Текст книги "Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка» (СИ)"

Автор книги: Сиана Келли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 26
Никогда не подкрадывайся к вампиру

Я не должна была бы считать Клайва пугающе суперсексуальным, но, чёрт возьми. Он выпрямился, его рубашка выпущена из брюк, и у меня пересохло в горле.

Неуверенно и колеблясь, я подошла к нему и протянула руку к его щеке.

– Я не хотела тебя напугать.

Он накрыл мою руку своей и закрыл глаза.

– Очевидно, у нас обоих сегодня были трудные моменты.

Я опустила руку, но он не отпустил её. Мы стояли посреди его спальни, держась за руки. Его комната была даже больше моей, обитая тёмным деревом, кровать застлана темно-серым бельём. На стенах висели простые чёрно-белые рисунки тушью.

– Итак, – сказала я, оглядываясь на проход между комнатами. – Я останусь в боковой части апартаментов?

Он подавил смех, качая головой.

– Нет.

– Ты уверен? Потому что я узнаю эту обстановку по историческим любовным романам. У герцога, или графа, или кого там ещё есть своя комната с дверью, примыкающей к комнате его дамы. Такая обстановка облегчает супружеские визиты, в то же время держа её подальше от его пространства.

– Если ты правильно помнишь, я хотел, чтобы ты осталась здесь со мной. Ты попросила комнату для гостей.

– И получила комнату в боковой части.

– Здесь нет места для боковой части.

То, как он произнёс "боковой части" с оскорблённым британским акцентом заставило меня фыркнуть и рассмеяться. Он закатил глаза, которые вновь стали привычного тёмно-серого цвета.

– Пойдём, – сказал он, ведя меня в свою гостиную. – Не хочешь что-нибудь выпить?

– У тебя есть шоколадное молоко?

Его лицо стало пустым.

– Нет. Полагаю, у нас нет.

– Облом.

Прищурившись, он указал мне на диван в серую и чёрную полоску.

– Ты действительно хочешь, чтобы я послал кого-нибудь за шоколадным молоком, или ты издеваешься надо мной?

– Клайв, отсутствие доверия причиняет боль.

Сбитый с толку, он выглядел очаровательно.

– Так я и думал. Хочешь, я пошлю за чаем?

– Ты можешь гарантировать, что туда не плюнут?

Вампиры хотели убить меня. Я была почти уверена, что добавление в мой чай телесных жидкостей не было необоснованным беспокойством.

Клайв на мгновение задумался.

– Бутылку воды?

– Вот именно. Нет. Я в порядке, – сказала я, проводя рукой по мягкой дамасской ткани.

Он неловко постоял секунду, заметил, что его рубашка расстёгнута, и начал застегивать её.

– Тебе не нужно делать это из-за меня.

Грудь и пресс этого мужчины были произведением искусства.

Расслабившись, он ухмыльнулся, снял рубашку и бросил её, а потом сел рядом со мной.

– Этот вечер прошёл не так, как я надеялся. Я подвергаю тебя опасности, обещая при этом уберечь тебя. И твои руки, – он потянулся и взял одну из них. – Такое когда-нибудь случалось раньше?

Я покачала головой.

– Я так и думал. Ты выглядела испуганной и храбро пыталась это скрыть, – он поднёс мою руку к своим губам для нежного поцелуя. – Демоны, попытка утопить тебя, теперь вампиры... всё это за одну ночь.

– Что происходит со мной?

Я прильнула ближе и положила голову на его плечо.

– Думаю тебе нужно сузить круг своих проблем.

Он снова поцеловал мою руку, а затем прижал её к своей груди.

Я закрыла глаза.

– Эта чёртова магия. Потерянный кулон. Отсутствующая манжета. Такое чувство, будто я сражаюсь с невидимым нападающим.

– Мы разберёмся с этим. Коко работает над заменой. Мы найдём того, кто стоит за этим.

– Раньше, чем я умру?

Я так устала, что не могла держать глаза открытыми.

