось побольше времени провести на побережье.

Гид начал прикидывать маршрут, интересный обоим. Вроде получалось, но с дорогой через всю Европу на такую поездку уходило около месяца. Его это не смущало, но не было уверенности, что удастся найти компанию. Ехать же одной машиной или с малознакомыми людьми он считал рискованным.

– А что может произойти? – спросила Женя.

Гид подумал, что если он начнет перечислять все, что может произойти в таком путешествии, то Женя откажется садиться с ним в машину раньше, чем он доберется до середины списка.

– Если правильно подготовиться и ехать с надежными людьми, то все будет в порядке, – ответил он.

– А просто провести неделю или две на красивом пляже тебе не интересно?

– Ну, две недели, наверное, многовато… Но если это устроить во второй половине поездки, то несколько дней повозиться с машиной… – Увидев, как меняется ее лицо, он не договорил начатую фразу.

Надо было как-то выпутываться.

– …Да, повозиться с машиной могут и на местном автосервисе. Пока мы на пляже. В конце концов, надоест на пляже – можно понырять с аквалангом, поиграть в волейбол, куда-нибудь съездить.

– Куда съездить? – Женя опять начала хмуриться.

– …Не знаю, но там же будут какие-нибудь морские прогулки на речных трамвайчиках… В смысле, морских… трамваищах…

– Сам ты – трамваище, – рассмеялась Женя.

– Кстати, а ты плаваешь с аквалангом? – Гид попытался перевести разговор на другую тему.

– Нет. Правда, я собиралась пойти на курсы, но после одной истории расхотела.

– И что за история? – поинтересовался он.

– Собственно, произошло это не со мной, а с моей подругой, Ликой. Ты ее, наверное, помнишь.

В конце девяностых Анжелика открыла свою дизайн-студию. Она давно вынашивала планы попробовать себя в качестве бизнес-леди, но никак не могла набраться смелости сделать решающий шаг.

Первое время все шло неплохо, но вскоре выяснилось, что доходы студии не сильно выросли по сравнению с ее заработками как частного дизайнера, а вот расходы увеличились существенно. Налоги, аренда, реклама, снова налоги, взятки, штрафы – этот список все время пополнялся. Мало того, начал расти штат сотрудников: бухгалтер, охранник, офис-менеджер. Причем доходов все эти сотрудники не приносили.

Все больше времени и сил отнимали организационные вопросы, и все меньше оставалось на творчество. Она наняла еще двоих дизайнеров, но заказчики предпочитали общаться с ней, а не с помощниками. Ситуация была непростая, и за каждый заказ она была готова биться насмерть.

Однажды вечером в студии появился весьма импозантный мужчина, стильно одетый, с необычной прической и ухоженными ногтями. Времена красных пиджаков и адидасовских штанов уже остались в прошлом, но соотечественники, одевающиеся с таким вкусом, встречались очень редко. Лика даже удивилась, когда он заговорил по-русски.

– Артур, – представился посетитель.

Ему был нужен дизайн-проект реконструкции только что купленной огромной квартиры на Невском. Он собирался надолго уехать за границу и искал студию, которая не только взялась бы за проект и выбор материалов, но могла бы и контролировать качество работ. А суммы, отведенной на это в его бюджете, хватило бы на решение всех финансовых проблем студии на ближайший год.

Лика показала альбом со своими проектами, Артур выделил работы, которые она и сама считала наиболее удачными, и подверг критике проект, работая над которым ей пришлось уступить одиозным требованиям заказчика.

Артур показал план его новой квартиры, перечислил, что бы он хотел поменять, и в тот же день они заключили договор, добавив еще и проектировку мебели.

Лика была очень рада такому заказу. Расчувствовавшись, она принесла подаренную кем-то бутылку шампанского, два больших хрустальных бокала и предложила отметить начало сотрудничества. Артур с удовольствием согласился.

Отведав благородного напитка, он вдруг стукнул себя по лбу. Опять он забыл, что, в отличие от цивилизованной Европы, в России можно лишиться водительских прав, если от тебя пахнет пробкой, а бокал шампанского точно обернется большими проблемами.

Лика корила себя за непредусмотрительность. Ее-то обычно забирал Олег, ее жених, правда в тот вечер он был занят, и она собиралась вернуться на такси.

Между тем Артур позвонил своей супруге и попросил ее за ним заехать.

– Она будет через полчаса, – объявил он Анжелике.

Вскоре шампанское было выпито, и болтали они уже обо всем подряд, как старые знакомые. Он интересно рассказывал об экзотических странах, в которых побывал, о разных видах отдыха и позволил себе пару вполне корректных комплиментов. Затем речь зашла о пристрастиях Анжелики, и, как бы вскользь, Артур спросил ее мнение о свингерах.

В школе Лика учила английский, и может, в ее памяти всплыло слово «swim» (плавать), а может, просто по ошибке, но, так или иначе, она решила, что речь идет не о любителях меняться своими сексуальными партнерами, а о дайверах, любителях плавать с аквалангом.

