Текст книги "Понятие о сокровище (СИ)"
Автор книги: Sonya Seredoi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
Это не моя битва, но я здесь. Мне нет никакой выгоды помогать Дрейкам или Рэйфу, даже не выгоды – во мне не горела та искра, что вела их к сокровищам. Моя искра, которую я по ошибке приняла за проблеск надежды, обожгла ядовитым пламенем. Печалило даже не то, что Сэм обманом втянул меня в водоворот событий. Он обманул Нейтана, родного брата, который искренне любил его и, оставив в стороне Елену и размеренную жизнь, теперь рисковал своей жизнью. Чего ради, спрашивается?
Рэйф не угрожал Сэму расправой. Судя по переписке, которую я зачитала до дыр, и теперь сидела с мешками под глазами, он вытащил старшего Дрейка из тюрьмы взамен на помощь в поисках креста Святого Дисмаса. И когда Сэму удалось отыскать зацепку, в нем вспыхнул былой авантюризм, и он решил бросить нежелательного напарника и найти нового.
Блеск. И как долго это продолжалось? Продолжается ли? В какой момент Сэм подумал «к черту тебя, Рэйф Адлер, я соберу свою команду»? Нейтана оторвал от жены, меня… от пятничных сериалов, не знаю! Да и не отказались бы мы… я бы точно не смогла. Сэм обладал какой-то очаровывающей харизмой, хотя стоило задуматься о подводных камнях. Он не впервой бросал нанимателей.
– Совсем худо?
Оторвавшись от невеселых рассуждений, я подняла взгляд на Надин. Вот уж кто черная пантера, окруженная армией хищников, да только не понятно, почему она терпела своего напарника-козла.
– Вода есть?
Не хотелось казаться дружелюбной, да и грубить лишний раз, пусть мое лицо пухнет не только от ссадин, но и нарастающей депрессии. Депрессии… уж не думала, что ко мне это слово хоть когда-нибудь будет применимо. Но если взглянуть со стороны, удивительно, как я еще не утопилась.
Женщина протянула мне небольшую бутылку, которую я опустошила с жадностью умирающего путника в песках пустыни.
– Спасибо, – сухо поблагодарила я, ставя свободной рукой бутылку под ноги. – А наручники можно снять?
– Хотела бы я, но это не ко мне. Пожелание клиента не обсуждаются.
Подпирая борт, Надин обернулась и взглянула на соседнюю лодку, где проглядывался в застекленной кабине силуэт Рэйфа. Солнце играло на капельках пота, ярко блестящих на ее коже – несмотря на ветер, жара все нарастала. Даже духота.
– Странные пожелания у клиента, – отметила я, глянув на покрасневшее запястье. – Давно вы работаете вместе?
Женщина как-то странно посмотрела на меня, с любопытством. Усмехнулась проскочившей мысли и снисходительно произнесла:
– У нас чисто деловые отношения. – Помолчала и добавила, словно я и так не поняла жирного намека: – Можешь не ревновать красавчика.
Я бы нахмурилась ехидной улыбке, да только угнетение, от которого начали гнить другие чувства, заставило лишь безразлично пожать плечами. Я не ревновала Рэйфа. Я его не понимала. Ревновать самовлюбленного нарцисса к его гордыне – проигрышный вариант.
Устало склонив голову, я спросила:
– Если ты тоже ищешь сокровища, то не лучше было бы работать с Дрейками? Они как-то более преуспевают в этом деле.
– К сожалению, я человек слова… и репутации. Ты меня должна понимать.
С чего бы вдруг?
От Надин не укрылся мой удивленный взгляд, поэтому она пояснила:
– Ты ведь тоже в каком-то смысле ценишь свою репутацию. Обманешь одного клиента, в тебе засомневаются другие. Особенно опасно играть с огнем, когда речь заходит о таких, как Рэйф.
– Да ладно, он еще не самый худший вариант, – буднично подметила я, – ты хоть знаешь, что от него ожидать.
– Серьезно? Ты вот знаешь?
