Текст книги "Книжный магазин-Бар «Убиенная Овечка» (СИ)"
Автор книги: Сиана Келли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
ГЛАВА 8
Танцы на шесте сложнее, чем кажутся
Машина Клайва подъехала к входу в «Тонга Рум» на Калифорния Стрит. Я думала, он высадит меня, но вместо этого он выскользнул из машины, схватил меня за руку и потащил за собой. Машина отъехала, когда он дёрнул ручку задней двери «Тонга Рум». Заведение уже давно должно было быть закрыто, но дверь оказалась незапертой.
Мы нашли Тару, сидящей на барном стуле, перед ней стояла чашка кофе. Её глаза широко распахнулись, стоило ей увидеть Клайва со мной.
– Клайв, я так рада снова тебя видеть. Сэм, – она зашла за стойку. – Могу я вам что-нибудь предложить?
– Ничего, – Клайв взял её чашку и указал на ближайший столик. – Давай сядем и поговорим.
В глазах Тары появился страх. Она казалась непринуждённой, но я чувствовала её нежелание лишиться пусть даже и небольшой защиты бара. Она разыграла свой страх, лениво крутя полотенце по барной стойке, огибая её. Я не могла прочитать взгляд, который она бросила на меня, проносясь мимо. Что же такое.
Я последовала за ней к столу. В баре было пусто, но чувствовалось, что тут было что-то не так. Запах? Нет. Вряд ли. Скорее ощущение, от которого у меня встали дыбом волосы. Кто-то только что побывал здесь. Кто-то или что-то ушло, как только мы открыли дверь.
Клайв сил спиной к стене, Тара напротив него. Я заняла свободное место слева от него. У меня за спиной был бар, но я доверяла Клайву. Он присмотрит за мной. Моё внимание привлекли тёмные углы длинного помещения.
– Тара, я сопровождаю Сэм, поскольку мне тоже очень интересно, что ты ей расскажешь.
Он сидел, скрестив ноги, воплощение заскучавшего британского аристократа. Однако под внешней оболочкой он был натянут как струна.
– Это неловко, – улыбка Тары согрела тёмное помещение. Румянец залил её щёки. – Я имела в виду то, что сказала ей ранее. Я ничего не знаю о том, что кто-то хотел причинить ей боль, – она коснулась кончика вьющейся пряди волос. – Я... Ну, она мне просто понравилась. Я пригласила её выпить.
Она потянулась ко мне через стол.
– Мне жаль, если ты неправильно меня поняла, – пожав плечами, она добавила: – Ты меня привлекла, и я подумала, что, может быть, чувство взаимно.
– Влюблённый суккуб, – произнёс Клайв. – Какая очаровательная ложь.
Язык тела Тары изменился. Она скрестила руки на своих впечатляющих достоинствах.
– Это не ложь. Я подумала, что её может заинтересовать нечто большее, чем выпивка, – её взгляд метнулся ко мне, а потом вернулся к Клайву. – Она прожила здесь много лет. Ни одного мужчины в досье, – она рукой махнула в мою сторону. – Я подумала, что, возможно, то, что вызвало шрамы, отпугнуло её от мужчин, поэтому я попыталась. Никакого вреда, никакой грязи.
– Впечатляет. У тебя почти волшебная способность делать правдивые заявления, которые по существу являются ложью, – Клайв с минуту изучал её. – Тара, что ты знаешь?
– Ничего.
На лбу у неё выступили капельки пота.
– Позволь мне перефразировать. Расскажи мне обо всех своих подозрениях.
Клайв не двигался, но его неподвижность напоминала змею, готовящуюся к нападению.
– Клайв, я нахожусь на нижнем уровне. И ты это знаешь. Начальство не включает меня в свои планы.
– И всё же мы сидим здесь, – когда Тара промолчала, Клайв добавил: – Тебе нужно спросить себя, кого ты боишься больше? Свой вид или меня?
От улыбки на его лице у меня начал скапливаться пот у основания позвоночника, а она даже не мне была адресована.
Настала моя очередь попробовать.
– Тара, кто здесь был? Прямо перед тем, как мы с Клайвом вошли, здесь кто-то был. Кто это был?
Их взгляды метнулись ко мне. У Тары напуганный, а у Клайв размышляющий.