– Я попробовала один раз, это было классно, – ответила она, вспомнив свое единственное погружение в Турции.

– Почему же тогда всего один раз? – спросил явно оживившийся Артур.

– Ну, это же возможно только в отпуске, где-нибудь на море.

– Вовсе нет. В Питере на Елагином острове есть прекрасный свингер-клуб.

– Я не знала, – удивилась Лика, но решила, что если в тех краях находятся и яхт-клубы, и гребной канал, то, наверное, там есть где и понырять.

– Вообще сейчас в России очень интересные времена, – продолжал Артур, – свободы больше, чем в Европе.

– Да, – подхватила Лика, – несколько лет назад о подобных вещах у нас никто и не догадывался.

– Кстати, мы с женой иногда бываем в клубе. Там действительно очень неплохо. И если это вам интересно, мы могли бы как-нибудь наведаться туда вместе.

– Но там ведь, наверное, холодно, – неуверенно ответила Лика. – Знаете, я очень плохо переношу холод.

– Все продумано, – успокоил ее Артур. – Там специальное отопление, которое можно включить даже летом.

– Надо же! – удивилась Лика. – И все-таки в городе немного не то.

– Ну, тогда можно арендовать яхту и отправиться, например, куда-нибудь на Ладожские шхеры, там пустынные острова, белоснежный песок…

– А вот это было бы здорово! – Лика вспомнила, как давно не была на море, и подумала, что в теплую погоду Ладога ничем не уступит южным курортам.

– Прекрасно! Главное, чтобы погода не подвела, – обрадовался Артур.

– На самом деле я не очень опытный свингер, – предупредила Лика. – За мной кто-то должен следить, а то мало ли что.

– О, это я вам обещаю, можете не переживать. Кстати, а как вы смотрите на то, чтобы заглянуть к нам сегодня в гости?

– Наверное, это неудобно. Поздновато уже для гостей…

– Что вы, мы с женой, как и вся богема, ведем ночной образ жизни.

– Ну, тогда… почему бы и нет? – согласилась Лика. – Заодно посмотрю вашу квартиру. А вы давно этим увлекаетесь?

– Да уже прилично.

– У меня есть знакомые, они еще в советские времена начинали, но тогда это было очень трудно.

– Я бы сказал, практически невозможно, – подхватил Артур.

– Так вот, они используют этот, ну, как же его… – Лика не могла вспомнить, как называется специальная глубоководная дыхательная смесь, – …кажется, нитрокс. Да, точно! Так вот, они на нитроксе на такие глубины опускаются, что потом по полдня выходят.

– Ничего себе, – заинтересовался Артур. – Нитрокс, нитрокс… Никогда не слышал. Это что-то новое? Синтетика?

– Я точно не знаю. Наверное.

– Мы с Софи иногда тоже, бывает, балуемся кокой… Но нитрокс ни разу не пробовали.

– Обязательно попробуйте! Это уже совершенно иной уровень. Они потом такие вещи рассказывают, будто на другой планете побывали.

– Они его сами готовят? – спросил Артур.

– Вроде да. Азот в баллонах покупают, еще что-то. Могу узнать.

На входной двери негромко зазвенел колокольчик. В студию вошла эффектная темноволосая девушка.

– А вот и Софи! – воскликнул Артур. – Давайте я вас познакомлю. Лика, это – Софи. Софи, это – Лика. Софи родилась в Швеции, но свободно говорит по-русски.

– Я люблю Питер, – жеманно произнесла шведка, взмахнув кукольными ресницами.

Какая интересная пара, подумала Лика, невольно залюбовавшись точеной фигурой Софи.

– Я пригласил Лику в гости, – тоном заговорщика сообщил Артур.

– О-о-о! – Софи томно улыбнулась.

– Кстати, киска, у нас остался абсент?

– Мяяяу… – многозначительно кивнув, ответила Софи.

Вот смешные, подумала Лика.

Они уже встали, чтобы идти к машине, когда позвонил Олег.

– Олежек, не волнуйся, я познакомилась с такой интересной парой! Они – опытные свингеры. Мы сейчас собираемся к ним домой, а потом я тебе позвоню.

В трубке раздалось что-то нечленораздельное.

Софи начала подавать Лике какие-то знаки.

– А вот они спрашивают, не хочешь ли ты к нам присоединиться?

Артур и Софи радостно закивали.

Когда к Олегу вернулся дар речи, он заявил, что приедет через пятнадцать минут, и, не стесняясь в эпитетах, описал, что он сделает с Ликой, если той не окажется в студии, и с ее новыми друзьями, если те в студии окажутся.

Говорил он это довольно громко, и русско-скандинавский дуэт исчез прежде, чем Лика положила телефон.

Она не понимала, почему так завелся Олег, но чувствовала, что допустила какой-то промах, и решила позвонить Жене.

– Ну, ты влипла, подруга, – сказала Женя. – Ладно, я сейчас позвоню ему и попробую все объяснить. Лучше это сделать прежде, чем он до тебя доедет. А ты пока загляни в англорусский словарь.