355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Шеррилин Кеньон » Инферно (ЛП) » Текст книги (страница 3)
Инферно (ЛП)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 21:42

Текст книги "Инферно (ЛП)"


Автор книги: Шеррилин Кеньон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

– Черт, парень, ты протянешь этот шнур еще дальше, и не сможешь передвигаться по парковке.

Ник остановился, когда они с Калебом вошли в «Трипл Би» – самый большой магазин оружия и компьютерной техники на юге США, а может и во всем мире.

Собственник, Большой Бабба Бердетт, был одним из лучших друзей Ника, и был почти ему как отец.

Бабба был ростом выше семи футов, огромный, с развитой мускулатурой – это сохранилось еще с тех дней, когда он был значимым игроком американского футбола, и мог бы попасть в профессиональный спорт, но предпочел вместо славы проводить время дома с женой и сыном, которых любил больше всего.

Жена и сын, трагически погибли декаду назад при нападении на дом, и это опустошило Баббу и превратило его в человека, помешанного на выживании, документальных фильмах о конце света и журналах об оружии.

И еще он твердо верил, что апокалипсис с зомби неизбежен. Отсюда чучела зомби и других восставших для тренировок, и на стенах постеры его уроков по выживанию среди зомби, которые он вел вместе со своим другом Марком. По всему магазину валялись карточки размером с кошелек с советами, как пережить атаку. Самым любимым у Ника был постер рядом с прилавком, с советом номер один. Помните, вам не нужно обгонять зомби, вам лишь нужно обогнать своих друзей.

Это не очень-то согревало его сердце, и не вызывало желание оставить Баббу прикрывать спину в битве. Но все же не Бабба придумал это, и Ник уже боролся с восставшими, включая зомби, и знал, что на Баббу в борьбе можно рассчитывать.

Бабба своих не бросал, и его истинной философией борьбы были – выстрелить первым, два удара в голову, и пусть потом решает бог.

И так как на этой неделе была годовщина смерти его семьи, то в город навестить его приехала мама Баббы.

По этой причине его темные волосы были коротко стрижены, и его борода превратилась в элегантную бородку.

Он даже отказался от своих футболок с вечными зомби и красных фланелевых рубашек в пользу черной рубашки с рукавами, закатанными до локтей. Но на его ногах по-прежнему были ботинки со стальными носами.

Не важно мама или нет.

Ник подразнил бы его за страх перед матерью, но учитывая тот факт, что его собственная мама доминировала над ним и держала его на коротком поводке, он не мог поиздеваться. Он знал потенциальную силу материнства подавлять даже самого яростного оппонента лишь одним взглядом или приподнятой бровью.

Кроме того, что Бабба был непредсказуемым сумасшедшим, но еще он был настолько южанином, так не мог даже Ник.

– Сделает что?

Бабба закрыл кейс, в который складывал инвентарь, затем опустил ключ в карман. Он встал и посмотрел на Ника и Калеба.

– Ты грустишь, сынок. Практически излучаешь, как жертва Майя, в ожидании того, что ему вырвут сердце. Что так огорчило тебя?

Калеб наклонился над длинным стеклянным прилавком и фальшиво усмехнулся.

– Твоя аналогия с Майя как никогда кстати, Бабба. Он порвал со своей девушкой.

Баба прицыкнул.

– Да, чертовски жаль. Мне очень нравилась Коди. Она была славной.

Краем глаза Ник увидел, что Марк приближается к ним из подсобки. С лохматыми каштановыми волосами он был примерно на два дюйма ниже Баббы, и был лишь чуть менее мускулистым. Он решил, что подельник Баббы будет утешать их, пока тот не ударил его шокером по заду.

– Эй! – вскрикнул Ник, когда боль пронзила его. – Что ты делаешь?

Марк, который был одет не в свою обычную помятую и грязную одежду из-за приезда мамы Баббы, держал шокер, словно снова мог им воспользоваться.

– Привожу тебя в чувство. Парень, ты в своем уме? Нельзя просто так отпускать девушку вроде Коди… по крайней мере, пока она не устроит пожар. Тогда выгонишь ее. Но не до этого, – он снова протянул шокер к Нику.

Ник прыгнул под защиту Калеба.

– Может прекратишь?