Знаю. К сожалению, знаю. Поэтому и предпочитала не иметь с ним дел после истории с Гонсалесом, хотя он продолжал возникать в моей жизни столь же внезапно, как и прыщ на носу. Мне требовалось спокойствие, безопасность, а Рэйф Адлер ассоциировался с угрозой, тормоша неприятные воспоминания. Но я солгу, сказав, что где-то на подсознательном уровне мне не хотелось приключений.
Ну, Джулс, вот тебе и приключения.
Тучи сгущались, мягкая пелена облаков затягивала небо плотным покрывалом, которое невероятно быстро набирало темные краски. Волны становились выше, океан начинал бунтовать от близости шторма, который час назад выглядел неприметной спесью на горизонте.
Заморосил дождь, поднялся ветер.
– Рэйф, прием, – сняв с пояса рацию, обратилась к мужчине Надин. – Прямо по курсу сильный шторм.
Рация звонко пискнула, ожидая ответа, который не заставил себя долго ждать.
– И в чем проблема?
– Мы не хотим его переждать? Идти в такую погоду довольно опасно, близ островов могут быть скалы.
– У нас нет лишнего времени, идем вперед.
– Принято.
Выражение лица Надин откровенно говорило о ее несогласии, однако желание клиента – закон, с этим бороться довольно проблематично.
Лодки, как военный эшелон, взревели моторами и бросились рассекать волны. Поначалу легкие прыжки не сильно меня беспокоили, в отличие от усиливающегося дождя, от которого ни черта не спасал небольшой козырек кабины. Даже Надин и штурман, находившиеся внутри, через минут двадцать были мокрыми до нитки.
Идея бросаться в центр бури по определению неудачна, а прочувствовать это получилось, когда лодка лихо подпрыгнула на волне и ударилась о воду. Я держалась за поручень так крепко, как позволяли силы, но в этот момент меня аж подбросило. Ладони скользили по гладкому металлу, и я впервые порадовалась наручникам. Но это упражнение оказалось разминкой.
Из-за сильного дождя пол стал скользким, я едва не каталась по палубе вдоль борта. Падала несколько раз, но меня удерживало металлическое кольцо, болезненно впиваясь в запястье. В кабине ругалась Надин, разъяренные крики пробивались даже сквозь шум непогоды. На кого она конкретно орала – на штурмана или Рэйфа – не понятно. Понятно лишь, что нас постигнет полная жопа, если мы не достигнем суши.
– Осторожнее!
Предупреждение предназначалось, вероятно, штурману, но и я быстро обернулась к бушующему океану, ища опасность. Вспышки молний разрезали густую тьму армады облаков, дождь напоминал полупрозрачный флаг, раскинувшийся на все обозримое пространство. И еще, словно из пучин ада, начали прорисовываться темные пятна островов. А вместе с ними и рифы.
– Ох, черт, – только и успела зашипеть я за мгновение, как борт нашей лодки ударился об острые скалы.
Тряхнуло так, что я вновь упала, больно ударившись рукой и, вероятно, разодрав кожу. Наемник отчаянно выкручивал штурвал, пытаясь отойти от гряды острых рифов. Течение сносило нас все левее и левее, ветер вперемешку с дождем хлестал по лицу, не давая разглядеть остальные лодки. Только смутные фонари отдаленно сообщали об их местоположении.
– У нас брешь!
– Что?!
– Нас затапливает! – крикнула Надин в ответ. Она быстро выбралась с нижней палубы. – Туда! Направляйся туда, к ближайшему острову!
Ближайший остров лежал в ста метрах, однако лишь на словах цифра казалась небольшой. Течение сносило в сторону, из-за собирающейся в трюме воды лодка теряла устойчивость, ее все сильнее раскачивало от каждого удара волны. У меня начиналась легкая паника, я изо всех сил держалась за поручень, едва не переваливаясь за борт от малейшего колебания.
– Так, дорогуша, давай руки! – прокричала Надин.
Рыская в кармане, женщина приблизилась ко мне, едва устояв на ногах на мокрой палубе. Лишь заметив маленький ключ, блеснувший во вспышке молнии, я поняла, что она хотела освободить меня. Да уж, было бы неприятно пойти на дно вместе с кораблем.
– Господи, сзади! – завопила я, когда Надин только успела вставить ключ в скважину замка.
