Текст книги "Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка» (СИ)"

Автор книги: Сиана Келли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

– Маркус больше никого никуда не посылает. Ты позвонила Альфе Клэр. Это я.

Рэнди похлопал себя по груди.

У меня свело живот.

– Как ты можешь быть Альфой? Разве тебе не... сколько... двадцать, двадцать один?

– Отведи нас к Клэр.

Щупальца его Альфа-силы толкнули меня. Он пытался обуздать меня, заставить подчиниться его стае. Он был обречён на разочарование.

Я покачала головой. Я не могла этого объяснить, но я не хотела, чтобы её тело оказалось у них. Они не сделали ничего плохого, и всё же я им не доверяла. Честно говоря, того факта, что они были самцами-волками, вероятно, было достаточно, чтобы вытолкнуть их на вражескую территорию.

– Сэм, – Рэнди понизил голос. – Это нужно было сделать. Я понимаю, он был твоим дядей, но он был слаб. Наши люди оказались в застое. Стае нужен сильный вожак, чтобы держать волков под контролем. Маркус больше не мог этого делать, – он взглянул на другого волка и продолжил: – Случилась смерть. Турист. Власти расценили это как несчастный случай, но мы знали, что убил его волк. Ради безопасности, как людей, так и оборотней, Маркуса нужно было усмирить.

Он был мёртв. Я не видела его семь лет, но мы иногда разговаривали по телефону. Я каждый месяц посылала деньги, чтобы погасить кредит за мой бар. Он не был моим отцом, но он был связан с моим отцом. Ещё одна связь потеряна.

– А как насчёт Мика?

Сын Маркуса был старше меня. Он должен был стать Альфой.

– Мик умер много лет назад. Примерно в то время, когда ты исчезла. Мы нашли его тело в лесу. Животные добрались до него.

Рэнди казался не слишком-то обеспокоенным. Разница в их возрасте должна была составлять не менее пятнадцати лет. Возможно, они не были близки.

Как бы неловко эти двое ни заставляли меня себя чувствовать, Клэр была членом их стаи. Она не имела ко мне никакого отношения. Я не имела права скрывать её от них.

– Я покажу тебе, где она.

Они последовали за мной через кухню в кладовую. Мне потребовалась каждая унция самообладания, чтобы не побежать от двух волков за спиной. Я открыла дверь и жестом пригласила их войти первыми. Её тело лежало под одеялом в углу комнаты. Другой волк присел на корточки, обернул вокруг неё концы одеяла и поднял её. Когда он кивнул Рэнди, они оба повернулись, чтобы уйти.

– Теперь мы позаботимся о ней, – сказал Рэнди.

Когда волк переместил своё тело, чтобы пройти в дверь, из-под одеяла выскользнула рука. Шрамы. Она была покрыта шрамами. Почему я не увидела их раньше? Мой желудок упал, голова закружилась. Над её запястьем был вырезан символ бесконечности. Сжав кулаки, я уставилась на символ, представляя своё собственное запястье. Мой был толще, шрамы были шнуровыми, но в остальном идентичными. Волк, не сводя с меня пристального взгляда, засунул руку женщины обратно под одеяло и последовал за Рэнди.

Сцепив колени, чтобы не упасть на пол, я глубоко вздохнула. Это не было случайностью. Её не порезало на камнях и не покусали акулы. Она была такой же, как я. Прошлое не осталось похороненным. Оно продолжало возвращаться, сбивая меня с ног. Я была не единственной.

Я побежала и едва успела добраться до ванной, прежде чем меня стошнило. Только не снова. Я не могла пройти через это снова. Мне нужно было больше информации, и я нуждалась в ней сейчас.

ГЛАВА 10
В которой Сэм вынуждена задаться вопросом: кто её союзники

Я поговорила с большинством завсегдатаев бара и книжного магазина, но, в конечном счете, всё же нашла того, у кого был номер Уле. Уле – тип с немигающим взглядом – был оборотнем совы и архивариусом специальных коллекций в Публичной библиотеке Сан-Франциско. Я поинтересовалась о его работе, когда он впервые начал приходить в бар выпить, да поглазеть. Как фольклорный библиотекарь, он имел доступ к очень специализированным базам данных, которые мне надо было бы изучить.

