332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Мусаниф » Стрелок и маг (Тетралогия) » Текст книги (страница 34)
Стрелок и маг (Тетралогия)
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 02:07

Текст книги "Стрелок и маг (Тетралогия)"


Автор книги: Сергей Мусаниф






сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 74 страниц)

Наконец они достигли моста, и быстроногий Леголас, бежавший первым, в нерешительности замер на краю бездны.

Мостом это сооружение мог бы назвать только самый оптимистично настроенный архитектор. Узкая, не более семидесяти сантиметров, полоска камня перекинулась над стометровым разломом, и не было под мостом ничего, кроме бездны и тьмы.

– Гимли, твои соплеменники называют мостом вот это? – спросил Леголас. – Мне надо взять тебя на экскурсию в Санкт-Петербург.

– На ту сторону! – скомандовал Гэндальф. Из-за ближайшего поворота уже вырывались протуберанцы пламени.

Гимли форсировал мост первым, чтобы доказать другим его полную безопасность. Вслед за ним бежали хоббиты, Джек, Гарри, Боромир и Леголас. Арагорн был предпоследним, а замыкал отступление Гэндальф с задумчивым лицом. Он все никак не мог вспомнить, какие еще виды существ обитали в Мории помимо гномов и орков.

Появление черной фигуры, окутанной языками пламени, освежило память старого волшебника.

– Балрог, – прошептал он. – Вон оно, проклятие Балина!

Арагорн и Боромир обнажили мечи и сделали маленький шажок в сторону моста, просто чтобы обозначить свое намерение.

– Ваши мечи тут не помогут, – остановил их Гэндальф. Парочка с выражением явного облегчения на лицах спрятала клинки в ножны. – Остановить его можно только при помощи магии. Гарри, ты не хочешь попробовать?

– Нет, спасибо, – сказал Гарри. – Уступаю эту честь тебе.

– Я хочу, чтобы ты запомнил этот момент, – сказал Гэндальф. Утвердившись таким образом, он обнажил Гламдринг и шагнул на мост.

– Удачи, – сказал Леголас, незаметно для всех доставая из кармана пачку презервативов и наполняя один из них маслом для факелов.

Гэндальф и Балрог сошлись на середине моста.

– С дороги! – проревел Балрог, вырастая в размерах. – С дороги, или ты превратишься в кусок волшебного люля-кебаба!

– Но пасаран! – ответил Гэндальф. – Я служу Тайному Пламени и владею Огнем Анора! Но пасаран! Темное Пламя Удуна не поможет тебе! Иди к черту!

– Изобилие заглавных букв не спасет тебя от моей ярости! – возопил Балрог, и из тучи огня вылетел пламенный меч. Ему навстречу взметнулся Гламдринг, светящийся, как меч генерала Кеноби, и оружие Балрога разлетелось на куски.

А ведь у Балрога есть крылья, сообразил Гарри, глядя на внушительную фигуру Огненного Бича. Почему же он упал, а не попытался воспарить? Наверное, аэродинамика плохая.

Гэндальф совершил еще один выпад Гламдрингом, и Балрог попятился, уменьшаясь в размерах. Видя, что наша вот-вот возьмет верх, и желая примазаться к славе, Арагорн, Леголас и Боромир бросились на мост с обнаженными мечами и криками:

– Не бойся, Гэндальф, мы с тобой!

Тут Гэндальф вспомнил свое партизанское прошлое и со всей силы шарахнул посохом по мосту. От места, где посох коснулся поверхности моста, по камню побежала трещина.

– Не хочу! – заорал Балрог и попытался напасть на Гэндальфа.

В следующий момент произошло очень много событий.

Балрог замахнулся на мага своей огненной плеткой-семихвосткой.

Гэндальф еще раз стукнул посохом по мосту.

Леголас швырнул наполненный маслом презерватив.

Позже Леголас оправдывался, что метил маслом под ноги Балрогу, чтобы тот поскользнулся и упал с моста, но не рассчитал силу броска и не принял во внимание скорость встречного ветра, поднятого крыльями «проклятия Балина». Как бы там ни было, снаряд не пролетел и трех четвертей разделяющего их с Балрогом расстояния и плюхнулся на мост позади Гэндальфа. Масло растеклось по камню, образовав небольшую лужицу.

Мост треснул и развалился на две половинки. Следуя замыслу Гэндальфа и противореча законам гравитации, часть моста, на которой стоял Балрог, начала крениться и обваливаться, а та, на которой находился сам волшебник и его соратники, осталась совершенно недвижимой.

– Гады! – проорал Балрог в последнюю секунду перед падением. – Я ж последний в семье остался! Меня бы в Красную книгу!..

Его уже не было видно внизу.

Улыбающийся и довольный собой Гэндальф развернулся лицом к отряду и сделал шаг вперед.

– Осторожно! – крикнул Боромир.

Но было поздно. Правая нога старого волшебника скользнула по разлитому маслу, Гэндальф потешно взмахнул руками, теряя Гламдринг, посох и равновесие, и полетел вслед за Балрогом.

– Вот ведь фигня! – донеслись до отряда его последние слова.

ГЛАВА 8

Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее…

Клаудия Шиффер.

– Мне очень стыдно, – сказал Леголас. – Я же не думал, что все так получится. Давайте оставим этот эпизод между нами и не будем о нем никому рассказывать.

Произнося речь, Леголас невзначай поглаживал серое оперение выглядывающей из колчана стрелы. Хоббиты завороженно следили за его движениями и кивали.

– Не бери в голову, – сказал Арагорн и незаметно подмигнул эльфу. – Такое могло случиться с каждым из нас.

– Это точно, – согласился с ним Боромир. – Может оно еще и случится.

– Мы тоже согласны, – сказал Гарри от своего имени и от имени стрелка. Раздувать скандал им было ни к чему.

– А всем, кто спросит, мы скажем, что Гэндальфа утащил с собой Балрог, – добавил Гимли. – Я уверен, Гэндальфу понравился бы такой финал.

Прошло уже два дня с тех пор, как отряд покинул подземелья Мории и двигался по сильно пересеченной местности предгорий. Сегодняшним вечером они достигли границ леса, но Арагорн с Леголасом в один голос заявили, что соваться в Лориен после темноты будет чистым безумием, и предложили переночевать здесь.

Поскольку нормальной еды у них не осталось, пришлось прибегнуть к помощи скатерти-самобранки. Отряд морщился, но ел.

– Не понимаю, чего такого опасного вы тут нашли, – ворчал Гимли после пятнадцати минут похода по Лориену. – Лес как лес. Деревья, перегной…

– Что еще ты знаешь о лесах? – поинтересовался Боромир. – Кроме деревьев и перегноя?

– Дело не в самом лесу, а в тех, кто здесь живет, – объяснил Гимли Арагорн.

– И кто тут живет? – спросил Гимли.

– Сектанты, – сказал Леголас. – Они называют себя галадримами. Поклоняются они Владычице Галадриэль, ее мужу Владыке Келеборну и ее зеркалу.

– Зеркалу? – не понял Гимли. – Что такого особенного в зеркалах? У гномов вообще нет зеркал. Мы их делаем только на продажу и никогда не пользуемся сами.

– Оно и видно, – сказал Боромир. – Зеркала, в которые посмотрелся хоть один гном, вам уже никогда не продать. Они теряют прозрачность.

– Зеркало Галадриэли волшебное, – сказал Леголас. – Тот, кто смотрит в него, видит прошлое, настоящее и немного будущего.

– Круто, – сказал Гимли.

– Кстати, ты бы побрился, – сказал Леголас.

– С чего это?

– Галадримы бородатых не любят.

– Арагорн тоже бородатый. И Боромир.

– У них бороды стильные и ухоженные, – сказал Леголас. – А у тебя – как мочалка, причем бывшая в употреблении не один год, и похоже, что употребляли ее исключительно в общественной бане. Галадримы могут принять тебя за ваххабита.

– И что?

– Галадримы не любят ваххабитов. Так что лучше бы ты побрился.

– Гномы не бреются, – сказал Гимли. – Когда борода начинает мешать нам ходить, мы подравниваем ее топором.

– Я предпочел бы не узнавать прочие подробности вашей личной гигиены, – сказал Леголас [89]89
  Авторство фразы «До одного сантиметра – не грязь, больше сантиметра – само отваливается» принадлежит именно гномам, и Леголас был совершенно прав, когда не хотел об этом узнавать. – Примеч. Гэндальфа.


[Закрыть]
.

– Гиены – это такие звери, типа шакалов, – сказал Гимли. – Они в подземельях не размножаются, поэтому личной гиены у меня нет.

– А как выглядят галадримы? – спросил Джек.

– Технически они эльфы, – неохотно признал Леголас. – Только чокнутые.

– Интересно, а откуда мы можем знать, что ты сам не галадрим? – спросил Боромир.

– Они одеваются в белые одежды, – ответил Леголас то ли Джеку, то ли Боромиру, то ли обоим сразу.

– Наверное, в вечно зеленом лесу это их здорово демаскирует, – заметил Джек. Люди в белых балахонах следили за отрядом с нижних веток соседних деревьев уже минут десять.

– О нет, – сказал Леголас. – Галадримы – это истинные дети леса. Они могут передвигаться по лесу скрытно, как лучшие снайперы из числа «зеленых беретов», они бесшумны, как телевизор с нажатой кнопкой «mute», они способны прыгать с ветки на ветку, как самые ловкие обезьяны…

Рассуждения Леголаса о галадримах прервал резкий, оглушительный треск. С громким криком «Бляха!» существо в белых одеждах плюхнулось на землю в нескольких метрах по ходу отряда. Сверху на существо упала сломанная ветка около двух метров длиной.

– В семье не без урода, – заметил Леголас.

– У уродов тоже есть семьи, – сказал Гимли, внимательно разглядывая стрелу, неожиданно вонзившуюся в землю у него под ногами.

– Глядя на гномов, понимаешь, как это верно, – заявил Боромир.

Галадримы сыпались с деревьев с грацией перезревших яблок. Их развевающиеся белые одежды наводили на мысль о довольно неуклюжих привидениях. Спустя несколько минут отряд Хранителей был окружен сектантами, вооруженными большими белыми луками.

Как уже упоминалось выше, в галадримах белым было все, что только могло, быть белым у любого живого существа. Белые одежды, белые волосы, белые луки с белыми стрелами, ослепительно белые зубы [90]90
  Клиника стоматологических услуг, которая хотела бы разместить в этом месте свою рекламу, может оставить заявку в редакции. Обещается упоминание о ее филиалах в Лориене, Рохане и даже Гондоре. Мордор – за отдельную плату. – Примеч. авт.


[Закрыть]
и мертвенно-бледная кожа.

– Порекомендуйте мне вашу прачечную, – попросил Арагорн.

Из толпы галадримов вышел сектант выше и белее прочих. У него не было лука, зато на поясе висел большой меч в белых ножнах.

– Меня зовут Хэлдир, – сказал он, наполовину обнажая меч и демонстрируя остро заточенную белизну его лезвия. – Спасены ли вы, братья?

– Смотря от чего именно, – сказал Арагорн.

– Атеисты? – подозрительно осведомился Хэлдир. Его меч был вытащен из ножен уже на три четверти.

– Эру Илуватар, – сказал Арагорн.

– Воистину Илуватар, – сказал Хэлдир. – И Галадриэль – пророк его. – Тут его блуждающий взор наткнулся на Гимли. – А ты, случаем, не ваххабит?

– Нет, – твердо сказал Гимли. – Я – гном.

– Мы тоже не ваххабиты, – сказал Мерин. – Мы просто хоббиты.

– Хоббиты, ваххабиты – все едино неверные, – проворчал Хэлдир. – Что, помимо мучительной смерти, вы ищете в наших краях?

– Беспрепятственного прохода к территории Рохана как минимум, – сказал Арагорн. – Еще было бы неплохо постираться и получить в подарок пару моторных катеров.

– Владычица Галадриэль решит, что с вами делать, – сказал Хэлдир. – Я пустил бы вас в расход прямо сейчас и даже не стал бы хоронить, потому что лесным хищникам тоже надо что-то есть, но у меня приказ доставить вас на аудиенцию. Топайте за мной, и без глупостей. Шаг вправо, шаг влево, и вы сами знаете, что с вами будет.