Мощная волна подобрала лодку, как игрушку, и накренила на бок достаточно, чтобы произошла катастрофа. Судно моментально перевернулось, сбрасывая нас за борт в водоворот какого-то безумия. Тело погрузилось в кипящую пузырьками воду, потоки вихрем закручивали лодку. В ужасе осознав, что тяжелая груда металлолома тянет меня вниз, я расцепила пальцы, да только уплыть далеко не удалось – металлическое кольцо все также сидело на моей руке.
Если меня когда-нибудь спросят, как выглядит ужас, я смогу дать ответ. Он обвивал холодными щупальцами, ослеплял непроглядной мглой, заливал легкие, не позволяя сделать вдох. Удерживал на тонкой цепи, медленно, но стремительно утаскивая на темное ледяное дно.
От ужаса и холода кожу стянуло на затылке, сердце также бешено стучало по ребрам, как и я металась из стороны в сторону, пытаясь высвободиться из наручников. Надин лишь частично повернула затвор, ослабив металлическое кольцо, но не расцепив полностью. Ключ выпал. Я крутила запястьем, не обращая внимания на боль и жжение в легкий, как обезумевшая дергалась и едва не кричала в беспамятном ужасе.
Собрав силы, я уперлась ногами в борта лодки и принялась тянуть руку, ощущая, как холодный металл сдавливает суставы до хруста, но медленно сползает. Миг долгожданной свободы ударил столь пьянящей радостью, что я не обратила внимания на боль в большом пальце. У меня темнело в глазах, только вспышки молний подсказывали, где верх, а где низ. Легкие и глотку раздирало, словно внутрь залетело с десяток ос – я буквально слышала их жужжание. С каждой секундой я все сильнее и отчаяннее гребла руками, отталкивалась ногами, пока не вынырнула на поверхность.
Воздух. Проливной дождь. Я выбралась.
Но я и об этом не успела подумать, меня вновь накрыло волной, утащив на глубину. Ну уж нет, я так просто не сдамся. Буду бороться до последнего, черт подери! Я не помру! Ни за что!
Хотя, признаться, вырывать свою жизнь из лап смерти довольно сложно. Каждое движение давалось через боль. Когда казалось, что сил не осталось, приходилось повторять «ты сможешь проплыть еще метр… еще один… еще». И так, метр за метром, благодаря самовнушению я оказалась достаточно близко к острову, чтобы волны выбросили меня на берег.
Первое мгновение, чувствуя вязкий песок под ногами и руками, я пыталась плыть, затем додумалась встать на четвереньки и ползти, ползти до тех пор, пока страшная буря не осталась позади. Согнувшись пополам, первым делом хотелось упасть и расслабиться, но живот скрутило острым спазмом. Я наглоталась воды, которую пришлось выплевывать обратно – соль и желчь ядом обожгли глотку.
Завалившись на бок, я позволила себе чуть расслабиться, подумать, что все позади. Зря. Как только адреналин выгорел, меня пробила сильная дрожь – от холода, напряжения, боли и ужаса. Я чуть не умерла… чуть не умерла… чудом. Если бы Надин не успела хоть немного ослабить наручники, я бы не выбралась, и лодка затянула бы меня на дно. В параллельной вселенной моя копия погибла, захлебнувшись…
Как же я хотела плакать, однако организм упрямился, меня хватило только на отчаянный вой. Приключения, мать их. Просто невероятно!
Дождь медленно отступал, уходил дальше вместе с громом, за которыми, как мне показалось, раздавались звуки выстрелов. Может, показалось, может, нет.
Когда сердце успокоилось и меня перестало колотить, как от лихорадки, я не без труда поднялась на ноги и осмотрелась. Одна посреди хаоса. Ну вот надо было так попасть, серьезно… Я не видела Надин, ни мужика, который стоял за штурвалом. Неподалеку сквозь бурю рассекали другие лодки, и мне бы хотелось привлечь внимание, но меня разрывало от противоречий.
Из огня, да в полымя. Не вернусь к плохим парням, и вовсе сгину на необитаемом острове. Поиски сокровищ, приключения… Рэйфу стоило также оказаться прикованным к лодке и уйти с ней под воду, чтобы вдолбить себе в голову, что главное сокровище – это не золото пиратов, а жизнь!