– А вот это интересный вопрос.
Клайв отвернулся от меня и снова сосредоточился на Таре, которая вздрогнула, и её пальцы задрожали.
– У меня нет выхода из этой ситуации, – она откинула волосы назад, скорее от разочарования, чем для соблазна. – Или он убьёт меня, или ты. Но сначала он будет пытать меня.
– Ты меня недооцениваешь, – голос Клайва был почти мурлыканьем.
Её глаза затрепетали, из носа потекла кровь.
– Ладно, – сказала я. – Я думаю, нам нужно притормозить. Никого не нужно пытать или что, чёрт возьми, ты сейчас с собой делаешь. Просто дай нам что-нибудь, – когда она открыла рот, я подняла палец. – Что-то, что действительно полезно. Дай контакт кого-то, кто выше по пищевой цепочке, с кем можно поговорить.
Взгляд, который она бросила на меня, был полон чистого отвращения, и кровавая слеза скатилась по её лицу.
– И я умру, потому что Дейв решил привести тебя к моему порогу.
У меня перехватило дыхание.
– Нет. Если ты умрёшь, это будет потому, что ты выманила её сегодня вечером, прекрасно зная, что на неё нападут, – Клайв наклонился вперёд, и Тара вздрогнула, её глаза закатились. – Что ты знаешь?
– Ситри, – выдохнула она, а потом рухнула на пол без сознания.
* * *
– Ты уверен, что она не умерла?
Я чувствовала себя виноватой, сидя на пассажирском сиденье элегантного "Родстера"[9]9
Родстер – в настоящее время двухместный автомобиль с мягкой или жёсткой съёмной крышей
[Закрыть] Клайва, за то, что оставила Тару лежать на полу. Да, она вошла в сговор с целью убить меня, но в остальном она показалась мне милой.
– Демонов не так уж легко убить.
Клайв переключил передачу и, издав низкое рычание, машина рванула по Калифорния Стрит, а потом свернула направо.
– К сожалению.
– И, – сказала я, осматривая интерьер его смехотворно шикарной машины. Я ехала с Бондом – Клайвом Бондом. – Мы что, теперь просто крадём машины с улицы? Что случилось с блестящим "Мерседесом" и молчаливым водителем?
Клайв едва удостоил меня взглядом.
– Не то, чтобы я выступала против бандитской жизни. Я полностью за угон автомобиля. Если только нас не остановят. Учти, если это произойдёт, меня похитили, и я совершенно невиновна.
Уже был третий час ночи, и по улицам бродило на удивление мало людей. Поди разберись.
– Приятно знать, что у меня есть твоя поддержка.
– Я ни за что не приму удар электрошокера. Это дерьмо жалит.
– Тебя часто били электрошокером, не так ли? – Клайв свернул на обочину и припарковался перед "Логовом Демона". – Похоже, сегодня вечером мы всё-таки отправимся в стрип-клуб.
– “Логово Демона"? Серьёзно? Тактичности им не занимать, не так ли?
Клайв вышел и подождал меня на обочине.
– Независимо от того, насколько хладнокровным гангстером ты себя считаешь, я был бы признателен, если бы ты держала рот на замке. У меня нет никакого желания выкупать твою душу после того, как ты предложишь её голодающему демону.
– Эй! Я крутая и очень хитрая.
Кто, чёрт возьми, назначил его главным?
– Напомни мне, где твоя шапка и шарф.
Клайв поправил пальто, посмотрел на часы, а затем схватил меня за руку и потащил за собой.
– Я серьёзно, Сэм. Молчать.
Когда я показала средний палец у него за спиной, он развернулся так быстро, что я не смогла отследить его движение. В мгновение ока он оказался передо мной, поймал мою руку, и тот самый компрометирующий средний палец оказался между нами. Мой жалкий палец увял под его пристальным взглядом.
– Что в тебе такого? – спросил он почти про себя.
– Моё обаяние? Моя искромётная личность? Мои почти энциклопедические знания Толкина?
Я старалась говорить спокойно, но это было трудно перед лицом... его лицом. Чёрт. Он был очень хорош собой, а я была глупой, покрытой шрамами занозой в его заднице.
