Текст книги "Пламенев. Книга X (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Юрий Розин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23

Я договорил фразу по инерции. Благо Фая поняла, в чем дело, раньше меня. Она глянула на нас обоих махнула рукой и легко сказала:

– Идите вдвоем. Я все равно думала сказать, что пойду в свою новую казарму, прилягу с дороги.

И ушла, не дав возразить. Собственно, я и не собирался.

Мы с Наташей пошли к гряде, откуда еще недавно выходили с Мишей. Я повел ее той же тропой, ведущей через расселины и пещеры в защищающем континент с севера кряже. Пробравшись через несколько сотен метров скал, мы вышли на тропу, что сбегала вниз, петляя между камней, и выводила на берег.

Когда спустились, Наташа остановилась, глядя прямо перед собой.

Песок тут был белый, чистейший, почти как соль, и под начавшим спускаться к горизонту солнцем он мягко светился. Небольшая бухта лежала подковой, гряда держала ее в тени и тишине, и вода накатывала на белизну с ленивым шорохом, прозрачная у берега до самого дна.

– Я никогда не видела такого, – тихо сказала Наташа.

– Мне это место показал знакомый, – сказал я. – Тут почти никого не бывает. Я прихожу сюда отдохнуть.

Мы прошли к воде, сели на песок и какое-то время молчали. Потом она заговорила, глядя на воду:

– Я не просто так напросилась сюда. Ты знаешь.

– Знаю.

– Меня готовили в Железные Сестры. Но подумав, я поняла, что больше не хочу занимать это место. И сказала об этом отцу и главе клана. Они поставили условие. – Она повернулась ко мне. – Чтобы избавиться от позиции Железной Сестры, я должна сделать карьеру в войсках, которая будет ценнее для рода, чем если бы заняла должность Железной Сестры. Для этого до конца службы я должна взять Четвертый Круг и стать командиром боевого подразделения.

Условие было выверенное.

Полноценным подразделением Мага Четвертого Круга командовать не поставят, тут минимум Пятый. Но был обходной путь.

Если кто-то из бойцов форпоста был особо инициативным, он мог собрать добровольцев и подать заявление Ольге на формирование тестовой группы. Состав: тридцать Вторых Кругов, шесть Третьих и один Четвертый, либо больше.

Если Ольга одобряла, к группе приставлялся куратор, который проверял их службу на протяжении года. Следил за тем, как они выполняют поставленные задачи, как тренируются, как развиваются. Если группа за год проходила все проверки, ее закрепляли в «тестовое боевое подразделение». И как только в нем набиралось достаточно людей нужного уровня, оно само собой выделялось в просто боевое подразделение.

Делалось так ради поддержки инициативности бойцов, а также чтобы капитаны действующих подразделений не относились к своим бойцам халатно и следили за качеством их службы, чтобы у тех не возникло желания уйти.

Так что путь у Наташи был. Сколотить группу, провести через тест, дорасти с ней до подразделения и встать над ним капитаном. Только сколотить такую группу было непросто.

Военных туда зазвать тяжело – они на бывших студентов смотрели как на мажоров. А выпускников постарше на расстоянии держала выслуга и отношение к новичкам как к салагам. К тому же формировать все это надо было загодя, не меньше чем за год до конца срока службы, что оставляло только четыре года на подбор. А это на самом деле не так уж и много.

– План сложный. Ты, похоже, на все сто решила уйти с позиции Железной Сестры, – произнес я в ответ больше своим мыслям.

Наташа долго смотрела на воду. Потом спросила тихо и с горечью, какой я в ней давно не слышал:

– А ты не хочешь, чтобы я уходила?

Вопрос повис между нами. И я понял разом, что снова сказал глупость.

Она воспротивилась желанию рода, заключила это пари. Приехала сюда через половину планеты. Она уже сделала все что могла, чтобы уйти от этих обязательств и быть со мной.

Я в эти два года тоже не сидел сложа руки. Однако, перебрав множество вариантов, не раз поговорив с Ольгой Петровной и даже проконсультировавшись в письмах с ректором столичной Академии, пришел к неутешительному выводу: я никак не могу повлиять на ситуацию Наташи из форпоста.

Как глава клана я имел тут немало привилегий и особенных возможностей. Но этот же статус, а также мои ситуации с Железными и Черной Костью буквально запирали меня со всеми ресурсами в этих стенах. Единственное, что я мог сделать, – это становиться сильнее и тянуть за собой клан, что делал почти без передышек последние двадцать пять месяцев.

И вот, мы встретились. Она приехала, встретила меня, ответила на мой поцелуй. А я посмел спросить: «Ты точно решила уйти?» Дурак. Не это нужно было спрашивать. Вообще ничего не нужно было спрашивать.