Меня выбросило в небольшую бухту, а лодки, судя по мелькающим фонарям, отходили к более широкому пляжу, до которого мне предстояло продираться сквозь джунгли. Спасибо, что не густые и дремучие. Но будь здесь хоть дорога, выстеленная из желтого кирпича, легче не стало бы.
Дрожь одолевала все сильнее с каждым шагом. Ноги не гнулись, от набегающего ветра мокрая одежда быстро забирала тепло, и я начинала замерзать. Меня трясло от холода, но по большей части от злости, благодаря которой я находила силы идти вперед.
Широкий песчаный берег тянулся до высоких скал, которые выглядели угольно-черными в тени дождевых облаков. Несколько лодок дрейфовало рядом с песчаной грядой, люди перетаскивали ящики, носились, как муравьи, ругаясь и махая руками. Все были на взводе, и не удивительно, учитывая, что своей жаждой первенства Рэйф чуть не угробил их на месте. Не каждому повезло, как мне. Если мне вообще повезло.
В состоянии аффекта, балансируя на тонкой грани изнеможения и истерии, я с трудом соображала. Опознала по прическе Надин – она пребывала в ярости. Взгляд соскользнул на человека, с которым она спорила, а дальше – красная пелена. Вспыхнула пульсирующая боль в запястье.
– Там!.. Смотрите! – эхом раздался голос одного из наемников.
– Господи… ты жива! Слава богу, я думал…
Да срать я хотела, что ты думал. Не знаю, что оборвало Рэйфа на полуслове раньше – мой яростный истеричный вопль или кулак, прилетевший ему в лицо. Я набросилась на него, вцепилась в футболку и хотела разодрать на куски, словно дикая кошка, и воплотила бы план в жизнь, если бы Надин не оттащила бы меня.
– Я чуть не сдохла из-за тебя!!! Ублюдок! Потехи ради решил посадить меня на цепь, а я чуть на корм рыбам не пошла!..
– Джулия, успокойся! – Закричала мне под ухо Надин.
Я брыкалась и рвалась на волю, однако крепкие руки удерживали меня на месте, а затем и вовсе перебросились на шею в удушающий захват.
– Успокойся! – Жестко повторила Надин. – Успокойся.
Она не поставила цель задушить меня, но крепкая хватка помогла обуздать рвущуюся наружу злость. Я тяжело дышала, вцепившись пальцами в руки Надин с такой силой, что наверняка останутся синяки. А вот глаза мои продолжали гореть обжигающим пламенем при виде Рэйфа. Его явно удивила моя бурная реакция, во взгляде так и читался вопрос «все было настолько плохо?».
– Отпусти, я не буду драться, – процедила я сквозь сжатые зубы.
Надин помедлила и готовилась к тому, что я снова озверею и наброшусь мужчину, но нет, никому я такого удовольствия не составлю. Даже себе.
– Только попробуй еще раз надеть на меня наручники.
На мое злобное бормотание Рэйф только покачал головой и развел руками. От этого жеста, будто он делал одолжение, у меня кровь отхлынула от лица. Возможно, и потому, что я дико замерзла. Но меня поразила его реакция. Может, он и испугался, но признавать слабость отказывался даже перед собой.
Мы одна команда, бла-бла-бла. В гробу я видала такую команду, причем, в прямом смысле слова.
Буря утихла через час, несколькими позже тучи начали рассасываться, открывая первые пятна голубого неба. Все это время я сидела под пальмой, смотря за горизонт потерянным взглядом. Сначала меня било крупной дрожью от нервозности и холода, но потом сознание начало утекать куда-то в песок вместе с дождевыми каплями. Проснулась я не от заботливого прикосновения, а потому что свалилась на бок и ударилась щекой. Ощущение отвратительное. Если бы солнце не пробилось сквозь облака, я бы, отдай и не греши, померла бы прямо здесь по собственной воле.
Открыть глаза и вернуться к реальности пришлось из-за звука приближающихся шагов, как бы я ни пыталась до последнего притворяться откинувшимся на дерево покойником. Рэйф опустился на корточки – «на колено» язык не поворачивался сказать, уж если и сделает предложение, то о быстрой смерти, о чем красноречиво говорил пистолет в его руке. Я смотрела без всякой радости, разбухая не то от злости, не то от влаги.
