Текст книги "Кротовые норы (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19

Штурмовики, кстати, продолжали стрелять. Местные открыли ответный огонь, пытаясь перегрузить силовое поле. С такой интенсивностью стрельбы на это потребуется не меньше пары часов.

Над площадью сверкнули несколько лазерных лучей, но это были единичные случаи и стрелки сразу же были подавлены имперцами.

– Чего тебе надобно, разведка?

– Войти, – сказал я. Вот так сразу выпаливать, что я пришел сюда спасать великую княгиню, я посчитал неразумным. Вдруг они от хохота по противнику мазать начнут?

Там, наверху, задание Гриши Бояринова представлялось мне сомнительным, здесь же, посреди боя, оно казалось просто нелепым. Человек, которого никто не знает, является в осажденное посольство, говорит, что он пришел вытащить отсюда младшую сестру императора и швыряет на стол перстень полковника СВР? И девицу отпускают с ним из самого укрепленного и защищенного места в городе, а то и на всей планете?

На что вообще рассчитывал высокопоставленный имперский дипломат, и какого черта я пытаюсь следовать его плану?

– Ты далеко?

– В двух минутах, – сказал я.

Он скинул мне внешнюю схему здания, где один сектор был подсвечен красным.

– Доберешься, маякни, разведка. Откроем тебе калитку.

Серьезно? Вот так просто?

Я разблокировал двигатели танков и дал обеим колоннам задание идти к площади и расчистить ее от тигров революции. Не думаю, что они добьются успеха, но смогут внести в происходящее еще больше хаоса, и местным хотя бы на время будет, чем заняться.

Танки поползли к площади, стреляя из всех стволов. Эфир окрасился воплями, в том числе и богохульными, но тигры довольно быстро открыли огонь по вышедшей из-под контроля собственной технике, и им удалось остановить меньшую колонну, подбив головной танк. Объехать его на узкой улице не было никакой возможности, и я позволил колонне расползтись по переулкам и начать свободную охоту, задав в качестве мишеней любого человека с оружием.

Стрельба доносилась как из эфира, так и из реального мира, но для меня это были привычные звуковые эффекты.

Я выскочил из переулка и бросился к посольству, периодически меняя направление и скорость бега, чтобы затруднить прицельную стрельбу по моей фигуре. Но в меня никто и не стрелял. У местных были и другие заботы, а для засевших в посольстве имперцев одиночная фигура не представляла угрозы при любом раскладе. Даже если бы у меня был с собой набитый взрывчаткой рюкзак, атака камикадзе сократила бы жизнеспособность силового поля лишь на несколько минут.

К тому же, они были предупреждены.

Я добрался до указанного места и маякнул. Имперцы на пару секунд отключили сегмент силового поля, я проскочил внутрь и увидел прямо перед собой тяжелую бронированную дверь, которую открыли специально для меня. Проскользнув внутрь, я сразу же наткнулся на двоих штурмовиков, перегородивших собой коридор. У них в руках были тяжелые карабины, но превратить меня в фарш они могли бы и без них.

– Сними капюшон, разведка, – потребовал один из них.

Я выполнил его просьбу.

– Ты не местный, – сказал он. – Рожа незнакомая. Откуда ж ты такой красивый нарисовался?

– Меня прислал полковник Бояринов, – объяснил я.

– Откуда прислал?

– Оттуда, – я указал пальцем вверх. – Вы в курсе, что в космопорту пару часов назад что-то взорвалось?

– Хочешь сказать, это был фейерверк в честь твоего прибытия?

– Что-то вроде того.

– И чего же такого важного ты имеешь нам сообщить?

– Мне необходимо поговорить с послом, – сказал я.

– Но сам-то ты не полковник Бояринов, – резонно заметил он, намекая, что понятия не имеет о моих полномочиях.

– У меня есть вот это, – я продемонстрировал ему перстень.

