Текст книги "Изумрудные объятия"
Автор книги: Шеннон Дрейк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
– О чем?.. – переспросила Мартиса.
Пальцы Брюса больно сжимали ее плечи, но он, казалось, даже не сознавал, что держит ее. Наконец он посмотрел на нее и добавил тише:
– Так называются эти камни. Утесы, скалы, которые вы видите, и рифы. Они не уходят в воду и не исчезают там, они растут, как зубы. За столетия они поймали в свою ловушку несметное количество кораблей. – В его голосе снова послышались резкие нотки. – Корабли не должны здесь тонуть! Здесь, в деревне, специально зажигают огни, чтобы показывать курс в направлении от рифов, и все-таки иногда корабли заходят. Идиоты! Их так и тянет к этим чертовым камням! – Он замолчал, его лицо оставалось напряженным. Он снова посмотрел ей в глаза и тихо повторил: – Там не будет выживших. Никогда не бывает. Возвращайтесь домой, вам здесь не место.
– Позвольте мне остаться…
– Мартиса…
– Пегги расстроена. Может, Кларисса вернется домой.
Несколько долгих мгновений он молча смотрел на нее. Потом перевел взгляд на коттедж, из которого вышли Пегги и Генри. Вышли и молча остановились, ожидая следующего распоряжения лэрда Кригэна. Он снова пристально посмотрел на Мартиcy, наконец пожал плечами и сказал:
– Ну хорошо, тогда оставайтесь с ними. Признаться, я удивлен. После того, что Кларисса натворила вчера…
– Я не виню в этом Пегги. Кларисса влюблена в вас, и она ко всем ревнует.
– Ну хорошо, тогда оставайтесь.
Он собрался уходить, однако Мартиса его задержала. У нее вдруг пробежал по спине холодок от страха. Она дотронулась до Брюса. Он посмотрел на нее.
– Что, Мартиса?
– Вы сегодня ее не видели?
– Кого?
– Клариссу.
Отчего-то у Мартисы пересохли губы, и она их облизнула. Глаза Брюса потемнели, их цвет, казалось, стал глубже.
– Ваша сестра сказала, что вы были на нее очень сердиты и что вы… что вы собираетесь с ней поговорить.
Он отстранился и холодно ответил:
– Нет, леди Сент-Джеймс, я не видел Клариссу. Со вчерашнего дня. А теперь, если вы не возражаете, мне надо идти.
Это был не вопрос и даже не формальная вежливая фраза – его тон не был вежливым. Пройдя мимо нее, Брюс свистнул гнедому и окликнул Генри:
– Пошли посмотрим, можем ли мы быть чем-нибудь полезны.
Уже сев в седло, он посмотрел на Мартису. Его глаза горели, взгляд обжигал презрением.
– Миледи, мы, возможно, задержимся надолго. Но вы сами сделали выбор, – сказал он и поскакал в сторону моря.
Глава 6
Когда Брюс Кригэн возвратился за Мартисой, было уже поздно, но Кларисса все еще не вернулась домой. Мужчины вошли в коттедж усталые и промокшие, и Пегги тут же налила им чаю, чтобы они немного согрелись.
Мартиса поставила перед Брюсом тарелку с едой, он устало поблагодарил ее взглядом, и она почти физически ощутила его изможденность. Генри охотно поведал им, что лэрд Кригэн нырял в ледяную воду, надеясь найти выживших. Но все, кого они нашли, были уже мертвы.
– Корабль затонул в полнолуние, – мрачно заметил Брюс и тихо добавил: – Пегги, я не могу этого понять, просто не могу.
От усталости в его речи стал сильнее чувствоваться шотландский акцент.
Пегги вздохнула:
– Лэрд Кригэн, с этим никто ничего не может поделать. Корабли разбиваются о Зубы Дракона.
– Да, но за последние годы, кажется, они стали разбиваться об эти рифы слишком часто. – Брюс допил чай и поставил кружку на стол. – Кларисса вернулась домой? – спросил он, обращаясь к Пегги.
Женщина быстро покосилась на мужа.
– Нет, не вернулась.