– Нет. Это не то, – покачав головой, он потянул меня к двери. – Я серьёзно, Сэм. Держи рот на замке.
Я изобразила, что застегиваю губы, но Клайв этого не заметил.
Большие двойные двери с мягкой обивкой были единственным украшением фасада здания "Логова Демона". С одной стороны от него располагался винный магазин, а с другой ломбард. Обе витрины были ещё открыты. В винном магазине мерцали слабые жёлтые огоньки. Спящий на тротуаре человек втиснул своё свернувшееся тело в узкий проход между стрип-клубом и ломбардом.
Клайв распахнул одну из огромных дверей. Громкая музыка пульсировала в неподвижном воздухе. Тёмный вестибюль заставил меня замедлить шаг. Я не видела ничего, что могло бы объяснить мой порыв, но мне хотелось бежать в другую сторону и продолжать бежать, пока я не окажусь в безопасности под одеялом дома. Клайв, должно быть, почувствовал внезапное напряжение в моей руке, потому что притормозил, когда дверь закрылась, и стал потирать большим пальцем мои пальцы, успокаивая.
В узком коридоре мы погрузились в темноту и последовали к источнику пульсирующей музыки и тусклого света. Похожая на пещеру главная комната была заполнена маленькими столиками, стулья были перевернуты и свисали по бокам. Худая, сгорбленная женщина медленно водила грязной шваброй по полу. Я даже думать не хотела о том, что оставляла после себя её уборка вполсилы. Честно.
Обнажённая до пояса женщина в стрингах покачивалась в такт музыке в ярком свете прожекторов на сцене. Она казалась безжизненной. Обхватив шест, она попыталась приподняться, обхватив его ногой. Неловкий манёвр не удался, её рука соскользнула, и она растянулась на полу. В тёмной, прокуренной комнате раздались тихие смешки. Четверо мужчин сидели за столом в центре сцены и играли в карты.
– Если ты не умеешь работать на шесте, то не танцуй здесь, Кристина. Всё очень просто.
– Мистер Ситри, – из мрака выскользнул человек и навис над нами. – У вас гости.
Все четверо повернулись к нам. На сцене позади них женщина стала повторять то же самое, что делала минуту назад, но никто не смотрел. Мужчины представляли собой впечатляющую массу ужасающих людей. Один был невысоким и приземистым, сложенным, как пожарный гидрант, с воспалёнными повреждениями на лице и руках. Мужчина справа от него был его противоположностью, тонкий, как рельс, землистая кожа, натянутая на скелетообразное лицо, его губы были сжаты в гримасе боли. Мужчина напротив "пожарного гидранта" мог бы быть моделью, золотисто-коричневая кожа, лицо, которое заставляло ангелов плакать, и глаза хищника. Однако всё внимание привлёк тот, кто был ближе всех к нам, тот, кто повернулся к нам последним. Тёмные волосы свисали почти до плеч. Глубокие чёрные глаза горели на его точёном лице. Он излучал силу. К нему-то мы и пришли.
– Клайв. Какой необычный сюрприз, – он встал и направился к нам. – И ты привёл мне кое-кого.
Он протянул мне руку. Пальцы Клайва дёрнулись, но он не сделал ни одного движения, чтобы остановить демона от прикосновения ко мне, поэтому я пожала протянутую руку. Ситри не просто пожал мне руку. Он поднёс её к губам и глубоко вдохнул, целуя мои костяшки пальцев.
Жар прокатился по моей руке и по всему телу. Болезненно осознавая, что я окружена мужчинами, моё дыхание участилось, соски затвердели, а между ног запульсировала боль. Я в деталях представила, что каждый из этих мужчин, обнажённый и готовый, мог бы сделать со мной. Я не могла думать ни о чём другом.
– Это так необходимо?
Скучающий, ох-какой-британский голос Клайва на мгновение прорезал трясину похоти, сокрушающую меня.
– В жизни должно быть что-то весёлое.
Глубокие смешки эхом отозвались в тёмной комнате, лаская моё чрезмерно чувствительное тело.
– Ты сможешь поблагодарить меня позже.