* * *

Я проснулась, окутанная теплом, сильная рука обнимала меня. Мгновение дезориентации, а затем я узнала запах Клайва. Моя рука лежала у него на груди, голова у него на плече. Как я сюда попала? Последнее, что я помнила, это как сидела на его диване и обсуждала мою неминуемую смерть. Теперь я лежала в постели с Клайвом.

Его рука крепче стянулась вокруг меня, и он погладил моё бедро. Желудок затрепетал, я замерла. Неужели это происходило на самом деле? Был ли мой разум моим собственным? Пожалуйста, не используй Клайва против меня. Ничего ужасного не происходило, так что это могло быть и не видение. Я усмехнулась при этой мысли. Может быть, я просто прижималась к Клайву. Я мысленно дала себе пять.

Он поцеловал меня в макушку.

– Спи. Уже поздно.

– Как я сюда попала?

– Я принёс тебя. Ты отключилась всего на четверть часа.

– Ох.

Когда он держал меня вот так, паника не появлялась. Шрамы невидимы в темноте, я обернулась вокруг очень сексуального вампира. Это было нормально? Он сказал, что всё это время хотел, чтобы я была здесь. Это я перепугалась и захотела иметь свою собственную комнату. Прижавшись к нему сейчас, я понятия не имела, почему.

Мне захотелось провести руками по его скульптурной груди. Я хотела прикоснуться своими губами к его губам, но часть меня всё же хотела вернуться в свою собственную постель, где не было никаких ожиданий, никакого давления, никакого страха сделать всё неправильно. Я не привыкла к тому, что у меня есть кто-то, кого можно обнять, на кого можно положиться.

Могу ли я это сделать? Могу ли я впустить кого-нибудь? И если бы я это сделала, если бы у меня, наконец, была рука, которую я могла бы держать ночью, смогу ли я снова выжить без неё? Всё, что мне нужно было сделать, это провести рукой по его груди, и он поймёт, что я проснулась и хочу его. Это всё, что мне нужно было сделать. И я была в ужасе.

– Шшш.

– Я ничего не говорила.

– Ты думаешь слишком громко.

Пошло оно всё. Я скользнула рукой по его широкой груди, вниз по его подтянутому животу. Нежная кожа поверх твёрдых мышц, тело мужчины не было настоящим.

– Я Клайв Фицуильям, и я одобряю этот посыл.

Я хихикнула, когда он соскользнул вниз, так что мы оказались нос к носу. Наши взгляды встретились и задержались. Жар и желание в его взгляде выжгли мои нервы, сделав меня разгоряченной и изнывающей.

– Ты что, решил заманить меня этой вампи-чушью?

– Нет, и ты знаешь, как я отношусь к этому слову.

– Чушь?

Он открыл рот, чтобы ответить, но я опередила его, заткнув рот поцелуем. Да. Так. Всегда ли так было? Или это был Клайв? Он рукой скользнул вниз по шёлку и завёл мою ногу на своё бедро. Он углубил поцелуй, его рука легла на мою задницу, притягивая меня ближе. Когда эта кровать стала такой горячей?

Я толкнула его в плечи, отодвигаясь назад.

– Это реально? Это происходит?

Я почувствовала, как он крепко прижался ко мне. Часть меня радовалась, что я произвела на него такое впечатление. А другая часть беспокоилась, что травма была слишком велика, что я никогда не смогу потерять себя, что кошмары моего прошлого навсегда сделают меня холодной и хрупкой.

– Если это не по-настоящему, то я, похоже, ужасно оскверняю эту бедную, ничего не подозревающую кровать. Уборщики будут шептаться об этом десятилетиями, – он нежно поцеловал меня. – Что ещё там происходит наверху? – спросил он, постукивая меня по лбу.

– Сейчас много дерьма борется за то, чтобы быть моей главной заботой.

– Дай мне двух лучших бойцов.

Он провёл рукой по моей спине, прижимая меня к себе.

– Я застряла в видении. Кто-то использует тебя, мои чувства к тебе, чтобы я верила и была занята, пока не нападёт стая вампиров или не упадёт гильотина.

– Мы не перемещаемся стаями и...

– Толпой?

Он прикусил мою нижнюю губу.

– Нет. И я могу заверить тебя, что в потолке или стенах нет тяжёлых лезвий.

Я изучала потолок.

– Ты уверен?

Он посмотрел на меня.

– Да. Теперь я чувствую, что мы должны переместиться на диван.

– Ха! – я ударила его в плечо. – Учтивый, мечтательный Клайв не сказал бы этого. Он бы сказал: Я защищу тебя от любой опасности своим порочным горячим телом. Ты в безопасности и теперь должна раздеться, чтобы я мог защитить тебя изнутри.

– Не думаю, что мне нравится твой этот Клайв во сне. Хотя, – он задумался, размышляя. – Клайв во сне в чём-то прав. Давай разденем тебя, Сэм, чтобы я мог защитить тебя изнутри.

Он засмеялся, целуя меня в шею.

Когда я потянулась за пуговицами верха, он поймал мою руку и поцеловал её.

– Я пошутил. Ты можешь оставаться полностью укутанной, пока не почувствуешь себя комфортно. Пока ты не будешь знать наверняка, что это реально. Я никуда не собираюсь уходить.

Закусив губу, я сказала:

– Я подумала, может быть, мы могли бы перейти на вторую базу.

Клайв нахмурил брови, явно сбитый с толку.

– Знаешь, прикоснись ко мне сверху. Вторая база.

Моё лицо вспыхнуло. Я была идиоткой.

– Похоже, я был сильно дезинформирован о природе бейсбола.

Я нервно рассмеялась.

– И да, я бы очень хотел попробовать вторую базу. В конце концов, ты уже облапала меня.

Я расслабилась, как он и ожидал. Клайв, использующий сленг своим правильным британским голосом, всегда меня смешил. Я расстегнула верх и выскользнула из рубашки, а потом снова упала в объятия Клайва. Он обнимал меня, пока мы смотрели друг на друга. Я сделала это слишком важным. Я снова всё испортила.

– Поцелуй нас, милая, – сказал он с акцентом кокни[21]21
  Акцент Ко́кни (англ. Cockney [ˈkɒk.ni]) – один из самых известных типов лондонского просторечия, назван по пренебрежительно-насмешливому прозвищу уроженцев Лондона из средних и низших слоёв населения


[Закрыть].

Улыбнувшись, я поцеловала его, и вся нервозность и тревоги улетучились. Были только мы с Клайвом, и у нас всё было хорошо. Нет, мы были великолепны. Мы растворились в поцелуях и прикосновениях, пока мне не стало трудно дышать. Когда его губы были на мне, мне было трудно думать.

В конце концов, он уложил меня на сгиб своей руки и снова прижал мою руку к своей груди. Мы вернулись к тому, с чего начали.

– Этого достаточно. Того, что ты здесь, со мной, более чем достаточно.

Я вздохнула от правды, которую услышала в его словах, от заботы. Я понятия не имела, что делать с этим осознанием, но оно вселило в меня надежду.

– Тебе следует знать, что я гораздо менее бдителен в дневные часы, но меня можно разбудить. Если я тебе понадоблюсь, разбуди меня.

Я кивнула, прижимаясь щекой к его груди.

– Могут ли все вампиры просыпаться днём?

– Нет. Это мой дар.

Ух, ты. И извращённым образом, которым работал мой разум, когда я подумала о дневных ходячих вампирах, а не о сексапильном вампире, лежащим рядом со мной, я заснула.

* * *

Когда я снова проснулась, мне показалось, что я проспала несколько часов, и всё же в комнате было совершенно темно. А, точно. Вампир. Я лежала на боку, Клайв за моей спиной, крепко обнимая меня рукой. Я проверила свой телефон. Был почти полдень, и пришло сообщение от Оуэна, в котором говорилось, что он будет около полудня, чтобы забрать меня на работу. Чёрт! Я выбралась из постели.

Вернувшись в голубую комнату, я написала Оуэну и сообщила ему, что могу опоздать на несколько минут, а затем прыгнула в душ. После этого я проигнорировала рюкзак на полу и нырнула в шкаф за одеждой. Джинсы оказались теснее, чем я привыкла, но сидели идеально. Я вытащила из ящика тонкий свитер с длинными рукавами. Он был такого же зелёного цвета, как шёлковая пижама, без которой я теперь никогда не хотела спать. Я нашла носки и новую пару кроссовок тёмно-серого цвета. Посмотрев в зеркало, я поняла, что выгляжу как я, только модернизированная. Сэм 2.0.

Клайв был прав насчёт ванной. В ящике стола были зубные щётки и паста, даже дорогие заколки и галстуки. Я высушила волосы феном, заплела косы и была готова отправиться в путь за две минуты до полудня.

Когда я потянулась к ручке двери голубой комнаты, я остановилась, испугавшись того, что могло ждать меня по другую сторону. Хотя у меня были когти. Они появились прошлой ночью. Мне нужно было верить, что они не заставят себя ждать, когда я в них буду нуждаться.

В холле было пусто и темно, с потолка опустилась какая-то механизированная панель, закрывавшая окна. Теперь я поняла безразличие Клайва к большим окнам и смерти от солнца. Знание того, что Клайв был единственным вампиром, который мог просыпаться днём, не помешало мне на цыпочках спуститься по лестнице, напрягаясь при каждом вздохе.

В фойе горел свет, который отбрасывал более глубокие тени в глубине зала. Я остановилась у подножия лестницы и напрягла слух. Шаги. Клайв сказал, что он единственный, кого можно разбудить днём, и всё же я услышала шаги, приближающиеся ко мне. Рядом с входной дверью была панель безопасности. Светодиод горел красным.

Я хотела убраться к чёртям собачьим отсюда, но красный огонёк указывал, что дверь заперта? Стала бы я поднимать тревогу? Шаги доносились по главному коридору с задней стороны дома. Казалось, никто не пытался скрыть этот шум. Я не была уверена, хорошо это или плохо. Сейчас или никогда.

Я бросилась к входной двери и распахнула её. Не заперта. Никакой тревоги. Я вздохнула с облегчением, а затем услышала:

– Мисс Куинн?

Стоя в открытом дверном проёме, я оглянулась и увидела молодую женщину с копной красиво вьющихся волос, одетую в чёрные брюки и белую блузку. Она больше походила на администратора, чем на убийцу.

– Простите, что останавливаю вас. Я Норма, личный помощник мистера Фицуильяма. Меня попросили передать вам это, – она протянула мне чёрную бархатную коробочку. – Это было доставлено сегодня утром. Магистр хотел убедиться, что это у вас, прежде чем вы покинете защиту его дома.

Коротко кивнув, она повернулась и пошла обратно по коридору. Мой нос определил, что она полностью человек, и это имело смысл. Ему необходимы люди для работы днём.

Отбросив все мысли в сторону, я сосредоточилась на том, что она мне протянула. Открыв коробочку, я обнаружила ожерелье. Оно отличалось от маминого, но, с другой стороны, моя мать не была ювелиром. Ожерелье было длиннее кулона, но ненамного, а это означало, что оно не будет мешать, когда я перевоплощусь. Я не узнала используемый металл. Он не обжигал, так что это было не серебро, а более светлый и яркий металл. Тонкие металлические нити были сплетены в нечто вроде узкой клетки, проходящей по всей длине ожерелья. В клетке были пойманы те же синие, фиолетовые и чёрные камни, что и в кулоне моей матери. Оно было нежным, вообще-то даже изысканным, и я хотела, чтобы оно оказалось у меня на шее как можно скорее.

– Бриллианты?

Я подняла глаза и заметила Оуэна, прислонившегося к боку своей машины.

– Лучше.

Я закрыла за собой входную дверь и направилась к нему.

– Сестра твоего кавалера сделала мне новое ожерелье.

Я повернула открытую ювелирную коробочку так, чтобы он мог видеть.

Глаза Оуэна загорелись.

– Ох. Чёрт возьми, она отлично работает.

– Поможешь мне надеть его? Застёжка выглядит хитрой.

Нам с Оуэном пришлось поиграть несколько минут с застежкой, прежде чем мы выяснили, как работают несколько систем блокировки. Стоит его надеть, и оно уже не слетит.

Оуэн застегнул ожерелье у меня на шее, и впервые с тех пор, как всё это началось, я вздохнула спокойно.

– Тааак, – Оуэн растягивая произнёс слово. – Провела ночь с Клайвом, да?

Он подмигнул, садясь в машину.

– Как ты догадался заехать за мной сюда?

– Клайв оставил мне сообщение. И как всё прошло?

– Два вампира пытались убить меня. Лучший момент.

Я плюхнулась на его пассажирское сиденье.

Он выглядел ошеломлённым.

– Проклятье, женщина. Неужели ты никогда не можешь сделать всё по-простому?

Очевидно, нет.

ГЛАВА 27
Есть какое-то проклятие?

Как только мы выехали на дорогу, Оуэн не стал терять времени даром.

– Вчера вечером я поговорил со своими родителями о Шайлер. Мама сказала, что чёрные полосы в её ауре появились несколько месяцев назад. Некоторые люди перестали к ней ходить, решив вместо этого покупать онлайн. Мама и её друзья по очереди, ходят по очереди к ней, и кто-то один покупает всё нужное для группы. Полагаю, кто-то спросил Шайлер об этом, когда появилась первая чёрная полоса. И она сказала, что работает над сложным заклинанием, которое нашла в древнем гримуаре. Мама слышала, что сама Шайлер была шокирована присутствием чёрного и не знала, как она это заслужила. Однако с течением времени и распространением черноты, всё меньше людей верит, что это было случайностью.

– Это тревожно, но не особо полезно.

Неужели никто не мог похитить этот гримуар и выяснить, чем она занималась?

– Почти то же самое, что я сказал своим предкам.

Он свернул на дорогу, вдоль которой были высажены деревья, а особняки по мере движения уменьшались в размерах.

– О! И я спросил её о тебе. Она сказала, что о тебе говорят уже много лет. Небольшая, но определённая группа, членом которой является моя мама, всегда верила, что в тебе течёт кровь ведьм. Хелена не хочет говорить о тебе, но уже тот факт, что ты жила с ней, когда только приехала, заставил их всех гудеть домыслами.

Остановившись у знака "Стоп", Оуэн взглянул на меня.

– Мама говорит, что ты поразительно похожа на ведьм из рода Кори.

Я схватила Оуэна за руку.

– Мою маму звали Бриджит Кори.

Оуэн покачал головой.

– Она всегда права. Подожди минутку.

Он вытащил свой телефон, и звук звонка заполнил машину.

– Привет, милый. Мы с твоим отцом только что разговаривали. Когда ты приведёшь Джорджа домой на ужин?

– Скоро. Обещаю. Мам, со мной здесь Сэм, и она говорит, что её матерью была Бриджит Кори.

– Я знала!

– Да, мы все очень впечатлены.

Оуэн закатил глаза, глядя на меня, но любовь и привязанность, которые он испытывал к своей матери, просвечивали насквозь.

– Здравствуйте, миссис Вонг. Я не знаю, передал ли уже Оуэн, но спасибо вам за пельмени, которые вы прислали на прошлой неделе. Они были потрясающими.

Мама Оуэна питала ко мне слабость, всегда присылала мне маленькие китайские угощения через своего сына.

– Нет, нет. Они были немного клейкими. Бывали и лучшие.

– Лучшие в городе, миссис Вонг. Без вопросов.

– Спасибо, дорогая, – в её голосе ясно звучала гордость, и это согрело моё сердце.

– Мам, можешь рассказать Сэм всё, что знаешь о Кори?

– Я хотела бы рассказать тебе больше, но известно не так много. Кори – очень древняя волшебная семья, но она всегда держалась особняком. Слухи ходили веками, но никто толком не знает...

– Слухи о чём, мам?

Оуэн остановился, когда цепочка маленьких детей, держась за руки, пересекла улицу. Двое взрослых сопровождали их.

– Ну, я бы не хотела говорить ничего такого, что могло бы… Никто на самом деле не знает, понимаешь?

– Выкладывай.

– Дорогая, я бы не хотела, чтобы ты верила во что-то плохое о своей семье и, конечно, не о своей матери… Это просто...

– Ты убиваешь нас, мама.

– Прекрати, Оуэн. Это серьёзно. Я бы хотела, чтобы ты привёл Саманту к нам, вместо того чтобы заставлять меня вести этот разговор по громкой связи. Ладно, как я уже говорила, на протяжении веков ходили слухи, что Кори используют, как светлую, так и тёмную магию. Ведьмы, практикующие белую магию, были жестоко убиты, причём, опять же по слухам, членами семьи, практикующими тёмные искусства. Я никогда не встречалась с твоей матерью, дорогая, но если она была близкой подругой Хелены, то я уверена, что она была хорошей женщиной.

– О.

Я происходила не только из семьи ведьм, но и из семьи чёрных ведьм-убийц? Ничего себе.

– Итак, ты сказала, что твоя мать была Бриджит, верно?

– Да.

– Мне кажется, у Бриджит была младшая сестра. Я изо всех сил стараюсь прислушиваться к шёпоту ветра, но сомневаюсь, что когда-либо слышала имя. Честно говоря, я даже не была уверена, что в этом поколении есть Кори. Они легко могли покончить со своим родом. Я не могу не подчеркнуть, насколько они замкнуты и скрытны. Но я посмотрю, что смогу разузнать. У меня свои способы.

– Я знаю, что ты сможешь. Спасибо, мам. Мы очень ценим это. Кто-то издевался над Сэм, заманивал её в ловушку видений, пытался убить её. Мы думаем, что это чёрная ведьма или колдун, может быть, даже демон. Любая информация, которую ты сможешь нам предоставить, поможет нам обезопасить Сэм, хорошо?

На линии повисла тишина.

– Мам?

– О, дорогой. Жаль, что ты не сказал мне об этом раньше. Это может быть оно, проклятие Кори.

В честь моей семьи было названо проклятие? Конечно, так оно и было.

Оуэн бросил на меня испуганный взгляд.

– Эм, о чём ты говоришь? Что такое проклятие Кори?

– Разве я тебе не говорила? Кори умирают странными и ужасными способами. Брат, сестра, родитель, ребёнок... они убивают друг друга. Вряд ли будет преувеличением сказать, что среди чёрных ведьм есть колдуны.

– Итак... вы думаете, что убить меня пытается мой же родственник?

Я не помнила никого по линии мамы в семье. Что, как я полагаю, доказывает правоту миссис Вонг. Кто-то украл воспоминания о маме и моём детстве. Кто мог бы это сделать, если не кто-то близкий ей?

– Мне очень жаль, дорогая. Я понятия не имею, но это кажется вполне вероятным.

– Хорошо, мам, спасибо, – Оуэн посмотрел на меня. – Я только что подъехал к работе. Если ты вспомнишь что-нибудь ещё, дай мне знать.

Он выключил двигатель и сжал мою руку.

Мы с Оуэном открыли "Убиенную Овечку". Грим, мой завсегдатай ворчливый карлик, уже ждал наверху лестницы, не слишком довольный мной. Однако первое, что я сделала, это налила кружку мёда и поставила её перед его табуреткой, сказав ему, что угощаю за счёт заведения. Он стал меньше ворчать.

Как только Грим стал довольным, я пошла на кухню, решив достать стаканы из посудомоечной машины. Оуэн последовал за мной.

– Переключая передачи, мы так и не поговорили о кровососущем слоне в комнате.

Он прислонился к стойке, скрестив руки на груди, в ожидании.

Я проигнорировала его и продолжила разгрузку стаканов.

– Новая одежда?

Я пожала плечами.

– Поскольку я имел несчастье осмотреть весь твой гардероб, могу с точностью сказать, что это новая одежда, которая очень тебе подходит.

А потом Оуэн оказался рядом со мной, оттолкнул меня в сторону и стал помогать.

– Да ладно, давай. Что между вами происходит?

– Чёрт возьми, если я знаю.

Я позволила ему взять инициативу в свои руки и запрыгнула на стойку.

– Свитер очень милый, – он провёл пальцами по моей руке. – Мягкий. И подходит к твоим глазам.

О, я думаю, именно поэтому он был того же оттенка, что и пижама. Ха.

– Ты спала с ним?

Он был осторожен со мной.

– Спала, да.

Я вела себя как идиотка. Разговоры об этом превратили произошедшее в реальность, и я не была уверена, что смогу справиться с реальностью.

– Хорошо, давай вернёмся и начнём всё сначала. Он тебя привлекает?

Я кивнула. Увидев его поднятые брови, я уточнила.

– Да. Очень даже.

– Хорошо, – он ухмыльнулся. – Он чувствует то же самое по отношению к тебе?

– Да.

– Хм, даже не запнулась. Мне это нравится. Это значит, что он ясно дал тебе это понять, – он мгновение изучал меня, а затем просто покачал головой. – Сколько тебе лет, Сэм?

Я засунула руки под бёдра и прислонилась к стойке.

– Двадцать четыре. А что?

Он выдернул мою руку из-под бедра и взял её в обе свои.

– У тебя когда-нибудь был секс?

– Пф, конечно.

Я попыталась отдёрнуть руку, но он держал крепко.

Он смягчил свой голос:

– Я не говорю против твоей воли, Сэм. Ты когда-нибудь занималась сексом по обоюдному согласию?

– Почему ты спрашиваешь?

– А вот и мой ответ.

Я потянула снова руку, но Оуэн был на удивление силён для ведьмака.

– Итак, я бы предположил, что ты очень нервничаешь, может быть, даже беспокоишься, что будешь холодной или разочаруешь Клайва?

Моё горло сжалось, а глаза защипало. Я покачала головой, отводя от Оуэна взгляд.

– Сэм, дорогая, мы все беспокоимся о подобном.

Я повернулась и глубоко вздохнула. Никакой лжи. Всё сказанное им было на полном серьёзе. Я прочистила горло.

– Ты тоже?

– Конечно. Вообще-то, готов поспорить на крупную сумму денег, что Клайв, который старше всех нас вместе взятых, нервничает, находясь рядом с тобой.

Я вгляделась в его лицо в поисках правды.

– Да?

Он кивнул.

– Самое главное, что нужно помнить, это расслабиться. Клайв позаботится о тебе. Не прячься от него. Не беспокойся о своих дурацких шрамах. Он долбаный вампир, которому сотни лет. Он всё это видел. Несколько шрамов? Это ничего.

Дерьмо.

– Это правда. Он всё это видел и делал. А я не знаю, что я делаю. Я собираюсь наскучить ему и досадить.

Оуэн всплеснул руками.

– Ты поняла что-то из того, что я только что сказал? – он глубоко вздохнул. – Клайв заботится о тебе. О тебе, Сэм, только о тебе. Вылезай из своей головы и наслаждайся этим, хорошо?

– Тебе легко говорить.

– Да, это нелегко, но оно того стоит.

Он потянулся за чистыми стаканами, но прежде, чем он успел их поднять, я притянула его в объятия.

– Сэм Куинн добровольно обнимает кого-то? – он стиснул меня. – С тобой всё будет в порядке. Я обещаю, – он поцеловал меня в щеку. – Ладно, давай вернёмся к работе, пока мы снова не разозлили Грима.

День проходил незаметно. Сегодня было полнолуние, и мне не терпелось перевоплотиться. Я постоянно тянула руку к новому ожерелью, убеждая себя, что оно на месте. Ближе к вечеру в баре зазвонил телефон.

– Книжный магазин и бар "Убиенная Овечка", Сэм слушает.

