Текст книги "Понятие о сокровище (СИ)"

Автор книги: Sonya Seredoi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– Не говори так. Мы и не из таких передряг выбирались.

– А ты припомнишь еще более скверные передряги?

– Наше последнее приключение уж явно было куда опаснее, – подметил Сэм, отправляя в рот закуску, и усмехнулся: – Хотя бы потому, что мы сами чуть друг друга не убили.

Неприятное воспоминание, но я тоже улыбнулась. Действительно, когда члены команды пытаются убить друг друга, это куда опаснее противостояния общему врагу. Я потянулась за сэндвичем, и пока жевала эту божественную закуску, уже ощутила, как вино ударило в голову. Страх отступил, вместе с ним напряжение, сменяясь медитативным спокойствием. Отупением.

– Если мы отсюда выберемся, чем займешься дальше? – спросила я. – Уже нашел какое-нибудь интересное дельце?

– Ну, во-первых, не «если», а «когда». Во-вторых… да… наверное, можно и так сказать.

– И какое?

– Через Салли познакомился с одной очаровательной особой, может, ты о ней слышала – Хлоя Фрейзер.

– О, Хлоя. Да, знакома с ней, правда, давненько не имела дел.

– Не сдружились?

– Нет, просто в последнее время я редко появлялась на черном рынке. Дела на легальном поприще пошли в гору, и… э-э… вот.

В задумчивости покрутив бокал, я невольно удивилась, как же сильно и быстро меня унесло. Не в полной мере, но легкое головокружение способствовало тому, чтобы расслабиться и отпустить переживания. Может, почаще стоило накидываться?

– И куда собираетесь?

– В Индию. Работа обещает быть увлекательной, – подметил Сэм, сделав глоток вина. – Ну а ты?

– Я… дай подумать… а, да, если получится, снимать деньги со счетов и валить куда подальше. Даже если удастся выйти из всей этой истории, то полиция наверняка пробьет меня по базе данных, мои пальчики, и какой будет сюрприз, когда они обнаружат, что Жюли Бон, некогда гражданка США, сидела в итальянской тюрьме за попытку ограбления. Так что придется… мама дорогая, опять все придется начинать заново. Наверное, даже бежать в Штаты… или в Канаду. Или в Россию. Понятия не имею ничего о русском языке.

– Джулс…

– Ну что? – с безысходным смирением развела я руками. – А что мне остается? Вряд ли мне удастся выйти чистой из воды. Более чем уверена, что едва мы выйдем из ресторана, за нами сразу пригонят катафалк.

– Я бы не был так пессимистично настроен. Хотя бы из-за двух вещей. Во-первых, Марио беспокоит репутация его семьи, его собственная. Во-вторых… я так понял… ну, то есть, не исключено, что если с тобой что-то случится, Рэйф разозлится.

Так. Где официант? Мне нужно вино. Срочно!

– А-а… да, наверное, – я закрутилась на месте, высматривая обслуживающий персонал. Буквально по щелчку пальцев к нам подбежал юноша, который нас обслуживал. – Можете, пожалуйста, принести красного сух… нет, полусладкого вина? Лучшего по мнению шефа, я доверяю ему выбор.

– Конечно, сеньора.

– Grazie! – стрельнув лучезарной улыбкой, я перевела взгляд на озадаченного Сэма. Как жаль, что спрятаться можно лишь за чертовой закуской. – Что? – пробубнила я с набитым ртом. – Гулять, так гулять.

– Джулс… это, конечно, не мое дело…

– Ну вот и не надо, если не твое, – кокетливо отмахнулась я. – Чем ты меня удивишь? Мы с Рэйфом научились… а-а… взаимодействовать, не пытаясь… фак.

Так, теперь я вспомнила, какой явный минус у алкоголя – даже от небольшого количества у меня язык начинал заплетаться. И пока я думала, шустрый официант уже бежал к нам с бутылкой превосходного фруктового вина, вкус которого придал мне если не сил, то вдохновения продолжить беседу.

– Я осознаю, что он опасный человек, Сэм. В первую очередь для вас с Нейтаном, и я приложила все силы, чтобы он не тронул вас… Но ты не можешь винить меня в его спасении.

– Но ведь ты и спасла его.