– Нет, мне не вбить в тебя разум, без того, чтобы отправиться в тюрьму, – Марк сократил расстояние между ними. – Но против того, чтобы бить несовершеннолетних током нет никакого закона.

Ник продолжил танцевать вокруг Калеба, он изо всех сил старался удержать этого чокнутого подальше от себя.

– Это разве не правонарушение? Я уверен, что против этого есть закон.

Бабба тяжело вздохнул.

– К сожалению, Марк, он прав. Это подходит под статью об оскорбительных действиях.

– Оскорбительных действиях? – Марк притормозил, чтобы подозрительно посмотреть на Баббу. – Ты откуда знаешь?

– Не хочу вспоминать… Не лучший из моих моментов. Хватит того, что я больше не хочу платить судебные штрафы. Я готов с этим завязать.

– О господи, а хочу ли я знать, во что вы все опять влезли? – спросила мама Баббы, появляясь из-за черных занавесок, которые отделяли центральную зону. Подбоченившись, она послала угрожающий взгляд Марку. – Мне снова нужно позвонить твоему отцу, для залога, сынок?

Марк немедленно выпрямился перед этой женщиной гораздо меньшего роста. Одетая в деловой костюм Армани и туфли на низком каблуке, она казалась гораздо выше своего крошечного роста в пять футов… В основном, что она не сомневаясь приложит тебя палкой по спине, если понадобится, и не важно насколько ты больше по сравнению с ней.

Именитый детский хирург, Бобби Джин Бердетт никому ничего не спускала, в том числе нахальство своему единственному сыну и его лучшему другу, с которым тот вырос.

Как только Ник увидел ее, то расплылся в приветственной улыбке. В голове он слышал ее любимое высказывание о Баббе и ее волосах, которые она укладывала в изящный пучок: «Господь дал мне темные, Майкл превратил их в серые, а Л’Ореаль сделал их рыжими».

Но что было лучшим в маме Баббы? Она дважды спасала ему жизнь.

– Привет, Доктор Бердетт, – поприветствовал Ник, затем указал на Марка. – Так, для сведения – он ни за что бил меня током.

Шторм бушевал в ее карих глазах, когда она перевела взгляд на Марка.

– Маркус Джетро Фингерман, опусти эту штуку. Немедленно! Я едва подлечила парнишку, а ты уже пытаешься отменить мой тяжелый труд. Не пытайся причинить ему вред или я натравлю его маму на тебя.

Марк немедленно выпустил из рук шокер, так что он упал на ногу Калеба. Он поднял руки вверх и в его глазах появился неподдельный страх.

– Что угодно, но только не Чирайз. Клянусь, я лучше буду голым в болоте, окруженный супер_зомби Мадуга и голодными аллигаторами, чем в защитной амуниции, с гранатой в зубах и огнеметом в руках встречу Чирайз Готье в режиме защиты Ника. Я никогда не видел такого страшного чихуахуа.

Марк был прав. Мать Ника была даже в тысячу раз яростней его демона-охранника.

И смертоноснее.

– Кроме того, это не совсем моя вина, Доктор Бердетт, – продолжил Марк. – Я просто пытался научить его уму-разуму.

– Ну тогда, господи, мальчик, попытайся с ним сначала поговорить. Знаешь, он умный ребенок! Я думаю, что он сможет увидеть смысл и без угрозы электрошокером.

Выражение лица Марка указывало на то, что тот сомневался в этом. Но он не стал комментировать и повернулся к Нику.

– Так чем ты ее вывел из себя?

Ник скривился, когда Марк повторил предположение Брайнны.

– Ну почему все думают, что я виноват?

– Приятель, – сказал Марк покровительственным тоном. – У тебя зеркало есть? Такие парни как ты не встречаются с такими девушками.

А это уже было чистой грубостью.

– Прости, что?

Марк снова поднял руки вверх.

– Я не говорю, что ты плохо выглядишь, хотя не то, чтобы я рассматривал тебя в этом плане, но… у тебя совершенно нет вкуса в одежде. Совсем.

Ник потянул за кончик куртки Марка.

– Это от доктора Камуфляж?

– А это не со мной порвала шикарная девушка. Хотя я никогда не понимал, что вас связывало. Так что да, это твоя вина.

Ник был поражен.

– Ты же знаешь, что я один из самых ценных игроков моей футбольной команды, да?

Марк фыркнул.