– Проснулся и уже начал скучать по тебе.

Землетрясения и цунами схлестнулись внутри меня.

– Мне сказали, что тебе подарили новое ожерелье. Ты его носишь?

– Ага. Хотя оно слишком красиво. Я чувствую себя странно, нося что-то такое модное каждый день, – хотя, говоря это, я не могла удержаться, чтобы не прикоснуться к ожерелью. – Ты знаешь, какие заклинания наложила на него Коко?

– Да. Я попросил её заворожить ожерелье так, чтобы твой разум оставался твоим собственным. Больше не должно быть никаких видений.

Я медленно выдохнула.

– Спасибо. Сколько я ей должна?

Потому что эта вещица, должно быть, стоила целое состояние. Мне было интересно, согласна ли она расписать оплату частями.

– Коко уже получила компенсацию за свою работу.

– Клайв.

– Сэм.

Повисла пауза.

– Ладно. Ты прав, у меня нет денег, чтобы заплатить за такое ожерелье, но я бы хотела, чтобы эти затраты были добавлены к моему счёту за "Убиенную Овечку", тогда я смогу вернуть тебе деньги со временем.

– Я мог бы это сделать, но мне доставляет радость делать тебе подарки. Да, я прекрасно понимаю, что ты можешь всё сама. Однако в моей жизни очень мало радости. Пожалуйста, позволь мне проявлять эти маленькие любезности, поскольку они неизмеримо скрашивают мой день.

– Это ты очень хитро придумал, – теперь, если я откажусь от подарков, я лишу его радости. – Манипулятивный ублюдок, вот кто ты такой.

– Ты это в хорошем смысле, да?

– Меня раздирают противоречия из-за всего того, что ты мне дал.

– Понимаю. И меня.

Вздохнув, я решила отстать от него с этим вопросом. В конце концов, мне очень понравился свитер, и джинсы сидели идеально. Я не осознавала, как часто, должно быть, подтягивала штаны, пока мне больше не понадобилось это делать.

– Надеюсь, этот вздох означает, что ты смирилась с моим вниманием, по крайней мере, сейчас.

– Похоже на то.

Бар начинал заполняться, и по мере того, как садилось солнце, зуд под моей кожей становился всё более выраженным. Скоро я буду бегать как волк.

– Хорошо. Давай, о другом. Я знаю, что тебе нужно побегать сегодня вечером и что у тебя теперь есть новая защита, но я хотел бы сопровождать тебя. Ожерелье не было проверено, и всё ещё существует угроза, направленная на тебя.

Хорошая мысль.

– Просто... Ну, я не привыкла, чтобы кто-то видел меня в обличье волка, особенно тот, кто знает, что это я, а не большая собака или бродячий койот.

– Понимаю. Будет лучше или хуже для тебя знать, что я уже видел тебя в твоей волчьей шкуре?

– Когда?

– Дорогая, ты меняешься каждый месяц. Ты живёшь в городе уже семь лет. Полагаю, большая часть магического сообщества видела тебя как минимум раз. Для нас это не такая большая тайна, как кажется тебе.

– О.

Я оглядела бар и всех своих клиентов. Друзья, действительно. Они знали, но всё равно приходили, всё ещё болтали со мной. Они приняли меня, а я даже не осознавала этого.

– У меня есть ещё одна просьба, и она довольно серьёзная. Однако помни, что это всего лишь просьба. Я ценю тебя, очень сильно. Ни один из ответов не является неправильным.

– Ты меня прямо сейчас немного пугаешь.

Что за просьба имела такое большое значение?

На линии раздался тихий смешок.

– Думаю, я тоже схожу с ума. Для меня очень много значило чувствовать тебя в своей постели, обнимать тебя, пока мы спали. Моя просьба состоит в том, чтобы мне позволили остаться с тобой на ночь. В твоём доме, так как оказалось, в моём это проблематично.

– Ох.

Никаких других вампиров. Только мы вдвоём. И волк, сильный в моей крови, помогающий успокоить страхи, которые мучили меня.

– Хорошо.