Текст книги "Золото Советского Союза: назад в 1975. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Сергей Майоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

– Прошу, – кивнул он, жестом приглашая к аппарату.

– Мне бы без свидетелей. Простите, важный звонок.

В первый миг Константин Ильич впал в ступор от подобной наглости, но быстро опомнился и послушно направился на выход.

– И последите, чтобы секретарь не подслушивала. Нам же не нужны проблемы, правда?

Оставшись наедине с телефоном, я собрался с мыслями, перебрал в голове кодовые фразы и набрал номер.

– Товарищ майор, агент «историк». Оранжевый свет, мне подъехать?

– Результативно работаете. Не ожидал. Насколько оранжевый? Как вчера?

– И да и нет. При встрече покажу.

– Хорошо. Связной отвезёт вас, инструкции ему сам передам.

И снова чёрная волга. Кажется, я начал привыкать, что вслед смотрит толпа студентов.

– Куда это мы едем? – спросил я водилу, когда понял, что все подъезды в управление остались позади.

– Автоколонна восемнадцать восемьдесят. Там точка сбора объявлена. Подробности на месте.

Автоколонна находилась посреди предместья Марата, где и в наши дни господствует промзона. Въезд на территорию был перекрыт, и даже нас не пропустили внутрь.

– Только по спецдопуску.

Пришлось ждать Сафронова, который подъехал после нас, переговорил с охранением, и сделал мне сигнал пересесть к нему в машину.

– Зачем мы здесь? – немедленно спросил я.

– Есть для вас работа. Привезли своё оранжевое?

– Привёз.

– Излагайте суть.

– Нате, сами читайте. Показания офицера из охраны золотого эшелона. Похоже на то, что мы ищем. Но нужен запрос в архив.

– В какой архив? Лаборатории? Вам не дают доступ в лабораторию?

– Всё дают. Но этот документ из областного архива. Нужен запрос туда.

– Откуда вы это взяли? Вы же не были в архиве.

– От информатора.

– От кого?

– Информатора. Человека, который знает, что я интересуюсь темой золота Колчака.

– Саша, за распространение…

– Ничего я не распространял. Вы мои обстоятельства вспомните, пожалуйста. Мы с друзьями и без вас интересовались этой темой.

Смотрит. Селёдка мороженая, а не человек.

– Я ничего не распространял.

– Даже если я вам поверю…

– Не понял, вам данные нужны или можно оставить себе?

– Ну давайте.

– Можно пожалуйста без «ну»? Вот документ со свидетельством очевидца хищения золота из золотого эшелона.

– Превосходно! А где окончание?

– В областном архиве, очевидно. Поэтому и не красный, а оранжевый. Думаю, генерал-майору Крохалю не откажут в розыске остальных листов этого дела.

– Бумагу вам достал Алексей?

– Всё-то вы знаете. Он конечно.

– Где он сейчас?

– На парах, где ещё.

– Мне надо доложить Крохалю. А вы пройдитесь пока с капитаном Дульцевым по территории, если что увидите, сообщите ему.

Сафронов передал меня из рук в руки капитану, отрекомендовав как незаменимого специалиста. Дальше мы в сопровождении бойцов ходили по ангарам, вокруг автобусов, заглядывали в смотровые ямы. На меня вопросительно посматривали, но всё что я мог – пожимать плечами. Пусто везде. Задержанный директор автобазы ехидно посматривал на наши похождения по территории и противным гнусавым голосом комментировал, мол, говорил же, нету ничего. Мальчонку какого-то привели, надо вам было собак везти, если уж так нужно всё досконально проверить.

Ах ты, гнида! Уверен, значит, что не найдём. Идём ещё раз!

В дальнем углу базы был свален металлолом. Кузова и кабины, кожухи, из которых вынули всё пригодное в ремонте, куча шин, бочки. Хламом была занята приличная площадь. Мне не хотелось лезть в эти завалы, поэтому в первый раз я прошёл мимо. Раз от края ничего не улавливаю, значит, вряд ли там есть что-то ценное. Но теперь это дело чести. Я поднырнул под одну пустую кабину, перелез через пару ржавых бочек и углубился в сторону ещё одного здания, до которого вряд ли мог дотянуться за пределами этого лабиринта. Надо было конечно, тряхнуть кого-нибудь из местных. Не сомневаюсь, есть у них тропинка к этому гаражу. Но я не гордый, сам проберусь.