– Как и я, а Бабба нас вообще переплюнул. Хотя это и срабатывает в кино и телешоу, в настоящей жизни… это не так уж и важно. Хорошим и порядочным женщинам не важно, какой на тебе свитер. И это не та причина, по которой с тобой бы заговорила девушка вроде Никоды. Так что мой тебе совет, парень… какое-нибудь милое украшение и дорогой шоколад.

Доктор Бердетт кивнула.

– Должна сказать, он прав на счет женщин. Блеск обычно привлекает глупых, и служит девушке напоминанием, что ей в тебе понравилось в первую очередь.

Ага, но он не хотел, чтобы его убийца вернулась в его жизнь, которую он должен был сохранить для себя. Доктор Бердетт наверняка убеждала бы его перестать думать о таких сумасшедших вещах, даже не смотря на то, что это правда.

Поэтому он начал с части истории, которая могла уберечь его от смирительной рубашки.

– В этом случае, это я порвал с ней.

Марк посмотрел на Калеба.

– Подай мне шокер назад, пожалуйста. Этот мальчик туп, я должен встряхнуть ему мозги.

Калеб рассмеялся.

– Не испытывай меня.

Игнорируя их, Бабба прицыкнул.

– Надеюсь, у тебя была хорошая причина, Ник. Как мне казалось, вы были идеальны вместе. Такое не часто встречается.

Нет, не часто. И Бабба, потеряв любовь своей жизни, знал это лучше многих.

– Она не была глупой, – уверил его Ник.

Марк вздохнул.

– Я всю еще думаю, что мы все должны повалить его, и бить оком, пока он не переборет свое умственное заболевание.

Доктор Бередетт раздраженно зарычала.

– Попробуй, Марк, и я нажалуюсь его маме на тебя.

Марк мгновенно сдулся.

– Да, мадам, – но блеск в его глазах говорил, что в ту минуту, как Доктор Бердетт оставит их одних, он продолжит.

Ник вышел вперед так, чтобы поставить ногу на шокер. Лучше перестраховаться, чем потом жалеть, особенно, когда Марк был рядом.

– Так что вы тут двое так рано делаете? – спросил Бабба, меняя тему. – У вас разве нет тренировки по футболу?

Ник дьявольски расхохотался.

– Она раньше закончилась. Стоун сломал тренеру защиту паховой области плохо посланным мечом. Уверен, за это мы все будем бегать завтра. Но сегодня… Тренеру пришлось применить лед.

Бабба и Марк резко вдохнули.

– Это испортило его выходные.

– Да, и еще последующие, – добавил Калеб.

Ник прошел к прилавку и посмотрел на чипы оперативной памяти, которые были заперты в ящике рядом с боеприпасами.

– Кириан хочет обновить свою оперативку.

– А… без проблем. Какой емкостью?

– Максимальной.

– Получай, – Бабба достал карту оперативной памяти, пока Ник потянулся за кошельком с кредиткой.

– Как в школе? – спросила Доктор Бердетт, опиравшись на прилавок недалеко от Ника. – Они уже заставили извиниться эту девочку?

Ник вздрогнул от вопроса. Дина Квоттербаум была лучшей подругой Брайнны с первого дня школы. Они всегда были неразделимы, пока какая-то глупость не ранила чувства Дины, и она не призвала демона, посеявшего хаос в школе. Дина злобно разрушила репутации нескольких студентов, включая Брайнну. Но хуже того, Дина обвинила Ника в нападении на нее, из-за чего тот попал в тюрьму, и ее отец пошел мстить ему за насилие… именно об этом упоминала Доктор Бердетт ранее, говоря о том, что подлечила его. Мужчина едва не убил его.

К счастью, правда всплыла прежде, чем был причинен реальный вред, но в школе они все еще расхлебывали последствия. Как говорит старая пословица – ложь путешествует быстрее правды, и правда никогда с ней не пересечется. Он познал это на горьком опыте.

– Сразу этим утром она извинилась, и ее забрали в тюрьму за ее поступки.

Доктор Бердетт покачала головой.

– Какой стыд. Ненавижу, когда такие юные разрушают свою жизнь такой глупостью, как зависть.

– Да, мадам. Я тоже, – Ник заплатил за оперативную память. Но когда потянулся, чтобы забрать ее, что-то больно кольнуло его между глаз.

Он резко вдохнул.