Ситри был высок и широкоплеч. Его руки были прекрасны. Они выглядели так, словно их нарисовал сам Микеланджело. Его взгляд скользнул с Клайва обратно на меня, понимающая усмешка тронула его полные, чувственные губы. Такие губы…
– Я собирался спросить тебя, можем ли мы поговорить наедине, но поскольку я больше не могу выпускать её из виду, полагаю, мы поговорим здесь.
Голос Клайва был подобен прохладному ветру, выдувающему из моего сознания безумное потное напряжение, и вызывал тошноту. Пока Ситри не заговорил снова:
– Ты не доверяешь моим друзьям присмотреть за твоей маленькой волчицей?
Он издал ворчливый звук, от чего мужчины за столом рассмеяться. Пламя лизнуло моё тело, когда демоны уставились на меня, в их глазах стоял голод.
– Я здесь из-за неё.
Голос Клайва погасил пламя. Я закрыла глаза, сосредоточившись только на нём. Потребность перевоплотиться, защитить себя острыми зубами, которые могли бы вырвать его голосовые связки, была подавляющей.
– Она не похожа на танцовщицу.
Мужчины снова рассмеялись, но на этот раз прикосновение их слов было похоже на грубые лапы. Я мысленно извивалась, желая избавиться от них.
– Нет, если только в вашем заведении сейчас не работают женщины в мешковатых джинсах и футболках с длинными рукавами, вовсе нет, – голос Клайва оттолкнул невидимые лапы. – Кто-то мысленно напал на неё. До тебя.
– Какое мне дело, что происходит с ней? – слова Ситри перестали меня мучить.
Либо он потерял интерес, либо услышал раздражение в голосе Клайва.
– Это зависит от обстоятельств, не так ли?
Я глубоко вздохнула и открыла глаза. Желчь, горячая и кислая, ударила мне в горло. То, что мужчина взял под контроль моё тело, вернуло воспоминания, которые я упорно старалась похоронить. Мне хотелось убежать и спрятаться в "Убиенной Овечке", но сначала я хотела выследить и убить каждого демона в комнате.
– Если это не имеет никакого отношения к твоему виду, то мы всего лишь прервали твою игру в покер. И за это вторжение ты уже получил свою расплату, учитывая те игры, в которые ты с ней играл. Однако если я обнаружу, что видения, выводящие её из строя, дело рук демонов... ну, давай скажем так, во имя здоровья всех заинтересованных лиц было бы лучше, если бы это было не так, – голос Клайва оставался приятным, если не скучающим, но кожа вокруг глаз Ситри напряглась.
– Я не скажу, что её запах... обещание её... не интригует меня, но заверю, что не в курсе никакого заговора против неё, – теперь Ситри изучал меня с куда большим интересом, чем раньше. – Во имя профессионального сотрудничества я могу заняться этим для тебя. Если я что-нибудь услышу, я свяжусь с тобой.
Клайв кивнул.
– Спасибо, что уделил мне время, – он повернулся к столу и слегка наклонил голову. – Джентльмены, извините, что прервал вашу игру.
Клайв вывел нас, не торопясь. Снова оказавшись на тротуаре, меня обдало порывом ледяного воздуха, сдувая остатки искусственной похоти. Я стояла неподвижно, желая лишить головы этих демонов их самодовольных усмешек, желая ощутить их кровь на своём языке.
Внезапно передо мной возник Клайв, старательно не прикасаясь ко мне.
– Знаю. Пожалуйста, поверь мне, когда я скажу тебе, что он долго не проживёт. Как только он выполнит свою задачу, он заплатит за свои игры.
Его слова, кроющаяся правда за ними, позволили мне сделать глубокий вдох и разблокировать своё тело. Месть скоро придёт. На данный момент этого должно быть достаточно.
Вернувшись в машину Клайва, у меня появилась минута тишины, чтобы подумать.
– Почему ты так стараешься мне помочь?
Он бросил косой взгляд на меня, а затем снова обратил внимание на дорогу.
– Ты напоминаешь мне кого-то, кого я знал давным-давно.
– Она тоже была потрясающей?
Ухмылка попыталась тронуть его губы, но быстро исчезла.
– Мне так показалось.
Он свернул на тёмную узкую улочку и замедлил ход машины, пропускаю кошку, неторопливо пересекающую дорогу.
Я повернулась на сиденье, сев лицом к нему.
– И кто она?
Он молчал так долго, что я уже засомневалась, что он ответит.
– Моя сестра, – он задумался, словно собирался с мыслями для рассказа. – Это случилось, когда я был ещё человеком. Моя младшая сестра была мечтательницей. Мать очень сердилась, но Элсвит игнорировала работу по дому. Она начинала её, а потом терялась в историях, кружащих в её голове. Она часами бродила по лесу без присмотра. Это была не её вина. Её голова была полна причуд и сказок.
Он снова взглянул на неё с мягкой улыбкой на лице.
– Она рассказывала такие чудесные истории по вечерам, когда мы сидели у костра, истории о драконах и воинах, прекрасных девушках и битвах. Я не возражал делать за неё работу по дому, особенно когда её фантазии сулили вечернее развлечение.
Он припарковался на верхней площадке лестницы, ведущей к "Убиенной Овечке". Он выключил зажигание, тишина в салоне была напряжённой.
– Однажды днём она не вернулась. Мать гремела кастрюлями, взбешённая тем, что Элсвит снова ушла. Однако я обеспокоился. Близились сумерки. Элсвит любила лес, но никогда бы не задержалась там одна до глубокой темноты. Она слишком верила в свои собственные истории. Она боялась монстров и фей. Покончив с нашей работой по дому, я отправился на её поиски. К тому времени наша мать была уже вне себя, гнев уступил место беспокойству.
Я потянулась и положила ладонь на его руку. У этой истории явно плохой конец.
– Я нашел её примерно в километре от дома, – он покачал головой, в его глазах сияло страдание. – Мне следовало отправиться на её поиски в ту же минуту, как я понял, что она чересчур задержалась.
– Ты не мог знать.
– Как бы то ни было, я опоздал. С ней обошлись жестоко. Я нашёл три пары лошадиных следов, три пары следов ног. Они избили и изнасиловали Элсвит, бросили её мёртвое тело в лесу, который она любила, всего в пятнадцати минутах ходьбы от безопасности.
– Я очень сожалею, Клайв.
Кивнув, он сжал мою руку.
– Я тоже, – он посмотрел мне в глаза. – Это были первые люди, которых я убил.
Я встретила его взгляд, убеждённость звенела в моём голосе, когда я сказала:
– Хорошо.
ГЛАВА 9
Кто пригласил Волков?
На следующее утро я резко проснулась от очередного кошмара. Я цеплялась за шест, в то время как мужчины, скрытые тьмой, смотрели и освистывали меня. Вглядываясь во тьму, я пыталась разглядеть, кто они, но пол разверзся и поглотил меня. Я упала в тёмный, сырой подвал. Шуршащие звуки неумолимо приближались. Я открыла рот, чтобы закричать, но затем ясные серые глаза заполнили моё зрение, заставив меня проснуться.
Включив лампу, прогнав тени, я пошла на кухню, готовить тосты и кофе. В баре раздался странный шум. Только не снова. Я приоткрыла дверь и заглянула в зал, который должен был быть пустым, и краем глаза заметила движение. Писк вырвался из меня раньше, чем я поняла, что это Дейв, потягиваясь и зевая, выходит из уборной.
– Какого чёрта ты здесь делаешь?
Дейв потёр глаза и повёл плечами.
– Этот диван полное дерьмо для сна.
– Как ты вообще сюда попал? Я ещё не открыла свои обереги.
Дело было не в том, что я боялась Дейва, сколько в том, что защита, на которую я полагалась, стала давать сбои. Хелена и Натаниэль, ведьмы, которые их создали, уехали из страны. Если мои обереги откажутся работать, у меня не будет возможности их исправить.
– Мэгги выгнала меня, и мне нужно было где-то переночевать.
Его джинсы были расстёгнуты, рубашка помята. Он потянулся за стойкой за стаканом и налил себе пива из крана. Он продолжал вращать одной рукой, пытаясь расслабить её.
– Она расстроилась из-за твоего визита к Таре?
Очевидно, не самая важная часть этого разговора, но он никогда не упоминал о девушке до вчерашнего вечера. Мне было трудно представить, что Дейв живёт с кем-то.
– Потому что я разговаривал с женщиной? Нет.
Он закатил глаза. По крайней мере, мне так показалось. Когда не было белков, трудно было сказать.
– У неё могут быть проблемы с контролем импульсов...
– У неё тоже, да?
– Ха-ха. Ты хочешь это услышать или как?
Он допил своё пиво, косясь на меня. Это было впечатляюще.
Я изобразила закрытие замка на губах.
Он налил себе ещё пинту и залпом осушил её.
– Мы пошли танцевать, вместо того чтобы остаться дома, чего я и хотел. Обкуренная официантка всё время наклонялась, показывая мне свои сиськи, и да, хорошо, я всё ещё был заведён от того, что проводил время с Тарой. Поэтому оглядел официантку с ног до головы. Я не прикасался к ней. Но Мэгги разозлилась. К тому времени, как мы вернулись домой, уже никто не разговаривал. Банши довольно неумолимы, поэтому я решил уйти. Дать ей немного времени, чтобы остыть.
Он повёл плечами.
– Вот почему я пришёл сюда. Я не хотел никого будить, чтобы спросить, могу ли я переночевать, и я знал, что у тебя здесь есть диван. Если бы я знал, как это чертовски неудобно, я бы спал в своей машине.
– Но как ты сюда попал?
Не то чтобы откровение о Банши не было захватывающим.
– Твои обереги не действуют на демонов. Я думал, ты это знаешь.
Он провёл рукой по своей лысой голове.
– Мои обереги не допустят враждебных, меньших фейри, но впустят демонов?
Я подумала о мужчинах из прошлой ночи, и холодок пробежал у меня по спине. Ситри мог войти сюда в любое время, когда захочет, и поработить меня одним прикосновением, одним словом.
– Твоя проблема в том, что ты полагаешься на белых ведьм. Они не могут изгнать демонов. Нет необходимой для этого силы. Тебе нужна чёрная ведьма или демон, чтобы выполнить обряд. Должно быть кровавое жертвоприношение, а белые ведьмы отказываются подписываться на это дерьмо, – он посмотрел на часы. – Мэгги уже должна быть на работе. Я пойду домой и посплю немного. Увидимся вечером.
Дейв ушёл, оставив меня гадать, есть ли где-нибудь по-настоящему безопасное место.
Позже, вытирая стойку бара, я размышляла о демонах, ведьмах и волках... о боже. Над головой раздалось громкое хлопанье крыльев. Во многом похожий на магический вход, который у меня есть для водяных фейри, был ещё один в потолке для наших крылатых братьев. Нетренированному глазу это казалось окном в крыше, но там не было стекла, только магическая мембрана. Я отступила в сторону, когда женщина с длинными тёмными волосами, серой чешуйчатой кожей и массивными чёрными крыльями спустилась в бар.
– Привет, Мег. Как дела?
Я вытащила из-под стойки бутылку виски и налила ей двойную порцию, пока она смотрела на меня лишенными юмора, маслянистыми чёрными глазами.
Мегера была одной из трёх Фурий, богинь мести. Она была ужасающей, но странно привлекательной.
– Сэм.
Одежда Мег была вся в крови. Её кожа, хотя и серая, и чешуйчатая, была бескровной. Её кожа впитывала кровь тех, кому она мстила. Одежда – нет. Следовательно, она часто выглядела так, словно одевалась в отделении неотложной помощи. Думаю, именно поэтому она предпочитала носить чёрное. Это многое извиняло.
– Скажи мне, почему люди настаивают на том, чтобы иметь детей, которых сами же ненавидят? Я не верю, что вы можете избить ребёнка до полусмерти, а потом умолять о своей собственной жизни. Споткнуться – это несчастный случай. Врезаться спиной в стену – отнюдь не случайность.
Размножение было щекотливой темой в магическом сообществе. Многие отдали бы всё, что у них есть, чтобы родить детей. Долгожительство облегчало необходимость продолжения рода, но не желание. Факт того, что люди могли так легко, условно говоря, иметь детей, а затем злоупотреблять этим, или пренебрегать ими, был непостижимым источником ярости.
У меня никогда не будет детей. Волки должны были перевоплощаться каждый месяц, а эмбрионы не выдерживают изменение. Чёрт возьми, у женщин случаются выкидыши, когда они падают с лестницы или испытывают сильное потрясение. Перевоплощение из человека в волка было куда большим шоком для системы.