– Если мы сейчас начнем искать, кто виноват, то я с уверенностью переведу на тебя стрелки, – спокойно сообщила я, сделав маленький глоток вина для храбрости. – Ведь именно ты позволил мне принять участие в этом деле по поиску сокровищ. Если бы ты отказал, я бы никогда не встретила Рэйфа. Ну, может, и встретила бы, но уж точно… хотя, кто знает. Нет, все правильно. Даже если бы я и вздумала выкрасть алмаз у Саниэля Гонсалес и потерпела бы неудачу, Рэйф бы не пришел освободить меня. Сейчас мы имеем то, что имеем, Сэм.

– И теперь ты вместе с ним?

– Я ведь говорила, что у нас только деловые отношения. Дружественными их странно называть.

Интересно, на сколько по десятибалльной шкале моя ложь выглядела очевидной? И почему я продолжала раз за разом лгать о Рэйфе, хотя это не имело смысла? Почему мне так важно твое одобрение, Сэм? Ты меня ранил до глубины души, и не сказать, что питал особую симпатию хоть когда-либо. Относился ко мне, как к милому котенку или преданной собаке – с любовью и теплотой, но оставлял за порогом дома, ведь у меня имелась своя конура. Почему мне так необходимо выглядеть в твоих глазах достойным человеком? Потому что страдаю детской привязанностью? Упрямством? До сих пор люблю?

– О, господи, – я в шоке глянула на бокал в руках, будто по стеклу плескалось не вино, а кровь.

Так. Пожалуй, с меня хватит алкоголя.

– С тобой все нормально?

– Нет…– я отставила бокал и спрятала руки под стол. – Как думаешь, нам удастся сбежать?

– Полагаешь, это хорошая идея?

– Полагаю, надо проверить. И проветрить голову.

– А если нас вдруг схватят? – в шутливой манере уточнил Сэм, выходя из-за стола.

Повторить его подвиг – спокойно подняться с места – мне удалось не с первой попытки, благо, что добрый защитник помог избежать позорного падения перед столькими зрителями. Выйти из помещения оказалось хорошей идеей, прохладный ветер бодро похлестал по щекам.

По набережной гуляли люди, немного, но они напоминали маленькие кораблики, блуждающие в темном бескрайнем море. Хотелось бы затеряться среди них, чтобы всевидящее око Гонсалеса потеряло меня раз и навсегда.

– Ну, пока нас никто не схватил, – закуривая сигарету, философски подметил Сэм.

Я грустно улыбнулась. Осмотрелась. Даже если кто и захочет к нам подкрасться незамеченным, ему придется прыгать с крыши. Улица просматривалась в обе стороны, впереди лежала заводь, на противоположном берегу которой мелкой россыпью блестели огни.

– Думаю, ты можешь уйти, пока есть шанс.

– О чем ты?

– Гонсалесы хотят отыграться на мне, – сказала я. – Деньги Марио тебе заплатит. А если и нет, то хотя бы жив останешься.

– Боюсь, так не пойдет.

– Если ты боишься о Нейтане, то не стоит. Они его не тронут, если я сдамся.

– О моем брате можешь не беспокоиться.

Конечно, Нейтан на своем веку успел испытать себя на прочность, однако иметь дело с мафией в мирное время никому не пожелаешь. Но по интонации, с которой Сэм заговорил о брате, я заподозрила неладное.

– Что ты имеешь в виду?

Выпустив из легких дым, мужчина неопределенно покачал рукой. Зажатая меж пальцами сигарета описала небольшие круги в воздухе, словно светлячок.

– Ну… я сказал ему, что влип в одно дело, и ему лучше пока побыть где-нибудь вне дома.

– О, боже, Сэм… не надо было.

– Да все нормально. Ну, то есть, Нейт, конечно, не пришел в восторг, однако нам повезло – они сейчас с Еленой завершают дело в Малайзии. Так что могут и задержаться.

– Подожди, а когда ты успел?

– В машине, когда ты вышла погулять. Ну и сама подумай. Скажи я, что дело касается тебя, вряд ли бы Нейт обрадовался.

– Да уж, явно, – согласилась я, сокрушенно покачав головой. – Спасибо.

– Да что там.

– Нет, правда. Спасибо.

