Текст книги "Кротовые норы (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 3

На Грише была цветастая рубаха свободного кроя, расстегнутая на груди, просторные шорты и ярко-желтые шлепанцы, словно он собирался на пляж, которого на Четвертом кольце никогда не было, или только что с него пришел. В холле дешевого отеля, где все одевались скромно и неброско, примерно, как я, младший канонир левого борта выглядел совершенно неуместно.

Холл был совсем небольшим, чтобы гости тут не задерживались и сразу проходили в номера, так что расстояние от входа, где я стоял, до Гришиного кресла не превышало четырех метров (три метра семьдесят восемь сантиметров, подсказал стрелок) и я мог застрелить имперца, даже не вынимая руку из кармана.

Гриша осклабился в довольной ухмылке.

– Люблю неожиданные появления, – сказал он. – Конечно, сейчас тут появился ты, а не я, и сделал это не особенно эффектно, но ты понимаешь, что я имею в виду, громила. Кстати, у тебя в кармане ствол или ты просто так рад меня видеть?

– Это не тот карман, – сказал я.

– Знаю, но ты же понимаешь, что я имею в виду.

– Говорят, что эта шутка появилась еще в докосмическую эру, – сказал я.

– Скорее всего, – согласился он. – Думаю, что она появилась одновременно с первыми стволами. У тебя там в кармане рука не дрогнет?

– Не дрогнет, – сказал я.

– Хотелось бы верить, браток, – сказал он. – Потому что мне на роду написано погибнуть каким-нибудь героическим образом, и если что-то пойдет не так, мои потомки не простят мне испорченной родословной.

– Давай я выстрелю в прохожего, а ты закроешь его своим телом, – предложил я.

– Боюсь, что этого будет недостаточно, – вздохнул он. – Слушай, я пришел с миром.

– Ребятам из «Си-Макса» твои коллеги то же самое говорили?

– Да откуда там мои коллеги?

– Значит, в новостях врут, и вы захватывали планеты корпорации без единого выстрела?

– Новости не врут, они преувеличивают, – сказал Гриша. – И причем тут мои коллеги… А, тонко подколол, уважаю. Я аж сразу не понял, а потом как понял… Ну да, на самом деле я не канонир. Это, между прочим, моя большая трагедия. Моя заветная и несбывшаяся детская мечта. Знаешь, у каждого мальчика есть период, когда он хочет, чтобы ему дали большую пушку и разрешили из нее бахнуть. Неужели ты его проскочил? Это где-то между двумя с половиной и восемнадцатью…

Он пришел на встречу один и чувствовал себя беззаботно. Его самоуверенность граничила с безумием.

Даже если группа прикрытия пряталась где-то неподалеку, вне моего поля зрения, она все равно не успеет его спасти, если здесь начнется стрельба.

Похоже, что сам Гриша на сегодня перестрелку не планировал. В имперской разведке служат не идиоты, и, наверное, если бы они хотели меня ликвидировать, то не стали бы высаживать передо мной липового бородатого канонира в яркой рубашке.

Разве что он проштрафился перед начальством и его решили использовать в качестве приманки.

Но откуда ребята могут знать, что я не начну стрелять первым? Почему они так уверены в моей адекватности? Может быть, я на самом деле кровавый маньяк и только и жду повода, чтобы устроить в холле отеля настоящий ад?

– Слушай, вытащи уже руку из кармана, – сказал Гриша. – Ты же сам понимаешь, что если бы мы хотели тебя убить, ты бы уже летал где-нибудь в вакууме, разумеется, без скафандра, и спрашивал, как это произошло.

– Тогда чего тебе надо?

– Поговорить, – сказал он. – Для начала просто поговорить. И это будет достаточно долгий разговор.

– Ну, давай поговорим, – сказал я, но руку из кармана не убрал.

– Не здесь же, – сказал Гриша. – Торчим тут с тобой, как три тополя на проспекте.

– Два, – сказал я.

– Что два? – не понял он.

– Тополя должно быть два, – сказал я. – Нас же двое. Или ты еще кого-то ждешь?

– Нет, вроде никого, – сказал он. – А тополей должно быть три. Их всегда три. Это такая наша местечковая шутка, я тебе потом объясню.