Известно, что у самцов-волков беременеют их человеческие самки, но процент выкидышей был выше, чем в обществе в целом, и ребёнок, если он рождался, почти всегда был полностью человеком. Однако было чем-то неслыханным для человеческой матери родить ребёнка-оборотня. Сын Маркуса, Мик, был рождённым волком, но такие случаи были крайне редки.
– Прости, Мег. Наверное, у тебя было паршивое утро.
Я снова наполнила её стакан виски, когда она осушила первый.
Она кивнула, помешивая янтарную жидкость в своём стакане.
– Почему от тебя пахнет демоном?
– Всё ещё? – я понюхала себя. – Сегодня утром я снова приняла душ, – наклонившись над стойкой, я прошептала: – Мне стоит волноваться?
Я надеялась, что Мег использует часть этой силы богини, чтобы защитить меня от серных ублюдков.
Она пожала плечами, что для Мег могло означать что угодно – от "Мне на это наплевать" до "Никто не собирается сегодня выпотрошить тебя и украсть твою душу".
– Как прошло свидание?
Я наполнила миску орехами и поставила их перед ней.
Взяв пригоршню, она ответила:
– Как и ожидалось.
– Так плохо, да? Я же просила тебя позволить мне написать для тебя твой профиль. Я могла бы... – как я это сформулировала? – Немного смягчить грани.
– Мне нравятся острые грани. Во мне нет ничего мягкого, Сэм. Перестань пытаться очеловечить меня.
Она опрокинула виски и со стуком поставила стакан обратно на стойку.
– Знаешь, что нам нужно? Приложение для знакомств сверхъестественных существ!
Я снова наполнила её стакан. Алкоголь не действовал на неё так, как на большинство. Она пила его, как воду.
– Тебе не нужно будет тратить своё время на людей, которые тебе не подходят.
Это всё моя вина. Мег упоминала, что без своих сестёр, которые в настоящее время живут на другом конце света, она слишком одинока. Я предложила приложение для знакомств, и мы провели целый вечер, создавая её профиль, добавляя фотки и меняя местами, в то время как Дейв угощал нас коктейлями.
– Мы уже это проходили. Это был пожар в мусорном контейнере.
Мег съела ещё горсть орехов.
– Почему? По мне так, это идеальное решение.
– Ты так молода и невинна. Я понятия не имею, почему ты мне нравишься, – она сделала глоток. – Представь, пожалуйста, что тебе приходит личное сообщение "а не хотите ли вы собраться вместе и уничтожить маленькую деревню, или может быть, распространить небольшую чёрную чуму". Это стало приложением для очень сильных и скучающих сверхъестественных существ в поисках друг друга. Многие скучают по тем дням, когда смертные падали ниц в благоговейном страхе перед нашей силой. Когда человеческие жертвы считались как должное. Помнишь то цунами пару лет назад? Это была парочка из БМ, получившая слишком много удовольствия.
– БМ?
Я оглядела бар, но никто во мне не нуждался.
– Бессмертный Матч. Число погибших было слишком велико. Они закрылись, – взгляд Мег также скользнул по другим посетителям. – Где твой демон? Я думала, он должен был быть здесь, чтобы охранять тебя?
– Дейв? Не. Он не мой защитник. Он мой повар.
Услышав внезапный звук, она повернула голову к лестнице.
– Это хорошо, потому что как защитник он отстой.
Шаги прогремели вниз по лестнице. Двое. Запах волков. У меня стояли охранные обереги против волков. Если только они не были демоническими волками – и разве это не очаровательная мысль – как они попали внутрь?
Первый спускавшийся по лестнице показался смутно знакомым. Было что-то в его запахе. Я заглянула в прошлое в поисках имени. “Рэнди?” В последний раз, когда я его видела, он был подростком, лет тринадцати-четырнадцати, околачивался на территории лагеря моего дяди. Теперь он, судя по всему, был выше метра восьмидесяти, мускулистый, как и все волки, с волосами песочного цвета и голубыми глазами. Три тонких шрама пересекали бровь и спускались по щеке. Не знаю почему, но шрамы вызывали у меня беспокойство. Лицемерие, я знаю.
С той поры как полторы недели я провела с дядей в горах Санта-Круз, прошло семь лет. Столько же лет я не видела Рэнди. Я помнила его как странно внимательного ребёнка. Я часто ловила его на том, что он смотрит на меня, но у меня не было сил, чтобы волноваться. Моя мать только что умерла. Я бродила, потерявшись в горе, но пыталась скрыть его перед всеми этими незнакомцами. Включая моего дядю.
Рэнди изучал бар, а потом его взгляд упал на меня.
– Прошло много времени. Должен сказать, для меня было шоком услышать твой голос в автоответчике. До прошлой недели мы думали, что ты мертва. Мы просматривали документы стаи и нашли записи о банковских переводах от этого бизнеса с твоим именем.
– Но…
Как Маркус позволил этому случиться? Вся стая знала, где я. У меня пересохло во рту. Рэнди пока не выказал мне угроз, и всё же необходимость перевоплотиться терзала меня. Мне нужны были острые зубы, чтобы защитить себя.
– Ты позвонила по поводу мёртвого волка, отправила фото Клэр. Похоже, кто-то действительно напал на неё, порезал её, – он покачал головой, но хищный блеск в его глазах опроверг скорбь. – Почему бы тебе не показать мне тело, Сэм, чтобы я мог забрать его у тебя.
Сжав кулаки, я вонзила свои короткие ногти в ладони, сосредоточившись и пытаясь не чувствовать себя уязвимой в присутствии самца-волка. Кракены и крысы, теперь демоны и волки. Шансов на то, что я выживу на этой неделе, становились всё меньше и меньше.
Моё внимание привлекло какое-то движение, и я вспомнила, что там был ещё один волк. Два волка-самца.
– Тебя послал Маркус? – Маркус знал, что случилось со мной семь лет назад. Зачем ему посылать волков-самцов в моё логово?
Мой отец умер, когда я была маленькой, так что пока я росла, были только мама и я. Однажды вечером, я была ещё совсем маленькой, я встала с кровати, чтобы сходить в ванную, я услышала, как мама с кем-то спорила по телефону. Прячась в темноте, я прислушалась. По разговору мне показалось, будто дядя Маркус хотел меня видеть, но мама шёпотом кричала, что это случится только через её труп. Она говорила вещи, которые в то время не имели смысла, называя его ревнивым и бесчеловечным. Она говорила и о другом, но я не знала слов и поэтому не запомнила их.
Маркус говорил со мной на похоронах мамы, сказал, что обещал моему отцу присмотреть за мной. Я хотела верить и поэтому согласилась поехать с ним, погостить у него несколько недель, пока я не придумаю, что делать.
Смерть моей матери – моя вина. Мы слишком долго задержались на одном месте. Я умоляла маму позволить мне закончить учебный год, погулять на выпускном. Получилось, я даже не сходила туда. Диплом, вероятно, всё ещё лежал в столе секретаря. Вместо того чтобы надеть шапочку и мантию, я стояла над могилой. Вина и горе бушевали во мне. А потом появился Маркус, положил руку мне на плечо и сказал, что обещал присмотреть за мной. Я ковыляла за ним в оцепенении, счастливая, что нашёлся кто-то, кто знал, что делать.
Небо наполнилось тёмным клубящимся дымом, когда мы приблизились к квартире, которую я делила с мамой. Я хотела забрать кое-какую одежду, прежде чем отправлюсь с дядей Маркусом. Вместо этого я нашла обугленные остатки нашего последнего дома. Маркус не выпустил меня из машины. Он осмотрел стоянку, ища что-то, а затем развернул машину и помчался по улице в противоположном направлении. Он поехал в горы к своему дому, большому деревенскому дому в раскинувшемся лагере из хижин в лесу. Я познакомилась с Миком, двоюродным братом, которого никогда не знала, а также с другими мужчинами, которых я считала туристами. Мужчины, как мне вскоре предстояло выяснить, были оборотнями. Через полторы недели на меня напал один из этих мужчин и меня отправили сюда – выздороветь или умереть.
Стряхнув с себя воспоминания, я оглядела бар, моё сердце забилось сильнее. Все смотрели на волков, у некоторых посетителей уже двигались руки, готовя заклинание. Я была не одна в темноте. Не в этот раз.