В столь безнадежной ситуации во мне все еще теплилась надежда благодаря Сэму. Он подвел меня, это верно, а в отместку я бросила его умирать, хотя и могла бы помочь. Алкоголь грел тело, а душу согревала мысль, что мне есть на кого положиться. Даже если это всего лишь иллюзия, и в следующий момент Сэм предпочтет спасти свою шкуру, пусть так. Никто никому не обязан, мне следовало принять закон джунглей еще в детстве, а не упрямо отрицать его и задаваться вопросом со слезами на глазах, почему меня вечно оставляют за бортом? Не оставляют, Джулс, просто у всех есть приоритеты, все допускают ошибки. Жизнь слишком сложна, чтобы делить ее на черное и белое.

– Ладно тебе, старушка, – дружески толкнув меня локтем, усмехнулся Сэм. – Кому, как не старине Сэму спасать тебя. Ты правильно сказала – я тебя в итоге в это втянул, да и… да и вообще. Это мне нужно извиниться, и не только за ту крайность в пещере. А вообще, что я втянул тебя в это.

– Умеем мы жизнь друг другу усложнить, да?

Затушив сигарету, мужчина неожиданно быстро сказал:

– Знаешь, может, и к лучшему начать новую жизнь. С чистого листа.

– Я так не могу, Сэм. Мои жизнь слишком… понимаешь, я столько сил в нее вложила.

– Но ты ведь сама говоришь, что тебе придется это сделать. В этом нет ничего плохого. Знаешь, если тебе сложно, то я могу помочь… в чем-то, не знаю.

– Помочь в чем-то?

– Да, все верно. У меня тут тоже не так чтобы все устроено, пробую браться за разное. Взять хотя бы дело с Хлоей. Тем более вы знакомы! И ты бывала в Индии? Давай, Джулс, что тебе мешает?

От энтузиазма Сэма стало не по себе, будто у нас уже билеты в один конец на руках, и стоило поторопиться, чтобы не опоздать на рейс. Но звучало действительно заманчиво, сбросить наконец маску Жюли и показать миру, что я – это я, Джулия, и буду делать то, что мне хочется.

– Это что, улыбка?

– Да, улыбаюсь твоей наивности и мечтательности, – засмеялась я.

Бросить все и убежать, очертя голову, навстречу приключениям вместе с Сэмом Дрейком. Боже, предложи он мне это лет пятнадцать или двадцать назад, согласилась бы без раздумий. Но не сейчас. Я слишком хорошо тебя знаю, Сэм, чтобы не бежать за тобой по первому зову… сказала женщина, побежавшая за тобой по первому зову на поиски сокровищ Эвери. Святые бычьи яйца, да что ты будешь делать…

Зазвонил телефон. Как раз вовремя, чтобы уйти от сложной темы. В любом случае, Сэм, я уже не смогу пойти с тобой. Не потому, что не хочу составить тебе компанию. А потому что не могу уйти от другого человека.

Рэйф. Фак. Он наверняка уже понял, что у меня проблемы. Фаааак.

Что же у меня за реакция такая? Когда возникают трудности, надо бы просить о помощи, а не бежать от нее, притворяясь, что жизнь сладка и прекрасна. Почему я так боюсь всех разочаровывать?

– За нами скоро приедет машина, – убирая телефон, сообщил Сэм. – Вот и настал момент истины.

– Если все действительно сложится удачно, я бахну виски.

– Звучит как вызов.

– В нашем случае, как несбыточная мечта, – вздохнула я. – Я это… сейчас подойду. Надо в дамскую комнату.

– Только не найди лишних неприятностей.

Как же прекрасна беззаботная жизнь. Глядя на посетителей ресторанчика, наслаждающихся компанией и вкусной едой, мне захотелось оказаться на их месте. Тоже сидеть за столиком с кем-то и обсуждать последние новости или совместные приключения, не боясь за завтрашний день. С кем-то, кто мне не безразличен, по кому скучаю и кого боюсь потерять. Опять.

Все верно, поэтому я и не сказала Рэйфу правду, что попала в передрягу, из которой не выберусь самостоятельно. Я не хотела впутывать его в неприятности, не столько, потому что переживала за его безопасность, сколько опасалась за последствия. Он – человек-ураган. Натворит дел, за которые совесть будет грызть не его, а меня.