Бабба нахмурился.

– Ты в порядке?

Ник кивнул, затем потряс головой.

– Неожиданно почувствовал что-то странное.

Доктор Бердетт вышла из-за прилавка, чтобы посмотреть на него.

– Что за ощущение?

– Головокружение и… Не знаю. Просто странное ощущение.

Она взяла его за подбородок, наклонила его голову, чтобы можно было рассмотреть его лицо, затем прижала тыльную сторону ладони к его лбу.

– Когда ты в последний раз ел?

– В обед.

– И пакетик чипсов час назад, – добавил Калеб. – Ник не пропускает прием пищи или перекус.

Не отвечая на сухой тон Калеба, она достала минифонарик из кармана.

– Пройдем в подсобку, и я осмотрю тебя получше.

– Ма, с ним все хорошо.

Она злобно глянула на Баббу.

– Майкл, я заметила, что все твои чудесные докторские степени Массачусетского Технологического Университета не в медицине. Так что, если не возражаешь… Я не учу тебя, как чинить компьютеры, работать с квантовой физикой или объяснять теорию струн, так что не учи меня, как работает тело, и что мне нужно осмотреть, когда пациент бледнеет без видимой причины.

– Да, мадам, – Бабба сдался.

Ник пошел в подсобку, но споткнулся.

Бабба поймал его и перенес в кресло.

– Эй парень, ты в порядке?

Кивнув, Ник попытался взять себя в руки, но все крутилось в голове с бешеной скоростью. Как будто время сбилось с ритма или что-то подобное. Все двигалось одновременно быстро и медленно. Он слышал голоса из эфира, шепчущие вокруг него. Некоторые были грозными, некоторые визгливыми. Вместе они сбивали с толку и только ухудшали его головокружение.

Неожиданно, все затуманилось, и он почувствовал ужасный запах. Он был таким мерзким, что он расчихался и раскашлялся. Сильно.

Но все стало четким. Бабба, Калеб, Доктор Бердетт и Марк кучкой стояли вокруг него.

Марк убрал руку от лица Ника.

– Видите! Утиная моча не только прикрывает от зомби, она еще к тому же, как нюхательная соль.

Ник еще сильнее закашлялся.

– Это самое мерзкое дерьмо на всей планете, Марк. Пожалуйста, никогда больше так не делай. Лучше ударь током… или даже выстрели.

– Ага, – сказал Марк со смехом, – Но сработало же?

Ник кривился от отвращения, пока Доктор Бердетт запрокинула ему голову и светила ему в глаза.

– Ты немного потный. Что ты ел на обед?

– То же, что и Калеб. Мясной рулет, картофельное пюре, две упаковки кукурузных чипсов, фруктовый рулет, шоколадное мороженое и печенье с начинкой.

Он был уверен, что выражение ее лица было точно таким же, как его, когда он нюхал утиную мочу.

– Я даже не стану комментировать… хотя стану. Мальчик, ты совсем с ума сошел? Что-за идиотский обед? В этом списке было что-то питательное? – она посмотрела на Калеба. – И ты ел то же самое?

– Это вкусно, Доктор Бердетт.

– Это было питательно, – сказал Ник быстро. – Мы съели что-то из каждой пищевой группы.

Она была в шоке.

– И как ты это понял?

– В мясном рулете протеины. Фруктовый рулет, клубничная начинка в печенье и картофельное пюре – это мои фрукты и овощи. Кукурузные чипсы – злаки, мороженое – молочные продукты. Все это полезно.

– Я не могу не содрогаться при мысли о том, чему они учат молодежь в эти дни. Не могу поверить, что вы называете это пищей, – она закатила глаза. – Это так же плохо, как тот момент, когда я поймала Майкла за тем, что тот протыкал дырки в моем печенье и поливал их сиропом, одновременно запивая шестью банками колы.

– Эй, – сказал Бабба защищаясь. – Это была самая лучшая еда.

– Для тех, кто хочет впасть в диабетическую кому.

Ник рассмеялся, замолчав в тот момент, когда Доктор Бердетт сузила глаза. – Простите, мадам… но я уже чувствую себя лучше.

Похоже, ее это не убедило.

– Ты это говоришь, чтобы отвязаться от меня?

– Нет, мадам, я правда чувствую себя снова нормально.

– В ее глазах читалось сомнение.

– Давай, позвоню твое маме, чтобы она пришла за тобой. Тебе не нужно ходить сейчас…

– Я могу его отвезти, Доктор Бердетт.

Она хмуро посмотрела на Калеба.

– Уверен?

Он кивнул.

– Буду рад. И тогда Миссис Готье не придется уходить с работы и расстраиваться.

– Ладно, – она повернулась к Нику.

– Но если снова почувствуешь что-то необычное, немедленно звони мне. Понял?

– Да, мадам.

Кивнув, она похлопала Ника по плечу, и отошла, чтобы тот встал.

Бабба протянул ему маленький пакетик с оперативной памятью для Кириана.

– Ты точно в порядке?

– Ага, абсолютно.

– Ну тогда лады. Береги себя.

– Хорошо.

Калеб вывел его из магазина к тротуару. Как только они остались одни, и дверь была накрепко закрыта, он повернулся к Нику.

– Что ты им не сказал?

Вопрос с подковыркой?

– Ты знаешь, чего я им не сказал. Было ощущение, будто кто-то скребется внутри меня, пытаясь выбраться наружу, сделать из меня Ник-кебаб. Как когда мои силы взяли верх надо мной, и я не мог их контролировать. Но не совсем так. Не совсем… И черт, не знаю я. Было просто странно. Есть идеи, чем это вызвано?

Калеб покачал головой.

– Может быть много причин. Может смещение течения времени.

По спине Ника побежали мурашки, когда он подумал об Амброузе, который как раз пришел из будущего, чтобы помочь ему.

– Ты о чем?

– В отличии от большинства нечеловеческих существ, Малачай может почувствовать, когда кто-то искажает время. В то время, как мы не имеем ни малейшего понятия об изменении, Малачай знает… Или это было заявление о противоборствующих силах. Как сигнал тревоги, оповещающий, что в городе появился кто-то, способный пустить тебе кровь. Вроде как предчувствия опасности.

Ага, но только он не хотел думать об этом.

– Это не успокаивает.

– Да и не должно, – Калеб пошел вперед.

Ник схватил его за руку, останавливая.

– Это все? Возможны только эти две вещи?

– Нет. А еще Нойр может пытаться призвать тебя в Нижний Мир. Или в районе объявился или прошел мимо магазина Баббы Призрачный страж, или еще какой охотник за головами. А может бог заскочил в «Убежище» перекусить… и еще миллион других вещей. Не важно, что это, но твои силы пытаются предупредить, что что-то возможно направляется к тебе.

О божечки. Только этого не хватало. Еще кто-то идет за ним.

– Твои силы тоже так делают?

Калеб кивнул.

Это придало надежду.

– Ты тоже это почувствовал несколько минут назад?

– Неа, но это значит, что пришли не за мной, а за тобой. Или может быть, что это не настолько сильное, чтобы я тратил свои силы на борьбу с ним. Сигнал тревоги срабатывает только когда тебе нужно приготовиться к битве.

«Точно, мне.»

Когда Калеб закончил, по Нику прошла еще одна странная волна, и вместе с ней пришло знание о его друге.

То, что он еще не знал.

– Ты полубог.

Калеб отступил, его лицо побледнело. Он предупреждающе сузил глаза.

– Что ты сказал?

Ник замер, задумываясь об источнике этого прозрения. Но не было ничего осязаемого, кроме четкого ощущения в глубине его нутра. Он точно знал, что Калеб частично был древним богом, причем важным.

– Так ведь? Вот поэтому ты сильнее других демонов среднего класса. Поэтому ты был генералом в Первой войне. Ты можешь заимствовать силу отца.

Защитное поле накрыло Калеба, не позволяя Нику узнать что-то еще о нем, даже его настроение.

– Ты не знаешь, о чем говоришь.

– Ну точно. Ты знаешь, что мне лучше не врать, – распознавание лжи, было единственной способностью Ника, которая его не подводила.

Глаза Калеба предупреждающе вспыхнули оранжевым.

– Закрыли тему, Ник. Сейчас же.

Почему? Почему его это беспокоит? Если бы у Ника была кровь бога, то он бы танцевал по всему кварталу и рассказывал бы всем и вся. Громко. Черт, да он возможно тату бы себе на лбу набил.

– Почему ты не сказал мне?

– Не задавай вопросы, на которые не хочешь услышать ответ, – прорычал Калеб.