Базовый лагерь сектантов в Лориене своей структурой больше всего напоминал военную базу. Шатры были выставлены строго по линейке, самый большой, как и положено, принадлежал начальнику, курились дымком несколько походных кухонь. Во всем чувствовалась строгая армейская дисциплина.

Владычица Лориена Галадриэль оказалась высокой статной блондинкой. Ее просторный балахон был сшит из материала, напоминавшего марлю, и представители Братства Кольца не могли отвести глаз от того, что под этой марлей пряталось.

Этот факт не укрылся от внимания Владыки Келеборна, грозно хмурившего брови и нервно покусывавшего нижнюю губу.

Галадриэль шевельнула мизинцем правой руки, и Владыка Келеборн начал свою изысканную речь.

– Я насчитал среди вас десять рыл, – сказал он. – Вроде бы это на одного больше, чем должно быть, но кое-кого все-таки не хватает. Бородатый старик с посохом, зовут Гэндальф, помните? Где он? Я хотел бы с ним перетереть.

– Гэндальф, он, как бы это потактичнее сказать, склеил ласты, – сказал Арагорн. – Так сказать, остался на предыдущем уровне. Двинул коньки. Поставил лыжи в угол. Его ослабевшие пальцы не удержали знамени.

– Не понял, – сказал Келеборн. Когда Галадриэль выбирала себе мужа, интеллект среди критериев отбора не фигурировал. Главное, чтобы супруг выгодно оттенял величие Владычицы галадримов, и у Келеборна это получалось.

– Помер Гэндальф, – пояснил Фредди.

– Не понял, – повторил Келеборн. – Как это помер?

– Натурально помер, – объяснил Мерин. – С Морийского моста навернулся.

– Вместе с Балрогом, – торопливо добавил Леголас.

– Что-то непохоже, – сказал Келеборн. – Обычно, когда загибается деятель такого калибра, мы в Лориене узнаем об этом первыми. Ты что-нибудь слышала, Гала?

Владычица отрицательно покачала головой.

– В данный момент Гэндальф скорее жив, чем мертв, – сказала она. – Хотя возможно и обратное. Наступают смутные времена, и тень надвигается на Средиземье со стороны Мордора. Покайтесь, братья, ибо близок час Апокалипсиса, и дожди из серы и серной кислоты прольются на головы грешников, и вороны будут терзать их плоть, и огонь выйдет из-под земли и поглотит все живое, и небо обрушится вниз, погребя всех под обломками хрустального свода.

– Bay, – сказал Мерин. – Нехилые спецэффекты ожидаются.

– Я извиняюсь, – сказал Арагорн. – Вы все это так живописно рисуете, но Саурон еще не получил кольцо, и мы постараемся сделать так, чтобы он его вообще не получил. Вы нам поможете?

– Пусть вы и не галадримы, но служите делу света, иногда и вопреки своей воле, – сказала Галадриэль.

– Я не понял, это «да» или «нет»? – уточнил Арагорн.

– Проси, смертный, – сказала Галадриэль.

– Нам бы пару катеров моторных, – сказал Арагорн. – Да дюжину плавающих танков, о большем я и не заикаюсь.

– Ради борьбы с Сауроном не пожалеем мы всего, что накопили галадримы за долгие тысячелетия, – сказала Галадриэль.

– Получите три лодки, – перевел Келеборн. – Весельные. Танков нет. Боевыми слонами возьмете?

– Слонов трудно прокормить в походе, – сказал Арагорн.

– А солярка у нас тут повсюду фонтанами бьет, – съязвил Келеборн. – Ладно, не хотите – как хотите. Наше дело предложить.

– Мы можем оказать вам другую помощь, – сказала Галадриэль. – Взгляните в мое зеркало, и вы узнаете, что ждет вас в будущем.

Они вошли в шатер владык, который оказался изнутри гораздо просторнее, чем снаружи. Примитивный магический трюк, подумал Гарри, но на его спутников он произвел впечатление.

Посреди шатра росло дерево, в корнях которого было установлено что-то вроде колодца с довольно мутной водой. Отряду было велено выстроиться в ряд и ждать своей очереди. Галадриэль бросила в воду шепотку волшебного белого порошка, другую щепотку вынюхала через изящную серебряную трубочку и подозвала первого глянуть в колодец, который, как выяснилось, и был тем самым зеркалом.

Первым в зеркало решил посмотреть Арагорн. Едва он подошел к колодцу, как по поверхности воды побежала серая рябь статических помех, потом изображение обрело четкость и яркость. К сожалению, со звуком были проблемы.

Арагорн заглянул в зеркало Галадриэли и увидел осажденный Минас-Тирит, горстку защитников на его стенах и целое море нападающих под ними. Еще он увидел, как ведет в бой армию мертвецов, и ему не слишком понравился такой знак. Следующим видением стало счастливое лицо Арвен и несчастное лицо дона Элронда. Потом перед его взглядом возникли Черные Ворота Мордора, из которых потоком вытекает черное воинство Саурона, а потом все пропало.

Сэмми увидел темный подземный ход и гигантскую черную паучиху. Потом он увидел своего хозяина Фредди, лежащего мертвым. Увидел Мерина и Пиппина, которых пленили и собираются сожрать орки. Увидел Арагорна, Леголаса, Гимли и почему-то Гэндальфа, ведущих небольшой отряд в обреченную атаку. Последней его взору предстала картина, на которой колорадский жук поедал всю картошку на его личном картофельном поле в Шире, и Сэмми, испугавшись, задрожал с головы до пят.

Пиппин увидел светящийся под водой зловещий шар и свои волосатые руки, тянущиеся к этому шару. Увидел себя, запакованного в железные доспехи и приносящего присягу перед пьяным человеком, сидящим на высоком троне.

Мерин увидел толпу орков, которая несет его куда-то, и табун лошадей, который его куда-то везет. Увидел слона, птеродактиля и девушку в мужской одежде, и сердце его преисполнилось печалью.

Леголас увидел толпу визжащих от восторга и обожания шестнадцатилетних девчонок и Орландо Блума, садящегося в длинный белый лимузин, и ни фига не понял эльф в этом видении.

Джек увидел два черных револьверных дула, направленные ему в лицо. Он попытался взглянуть поверх револьверов и рассмотреть своего врага, но у него ничего не получилось. Изображение поплыло, и Джек уступил свое место волшебнику.

Гарри увидел мертвого стрелка, страшную битву, в которой принимали участие люди, орки, призраки, эльфы и волшебники. Он не понял, в каком мире происходит битва, в этом или в его собственном. Он увидел лежащий на земле моргульский клинок и самого себя, почему-то не спешащего его подбирать. Последней картинкой был портрет злорадно улыбающегося Горлогориуса, грозящего Гарри пальцем.

Последним в зеркало Галадриэли заглянул Фредди.

– Теперь можете идти отдыхать, – скомандовал Келеборн. – Мы под ваши нужды целую палатку выделили.

– Э… Скажите, а то, что мы видели в зеркале, это правда? – спросил Фредди.

– Конечно, ведь зеркало Галадриэли никогда не лжет, – сказал Келеборн. – И валите отсюда, а то я уже устал с вами разговаривать.

Едва отряд покинул шатер владык, как по воде снова побежала рябь, и зеркало показало российский автомобиль, по качеству не уступающий «мерседесу», обнимавшихся эльфа и орка, а также высадку американцев на Луне.

Когда белая тень, принадлежавшая Владычице галадримов, беззвучно проскользнула в палатку, где отдыхал отряд, проснулся только Джек Смит-Вессон, для которого острый слух являлся частью профессии. Убедившись, что непосредственной опасности нет, стрелок перевернулся на другой бок и тут же заснул.

Галадриэль с трудом растолкала крепко дрыхнувшего Фредди, приложила палец к его губам и подала знак следовать за ней. Заспанный хоббит продрал глаза и вышел из палатки.

Галадриэль привела его в свой шатер. Неизвестно, где проводил эту ночь Келеборн, но внутри его не было.

– Можешь не рассказывать мне о том, что ты видел в моем зеркале, – сказала Галадриэль. – Я подсматривала.

– О, – сказал Фредди и преисполнился восхищения перед ее мудростью.

– Ты видел, как распадается Братство Кольца и все вы расходитесь в разные стороны, – сказала Галадриэль. – Еще ты видел Глаз.

– Да. – Фредди содрогнулся от кошмарного воспоминания.

– Это был Глаз Саурона, – сказала Галадриэль. – Его взор рыщет по всему Средиземью, и трудно найти тот уголок, что уберегся от всевидящего ока. Саурон ищет тебя, Фредди. Тебя и кольцо, которое ты несешь.

Фредди опять содрогнулся. На этот раз от кошмарного предчувствия.

– Кольцо Саурона является средоточием великой силы и великого зла, – сказала Галадриэль. – Не каждый может хранить его без негативных последствий для здоровья и рассудка, и не каждый способен расстаться с ним, когда придет срок.

– Да?

– Именно, – сказала Галадриэль. – Тебе кольцо точно ничего хорошего не принесет. Сначала у тебя вылезут волосы, а кожа покроется язвами и наростами. Потом у тебя выпадут все зубы. Ногти почернеют, а пальцы станут толстыми, как сосиски. Потом у тебя начнутся внутренние кровотечения, из носа выльются литры слизи, а уши приобретут фиолетовый оттенок и отвалятся. Потом с тобой произойдет еще очень много неприятных вещей, можешь мне поверить, гораздо более неприятных, чем те, которые я тебе уже описала, и в итоге ты умрешь мучительной смертью.

Фредди подумал, что легализация табака ему не так уж и нужна.

– И, что самое ужасное, ты будешь видеть, как с твоим организмом происходят изменения, ведущие к летальному исходу, – сказала Галадриэль. – Но ты ничего не сделаешь, потому что кольцо полностью поработит твой разум и ты не сможешь оставить его.

– Э… – сказал Фредди, и его рука сама нащупала цепочку, на которой висел артефакт. – Хотите, я вам его прямо сейчас отдам?

– Вот так просто возьмешь и отдашь? – уточнила Галадриэль, несколькими движениями взбивая гриву своих волос и эротично изгибая спину. – Безо всяких условий?

– Да, – сказал Фредди, глотая слюну. – Безо всяких условий.

– Не буду лукавить, заманчивое предложение, – сказала Галадриэль. – Долго я мечтала о том, чтобы заполучить колечко Саурона. Ух, я бы с ним развернулась. Но я не была бы темной, нет. Я была бы светлой, ослепительной, яркой, и вместо Темного Властелина вы получили бы Белую Королеву, жестокую, но справедливую. Я бы заборола зло по всему Средиземью, я причиняла бы добро насильно и насаждала всюду милосердие и любовь к ближнему. Все бы уважали меня и склоняли предо мной свои головы. Вы преклонялись бы предо мной, и я правила бы этим миром вечно. Вечно!

– Так правь! – вскричал Фредди.

– Обойдетесь, – сказала Галадриэль на полтона ниже. – Не заслужили вы еще такую Владычицу, как я. Лучше уж я останусь Галадриэлью и буду руководить достойнейшими из достойных. Галадримами то есть. А с кольцом ты сам парься. Тебе его вручили, у тебя пусть уши и отваливаются.

Измотанные походом Хранители не возражали бы если бы им дали выспаться, но звук горна был неумолим. Вставайте, кричал горн. Вставайте! Дорога ждет вас!

– Убить бы этого трубача, – ворчал Арагорн, вылезая из спального мешка. – Шесть утра, а он тут разоряется, как полоумный.

Невыспавшихся Хранителей накормили холодной овсянкой, Келеборн толкнул небольшую речь в стиле «Мы в вас верим, а фиг ли еще остается?», потом Хранителей проводили на берег реки и выдали им три хилые байдарки.

– Вот ваши лодки, – напутствовал их Келеборн. – А вот и весла. Так что гребите отсюда побыстрее.

А Галадриэль, чей носик был припудрен волшебным порошком, стояла на берегу и еще долго махала рукой неизвестно кому.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю