Текст книги "Снегурочка для альфы (СИ)"

Автор книги: Снежана Альшанская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23

Богдан кладет руку мне на бедро, начинает массировать его.

– Все будет хорошо, – шепчет он, облизывая мочку моего уха.

– Тот тип, что звонил. Он говорил мне, что если не уберусь подальше от тебя – умру, – отвечаю я.

– Не беспокойся о всяких уродах. Все будет хорошо, – повторяет оборотень, и я почему-то ему верю. Может, потому, что просто хочу ощутить себя в безопасности, или же мне просто надоело постоянно нервничать и ощущать нарисованную кем-то на моем лбу мишень. А может, его поглаживания, прикосновения, запах напрочь выбивает все лишнее из головы, оставляя там место лишь страсти.

Кладу руку ему на плечо, мы долго целуемся, его язык ненасытно блуждает в моем рту. Кажется, что вкусом этого мужчины я могу наслаждаться вечно.

Совершенно внезапно он подхватывает меня на руки, кружит по комнате.

– Ай! Отпусти! – кричу ему, хоть на самом деле мне это нравится.

– Тише, тише, – говорит он, закрывает дверь в комнату. – Вот теперь Танюшку, надеюсь, не разбудим.

Вспоминаю про спящую в соседней комнате девочку и стараюсь не кричать. Вместо этого провожу по губам оборотня языком. Вижу, как Богдан усмехается. Целеустремленно проникаю языком в его рот, а он тем временем танцует по комнате, держа меня на руках.

Интересно, насколько его хватит? Он вообще способен выдохнуться? Думаю, если это и произойдет. То совсем не скоро. Уверена, что он удержит меня, что бы я не делала, потому прекращаю держаться за плечи оборотня и расстегиваю его рубашку, обнажая сильную, мускулистую грудь. Черт возьми. Он даже не вспотел!

Оборотень кладет меня на кровать, парой быстрых движений избавляет мои ноги от брюк. Какое-то время он просто смотрит на меня, будто любуется. Затем выбрасывает свою рубашку за спину, полностью обнажая мускулистый торс.

Я любуюсь им в предвкушении чего-то необычного, завораживающего, чарующего.

Он набрасывается на меня как тигр. Хватает запястья, разводит руки в стороны, впивается губами в мою грудь. Мое тело торжествует. Становится труднее дышать. Приятное понывание внизу живота переходит в острые спазмы.

– Закрой глаза, – говорит оборотень. – Так будет лучше.

Вижу в его руке черную маску для сна, которую он надевает мне на глаза, и свет исчезает.

Он прав, так даже лучше. Я все так же любуюсь его телом, но делаю это наощупь. Пальцы бродят по нему, желая побывать везде. Какое же оно горячее! От каждого прикосновения во мне будто бы что-то взрывается и разлетается по крови искрами удовольствия.

Оборотень массирует мои бедра, вылизывает грудь и живот, опускается ниже, забирается языком внутрь. Я кричу от его прикосновений, цепляюсь пальцами в лежащее рядом одеяло. Кажется, вот-вот меня порвет на части от нарастающего внутри удовольствия.

Ощущение, будто я горю. Огонь вспыхивает внизу живота, и миллионом необычайно жарких язычков распространяется по моей коже, забирается в самые труднодоступные места, оставляя после себя сплошное удовольствие и чувство, будто я только что заново родилась на свет. Кожа будто оживает от приятного тепла, просит еще и еще. А Богдан не унимается. Его язык проникает все глубже и глубже в меня, исследует там каждый миллиметр, каждую молекулу.

Оборотень снова переходит к животу, поднимается выше, к губам, облизывает их, щеки, покусывает мочку уха, а затем резко входит в меня членом. Перед глазами резко вспыхивают разноцветные мушки. В порыве страсти впиваюсь в его кожу ногтями, царапаю спину, обхватываю каменный горячий торс ногами.

Приятные волны тепла вырываются из живота, обжигают кожу. С каждым движением оборотня меня будто пронзает электричеством.

– Еще! – кричу ему. – Глубже!

Хоть куда уж глубже? Он и так забирается настолько далеко, как не сможет больше никто. Я пьянею от нарастающей эйфории, не хочу останавливаться никогда. Желаю лишь одного – чтобы этот момент длился вечность.

Буквально все вокруг превращается в удовольствие – мягкая кровать подо мной, горячий воздух, сопение и рык Богдана, его запах. Черт возьми, пусть это не заканчивается! Не знаю, как долго он так может, но пусть не заканчивает.

Теряю все ощущения, кроме поступающего в меня неудержимого кайфа. Не понимаю даже в какой позе нахожусь. Весь мир свернулся в точку и исчез, остались лишь мы вдвоем.

А затем взрывается сверхновая. Её лучи добираются до меня сквозь тьму, пляшут на моей коже, заставляя ту сжиматься от удовольствия. Кажется, будто я кружусь на сумасшедшей карусели, все быстрее и быстрее, пока вовсе не перестаю ощущать пространство вокруг. Будто бы отовсюду меня пронзает эйфорией настолько сильной, что этот момент кажется единственным во вселенной. Будто до него не существовало ничего, и не будет ничего существовать после. Только здесь и сейчас.

Жадно хватаю ртом воздух, понимая, что забыла дышать. Начинаю ощущать кровать под собой, возвращаются запахи и звуки. А еще прикосновения любимого мужчины, мягко поглаживающего меня по бедру.

Снимаю маску для сна, в полутьме вижу его силуэт и странный едва заметный блеск в глазах. Он лежит на боку полностью голый и проводит по моей коже пальцами. От его прикосновений так и хочется снова набросится на него с поцелуями.

– Будешь спать здесь, со мной, – говорит он.

***

Я иду по тихому пляжу, будто сошедшему с идиллического пейзажа. С одной стороны, на песок накатываются небольшие волны, с другой всем буйством красок цветет лес. Где-то поют птицы, из травы доносится стрекотание сверчков. Теплые солнечные лучи блестят на поверхности моря, над головой медленно плывут небольшие белые тучки.

Вижу впереди кого-то. Чей-то темный силуэт мелькает и исчезает между деревьев.

Хоть не вижу кто там, но чувствую исходящую от него опасность. Разворачиваюсь, быстро иду в противоположную сторону. Не смотрю назад, но чувствую, что за мной кто-то идет. Погода начинает портиться. Деревья шатаются все сильнее, рассыпают в разные стороны листву. Волны растут буквально на глазах. Из маленьких и едва заметных они превращаются в белогривых монстров, быстро мчащихся к берегу и разбивающихся о него на тысячи брызг. Небо мгновенно скрывается за серыми мохнатыми тучами, первые капли дождя опускаются на мою щеку.

Бегу все быстрее и быстрее, даже не понимая от кого и от чего. Ветер становится настолько сильным, что кажется, вот-вот унесет меня куда-то ввысь. Но я все бегу и бегу вперед, надеясь на какое-то спасение.

Впереди вижу сидящего на берегу большого волка. Со всех ног бегу к нему. Мир колышется перед глазами. Ветер больно бьет в лицо. Волны становятся все выше, разевают свои черные пасти, превращаются в настоящее цунами.

Бегу все быстрее, понимая, что волны сейчас накроют меня с головой. Что-то кричу, но волк впереди не слышит и не двигается. Ждет меня. Сердце бешено колотится, бежать все труднее. И тут над головой поднимается огромная волна. Настолько большая, что закрывает собою небеса.

Она с шумом и треском падает на меня…

И я просыпаюсь.

Вижу окно, через которое пробиваются солнечные лучи, вспоминаю, где я. Поворачиваюсь. Но Богдана рядом нет.

Несмотря на кошмар, спалось на удивление хорошо. Давненько так не спала. Словно бы все проблемы вмиг растворились, исчезли под теми огромными волнами.

– Богдан, – зову я.

Ответа нет.

Поднимаюсь, набрасываю на себя лежащий рядом халатик, выхожу в коридор и слышу, как оборотень с кем-то говорит. Замечаю его, стоящего на кухне, и громко беседующего по телефону.

Подхожу, но он жестом показывает мне отойти.

– Хорошо. Сейчас приедем, – говорит он, поворачивается ко мне. – Одевайся. Сейчас поедем.

– Куда?

– Я сказал своему человеку присмотреть за Бланкой. И она по непонятным причинам собралась уезжать домой. Нам лучше поговорить с ней тут. В Испании могут быть сложности, тамошние власти меня не особо любят.

– И что я ей скажу? Я даже языка её не знаю.

Богдан вздыхает.

– Лучше, чтобы ты была рядом, – говорит он, и я, кажется, понимаю почему.

Если это она за всем стоит, оборотень может съехать с катушек. А во мне он видит сдерживающий фактор.

– Хорошо, – киваю я. – А Танюшка? Где она?

– Приезжал Андрей, повез её в зоопарк. Одевайся быстрее, пока Бланка не улетела.

Одеваюсь я и правда быстро. Как солдат, пока спичка догорит. Очень уж хочется посмотреть Бланке в глаза…

Если за всем стоит она. Хоть я в это не верю. Блин, ну вот на кого она точно не похожа – так это на убийцу, тем более предпочитающего все делать чужими руками, находясь где-то далеко. Только чем черт не шутит, у всех свои скелеты в шкафах.

Через минуту я уже спускаюсь с Богданом в лифте, мы садимся в машину.

– Где она сейчас? – спрашиваю его.

– Едет в аэропорт.

– А почему у тебя проблемы с испанскими властями?

– Разбил нос их министру.

– Министру? – удивляюсь я.

– Тогда он еще не был министром.

Едем мы быстро. Богдан выбирает не прямые, переполненные автомобилями дороги, а проезжает через дворы и небольшие переулки. В конце концов выезжаем на окраину города, мчимся по шоссе к аэропорту.

– Думаешь, это все-таки она?

– Я не знаю, – злобным тоном говорит оборотень. – Понятия не имею, зачем ей это. Хочу просто поговорить. И хочу, чтобы ты в этот момент была рядом.

Как назло, на подъезде к аэропорту нас еще и останавливает полиция. Оборотень выходит из машины, о чем-то говорит с полицейскими. Время летит так быстро, будто обернулось против нас.

Озлобленный Богдан возвращается в машину.

– Еще и штраф выписали…

Через какое-то время впереди появляется аэропорт. Большое полукруглое здание отдаленно напоминает стадион. Прямо над головой с ревом проносится идущий на посадку самолет.

Богдан останавливается перед входом, невзирая на крики кого-то из персонала о том, что здесь нельзя парковаться, мы заходим внутрь. Огромное здание, куча народу вокруг, не представляю, как здесь можно кого-то найти.

Оборотень отпускает мою руку, закрывает глаза, какое-то время стоит словно статуя. Что он делает?

– Туда, – показывает он. – Учуял её.

Мы вихрем проносимся через помещение. Я даже ненароком выбиваю у кого-то из рук стаканчик с горячим напитком и слышу английские ругательства вслед.

– Вон, – показывает Богдан.

Смотрю туда, и вижу её. Не похоже, чтобы она торопилась или нервничала. Сидит на стуле, ожидает свой рейс. Рядом с ней темно-синий чемодан.

Черт!

А вот это уже странно.

Недалеко от неё вижу подозрительно знакомого мужчину. Он стоит спиной, разглядеть не могу. Обхожу сбоку в попытке посмотреть в лицо.

Блин, так и есть! Это он! Юрий!

Глава 24

Богдан не замечает Юрия. Подходит к Бланке, начинает что-то говорить ей на испанском. Я не понимаю ни черта, смотрю на Юрия, который тоже нас пока что не заметил. Он смотрит в висящее над ним электронное табло, на его плече дорожная сумка. Мне не хочется подходить к нему. От одной мысли, что он мог угрожать моей жизни, становится нехорошо. Но если хотел убить – почему не убил? У него был миллион возможностей сделать это тихо и без свидетелей. А если не хотел, то что он тут делает?

Я должна выяснить.

Шагаю вперед и тут он оборачивается. Его глаза округляются от удивления, когда он меня видит. Я же ступаю к нему с большим желанием влепить пощечину, но сдерживаюсь.

– Ты-то что тут делаешь? – в этот момент он замечает Богдана. – Ясно. Не буду вам мешать.

Он разворачивается в желании уйти, но я хватаю его за рукав.

– Это ты что тут делаешь?

– Лечу в Вильнюс, – спокойно отвечает он. – На работу. Надеюсь.

– То есть ты просто так решил сейчас полететь в Вильнюс?

– Да. После того, как ты ушла, подал резюме по объявлению. Они ответили через пару часов. Сказали приехать. Даже билет мне купили.

– И ту женщину ты не знаешь, – кивком указываю на разговаривающую с Богданом Бланку.

– Впервые вижу.

– Ах ты же…

Моя рука словно оживает, дергается вперед и бьет Юрия по щеке.

– За что? – хватаясь за больное место, спрашивает он.

– Ты в сговоре с теми, кто хочет меня убить! И ты здесь встречаешься с ней!

– Ты пьяная, что ли? Или сумасшедшая? Сказал же, лечу в Вильнюс. Вот, – он достает из кармана билет, демонстрирует его мне. – После того, как ты мне отказала, я решил что-то кардинально поменять в жизни. Вот и все. Я пойду. А то твой муженек еще кусаться начнет.

Я ударила его снова.

– А это – за муженька.

– Сумасшедшая ты женщина. Может, и хорошо. Что у нас ничего не вышло. – фыркает он, берет сумку и идет прочь.

Я смотрю на Богдана, тот все так же разговаривает с Бланкой. Наверное, и не заметил нашей с Юрием перепалки. О чем он говорит понятия не имею, но ведет он себя спокойно. Хоть в его тоне так и чувствуется угроза.

Подхожу к нему, он смотрит на меня, и его разъяренное лицо тут же успокаивается.

– Подожди минуту, – говорит он мне.

Я сажусь на лавочку рядом с двумя чернокожими с громко смеющимися над чем-то своим мужчинами. Смотрю на Богдана, и мне не терпится узнать, о чем они говорят. Может, надо было подозвать его, как только увидела Юрия? Но если тот сказал правду и ни в чем не виноват, а Богдан тут же вспылит…

Не умею мгновенно определять, лжет человек или нет, но, по-моему, Юрий говорил правду. Оглядываюсь в поисках последнего, но того нигде нет. Может, уже успел зайти в самолет, или пьет кофе в одной из бесчисленных здешних кафешек.

– Пошли, – внезапно слышу голос оборотня над головой.

– Что она сказала?

– Она не виновата, и я ей верю. Почувствовал бы по запаху, будь что-то не так. А ты видела того типа из больницы.

– Он, кажется, тоже.

– Поговорить бы с ним, но, кажется, его уже тут нет. Кто-то нас отвлек. Вопрос – от чего.

Богдан злится. По его лицу так и скользит желание на кого-нибудь набросится. Вижу, что он едва себя сдерживает. Беру его за руку, и он сильно сжимает её. Кажется, что кость вот-вот треснет.

– Извини, – бормочет он и отпускает. – Не могу себя контролировать. Идем на улицу.

По пути он оглядывается по сторонам, будто ищет кого-то. Всматривается в каждого, кто проходит мимо. В пожилую семейную пару, двух девушек, снимающих друг друга на смартфоны, мужчину в деловом костюме с дипломатом. Кажется, что он вот-вот бросится на первого попавшегося человека, чтобы согнать злобу. Я сильно держу его за руку, но понимаю, что не удержу.

Но он останавливается рядом с выходом аэропорта, какое-то время смотрит мне в глаза, будто пытается там что-то разглядеть.

– Что? – спрашиваю у него.

Но он молчит, лишь смотрит. А затем хватает меня за плечи, прижимает к себе и целует. Гомон вокруг в этот миг будто исчезает, и кажется, что посреди огромного здания аэропорта стоим лишь мы вдвоем. Его язык скользит по моим деснам, вызывая желание побыстрее найти укромное местечко.

– Кто-то играет со мной, – шепчет он мне на ухо. – Даже не знаю, зачем ему это. Зачем он привел нас сюда. Я должен его найти. Черт возьми, должен. Ты не будешь оглядываться всю жизнь в поисках опасности. Обещаю.

Я ему верю. Сама не знаю почему. Глубоко в душе хочется попросить Богдана увезти меня отсюда, хоть на край света, и пусть хоть весь мир сгорит. Но часть меня понимает, что это не выход, и я всю жизнь буду видеть в каждом прохожем врага.

– Поехали отсюда, – говорит Богдан.

Мы садимся в машину, он заводит двигатель. Его телефон тихо пищит, он вынимает его, смотрит на экран.

– Черт! – кричит оборотень, ударяя руками по рулю с такой силой, что кажется тот вот-вот разломается.

Богдан выходит на улицу, бьет ногой по колесу, матерится во весь голос, как пьяный грузчик.

– Что произошло? – бросаюсь к нему, но он смотрит на меня нечеловеческим, звериным взглядом.

– Не подходи.

– Что случилось? – смотрю на его лицо, превратившееся в гримасу боли и злости. Он стоит и громко дышит, кажется, что вот-вот обратится.

– Танюшку похитили, – отвечает он.

***

– Как похитили?

Я не могу поверить в слова Богдана. Кажется, что это какой-то дикий кошмар, который должен вот-вот закончиться. Что за уродом нужно быть, чтобы похитить маленькую девочку?

– Андрей отпустил её в туалет, она не вышла.

– Как можно не выйти из туалета? – спрашиваю я. – Не могла же она сквозь землю провалиться?

– Не знаю! – кричит Богдан. На его лбу появляется испарина. – Вот зачем мы здесь. Кому-то нужно было отвлечь меня, чтобы её похитить!

Оборотень громко матерится, бьет по машине ногой настолько сильно, что кажется. Она вот-вот развалится.

– Что-то случилось? – спрашивает подошедший к нему работник аэропорта.

– Отстаньте! Все! Просто уйдите!

– Мне придется позвать охрану.

– Зови кого хочешь! Только свали отсюда!

Богдан возвращается в машину, сжимает руль так сильно, что тот трещит.

– Я дурак! Последний дурак! Не мог об этом подумать.

– Похитители хотят выкуп?

– Понятия не имею чего они хотят, – он заводит машину, выезжает с территории аэропорта. – Мне нужно туда.

– Я с тобой, – говорю ему.

Машина не едет, летит. Иногда едва-едва Богдан избегает столкновения с другими автомобилями, чуть не сбивает переходящего дорогу человека. Он злобно сопит, его лицо переполнено злобой.

Я вжимаюсь в кресло и слушаю зловещий стук собственного сердца. Ладони потеют, пальцы нервно сжимают колено. Черт возьми, как она могла просто взять и исчезнуть? Её похитителю пришлось не только не дать девочке позвать на помощь, а и как-то вывести её.

Блин, в голове не укладывается. Кажется, что вот-вот выяснится, что это неправда.

Въехав в город, попадаем в пробку. Богдан сигналит, высовывается из окна, матерится. А я сижу и плачу. Может, не убегай я тогда, с девочкой было бы все хорошо.

– Твою мать, уроды! – орет Богдан, сворачивая с улицы в узенький переулок. А время летит быстро. Слишком быстро. Кажется, что прошла минута, а на деле пятнадцать, а то и целых двадцать.