И неожиданно, Ник увидел спусковой крючок ярости Калеба в своей голове так же четко, как злость на лице Калеба.

Когда-то очень давно, Калеб стоял рядом с отцом, который был так похож на него, что их тяжело было отличить. Но Ник узнал черные боевые доспехи Калеба, которые, казалось, кровоточили сами по себе, так что никто никогда не знал, ранен ли Калеб в битве. Тогда черные волосы Калеба были длиннее, и падали волнами ему на плечи. У него была короткая, ухоженная борода, и он спорил с богом, породившим его.

– Что я сделал?

Его отец сжал зубы, со злостью, не уступающей злости Калеба.

– Это не то, что ты думаешь.

– Разве? Ты продал всех нас… включая меня.

– У меня не было выбора.

Калеб горько рассмеялся.

– Старик, у нас всех есть выбор, – он ухмыльнулся. – По крайней мере сейчас я знаю в чем не оправдал твоих ожиданий. Не то, чтобы я не знал этого раньше… Спасибо за четкое напоминание.

После этих слов его кожа стала демонической, будто Калеб больше не хотел владеть частью себя. Он надел шлем на голову, и собрался уходить, но отец схватил его за руку.

– Я правда люблю тебя, муран.

Калеб вырвал руку.

– Я не твой сын. И не стоит изображать иное. Я лишь нежелательный побочный продукт твоей страсти к демонессе, у которой вообще отсутствует материнский инстинкт. Ты должен был позволить ей сожрать меня, как только я был рожден. Но не волнуйся. Я не опозорю тебя снова, как твой сын. На сколько я считаю, я был рожден сиротой, – с этими словами Калеб раскрыл крылья и ввязался в битву, оставив отца морщиться от боли.

Ник отчаянно хотел узнать, что его отец сделал с ним, но силы не слушались. Он лишь получил крошечный клочок прошлого Калеба.

И если он что-то и понял, то это был конфликт отцов и детей. Его отношения с отцом делали Калеба в его глазах абсолютно нормальным.

Но в итоге, было ясно одно. Ему не нравилось причинять боль другу. И нет ничего больнее плохих воспоминаний.

– Прости, Калеб. Я больше не буду, ладно? Это твое личное, а не мое дело.

Калеб порывисто вдохнул.

– Вот сейчас ты понял, что значит быть рожденным гибридом. Разрываться между двумя культурами и двумя воюющими сторонами себя. Я веду эту битву всю свою жизнь, и если честно это кошмар. Это как разрываться между двумя женщинами. Самое лучшее, что можно сделать, парень… решить с которой останешься и игнорировать другую.

– А если я не могу?

– Ну тогда ты пропал и никогда не узнаешь мира в душе. Разделение привязанностей не получалось ни у кого.

Как только Ник раскрыл рот, чтобы ответить, в его голове появилась другая картина. Калеб с шестью другими мужчинами стоял прочной стеной против врагов. От них исходила свирепая сила, пока они ждали встречи с тем, что надвигалось. Он не знал, кем были эти мужчины, демонами или богами или еще кем, но было очевидно, что они братья, если не по крови, то по духу.

– Кто были твои союзники, когда ты сражался в Первой войне против моего отца?

Калеб фыркнул.

– Я никогда не сражался против твоего отца, Ник. Я вел свою армию против первого Малачай.

Это ошеломило его.

– Но я думал…

– Ты прямой потомок перворожденного, но уже было несколько Малачай до твоего отца. Адариан пережил их всех. Несколько прожили лишь немногие годы… достаточно, чтобы сотворить потомство на замену, а затем их не стало.

И лишь одна вещь отличала этих Малачай от Ника – они знали с момента рождения, кем они были. Ник, единственный Малачай, считал себя человеком.

Было тяжело очнуться однажды и узнать, что все что ты знал о себе – ложь. Что все твое прошлое не такое, как тебе говорили. Что родители не те, кого ты считал.

Он все еще боролся, пытаясь принять это.

Блин, но иногда это было невозможно. Все менялось так быстро, что его голова кружилась даже сильнее, чем в магазине Баббы.