И ничего не нужно было говорить.

Я потянулся к ней и поцеловал. Она ответила сразу, без паузы, обняла меня, и мы повалились на белый песок.

* * *

В форпост вернулись растрепанные, довольные, пьяные от восторга любви и страсти уже под вечер. На самом деле остались бы и на подольше, но, хотя волны Зверей в основном происходили днем, одиночные монстры становились куда активнее и агрессивнее ночью, и рисковать встречей с какой-нибудь тварью было глупо.

Ей предстояло жить в казарме седьмого боевого подразделения вместе с Яном и Артемом, но, прежде чем отпустить туда Наташу, я повел ее в нашу казарму, чтобы познакомить со своими ребятами. Время как раз было около восьми, и они должны были уже вернуться с дневной службы.

Вот кто за эти два года изменился больше всех – мой клан.

В позапрошлом сентябре я встретил толпу зеленых салаг, не знающих, что делать с задирающими их идиотами. Сейчас от тех желторотиков не осталось и следа.

От изначальных сорока трех человек (не считая Яна и Артема) осталось сорок два. Одного парня по имени Федор (ирония, жестокая сука) прошлой весной во время очень крупной волны, проломившей стену и хлынувшей в форпост, просто-напросто сожрали монстры – он не успел укрыться в бункере.

Два года назад на Сердце было лишь около половины бойцов моего клана. С тех пор количество Сердец осталось примерно тем же. Вот только потому лишь, что вторая половина успешно перешла на Первый Круг.

Атмосфера форпоста, находящегося настолько близко к кишащему почти бесконечным количеством Зверей Красному океану, влияла на Магов низких уровней в разы лучше любых эликсиров. Плюс мои «тренировки», вероятно, сыграли свою роль.

Не могли не сыграть на самом деле, потому что мы проводили их до сих пор. Правда уже не каждую ночь, а пару раз в неделю, и не ради того, чтобы они научились держать удар, а для улучшения их боевых навыков.

Цепляться к ним перестали. Как минимум они стали сильнее многих других бойцов из снабжения. А те, кто перешел на Круги, по нашей договоренности с Ольгой сразу отправлялись в боевые подразделения.

Однако по факту травля закончилась где-то месяца через три после их прибытия в форпост, после инцидента, который мы между собой называли «Сырной ночью».

На обеде в тот день повара расщедрились, приготовив молодой сыр из молока нескольких десятков убитых накануне огромных самок морских львов (Зверей, разумеется). Но даже с таким количеством на весь форпост деликатеса не могло хватить, к тому же первым вкусняшку раздали членам боевых подразделений.

На группы снабжения и обслуги, а это несколько тысяч человек, осталось лишь около пятидесяти килограммов. Фактически, каждый должен был получить по крошечному кусочку, и, разумеется, любой шанс уменьшить количество претендентов приветствовался.

И вот моих ребят, пришедших в столовую за своей честной порцией сыра, просто окружили и не пускали к раздаче. К тому времени за ними уже довольно прочно закрепилась репутация отбитых на голову сумасшедших, которые во время драк не стонали от боли, а кричали что-то в духе: «Слабо, наш командир бьет куда больнее!» или «Аха-ха! Щекотно!» И их уже тогда предпочитали не трогать. Но ради сыра бойцы снабжения решили, что можно и потерпеть.

Закончилось все тем, что мои устроили настолько яростный и шумный махач, что на гомон заявился Хвостиков, разогнал драчунов, проследил за справедливым распределением сыра и наказал виновных в ущемлении. А ночью моим пришли мстить.

Собралась толпа сотни в три человек, сопровождаемая несколькими Магами из боевых подразделений, с которыми они договорились, чтобы те сдерживали меня и Мишу. Но мы и так не стали вмешиваться и позволили сорока трем нашим сразиться с тремя сотнями противников.

Итог был поразителен. При подавляющем перевесе в численности и тогда еще очень серьезном преимуществе в среднем уровне нападающие потеряли травмированными больше ста человек, вывалившихся из боя с откушенными ушами, губами и веками, расцарапанными лицами, выдавленными глазами, разбитыми ударами голов носами и прочим подобным.

Почти тридцать человек из моего клана после Сырной Ночи были отправлены в лазарет, семеро пролежали там почти месяц, а двоих едва откачали. Но с тех пор моих ребят почти все обходили стороной за пару метров. А через какое-то время, поняв, что, если с ними не драться, они были совершенно нормальными и даже приятными в общении парнями и девушками, их начали приглашать в местные компании и общаться куда доброжелательнее.

Было, конечно, несколько неприятных ситуаций. Самым… ярким, скажем так, был раз, когда одну девушку, близкую подругу Нины, вот так же пригласила просто пообщаться компания парней. Закончилось все тем, что она попала в лазарет с очень серьезной черепномозговой, а один из уродов – с почти откушенным причиндалом.

Но такого уже не выдержал я. Драки – это одно, даже кровавые. Но попытка изнасилования – совсем другое. Всем причастным я перебил ноги и то, что между ними, после чего сам явился к Ольге Петровне с повинной. Она переломала им еще и руки, потом отправив прочь из форпоста. Насколько я знал, сейчас они сидели в поречской тюрьме.

Это поставило на всех попытках докапываться до моих жирную точку. Они окончательно стали частью форпоста, и к сегодняшнему дню уже успели позабыть про те жуткие три месяца, прекрасно общаясь с теми, кто когда-то отправлял их на больничные койки и кому они откусывали носы.

Да и внешне они тоже изменились. Тренировки, обильная еда из мяса монстров, яркое солнце и жара – все это было отличным стимулом для кардинальной смены имиджа.

Так что Наташу приветствовало сорок (еще двое были в лазарете, но уже чисто с бытовыми травмами) подтянутых, загорелых, широко улыбающихся парней и девушек, которые к тому же почти полностью растеряли всяческий пиетет по отношению ко мне. А довольно быстро осознав, кто для меня Наташа, тут же начали ее обхаживать, называя «хозяйкой» и «молодой госпожой», отчего она очень мило смущалась и краснела.

Я познакомил ее со всеми, включая Мишу, и мы устроили небольшой фуршет из припасенной, украденной из столовой «запрещенки». После чего я проводил Наташу в ее казарму, поцеловав на прощанье, и, потянувшись, пошел к зверинцу форпоста, где разместили Вирра.

Мой меховой брат не спал и при моем появлении довольно зарычал, аккуратно вышел из своего загона и приветственно лизнул в лицо.

– Девушки-девушками, – проговорил я, обнимая его за морду, – но не думай, что я про тебя забыл, брат. Пойдем, повоем на луну?

Вирр радостно гавкнул.

Мы выбрались из форпоста. Ворота уже были закрыты, но ни мне, ни ему даже пятьдесят метров стены не были препятствием. Я рванул к горному кряжу, и Вирр устремился следом, с легкостью перегнав меня и обернувшись с ехидным выражением.

Я хмыкнул, оттолкнулся от земли, повернулся в горизонтальное положение и взорвал Дух под ступнями и ладонями, выстрелив собой вперед. Сейчас я уже умел летать и просто на огненной тяге, но так было куда быстрее.

Вирр завыл, его черная шкура окуталась еще более черным пламенем, и он тут же ускорился, догнав меня и продолжив двигаться рядом, при этом поддерживая скорость моего взрывного полета.

– Вот что у тебя за стихия, – проговорил я.

Это черное пламя было очень похоже по виду на то, что чуть не спалило меня изнутри, и на секунду левая рука неприятно заныла. Но я быстро понял, что сходился только цвет. Пламя Вирра не имело и следа той же разрушительной поглощающей ауры, что пламя черного судьи.

Двигаясь в таком темпе, мы добрались до гор, до которых было около пяти километров, меньше чем за три минуты. Но пробираться снова на пляж я не собирался. Вместо этого устремился вверх, и Вирр был вынужден все-таки замедлиться, изыскивая места, куда можно наступить.

В конце концов мы нашли выходящую на океан площадочку. Вирр лег на спину, подняв голову и глядя в ночное небо, а я лег ему на живот, тоже лицом вверх. Жерсть его была очень жесткой, но такой пушистой, что казалось, будто лежу на огромном шерстяном одеяле.

Я ничего не говорил, но через связь мы обменивались десятками образов того, что произошло с нами обоими за эти годы. Он показывал мне образы мест, где побывал, Зверей, с которыми сразился, эмоций, что испытал. Я «рассказывал» про свои три с половиной года.

Не знаю, который был час, когда мы оба почти одновременно почувствовали сонливость и собрались в обратный путь. Я встал в полный рост, потянулся, глянул на океан…

И замер.

По чистой водной глади двигалось огромное нечто. Даже с расстояния оно казалось внушительным, а вблизи, должно быть, было вовсе гигантским.

Око развернулось по привычке, направив вперед, к этому неизвестному чему-то, линию восприятия.

И в ту секунду, как я почувствовал его, оно почувствовало меня.

Меня почувствовал Демон.

Конец 10 книги

Продолжение /reader/622461