Генри поднял голову, его лицо выражало смешанные чувства – тревогу и гнев одновременно.
– Ох, задам я ей кнута, вот уж точно, – пробормотал он.
Пегги промолчала.
– Если она в ближайшее время не вернется, завтра мы снарядим отряд на поиски. Но вы не беспокойтесь, с молодежью это бывает.
Пегги кивнула. Они вышли на улицу. Луна все еще была почти полной, Майкл, сын Пегги, привел их лошадей. Брюс помог Мартисе сесть в седло. На обратном пути он не пустился вскачь с бешеной скоростью, по-видимому, его настроению больше соответствовало неспешное путешествие. Он притих и почти всю дорогу молчал.
Когда они приехали в замок, Брюс снял Мартису с лошади и сказал, чтобы она шла спать, а о лошадях он сам позаботится. Мартиса повернулась к нему, ей хотелось что-нибудь сказать, но она не могла. Уже когда она пошла к дверям замка, Брюс окликнул ее:
– Заприте двери на засовы.
– Я всегда это делаю.
– Проверьте, что заперли, и перепроверьте снова. Вы меня слышите?
Мартиса кивнула, немного раздраженная. Однако он уже не смотрел на нее и уводил лошадей. Мартиса быстро прошла через пустой зал и, взбежав по лестнице, скрылась в своей комнате. Она очень замерзла. Сбросив отсыревшую одежду, она переоделась в ночную рубашку. Уже собираясь нырнуть под одеяло, она задержалась и подошла к двери, чтобы еще раз проверить, что она заперта. Действительно заперта.
Мартиса довольно быстро уснула, и если ей что-то снилось, то она эти сны не запомнила.
Среди ночи она проснулась и села в кровати, прижимая к себе подушку. Ей было показалось, что в комнате кто-то есть, но никого не было, она была одна. И все же… ей чудилось, что в воздухе витает волнующий, не дающий покоя ее душе и сердцу мужской аромат, присущий лэрду замка Кригэн. Мартиса снова легла и закрылась одеялом, но в этот раз ей долго, очень долго не удавалось уснуть.
Утром Мартиса узнала, что мужчины готовятся отправиться на поиски Клариссы в горы и лес. Кларисса не вернулась домой и под утро, и ее родители были в панике. Мартиса услышала эту новость от Йена, Брюс в это время был уже во дворе замка.
–Я тоже хочу поехать, вдруг понадобится помощь, – сказала она, выйдя во двор.
– Вы будете нам только мешать, оставайтесь дома, – возразил он.
– Вы же знаете, я хорошая наездница, я могу пригодиться.
Кригэн недовольно нахмурился.
– Мартиса, скалы смертельно опасны – что под водой, что над водой. Вам уже рассказали, что они делают с неосторожными.
– Я же не собираюсь отплывать на корабле, я только хочу поехать с вами на лошади.
Кригэн поднял руки, сдаваясь.
– Приведи для леди Сент-Джеймс Дездемону, – велел он Джеми. – Она будет готова сесть в седло через десять минут.
Первым делом они направились в деревню. Брюс скакал впереди со своим дядей, а Мартиса оказалась позади них между Йеном и Конаром.
– Как вы думаете, мы ее найдем? – спросила Мартиса с тревогой. – Может, она лежит где-нибудь, раненная…
Йен перебил ее, презрительно фыркнув:
– Это Кларисса-то? Не думаю. Девчонка дикая, как сорняк, выросший на скалах. Помяните мои слова: она сбежала, нашла какого-нибудь мужчину и сбежала с ним, и мы о ней ничего не услышим, пока она не вернется домой брюхатая…
– Йен! – строго одернул Конар.
– Примите мои извинения, Мартиса, я выразился грубо.
– Это было не просто грубо, а очень грубо, – бесстрастно уточнил Конар. Он посмотрел на Мартису и усмехнулся: – Простите его, мы тут живем в маленьком мирке.
– А что сказал Брюс? – спросил Йен брата. – Я думал, что он вчера утром собирался поговорить с этой девчонкой. Он уехал, чтобы с ней встретиться, я точно знаю.