Либо я просто оправдываюсь, поскольку, что он пошлет меня куда подальше. Мое решение продать алмаз, избавиться от него, как от не разорвавшейся бомбы, определенно расстроило Рэйфа. Он видел в подарке широкий жест, выражение – не знаю – чувств? Для меня же драгоценность ассоциировалась не с лучшими моментами жизни. Не удивительно, что в Штатах мы дай бог провели вместе пару-тройку вечеров.

Ладно, Джулс, вы оба упрямые козлы, смирись с этим. Тем более это ты бежишь и отмахиваешься от всех рук помощи, оправдываясь тяжелым прошлом. Умей, в конце концов, принимать поражение.

Найти официанта, который обслуживал нас, не составило труда, он сам едва не подлетел ко мне, готовый выполнить любой каприз. Мой каприз оказался необычным для посетителя ресторана – я попросила воспользоваться телефоном. Парень удивился, но согласился помочь. Вполне возможно, что гостям Марио Гонсалеса не принято отказывать; даже если хозяин заведения и был проинструктирован насчет нас с Сэмом, то обслуживающему персоналу не обязательно знать о подробностях.

За стойкой рецепции лежал стационарный телефон. Мне стало неуютно, будто я собиралась погладить змею. Я уже настолько привыкла к мобильным устройствам, что невольно усомнилась – а смогу ли дозвониться? Ладно, выбора особого нет.

Приложив трубку к уху, я набрала номер и слушала тишину, достаточно долго, чтобы испугаться раздавшихся гудков. Сердце бешено заколотилось в груди, будто мне шестнадцать лет и предстояло позвонить в колледж или еще куда. Страх социофоба.

Гудки шли долго. Пожалуй, очень долго, отчего я усомнилась, что набрала правильный номер. Сердце постепенно успокаивалось, как вдруг последовал ответ с той стороны:

– Да. Кто это?

С тем же успехом он мог сказать «пошли вы на хрен», столько резкости и раздражения я уже давно не слышала в голосе Рэйфа. Но, будь я проклята, если совру, что не рада слышать его. От перенапряжения у меня вырвался нервный смешок.

– Привет…

– Джулия?.. Какого?.. Ты где, черт тебя возьми?! Что вообще происходит?!

Полнейшая задница, если не вдаваться в подробности. Столько агрессии и замешательства… но, черт возьми, как же я рада слышать тебя. Но мою радость явно не разделил хозяин заведения:

– Hei! Mettigiù iltelefono!**

– Черт… – от вида, как в мою сторону понесся разъяренный мужчина, у меня кровь от лица отхлынула. – Лекко! Я в Лекко!..

Это единственное, что я успела сказать, даже выкрикнуть, прежде чем хозяин ресторана вырвал у меня трубку из рук и с грохотом опустил ее на станцию. В зале моментально утихли разговоры, все в недоумении обернулись на нас, а я, как запуганная мышка, прижалась к стене.

По разъяренному взгляду мужчины не трудно догадаться, что проблемы нас ожидали уже изначально. И добрый жест Марио в действительности можно окрестить последним ужином.

«Ho sempre voluto conoscerti. Mi capisci?» – Всегда хотел познакомиться с тобой. Ты ведь меня понимаешь? (ит).

**«Metti giù il telefono!» – Положи телефон (ит).

Комментарий к – 19 – Надежда Мои дорогие, я отправляюсь в горы,а затем на море на 2 недели, поэтому выложу следующую главу только 26 сентября. Надеюсь, вы все еще будете обо мне помнить :)

====== – 20 – Расплата ======

Комментарий к – 20 – Расплата Еее, я вернулась! Сейчас главы пойдут быстрее, осталось совсем чуть-чуть.

Рано или поздно это должно было случиться. Наденут мешок на голову, свяжут руки за спиной и, как самую упрямую, затолкают в багажник. Этого бы, конечно, не произошло, если на крутом повороте я не открыла бы дверь машины и не выпрыгнула. Не знаю, о чем я думала, я вообще не могла соображать. Мысли бились друг о друга, заставляя бояться и паниковать все сильнее с каждым километром. Что случится с Сэмом, что вообще нас ожидало? Я ровным счетом не успела пройти и десяти метров – больно ударилась о плечо и едва не скатилась в канаву, – а меня уже загребали в охапку и тащили к машине.