Вчера, он был нищим ребенком, который беспокоился лишь о хороших оценках, о том, чтобы прийти в школу вовремя и встретить маму с работы, когда та заканчивала поздно. Теперь ему осталось два года до окончания школы, у него была ответственная работа с кучей секретов. И хотя он считал себя единственным мужчиной в доме, когда был ребенком, но лишь сейчас он полностью понял, что означала забота о матери. Что ее безопасность зависела от каждого его решения. Одно неверное движение и ее жизнь оборвется… из-за него.

Да еще и вдобавок его тело менялось, и росло быстрее, чем он успевал привыкать к нему, и если и этого не достаточно… Он был чертовым демоном, до которого мечтала добраться и убить половина вселенной.

Включая его девушку.

И единственная его защита… глупые силы, которые скорее мешали, чем помогали.

«Спасибо за это, вселенная. Рад, что выбрала меня».

Закрыв глаза, Ник вздохнул.

– Я слишком молод, чтобы справляться с этим.

Калеб фыркнул.

– Знакомое чувство.

Ага, точно.

– Тебе тысячи лет.

– Ну, я родился не таким старым, Ник, и благодаря моим родителям на мою голову в детстве тоже свалилась куча вещей. Так что я знаю это чувство. И его тяжело назвать приятным. Поверь мне, я так говорил каждый день своей жизни.

Ух ты. Калеб может откровенничать. Впервые.

– Как ты выжил? – спросил его Ник.

– У меня был дядя, который защищал меня. Научил меня сражаться и прикрывать себя и свои силы. Более того, он научил меня, как понимать, когда ввязываться в битву, а когда уйти и забыть.

– Что-то я последнего не замечал.

Калеб рассмеялся.

– У нас много общего, Ник. Упрямые и глупые до глубины души.

Ага, но было ли то, что они называли дружбой, достаточно, чтобы Ник всегда мог доверять Калебу? Или Калеб тоже однажды попытается убить его?

Время покажет.

Время…

Вот дерьмо!

Ник посмотрел на часы, и сморщился, осознав, как он опаздывает.

– Отвезешь к Кириану?

– Конечно, – Калеб повел его назад к школе, где был припаркован его черный кабриолет Porsche 911 Turbo. У Ника не заняло долгое время, чтобы привыкнуть к таким дорогим машинам, которые он даже трогать боялся. Забавно, как меняются вещи. Теперь, окруженный дорогими машинами, он начал считать их обычными. Кто бы мог себе такое представить? Точно не он.

Ник открыл дверь машины, чтобы сесть в нее и остановился, заметив группу одноклассников, покидающих школу. Двое из них поприветствовали Калеба, который как обычно полностью проигнорировал их. Калеб ненавидел играть свою роль Мистер Популярный Качок. Все в школе думали, что он был богатеньким ребенком, чьи родители вечно были вне города. Знали бы они правду…

Они бы наверно загорелись, или бы их хватил удар, и они бы умерли от недоверия.

Отложив эту мысль, Ник залез в машину и пристегнул ремень.

– Постарайся ехать на девяносто, ладно?

Калеб засмеялся и завел двигатель, затем отъехал. У Ника перехватило дыхание, когда они завернули за угол так быстро, что Ник был уверен, что два колеса занесло на пешеходную часть.

– Думаю, лучше б я попутку поймал, – пробормотал он сквозь зубы.

Калеб снизил скорость.

– Ты сражаешься с армиями проклятых, посланных убить тебя, и мое вождение пугает тебя? Шутишь?

– Ответ очень даже положительный.

Калеб покачал головой и засмеялся.

– Не волнуйся, Ник. Со мной ты в безопасности, как младенец. Я не могу позволить ничему с тобой случиться.

Было бы спокойнее, если бы они не залетали и вылетали из потока машин, петляя. И почему всем бессмертным так нравится быстрая и извилистая езда? Приходит мысль, что никто из них никогда не сдавал настоящего экзамена по вождению….

«Помогите».

Хорошей новостью было то, что они быстро добрались до Кириана. Особенно учитывая то, что ехали они со скоростью света.

Ник облегченно вздохнул и отстегнул ремень безопасности.

– Уф, я думаю, что возможно запачкал твое сидение. Наверное, позже ты захочешь его почистить.

Калеб остановил машину почти в миллиметре от железных ворот дома Кириана.

– Да порядок. Просто куплю новое.

– Тогда ладно. До завтра, – Ник выкатился из машины и выхватил свой рюкзак. Он едва успел закрыть дверь, как Калеб сорвался с места.

Он не был уверен, чем Калеб занимался в его отсутствие. Калеб отказывался посвящать в подробности своего свободного времени. Хотя он не выкладывал подробности большинства вещей.

Как и босс Ника Кириан и его друг Ашерон. Еще одна общая для бессмертных вещь.

«Да и ты немного о себе говоришь».

Правда. Он не любил сближаться с людьми. Тогда не так больно, когда они уходят.

Возможно в этом была так же и их проблема. Вполне. Обычная человеческая жизнь ничто, если ты живешь вечно. Это как завести немецкого дога. Только наладишь с ним отношения и привыкнешь, как их настигает преклонный возраст, и они умирают, и ты снова один.

Да, с этим тяжело справляться. Боги знают, какая у Ника была фобия смерти. Он даже мысли об этом не выносил.

Пытаясь выкинуть это из головы, Ник набрал код ворот и стал ждать открытия.

Когда они открылись достаточно широко, он пошел по извилистой подъездной дороге, что вела к старинному довоенному особняку, который Кириан называл домом. Это было впечатляющее место с огромными верандами вверху и внизу. Такой дом напоминает свадебный торт.

Когда он подошел ближе, его посетило странное чувство, словно он покинул тело. Он видел себя с облаков. Без сомнения, это шел Ник Готье, но все было так, словно он наблюдал за персонажем на экране телевизора. Как будто он отключился от своих эмоций и тела.

Да что со мной сегодня такое?

К счастью, в его кармане завибрировал телефон. Это ощущение впихнуло его назад в тело и реальность, и подключило к эмоциям.

Ник достал телефон и увидел сообщение от Кейси.

«Привет, малыш. Слышала, что вы сегодня освободились пораньше. Не хочешь перекусить?»

Ник нахмурился и быстро напечатал ответ.

«Думаю, ты планировала отправить это Стоуну».

Он едва дошел до лестницы, как она ответила.

«Хаха, Ник. Я знаю, кому пишу. Так ты голоден? Хочешь зависнуть где-нибудь ненадолго?»

Да, ничто не сможет сделать этот день еще более странным.

Ну разве что одна из атак зомби Мадуга или демонов.

«Надо поработать. Прости».

Он едва успел отправить, как она прислала еще одно сообщение. Черт, эта девочка чересчур любит пообщаться.

«Позвони, как закончишь. Я приду».

Ник был так ошеломлён, что впечатался бы в дверь, не открой ее перед этим Роза. Она была высотой с маму Баббы, и ее черные волосы отливали серебром. В свои сорок, она была домработницей Кириана и как вторая мама Нику.

– Проблемы, Мистер Ник? – ему всегда нравилась, как она произносила его имя с сильным испанским акцентом. Это было так круто.

– Нет, Роза. Пытаюсь понять девочку из школы.

Она рассмеялась и отошла, чтобы он мог войти в дом.

– Нет ничего четкого, когда ты разговариваешь с женщиной, сынок. Мы загадочные создания.

– Да, вы такие, – он убрал телефон в карман. – Кириан уже проснулся?

Она закрыла дверь и убрала занавеску с плеча

– Да, он в душе.

– Прекрасно.

Роза нахмурилась.

– Ты себя хорошо чувствуешь, Ник? Ты немного бледный.

Вот еще одна черта Розы, ничто мимо нее не проходит.

– Да, мадам. Просто плохой день.

Она мило сочувствующе сморщилась.

– Шоколадное печенье поможет тебе почувствовать себя лучше?

Он немедленно расплылся в улыбке.

– Ах, Мисс Роза, ты богиня. Они полностью изменят мой день.

Встав на носочки, она взлохматила ему волосы.

– Они на кухне, сынок. Все еще теплые и липкие. Возьми немного.

– Спасибо.

– Не за что.

Ник быстро добежал в заднюю часть дома, затем остановился почувствовав что-то необычное.

– Роза? – позвал он. – Ашерон здесь?

От него всегда было странное ощущение.

– Нет, только ты, я и Кириан.

Странно.

– Ладно, спасибо.

Пока он шел к столу на кухне, чтобы прихватить великолепных печений Розы, он не мог отбросить странное чувство. Их запах был успокаивающим, но он не мог отбросить странное покалывание. Кожа на затылке покрылась мурашками.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю