Текст книги "Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка» (СИ)"

Автор книги: Сиана Келли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 16
Как высокомерные вампиры купаются в роскоши

Когда я поднялась по лестнице и добралась до парковки на Лендс-Энд, меня уже ждала машина. Водитель Клайва в тёмном костюме стоял у открытой задней двери.

– Мисс Куинн.

Он приглашающе наклонил голову в сторону машины.

Я скользнула на мягкие кожаные сиденья, и дверь за мной закрылась. Мужчина сел за руль, двигатель ожил. Проезжая по пустынной дороге, он взглянул в зеркало заднего вида. Огни приборной панели освещали тёмную кожу и тёмные глаза.

– Мисс Куинн, я Рассел. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте мне знать.

– Хорошо.

В последний раз, когда я сидела на этом заднем сиденье, я отчаянно пыталась не замёрзнуть. Теперь, однако, я смогла оценить салон – мягкая чёрная кожаная обивка, деревянные боковые панели, вполне возможно даже мини-холодильник. Я бы проверила, если бы не была уверена, что Рассел улавливает каждое моё движение, следя, чтобы я ничего не украла.

– Итак, куда мы едем?

– В дом Магистра в Пасифик-Хайтс.

Конечно, куда же ещё. Пасифик-Хайтс был анклавом для смехотворно богатых в Сан-Франциско. Каждый особняк стоил несколько миллионов, часто десятки миллионов.

В скором времени Рассел притормозил перед зданием, которое в лунном свете сияло, как белый мрамор. Мы остановились перед богато украшенными коваными железными воротами. Мужчина ждал у входа, пока Рассел опустит окно. Проверив, кто находится за рулём, он открыл ворота. Круглая подъездная дорога из тёмного сланца вела к резиденции. Портик возвышался над резными двойными дверями, в то время как нежные, цветущие ночью деревья окружали городской дворец.

Дома в Сан-Франциско не имели больших дворов. Пасифик-Хайтс не был исключением. Дома, хотя и впечатляющие, занимали большую часть собственности, оставляя только небольшие боковые и задние дворы.

Однако поместье Клайва было исключением из этого правила. Это была трёхэтажная архитектурная жемчужина, которая напомнила мне особняк Спрекельса[14]14
  Особняк Спрекельса был построен около 1912–1913 годов и представляет собой классический французский особняк, расположенный в районе Пасифик-Хайтс


[Закрыть] в нескольких кварталах отсюда. Высокие каменные стены окружали участок, который мог похвастаться холмистыми лужайками, ведущими вниз к следующей улице. Его дом занимал городской квартал в городе, где каждый дюйм недвижимости стоил заоблачных денег.

Мужчина, который, судя по всему, был настоящим дворецким, открыл двойные двери, высотой не менее двух с половиной метров. Он кивнул Расселу, а затем натянуто сообщил мне:

– Хозяин внизу с заключённым.

Рассел поблагодарил его и пошёл впереди. Вестибюль был выложен из белого мрамора с прожилками чёрного и серого, посередине стоял большой круглый стол с массивной цветочной композицией. По обеим сторонам тянулись изогнутые лестницы, ведущие на второй, а затем на третий этажи. Я знала, что Рассел двигался быстро, но мой взгляд был прикован к потолку. Купол из цветного стекла возвышался на двенадцати метрах над мраморным полом. Свет, должно быть, падал на него с крыши, потому что стекло светилось, несмотря на ночное небо.

Я не хотела слишком сильно отставать, но я вертела головой из стороны в сторону, пытаясь всё увидеть. Дом Клайва был необыкновенным. Рассел обогнул большой круглый стол и исчез в дверном проёме, скрытом цветами. Я вошла через мгновение спустя и обнаружила, что следую за ним по коридору, который вёл вглубь имения, хотя и окольным путём. Коридор заканчивался закруглённым дверным проёмом, который открывался на каменные ступени, ведущие вниз. Настенные канделябры недостаточно освещали тёмный коридор. Я едва видела белоснежный воротничок рубашки Рассела в свете факела, пока спускалась по ступенькам.

Тёмная лестница привела в гостиную, декор которой отражал откровенную роскошь. Я не ожидала увидеть персидские ковры и картины Дега в подвале. Похоже, так купаются в роскоши высокомерные вампиры.

Я последовала за Расселом по соседнему коридору и, миновав закрытые двери, мы остановились у последней комнаты. Он открыл дверь. В комнате не было мебели, если не считать металлического складного стула, на котором сидел Итан, связанный верёвками, а Клайв и два его вампира стояли вокруг него. Все четверо обернулись на звук открывшейся двери. Я не рванула прочь, но была близка к этому.

Я узнала одного из вампиров. Однажды он заходил в бар с Клайвом. А второго я ни разу в жизни не видела. Женщина, светловолосая, миниатюрная и смертельно опасная на вид, и вот она показалась мне почему-то знакомой. Вампиры оставались с каменными лицами. Только Итан казался одновременно отчаявшимся и раскаявшимся, язык его тела кричал о подчинении.

– Сэм, – сказал Клайв. – Это Уильям и Летиция, – сказал он, указав на вампиров. – Пожалуйста, присоединяйся к нам. Итан поведал нам кое-что интересное.

Итан издал рвотный звук.

– Или, я бы сказал, его неспособность ответить на некоторые вопросы была весьма поучительной.

Итан боролся с путами, его лицо было потным и болезненным.

– Это был не я. Я видел, как я это делаю, слышал слова, слетающие с моих губ, но это был не я. Ты должен отпустить меня, прежде чем...

Вместо слов послышались сдавленные звуки.

– Я пытался провести его через историю, меняя тактику всякий раз, когда он начинал задыхаться. Похоже, ему запретили делиться информацией. Это очаровательно, – Клайв жестом подозвал меня поближе. – Всё, что нам удалось выяснить, это то, что его послали искать тебя. Он говорит, что не знает, зачем. Учитывая характер его рвотных позывов, я ему не верю.

– Альфа способен такое сделать с членом стаи, запретить ему что-то говорить, – предложила я. – По крайней мере, я слышала, что это так работает.

Клайв кивнул.

– Магия волчьих стай необычна, – Он указал на Итана. – Не могла бы ты прикоснуться к нему, пожалуйста? Я проверяю теорию.

Я не хотела выглядеть нервозной перед вампирами Клайва, поэтому подошла к Итану и положила руку ему на щёку. Перемена произошла мгновенно. Он зарычал и огрызнулся. Если бы мои рефлексы не были такими же быстрыми, как у него, я бы не досчиталась пальцев. Напрягая мышцы, он яростно боролся со своими оковами. Низкое, сердитое рычание эхом отражалось в холодной каменной комнате.

– То, что контролирует его, всё ещё сидит в нём, притаилось и ждёт возможности действовать, – Клайв коснулся моего локтя, желая отстранить меня подальше от оборотня. – Вот почему я хотел, чтобы ты приехала. Мне нужно было увидеть, как он отреагирует на свою цель. С нами он показывал раскаяние и был смущён, не в состоянии объяснить, кроме как заверить нас, что он не знает, что произошло. Я знал, что он лжёт. Однако я не знал, осознаёт ли он, что лжёт. Он подчиняется приказам или одержим? Ответ на этот вопрос ведёт нас в разных направлениях.

– Если он одержим, не слушает ли нас кто-то сейчас через него?

Пожалуйста, пусть это будут не демоны. Я не хотела снова препираться с ними.

– Кто бы там ни был, он некоторое время наблюдал и слушал. Я мог бы убить сосуд, но это не поможет нам обнаружить, кто скрывается за его глазами. Мы дадим ему немного времени. Голодного волка легче сломить.

И вот именно поэтому было хорошо иметь Клайва на своей стороне. Вместо того чтобы просто убить врага, он пытался выследить колдуна через связь, которая была установлена с Итаном. Этот парень очень хитрый.

Клайв мгновение изучал Итана, а затем сказал:

– Уильям, боюсь, что ты должен продолжать нести караул. Летиция, ты можешь вернуться к своим обычным обязанностям.

Клайв вывел меня из комнаты. В коридоре стоял Рассел, прислонившись к стене в ожидании. Увидев Клайва, он выпрямился и склонил голову, пробормотав:

– Хозяин.

Рассел последовал за нами по коридору и поднялся по каменным ступеням на первый этаж. Клайв повернул в противоположную сторону от входной двери.

Мы оказались в двухэтажной библиотеке, которая посрамила бы библиотеку из "Красавицы и Чудовища". Я остановилась, просто остановилась. Я не могла пройти мимо огромного количества книг. Его библиотека, должно быть, в четыре раза больше моего книжного магазина. Мне ничего так не хотелось, как времени и свободы, чтобы подняться по лестницам и осмотреть полки.

Клайв обернулся. Заметив выражение моего лица, он покачал головой, усмешка тронула уголок его рта.

– Рассел, мне нужно ввести тебя в курс дела. Сэм, ты можешь исследовать библиотеку, но сначала мне нужно как следует вас познакомить.

– О, мы встречались, – я взглянула на мужчину, стоявшего рядом с Клайвом. – Он привёз меня сюда.

– Да, я знаю, – Клайв подошёл к тёмному столу красного дерева. – Я хочу сказать, что хотел бы, чтобы вы познакомились поближе. Сэм, Рассел мой заместитель, моя правая рука.

Рассел вздрогнул от этих слов.

– Расселу неудобно, что я сообщил кому-то за пределами ноктюрна о его статусе. Он предпочитает, чтобы другие считали его кем-то вроде слуги, чтобы никто не ожидал его приближения.

Рассел прочистил горло.

– Это очень важно, мой друг, – Клайв повернулся ко мне. – Если у тебя неприятности, если я тебе нужен, но ты не можешь меня найти, найди Рассела. Большинство вампиров не стали бы лить воду на горящего волка, если только жара не доставляла им неудобство. Рассел не такой как все. Я доверяю ему защищать тебя, как доверяю ему свою жизнь.

Рассел поклонился.

– Сеньор.

– Хорошо. Сэм, ты можешь присоединиться к нам, но если ты предпочитаешь…

Он наклонил голову в сторону полок.

– Книги зовут. Я должна завести друзей.

Клайв усмехнулся.

– Именно так я и предполагал.

Я старалась не бежать, но поспешила к полкам. У Клайва здесь было всё. И, о, маленькие латунные бирки, ввинченные в деревянные полки, давали обзор заголовков тем. В первом шкафу, к которому я подошла, стояли книги по мировым религиям, потом мифология и народные сказки. Некоторые книги были старыми и потрескавшимися, другие – новыми и хрустящими. У меня закружилась голова, когда мои пальцы коснулись корешков. Я слышала тихий шёпот голосов на другом конце комнаты, но мне было всё равно. Меня окружали всевозможные книги. Сам объём мыслей и воображения, содержащихся в этой комнате, заслуживал уважения.

Я поднялась по лестнице к Бронте и вытащила первое издание «Джейн Эйр». Я держала книгу, как хрупкого птенца. Оглядевшись по сторонам, надеясь, вопреки всему, что у него тут было, я заметила место у окна. Там даже были шторы, затянутые лентой. Я прошла мимо Клайва и Рассела, которые обсуждали вечеринку вампиров, посещающих город, и забралась на подоконник, задернув шторы. Сидение было размером с двуспальную кровать, с подушками и подушечками. Тяжёлые портьеры приглушили голоса мужчин.

Вид из окна захватывал дух. Большой фонтан доминировал в части внутреннего двора, которую я могла видеть. Деревьями и цветущими кустарниками был усеян весь сад, который простирался до нижней части участка. Поместье Клайва находилось на вершине холма, и благодаря этому я видела остальную часть города, раскинувшуюся вдалеке за стенами, огни, сверкающие в темноте, туман, катящийся по заливу, мост, казавшийся карликом отсюда.

На стене напротив меня висел канделябр. Я подняла глаза и, конечно же, на потолке был ещё один светильник. Пошарив вокруг, я нашла хитро спрятанную кнопку, которая включила его. Сиденье у окна залило тёплым светом. Я взбила подушку и устроилась поудобнее, а затем открыла первую страницу.

С тех пор как я была маленькой и впервые прочитала "Джейн Эйр", мне хотелось иметь собственное место у окна, такое же, как у Джейн, место, где можно читать и прятаться, вдали от реального мира.

Джейн только что приехала в Ловуд, как вдруг шторы были раздвинуты, и Клайв сел рядом со мной. Мои ноги были подогнуты, и я начала выпрямляться, но Клайв похлопал меня по колену, давая понять, что всё в порядке. Он оставил руку на моей ноге и огляделся.

– Значит, тебе это нравится?

– Нравиться? – я приткнула страницу в книге, чтобы не потерять место, где читала. – Это самая совершенная комната, когда-либо созданная. Если честно, мне было интересно, сможем ли мы вернуть строителей, чтобы создать туннель от "Убиенной Овечки" до этого места у окна. Обещаю не шуметь и никого не беспокоить. Другие вампиры даже не узнают, что я здесь. Просто запри библиотеку на ночь... нет, на день, и я буду довольствоваться тем, что буду бродить и читать.

– Хорошо, – он сжал моё колено, а потом убрал руку. – А теперь, поскольку я не хочу портить тебе впечатления об этом месте, нам, вероятно, следует сменить обстановку. Мне нужно поделиться с тобой тем, что узнал Рассел.

– Ох.

Звучало не очень хорошо. Я огляделась в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве закладки.

Клайв выхватил книгу из моих рук и положил её открытой на моей странице, книжным блоком на сиденье.

– Нет! Это первое издание. Ты ослабишь переплёт.

– Тогда, полагаю, тебе нужно будет скорее вернуться, чтобы продолжить чтение, не так ли?

ГЛАВА 17
Сколько врагов может быть у одного книжного ботаника?

Поездка домой была менее захватывающей, учитывая тему обсуждения.

– Ты уже семь лет как живёшь тихой жизнью в городе. И вдруг и дня не проходит, чтобы кто-то не пытался тебя убить, – Клайв изучающе посмотрел на меня. – Дело не только в волках. Они не могут заманить тебя в ловушку видений. Я не уверен, со скольких направлений идут атаки. Что послужило причиной всего этого?

Пожав плечами, я дала единственный имеющийся у меня ответ.

– Кулон? Я потеряла защиту своей матери, и начался настоящий ад.

Я засунула руки в карманы толстовки.

– Рассел, сделай, пожалуйста, потеплее.

Я выпрямилась.

– Я в порядке. Просто чувствую, будто на меня указывает огромная неоновая вывеска. "Незащищённая Идиотка, Готовая быть Убитой: Применять внутрь".

– Ты однозначно не незащищённая, – сказал Клайв.

– Мистер Клайв присматривал за вами с тех пор, как вы переехали в Сан-Франциско, мисс Куинн.

Рассел поймал косой взгляд, который я бросила на Клайва, и рассмеялся.

– Не таким образом. Мистер Клайв...

Рассел взглянул на Клайва в зеркало заднего вида в поисках одобрения, и тот продолжил вместо него:

– Пожалуйста, Рассел, брось Мистера. Я чувствую себя учителем начальных классов, когда ты меня так называешь.

Я фыркнула от смеха.

– Я думала о том же самом!

Клайв закатил глаза, устраиваясь поудобнее, чтобы поговорить со мной.

– Рассел вёл себя уважительно, хотя и неловко. Отсутствие уважения равносильно открытому объявлению войны между вампирами. Рассел, с волками это гораздо менее важно. Когда Сэм с нами, ты можешь говорить со мной так, как ты говоришь, когда мы одни.

Взгляд Рассела метнулся к отражению Клайва в зеркале.

– Понимаю.

– После разговора с тобой я попросил Рассела провести некоторое расследование твоего прошлого и происхождения. В записях о рождении твоя мать значится как Бриджит Кори Куинн.

– Да, – по крайней мере, я это помнила.

– Твой отец значится как Майкл Куинн, брат Маркуса Куинна, сын Александра Куинна, первого Альфы стаи гор Санта-Круз.

– Подожди. Связаны ли мы с Куинном из той истории, которую я исследовала о первом оборотне?

Почему мама никогда не говорила мне об этом?

Клайв кивнул.

– Вероятно. Линия волков Куинна восходит к самому началу. Они пришли в Новый Свет в 1700-х годах, когда местные фермеры были сыты по горло и начали охотиться и убивать всех по очереди. Насколько мы знаем, все они рождались волками мужского пола. Мы считаем, что ты первая женщина, и это может быть связано с тем, что у тебя мать ведьма.

– Это подтверждено? Она определённо была ведьмой?

У меня не было возможности снова навестить Уле, чтобы исследовать ведьм.

– Да, – сказал Рассел. – Я поговорил с несколькими источниками, и все они подтверждают, что твоя мать была ведьма из рода Кори.

– Но почему ты думаешь, что я рождённый волк? Они чрезвычайно редки, и я никогда не проявляла никаких симптомов до самого нападения.

Всё это не имело смысла.

– Женщин-волчиц очень мало. Если мы говорим о рождённых волчицах, то ты, возможно, уникальна, – Клайв вытащил мой кулак из кармана толстовки и заключил его в ладони, нежно обводя пальцами, пока я не разжала руку. – Из того, что мы прочитали, большинство женщин не выживают после превращения. Есть много предположений о том, почему, но даже эксперты не единодушны. Дело в том, что, несмотря на то, что твоё обращение и было фантазией садиста, ты выжила. И постарела.

Да. Я читала, что оборотни не стареют после своего обращения, и всё же я явно постарела. Я не знала, что с этим делать, и книги, которые я нашла на эту тему, не помогли. Я могла бы позвонить дяде и спросить, но я едва знала его. На меня напали, когда я находилась под его защитой, а затем отослали, чтобы я смогла выжить или не выжить самостоятельно. Отправка ему денег каждый месяц было пределом наших отношений. К сожалению, это означало, что я слишком мало знала о том, кем я была.

– Если тебя обратили в семнадцать, – продолжил Клайв. – Ты всё ещё должна выглядеть на этот возраст. Но ты продолжаешь взрослеть. Насколько я понимаю, рождённые волки стареют, пока не достигнут расцвета, а затем физически остаются такими до самой смерти.

Рассел подъехал к лестнице, ведущей в бар, и выключил двигатель.

– Ты с детства носишь защитный амулет своей матери. Возможно, цель была не только в том, чтобы спрятать тебя. Возможно, это также было сделано для того, чтобы приглушить твои унаследованные черты. Нападение семь лет назад, похоже, пробудило гены оборотней. Теперь, когда кулон исчез, будет интересно посмотреть, проявишь ли ты магию своей матери.

* * *

Я едва ли поспала. Мне всё время снились тёмные коридоры и злобные оборотни, которые прятались за каждым углом. Это был один из тех ужасных снов, в которых я только и делала, что бегала от одной угрозы к другой. Я проснулась в поту, простыни обернулись вокруг моих ног.

Приняв душ и открыв обереги, я оставила сообщение Уле, чтобы узнать, когда я смогу снова посетить его архив. И я вытащила книги по колдовству с полок моего книжного магазина, решив поискать любые ссылки на Кори-ведьм.

Когда солнце село, зазвонил телефон.

– Убиенная Овечка, Сэм слушает.

– Мисс Куинн, это Рассел. Клайв попросил меня позвонить вам. Члены стаи Бодега-Бей попросили разрешения посетить город. Альфа должен быть с ними. Клайв подумал, что вы, возможно, захотите поговорить с ними.

– Они придут сегодня вечером?

– Да. Впрочем, время кажется подозрительным, но это не необычная просьба. Я проверил наши записи. Последний раз они были в городе шесть недель назад. Мы направили их в ночной клуб, подконтрольный вампирам, к югу от Рынка. Вы будете защищены.

– Он прав. Я действительно хочу поговорить с ними. Мы не знаем, кто вторая женщина, которую мы вытащили из океана. Она может быть членом их стаи.

Я хотела, чтобы её тело вернули людям, которые её знали.

– Нынешний Альфа уже давно за главного, – сказал Рассел. – Возможно, у него есть для вас информация, которую мы не смогли найти в юридических документах, о вашем отце.

– Хорошая мысль, – я посмотрела в окно на розовые отблески заходящего солнца, отражающиеся от воды. – Разве вы не должны сейчас всё ещё дремать?

– Клайв заедет за вами сегодня в десять вечера.

– Понятно. Хотя всё ещё удивляюсь, что ты не спишь.

– Вы многого о нас не знаете, мисс Куинн.

Щелчок.

Если не считать пьяного пикси, который регулярно разражался песнями, предпочитая мелодии шоу 1950-х годов, вечер, к счастью, прошёл без происшествий. Я набралась смелости, но подождала, пока Оуэн почти полностью закончил работу, прежде чем потащила его на кухню, где Дейв готовил пад-тай с креветками.

– Вон отсюда! – взревел Дейв.

– Мы будем вести себя тихо и не будем тебе мешать, – прошептала я, подталкивая Оуэна к двери в свою квартиру. – Мне нужна твоя помощь.

Он ждал объяснений.

– Клайв, – я неопределённо указала на бар, сама не зная почему. – Сегодня вечером мы должны пойти в какой-то ночной клуб на юге от Рынка, чтобы поговорить с волками из стаи Бодега-Бей.

Он кивнул.

– Хорошо, и…

Я развела руками, показывая на свою одежду.

– У меня нет одежды для ночного клуба.

Дейв фыркнул.

Оуэн двинулся, загораживая Дейва от моего взгляда.

– Понимаю. Используешь Оуэна за его непревзойдённое чувство моды, но отказываешься давать ему какие-либо сексуальные вампирские подробности. Неужели у нас такая односторонняя дружба, Сэм?

– Какие сексуальные вампирские подробности? У меня их нет.

– В последнее время ты проводишь много времени с Клайвом. Ходят слухи, – он схватил печенье с холодильника и откусил кусочек. – Всё, что я говорю, это то, что, если и когда есть сексуальные вампирские подробности, которыми можно поделиться, я ожидаю, что меня проинформируют.

Он был прав. Я так долго держалась в стороне и одиночестве, перемены происходили так постепенно, что я пропустила их. Оуэн был моим другом. На самом деле, чем больше я думала об этом, Дейв был тоже. Посмотрите на меня! Два друга.

Я улыбнулась.

– Когда он поцеловал меня, мой мозг отключился. В буквальном смысле я отупела от поцелуя.

– Я так и знал! До меня доходили слухи об их доблести в постели, – он махнул рукой. – C'est la vie[15]15
  C’est la vie (фр.) – Такова жизнь


[Закрыть], у меня есть Джордж, который, кстати, чертовски горяч. Не позволяй этому тихоне-деревенщине одурачить себя. Ладно, давай найдём тебе какую-нибудь одежду.

– Подожди. Дай-ка я проверю, – я пробежала по кухне и нырнула в дверь бара. – Кому-нибудь что-нибудь нужно?

Услышав бормотание "нет", я повела Оуэна в свою квартиру.

Он прошёлся по гостиной, оценивая вещи.

– Мило.

Я никогда раньше не приглашала его войти. На самом деле я никого не приглашала. За исключением Клайва, конечно. Это было странно, но приятно – делиться с ним частичкой себя.

Он распахнул дверь моего шкафа, повернулся ко мне, затем снова к шкафу.

– Это что, шутка?

– Что?

– Почему у тебя в шкафу стопки коробок с надписями "Книги"? Где твоя одежда?

Я указала на комод у противоположной стены.

– Вся твоя одежда хранится в четырёх ящиках?

Я сосчитала на пальцах.

– Носки и нижнее бельё, джинсы и футболки – они занимают два ящика, свитера и толстовки. Всё.

Он оглядел меня с ног до головы.

– Я-то думал, это просто дерьмовая одежда, которую ты носишь на работу. Я не знал, что это весь твой гардероб.

Я смущённо пожала плечами.

Он быстро обнял меня.

– Прости. Шок и слишком мало сна повлияли на мои фильтры. Это полностью поправимо, – с минуту он смотрел в пространство. – У меня есть идея, – он снова направился к двери квартиры. – Убедись, что я смогу вернуться! – крикнул он, уходя.

– Оуэн может войти.

Я открыла ящик и уставилась на свои дурацкие футболки. Я влипла.

Услышав странный шум, я вернулась в гостиную. Оуэн осторожно просунул руку в открытую дверь и помахал ею, прежде чем вошёл.

– Спасибо. Я просто боялся пройти через них, опасаясь, что обереги метнут меня через всю кухню.

В руке у него был шарф и маленькая цветастая сумочка.

– Я сомневаюсь, что эта сумка мне подойдёт.

– Ха-ха, ты не веришь, – он хлопнул в ладоши. – Давай сделаем это. Сначала иди и приведи себя в порядок.

Он подтолкнул меня в сторону ванной, а сам направился прямо к моим ящикам с одеждой. Он крикнул через плечо, вытаскивая джинсы:

– Воспользуйся тем средством для мытья тела, которое я подарил тебе на день рождения. Ты будешь так хорошо пахнуть, что никто не заметит, во что ты одета.

Когда я вышла из душа, он разложил для меня одежду на кровати и немного косметики на комоде.

– Где, чёрт возьми, ты нашёл косметику?

Оуэн усмехнулся.

– Ты можешь не краситься, но многие женщины это делают. Я просто позаимствовал несколько вещиц у твоих постоянных клиентов. Они были рады помочь.

Я сгорбилась. Отлично, теперь все знают, что я жалкая лохушка.

Оуэн сочувственно улыбнулся мне.

– Это совсем не то, о чём ты думаешь. Я украдкой попросил нескольких женщин о небольшом одолжении. Они были рады помочь и обещали не говорить ни слова.

Я всё ещё дулась, поэтому Оуэн погладил меня по макушке.

– Они любят тебя, Сэм, и хотят помочь всем, чем ты им позволишь. Улыбнись. Скажи спасибо. Пусть они почувствуют себя хорошо. Ладно?

Я вела себя как ребёнок.

– Хорошо, так что мне надеть?

– Что ж, давай посмотрим правде в глаза. Твой гардероб ужасен даже для десятилетнего мальчика. Я нашёл сказочно потёртые джинсы. Это не праздничная одежда, но сомневаюсь, что мне есть с чем работать.

Я посмотрела на джинсы.

– Нет, они слишком узкие и с дырками на коленях. Я просто храню их чистыми.

– Ты, кажется, путаешься в теме соответствия. Джинсы, которые ты обычно носишь, как минимум на два размера больше. Эти, – он поднял мою старую потрёпанную пару, – сядут на тебе идеально, и я добавил ещё несколько стратегически расположенных отверстий.

Он развернул джинсы и показал мне, что нанёс порезы на протёртой ткани сзади, так что теперь там, прямо под ягодицами, было два вентиляционных отверстия.

– Это непристойно!

– Нет, это сексуально, – он бросил на меня раздражённый взгляд. – Поверь мне, Сэм. Ты будешь выглядеть сексуально, и они выстроятся в очередь, чтобы потанцевать с тобой.

Я посмотрела на верхнюю часть кровати.

– Откуда это взялось? Ты одолжил у кого-то топик?

Какого чёрта? Он раздевал моих клиентов?

– Нет, глупышка. Я купил тебе этот топ в прошлом году. Помнишь?

Я поморщилась.

– Да, да, я знаю. Ты ни разу его не надевала. Я нашёл его на дне твоего комода. Он идеален для сегодняшнего вечера.

Он сунул мне в руки джинсы и топ вместе со стрингами и повёл меня обратно в ванную, чтобы одеться.

– Откуда взялись стринги? И мне нужен лифчик.

Я не носила чужое нижнее бельё. Я подвела черту под заимствованием нецензурных слов.

– Проклятье, ты даже не заглянула в коробку, которую я тебе дал. Стринги были под топом.

– Мне всё ещё нужен лифчик.

– Он тебе не нужен с этим топом.

Я не была идеально сложена, но и не была одной из тех женщин, которые были достаточно изящными, чтобы ходить без лифчика и не чувствовать себя неловко.

– Топ имеет встроенную поддержку. Поверь мне, – он пихнул в ванную и закрыл дверь. – Просто оденься, Сэм.

Я сняла халат и начала одеваться. Было жутко. Я чувствовала себя голой, но с танкеткой[16]16
  Танкетка – это акт насильственного подтягивания трусов человека вверх со спины. Этот акт часто выполняется как школьная шутка или форма издевательства.


[Закрыть], что было неправильно во многих отношениях. Джинсы теперь были особенно продуваемы сквозняками, с дырками на заднице, да ещё и ничего не закрывающие стринги. Топ был чёрным, с длинными рукавами и сидел как вторая кожа. Оуэн был прав. Там была встроенная поддержка, и у волков всегда были задорные сиськи, но мне казалось, что было очевидно, что я без лифчика. Я посмотрела на себя в зеркало, чувствуя себя неловко в такой облегающей одежде.

Оуэн постучал.

– Давай, давай посмотрим.

Я открыла дверь, Оуэн просто уставился на меня.

– Срань господня, ты выглядишь сексуально.

Он схватил с кровати тонкий цветастый шарф и обвязал его вокруг моей талии в стиле саронга. Он повозился с топом, подтянув его вверх, так что открылась пара сантиметров кожи, а это означало, что несколько сантиметров шрамов были выставлены напоказ.

Я потянула топ вниз и заправила его обратно.

– Нет, нет, нет.

– Если бы у меня был такой живот, как у тебя, я бы каждый день ходил без рубашки.

Я посмотрела на него.

– Хорошо, пусть будет так. Повернись, чтобы я мог сделать тебе причёску и макияж.

– Откуда ты знаешь, как всё это делать?

– Сёстры. Их было трое. Либо учись, либо никогда не заходи в ванную.

Он сделал мои зелёные глаза дымчатыми, а губы тёмно-красными. Распустил мои волосы и оставил их так. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз делала что-то, кроме мытья и завязывания волос в хвост. Теперь они доходили мне до поясницы. К счастью, я унаследовала густые волнистые золотисто-каштановые волосы отца, а не тонкие чёрные волосы мамы. Эй! Я кое-что вспомнила о маме. Она часто жаловалась, что у неё тонкие волосы, когда расчёсывала мои.

Пять минут спустя Оуэн объявил себя гением, и я была готова к выходу. Я натянула кожаную куртку и направилась к двери.

– Подожди.

Оуэн надел ожерелье мне через голову. Это был кулон с изображением воющего волка. Хелена, ведьма, которая приютила меня, когда я впервые приехала в Сан-Франциско, подарила мне его много лет назад. Он казался серебряным, но был из белого золота.

– Это дерзко. Ты должна его оставить.

Когда я прошла через кухню, Дейв замер, а затем глубоко вздохнул.

– Чёрт. Клайв тебя видел?

Я посмотрела на себя, нервничая.

– Так плохо?

Он ухмыльнулся и покачал головой.

– Ах, нет, – он вернулся к готовке. – Проследи, чтобы эти волки держали свои руки при себе, иначе они могут их потерять.

– То, что на мне надето, неуместно?

– Для клуба южнее Рынка? Чёрт, нет. Я говорю, что Клайв оторвёт руки, если кто-то будет хватать тебя, – он снова вернулся к перемешиванию содержимого своей сковороды. – Постарайтесь не замутить никакую межвидовую войну.