И вот я в багажнике. Здесь темно и душно. Может, дышать трудно из-за мешка или слез, которые безмолвно стекали по лицу. Не знаю, ничего не знаю. Пыталась понять, зачем Марио отвез нас в ресторан? Почему сразу не посадил в машину и не отправил на расстрел? К чему эти игры?

Ровная асфальтированная дорога сменилась проселочной. Довольно быстро, надо отметить – машину начало потряхивать.

Боялся поднимать шум? Обращать на себя внимание соседей? Сэм говорил, что Марио занимался легальным бизнесом, пусть и имел связи с криминальным миром. Репутация. Понятно. Ничто не должно указывать на него. Да и мы идиоты, поверили на слово, точнее, просто поверили, что все обойдется. Сэму, может, обойдется, если будет помалкивать. Но это же Сэм, каким бы лисом ни был, не станет стоять в стороне.

Только где он теперь находился? Машина останавливалась пару раз, в один из которых произошла возня, Сэм возмущался, но его выволокли на улицу. Практически сразу водитель ударил по газам. И теперь я одна, совсем одна.

Как никогда раньше желание заснуть вечным сном имело смысл, потому что я и думать боялась, какие мучения для меня приготовили браться Гонсалес. Рэйф не волшебник, за час он не успеет прийти на помощь. Об участи Сэма оставалось только догадываться.

К сожалению, судьба не облегчила мне жизнь, сбросив на машину метеорит или молнию. Меня ожидало не быстрое избавление, а мрачный пустующий хлев с крюком посередине, на который меня подвесили за руки. Сопротивляться оказалось бесполезно, все равно что хрупкая птица металась в силках. Я чуть доставала носками до земли, но это не помогало справиться с болью.

Здесь было холодно, пахло плесенью и сеном. Пальцы задолго начали зябнуть, еще в багажнике, а сейчас, без пальто, в тонком свитере, я уже замерзала. Руки кололо сотнями невидимых игл.

– Отпустите меня! Вы, ублюдки!

Кричать бесполезно, но что мне еще оставалось? От отчаяния я брыкалась, раскачивалась и руки болели все сильнее – веревка будто прорезала кожу на запястьях. Ругань на английском и французском ничего не принесла, двое молчаливых наблюдателей просто стояли и ухмылялись, пока я не принялась проклинать их матерей на итальянском. Во мне кипел гнев, тут же на него выливалась паника, поднимая облака невидимого дыма. Но заткнулась я лишь когда один из мужчин не выдержал и ударил меня по лицу.

Если подумать, меня никогда не били по лицу, да еще с такой силой. Словно половину головы снесли. Сначала ничего не чувствуешь, а затем набегает парализующая боль, и ты молишься, чтобы все зубы уцелели.

Не знаю, сколько я болталась мертвым грузом. Руки, во всяком случае, перестали болеть – я их уже не чувствовала. Холод забирался холодными пальцами под джемпер, впивался под кожу. Странно, что сердце работало, как мотор заведенной машинки – глядишь, вот-вот выпрыгнет.

По тонким стенам амбара пробежал свет фар, заглядывая меж узких щелей. Хоть какое-то действо, ура. Мотор не заглушили, видимо, прибывший гость рассчитывал завершить дела по-быстрому, так что вполне ожидаемо было увидеть Марио Гонсалеса, а не его младшего брата. Словно модель с обложки глянцевого журнала, в элегантном сером пальто и начищенных туфлях, которые явно не предназначены для такой грязи.

– Ты обманул нас… – не скрывая обиды, зашипела я.

– Я не обманывал. Я обещал поговорить с братом, что и сделал. Меня искренне не интересуют обиды прошлого, но Лоренцо все еще импульсивен, и уже привлек ненужное внимание.

– И ты… что ты?..

– Я отдам тебя Лоренцо, и пусть отведет душу. Что касается компромата на моего отца, то мне все равно, слухи и так ходили вокруг моей семьи довольно долго. Этими… снимками ты мне или моему брату не причинишь вреда.

– Ах ты подонок… – меня трясло, не то от гнева, не то от холода. – И ты… зачем весь этот спектакль?..

– Я же говорил – мне надо было поговорить с братом. Да и не поднимать же на уши всю округу, чтобы соседи вызвали полицию? Я с властями в хороших отношениях, в отличие от тебя, воровка. Ты уже давно бегала от судьбы, так что…

– Тебе это с рук не сойдет… – из последних сил зашипела я на мужчину. – Поверь мне.