Штука действительно оказалась ключом отдля всех дверей, потому что сразу после демонстрации штурмовики расступились, пропуская меня вперед. Разумеется, к этому моменту они меня уже просканировали и знали, что оружия, за исключением игольника, который против тяжелой брони не играет, у меня нет, взрывчаткуи я с собой не несу, да и вообще, для местного диверсанта, запланировавшего покушение на посла, это была слишком сложная схема. К тому же, совершенно непонятно, чего бы они этим убийством попытались достичь, поскольку время дипломатии явно закончилоась, а обороной здания руководил не посол. Зная имперцев, можно предположить, что с той задачей справился бы и какой-нибудь повар.

Я заметил, что все коридоры в здании были достаточно широкими, чтобы в них могли разминуться двое штурмовиков в тяжёлой броне, ав стены, даже внутренние, сделаны из особо прочного и огнеупорного пластика, что превращало каждый местный кабинет в отдельный форт, взять который будет не так-то просто.

Пока мы шли к кабинету посла, я взломал местнуюый сеть (изнутри это делать было гораздо проще) и принялся изучать обстановку. На данный момент в посольстве было пятьдесят семь человек, энергосистема при такой интенсивности огня (а большую часть энергии пожирала защитная полусфера) могла продержаться еще неделю, по косвенным признакам можно было определить, что силовые поля перегружены не больше, чем на десять процентов. Если тигры не подтащат сюда тяжелое вооружение, посольство будет стоять несколько дней.

А если подтащат, то речь идет всего о нескольких часах.

* * *

Князь Архангельский оказался человеком немолодым. У негот было изборожденное морщинами лицо, короткая седая бородка и ежик седых волос, и это все, что можно было сказать о его внешнем виде, поскольку он тоже оказался одет в тяжелую штурмовую броню, которая делает всех людей одинаково массивными. В жизни он вполне мог оказаться низкорослым толстячком, но наряд превращал его в гиганта, и на него мне тоже пришлось смотреть снизу вверх.

Он принял меня в своем кабинете, и выглядело это довольно нелепо. В своем облачении он был слишком тяжел для любой мебели, а потому стоял в центре комнаты, перед большим тактическим дисплеем, и явно старался не делать лишних движений, чтобы ничего здесь не поломать.

Неужели рассчитывал, что посольство не возьмут и он будет пользоваться этим кабинетом и далее?

Шлем от его брони лежал на диване, проминая кожаные подушки.

При моем появлении посол разумно погасил экран и повернул голову ко мне.

– Ну и?

Я показал ему перстень. Он протянул руку, и я аккуратно положил ювелирное украшение на бронированную ладонь. Посол взял перстень двумя пальцами другой руки и вложил его в установленное на столе считывающее устройство, внимательно глядя на невидимый для меня экран. Эта хреновина не была подключена к сети, поэтому я понятия не имел, что он там изучает.

Кстати, по довольно ловким манипуляциям князя стало очевидно, что он не в первый раз надевает броню. Новички обычно плохо справляются с мелкой моторикой костюма, предназначенного для крушения стен.

– Как тебя зовут, сынок? – его голос слегка потеплел.

– Данил, – сказал я.

– А фамилия?

– Иванов.

– Твой личный код?

Я назвал ему последовательность цифр, которую еще на корабле присвоил мне Гриша Бояринов. Оставалось только надеяться, что у посла нет доступа к файлам внешней разведки и он не станет открывать мое дело прямо сейчас. Потому что тогда он увидит, что я правду о моем происхождении и о том, что это мое первое задание в рамках работы на разведку.

Если не считать бардака на Эпсилоне, который я учинил, еще будучи свободным агентом.

– Где сам граф Бояринов?

– Вероятно, погиб, – сказал я.

Я не был в этом уверен, поскольку не видел его труп и момент взрыва, который должен был этот труп уничтожить, а для того, чтобы утверждать подобное в таких случаях, надо знать наверняка.