Когда пришёл Дейв, я попросила его присмотреть за баром, потому что собиралась уходить.

– Нет, ты не пойдёшь, – Дейв прислонился к стойке, скрестив руки на груди, излучая раздражение.

– Почти уверена, что пойду. Держи оборону, – сказал я, проходя мимо него за стойкой.

– Остановись.

Он протянул руку, преграждая путь.

Я так и сделала, но в основном из вежливости. Я могла бы поднырнуть под его руку. Он сверкнул глазами. Я свирепо сверкнула в ответ.

– Какого хрена, Сэм? Сколько раз кто-то должен попытаться убить тебя, прежде чем ты перестанешь облегчать ему работу?

При его словах в баре воцарилась тишина.

– И я всё ещё злюсь на тебя за то, что ты улизнула к Таре без меня. Какая часть слова "демон" сбивает тебя с толку?

– На этот счёт я усвоила урок, – мой желудок скрутило при воспоминании о Ситри. – Для меня нет безопасного места. Ты это понимаешь? Они манипулировали моим разумом и телом против моей воли. Я не могу прятаться и надеяться на лучшее. Мне надо покопаться в архиве Уле. А теперь ты меня пропустишь или как?

Он покачал головой, смиренно ссутулив плечи и опустив руку.

– Возьми мою машину.

Я на мгновение задумалась.

– Как бы мне ни хотелось сесть за руль твоей суперсексуальной мощной машины, я не умею водить, да и в центре города негде припарковаться.

Он изучал меня, словно проверяя, не шучу ли я.

– Что значит, чёрт возьми, ты не умеешь водить машину?

– Я понимаю, как это делается. Я видела, как это делают люди. Я просто никогда не делала этого сама, – я пожала плечами. – Мне было семнадцать, когда я начала всё это. Помнишь?

– Да, я помню, – его лицо смягчилось всего на долю секунды, а потом он снова нахмурился. – Хорошо, но как только мы избавимся от того, кто пытается тебя убить, я научу тебя водить машину. Это же позор.

– Меня это устраивает. Не беспокойся...

– Сегодня я буду телохранителем Сэм.

Мы с Дейвом обернулись и увидели, что Мег снова сидит на барном стуле.

– Я думала, ты ушла, – сказал я.

– Я так и сделала. Теперь вернулась. Не отставай, Сэм.

Мег и Дейв оценивающе посмотрели друг на друга, не уступая в безмолвной битве.

– Отлично, – проворчал Дейв.

Мег в ожидании протянула руку.

– Что?

Дейв не испытывал к Мег особой неприязни. Эти двое были как два быка в соседних загонах, фыркающих и копающих землю. Они оба были могущественными доминантами сами по себе и не любили делить пространство друг с другом.

– Ключи, – сказала Мег.

Большинство посетителей делали вид, что читают или болтают, но все взгляды были прикованы к Дейву и Мег. Каждый по-своему напугал до чёртиков всех в комнате. Опа, быков перевели в один загон, и люди приготовились к крови.

– Она не умеет водить, – сказал он.

– Как же, я умею, – она ждала, непоколебимо. – Я присмотрю за ней, но не буду идти пешком шесть миль по открытой местности. Не будь упрямым ослом. Дай мне ключи.

Ещё больше заворчав, он сломался и, выудив ключи из кармана, бросил их ей в руку.

Бар вздохнул с облегчением, когда Мег направилась к выходу. Я кивнула Дейву и последовала за ней вверх по лестнице.

День стоял яркий и ясный, ветер трепал выбившиеся из косы волосы. Мег подошла к матово-чёрному автомобилю, выключила сигнализацию и скользнула внутрь. Мгновение спустя я присоединилась к ней.

– Я не пытаюсь создавать проблемы или что-то в этом роде, но я думала, у тебя есть своя машина.

Мег ухмыльнулась, её глаза горели яростью.

– Есть, но я хотела поехать на его машине. Теперь, если на нас нападут, разобьют его машину, а не мою.

– Мило, – сказала я, покачав головой.

К счастью, поездка в центр города оказалась тихой. Мег заехала в частный гараж в двух кварталах от библиотеки и сразу же заняла зарезервированное место.

– Ты живёшь недалеко отсюда?

Если честно, я не представляла её девушкой из центра города.

– Нет. Мужчина, который зарезервировал это место, оплатил его до конца года. А поскольку этого мужчины больше нет среди живых, было бы глупо не воспользоваться такой возможностью.

Ха.

– Хорошая мысль, полагаю.

Она издала раздражённый щёлкающий звук.

– Он был очень плохим человеком, Сэм. Нам всем – особенно его жене, лучше без него. Ясно?

– Конечно. Я знаю, что это твой род занятий. Я без критики.

Она была Фурией, богиней мести. Её работа заключалась в том, чтобы наказывать зло.

Подожди.

– Мег, ты знаешь, кто пытается убить меня, заманивая в ловушку этих видений?

– Да.

Я остановилась с чувством, словно меня только что ударили.

– Ты знаешь, и не сказала мне? Ты не собираешься им отомстить?

Она шагнула ко мне, на её лице отразился гнев.

– Мне было запрещено вмешиваться.

– Запрещено? Кем?

Кто-то выше по пищевой цепочке, чем богиня, хотел моей смерти? Удивительно, что я продержалась так долго.

– Кое-кем, и я не могу тебе рассказать. Достаточно сказать, что всё это – твоя судьба, и мне было запрещено изменять её, – она повернулась и направилась в библиотеку. – Так, пошли. Давай уберемся с улицы.

Не то чтобы мы с Мег были лучшими подругами, но уже много лет она зависала в моём баре минимум дважды в неделю. Мы разговаривали, делились крупицами нашей жизни. И если бы кто-то прямо сейчас вышел из дверного проёма и приставил пистолет к моей голове, она бы никого не остановила. Я тупо шла за ней, не уверенная, что всё ещё могу считать её своим союзником.

Главная библиотека представляла собой массивное здание в стиле Боз-Ар[10]10
  Архитектура в стиле Боз-Ар (/ ˌboʊˈzɑːr/; французский: [bozaʁ]) – академический архитектурный стиль, преподаваемый в Школе изящных искусств в Париже, особенно с 1830-х до конца 19 века


[Закрыть] из белого гранита высотой в шесть этажей, занимавшее целый городской квартал. Она расположилась в центре города, по соседству с Мэрией, Верховным судом Калифорнии, Военным мемориальным оперным театром, Залом слушаний и Симфоническим залом Дэвиса. В этих нескольких кварталах центра города гиганты властвовали над окрестностями.

Библиотека, хоть и была спроектирована так, словно она была родом из ушедшей эпохи, на самом деле являлась недавним дополнением к общему ансамблю. Старая библиотека была повреждена во время землетрясения в Лома-Приета в 1989 году. Это здание было отремонтировано и позже стало Музеем азиатского искусства. Таким образом, в то время как внешний вид библиотеки был строгим и соответствовал окружающим её куда более старым "сёстрам", интерьер библиотеки был довольно современным.

Мег открыла высокую стеклянную дверь и придержала её для меня, избегая моего взгляда. Я прошла мимо неё в атриум. Свод парил на высоте в три метра, увенчанный огромным стеклянным куполом. Каждый этаж выходил в атриум, с перил которого свисали большие транспаранты. Сейчас был месяц испаноязычного наследия, поэтому акцент был сделан на литературных светилах. Габриэль Гарсиа Маркес, Сандра Сиснерос, Джулия Альварес, Элизабет Асеведо, Жюно Диас, Бенджамин Аллюр Сенц, Кристина Энрикес и многие другие смотрели вниз, как боги, наблюдающие за простыми смертными, снующими под ними.

Бледные каменные стены и стеклянный потолок, архитектурный дизайн создавали впечатление воздушной открытости. Это был храм идей, эквалайзер, хранилище знаний, бесплатное и доступное для всех. Я пересекла атриум в поисках карты. Кафе, аудитория и конференц-залы находились на нижнем уровне. Уле попросил меня встретиться с ним возле кафе, откуда он сможет провести меня через служебную дверь, ведущую вниз ещё на один лестничный пролёт.

Мы с Мег нашли кафе и застали там Уле. Он сидел за маленьким столиком, потягивал воду из бутылки и наблюдал за людьми. Как только он увидел нас, он вскочил на ноги и поспешил к нам.

– Следуйте за мной.

Он быстро пересёк зал и перед чёрной панелью у двери с надписью ”Вход воспрещён" просканировал удостоверение личности, висевшее у него на бедре. Мы проследовали за ним по тёмному коридору в большую цементную комнату, Мег замыкала шествие. Вдоль стен стояли застеклённые шкафы, заполненные древними томами. В центре помещения стоял небольшой стол и стул, обращённый к проходу, через который мы только что прошли. Большую часть стола занимал большой компьютер с проводами.

Уле указал на стул.

– Садись. Я уже вошел в систему. Можешь искать.

Он открыл угловой шкаф, вытащил табуретку, встал на неё, а затем присел на корточки и уставился на меня. Круто. Вот вообще ни разу не стрёмно.

– Что ж, как бы ни казалось забавным пялиться на тебя, Сэм, я, пожалуй, лучше подожду в кафе. Где могу сесть. И не пялиться на тебя.

Мег отсалютовала и направилась обратно по тёмному коридору.

Как бы мне ни было больно думать об этом, но почувствовала себя лучше, когда Мег ушла. Она знала. Она знала, кто пытался убить меня, но не сказала ни слова об этом. Да, ей было запрещено. Но что, если этот человек приказал ей самой убить меня? Разве у неё не было права голоса во всём этом? Ей уже давно перевалило за много веков, она была богиней, ради всего святого.

Я опустилась на деревянный стул и попыталась выбросить Мег из своих мыслей. Меня ждала работа. Экран был полностью белым, только наверху маячила строка поиска. Вот и всё. Никакого логотипа. Никакого названия браузера. Я на мгновение задумалась. Что первым делом я хотела узнать? Я напечатала: мёртвая женщина шрам бесконечности.

Через мгновение появились статьи с некоторыми из моих ключевых слов, но не со всеми. На всякий случай я просмотрела десятки записей, газетных статей, полицейских отчётов, народных сказок, городских легенд, научных журналов. Ни одна из них не подходила. Я изменила поисковые запросы на «волк шрам бесконечности», поскольку только этот голый факт у нас был общим. Результаты были почти идентичны, за исключением нескольких полицейских отчётов о том, что на севере США и Канады были найдены растерзанными волки. И снова ничего не подходящего.

Я перепробовала несколько комбинаций, прежде чем допустила мысль, что ни полиция, ни журналисты никогда не находили и не слышали об одной из таких жертв. Сверхъестественное сообщество хранило свои собственные секреты. Человеческим врачам и учёным не пристало проверять наши останки, поэтому я предположила, что отсутствие информации имело логическое объяснение.

Затем я изучила информацию об оберегах. Возможно, я случайно открыла их во время видения с Кракеном, тем самым позволив Клайву и доктору Андерфуту войти, но я не разрешала своим оберегам впускать волков. Я нашла довольно много статей по теории оберегов, о типах заклинаний, необходимых для их создания, но мало что об их восстановлении.

Хелена, подруга детства моей матери, которая приютила меня, когда я приехала окровавленная и переломанная семь лет назад, создала для меня все мои обереги. Она привязала их специально ко мне, желая, чтобы они отвечали только мне. К сожалению, Хелена была в Уэльсе, навещала свою двоюродную бабушку. Её не будет ещё несколько недель. Мне нужно было выяснить, что я могу сделать сейчас. Дейв говорил, что демоны могут создавать заклинания, но только если речь идёт о кровавой жертве. И поскольку я не собиралась никого убивать, чтобы защитить себя, я перешла к следующей статье.

Похоже, это были отсканированные страницы из древней книги заклинаний или журнала. Почерк был неразборчивым и трудно читаемым. Я собиралась пропустить это, но я увидела слова «кровь» и «защита» рядом с «неудача».

Я повернулась к вечно пялящемуся Уле.

– Могу я распечатать это?

Быстрый кивок.

Я нажала кнопку "Печать" и услышала, как листы выскользнули из принтера, стоявшего где-то позади меня. Уле слез с табурета, достал для меня листы и вернулся на свой насест.

Я позаимствовала ручку Уле и начала переводить любые слова, которые могла разобрать. Как только я это сделала, я использовала контекстные подсказки, чтобы перевести слова, в которых я была уверена. Тридцать минут спустя, с огромной головной болью, я собрала воедино рассказ, написанный двести сорок лет назад, хотя события в этой истории, казалось, произошли задолго до того, как был написан рассказ. История шла о ведьме, которая беспокоилась за своего новорождённого. В деревне пропали дети, и она боялась за свою дочь. Были установлены защитные чары, запечатывающие её крошечный домик в лесу.

Проснувшись однажды утром, мать обнаружила, что кроватка пуста, а обереги разрушены. Она повсюду искала своего ребёнка, но так и не нашла его. Единственное, что она нашла, это полосу засохшей крови на подоконнике.

Я посмотрела на заживающую рану на своей руке. Кто-то потратил огромное количество психической энергии, чтобы погрузить меня в видение, лишив меня возможности атаковать, и всё что они сделали, это порезали мне руку. К чему всё это?

– Мой начальник будет проверять меня примерно через семнадцать минут. Тебе скоро придётся уйти, – сказал Уле.

Я проверила время на своём телефоне и кивнула.

– Ещё кое-что, и я уйду, ладно?

Он с готовностью кивнул.

Хотя в моём книжном магазине была обширная коллекция книг о сверхъестественных существах, там почти не было книг об оборотнях. Поскольку я не допускала оборотней в свой магазин, это казалось бессмысленным. Так я себе говорила. Настоящая причина заключалась в том, что я отрицала часть себя, потому что это пугало меня.

Я нырнула обратно в поисковик, ища историю оборотней. Результатов было слишком много. Я могла читать всю ночь и не приблизиться к разгадке. Просматривая заголовки, я искала что-нибудь, что могло броситься мне в глаза. И тут это случилось. Промелькнуло имя "Куинн". Я остановилась и нажала на статью. Я пролистала её как можно быстрее и нажала кнопку "Печать", чтобы позже прочитать полностью. Похоже, это был миф о сотворении мира, подробно описывающий рождение первого оборотня. Небольшой деревне угрожала стая волков. Овец украли. Цыплят съели. Даже лошадь была атакована и съедена стаей.

Когда унесли ребёнка, жители деревни были достаточно напуганы, чтобы отбросить один страх ради того, чтобы истребить другой. Они посоветовались с местной Знахаркой. Она велела им послать фермера по имени Алекс Куинн вдоль главной дороги к востоку от города. Она сотворила благословение, без сомнения, заклинание, и положила его в кожаный мешочек. Она сказала жителям деревни, что Куинну нужно носить его на шее, когда он выйдет, чтобы противостоять волкам. Она сказала им, что, если Куинн сделает так, как она велела, жители деревни будут в безопасности.

Жена Куинна умоляла его не ходить. Его сын умолял позволить ему сражаться с ним бок о бок. Куинн поцеловал жену и сына на прощание и зашагал по тёмной восточной дороге навстречу своей судьбе, надеясь, что его жертва действительно спасёт его семью и друзей.

Когда Куинн добрался до развилки на дороге, он обнаружил, что стая ждёт его. С вилами в руке он планировал убить как можно волков, прежде чем дыхание покинет его тело.

– Сейчас.

Он обернулся и увидел Знахарку, стоящую в тени и наблюдающую. Волки, как один, набросились на Куинна, разрывая его на части.

– Стоять! – голос Знахарки зазвенел поверх рычания волков.

Куинн вскрикнул, его измученное болью тело оторвалось от земли.

– Подождите, дети мои.

Куинн закричал в агонии. Его кости сломались и восстановились, суставы искривились, а челюсть удлинилась. Вскоре, хотя и не скоро для Куинна, там, где погиб человек, стоял уже волк. Умные глаза, полные ненависти, ждали команды ведьмы.

ГЛАВА 11
Никогда не злите банши

Вернувшись домой, я прочитала статьи, которые распечатала. Они были увлекательными и отчасти показались мне как-то взаимосвязанными. Имел ли какое-то отношение ребёнок, украденный из кроватки, к волкам, угрожающим деревне? По правде сказать, я не смогла найти достаточно подробностей.

Позже вечером я зашла за стойку бара, решив налить себе кружку чая.

– Спасибо, что присмотрел за баром.

– Ага, – проворчал Дейв.

– Как у тебя тут дела?

– Как у меня тут дела?

Он положил книгу на стойку, выражение его лица было пустым.

Я указала на дюжину или около того посетителей, рассредоточившихся по бару. Лунный свет искрился на тёмных волнах позади них.

Он пожал плечами, явно озадаченный вопросом.

Я посмотрела на пустые стаканы на маленьких круглых столиках.

– Ты же знаешь, что должен проверять, не надо ли ещё чего гостям, получать заказы, разносить напитки. Скажи мне, если что-то из этого звучит знакомо.

– Нет, – усмехнулся он. – Это ты так управляешь баром. А я сижу здесь и читаю. Если им что-то нужно, они смогут подойти сюда и попросить об этом.

– Дейв...

– Прекрати. Ты наняла меня готовить. Обслуживание – это бонус, так что перестань морочить мне голову этим вопросом, – он повысил голос, обращаясь к бару в целом: – У вас там всё в порядке, верно?

Из угла донёсся тихий голос:

– Ну, на самом деле, я был бы не против...

– Видишь? У них всё в порядке.

Он снова взялся за книгу.

– Дайте мне минутку. Я вернусь за заказами, – сказала я, обращаясь ко всему залу, подняв палец.

Дейв взвизгнул, когда я направилась к книжному магазину.

– Чёрт! Что это было?

Я обернулась и обнаружила Клайва, тихо сидящего на своём месте, наблюдая за Дейвом. Дейв, однако, уже был на ногах, ходил вокруг бара и собирал пустые бутылки.

Клайв встал с непроницаемым выражением лица.

– Сэм, можно тебя на пару слов?

Он направился в дальний конец бара, и я изменила направление, чтобы последовать за ним.

Он придержал для меня кухонную дверь, выглядя великолепно в тёмно-сером свитере, который подчёркивал его широкие плечи. Подождав, пока я пройду, он последовал за мной. Он потянул себя за рукав, а потом посмотрел на меня. Он сделал это бездумно, элегантно, но Клайв не нервничал. Он редко, если вообще когда-либо, был чем-то иным, кроме как воплощением уверенности, контроля и небольшой скуки.

Он посмотрел на часы.

– У меня назначена встреча. Мне нужно идти, но я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. Какие-нибудь ещё отголоски прошлой ночи?

О.

– Нет, я в порядке.

Глупо было чувствовать разочарование. Мы не были друзьями. Он просто вынужден в последнее время быть со мной, потому что у меня, видимо, истёк срок годности.

Кивнув, он снова посмотрел на часы.

– Хорошо.

Когда он, наконец, встретился со мной взглядом, в нём промелькнуло нечто, чего я не смогла понять.

– Не волнуйся, сегодня никаких свиданий с демонами.

Я улыбнулась, но так как он больше не смотрел прямо на меня, я решила не развивать эту тему.

– Возможно, это и к лучшему, – он рассеянно кивнул. – Дейв сообщил мне, что ты сегодня проводила исследования. Ты узнала что-нибудь новое?

– Немного. Я не смогла найти никаких сообщений о том, что женщин, или кого-то вообще, кропотливо резали, а их тела выбрасывали.

– Тела, возможно, не были обнаружены или были оставлены там, где их не могли обнаружить.

– Вот именно, – вздохнула я. – Я также просмотрела обереги. Они связаны с кровью, и мою кровь могли взять, когда я была поймана в ловушку крысиного видения. Это было бы логичным объяснением, как волки провальсировали сегодня ко мне в бар.

Клайв взял меня за руку и изучил заживающую рану, которая на данный момент была чуть больше красной линии.

– И я завершила свою исследовательскую сессию историей оборотней. Я нашла историю создания, в которой Куинн назван первым волком, – покачав головой, я продолжила: – Я понятия не имею, какие выводы из этого делать. Это было единственное конкретное имя, используемое в записях. Ведьму, которая прокляла его, называли Знахаркой.

Клайв оторвал взгляд от моей руки, быстро сжал её и отпустил.

– Ведьма? В легенде, которую ты читала, говорилось, что ведьма ответственна за создание первого оборотня?

Я кивнула.

– Так и есть.

– Но её имени не назвали… Интересно.

– Это просто сказка, Клайв. Вероятно, это ничего не значит.

Однако его вопрос о ведьме заставил мои мысли закружиться, представляя связи, которых, вероятно, не существовало.

– А что такое народные сказки, как не истории, которые передавались из поколения в поколение, сидя у огня? Приукрашивания здесь и там не меняют сути истории. Я попрошу Рассела также изучить эту тему.

– Я очень благодарна.

– Конечно. Теперь о сегодняшних волках…

Клайв позволил комментарию повиснуть. Давая мне возможность самой решить, как много я ему расскажу, как глубоко я втяну его в свои проблемы. После целой жизни, проведённой в страхе перед другими, было трудно открыться.

– У неё такой же, как у меня шрам.

Мне нужно было, чтобы кто-то знал.

– Шрам?

Его голос смягчился, но я смогла уловить замешательство на его лице. Моё тело было покрыто шрамами. Который из них?

Я задрала рукав, ровно настолько, чтобы Клайв увидел символ бесконечности чуть выше моего запястьем.

Клайв нежно взял мою руку в свою, проведя большим пальцем по шраму.

– Точно такой же?

Я кивнула.

– И на том же самом месте. Я увидела шрам, когда они выносили тело.

Я неохотно убрала руку. Его прикосновение успокаивало, но, обнажая свои шрамы, я всегда испытывала тошноту в животе.

– Мне кажется, я знаю, почему в городе вдруг появилось так много волков. Рэнди сказал, что на прошлой неделе они узнали, что я жива и живу здесь.

– Ах. Одна загадка решена.

– Маркус мёртв, – сказала я, засовывая руки в карманы.

– Мои соболезнования.

Пожав плечами, я подняла глаза на Клайва и увидела, что он наблюдает за мной.

– Не то, чтобы я хорошо его знала. Просто... ну не знаю... ещё одна связь с семьёй исчезла.

– Похоже, кто-то очень старается изолировать тебя.

Я насмешливо хмыкнула.

– С этим я прекрасно справляюсь сама. Помощь не нужна.

Клайв вздохнул и снова посмотрел на часы.

– Мне нужно уйти, но я хотел убедиться, что ты прекратила посылать чеки стае.

– Если я должна...

– Ты ничего не должна ни Маркусу, ни стае, – он слегка откинулся назад, вцепившись руками в столешницу по обе стороны от себя. – За бар заплатил я. Твои чеки приходили ко мне через Маркуса, – он заметил моё замешательство и почти улыбнулся. – А что бы ты сказала, если бы я предложил одолжить тебе деньги на бар, когда мы встретились?

– Я... Я бы...

Что бы я сделала? Я бы сказала "нет". Я никогда бы не позволила себе погрязнуть в долгу перед человеком, которого едва знала. У меня не было бы последних семи лет в этом доме. Мне следовало бы разозлиться за то, что мне солгали, но злости не было, только благодарность за этот прекрасный книжный магазин и бар, моё убежище.

Клайв продолжал спорить о деле, которое он уже выиграл.

– Ты бы отказалась. Ты всё ещё оплакивала смерть своей матери, отходила после нападение в лесу. Маркус не побеспокоился отвезти тебя в больницу или осмотреть твои раны. Он отправил тебя в новый город, чтобы ты жила с женщиной, которую не знала.

– Он сказал, что я не могу лечь в обычную больницу, что они сделают анализы крови и узнают, что на меня напало, узнают, каким монстром я стала.

Я прибыла к порогу Хелены посреди ночи, едва способная ходить, кровь просачивалась сквозь наспех завёрнутые бинты.

– Да, они бы сделали анализ на изнасилование. У нас были бы доказательства о том, кто напал на тебя.

Клайв сжал челюсти от гнева, но потом справился и взял себя в руки.

– У тебя было достаточно проблем. Когда Хелена сказала мне, что ты заговорила о желании жить самостоятельно, переехать из её квартиры и начать свой собственный бизнес, я захотел помочь. У меня сложилось впечатление, что ты доверяешь Маркусу. Как бы то ни было, он был членом семьи. Если бы я сказал тебе, что это от него, я был совершенно уверен, что ты бы согласилась.

Я кивнула. Думаю, я удивила нас обоих, когда прильнула к нему, чтобы поцеловать его в щёку. Он наклонил голову, в его глазах появился настороженный интерес. Не знаю, что на меня нашло. Возможно, понимание того, что жизнь коротка, что Маркус мёртв, и что Клайв, как бы он ни пытался это скрыть, был героем, а не злодеем. Может быть, в основном, это было потому, что мне надоело жить в изоляции. Какова бы ни была причина, в последнюю минуту я передумала и поцеловала его в губы.

У меня мелькнула мысль отступить, но я не смогла. После многих лет мечтаний о Клайве и этом идеальном поцелуе я не смогла его разорвать. После минутного колебания Клайв сжал меня в объятиях. Я схватила его за плечи, у меня закружилась голова.

Грубое “извините” с порога разрушило момент.

Я отступила, взглянув на качающуюся кухонную дверь, не в силах поверить, что наконец-то поцеловала Клайва. Никакого жизненно важного обмена кровью.

– Спасибо, Клайв.

Покачав головой, с усмешкой на губах, он сказал:

– Возможно, я должен сказать то же самое.

Мгновение он изучал меня, как будто не мог прочитать меня.

Он протянул руку и провёл пальцами по моей щеке, убирая выбившийся локон за ухо.

– Независимо от того, что ты думаешь или что Маркус, возможно, сказал тебе, ты не монстр. Ты – выжившая, – он подарил мне ещё один нежный, быстрый поцелуй. – Мне действительно пора идти. Пожалуйста, не покидай сегодня вечером "Убиенную Овечку". Оставайся в безопасности в своей хоббитчьей норе.

Он ухмыльнулся, и я почувствовала, как с меня сняли тяжкое бремя.

После того, как он ушёл, я убежала в уединение своих комнат, нуждаясь в минутном перерыве. Как только моя кровь остыла, я вернулась в бар, чтобы снова наливать напитки и устроиться на своём любимом табурете. Клайв исчез. И это к лучшему. Мне было стыдно за поцелуй. Я сделала глоток пряного апельсинового чая и посмотрела на тёмный океан, стараясь ни о чем не думать.

Дейв вышел из кухни, неся мне печенье.

– Прости, что повёл себя как придурок.

Он явно испытывал ощущение неловкости от извинений, и я решила избавить его от страданий.

– Демон, – напомнила я ему.

Гримасой прикрывая свою усмешку, он сказал:

– Да. Так.

Услышав топот на лестнице, я вздрогнула. Дейв тихо выругался, но как вдруг совершенно потрясающая женщина сошла с лестницы и вошла в бар. На ней было прозрачное чёрное платье и ботинки "Доктор Мартенс". У неё были длинные чёрные волосы и фарфоровая кожа с ледяными голубыми глазами, окружёнными бахромой густых тёмных ресниц. Её щёки покраснели, но это, казалось, было больше связано с гневом, чем с чем-либо ещё.

Моя первая банши. Это было довольно захватывающе. Банши были ирландскими фейри, женщинами-предвестниками смерти. Говорили, что если вы услышите вопль банши, то либо вы, либо кто-то из членов семьи уже мёртв. Я также слышала, что, как и некоторые другие фейри, они могут заглянуть в сердце человека и прочитать его душу. Жутко, но так круто.

– Чёрт возьми, Мэгги. Что ты здесь делаешь?

Плечи Дейва поникли. Он знал, что сейчас произойдёт, и не мог это остановить.

– Ах, вот ты где, жуликоватый ублюдок!

В её глазах вспыхнула ярость.

Я оглядела комнату. Все взгляды были прикованы к разворачивающейся драме. Я должна брать плату за вход.

Дейв начал обходить бар, подняв руки вверх, пытаясь предотвратить неизбежное.

– Мэгги, ты же знаешь, что это неправда. Я никогда тебе не изменял, – он говорил тем голосом, каким разговаривают с бешеными собаками, с мягкими нотками.

– Чушь собачья! – выплюнула она. – Вчера вечером ты не вернулся домой. Где же ты тогда был? Я скажу тебе, где ты был; ты провёл ночь здесь с этой.

Она указала в мою сторону.