То есть, будет еще какое-то «потом»? До этого момента я вообще не думал, что когда-нибудь снова его увижу.

– Если не здесь, то где? – спросил я.

– Выбери сам, – предложил он. – Это поможет тебе убедиться, что я не устроил еще одну засаду.

– Давай поднимемся ко мне в номер.

– Ты уверен? – спросил он. – Мы в империи придерживаемся весьма широких взглядов, но если у тебя тут есть определённая репутация…

– На Новом Далуте ты не казался мне таким клоуном, – холодно сказал я.

– Это я от радости, – пояснил он. – На Новом Далуте я был занят по уши. Весь в делах и заботах, так сказать, не было времени для душевных бесед и искрометных шуток…

– Ну да, – согласился я. – Вторжение само себя не организует.

– … а тут я уже две недели тебя жду, – продолжил он, пропустив мои слова про вторжение мимо ушей. – Изнывая от скуки, между прочим.

– Считается, что в Муравейнике любой может найти развлечение на свой вкус.

– Я попробовал парочку, но надолго меня не хватило, – сказал он. – Видимо, по натуре я не сибарит. Генерал Макаров, мой непосредственный начальник, говорит, что по натуре я кадавр.

Если его непосредственный начальник – генерал, значит ли это, что сам Гриша ходит в чине полковника? Да и Гриша ли он на самом деле?

– Так мы уже пойдем к тебе или будем тут лясы точить?

– Пойдем, – сказал я. – Нам на третий этаж.

– Да я знаю, – сказал он.

* * *

Щелк.

Я отослал стрелка…

Щелк.

… и призвал на его место волшебника.

Пока мы поднимались на третий этаж, волшебник взял под контроль гостиничную сеть и систему видеонаблюдения. Я не хотел, чтобы за нами подсматривали.

Номер соответствовал своей невысокой цене. В нем была убирающаяся в стену кровать, небольшой шкаф, терминал связи, совсем уж крохотный стол и довольно хлипкое на вид кресло.

– Небогато, – вынес свой вердикт Гриша, недоверчиво осматривая кресло. – Нет, пожалуй я не рискну.

Оставив кресло мне, он выдвинул из стены кровать и улегся на нее, закинув руки за затылок.

– Чувствуй себя, как дома, – сказал я.

– Всегда, браток. Всегда.

Номер слева от моего был свободен. Справа находился полулюкс, и в нем остановилась пожилая супружеская пара с Трелонга-6, небольшой шахтерской планеты, входившей в состав Содружества. Прямо под нами жил странствующий страховой агент из Свободных миров, а прямо над нами вообще никого не было, потому что третий этаж был последним, а дальше начинался следующий уровень Муравейника. Судя по записям с установленной на входе камеры, ни страхового агента, ни супружеской пары сейчас в гостинице не было.

Я сел в кресло и закинул ногу на ногу, повернувшись так, чтобы Гриша не мог видеть мою правую руку, все еще сжимающую игольник в кармане комбинезона.

– У нас к тебе накопилось множество вопросов, – сказал Гриша. – Полагаю, у тебя к нам тоже. Не обещаю, что смогу ответить на все, но кое-какие пробелы заполнить постараюсь. Начну с главного – Торрес тебя сдал.

– Тебе, – сказал я.

– Мне, – согласился Гриша. – Взял деньги, как миленький, и даже не пытался торговаться, не говоря уже об упоминании какой-то там лояльности, и пообещал маякнуть, как только ты появишься.

– Наверное, много денег.

– Да не так, чтобы очень, – сказал Гриша. – Потому что, заявись ты сюда, мы бы тебя и без его помощи вычислили. Собственно говоря, мы тебя без нее и вычислили, потому что он до сих пор не маякнул. Но это в первую очередь твоя ошибка, Джек.

– Чед, – сказал я.

– Ладно, это в первую очередь твоя ошибка, Чед. Когда ты в бегах, нельзя пользоваться старыми контактами.

– Он был мне должен.

– Понимаю, – сказал Гриша. – Но разумнее было бы поискать денег в другом месте.