Может быть, Гриша действительно идиот, влезший в самоубийственную миссию из-за теплых чувств, которые испытывал к княгине, и тогда он погиб по собственной глупости. А может быть, он вовсе и не погиб, и мое задание, как и в прошлый раз, это миссия прикрытия для какой-то другой операции. Конечно, Гриша обещал мне, что будет играть честно, но верить обещаниям разведчика в такой ситуации было бы крайне наивно. Я вполне допускал, что он отпустил меня в свободное плавание, надеясь, что я опять наломаю кучу дров, а сам в это время инсценировал для меня свою смерть и сейчас занимается… да чем угодно.

Может, контрреволюцию пытается организовать или что-то вроде того.

Князь Архангельский никак не стал комментировать море заявление.

– Граф Бояринов никогда не занимался этой планетой, – сказал он. – Зачем ты здесь, Данил?

Говорят, что честность – это лучшая политика. Сейчас посмотрим.

– Я был частью эвакуационной команды для спасения великой княгини Екатерины, – сказал я. – В мою задачу входило отключение орбитальной обороны для отхода спасательного транспорта. Но так вышло, что я – это все, что от той эвакуационной команды осталось.

– И ты все равно решил продолжить? – спросил он, ничем не выдав своего удивления.

– Другого приказа у меня не было.

– Ты либо очень храбрый, либо очень глупый, сынок, – сказал он.

Наверное, второе.

Как бы там ни было, это здание было последним местом на планете, в которое стоило бы стремиться мало-мальски разумному человеку. Разумные люди старались бы держаться от него подальше.

– Как ты вообще сюда попал?

– Воспользовался неразберихой и подобрался к посольству незамеченным, – сказал я.

– Да, похоже, что у них там началась еще одна гражданская война, – сказал посол. – Но я не сомневаюсь, что как только определиться победитель, он навалится на нас с новой силой. Однако, я спрашивал не об этом. Как ты попал на Хорезм?

– На борту среднетоннажного грузовика «Марго», который пыталась протащить сюда корпорация «Ватанабэ», – сказал я. – Он взорвался в космопорту через пару минут после того, как я покинул борт.

– Какой там был груз?

– Я не знаю. Полковник Бояринов был ранен и остался прикрывать мой отход. Он спровоцировал взрыв, так что, полагаю, груз уже не будет доставлен по назначению.

Но это совершенно не означает, что информация о его природе не имеет никакой ценности. Напротив, имперцам крайне важно было бы узнать, что именно корпы пытались протащить на планету.

– Что ж, я отдам тебе другой приказ, сынок, – сказал посол. – Возьми в арсенале броню и оружие, явись к сержанту Григорьеву и делай все, что он скажет.

– Со всем моим уважением, но нет, ваша светлость, – сказал я, вспомнив, как правильно обращаться к князьям. – Вы не являетесь моим непосредственным командиром и не можете отдавать мне приказы.

– Мы на поле боя, сынок, – нахмурился он.

И если бы я был имперцем, он оказался бы прав. Но это была не моя война.

Тем не менее, наверное, не стоило дерзить человеку, который может размозжить мне голову одним движением руки.

Если попадет, конечно.

– Так точно, – сказал я и протянул руку. – Могу я прежде забрать то, что отдал мне полковник?

К этому моменту я уже прошерстил локальную сеть посольства и знал, что великой княгини в здании нет. Судя по записям с камер наблюдения и журналу охраныу, она покинула посольство за сутки до планетарного переворота, и сейчас Волшебник пытался отыскать ее следы в большом мире.

А сам я продолжал стоять с протянутой рукой, соображая, что делать дальше. Уходить из посольства без гришиного перстня было нельзя, в конце концов, что я предъявлю этой самой Екатерине, если таки до нее доберусь? И если князь откажет в этой просьбе, мне придется либо забирать перстень силой (а для этого князя придется прикончить, потому что нелетального способа остановить человека в тяжёлой штурмовой броне у меня под рукой не было), либо возвращаться за ним потом, когда князь уйдет из кабинета.

Если, конечно, он не прихватит его с собой.

Князь был без шлема, поэтому я запросто мог его застрелить, но что делать со всеми остальными штурмовиками? Даже если я успею влезть в княжескую броню, мне придется прорываться наружу с боем, и при таких раскладах не факт, что я его выиграю.

Если в ограниченном пространстве по тебе ведут огонь из тяжелого оружия, твои личные качества уже не имеют никакого значения.

По счастью, князь не стал претендовать на чужое имущество.

– Забирай, – сказал он. – И марш в арсенал.

– Так точно, – сказал я, схватил перстень и выскочил за дверь.

Получается, я сам сунул голову в петлю, заботливо повешенную для меня Гришей Бояриновым. На что он вообще рассчитывал, отправляя меня сюда?

Версия о том, что он жив и что-то замыслил, а меня использует в качестве очередного отвлекающего маневра, стала основной.

Как он мог выжить?

Десятком разных способов. Самое простое объяснение – он прыгнул в ту же канализацию через минуту после меня, свернул в другую сторону, а корабль подорвал дистанционно. Или, может быть, у него было какое-то личное средство защиты, позволившее ему пережить взрыв на поверхности.

Может быть, ему вообще плевать на эту Екатерину, и он собирается использовать местную агентурную сеть для противодействия тиграм революции. Против этой версии говорил тот факт, что Гриша никогда не работал на Хорезме, но это ведь известно только со слов.

Гриша запросто мог соврать о географии своих предыдущих операций, а сам князь просто не обладал нужным уровнем доступа, чтобы хоть что-то о них знать.

И получается, что я снова буду изображать из себя мишень, пока разведка империия решает свои проблемы, о которых я даже не догадываюсь.

И на кой черт я во все это влез?

Один из штурмовиков из встречающего комитета у черного хода в посольство проводил меня в подвал. Пока мы спускались, я принял решение делегировать обязанности, подключил Младшего к местной сети и приказал ему найти следы великой княгини. А Волшебника отпустил, потому что чувствовал, что скоро мне понадобиться подключать другие профили, и неизвестно, на какой срок, так что прибегать к использованию мультиаккаунта следует только при крайней необходимости.

Арсеналом заведовал сержант Анатолий. Сержант Анатолий был киборгом на всю левую часть тела, и даже левый глаз у него был ненатуральный. А лицо было изуродовано шрамами так, словно пластическую хирургию еще не изобрели.

– Подбери ему что-нибудь, – велел штурмовик и удалился, поскрипывая левым нижним сервоприводом.

– Ты кто такой? – поинтересовался сержант. – Я тебя здесь раньше не видел.

– Я подкрепление, – сказал я.

– Довольно хлипкое подкрепление, – сказал он. – Что ж ты без своего оружия приперся?

– Оно было утрачено в бою по дороге сюда, – сказал я.

Тяжелой брони в арсенале, разумеется, не было. Никто не держит запас дорогостоящего оборудования, да в этом и нет смысла, ибо такие костюмчики – штука индивидуальная и подгоняются под каждого конкретного бойца. Скажем, я мог бы надеть броню посла, если бы дело в кабинете таки дошло бы до стрельбы, и мог бы в ней даже бегать и стрелять, но использовать все сто процентов функционала все равно бы не получилось.

Под неодобрительным взглядом сержанта я выбрал для себя комплект легкой брони, быстренько скинул бурнус и переоделся, а потом, убедившись, что все заняты отражением очередной попытки штурма и в подвале больше никого нет, двинул сержанта в многострадальную челюсть бронированным кулаком.

Если он переживет этот кризис, потом пусть поправляет все оптом.