– Никто не знает, где ты, Бонавиль. Даже твой друг Сэмюэль. О нем можешь не беспокоиться. О нем уже можно вообще не беспокоиться.

Как бы я ни пыталась сдержаться, тело отреагировало без моего разрешения, выдавив из глаз крупные слезы. Но мыслями я убежала далеко-далеко, пытаясь понять смысл услышанных слов. Что значит «никто не знает»? А затем перед глазами предстало лицо хозяина ресторанчика – злое, искаженное гневом и ужасом. Он допустил ошибку, за которую пришлось бы серьезно расплатиться перед Марио. Поэтому он не сказал? Испугался. И кто проверит? Это ведь стационарный телефон, а людей Гонсалеса и не было поблизости…

Неужели есть шанс?

– Мой брат уже на пути сюда, у тебя есть несколько часов, чтобы подумать о своих действиях. Алмаз пусть пока полежит у тебя, пусть Лоренцо оставит его для себя в качестве трофея. – Он обратился к своим людям: – А вы смотрите, чтобы она не померла раньше времени. Рад был познакомиться, Джулия. Серьезно. Ничего личного.

Ничего личного? Ты меня на крюк подвесил, сукин ты сын!

Но сколько ни плач, сколько ни трепыхайся, как насаженная на крючок рыбка, один черт никуда не деться. Никогда еще не чувствовала себя настолько бессильной, это злило и пугало. Словно черная бездна засасывала тебя глубже и глубже, не оставляя и крохотной капли надежды. И на что надеяться? Только на чудесное освобождение или мучительную смерть, других вариантов я не видела.

Время тянулось также медленно и болезненно, как мышцы рук. Конечности онемели. Я размеренно покачивалась из стороны в сторону, словно маятник, слушала скрип цепи, разговор мужчин, которых оставил Марио. Их всего двое, но я одна. Наверное, стоит возрадоваться хотя бы тому, что псы не трогали меня, а дожидались волка. Сколько еще так ждать? Сколько?..

На меня навалилось какое-то апатичное смирение. Все возможности я ловко слила в унитаз. Маленькая трусиха, которая боится окружающего мира, которая боится быть счастливой. Ведь счастье не для тебя, оно нереально. Если тебе хорошо – это обман, а реальность – вот она, пропитанная холодом ранней зимы и запахом хлева.

Шум на улице отвлек мужчин – приближалась машина. Нет, я еще не до конца ослабла и потеряла самообладание – последние крохи высыпались из меня буквально только что. Из груди вырвался сдавленный выдох. Как быстро пролетело время, неужели прошло несколько часов? Боже…

Оба мужчины, не видя смысла караулить едва не теряющую сознание женщину, вышли встречать Лоренцо. Что он со мной сделает? К каким истязаниям прибегнет? Ох, мне бы сейчас не вопросами терзаться, а попытаться высвободиться, но что я могу, серьезно?

Выйти из подавленного состояния помогли два громких выстрела. Я подскочила от них, как если бы мне влепили пощечину, от резкого всплеска адреналина заломило мышцы. Вытянувшись и встав на цыпочки, я затаила дыхание и, кажется, сжала кулаки. Свет фар бил сквозь толстые щели, позволяя различить силуэт, приближающийся ко входу. И бога ради…

– Сэм?..

– Здесь есть еще кто?

– Не… нет.

Сэм. Живой. И почему он здесь? Как?..

Он был взвинчен до предела, каждое движение отдавало резкостью и нервозностью. Срезая веревки, скручивающие мои запястья, лезвие коснулось кожи – боль я не почувствовала, только давление. В момент долгожданного освобождения я едва не рухнула бесчувственной куклой: колени дрожали, а руки все равно что тонкие ниточки.

– Нам нужно убираться отсюда, живо.

Ни секунды на встречный вопрос, Сэм просто поставил меня перед фактом и, схватив за руку, потащил прочь из хлева. Голова кружилась, я едва поспевала за ним, чуть не упала, засмотревшись на застреленного мужчину, лежащего лицом в землю. Мозг будто специально замылил картинку перед глазами, я прекрасно осознавала пространство вокруг себя, но ничего толком не видела. Села на переднее сидение автомобиля и едва не врезалась в приборную панель, когда Сэм резко дал задний ход.

Руки ужасно кололо. Словно мелкие жуки пожирали их, и я никак не могла избавиться от вредителей. Разминала ладони, сосредоточила на них все внимание; только сильная тряска отвлекала время от времени.

Я не знаю, сколько мы ехали, но к тому моменту, когда машина остановилась, чувствительность вернулась, а вместе с ней и жгучая боль в суставах и на запястьях. Дорогу нам освещали лишь противотуманные фонари, а теперь, когда мотор заглох, нас окружила непроглядная тьма. Все затихло. Едва улавливался только шелест деревьев.

Сэм включил фонарь под потолком. Тяжесть его вздоха прекрасно подходила для сложившейся ситуации. Он уронил голову на руль.

– Господи…

По-другому и язык не поворачивается сказать.

– Как ты… жив?

– О, – вымученно улыбнулся мужчина, – я тоже рад тебя видеть.

– Нет, я не это имела в виду… то есть… господи, – переведя дух, я откинулась на спинку кресла и собрала воедино разбежавшиеся по углам мысли. – Я думала, они тебя убили.

– Они тоже, видимо, на это рассчитывали. Не ожидали, что припрячу козырь в рукаве.

– Козырь в рукаве?

– Да, в прямом смысле. Украл нож из ресторанчика.

А мне даже такая идея в голову не пришла, дурья моя сущность. Там же столь оружия было, даже вилка сгодилась бы, но я оказалась слишком пьяной и испуганной.

– Как ты вообще нашел меня?

– Как ни странно, к тебе вела только одна дорога, и возвращающийся эскорт Марио я заметил издалека.

– Как ты понял, что это Марио?

– А кто еще станет на дорогой машине в ночь по сельской местности разъезжать?

Я усмехнулась. Зря, конечно, за смешком непроизвольно вырвался сдавленный стон. Меня заколотило крупной дрожью, было холодно и страшно, меня никак не отпускала мысль, что эта ночь для меня могла стать последней в жизни. Просто – раз – и все.

– Ты в порядке?

Нет, определенно нет. И скрывать я этого не стала, судорожно замотав головой, сжавшись, казалось, до размеров песчинки. Нагнувшись и скрыв лицо в руках, я попыталась сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться, да все без толку. Сэм накинул мне на плечи свою куртку, которая держала тепло его тела. Пахла сигаретами. Не нравился мне этот запах, но сейчас ему удалось успокоить меня лучше любой валерьянки.

– Хочешь шутку? – вставила я странный вопрос в вязкую тишину и вытащила из кармана брюк алмаз.

– Да ты издеваешься. Он не забрал его?

– Сказал, что Лоренцо заберет, – я покрутила камень в руке. – Что делать будем?

– Понятия не имею… но лучше всего убираться отсюда как можно скорее.

– Убираться, да?

Алмаз красиво переливался даже в тусклом свете настенного фонарика. Гипнотизировал, завораживал. Блеск хоть немного, но успокаивал. Я сильнее закуталась в куртку и перевела взгляд на чернеющий лес за окном.

– У нас есть несколько часов, пока Гонсалес – оба – не поймут, что ты сбежала.

– А что потом? Лоренцо так и будет гоняться за мной, пока не пристрелит.

– И что ты предлагаешь? Убить его, пока он не убьет тебя?

Я только пожала плечами. Убить кого-то – да, конечно, Джулс, ты-то сможешь, у тебя рука не дрогнет. А Сэма просить у меня язык не повернется, такой вариант лучше и не рассматривать. Как бы мне не хотелось избежать насилия, в этой истории кому-то придется умереть, и после минувших событий мне очень не хотелось быть этим «кем-то».

– Джулия, ты же не серьезно?

Он назвал меня полным именем – кажется, дела обстоят еще хуже, чем я думала. Сэм находился на пределе, и не удивительно, ведь он тоже едва не распрощался с жизнью, а теперь сдерживал спокойствие из последних сил.

– Нам надо остаться здесь до утра.

– О чем ты? Нам надо убираться отсюда как можно быстрее, а не ждать, пока все Гонсалесы слетятся и начнут охоту.

– Сэм, я… ох, – почему-то говорить об этом было сложно, – в ресторане я успела позвонить Рэйфу.