– Неловко получилось, – качнул он головой, как болванчик, и нервная улыбка на его губах казалась не менее глупой.
Неловко… что, простите?
– Ты надо мной издеваешься? – покинуто уточнила я. – Из-за тебя я чуть не умерла.
– Я мог предвидеть твою попытку побега, но не смерть.
У меня почти что челюсть не падала, но поскольку сил подобрать ее вряд ли хватит, поддаваться эмоциям тоже не имело смысла.
– Да, посреди открытого океана. Вариантов для бегства хоть отбавляй.
– Ты могла угнать лодку.
– Я могла угнать лодку? Я – городская девчонка. Против спецназа. Браво, что еще? Призвала бы дельфинов?
Шоковое состояние, в котором я пребывала, будто ничуть не трогало Рэйфа, а точнее, он откровенно пытался не замечать его, извивался, как уж на сковородке. Нервно улыбался на мои реплики, отводил взгляд, сжимал пальцы. Он осознавал, что поступил неправильно, но признаться в этом для него убийству сродни. Самоубийству.
– Ладно… я, возможно, немного переборщил в мерах предосторожности, но ведь ты мне не оставила выбора…
– Да бога ради, – уже не вытерпела я хождения по мукам и заявила прямо: – Джулия, извини, поступил, как мудак, не стоило заковывать тебя в наручники – это что, так сложно сказать? Я ведь просила оставить меня в Шотландии, но нет, нужно было потащить меня за собой, словно я какая-то вещь или собака, которая убежит, если не посадить ее на привязь.
– У меня есть причины не доверять тебе, ты же понимаешь.
– Дрейки? Ладно. Давай так. Я остаюсь в твоей команде, не переметнусь на их сторону, а ты не будешь надевать на меня наручники, мешок на голову или угрожать пистолетом, – кивнула я на оружие в его руках. – Такой расклад тебя устроит?
– И опять же – с чего мне тебе верить?
Потому что я уже не могу никому доверять. Уж Сэму точно. Все, что требовалось – задать один единственный вопрос прямо сейчас, но он застревал в горле. Я боялась услышать правду, или, что еще хуже, очередную ложь из уст Рэйфа. Но если подумать, когда он мне лгал? Никогда. Разве что относительно своих чувств и переживаний – прямо сейчас ломается из-за угрызения совести, как девица на выдане.
– Не хочу, чтобы ты меня угробил, – отыскала я более подходящее оправдание.
Ответ разочаровал его. Так и не скажешь, но тусклая искра погасла во взгляде Рэйфа, будто я окончательно оттолкнула его и не собиралась подпускать более. К удивлению, он принял удар сдержано, кивнул своим мыслям.
– Ладно, – сказал мужчина, – я обещаю… что не причиню тебе вреда. И не допущу, чтобы кто-то другой причинил тебе вред. А ты не попытаешься вновь сбежать и помогать Дрейкам. Договорились?
И на что я, собственно, рассчитываю?
Из груди вырвался тяжелый вздох.
– Ладно, Рэйф… посмотрим, что из этого выйдет.
====== – 12 – Либерталия ======
– У меня слов нет…
– Я могу подсказать одно – Либерталия.
Уж не знаю, усмехаться или хмуриться язвительности Рэйфа, но открывшийся пейзаж поразил воображение настолько, что у меня челюсть упала.
Мы долгие несколько часов бродили по джунглям, следуя за пиратскими подсказками, как стая кур за хлебными крошками. Желание кудахтать возникало из-за любой мелочи, особенно раздражала мошкара и парниковый эффект: сначала радуешься теплому солнышку, а потом оно пытается сварить тебя заживо.
Погоня за сокровищем оставалась до последнего момента неким оправданием, красивой вывеской, под которой проходила нездоровая конкуренция. Даже когда я оказалась в башне, осматривая резной орнамент и выдолбленную в стене карту, не было того магического чувства. Это напоминало поход в музей, рассматривание артефактов под толстым стеклом витрины.
Но здесь и сейчас мне оказалось сложно сдержать удивление. Перед нами из зеленого моря джунглей поднимались не какие-то обветшалые развалины, а целый город. Каменные дома, как скворечники, сидели на клонах гор, у подножий которых разместились более массивные постройки. В дымке облаков, ласкающей крутые спуски и голые гребни вершин, обстановка обретала утопический вид. Если бы не толпа наемников за спиной, подумала бы, что сплю.
– Надин, выдвигайтесь вперед, прочешите округу. Что-то подсказывает, Дрейки уже здесь.
– Хорошо. Только бога ради, не мешайся под ногами. Я все сделаю.
– Ладно-ладно, только не горячись.
Армия, которую привел Рэйф, растворилась в джунглях, остался небольшой отряд из пяти человек. Даже этого, на мой взгляд, было достаточно, чтобы защититься от любой возможной опасности, хватило бы и пистолета. Ну, быть может, двух. Или автомата. Кто знает, какая дичь тут водится помимо Дрейков, а? Хех. Было бы действительно смешно, не будь опасность притянута за уши.
– Осмотримся?
– Ты не слышала нашего эксперта по безопасности?
– А ты собирался стоять здесь в ожидании чуда?
– Как минимум выждать минут десять ради приличия.
Мне лично не было дела, подстрелят меня Дрейки или нет, не от них веяла основная угроза. После балансирования на грани между жизнью и смертью, испытанного ужаса, на душе осталась пустота. Страх сменился легкостью, мне удалось отпустить переживания, – плохо то или хорошо, но я ощущала себя оторванной от реальности.
Надин рванула вперед к наиболее высоким домам, что теснились у подножия гор; мы же неспешным шагом двигались по ее следам. Осматривались, прислушивались. Наслаждались моментом. Я лично наслаждалась, ибо ничего более и не оставалось. Уж слишком красиво оказалось место, которое полностью поглотила природа.
– Что за сокровище ты ожидаешь найти? – Спросила я.
Мне хотелось прикоснуться ко всему. Остановившись на мгновение рядом с телегой, покрытой толстым слоем мха, я удивилась, что древесина осталась довольно прочной.
– Ну это еще предстоит узнать.
– А примерно? Золото, драгоценные камни? Украшения или монеты? Предметы декора?
Тропа начала уходить вверх, пролегая между полуразрушенных построек.
– Да почем мне знать, – спокойно отметил Рэйф. – Пираты все тащили в общую казну, они же занимались грабежами суден, а, значит, там и золото, и бриллианты. А почему ты спрашиваешь?
– Не ты же будешь заниматься поиском покупателей, верно? Каждого интересует что-то конкретное. Или ты собрался все богатства у себя под кроватью хранить на черный день?
– Для таких нужд существуют хранилища и банки.
– Так значит, оставишь все себе?
Выбравшись из-под тени развалин, мы очутились на просторной площади, которая произвела бы куда большее впечатление, если бы не превратилась в дикий парк. Из-за мелких цветов, усыпающих землю голубым покрывалом, здесь пахло сладостью.
– Смотря, что мы найдем, – Рэйф остановился рядом и тоже начал осматриваться.
– Что бы мы там не нашли, рекомендую какую-то часть отдать музею, и не вздумай заикаться о стоимости. Это пойдет на пользу твоей репутации и снимет некоторые вопросы, избавит от проблем.
– Да? И каких же?
Я не удержалась и посмотрела на мужчину, надеясь, что он шутит, однако он искренне желал услышать ответ. Меня это невольно удивило. Хотя, компания Рэйфа добывала деньги иными способами и никогда не имела дело со всемирным наследием.
– Дело в правах, о которых обязательно заявят все страны, чьи суда пираты подвергали грабежу: Великобритания, Франция, Испания… половина Европы, плюс страны Африки, Индии. Либо правительства могут пойти иным путем. Либерталия не была… признанным, законным государством, а, значит, сокровища принадлежали не ее гражданам, а тем странам, где родились пираты. Генри Эвери и Томас Тью были англичанами. Также в союзе состояли… а…
– Эдвард Инглэнд – Ирландия, Тарик бин Малик – Мавритания. Адам Болдридж, Кристофер Конден и еще шесть пиратов, чьи страны по месту рождения захотят претендовать на сокровища. Только необязательно распространяться о нашей находке, не считаешь?