Я переживал, что этого не хватит, но киборг оказался не таким уж крепким и рухнул на пол. На всякий случай я вколол ему лошадиную дозу транквилизатора из стоявшей тут же рядом аптечки, подхватил штурмовую винтовку, накинул обратно бурнус и двинулся к потенциальному лазу, по которому собирался выводить из посольства великую княгиню.

Делать тут мне больше было нечего.

Глава 20

Неожиданная имперская безалаберность меня удивила. Пустили в штурмуемое здание непонятно кого, стоило только цифровой подписью им помахать, отвели к послу, отвели в арсенал, дали броню и свободный доступ к оружию, и все это под присмотром пары штурмовиков или одного киборга, и посмотрите, к чему это привело.

Я-то ладно, узнал все, что мне нужно и дальше пошел, но что бы случилось, если бы я оказался врагом? Вырубил бы сержанта, взорвал арсенал, напал бы на них с тыла…

Ладно, допустим, местные такие схемы проворачивать не способны, но хотя бы к этому моменту имперцы уже должны были понять, что за тиграми революции могут стоят корпы, и если бы «Ватанабэ» заполучило в свои руки полковника Бояринова вместе с его перстнем, то состряпать легенду хотя бы для проникновения в посольство для них большого труда не составило бы.

Впрочем, как выяснилось, с этим у них и так проблем не было.

Корпы воспользовались тем же планом подземных городских коммуникаций, что и я, с той лишь разницей, что я планировал использовать их для отхода, а они – для вторжения. Не успел я приблизиться к коридору, ведущему к тому месту, где я намеревался проломить стену и покинуть посольство, как из-за угла на меня вывернул боец «Ватанабэ».

Щелк.

По счастью, это был не элитный ниндзя, а всего лишь стандартный боевой киборг. Интересно, дзайбацу решило сэкономить, или же отряда элитников на планете у них просто не было?

Киборги – отличный вариант, если они противостоят обычным людям. Они быстрее бегают, сильнее бьют и точнее стреляют. Но все это справедливо только в одном случае – если их противник не носит тяжелую имперскую броню. Они хороши против обычных вояк, но далеко не факт, что смогут справиться с имперскими штурмовиками.

Впрочем, этого мы уже не узнаем.

Профиль стрелка был разработан как раз для того, чтобы противостоять прямым конкурентам, и, с учетом того, что у меня в руках была штурмовая винтовка, а не игольник, шансов у железяк не было.

Стрелок выдал короткую очередь, и дизайн коридора мгновенно претерпел радикальные изменения. Стены покрылись сетью отверстий, в воздух взметнулась бетонная пыль, осколки пластика, куски железа и розовая взвесь, вызываемая попаданиями в органические части тела.

Их было всего шестеро.

Эти ребята делали ставку на эффект внезапности, и, напади они на имперцев с тыла, у них что-то бы и получилось. Но им не повезло нарваться на меня.

Впрочем, я тоже не мог назвать наше рандеву большим везением. С одной стороны, они сэкономили мне время на проламывание стены, с другой – привлекли внимание имперцев, и в любой момент здесь могут появиться штурмовики, соревноваться с которыми в их излюбленной дисциплине мне категорически не хотелось.

Поскольку силы вторжения могли не исчерпываться этими шестерыми бедолагами, соваться под землю сломя голову было опасно, но, к сожалению, необходимо, так как оставаться в посольстве и присоединяться к заранее обречённому сопротивлению смысла я не видел. Кучка бойцов, как бы круты они ни были, не сможет вечно противостоять армии целой планеты.

Ну, или хотя бы целой столицы. Черт знает, как у повстанцев обстоят дела в других городах. Вполне возможно, что размещенные в далеких от столицы регионах подразделения остались нейтральными и заняли выжидательную позицию.

Которая им, вполне вероятно, еще аукнется.

Революции, как правило, происходят в столицах, где сосредоточена власть, финансы и прочие центры влияния. Для их успеха, даже не обязательна безоговорочная поддержка большей части населения. Достаточно лишь, если эта большая часть населения не станет вмешиваться и будет лишь наблюдать за происходящим, занимая выжидательную позицию. Население планеты было недовольно предыдущим режимом, но и новые ребята тоже вызывали у него вопросы, и далеко не факт, что тигры революции задержатся у власти надолго.

Может быть, «Ватанабэ» уже приготовило им какую-нибудь замену, ведь главная задача корпорации – это максимально усложнить империи жизнь, а на местное население дзайбацу плевать.

Впрочем, кому не плевать?

Имперцам от этой системы кроме точки перехода вообще ничего не надо.

Стрелок не фиксировал никаких движений и не распознавал новые цели, так что я шагнул в аккуратно прорезанный киборгами проход и скрылся в подземных коммуникациях как раз в тот момент, когда из коридора послышались тяжелые шаги имперских штурмовиков.

* * *

Похоже, что посланный «Ватанабэ» отряд киборгов, с которым я расправился, был единственным, поскольку больше в подземных коммуникациях я никого не встретил. Спустя две минуты после того, как я в очередной раз скрылся под землей, со стороны посольства послышался глухой взрыв – имперцы обвалили проход, чтобы больше им никто не воспользовался. Если они еще и пост там оставят, это поможет им выиграть несколько часов.

А может, и нет.

Здесь от них на самом деле мало что зависело. Если тигры революции навалятся на них всеми силами, то…

– Я нашел твою принцессу, босс, – радостно доложил Младший.

– Папаша твой управился бы быстрее, – заметил я.

– У него и ресурсы другие, и времени на развитие было больше, – заметил Младший. – Так тебе интересно, где она?

– Я еще не решил, – сказал я. Ситуация постоянно менялась, и я не был уверен, что хочу ввязаться в еще одну игру Гриши Бояринова. Тем более, я уже не был уверен, что он ведет ее из могилы.

– Значит, мне оставить эту информацию при себе?

– Выкладывай, чего уж там, – сказал я. – Не зря же работал. А потом посмотрим, что нам с этой информацией делать.

– Судя по записям камер и журналам перемещения флаеров, принцесса с долей вероятности в девяносто три процента находится на одной из вилл на побережье ближайшего океана, – сообщил Младший. – Около двух часов лета от столицы. Вилла принадлежит Ахмаду Ширази, крупному местному бизнесмену. Насколько я могу судить, он молод и хорош собой, но у меня пока нет никаких доказательств, что принцесса вступила с ним в интимную внебрачную связь. Поискать?

– Разве что для собственного удовольствия, – сказал я.

Мне не было никакого дела до любовных связей младшей сестры императора, и блюсти ее моральный облик я никоим образом не собирался. Если имперцам это важно, пусть сами разбираются.

– Если тебе интересно, она отправилась туда примерно за двенадцать часов до начала восстания, – сообщил Младший.

– Она может быть уже где угодно на планете, – сказал я.

– Флаер, который отвез ее туда, вернулся в посольство и до сих пор стоит на стоянке.

– Как будто у местного миллионера нет собственного транспорта.

– Разумеется, есть, но, судя по моему анализу, великая княгиня все еще там, – сообщил Младший. – Вилла абсолютно изолирована от внешнего мира и с начала восстания ни наземный, ни воздушный транспорт границы владения Ширази не пересекал.

– Они могли уйти оттуда по воде.

– Нет, босс, – уверенно заявил Младший. – Я бы это заметил. И спутниковые снимки показывают, что обе прогулочные яхты сейчас стоят у причала.

Зачем кому-то могли понадобиться сразу две прогулочные яхты? Никогда не понимал этой тяги к излишеству. Как по мне, одна прогулочная яхта – это уже перебор. От океана вообще стоит держаться подальше. Да и кому нужен океан, если есть космос.

– Так что если они оттуда куда-то и ушли, то могли сделать это только ногами, – продолжил Младший. – Впрочем, я считаю такой исход маловероятным и отвел на него не более семи процентов.

– Великая княгиня не любит ходить на своих двоих?

– Это нерационально, – сказал Младший. – Скорость передвижения пешком довольно мала, а владения Ширази достаточно велики, и до ближайшего населённого пункта придется идти не меньше часа.

– Ты не поверишь, на что готовы пойти люди, чтобы замести следы.

– Для того, чтобы удостовериться в ее местонахождении, мне нужна твоя помощь, босс, – неохотно признался он. – На вилле установлена система видеонаблюдения, но я пока не могу ее взломать.

– Покажи мне.

Он показал.

Система видеонаблюдения, как и весь контур безопасности, оказался «Си-Максовского» производства и все это стало раритетом даже в те времена, когда корпорация еще вела активную деятельность, а не билась с имперским флотом за собственное существование. Но это был очень дорогой раритет, и взломать его в своем базовом профиле у меня бы не получилось.

Волшебник решает такие проблемы на счет раз, и он вполне может заняться этим позже. Подключать второй профиль и гарантированно получить очередную мигрень мне совершенно не хотелось, а отзывать стрелка до того, как я окажусь в безопасности, было глупо.

Вероятность, что я нарвусь на очередную порцию киборгов «Ватанабэ» была достаточно мала, но не равна нулю. Пока же на моем пути не встречалось никого крупнее крысы.

– Так ты собираешься спасать принцессу или нет, босс? Потому что если собираешься, то тебе придется вылезти из канализации.

– Здесь уютно и безопасно, – сказал я.

– А запахи? Я слышал, что в канализации пахнет довольно неприятно.

– Я тоже об этом слышал.

По счастью, я могу регулировать свое восприятие ароматической стороны мира, как выкручивая его на максимум, так и сводя почти к нулю. Еще один подарок от корпорации «Кэмпбелл», которая предполагала широкий спектр применения своей лучшей на тот момент модели.

Может быть, и до сих пор лучшей, если концепция изменилась, и они перешли на производство дешевого пушечного мяса.

– Кроме того, если ты таки собираешься ее спасать, то тебе, наверное, следовало бы знать, что пятьдесят четыре минуты назад из столицы вышла колонна, состоящая из нескольких грузовиков и нескольких боевых машин, и пока она двигается по направлению к вилле Ширази, – сообщил Младший. – Конечно, это может быть просто совпадение, и такая вероятность будет сохраняться до тех пор, пока они не минуют еще два перекрестка. После чего мы будем знать точно. Правда, когда они минуют эти два перекрестка, ехать им останется всего полчаса, так что время для принятия решения у тебя довольно ограничено.

– Когда они будут там начиная с этого момента? – спросил я.

– Если средняя скорость колонны сохранится на прежнем уровне, то через четыре часа, плюс-минус, – сказал он

По воздуху было бы быстрее, но охранный периметр от «Си-Макса» включал в себя две зенитные установки, что превращало виллу Ширази в небольшую крепость. Конечно, тигры революции могли бы привлечь боевых пилотов, но по каким-то причинам не стали этого делать и решили работать надежнее.

– И чего ты раньше об этом молчал?

– Я обнаружил колонну только сейчас, босс, – сказал Младший. – Ты, кстати, не давал мне такого задания, так что не должен упрекать в медлительности.

Я похвалил Младшего за проявленную инициативу. Времени оставалось мало, так что я еще раз просканировал местность, и, убедившись, что она относительно безопасна, отозвал стрелка, заменив его на волшебника.

Сеть под землей ловилась плохо, что отчасти могло объяснить неторопливость Младшего, но для волшебника это препятствием не стало. Он мгновенно опознал защитную систему виллы, использовал давний эксплойт, не актуальный для современных систем, но вполне действенный против местной архаики, и получил доступ к камерам наблюдения на территории поместья.

Найти великую княгиню Екатерину большого труда не составило – она находилась на открытой террасе с видом на море и наслаждалась прохладительными напитками в обществе двух мужчин. Я сопоставил фотографии и опознал одного их них, как хозяина дома Ахмада Ширази, миллионера, плейбоя и филантропа.

Но личность второго была куда любопытнее.

Им оказался никто иной, как Джамал Пехлеви, третий сын покойного шаха, который, по всей вероятности, являлся теперь его официальным наследником. Видимо, тигры революции несколько поторопились, когда объявили об уничтожении всей правящей династии.

Или попросту выдавали желаемое за действительное.

Конечно, Джамалу Пехлеви было восемнадцать лет, и по человеческим меркам он вряд ли был готов к тому, чтобы управлять целым государством, но сам факт его присутствия на вилле местного богача, да еще в компании с младшей сестрой императора, рисовал интересные перспективы развития конфликта. А принцесса… великая княгиня Екатерина отнюдь не производила впечатление девицы, которую срочно нужно спасать.

На фоне ее сопланетников, бившихся в осажденном посольстве, она выглядела расслабленной и вполне довольной жизнью. Мне стало интересно, о чем они говорят. Камеры были настроены по умолчанию и звук не писали, но волшебник быстро перенастроил параметры, и я услышал голоса.

Троица вела совершенно разочаровывающий разговор о погоде. Никаких планов сопротивления, никаких разговоров о лояльных прежнему режиму военных силах, которые прямо сейчас стягиваются к столице.

Возможно, все это они обсудили еще за завтраком.

Я выбрался из-под земли рядом со стоянкой флаеров. Прокатных тут не было, так что мне пришлось совершить еще один антиобщественный поступок и угнать чью-то собственность. Волшебник справился и с этой задачей и заодно отключил чип слежения, сделав аппарат невидимым для местной транспортной сети. Я перепоручил управление Младшему, приказал ему особо не лихачить, отправил волшебника отдыхать, а сам погрузился в мысли.

У меня было чуть меньше двух часов на то, чтобы принять решение.

Прямо сейчас великая княгиня в спасении не нуждалась, но в ее сторону двигалась колонна боевой техники, готовой штурмовать поместье, так что эта ситуация могла измениться.

Мне не нравилось, что я до сих пор иду на поводу у Гриши Бояринова, неважно, живой он там или мертвый, но пребывание на Хорезме было для меня опасным при любом раскладе, и я решил, что смогу половить рыбку в мутной воде.

Расклад был сложный. Империя и «Ватанабэ» играли друг с другом в шахматы, в качестве пешек используя тигров революции и местную аристократию, и предсказать исход этой игры сейчас было невозможно. Дзайбацу не желало усиления империи, вполне оправданно считая, что после падения «Си-Макса» очередь дойдет и до них. Империя билась за один из выгодных маршрутов, потеря которого усложнила бы логистику в разы. Роль великой княгини мне пока была непонятна, но очевидно, что корпы могли значительно улучшить свою переговорную позицию с ее захватом. Точнее, переговорную позицию тигров революции, но какая разница?

Планету в любом случае ничего хорошего не ждало. Она уже пережила революцию, и теперь перед ней маячила либо гражданская война (если имперцы и местные олигархи договорятся и попытаются вернуть трон династии шаха), либо кровавая бойня с участием второго в исследованном секторе космоса флота (если великая княгиня умрет при штурме или будет казнена повстанцами, а император решит не спускать гибель члена своей семьи на тормозах). Между этими двумя крайностями было еще несколько промежуточных вариантов, рассчитать последствия которых сейчас не представлялось возможным, но одно было ясно – для окончания конфликта придется умереть кому-то еще.

И лучше, если это буду не я.

У меня еще оставалось время, чтобы изменить курс и двинуться куда-нибудь в относительно безопасную область планеты, вероятность поражения которой при любом раскладе будет минимальна, но я так и не приказал Младшему сменить курс и продолжил лететь к поместью Ширази.