В те секунды, что Мартиса ждала ответа Конара, по ее спине пробежал неприятный холодок. Конар пожал плечами:
– Брюс сказал, что он с ней так и не поговорил. Ее не было.
– Мне сообщили, что отец Мартин организует поисковый отряд, – сказал Брюс, как только они его нагнали. – Мы возьмем на себя скалы, а вы, миледи, держитесь рядом со мной, понятно? Эти скалы опасны.
Мартиса улыбнулась:
– Как прикажете.
Брюс кивнул и пришпорил коня. Мартиса и Питер последовали его примеру.
Миновав деревню, они поскакали вдоль пляжа. На тропинке стали все чаще попадаться камни, потом более крупные валуны, а потом они выехали на крутой склон горы. Мартиса не могла себе даже представить, как подниматься по такой круче. Но оказалось, что по склону идет тропинка, извиваясь между выступающими из земли серыми зазубренными скалами. Все спешились, Брюс пошел первым, и они стали подниматься. Под копытами Дездемоны тропинка представляла собой смесь земли и песка, на которой росла чахлая травка, но по мере того как они поднимались выше, растительность постепенно становилась гуще. Наконец они выехали на ровную площадку, за которой скалы, казалось, уходили в самое небо. Отсюда Мартисе было хорошо видно замок Кригэн: он был все еще далеко и так высоко над ними, что казалось, будто стоит на облаках и в то же время является частью пейзажа, суровый, вызывающий и беспредельно уверенный в себе, как его хозяин.
– Здесь мы разделимся, – сказал Брюс спутникам. – Я поведу Мартису нижней тропой, а вы возьмите лошадей и идите верхом.
– Отлично, – пробормотал Питер.
Они разделились, и Брюс пошел первым по узкой, заросшей травой тропинке. Мартиса смиренно пошла за ним. Тропа оказалась далеко не легкой. Казалось, они прошли лишь несколько футов, когда Брюс спрыгнул вниз с высоты на каменную площадку фута на четыре ниже их. Он повернулся к Мартисе и поднял руки. Сначала она колебалась, но потом шагнула вперед и потянулась к нему. Он обхватил ее за талию, приподнял и поставил на ноги уже рядом с собой.
Он на миг почувствовал ее прикосновение. Потом ее ноги коснулись земли, но его руки все еще оставались на ее талии.
Мартиса посмотрела в его глаза.
Изумруд и пламя.
Солнце стояло высоко, где-то прокричала птица, с моря налетел порыв ветра. Мартисе хотелось закрыть глаза, но она не могла отвести взгляд от его глаз.
– Пойдемте осмотрим сначала пещеры, – сказал Брюс, тоже не отрывая от нее взгляда.
Но потом он все-таки отвернулся и пошел вперед. Мартисе показалось, что он на что-то разозлился.
Им снова пришлось прыгать вниз. И хотя Брюс помог ей спуститься, он тотчас же отпустил ее и снова поспешил вперед. В торопливом передвижении по неровной тропинке Мартиса подвернула ногу. Ее ступня попала в трещину в скале, она вскрикнула отболи и села на землю. Острая боль пронзала ногу от щиколотки до бедра.
– Мартиса, вы собираетесь… – раздраженно начал Брюс, но потом оглянулся и прочел в ее глазах боль.
Быстро опустившись на колени рядом с ней, он провел рукой по ее икре под юбкой. Мартиса хотела было возразить, но он молча расшнуровал ее ботинок и снял с ноги. Не думая извиняться, он тихо выругался и посмотрел Мартисе в глаза.
–Хорошо, что это только растяжение, не перелом, – бросил он с раздражением. – Я же говорил что вам не надо идти!
– Что-о-о? – Мартиса прищурилась. – Если бы вы не мчались как сумасшедший…
– Я мчался, потому что нам надо спешить. Мы должны пройти довольно много, пока светло.
– Это ваша вина, лэрд Кригэн, и это факт.
Он встал, держа в руке ее ботинок:
– Если бы вы остались, с вами бы ничего не случилось. Но вам же надо обязательно сунуть нос во все дела!
Мартиса даже задохнулась от возмущения и встала и тут же вскрикнула от боли. В следующую секунду Брюс подхватил ее на руки. Он посмотрел на нее, и его взгляд немного смягчился.
– Девочка, у вас от рождения маловато здравого смысла.
– Поставьте меня на ноги! – потребовала Мартиса.
– Не могу, мы пройдем немного дальше, до пещер, там, на пляже, я оставлю вас.
Он пошел дальше. Мартиса инстинктивно обняла его за шею. Прямо перед ее носом была его гладко выбритая щека, она закрыла глаза. Неся ее на руках, Брюс шел на удивление легко и быстро. Он спускался, пока не пришел к морю. Отсюда лапы утесов протягивались к воде и уходили под воду. Мартиса хорошо понимала, почему они не могли скакать здесь верхом: сам пляж был полностью загорожен вздымающейся скалой. Поняла она и почему скалы назвали Зубами Дракона: они действительно торчали из земли и из воды, далеко от берега, как огромные клыки какого-то чудовища, острые, зазубренные и очень опасные.
Брюс поставил Мартису на плоский, отшлифованный водой камень. Отсюда ей было видно набегающие волны.
– Во время высокого прилива этот пляж затопляет, – предупредил Брюс. – Но у нас в запасе еще несколько часов. Я буду в пещерах, не очень далеко отсюда. Если понадоблюсь, просто позовите.
Мартиса промолчала, глядя на темно-голубую воду.
– Мартиса!
Она встрепенулась и посмотрела ему в глаза.
– Вы меня понимаете? Позовите, если я буду нужен.
– Есть! – услышала она собственный голое.
А потом вдруг что-то в его глазах глубоко тронуло ее, и она пообещала:
– Да, Брюс, я вас слышу и позову, если что. Но что… что может случиться?
Он покачал головой, и Мартиса поняла, что он сам не знает.
Покидал он ее с явной неохотой. Уже уходя, он вдруг вернулся, встал перед ней на одно колено и заправил ей за ухо выбившуюся прядь. Его пальцы коснулись ее щеки, и у нее возникло желание схватить его за руку и остановить. Но их взгляды снова встретились, и янтарный огонь в его глазах наполнил ее томлением. Она уронила руку на его плечо, погрузила пальцы в черные волосы и закрыла глаза. Почувствовала на щеках прикосновение соленого океанского бриза, а потом мягкое, ласкающее прикосновение его губ к ее губам. И снова, несмотря на сырой холодный день, она ощутила жар солнца – это Брюс прижал ее спиной к скале, и его тепло просочилось в нее.
Брюс коснулся губами ее век.
– Ради всего святого, – прошептал он, – мне бы надо сейчас играть роль демона. Волны и море стали частью всего этого, они текут в моей крови, требуя райского ритма.
Его шепот обольщал и убаюкивал. Но затем он встал и потянул за собой Мартису. Она открыла глаза и увидела в его глазах насмешку.
– Право, миледи, я вас предупреждал, что овладею вами, и сделаю это. Если только вы не овладеете мной раньше.
От этого оскорбления Мартиса широко раскрыла глаза, а потом не раздумывая занесла руку для пощечины. Брюс перехватил ее руку, тихо рассмеялся и неожиданно прижал Мартису к себе. Даже через все слои одежды она почувствовала, что он возбужден и более чем готов осуществить свою угрозу. Она попыталась вырваться, но он крепко прижимал ее к себе. Он накрыл ее губы своими губами, и на этот раз поцелуй был одновременно властным и нежным. Мартиса пыталась бороться, яростно пыталась, но ее силы быстро истощились, а его мужской аромат и прикосновение губ делали свое дело и в конце концов победили. Брюс продолжал целовать ее, пробуя ее губы на вкус, исследуя ее рот своим языком, чуть прикусывая зубами. Потом он оторвался от ее губ и, продолжая обнимать, тихо прошептал, почти касаясь губами ее уха:
– Кого же я обнимаю, кролика или ястреба? То я вижу дерзкую требовательную соблазнительницу, много повидавшую в жизни и знающую мужчин, а то мне кажется, что передо мной невинное создание. Кто вы, Мартиса?
Она в смятении оттолкнула его, попятилась, чуть было не споткнулась о камень и поморщилась, когда нечаянно наступила на больную ногу.
– Я сестра Мэри! – крикнула она. – А вы… вы должны это помнить!
Брюс выгнул бровь, глаза его как-то странно блеснули, но по его взгляду ничего невозможно было прочесть.
– Я пытаюсь не забывать, – тихо сказал он.
Потом повернулся, но помедлил, прежде чем идти осматривать пещеры. Запрокинув голову, он закрыл глаза от яркого солнца, потом снова открыл и оглянулся на Мартису:
– Но вы тоже должны об этом помнить.
Мартиса еще не успела в полной мере осознать смысл его слов, как он уже шагал по направлению к пещерам. Оставшись в одиночестве, она какое-то время сидела на камне и просто слушала шум прибоя. Она думала о том, что начинает влюбляться в Брюса Кригэна. Этого не может быть, но все же это происходит.
Но мысли о Брюсе вылетели у нее из головы, когда ее взгляд неожиданно наткнулся на кусок ткани, который торчал из-за камня футах в шестидесяти от нее. Мартиса была уверена, что не видела его раньше. Потом она заметила, что начинается прилив. Она подумала, что, возможно, прибывающая вода подняла что-то с земли за камнем. Мартиса медленно встала, и вдруг ее осенило: ткань… за этим камнем может лежать Кларисса. Или ее труп. Мартиса ахнула, но быстро опомнилась и решила действовать. Прихрамывая, она пошла по песку к этому камню так быстро, как только могла, И вот она уже рядом. Обогнув огромный камень, она застыла на месте и инстинктивно прижала руку ко рту, чтобы не закричать. Она действительно обнаружила тело. Но это не было тело Клариссы. На песке под камнем лежал мужчина. Он был одет как матрос, седеющие волосы разметались по песку и смешались с ним. Кусок ткани, который она заметила, был оторван от его штанины в том месте, где нога была сломана как спичка. Голень была повернута под неестественным углом, а в ране виднелась кость. Рубашка на нем тоже была в крови. Мартисе показалось, что ее сейчас вырвет. Она закрыла глаза и вспомнила госпиталь в Ричмонде, где ухаживала за раненными в боях солдатами. Там ей довелось узнать запах гангрены, запах гниющей плоти. Там она слышала ужасные крики несчастных, которым ампутировали ноги с такими ранами.
Мартиса смогла справиться с собой, тошнота отступила. Нужно было действовать. Она открыла глаза и решительно опустилась на песок рядом с мужчиной, пытаясь вспомнить то, чему научилась в госпитале у врачей. Хотя, наверное, она зря беспокоилась: мужчина, по всей вероятности, мертв. Мартиса провела пальцами по его шее: нащупать пульс не удалось, – но когда приложила ухо к его груди, то услышала сердцебиение. Однако она мало что могла сделать для этого человека. Она разорвала на нем рубашку и увидела рану внизу живота. Мартиса оторвала полосу ткани от своей нижней юбки. Было трудно сдвинуть тяжелого мужчину так, чтобы наложить повязку, но она все же попыталась.
Потом она начала звать на помощь.
– Брюс, Брюс, вы мне нужны!
Мужчина был жив, из ран все еще шла кровь. Как только Мартиса наложила повязку, на ней быстро выступили пятна крови. Она оторвала еще одну полосу ткани, чтобы забинтовать раненого потуже.
– Брюс!
Мужчина открыл глаза. Взгляд у него был ошеломленный, расфокусированный. Он посмотрел на солнце и вскрикнул. Потом перевел взгляд на Мартису, и в его глазах появилось выражение ужаса. Мартиса попыталась его подбодрить:
– Все в порядке, я пытаюсь вам помочь. Лежите, пожалуйста, спокойно, мы дождемся помощи, наложим шину на вашу ногу, и все будет хорошо.
Но он вдруг закричал.
Мартиса наклонилась к нему и вытерла его лоб подолом юбки.
– Прошу вас, лежите спокойно, все будет хорошо.
Моряк пытался что-то сказать, шевелил губами, но звука не получалось. Мартиса наклонилась еще ниже, но слышала только бессвязный шепот. Однако вскоре она, кажется, начала разбирать слова.
– Кригэн, – пробормотал матрос.
Она попыталась заговорить с ним:
– Все будет хорошо…
Но в действительности все было далеко не хорошо. Начинался прилив, а моряк застрял под камнем. Мартиса в панике попыталась разорвать его одежду, которая как бы привязала его к камню. И в это время показался Брюс.
– Мартиса!
– Брюс, сюда! Помогите мне, пожалуйста!
Брюс шел прямо по воде в своих черных сапогах для верховой езды, а приблизившись, в считанные секунды оценил ситуацию. Закатав рукава, он стал толкать валун. Мартиса видела, как напряглись его мышцы и на шее выступили жилы. Камень не поддавался. Тогда он собрался с силами и предпринял еще одну попытку. На этот раз огромный валун сдвинулся на несколько дюймов. Моряк был освобожден.
– Осторожно, его нога! – предупредила Мартиса, лихорадочно оглядываясь в поисках какой-нибудь палки, которую можно бы использовать в качестве шины.
Брюс снова пошел в пещеру и почти сразу вернулся. Мартиса могла только удивляться, как он сумел так быстро найти длинный кусок древесины, но задавать вопросы было некогда. Брюс осторожно выпрямил ногу раненого, вправляя кости на место. Моряк захрипел отболи и потерял сознание. Мартиса оторвала еще несколько полос ткани от нижней юбки и перевязала ногу. Брюс бережно поднял моряка за плечи и оттащил с пути наступающего прилива.
– Я побуду с ним, а вы можете сходить за Йеном, Конаром и Питером, – сказала Мартиса.
– Да, но нам понадобится врач. У него серьезные повреждения, и я уверен, что пострадала не только нога. Люди, которые разбились о камни, редко выживают. – Он снял с себя черный плащ и закутал моряка. – Ладно, оставайтесь с ним, а я пошлю Конара за доктором Мактигом, потом под его присмотром мы все вместе перенесем беднягу. – Брюс задержался еще на несколько секунд. – Думаю, он все-таки потеряет эту ногу – мне доводилось видеть такие раны.
– Да, – согласилась Мартиса, а потом встрепенулась и подняла на него глаза, удивляясь, где он мог видеть такие страшные ранения.
Но Брюс уже уходил, проворно ступая между камнями с удивительной для его роста грацией. Мартиса наклонилась к груди раненого. Сначала она не услышала его сердцебиение, но потом уловила слабый стук и снова села, вздохнув с облегчением. Больше она ничего не могла сделать.
Солнце садилось, вода продолжала прибывать, воздух стал холоднее. Мартиса взглянула на небо: собрались тучи, ночью наверняка пойдет дождь.
Мартиса снова посмотрела на моряка и прошептала:
– Пожалуйста, не умирайте, живите, вы должны рассказать нам, что случилось, почему… почему это произошло. И почему вы прошептали слово «Кригэн».
Кригэн. Потому что это кораблекрушение вызвал замок Кригэн? Но как? Или потому что великий лэрд Кригэна… что сделал?
Послышался скрип песка под ногами, Мартиса повернулась и увидела, что Брюс возвращается, а с ним – Конар.
– Йен поскакал за Доктором Мактигом, – сказал Брюс. – Это не должно занять много времени.
– Надеюсь, – пробормотал Конар. – Брюс, следи за приливом, в ближайший час вода поднимется до пещеры. – Он потер руки, ежась от ветра. – Просто чудо, что этот бедняга до сих пор жив. Иисусе, Брюс, тут такой холод!
– Ну да, – согласился Кригэн.
Его взгляд упал на Мартису, которая дрожала от холода. Она и опомниться не успела, как Брюс наклонился к ней и подхватил на руки.
– Лэрд Кригэн, что вы…
– Несу вас в пещеру, там по крайней мере нет ветра, – пробурчал он. – Если вы не прислушаетесь к голосу рассудка, у вас вдобавок к больной щиколотке будет еще и пневмония.
– Но как же моряк…
– С ним Конар. Мы укутали его одеялом. Мартиса, вы больше ничего не можете сделать!
Брюс был прав. Он внес ее в пещеру, там было темно, и Мартиса невольно стала держаться за него еще крепче. Он медленно, бережно опустил ее на землю и встал.
– Вы здесь побудете?
Она кивнула.
– Тогда я пошел обратно.
Мартисе было видно Брюса и Конара рядом с моряком. Они сидели по разные стороны от него и о чем-то тихо говорили.
Вскоре Йен и Питер вернулись с доктором Мактигом. Врач сразу же опустился на землю рядом с раненым, одобрительно кивнул, видя шину и повязки, потом наклонился к груди моряка.
– Думаю, если мы возьмемся втроем, то сможем поднять его, не причинив боли, – сказал Брюс, обращаясь к кузенам. – Один возьмет его за плечи, двое – за ноги. Если он не придет в сознание, это будет просто Божьим милосердием.
– Брюс, нам не нужно милосердие, – сказал доктор Мактиг, поднимая голову. – Он мертв.
– Что? – в ужасе воскликнула Мартиса из пещеры.
Она встала и, прихрамывая, заковыляла по песку. Дойдя до моряка, она наклонилась над ним и в панике стала ощупывать его плечи и грудь. Дыхания не было. Сердце не билось.
Доктор Мактиг наблюдал за ней.
– Леди Сент-Джеймс, мне очень жаль, но он умер.
– Но он был жив!
– Да, миледи, вы все сделали правильно, на удивление хорошо. Вы приложили все усилия, но теперь он мертв.
– Я его понесу, – отрывисто сказал Конар. – Теперь ему все равно, что дорога неровная и каменистая.
Он наклонился и поднял тело.
Пораженная, Мартиса сидела на песке, не в силах смириться со смертью моряка. Теперь она дрожала не от холода. Брюс подошел к ней и подхватил на руки. Он смотрел ей в глаза, но обращался к доктору Мактигу:
– Леди Сент-Джеймс нужно наложить повязку на щиколотку. Мы можем этим заняться, когда поднимемся на плато?
– Да, конечно, – сказал врач.
– Он был жив, – прошептала Мартиса.
– Да, он был жив, – согласился Брюс. Он стал подниматься по тропе. – Он мог бы нам рассказать… что-нибудь.
– Он сказал, – прошептала Мартиса.
Брюс оторвал взгляд от тропы и пристально посмотрел на Мартису. В сгущающихся сумерках казалось, что он закутан в темноту как в плащ. Мартиса испытывала смешанные чувства: страх и желание, – и к ним еще примешивалось пугающее ощущение опасности, которое у нее возникало всегда, когда Брюс был рядом.
– Что он сказал? – спросил он.
Все остальные – Конар с Йеном, Питер с врачом и мертвый моряк – были далеко впереди них. Они были одни на скалах, одни у моря, и она была беспомощной у него на руках.
– Что он сказал? – повторил Брюс.
Его голос был подобен раскату грома с небес.
– Да почти ничего.
– Вы лжете!
– Нет! – закричала Мартиса. – Он пытался говорить, но у него не было сил; я наклонилась над ним, хотела расслышать…
– Неужели вы не понимаете? Мы могли бы что-нибудь узнать! – рявкнул Брюс.
О да, она понимала. Тот моряк мог бы что-нибудь рассказать им всем. «Кригэн»… Единственное слово, которое он прошептал. «Кригэн».
Ветер завыл громче, и вдруг ливанул дождь. Брюс низко наклонил голову над ней, и на какую-то долю секунды Мартиса затаила дыхание, уверенная, что он ее бросит на Зубы Дракона, которые торчали далеко внизу. Однако он этого не сделал, лишь крепче прижал ее к себе и пошел быстрее, торопясь к лошадям на плато. О том, чтобы забинтовать ее щиколотку там же и тогда же, даже вопроса не возникало. И к кобыле Брюс не сделал ни шагу. Он молча посадил Мартису на гнедого и запрыгнул в седло позади нее. Потом крикнул остальным, что скачет прямиком в замок.
