Текст книги "12 шагов к мистеру Совершенство (ЛП)"

Автор книги: Синди Мэдсен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Что было приятно. Я все равно не была готова идти туда, и это показывало, что он не тот парень, который постоянно водит женщин домой. Хорошо воспитанный парень, которого я искала. Маме и тете Велме он бы понравился.

«Может быть, я должна воспользоваться советом Джексона и привести Эндрю на годовщину моих родителей? Кого заботит, что такие действия противоречат моей двенадцатишаговой программе, если это заставит любопытных Варвар отстать от меня?»

От этой мысли меня заполнило чувство вины. Не следовать моей собственной программе означало, что я не полностью верю в нее. «Время приложить больше усилий для этого, никаких больше действий вполсилы».

В движении, которое вызвало бы у моей тети и мамы сердечный приступ, я потянулась за счетом, как только официант положил его на стол. Несмотря на убеждение старшего поколения, что всегда должен платить мужчина, в наши дни предложить оплатить – или, по крайней мере, разделить – счет было тем, что обычно делают на свидании. Парням моего возраста это, как правило, нравилось, даже если они не говорили об этом вслух.

– Я плачу в этот раз, – сказала я. – Я сама пригласила тебя на ужин.

– Нет, нет. Я настаиваю, – Эндрю положил руку поверх папки, не давая мне ее открыть, и я засчитала ему баллы за один сильный, уверенный жест.

По пути к выходу он даже положил руку мне на поясницу – если бы я наставляла его, я бы сказала: «Так держать!». Но затем я поняла, что моя кожа не гудит так, как когда ко мне прикасался Линк. Два противоборствующих потока мыслей столкнулись и образовали беспорядок в моей голове.

Эндрю помедлил на середине тротуара.

– Здесь есть неплохой бар парой кварталов ниже. Ты не хочешь выпить и немного посидеть?

– Конечно, – часть меня ненавидела, что я оказалась права, в то время как другой части это нравилось – в конце концов, предугадывать такие вещи было моей работой. Но еще одна крошечная часть меня жаждала чего-то более непредсказуемого.

Вот почему нам нравятся непредсказуемые парни, и именно поэтому так много женщин они нелогично притягивают. Неуверенность добавляет совершенно новый уровень к погоне. Непредвиденные награды порождают больше адреналина, и это значит более высокие максимумы.

Это также может означать и самые низкие минимумы.

Как развитый человек, я знала больше, чем того хотела. Но та часть меня, с которой мне иногда приходилось бороться, испытывала дрожь возбуждения относительно незнания, куда Линк поведет меня завтра вечером. Я ненавидела, что он был таким властным, но еще больше меня раздражал его командирский тон и отказ рассказать мне, что он запланировал.

Ранее днем, пока я раскладывала продукты, я позвонила ему, планируя продинамить нашу загадочную вылазку. Я волновалась, что наша дружба становилась слишком запутанной, и надеялась, что некоторое пространство поможет мне найти внутренний баланс и перестать чувствовать приступы сумасшествия или ревности.

Но где-то между раскладыванием молока и фруктов, он рассмешил меня, и мои тревоги растаяли. В итоге я струсила и, вместо того, чтобы продинамить, пытала его относительно деталей. Но он не выдал мне ничего, сказав лишь, что заберет меня в четыре и нужно одеть повседневное.

Когда я уже собиралась завершить звонок, он сказал:

– Подожди.

Я замерла, с одной рукой на телефоне и другой, сжимающей четыре упаковки йогурта.

– Я не могу разгадать пятьдесят два по вертикали. Тут сказано: «Парижская подружка».

– Проститутка, – сказала я, и его низкий смех наполнил мое ухо.

– Как ни странно, нет. Но, несомненно, тебе нужно представить меня твоим парижским подружкам.

Я закрыла дверцу холодильника и прислонилась к ней. Холодный металл освежал после дневной жары.

– Я не знала, что ты встречаешься с проститутками.

– Я не знал, что ты так наивна. Просто ты еще не встречалась с проститутками по-настоящему. Знаешь, все дело в том…

– Прощай, Линкольн.

– Мне нравится, когда ты используешь мое полное имя, – я затрепетала от хрипловатого и интимного тона его голоса, закрыла глаза и выпрямилась напротив холодильника. Хорошо, что рядом не было никого, чтобы засвидетельствовать мою полнейшую неспособность оставаться равнодушной к парню, у которого было так много сигналов опасности.

– Саванна?

Я заставила себя выбросить все из головы и вернуться в настоящее, в котором Эндрю держал для меня открытую дверь. «Черт побери, как я позволила себе настолько отвлечься?»

Затолкав все мысли о Линкольне в самые дальние уголки моего разума, я послала Эндрю улыбку и поблагодарила его, прежде чем зайти внутрь.

К счастью, «Крейн Бар» был довольно пустым, и нам не пришлось кричать друг другу во время разговора. Я так часто пила алкоголь за последнее время, что когда подошел бармен, я выбрала спрайт и клюкву вместо алкоголя. После того, как мы немного устроились, я спросила Эндрю о его целях. Во-первых, было правильно спросить об этом того, с кем вы рассматриваете возможность иметь отношения, и во-вторых, я надеялась найти у нас несколько общих целей. Или что его целеустремленность пробудит больше интереса с моей стороны.

– Ну, я надеюсь продвинуться на своей работе, пока не возглавлю весь кредитный отдел. Конечно, у меня будет дом в будущем, но не сейчас. Кредитные ставки намного меньше, если тебя есть большой первоначальный взнос. Ты не представляешь, какой большой процент добавляют банки за весь срок ипотеки.

«Математик равняется умному», – напомнила я себе, когда он рассказывал, как упорно боролся, чтобы получить низкую годовую процентную ставку на его кредит на машину и сколько в точности это сэкономило ему. «Хорош в финансах, и он, очевидно, заботится том, чтобы оставаться без долгов. Все качества хорошие».

Независимо от этого, у меня в мозгу была «тревожная кнопка», отведенная для математики, и если бы Эндрю еще больше разглагольствовал о числах, я бы вошла в режим выключения и оцепенелого кивания.

Эндрю взглянул на часы, заметив, что мы заказали наши напитки более десяти минут назад. Поскольку они еще не прибыли, он подошел к бару.

Мне хотелось желать его, просто потому, что он был хорошим парнем. Добрым. Благородным. Люди доверяли ему свои деньги, что доказывало, что он также был надежным и, скорее всего, честным.

«И хотя он попадает под многие пункты моего списка, он рассказал всего один анекдот в баре в ту ночь, когда мы встретились. Так что он точно не имеет полный «чувство-юмора» комплект, который я ищу». Мэйсон также не обладал этим качеством – единственный изъян в длинном списке его плюсов. «Ладно, это и переезд между штатами без меня». Но я была готова отказаться от чувства юмора, потому что он был щедрым, верным и очень амбициозным. Он смеялся над шутками, которые я рассказывала, так что он набирал несколько очков в юморе, даже если сам не заставлял меня смеяться.

«Линк заставляет меня смеяться». Подсказки к кроссворду каким-то образом превратились в повседневную шутку между нами, и на художественной выставке я смеялась больше, чем за все последнее время. «Мне просто нужно найти парня с комбинированными чертами Мэйсона и Линка. Все хорошее от двух парней смешается вместе, чтобы создать одного идеального парня».

Эндрю присел и взял меня за руку, возвращая мое внимание обратно к нему. И к тому факту, что его ладонь была немного влажной.

– Они извинились, что наши напитки готовятся так долго, и заверили меня, что они принесут их в течение нескольких минут.

– Ох. Хорошо, – я не смогла придумать, что бы еще добавить.

– Я хорошо справляюсь? – спросил он. – Лучше, чем прошлым вечером, так? Я до сих пор такой же, но… не такой взволнованный.

– Тебе не нужно нервничать. Как я говорила прошлым вечером, я клянусь, что не оцениваю тебя.

– Но если бы делала это… Скажи мне, что я, по крайней мере, получил бы тройку.

Дерьмо. Мы вернулись к нашим баранам, он снова желает оценки и советов от меня. Я практически хотела сказать ему, что беру почасовую оплату. Затем я подумала о шутке Линка о проститутках и улыбнулась.

Эндрю ухмыльнулся, подумав, что моя улыбка была для него. Мне хотелось, чтобы было так. Я не считаю, что химия должна перевешивать все остальное, но что-то же должно быть. Эндрю и я… скажем так, я чувствовала скорее половину искры. Волнение с нашего первого вечера так и не выросло, наоборот, оно уменьшилось.

Я осознала, что попытка заставить все работать с Эндрю – хотя это явно было не так – приводила меня в отчаяние.

«Дерьмо. Теперь мне нужно закончить это как можно более вежливо». Я не хотела разрушить его уверенность, но я также не хотела обманывать его.

– Эндрю, ты – отличный парень, и пусть даже ты получил бы 5 в области свиданий, не думаю, что мы имеем достаточно общего, чтобы поддерживать отношения.

Он отпустил мою руку и начал кивать.

– Большое спасибо за ужин, – я почти добавила неубедительный комментарий о том, что лучше быть друзьями, но этого точно никто не хотел бы услышать. Я бросила пару купюр на стол и встала. – Может, еще увидимся?

Все еще неубедительно, но это вырвалось. Я думала, он скажет что-нибудь, и приготовилась, неуверенная, в какую сторону это выльется – гнева или принятия.

Но Эндрю ничего не сказал, просто смотрел на меня с растерянным выражением. Тогда я подумала, что любое захудалое возражение было бы лучше, чем оставлять его в таком состоянии.

Глава 14

– Я так и знала, – сказала я, когда Линк свернул на парковку для поля Тернер. Игра Храбрецов начнется только после пяти, что объясняло раннее время встречи и повседневный дресс-код.

Когда Линк подобрал меня, то дал мне предполагаемую подсказку о цели нашей поездки, говоря, что это не только может помочь с моей работой, но и с его. Теперь я думала, может, он пытался пустить меня по ложному следу?

– Как посещение игры поможет в работе бармена? Ты сравниваешь обычных пьяниц с попойками бейсбольных фанатов?

Он припарковал свой автомобиль на открытом месте и заглушил двигатель.

– Это не для работы барменом.

– Следовательно, бейсбольный лагерь?

– Может быть, отдалённо. Это скорее для будущей работы, на которую я надеюсь.

То, как он говорил подсказками, оставляя пробелы, которые я должна была попытаться заполнить самостоятельно, делало его одним большим ходячим и говорящим кроссвордом. Таким же разочаровывающим, как и бумажная версия.

– Я думала, ты не собираешься больше играть в бейсбол.

– Это не касается игры. Теперь, игра должна быть веселой, – он распахнул свою дверцу. – Прекрати задавать так много вопросов, тогда мы сможем успеть устроиться и перекусить, прежде чем будет брошена первая подача.

Мне захотелось пнуть его, но я решила, что это было бы бесполезно. Кроме того, всплеск дофамина от фактора непредсказуемости вечера заполнил мой мозг, отвлекая меня счастливыми вибрациями. В конце концов, я раскрою тайну, даже если мне придется прибегнуть к грязным играм.

Линк и я направились на стадион и сделали быструю остановку у торговых палаток. С руками, полными начос, хот-догами и газировкой, мы шли вниз по мизерным железобетонным ступеням. Я не понимала, почему их не сделали немного больше и менее крутыми. Казалось, создатели стадиона хотели, чтобы люди кувыркались вниз с едой, достигнув нижней ступени в виде кровавой и покрытой сырным начос кучи.

Представленной мной картинки было достаточно, чтобы заставить крепче обхватить еду и добавить дополнительной осторожности к каждому шагу. Если мои ноги чувствовались слишком большими для этих ступеней, я удивлялась, как Линк управлялся со своими.

Места, к которым он вел меня, были отличными – близко к действу и прямо за сеткой. У него определенно были связи.

Я поставила мой напиток в подстаканник и разложила свою еду на коленях. Затем просканировала толпу, пришедшую на сегодняшнюю игру.

– Я уверена, здесь есть масса одиноких парней, но как я с ними познакомлюсь?

– Ну, ты много улыбаешься и откидываешь свои волосы…

Я наклонила голову и уставилась на него, но учитывая выскользнувший смех, сомневаюсь, что это выглядело так устрашающе, как мне хотелось.

Линк наклонился ко мне, опираясь предплечьями на подлокотник между нами.

– Варианты бесконечны. Ты можешь увидеть, кто из находящихся здесь испускает заинтересованные вибрации, до того, как они подойдут поговорить с тобой. Если такая девушка, как ты, положит на меня глаз, я определенно найду способ поболтать с тобой.

Мое сердце пропустило удар, и я быстро потянулась за своей газировкой, нуждаясь в разрыве зрительного контакта. Чертов дофамин. Я подумала, может, есть таблетка, которую можно принять. Вроде бета-блокатора для очаровывающих пикап-реплик и всплесков влечения от парней, в которых лучше было не влюбляться.

Опять же, именно для этого и была создана моя программа. Принимать пилюли было бы намного проще.

– Можно также понаблюдать за буфетом, если ты ищешь кого-то, кто любит сырный начос также сильно, как и ты… – Линк дернул подбородком в направлении моего начос – я оплатила дополнительную порцию, так что ни один чипс не остался непокрытым. – Пока ты медленно идешь сквозь толпу с едой, у тебя будет время пофлиртовать с холостяками. И если ты задержишься после игры, ты даже можешь получить шанс с бейсболистами, – Линк стащил один из моих чипсов и запихнул его в рот. – Но ты имеешь что-то против спортсменов, так что… – он пожал плечами.

– Это верно, имею, – сказала я, поднимая подбородок. – И спортсмены, которые беспрерывно разъезжают по разным городам, однозначно под запретом, – мой взгляд переместился к игрокам, принимающим поле, и чрезвычайно узким брюкам, которые так хорошо демонстрировали их активы, – но ты знаешь, я все же должна осмотреться вокруг и познакомиться с несколькими из них. В интересах исследования.

– Как профессионально с твоей стороны.

Я отмахнулась.

– Все что угодно ради моей работы.

Он расплылся в улыбке.

– Мм-хм. Затем, после твоего исследования здесь, мы поужинаем в буллпене. И если Храбрецы победят – что они сделают – то там будет полно радостных болельщиков, которые, увидев красивую женщину, будут спотыкаться друг о друга, чтобы приударить за ней. К концу сегодняшнего дня ты встретишь столько одиноких мужчин, что не будешь знать, что же с ними делать. Даже просто говоря об этом, я чувствую себя твоим сутенером.

Я рассмеялась и стащила несколько штук его горячего вареного арахиса, хотя я и смеялась над ним за их покупку. Как девушка с юга, я должна была любить его, но каждый раз морщилась, когда они направились в мой желудок. Угу. Прямо как слизняк, как я и помнила.

По ходу игры Линк становился все более и более оживленным. Его глаза загорелись, и он постоянно наклонялся вперед и бормотал ходы себе под нос. Он положил свою руку поверх моей и, с глазами, прикованными к питчеру, сказал:

– Сейчас будет крученый мяч. Смотри, как он бросает, и как он пойдет по кривой в последний момент.

Я наклонилась вперед, не спуская глаз с мяча, как Линк научил меня в бейсбольной кабинке. Мяч пролетел молниеносно, как белое пятно, но я заметила, как в одну секунду он летел прямо, а в следующую – уже ушел вправо.

Это не остановило бэттера (прим. бэттер – игрок нападения с битой, бьющий) от замаха, но мяч отскочил вверх и назад, приземляясь на фаул-территории (Фаул-территория – часть бейсбольного поля, расположенная с внешней стороны линий первой и третьей базы до ограждения).

– Откуда ты знаешь, как он собирается бросить, до того, как он сделает это? – спросила я.

– Смотри, как он стоит. Он пытается скрыть это от нас, потому что мы видим то же, что и бэттер, но я обращаю внимание на это, также как и кетчер (прим. Кетчером называют игрока обороняющейся команды, который находится за «домом» и спиной бэттера, но перед судьёй, и принимает мяч, поданный питчером).

Я сосредоточилась на кетчере, но не поняла, какой сигнал он подал питчеру.

– У тебя рентгеновское зрение?

Линк наклонился еще ближе, оставляя сущие дюймы между нами, и понизил свой голос.

– Не говори никому, но я – Супермен, – он выгнул бровь, разглядывая меня, будто пытаясь увидеть мою реакцию на его откровение. – О, и я также слишком долго анализировал игроков, поэтому могу сказать, как и когда они бросают. Но это, наверное, по большей части мои суперспособности.

Я посмотрела в его голубые глаза, заразительно искрящиеся юмором и счастьем.

– Мне бы больше понравилось, если бы у тебя не было суперспособностей, но думаю, что это все равно круто.

Линк не откинулся, как я от него ожидала, а продолжил удерживать нашу заговорщицкую позу, и недобрая улыбка изогнула его губы.

– Дай угадаю. Ты не встречаешься с супергероями.

Я сжала губы, решив сохранить серьезное выражение лица.

– Исключено. Слишком много сигналов опасности, – я положила подбородок на кулак и приблизилась к Линку настолько, что почувствовала запах его пьянящего одеколона и ощутила дыхание на моей щеке. – Я знаю, это прозвучит суперэгоистично, но мне нужен парень, который будет уделять внимание мне, не срываясь каждый раз к какой-то потаскушке в беде.

– Я бы определенно оставил другую женщину в опасности ради тебя.

Я попыталась сглотнуть, но это не уменьшило желания ответить ему взаимностью. Тем более что я была более чем осведомлена о каждом его мужественном дюйме.

– Я полагаю, что для этого и нужны друзья, – сказала я, выпрямляясь и доставая блокнот из моей сумочки. Спираль блокнота зацепилась за край застежки, и мне пришлось дернуть его, чтобы освободить. Открыв его, я написала «бейсбольная игра» под «мероприятие в книжном магазине», хотя это не то, о чем я могла бы забыть.

Я облизнула губы и сосредоточилась на поле.

– Ты был прав, это отличное место, чтобы найти ребят.

Линк чуть покачал головой, настолько незаметно, что я подумала, не показалось ли мне это, и переключил внимание на игрока Храбрецов, готовящегося отбивать.

«Исследование. Мне нужно сосредоточиться на исследовании». Я еще раз осмотрела толпу. Парни буквально окружали меня, и, судя по отсутствию колец на безымянных пальцах, многие были неженаты, и как могу догадываться, одиноки. Но они были настолько увлечены игрой, вопя требования игрокам и протестуя из-за решений судьи, что будет довольно трудно захватить и удержать их внимание. «Если я попытаюсь завести с ними разговор, запомнят ли они это?»

Теперь, оправившись от моего кратковременного гормонального сбоя, я решила провести эксперимент и протестировать на Линке возможность беседы во время бейсбола. Поскольку он был чрезмерно кокетлив весь день, я подумала, что было справедливо сунуть нос в историю его отношений и использовать это, чтобы напоминать себе, почему нельзя допускать прежнего флирта.

Я прочистила горло и постучала ручкой по блокноту.

– У тебя были серьезные отношения, пока ты был в Пенсильвании?

Легкий наклон головы показал, что он услышал меня, но его взгляд остался на парне с битой. Мяч взлетел в аутфилд (прим. Аутфи́лд – внешнее поле бейсбольной площадки). Левый полевой игрок побежал, и все затаили дыхание.

Затем он поймал мяч, и Линк выругался. Три аута, поэтому Храбрецы направились обратно к аутфилду.

Лишь когда я подумала, что моя попытка копнуть оказалась абсолютно безуспешной, Линк сказал:

– Я встречался с несколькими женщинами в Пенсильвании. Только с одной серьезно, но она, хм, не смогла выдерживать безостановочные поездки, о которых ты упоминала. Честно говоря, это, наверное, одна из причин, почему наши отношения продлилось так долго. Мы не очень хорошо ладили, когда проводили много времени вместе.

Сигналы опасности повсюду. Он встречался с ней, но так и не решил остепениться. Он не говорил о ней дурно, но отрывистые предложения показывали, что конец был безобразным. Мое сердце упало, хотя я знала, каким будет ответ.

– Ну, типа Темперанс?

Линк потряс головой, выглядя при этом смущенным, и потянулся за своей газировкой.

– Я никогда не встречался с Темперанс. Не по-настоящему. Мы флиртовали друг с другом, но она срывалась на мне всякий раз, когда видела меня с другими девушками – вроде того дня, когда я был с тобой. Я рассказывал ей, что ты и я были друзьями, чтобы предотвратить публичную ссору на территории кампуса. Но она никогда не была моей девушкой.

Хотя мне не нравилось, как Темперанс смотрела на меня, я ей сочувствовала. Я тоже была одним из его развлечений, и мне не нравилось видеть его с другими девушками, но я хотя бы сохранила чувство собственного достоинства.

Перед ним во всяком случае.

Было пролито бесчисленное количество слез, когда я плакалась об этом Иви. Впоследствии Линк перестал приходить в квартиру. Было слишком очевидно, что он избегал меня, беспокоясь, что я восприняла слишком серьезно нашу совместную ночь… И да, так и было.

Теперь это в прошлом. Главное, что мы вернули нашу дружбу. Стеб, забавные вылазки – этого было почти достаточно, чтобы заставить меня забыть паршивую часть нашего прошлого. Но я решила сделать еще одну попытку копнуть глубже, чтобы на этот раз внести 100% ясность. Или возможно, я просто хотела убедить себя, что не ошиблась ни тогда, ни сейчас.

Мой пульс колотился в висках.

– Так ты из тех парней, которые против серьезных отношений, да?

– Нет, нет, нет! – закричал он. Это не было ответом на вопрос. Наш шорт-стоп уронил мяч, и это означало дополнительную базу для другой стороны (прим. Шорт-стоп (англ. shortstop) – игрок защиты, находящийся между 2-й и 3-й базой).

Линк медленно повернулся ко мне, открыл рот, затем закрыл и выдал звук между ворчанием и фырканьем. Если бы я встречалась с ним, то никогда бы не задала ему подобный вопрос во время спортивного мероприятия. Большинство парней ненавидят это – очевидно Линк был из их числа. Но я хотела знать, и как я говорила, это был эксперимент. Может быть, он скажет больше, пока наполовину отвлечен. Вероятно, что он не пригласит меня на игру снова.

Острая боль пронзила меня при мысли об этом, что было нелепо, потому что я не могла назвать себя супер-заинтересованной в бейсболе – «вперед, хозяева поля» и все такое. Но мне понравилось, как Линк рассказывал мне про стиль подачи и как «загоралось» его лицо во время просмотра игры.

Как сейчас, когда его вниманием завладел следующий бэттер, подходящий к платформе. Он наклонился вперед, бормоча:

– Обходи его, обходи его.

Я должна понимать, чем чревато проводить столько времени с Линком. Даже зная о его бывших, мне хотелось забыть это, наклониться и сцеловать обеспокоенность с его лица.

Это сделало бы меня абсолютной лицемеркой.

Мои пальцы чесались, желая коснуться его подбородка. «Действительно ли так уж плохо быть лицемеркой?»

Я подумала обо всех женщинах, которые заплатили мне, чтобы дать им совет о свиданиях. Подумала о том, как много я прошла с тех пор, как Линк разбил мое сердце и оставил меня жить с этой болью в груди. Остаточная боль и предательство, которые я чувствовала много лет назад, восстали, напоминая, как сильно это сокрушило меня. Они были унылым напоминанием того, что это предательство оставило глубокий след, и я определенно не хотела испытывать подобную боль снова.

Так что я скажу клиенткам в моем положении? Благодаря многолетнему исследованию и преподаванию моей программы, мой мозг пролистал шаги и предложил нужный мне.

Шаг седьмой: Поймите разницу между кем-то, кто хочет встречаться с Вами и имеет реальный потенциал к отношениям, и тем, кто хочет простого перепихона.

Я понимала разницу. Линк – это парень-развлечение, который практически признал той ночью в баре, что заинтересован больше во временном веселье, чем в серьезных отношениях. Я не буду себя уважать, если, стоя перед классом, буду перечислять шаги, которые сама игнорирую.

Так что да, мое лицемерие может разрушить все.

Бэттер взял свою базу, и Линк посмотрел на меня решительным взглядом, очевидно, проверяя, решила ли прекратить этот разговор.

– Неважно. Забудь об этом, – сказала я, и он тяжело вздохнул, как будто на него давило 100 фунтов.

– Слушай, я никогда не был любителем ярлыков. Либо ты с кем-то, либо нет.

«Или ты стал таковым, когда решил, что так удобнее будет оправдать свое желание провести ночь или две с кем-то другим. Тогда девушка не может сердиться, ведь она сама согласилась не вешать ярлыков».

– Кстати, ты морщила лоб, как будто не согласна с тем, что я говорю, – сказал Линк, – но, по правде говоря, мне сложно сосредоточиться на разговоре пока идет игра. Мы можем поговорить об этом позже?

– Конечно, – «избегает темы разговора».

Игра стала более интенсивной, игроки быстрее бегали по полю, и мы несколько раз вскакивали на опасных моментах, крича и поддерживая их. Затем другая команда заработала еще три пробежки, и настроение изменилось, быстро превращаясь в мрачное.

Я пожевала соломинку моего напитка, так как газировки уже давно закончилась.

– Ты говорил, что мы победим.

– Мы собираемся выиграть, – сказал Линк. – Они еще нагонят, – но в его голосе не было достаточно уверенности. Я заподозрила, что невозможность выйти на поле заставляла его нервозно постукивать пальцами по ноге, сидя развязно, чтобы потом резко сдвинуться вперед. Похоже, Линку хотелось контролировать исход матча, и он ненавидел, что не мог ничего сделать.

Когда наш бэттер атаковал, я громко чертыхнулась, чем привлекла внимание нескольких людей вокруг. Линк покосился на меня, и один уголок его рта изогнулся вверх.

– Я… – я подавила вздох, – ну, я вдруг действительно заинтересовалась, и это все твоя вина.

– Я возьму на себя полную ответственность за это, – он положил руку поверх моей и сжал пальцами мою ладонь. Я знала, что должна высвободиться, но когда питчер дернул рукой, я стиснула руку Линка.

Удар биты разнесся по стадиону, и мяч полетел, полетел… через забор.

В следующий момент я уже была на ногах, подпрыгивая и крича вместе с остальной толпой. Было что-то заразительное в живой игре, и в том, что так много людей болели за один и тот же исход.

Волнение Линка только усиливало это ощущение.

«Все выше и выше», – думала я, убеждая себя, что взлеты дружбы менее опасны. Не хотелось признавать, что я нарушала собственные правила весь чертов день. А может даже с самого первого момента, когда Линк снова вернулся в мою жизнь.

Храбрецы вырывались вперед на два очка, и я провела большую часть конца девятого тайма, затаив дыхание. К третьему страйкауту головокружение успокоилось, но я использовала каждый вдох, чтобы праздновать нашу победу ликующими выкриками.

– Пойдем, – сказал Линк, схватив меня за руку и потянув по направлению к центру прохода. Я подумала, что мы собирались попытаться продвинуться вперед в толпе, чтобы добраться до стоянки настолько быстро, насколько возможно, но затем Линк потащил меня в другую сторону, подальше от выхода. Мы пошли по длинному коридору, и он показал значок массивному охраннику.

Охранник мгновение изучал его, затем кивнул и отступил в сторону. И мы вдруг очутились в раздевалке Храбрецов.

Глава 15

На мгновение я задумалась: расстроятся ли игроки Храбрецов, обнаружив девушку в их раздевалке? Думаю, я закрыла бы глаза, или по крайней мере, сделала бы вид, что закрыла, когда ребята выходили бы, одетые только в полотенца. Я леди, в конце концов.

Мое мысленное представление о раздевалке бейсболистов – металлические шкафчики и бетонный пол – было полностью разрушено увиденным. В действительности комнату обрамляли мини-шкафчики из светлого дерева, с подвешенной на рейках одеждой, пол покрывал коричнево-голубой ковролин, на стенах располагалась бейсбольная фреска, а напротив кожаных кресел и диванов висел телевизор.

В комнате все еще немного пахло потом, но это было из-за бейсболистов, заполняющих комнату наряду с журналистами.

Я ухватилась за руку Линка и приподнялась на цыпочках, чтобы мой рот был достаточно близко к его уху, и у него был шанс услышать меня.

– Я думала, ты шутил насчет знакомства и флирта с бейсболистами. Как ты получил сюда доступ?

– Временный пропуск журналиста, – сказал он. – Друг был у меня в долгу. Мне нужно задать игрокам несколько вопросов.

Я кивнула, словно все было нормально, и я не была сбита с толку. Игроки были полностью одеты, и не было похоже, что они принимали душ. Так что этот образ тоже был ошибочным, но уверена, что позже он будет более достоверным.

Прежде чем задавать игрокам вопросы, Линк меня представил, не забыв добавить, что я пришла с ним. Несколько раз я боролась с порывом пошутить об их «панталонах», но вряд ли они нашли бы это таким же смешным, как я, а мне не хотелось, чтобы Линка выгнали.

Он и мистер Питчер Крученый Мяч разговорились, а я слушала только половину из того, что они говорили, поэтому через несколько минут отключилась от разговора и огляделась.

Один из игроков поймал мой взгляд и сверкнул широкой ухмылкой. Я воздержалась от откидывания волос, но накрутила прядь на палец, когда улыбалась ему в ответ.

Линк положил руку мне на поясницу и прошептал:

– Он женат и, несмотря на это, известен своими адюльтерами. Я подумал, раз ты пресекаешь попытки женатых мужчин приударить за ничего не подозревающими женщинами, то должен, по крайней мере, предостеречь тебя.

Я быстро стерла кокетливую улыбку и отвела глаза.

– Верно. Ну, как я говорила, бейсбольные игроки… – я хотела закончить «не мой тип», но затем увидела одного из них, снимающего свои брюки. Исключительно мышцы и тело, созданное для бега и бросания.

Но когда я повернулась к Линку, все мысли исчезли из головы. Мое внимание сосредоточилось на его руке, все еще находящейся на моей пояснице, и его теле, которое было от моего на расстоянии дыхания. У меня было искушение проверить, что произойдет, если я потянусь к нему. Поскольку я точно помнила, как это чувствовалось – вспыхивать под ним.

Мне удалось не поддаться этому шагу, но, несмотря на то, что мой мозг говорил мне не делать этого, я положила руку на его бицепс, большим пальцем прослеживая изгибы.

– Ты получил свою таинственную работу?

– Да, я получил то, что мне нужно, – его рука сдвинулась на моей спине, и кончики пальцев излучали жар. – Ты готова идти, или тебе нужно еще построить глазки… эээ, делать исследования?

Я улыбнулась и сказала:

– И так нормально. В бар со всеми счастливыми болельщиками Храбрецов?

Как только я собралась убрать свою руку, мои пальцы наткнулись на шероховатый участок кожи. Мой взгляд опустился к морщинистому розовому шраму, и я увидела длинную линию под его локтем, от конца его бицепса до начала его предплечья.

– От операции?

Он сглотнул.

– Да.

– Трудно быть в раздевалке? Уверена, это вызывает много воспоминаний.

Линк огляделся.

– Это приходит и уходит как волны. Вначале, когда мы вошли, воспоминания захлестнули меня, но сейчас… – он посмотрел мне в глаза, и мое сердце пропустило удар, потому что я поняла, насколько сильно он боролся со своими эмоциями. Это напомнило мне вечер в колледже, когда он появился у моей двери с просьбой отвлечь его, сказав, что получил плохие новости.