Метров с пяти я наконец почувствовал золотое сияние, которое шло даже не от здания.

– Здесь! – махнул я комитетчикам, застывшим у границ свалки.

Те не захотели сразу лезть за мной, а ждали кого-то из местных обитателей, кто провёл бы их тайными тропами.

Услышав мой призыв, краса и гордость советских спецслужб наперегонки ринулась навстречу. Я спокойно дождался, когда они достаточно приблизятся, и показал на ёмкость с мазутом.

– Вот здесь внутри.

На меня недоверчиво покосились. Мараться и ковыряться внутри никому не хотелось. Ну это уже не моя забота, как достать искомое золото. Я вам указал местоположение, а извлекать – увольте, без меня. Рабочие автобазы подоспели вовремя, им-то и поручили разгрести пространство вокруг бочки, чтобы опрокинуть её и добыть утопленное богатство.

– Ну, я пошёл, – предупредил я капитана, поглощённого процессом. Очень ему хотелось поскорее получить содержимое.

Крепко пожав мне руку, он кивнул бойцу проводить специалиста в моём лице на выход. Блин, час потерял из-за этого урода начальника автобазы, который был уверен, что никто и никогда не найдёт его заначку. Собак он предлагал использовать. Ну-ну.

Глава 26

Меня отпустили отдыхать до особого распоряжения.

Вечером позвонила Соня. Конечно, она хотела знать, что происходит со мной и вокруг меня. Как же я был рад слышать её голос! Даже учитывая, что все разговоры записываются.

– Сонечка, у меня всё хорошо, только мы пока не можем встретиться. Это ради твоей безопасности. И ты береги себя, пожалуйста. Боюсь, Боцман не отступится от своего. Не ходи никуда одна, тем более вечерами. И не разговаривай с незнакомыми людьми.

– Я его не боюсь, – заявила смелая девушка.

Эх, молодость, молодость.

– Дело не в страхе. Он действительно опасен. Поэтому, пока не будем видеться, чтобы не привлечь к тебе внимание.

– Это надолго?

– Надо немного потерпеть. А пока ты сможешь мне звонить по этому номеру. И мы можем говорить, сколько угодно.

– А ещё можно писать друг другу письма.

– Да, наверное, но я совсем разучился это делать.

– Когда-нибудь ты расскажешь о себе всё? Как ты раньше жил, чем занимался. Как там у вас вообще…

– Соня, Соня! – перебил я девушку, пока она не спалила меня с потрохами. – Не по телефону давай?

– И правда, что-то я разболталась – опомнилась она.

Мы ещё поговорили о том о сём и договорились созвониться завтра в это же время.

На следующий день никто не объявился. Не позвонил майор, не приехала волга.

Я для разнообразия сходил на занятия, в надежде поговорить с другом, обменяться новостями. Лёха был взбудоражен и рассказал, что его вчера взяли в оборот, едва он добрался до архива. Читальный зал был закрыт для всех. Один доктор наук пытался поскандалить, но ему что-то шепнули, и он поспешил убраться подобру-поздорову.

Лёху вежливо попросили посидеть перед помещением хранилища, где он обычно работал. Через пять минут из комнаты выскочила красная, как ошпаренный рак, архивистка, которая вчера выдала ему ту самую пачку документов, среди которых завалялся интересный листок. На Лёху она взглянула лишь мельком и убежала по коридору. Видимо не в курсе, кто устроил ей весёлую жизнь.

– Товарищ Корытный, у нас будет к вам пара вопросов, – сообщил ему сидящий за рабочим столом архивистки очкастый мужик и предъявил красные корочки.

Ну понятно, откуда ему ещё быть.

– Вам знаком этот документ? – предъявил он тот самый листок.

Лёха рассказал, где и при каких обстоятельствах обнаружил ценные воспоминания, подписал бумажку, где обязался хранить молчание, и был отпущен восвояси.

Впервые за последнее время мы оказались предоставлены сами себе, сходили на обед и даже встретили Виталика, который сделал вид, что не знаком с нами.

– Мы с тобой на джинсы договаривались, – тормознул я главного модника истфака.

– Какие джинсы? Я ничем таким не занимаюсь, – испугался он.

– Да брось, тут все свои, – вмешался Лёха.

– Ага, особенно этот, который на чёрной волге катается, – покосился Виталик на меня и зашагал прочь.

Чёрт, плакали мои джинсы. Придётся другого поставщика искать, который не знает про мои тесные связи с КГБ. Где бы только его взять.

– А знаешь, кто может достать джинсы? – спросил вдруг Лёха.

– Кто?

– Зина.

– С чего ты взял?

– Она как-то обмолвилась, что знает такого человека, кто приторговывает настоящими джинсами.

– Да ну?

– За что купил, за то и продаю.

Помолчали.

– Она вчера приходила, – наконец, сказал Лёха.

– Куда?

– В общагу. Спрашивала о тебе. Сказала, что ей не разрешают видеться с тобой.

– Кто не разрешает?

– Товарищи из КГБ, конечно. Кто ещё.

– А она, значит, очень хочет повидаться? И совесть её не мучает?

– Мне кажется, она искренне переживает.

– Вести себя надо было по-человечески, а не как лярва. Меня к ней под дулом пистолета вели, а ей, видите ли, у Боцмана понравилось, уходить не хотела. Впрочем, если ей не дороги жизнь и свобода, так на здоровье. Пусть и дальше катится… мимо меня.

– Так что, про джинсы-то у неё спросить?

– Как хочешь, дело твоё.

– А тебе?

– Обойдусь. Схожу в ателье, закажу походные штаны с накладными карманами. У нас текстильная промышленность отлично работает, в магазине большой выбор натуральных тканей.

– Это немодно.

– Да мне как-то похрен. Я теперь кто? Сотрудник кагэбэ! Не пристало в забугорных шмотках ходить. Вон мне с каждого дела премию платят, буду отшивать гардеробчик у портного.

И правда, надо поискать, где в городе хорошо шьют, и обращаться с заказами. Вот вольюсь в коллектив, может, коллеги подскажут нужный адрес. Я бы кроме цивильного ещё камуфляж заказал и берцы. Их конечно нет в продаже, но надо у армейских пошукать, первыми в берцы десантники переобулись, а вдруг возможно раздобыть? На что мне генерал Крохаль даден? Не только же командовать. Нам ещё по горам и долам за золотом лазить, кто-то мне всемерную поддержку обещал для успешного розыска золота. Вот и пусть экипируют меня, как положено.

А вечером мне снова позвонил Лёха и срывающимся голосом сообщил, что нам очень, вот прямо горит, как нужно встретиться. Прямо сейчас.

– Что случилось? Боцман?

– Нет, но он тоже причастен.

– Да говори ты толком.

– Не могу. Тебе очень срочно надо встретиться с Зиной. Она тут такое рассказала! По тому самому вопросу.

– Какому вопросу? Ты бухой, что ли?

– Саня, не тупи. По тому самому, которым ты занимаешься.

– Так. А она-то откуда знает?

– Вот придём, всё расскажем.

– Дай подумать.

– Думай быстрее. Через десять минут мы подойдём.

– Нет-нет, не здесь.

– А где? Всё уже закрыто. На улице, что ли?

– Пивная на углу, знаешь? Ещё работает.

Она и вправду работала, хоть и контингент в ней не очень. Интерьер тоже неказистый – кафель, высокие столики, духман такой, что от дверей шибает. Но пиво супротив нашего современного не ослиная моча, а вполне приличное. Гомон в помещении стоял такой, что можно было спокойно говорить и не бояться, что кто-то нас услышит. Место нашлось только за одним из крайних столиков, все приличные места конечно же были заняты.

– Погодите, – остановил я друзей и пошёл к дальнему углу, где за столиком стояло всего трое.

– Мужики, давайте столиками поменяемся? – предложил я.

– Ты чего, пацан? – искренне удивились они, глядя на вариант обмена.

– Я вам по две кружки пива возьму, а вы нам столик уступите, лады? И тараньку на закусь.

– А чего? Нам какая разница в принципе? – переглянулись они. – Валяй, тащи пиво.

– Айн момент, сейчас всё будет. Лёха, за мной, – позвал я друга в помощь.

Вдвоём мы притащили по три кружки пива за наш крайний столик.

– Всё, мужики, заказ готов, – позвал я.

– Где? – удивились они. – Мы думали, ты сюда принесёшь.

Ага, я совсем дурак, по-вашему.

– Ждут вас за нашим столиком, – улыбнулся я во все тридцать два зуба. – Вам – пиво, нам – ваш столик.

Когда я снова подошёл за пивом, продавец посмотрела прямо изумлённым взглядом.

– Ещё три?

– Ага, друзей угощал, – показал я на довольных обменом мужиков. – Ну и сами по кружечке выпьем. Нам завтра на учёбу, много пить нельзя.

– Ну рассказывай, – сдувая пену, велел я Зинке. Чего рассусоливать, мы по делу встречаемся.

– Какой ты грубый. Девушка тебе помочь хочет, – вмешался Лёха.

– Она уже помогла. Напомнить, из-за кого мы в милиции оказались, и не только?

– Да ладно тебе, всё же хорошо закончилось.

– Да, только теперь я на крючке по всем фронтам. Ни погулять, ни с друзьями встретиться.

– Я могу помочь тебе в поисках золота Колчака. Мне известно, где искать сведения, – наконец подала голос Зина.

– Откуда бы?

– Боцман говорил, что вас с ним ждут великие дела.

– И? Это всё?

Зинка мялась и отводила взгляд.

– Лёша, что за хрень? Ты меня для этого вызвал?

– Зина, ну ты чего? Расскажи, что ты мне рассказывала.

– Саша, я не хотела. Я просто очень тебя люблю, и хотела быть рядом с тобой. А они сказали, если я тебя к ним приведу, то они и меня возьмут. Будем вместе работать и жить…

Зинка зашмыгала носом и начала утирать рукавом глаза.

– С этого места поподробнее, – нахмурился я. Очень тронут. Очень.

– В общем, когда ты уехал поступать, ко мне пришли.

– Кто?

– От Боцмана. Они сказали, что помогут тебя вернуть, если я помогу им. Ну и пригрозили. Пришлось соглашаться.

– Да я в общем-то и не сомневался, что как-то так оно и было.

– Прости меня, я не хотела тебе навредить.

– Ближе к делу давай. Что там с золотом?

– Мы много разговаривали с Боцманом о тебе. Он сказал, что ты очень талантливый, и мне повезло иметь такого парня. Спрашивал, не говорили ли мы с тобой о его кладе. И как-то вскользь обмолвился, что в его сундучке есть описание места, где спрятано много, очень много золота. Хватит на всю жизнь и ему, и нам с тобой, и нашим детям останется. Я сначала подумала, что он о каком-то богатом месторождении. А потом мы разговаривали с Янчиком. Он меня про Колчака спросил. Знаю ли я, кто такой, чем знаменит. Я конечно сказала, кто ж его не знает, каратель и убийца. Его солдаты убивали женщин и детей. Он посмеялся и сказал, что в Гражданскую войну все друг друга убивали, но Колчак всё же был великим человеком. Но когда он отступал на восток, то вёз с собой золотой запас России, и под шумок его отполовинили. И батина главная мечта – найти золото, которое его дед припрятал до лучших времён. Всё надеялся, что царская власть вернётся, и он как верноподданный поднесёт его монарху. Так и не дождался. Сыну перед смертью на словах передал, а тот записал. Пытался потом найти, да куда там. Описание оказалось очень расплывчатым: то ли шахта, то ли шурф. А в той местности всё изрыто старыми выработками. Вот для этого и нужен был ты, чтобы наверняка отыскать спрятанное золото.

В сундучке, значит. Странно, что дед мой об этом ничего не писал. Ведь он-то держал сундучок в руках и бумаги наверняка все прочитал. Но теперь становится понятно маниакальное желание Боцмана заполучить меня в услужение. Ради таких денег можно многим пожертвовать. Наверняка он со слов отца и сам знает, о каком месте идёт речь. Наверняка и искать пытался, да без толку. Хотя… зачем ему тогда сундучок понадобился? Вопросы, вопросы…

– Ну как, стоящая информация? – подпихнул меня Лёха локтём в бок.

– Интересная, я бы так сказал. А стоящая ли, будет ясно, когда мы в этот сундучок заглянем. Ещё один вопрос: Зина, с чего вдруг в тебе проснулось желание рассказать мне об этом именно сейчас?

– Её сегодня снова на допрос вызывали, и задавали наводящие вопросы о планах Боцмана и о тебе, – ответил вместо девушки Лёха.

– Они хотели знать, не говорили ли мы с Боцманом о золоте Колчака.

– И что ты им ответила?

– Сказала, нет. Я же не с ним говорила, а с Янчиком. А про него они не спрашивали.

– Ясно.

– Ну? Что ты будешь с этим делать? – нетерпеливо спросил Лёха.

– Надо подумать. Расскажу, наверное, майору.

– Ой, только не говори, что от меня узнал.

– Что, не хочется в лапы КГБ? Мне, что ли, хотелось? Расслабься, ты им не интересна. Я подумаю, как это подать. Ладно, пошли отсюда, неизвестно, что завтра будет. Начальство моё как чёртик из табакерки выскакивает в самый неподходящий момент.

Мне срочно надо было остаться одному и в тишине, чтобы как следует обдумать свои дальнейшие действия. Докладывать или нет? Боцман не стал бы гоняться за призраком. Значит, местонахождение золота действительно можно узнать, если выкопать сундучок с могилы моего прадеда.

Другой вопрос, что не очень-то мне хочется допускать к нему КГБ. Всё-таки семейное достояние. А с другой стороны, если Боцману станет известно, что он навсегда потерял своё сокровище, может отстанет наконец. А может, захочет отомстить. Палка о двух концах.

В общем, я решил, что сегодня уже поздно для доклада. Утро вечера мудренее. А утром, поминутно ожидая звонка от майора, я быстренько собрался и рванул на переговорный пункт. Мне срочно надо позвонить бате. Это единственный человек, которому я могу доверить такое щепетильное дело и быть уверенным, что он не подведёт, всё сделает, как надо, и не растреплет всему миру о находке.

– Шарипов, Дмитрий Прокопьевич. Участковый. Старшина милиции. Не помню я номер милиции. Там посёлок маленький, телефонистка сама знает, – объяснял я, почему в моём бланке заказа междугородних переговоров не указан номер.

Хоть бы батя на работе был с утра. Хоть бы не пришлось долго ждать. Как бы не хватились меня. Вовсе не хочется объяснять товарищу Сафронову, зачем мне понадобился старшина Шарипов. Пока, во всяком случае. А дальше будет зависеть от результата раскопок.

– Шведов, третья кабинка, – удивительно быстро позвали меня.

– Алло, Саша? – прорвался батин голос сквозь завывания в трубке. – Что случилось?

– Всё нормально. Нормально, говорю! Ты слышишь?

– Сл...шу, – трещало в ответ.

Господи, я уж забыл, каково это – звонить по межгороду. По секрету всему свету, называется.

– Алло, алло, Саша! – надрывался отец.

– Как вы там? У вас всё тихо?

– …хорошо, поч… ты звонишь?

– Очень важное дело. Срочно надо! Срочно и без шума.

– Так, … звони… полчаса.

– Что?

– …рез полчаса.

– Через полчаса?

– Да.

Я взглянул на отцовские часы на руке. У меня ещё две минуты заказа. Сгорят просто так.

– Хорошо. В девять ноль-ноль жди звонка.

– Да, в девять нормально, – вдруг исчезли помехи и стало всё слышно. – Как раз успею добежать до телефонной станции.

– Зачем? – удивился я.

– Телефонистка наверняка слушает. Если что-то секретное, лучше там переговорю. Да попрошу нормальный канал соединить. Ты меня слышишь?

– Как из соседней комнаты.

– У тебя там точно всё хорошо?

– По телефону не расскажешь. Важным делом занят. И к тебе есть большая просьба. Скажу тогда через полчаса. Хоть бы связь нормальная была.

– Я попрошу, чтобы в тресте соединили нормально.

– Ладно. Как вы там, как дети?

– По-всякому. Настюшка животиком мается. А… тёзка твой шишку набил в саду.

– У вас там никто новый не появлялся в поле зрения?

– Нет пока. Стажёра какого-то прислать грозятся.

– Стажёр – это хорошо. Это тебе очень нужно, – сообразил я, что это наверное от моего генерала обещанная помощь отцу. – А мои там как?

– Прости, совсем не подумал. В отпуск они внезапно собрались. На море.

– Это прямо отлично! – обрадовался я.

Обещания моё начальство держит, это радует. Но всё-таки мы вначале с батей поработаем без помощников, а потом я о результатах доложу.

– Через Иркутск проезжать будут, увид…

– Ваше время истекло, – сообщил бесстрастный голос и пошёл отбой.

Я ещё раз отстоял очередь и заказал очередные пять минут переговоров. Снова с Шариповым и снова без номера. Если он будет ждать на коммутаторе, так номер ему и не нужен.

Через полчаса меня снова вызвали в кабинку, и на этот раз связь была действительно хорошая.

– Рассказывай, – велел отец. – Но тоже не сильно увлекайся. Сам понимаешь, я всех телефонисток удалить не могу. Их как минимум две может нас слушать.

– А мы сейчас им сообщим, кого они слушать собрались, надеюсь, хватит ума отключиться. Я теперь работаю в КГБ. В КГБ, девушки. И если вы это слышите, очень советую положить трубочки, чтобы не слышать детали секретной операции. Слушай, батя. Есть информация, что в боцмановском кладе содержится один важный документ. Мне очень нужно знать его содержимое. Сделай это для меня, пожалуйста, но так, чтобы никто не знал. Потом, смотря что там написано, я расскажу и своему начальству и тебе в подробностях. Батя, ты слышишь?

– Отлично слышу. Перевариваю, что ты сказал.

– Это очень важно для меня. Возможно, там и нет ничего такого, тогда я и не стану беспокоить важных людей. Но если сведения те, которые нам нужны, конечно, расскажу обо всём руководству.

– А ты уже знаешь, где он находится?

– Знаю. На могиле моего прадеда.

– Которого?

– Который отец моего деда, такого же талантливого, как и я.

– Ага, понял.

– Там должно быть всякое-разное, среди прочего документ, записка или письмо, точно не знаю, но в нём говорится про нечто, спрятанное на старых приисковых выработках. Мне очень нужно знать, где. Район, координаты, что там будет указано. Эти сведения очень ждёт моё начальство. Но я бы не хотел афишировать остальное содержимое сундучка. Что бы в нём ни лежало. Одна из причин – безопасность твоей и моей семьи. Наш с тобой общий знакомый охотится за ним неспроста. Не стоит ему знать, что сундучок найден и из него что-то достали. Стажёр, которого тебе пришлют, из наших людей. Он вас охранять будет. Тебя, и твою семью. Есть большая вероятность, что на вас могут покушаться, я просил, чтобы вас защитили. Думаю, это оно.

– Саша, ты на самом деле… в конторе?

– Мне деваться было некуда. Так что служу Советскому Союзу.

– Каким образом мне передать эти сведения тебе?

– Можешь вызвать также на переговоры. В принципе, у меня в служебной квартире есть телефон, запиши номер. Но желательно просто на переговорный пункт. Мало ли что в нём окажется.

– Хорошо, сделаю.

– Это нужно быстро, желательно сегодня, край завтра.

– Ничего себе, сроки.

– Чем скорее я смогу доложить о результатах, тем лучше.

– Понял. Принял.