Он промолчал. Разве что не уронил голову на руль.

– Так. Ну… допустим. И… так, ладно, постараюсь не думать, что он сделает со мной, если увидит, но с чего ты решила, что он поможет тебе?

– Поможет… если, конечно, найдет. Найдет раньше Лоренцо или Марио.

Ответ мой явно не устроил Сэма, а я ощущала себя загнанным в угол ребенком, которого родители просили вернуть украденную конфету. Мое и все, не отдам, моя тайна. Да и объяснять ничего не пришлось, мужчина быстро обо всем догадался, и его тихий смех тому доказательство.

– А говорила, что у вас только деловые отношения.

– Разочарован?

Я умею разочаровывать, похоже, в последний период жизни только этим и занимаюсь. Но мне уже все равно, я просто хотела оставить этот кошмар позади.

– Ну… ты уже взрослая, так что…

– Да хватит так говорить! – сорвалась я на крик, ударив кулаком по приборной панели. Кисть свело от боли, но неожиданная злость заглушила все вокруг. – Боже, Сэм, ты меня извести хочешь, или что?! Я понимаю… понимаю, что вы с Рэйфом ненавидите друг друга, но от меня ты что хочешь?

– Он ведь устроит там резню.

– Да и пусть. Серьезно!

Меня вновь одолела мучительная дрожь, голос задрожал и в глаза ударили слезы, я просто хотела кричать или биться головой о стену. Я впуталась в дерьмо, которое попросту не знала, как разгрести, и даже если во мне говорило упрямство и детская осмотрительность, уже все равно. Плевать… я к такому не была готова… я…

– Я не знаю, что мне делать, Сэм… – уже не сдерживая слезы, я откинулась назад и прикрыла рот ладонью. – Просто… давай так. Переждем ночь, я отправлюсь в город дожидаться Рэйфа, а ты поедешь… куда-то, не знаю.

– Ты серьезно думаешь, что я тебя оставлю?

– А почему нет? – измученно прошептала я. – Я хочу, чтобы семья Гонсалес больше никогда меня не беспокоила. Ни ты, ни я не способны ворваться к ним в дом и пустить по пуле в лоб, так что уж лучше…

– Пусть это сделает Рэйф?

Пусть это сделает Рэйф. Да, он может, но как только Сэм озвучил мысль, меня едва не стошнило. Господи, о чем я вообще думаю?!

– Нет… нет, боже, нет…

Вот тебе и безвыходная ситуация, куда ни глянь – одни тупики в бесконечном лабиринте, по которому за мной гонялись монстры. Холод вновь запускал свои пальцы под одежду, но я уже устала вздрагивать.

– Он сможет защитить тебя?

– Надеюсь.

– Я тоже на это искренне надеюсь, – печально подметил Сэм, протягивая мне разбитый, но все еще работающий мобильный. – Иначе не прощу себя за это.

Позвонить, разумеется, не хватило смелости. Пальцы дрожали, зависнув над сенсорной клавиатурой, когда я вставила ссылку на геометку и отправила сообщение. Потом просто отключила телефон и вернула его Сэму.

Рандеву назначено на небольшой площади рядом с Замком Ужасов – Palazzo delle Paure, – как бы символично это ни звучало. Просматриваемое место, скрыться можно на одной из улочек, на крайний случай прыгну в залив. Что дальше делать, конечно, у меня не хватило сил обдумать, я возложила всю ответственность на удачу и волю случая.

– Ты уверена?

Нет, Сэм я уже ни в чем не уверена. Солнечная погода раннего утра и тишина, разумеется, вызывали ложное чувство спокойствия. Редкие прохожие появлялись рядом с парком, подле которого мы остановились – за железнодорожной станцией, вверх от гавани. Я еще раз опустила взгляд к своим рукам, к пистолету, который едва ли не силой заставил меня взять Сэм. Такое чувство, что держала ядовитую змею.

– А как же ты?

– Это не мне предстоит идти черт знает сколько метров.

– Я имею в виду, оружие…

– У меня есть еще один… в бардачке. Но я все равно…

– Нет, – сцепив пальцы на прикладе, я глубоким вдохом подавила подкатывающую тошноту и спрятала оружие за пояс. – Если Рэйф тебя увидит, то, скорее всего, попытается пристрелить. Он не будет разбираться.