Рэйф говорил с раздражением, будто драгоценности уже заведомо принадлежали ему, однако растерялась я по иной причине.
– А разве не в этом была суть?
– То есть?
– У тебя немало денег, – пожала я плечами, двинувшись вперед. – Я думала, ты действуешь из тщеславия, а не жадности.
– С твоих слов это будто и не так плохо.
– Ну, в этой ситуации нет ни хорошего, ни плохого. Тебе решать, конечно, какой ты путь выберешь, но мне нужно знать заранее, чтобы привлекать к делу нужных людей. На черном рынке ты, конечно, больше заработаешь, но разве не веселее, если весь мир узнает, что именно тебе удалось отыскать такую находку?
– Предлагаешь стать Робин Гудом? – скептически уточнил Рэйф. – Это как минимум не понравится моей напарнице. Я вроде как обещал ей половину.
– Но со своей-то половиной ты сам будешь решать, как поступить.
– А тебе, смотрю, так и хочется, чтобы я проявил великодушный жест.
– Не в этом дело, – осталась я холодной к провокации, – просто думала, что ты не такой мелочный. – Обернулась к нему и поправила себя: – Не настолько мелочный.
Спровоцировать недовольный взгляд Рэйфа оказалось приятным бонусом. Может, со стороны я выглядела спокойной, но обида до сих пор шипела во мне ядовитой змеей.
Спокойную идиллию разрушил грохот автоматной очереди. Стаи птиц взмыли в небо, хлопая крыльями, и мне бы хотелось улететь вместе с ними подальше от хаоса, который не отставал от нас ни на шаг. Похоже, люди Надин отыскали Дрейков, и если бы не пристальный, выжидающий взгляд Рэйфа, которым он наблюдал за мной, я бы и не обратила внимания, как сильно напряглась.
– Вы, двое, следите за ней, – обратился он к паре наемников, – а вы, за мной.
Я даже оспорить план действий не успела, мужчина бросился на звуки боя, как бойцовская собака. Смотрела ему вслед, пока он вместе с наемниками не затерялся среди деревьев.
Не стоило даже думать лезть в чужие разборки, это ведь не моя война. Мальчики пытались утвердиться друг перед другом, а мне в этой опасной игре не оставалось места. В долине не просто грохотало эхо выстрелов, земля задрожала, когда здание у горы разорвалось огненной вспышкой от снарядов ракетницы. Я смутно различала мечущихся людей среди ада, в который постепенно превращался маленький уголок спокойствия. Они просто убьют друг друга, разнесут здесь все в щепки.
– Эй, – направил на меня оружие солдат, когда я сделала пару шагов вперед.
– Что? – с неподдельной усталостью или даже безысходностью развела я руками. – Он сказал следить за мной. Следите.
Срываться на бег, как при стометровке, я не стала, начала двигаться трусцой, слыша, как громыхают тяжелой поступью наемники. Мой статус в этой компании был довольно смутным, то ли пленница, то ли независимый эксперт, но, скорее, забава нанимателя. Груз, повисший петлей на шее. И я собиралась выполнить свою функцию, прижав горячие головы к холодной земле.
Мое женское сердце иначе относилось к ситуации, я ворвалась в эту историю голубем мира, а не хищным коршуном, хотя могла и не прятать коготки. Но несмотря на ложь и обман, в которых мы поголовно запутались, я все еще помнила, с чего все начиналось. Нейтан не станет лезть на рожон, история Сэма сплошь обман, и ему не требуется отыскать сокровище, чтобы выкупить свою жизнь из лап мексиканского наркоторговца. Главная проблема заключалась в Рэйфе, и я искренне надеялась…
– Святое дерьмо! – не сдержала я удивленный вопль при виде рушащегося, словно из игральных карт, здания.
С громким треском, разваливаясь слоями, как вафельный торт, постройка рухнула на соседнее здание, поднимая облака пыли. Сквозь грохот и стрельбу я слышала знакомые крики – Нейтан и Сэм стремительно уносили ноги, прыгая по карнизам и обветшалым окнам. У меня на какой-то миг отвисла челюсть – где они так двигаться научились? Карабкались, как обезьяны, аж завидно.
Любопытно другое. Я выбирала наиболее оптимальный маршрут для себя, прикидывала, куда мог направиться Рэйф, пыталась отследить, где в последний раз видела Дрейков. А наемники просто следовали за мной, как пара сторожевых псов, не пытаясь остановить или предупредить об опасности. Уже неплохо. Пока.
Трудно прокладывать путь стало, когда округа вновь погрузилась в тишину. Приходилось всматриваться в окружение и пробиваться через заросли и завалы, чтобы, наконец, услышать чьи-то голоса. И не просто чьи-то, а всей дружной братии.
– Не беспокойся, Надин, не в их стиле! – донесся разозленный голос Надин с едва уловимыми истеричными нотками.
– Ну что тут скажешь, я сам не ожидал, – нервно засмеялся Рэйф.
Похоже, я подоспела как раз вовремя, да только пришлось потратить несколько минут, чтобы найти нормальный подход – пришлось лезть сквозь заросли, каменные развалины. Удивительно, что не раздалось ни одного выстрела, а вот криков стояло, хоть отбавляй. Я была бы и рада выскочить из-за угла, призывая всех сохранять спокойствие, но невольно замедлила шаг, прислушиваясь к разговору:
– …это я вытащил Сэмюэля.
– Что?
Из-за опустившейся напряженной тишины я и вовсе остановилась, хотя оставалось вынырнуть из-за ряда деревьев.
– О-о-о… класс! – иронично отметил Рэйф. – А тебе что он сказал? Сэм, какую историю ты состряпал? Алькасар, правда? Наврал? Наврал родному брату.
– Мы теряем время!
– Секунду! – осадил Рэйф раздраженную Надин. – Ох… понимаешь, Нейт, я не перестал искать сокровища Эвери, везде заходил в тупик. И тут узнаю, что наш дорогой Сэм, эксперт по Эвери, жив и даже здоров. Он придумал, как сбежать, я дал на лапу кому надо, и Сэма выпустили из главных ворот. Последние два года он разыскивал второй крест. И знаешь, что? Он работал на меня.
– Нет…
«Нет…» – эхом отразился голос Нейтана в моей голове. Нет… хотя, это «нет» теперь обретало солидное уверенное «да» после того, что мне удалось накопать. А хуже всего стало из-за боли, с которой Нейтан просил опровергнуть слова Рэйфа. Потрясение и предательство.
Но почему-то я уже не удивлялась.
– Так, значит, это правда.
Я появилась из-за кулис достаточно тихо, чтобы брошенной фразой приковать всеобщее внимание. Даже странно, учитывая, что мое сопровождение вышло на главную сцену куда раньше.
– Джулс?
– Да, привет, мальчики. Я все еще жива. Как оказалось, могла и вовсе избежать всех этих…
У меня слов не хватило, чтобы выразить негодование.
– Нет, ты врешь! – отмахнулся от услышанных слов Нейтан. – Сэм, скажи, что это не так. Я не верю…
Сэм напрягся, стиснул кулаки и сквозь тяжелый вздох сказал:
– Нейт… Сокровище было нашим, как ты не…
– Нет! Боже, я все бросил ради тебя!..
Видеть, как ссорятся братья, было невыносимо. Они всегда стояли друг за друга горой, и просто удивительно, насколько жажда наживы порой затуманивает взор. Хотя, мне ли осуждать Сэма? Он провел тринадцать лет в тюрьме, и после такого продашь душу дьяволу, лишь бы выбраться из ада. Мне ли не знать?
Услышать смех Рэйфа при этой картине было все равно что ножом по сердцу ударить.
– Ну стой, слушай, Нейт, если тебя это утешит, то он ведь и меня обманул. Чертов Гудини приволок тебя, старика вашего и, – развернувшись на пятках, мужчина указал на меня и нервно улыбнулся, – разумеется, нашу прекрасную Джулию. Не буду врать, это меня взбесило. После того, что я для вас двоих сделал, это было прям ударом ниже пояса.
В первый миг я надеялась, что мне послышалось, а братья пропустят мимо ушей в пылу брошенные слова.
– Подожди, – остановил его Нейтан, – что?
А вот теперь настала моя минута славы. Я-то надеялась, эта деталь останется где-то на периферии моей истории. Но нет, какое там.