Подъезжая к зоопарку, вижу, что тот закрыт, а рядом с ним толпится куча полицейских. Быстро выхожу из машины.

– Постой, – Богдан хватает меня за рукав. – Не отходи от меня. Ни на шаг. Не хочу, чтобы и с тобой что-то произошло.

Я спешно киваю.

– Идем.

Мы входим на территорию, к нам тут же подходит один из полицейских.

– Вы семья девочки?

Богдан кивает.

– Прошу пройти со мной для дачи показаний.

– Вы можете отвести нас туда, где все произошло?

– Сейчас вам нужно дать показания.

– Можете или нет?

– Там работает группа криминалистов. Посторонним вход воспрещен. Вам нужно пройти со мной.

– Мне нужно попасть туда, а не отвечать на ваши идиотские вопросы! – почти кричит Богдан.

Полицейский сохраняет невозмутимость.

– Вам сейчас плохо, но лучше будет…

– Я знаю, что будет лучше! Если вы отведете меня туда, то я, как оборотень, смогу по запаху учуять куда её повели.

– Секунду, – полицейский отходит в сторону, о чем-то говорит с коллегой.

– Ослы, – бурчит под нос Богдан.

Страж правопорядка возвращается, вздыхает.

– Идемте, я покажу вам где все произошло.

Мы идем возле большого вольера со спокойно лежащими медведями, заходим в помещение с массой аквариумом и миллионами рыбок в них.

– Вот сюда, – указывает полицейский на неприметную дверь. – Там туалет. По словам вашего подручного, она вошла и не вышла. Он зашел за ней через какое-то время, её там не было.

– А где Андрей? Мой подручный?

– Его сейчас допрашивают.

Богдан достает телефон, отходит в сторону, кому-то звонит, говорит минуты две, возвращается.

– Из территории можно выйти как-то кроме главного входа и запасного?

– Заведующий сказал, что нет.

– Ясно. Я войду внутрь?

– Постарайтесь ни к чему не прикасаться.

Вслед за Богданом захожу в туалет. Тот большой, уложенный белой плиткой. По правую руку полностью закрытые двери кабинок, по правую умывальники. Пять человек в перчатках исследуют это место миллиметр за миллиметром.

– Кто вас сюда пустил, – бросает кто-то из криминалистов.

– Богдан не обращает на это внимания. Стоит и медленно оглядывается по сторонам, будто мир перестал для него существовать. Пытается уловить запах.

– То окно, – показывает он на небольшое окошко под потолком. – Через него влез похититель?

– Нет, – отвечает тот же полицейский, что провел нас сюда. – Он не влезал. Это она вылезла к нему. По крайней мере мы так думаем. На умывальнике нашли след от обуви. Она забралась сперва на него, затем в окно. При том сама и открыла его. Снаружи оно не открывается. Изнутри ей, похоже, никто не помогал.

– То есть, она знала похитителя.

– И доверяла ему. Где вы были, когда это произошло? – полицейский смотрит на меня свысока.

Что он надумал?

– Со мной она была! – рявкает Богдан. – Хотите подтверждений – спросите у группы патрульных по маршруту в аэропорт. Нам выписали штраф за превышение скорости. Где был Андрей?

– В коридоре, – вздыхает полицейский. – Там камеры. То, что он говорил, подтвердилось. Он не выходил из здания.

– Хочу взглянуть с той стороны, – Богдан быстро выходит из туалета, я следую за ним. Вспомнился Юрий, назвавшийся Дедом Морозом, и Танюшка ему поверила. Так же и здесь – кто-то мог назваться кем угодно, хоть сказочным персонажем, и девочка ему поверила. Черт!

Пока мы идем, Богдану на телефон приходит сообщение. Он смотрит на него, а потом с силой бросает телефон на пол и громко матерится.

– Что там? Требование о выкупе? – спрашиваю я.

– Хуже, – отвечает оборотень.