Он был прав, это моя ошибка. Я предполагал, что у имперской разведки может возникнуть желание меня найти, но, видимо, несколько его недооценил. Не думал, что они отправят сюда целого полковника, который будет сидеть тут две недели, изображая беззаботного туриста.

Пока его команда роет носом землю.

– В доках я встретил твоего человека? – спросил я.

– Да. Его зовут Олег.

– Как ему удалось меня опередить?

– А он тебя не опережал, – сказал Гриша. – Он ждал тебя там. Как я уже говорил, мы торчим здесь две недели. Нам стало скучно, и мы принялись наводить справки. Поднимать логи, беседовать с людьми, шататься по округе, все в таком вот роде. Чем еще заниматься разведчикам, чтобы хоть как-то занять время? Мы изучили твой прошлый визит сюда под микроскопом…

– Разумеется, от нечего делать, – сказал я.

– Разумеется, – сказал он. – И от нашего внимания не укрылся прощальный инцидент в доках. Девять трупов, знаешь ли, просто так в вакуум не выкинешь. Разговоры пойдут.

– Проще было похоронить их в каким-нибудь заброшенном туннеле, – сказал я.

– Кто-то так и сделал, – беззаботно согласился Гриша. – Мы обнаружили захоронение только на третий день поисков. И знаешь, что я скажу тебе по этому поводу? Никаких крыс-мутантов тут нет. Потому что если бы они были, то тела были бы обглоданы до косточки.

Сколько нужно людей, чтобы обыскать все заброшенные туннели Четвертого кольца без карты и всего за несколько дней? Сколько же человек у Гриши в команде?

И чего ради они тратят столько усилий?

– После того, как мы нашли трупы, мы подумали, что у тебя, если ты вернешься, может возникнуть желание повидаться с хозяином мастерской, – сказал Гриша.

– И ради этого ты оставил своего человека дежурить в этом унылом месте? Ради призрачной вероятности, что я там появлюсь?

– Не такой уж и призрачной, как оказалось, – сказал Гриша. – И потом, Олег – коммандос. Он может прождать три дня, стоя по горло в холодной и полной пиявок воде, пока возвышающуюся над поверхностью этой воды голову жрут москиты. И это, чтоб ты понимал, не какой-то отвлеченный пример. Мы все побывали в том болоте.

– Часть боевой подготовки? – попытался угадать я.

– Что-то типа того.

– Получается, это ты приказал убить Станислава?

– Я.

– Почему?

– О, тут целый комплекс причин, – сказал Гриша. – Во-первых, потому что я мог. Во-вторых, потому что это действительно был он. Мои ребята навели справки, и оказалось, что с клиентами этих мастерских, особенно с залетными, вроде тебя, периодически происходили подобные неприятности, после чего на счет Станислава падала крупная… ну, по его меркам, разумеется, сумма денег. И, в-третьих, мы копнули биографию покойника и выяснили, что он не был нравственным человеком и до того, как основал свой бизнес на Четвертом кольце. Он был дезертиром, а с дезертирами у нас разговор короткий.

– Я думал, он был ветераном и ушел в отставку по инвалидности, – заметил я.

– То, что кому-то оторвало ноги, еще не причина для отставки, – сказал Гриша. – И вообще, ты мне за это спасибо должен сказать. Вот какой у тебя был план? Приходишь ты к нему такой, весь из себя с новой рожей, и спрашиваешь: «А не вы ли, Станислав, подослали ко мне тех шалопаев, которые попытались угнать мой корабль?». А он тебе говорит: «Вы что, молодой человек? Я вас вообще впервые вижу. Да и как вы могли подумать, что я промышляю чем-то подобным? Если такое когда и было, то это наверняка просто трагическое совпадение». Или какой у тебя был план? Колено бы ему прострелил? Так мы просто избавили тебя от формальностей и сразу прострелили ему башку.

– А надпись на мониторе зачем?

– Чтобы привлечь твое внимание, – сказал он. – Она ведь тебя заинтриговала, правда? Может быть, теперь ты спросишь, откуда я взялся в твоём отеле?

– Не спрошу.

– А я все равно отвечу, – сказал он. – Не ты один можешь следить за сетями. Мои специалисты, конечно, с тобой никогда не сравнятся, но и они кое-что умеют. Они присматривали за локацией, и когда кто-то забронировал и оплатил номер отеля прямо из поезда, в который ты недавно сел, не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы сложить два и два. Хотя некоторые ставили на то, что ты купишь билет на первый же корабль отсюда. Но твоя алчность все-таки оказалась сильней. Наверное, сказывается корпоративное воспитание.

Да, похоже что я сильно недооценил степень интереса имперской разведки к моей персоне. Знать бы еще, что им от меня надо. А ведь что-то им точно надо, потому что с будущими покойниками таких разговоров точно не ведут.

– Что ты об этом знаешь? – спросил я.

– Больше, чем во время нашей встречи на Новом Далуте, но меньше, чем мне бы хотелось, – сказал он. – Я тогда тебя сильно недооценил, что мне обычно несвойственно. Я действовал в цейтноте и ориентировался на характеристику, полученную от этого хорька Торреса.

– Тупой, но исполнительный, – сказал я.

– Как-то так, – согласился Гриша.

– И ты отправил меня на верную смерть.

– Работа такая, браток, – сказал он. – Я тогда не учел твоего, так сказать, бэкграунда, и думал, что ты будешь действовать попроще.

– И «наследники» загребут меня при первой же попытке выйти на сделку?

– Была такая мысль, – не стал отрицать Гриша. – Я подумал, что «наследники» быстренько тебя сцапают, засадят в безопасную тюрьму, а сами отправятся исследовать артефакт на одну из своих планет-полигонов, которая и примет на себя удар Кочевников. Но так получилось даже лучше.

– Ты сделал меня соучастником массового убийства, – сказал я.

– Не бери на себя лишнего, браток, – посоветовал Гриша. – Убивал не ты. Убивал даже не я, убивали Кочевники. А ты и вовсе ничего не знал.

– Ты-то знал.

– Я смогу с этим жить, – сказал он. – Собственно говоря, я уже с этим живу. Да и у тебя уже была сотня возможностей пойти и повеситься на конюшне, но ты ими так и не воспользовался.

– Справедливо, – согласился я. – Как получилось, что только вы уловили закономерность между артефактами Предтеч и рейдами Кочевников?

– Может быть, потому что мы лучше всех работаем с информацией? – предположил Гриша. – Или у нас лучшая разведка? Или мы просто способны видеть всю картину целиком, пока остальные заняты какими-то местечковыми дрязгами?

– Что ты имеешь в виду?

– Собрать эту головоломку сложнее, чем кажется, – сказал Гриша. – Потому что далеко не все, кто обнаружил артефакты Предтеч, радостно оповещают мир о своей находке, и нам потребовалось время, чтобы набрать достаточный массив разведывательной информации, который позволил нам установить эту зависимость. И я не думаю, что мы единственные обладатели этого секрета, иначе те же «наследники» не оборудовали бы свои базы на далеких и почти незаселенных мирах Содружества.

– Кочевников провоцируют только навигационные кристаллы или что-то еще?

– Это закрытая информация, – сказал Гриша. – Официально даже у меня нет допуска к полному списку.

– А неофициально?

– А так ли это для тебя важно? – спросил он. – Или ты припас транклюкатор Предтеч в нагрудном кармане комбинезона?

– Что припас? – не понял я.

– Еще одна локальная шутка. На самом деле никаких транклюкаторов не существует.

– Тоже потом объяснишь?

– Если не забуду, – сказал он. – Лучше расскажи мне, почему «Звездный Доминатор» младшего Кэмпбелла оказался в системе Эпсилона в то же время, что и ты.

– Бывают и более странные совпадения.

– Конечно, – согласился он. – И если уж мы заговорили о совпадениях, то можно поискать и другие. Твою правую руку, случайно, не Кэмпбеллы сделали?

– Хочешь отрезать и посмотреть? – спросил я, вспомнив агента непонятно чего Хоук и ее маниакальное желание разлучить меня с любимой конечностью.

– Император упаси, – сказал Гриша. – Я, конечно, садист, палач и немного мясник, но не до такой же степени. Говорят, что на пересадочной станции Эпсилона случилась какая-то заварушка. Ты не в курсе, кто там чего с кем не поделил?

– А что по этому поводу говорит твоя хваленая команда?

– Что довольно затруднительно проводить расследование на станции, которую Кочевники разнесли в пыль через несколько дней после инцидента, – сказал Гриша.

– Еще одно чертово совпадение, – сказал я.

Глава 4

– Никуда ты от них не денешься, – притворно вздохнул Гриша.

– Если уж ты такой осведомленный, можешь мне рассказать, что случилось с «Доминатором»? – спросил я.

Генри заверил меня, что в сети Эпсилон-Центра, включая и самые закрытые ее уголки, об этом не было никакой информации, и я тоже, как ни старался, ничего обнаружить не смог. Когда ты путешествуешь от одной кротовой норы к другой, доступ к новостям извне для тебя, мягко говоря, сильно ограничен, и поток информации, в котором ты можешь искупаться, носит совершенно случайный характер. Может быть, ты узнаешь новости о вторжении Кочевников, а может быть – о празднике урожая на одном из захолустных сельскохозяйственных миров.

– Ты переживаешь, что Кочевники его пришибли? Или что не пришибли?

Я пожал плечами.

– Просто интересно.

– Что ж, в отличие от тебя, я не буду ходить вокруг да около, – сказал он. – «Доминатор» был в системе во время нападения, но ему удалось уйти. Позже он был замечен на маршруте к родным корпоративным мирам. Ты разочарован?

Чертовы Кочевники. После всего, что они устроили в системе Эпсилона, что им стоило зашибить еще один крейсер? Щупальца у них бы отвалились, что ли?

– Нет, – сказал я.

– Рад?

– Мне это индифферентно.

– Тогда зачем спросил?

– Чисто из академического интереса.

– Люблю молодых людей с пытливыми умами. Кстати, работающие на меня молодые люди с не менее пытливыми умами более-менее восстановили твой маршрут и поразились твоим довольно хаотическим перемещением. Им удалось вычислить, что ты оставил артефакт на Эпсилоне-4.

– Артефакт уничтожен, – сказал я.

– Это очевидно, браток, потому что в противном случае Кочевники бы не свернулись, – сказал Гриша. – А где ты сам был в момент нападения?

– Этого твои молодые люди не вычислили?

– Только очень приблизительно, – сказал он. – Плюс-минус сутки. Ты свалил с Эпсилона-4 либо незадолго до, либо сразу после нападения.

– После, – сказал я.

Они и так знали очень много, так что я решил, что скрывать информацию о ничего не значащих мелочах я не стану. Хотелось уже быстрее узнать, к чему это все идет.

Пока у меня было только предположение, что они хотят использовать меня против «Кэмпбелла». «Си-Макс» они уже сожрали, или почти сожрали, или как раз дожирают прямо сейчас, так что ничего удивительного, если разведка уже взяла в разработку следующую цель.

Прыгнуть на Содружество империя пока не может, а вот избавиться от корпораций, завладев их жизненным пространством, сырьевой базой и производственными мощностями – запросто.

И если у них получится, то уже лет через сто они и в сторону Содружества посмотреть могут.

– Как? – спросил Гриша.

– Угнал космический корабль.

– И зачем же после этого ты поперся на Эпсилон-центр?

– Потому что там, где я угонял, прыжковых кораблей не было.

– Рассчитывал разжиться другим транспортом на пересадочной станции, а ее на месте не оказалось? – угадал Гриша. – Почему ты не вернулся на Эпсилон-4? На что ты вообще рассчитывал, когда направился к столичной планете?

– На то, что моя легенда сработает.

– Но она не сработала, и тебя сцапали, – сказал Гриша. – Как думаешь, почему?

Я снова пожал плечами.

Точного ответа у меня не было, только гипотеза, которую я никак не мог подтвердить. Подозрение, что меня кто-то сдал. Даже не так.

Кто-то предупредил спецслужбы Содружества о том, что я нахожусь у них на территории и могу всплыть в любой момент. Слишком уж уверенно агент Хоук записала меня в «призраки» корпораций.

Главных подозреваемых было двое, по числу игроков, знавших о моем местонахождении в системе Эпсилона. Это или коллеги Гриши, ведомые неизвестными мне мотивами, или сам чертов Трехглазый Джо Кэмпбелл.

Это было вполне в его духе. Он мог слить информацию, дождаться, пока меня схватят чужими руками, а потом выйти на переговорную позицию, потребовав моей выдачи и пообещав взамен какие-нибудь бонусы с щедрого корпоративного плеча. Технологиями поделиться, например, или пару крейсеров модернизировать.

– Знаешь, что я по этому поводу думаю? – спросил Гриша.

– Уверен, ты не удержишь это в себе.

– Догадлив, чертяка, – сказал он. – Я думаю, у тебя терки с «Кэмпбеллом» не просто так. Я думаю, что ты сбежал из их проекта по производству универсальных солдат, и корпорации это очень не понравилось. Я думаю, что на пересадочной станции «Кэмпбелл» пытался тебя захватить, но у него не получилось. И тогда он сдал тебя Содружеству.

– Интересная теория, – сказал я.

– Как ты сбежал с Эпсилон-Центра?

– А что по этому поводу говорят твои агентурные данные?

– Какую-то чушь, – фыркнул он. – Дескать, ты прямо из камеры взломал закрытую военную сеть, полностью взял базу под свой контроль, вырубил весь человеческий персонал с помощью их собственных дронов, поднял в воздух три десятка истребителей и устроил неплохой замес над океаном, где и растворился, как шипучий аспирин в воде. Но штука в том, что это наспех добытая версия, записанная со слов типа очевидца, а глубже копнуть у нас пока не получилось.

– Но именно так все и было, – сказал я.

Меня бы устроило, если бы эта версия стала официальной, потому что она выводила из-под удара подставившегося ради меня Генри, но было бы наивно думать, что федералы в такое поверят.

Скорее всего, они уже понимают, что произошло, и какой монстр поселился в планетарной сети, и всеми силами стараются не допустить утечки информации. Как сказал бы Гриша, не хотят выносить сор из избы.

– Брехня, – сказал Гриша. – Они там знали, кто ты, и я не верю, что они не экранировали камеру и оставили тебе хотя бы малейшую лазейку, по которой ты смог бы пробраться в локальную сеть. Но даже если бы ты в нее пробрался, у тебя не хватило бы вычислительной мощности чтобы устроить то, о чем нам сообщили. Мои аналитики говорят, что на тебя работала команда местных хакеров, но в это я тоже не верю. Даже если бы у местных оказались стальные бубенчики, которые позволили бы им попереть против федералов, это все равно не их уровень. Долбанные любители остаются долбанными любителями и при любых раскладах не могут прыгнуть выше головы. Нет, там произошло что-то еще, и я обязательно до этого докопаюсь и без твоей помощи. Хотя с ней было бы быстрее.

– Ты в каком звании? – спросил я.

– Полковник, – сказал он, подтверждая мою догадку.

– А в должности?

– Если коротко, то специальный агент с особыми полномочиями, в том числе, с правом принимать самостоятельные решения.

Если это было коротко, то как же оно звучит в полном варианте?

– Еще и знатный, наверное?

– Граф, – вздохнул Гриша. – Но совсем немножко, буквально на полшишечки. А почему ты спрашиваешь?

– Просто хочу знать, с кем имею дело.

– Вот у меня та же фигня, браток, – сказал Гриша. – Я страстно желаю знать, с кем имею дело, а ты не хочешь отвечать прямо и все время темнишь.

– Мы достаточно поговорили о прошлом…

– Недостаточно, – вставил Гриша.

– … и мне хотелось бы прояснить наши позиции в настоящем, – сказал я.

– Ладно, черт с тобой. Давай проясним. Но к разговору о прошлом мы с тобой еще вернемся. И думаю, что неоднократно.

– Что тебе от меня нужно? – напрямую спросил я.

– Прямо сейчас мне нужно вдолбить в твою тупую башку одну простую мысль, – сказал он. – Ты крут, ты прекрасно подготовлен, отлично натренирован, под крышку нафарширован и все такое, и эпизодически тебе прямо-таки нет равных, но системно ты не вывозишь. Ты прекрасно проявил себя на Новом Далуте, но, если говорить прямо, все это было возней в песочнице, в которую ты ворвался и начал раздавать, как старшеклассник. Но как только ты выбрался из тепличных условий на оперативный простор и вступил в игру высшей лиги, ты посыпался. Напринимал кучу неправильных решений, потерял корабль, упустил сделку и сам едва остался на свободе. Не, я прекрасно понимаю, что на твоем месте показал бы себя еще хуже, и ситуативно ты даже молодец, но в целом ты выступаешь на троечку.

Самое обидное, что мне нечего было ему возразить, и даже остроумного ответа я не придумал.

– И раз уж мы говорим о настоящем, то в настоящем я тебя нашел, даже не вспотев в процессе, – сказал Гриша. – Потому что ты двинул по самому предсказуемому пути, и я тупо устроил засаду. Я допускаю, что, если ты сейчас отсюда сбежишь, чего тоже нельзя исключать, найти тебя в следующий раз будет значительно труднее, но, можешь не сомневаться, я все равно это сделаю. Потому что ты один, а меня много. Ты молодец, браток, но ты все еще один, а система всегда бьет класс.

– Вербовать будешь?

– Я уже говорил, что ты догадлив? – осведомился Гриша.

– Говорил.

– Тогда не буду повторяться. О прошлом мы побеседовали, настоящее затронули, теперь давай немного о будущем. Ты вообще задумывался, какое у тебя будущее? Кэмпбеллы с тебя не слезут, Содружество с тебя не слезет, да и, чего уж там, я сам с тебя уже не слезу. Как ты собираешься жить дальше со всем этим багажом?

– Дожил же я как-то до этого момента.

– И вот мы здесь, в этом чудесном отеле, – сказал он. – Давай начистоту, ты дожил до этого момента лишь потому, что я еще не брался за тебя всерьез. Ну, пробегаешь ты от нас всех год, ну полтора… а дальше-то что?

– Я никогда не планирую так далеко вперед.

– И это заметно, – сказал Гриша. – Сейчас будущее твое короткое и незавидное, но все изменится, если один из основных игроков на этом поле возьмется тебя прикрывать.

– Зачем это нужно одному из основных игроков?

– У тебя очевидный талант, а мы не любим разбрасываться талантами, – сказал Гриша. – Ты умеешь действовать и выживать в критических ситуациях, и в одну рожу устроил столько шума, что и десяток наших агентов бы не смогли. Сейчас ты – неограненный алмаз, но при должной подготовке и хорошей поддержке ты способен засверкать всеми своими, так сказать, гранями.

Это намек, что ему известно о моей мультипрофильности, или он просто для красивого словца ввернул? Полковник и граф Гриша Бояринов куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.

– Кроме того, не буду врать, нас очень интересует информация, которой ты не хочешь поделиться.

Они уверены или почти уверены, что я из «Кэмпбелла», и им нужно собрать как можно больше информации об их потенциальном (только ли потенциальном?) противнике. Ничем другим такого интереса к моей персоне я объяснить не мог.

– А если я и дальше не захочу?

– Не тупи, браток, – сказал Гриша. – Я делаю тебе предложение, от которого нельзя отказаться. Или ты с нами, или мы тебя ликвиднем, не сейчас, так чуть позже. Ты слишком много знаешь, чтобы генерал Макаров позволил тебе свободно разгуливать по галактике с этими знаниями в башке. Без обид. Ничего личного, как говорится, исключительно деловой подход.

– Ну, кнут ты мне уже продемонстрировал, – сказал я. – А что там с пряниками?

– Для начала – временное сотрудничество, – сказал Гриша. – Дом, работа, безопасность… ну, насколько она вообще возможна при нашей работе, стабильная зарплата, вид на жительство на любой из принадлежащих империи планет.

– А чего не гражданство? – спросил я.

– У нас нет гражданства, у нас подданство, – сказал Гриша. – А подданство – это чуть сложнее… Намного сложнее, на самом деле. Гражданство – это контракт, который ты заключаешь с государством, а подданство – это, скорее, присяга, которую ты ему приносишь. А нарушение присяги наказывается более строго, чем несоблюдение контракта, если ты понимаешь, о чем я. Мы вернемся к разговору о подданстве, когда ты сам будешь к этому готов.

– И что мне надо будет делать?

– Примерно то же самое, что и сейчас, только гораздо реже и с нашей поддержкой, – сказал Гриша. – А в перерывах между миссиями тебе не надо будет тихариться по углам и вздрагивать от каждого шороха.

– Но это после того, как вы узнаете от меня все, что хотите? – уточнил я.

– Разумеется, – сказал Гриша. – Это отличное предложение, браток. А уж в твоём нынешнем положении и подавно. Империя своих не бросает.

– Хочешь сказать, что не будет, как в прошлый раз?

– Прошлый раз ты был не свой, – сказал Гриша.

– Своего вы бы не отправили?

– Конечно, отправили бы, – сказал Гриша. – Но своему мы бы предварительно все рассказали.

Работа на имперскую разведку – это билет в один конец. Понятно, что в отставку они меня отправят только вперед ногами, благо, за примерами далеко ходить не надо. Киборг Станислав из обычных войск дезертировал, его и то по случаю пристрелили.

Но, с другой стороны, разве не все выборы в этой жизни, это билет в один конец? Переиграть их ты все равно не сможешь.

– Допустим, я соглашусь, – сказал я. – Какие у меня гарантии?

– А какие тут могут быть гарантии? – удивился Гриша. – Честное слово графа Бояринова тебя устроит?

– А ты на самом деле Бояринов?

– Да, – сказал Гриша. – Прилетим на Новгород, я тебя в свое родовое имение отвезу, чтоб у тебя вообще никаких сомнений не осталось.

– Мне надо подумать, – сказал я.

– Валяй, думай, – согласился он. – Пяти минут тебе хватит? Или потребуются все шесть? Ты ж не дурак, можешь быстро прикинуть, какие у тебя варианты. Кэмпбелл тебя сдал, Торрес тебя сдал, этот ваш Консорциум за тебя не впишется, корабль уничтожен, кругом враги, Содружество точит на тебя зуб во-о-о-от такого размера. Если ты не согласишься отправиться со мной, все, что тебе остается, это забиться в какую-нибудь нору и ждать, пока за тобой придут.

По сути, он прав, но так можно продержаться несколько лет, а то и больше. А там, кто знает, вполне может статься, что Распад накроет меня раньше, чем очередной убийца выйдет на след.

Но в моменте предложение казалось неплохим. Пожить в месте, где не надо будет постоянно оглядываться по сторонам, может быть, при помощи имперцев подложить свинью родной корпорации…

– Допустим, я соглашусь, – сказал я. – Как это будет?

– Мы двинем отсюда на Дальний Новгород, где ты побеседуешь с нашими специалистами, и они поймут, на что ты на самом деле годен. Думаю, это займет полгода или около того. Ничего экстремального, разумеется, а жить будешь в ведомственном санатории. Это как пятизвездочный отель, только в номерах не воруют. А потом, когда вся эта мутотень закончится, я возьму тебя в свою команду и мы хорошенько повеселимся во славу империи.

Я решил не тянуть ящера за хвост и задал вопрос в лоб.

– Вы хотите использовать меня против Кэмпбелла?

– А ты все-таки оттуда? – наивным тоном спросил Гриша.

– А если бы был?

– То мы учли бы это в своих планах, – понятно, что при первой беседе он мне все не расскажет, но попробовать все равно стоило.

– Временное сотрудничество, значит?

– Да, – сказал Гриша. – Заключим, для начала контракт на год. Если все пойдет нормально, продлим, а потом уже и о подданстве можно будет подумать, если ты решишь, что оно тебе надо.

– А если я не захочу продлевать? – спросил я. Ответ был очевиден, но мне было интересно, как он выкрутится.

– То пойдешь на все четыре стороны, – сказал Гриша. – В границах империи, разумеется, потому что за ее пределами гарантировать твою безопасность мы не сможем. Но тут тебе повезло, потому что границы нашей империи постоянно расширяются.