Текст книги "Неукротимый Бастард 5 (СИ)"

Автор книги: Сергей Измайлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

Утро обещало быть ясным, но безрадостным. Ещё затемно воины и маги Пожарских заняли боевые позиции в непосредственной близости от границы. До пограничных столбов оставалось буквально два полёта стрелы.

По другую сторону, под постепенно светлеющим на востоке небом, отчётливо просматривались построения войск князя Куракина. Там тоже уже были полностью готовы к бою. В предрассветной тишине особенно отчётливо слышалось позвякивание оружия, перестук копыт и короткие команды десятников.

Лучники Пожарских держали стрелы наготове, но пока не накладывали их на тетивы. Маги стояли отдельными группами, готовые в любой момент развернуть защиту или нанести первый удар. Некоторые уже держали стихию настолько близко, что вокруг ладоней едва заметно колебался эфир. С противоположной стороны происходило примерно то же самое.

Один слишком нервный молодой маг мог сейчас испортить всё. Одно случайное заклинание, одна выпущенная стрела, один воин, неправильно понявший движение противника, и тогда остановить две армии будет значительно сложнее.

Фёдор Алексеевич прекрасно понимал это, поэтому лично распорядился отвести наиболее горячих молодых дворян во вторую линию.

– Всё ещё считаете встречу хорошей идеей? – негромко спросил полковник Шемякин, когда со стороны Куракиных отделилась небольшая группа людей.

– Нет, – совершенно спокойно ответил князь Пожарский. – Но бой считаю значительно худшей.

– Они могут попытаться ударить по вам во время переговоров, – продолжил Григорий Алексеевич.

– Могут, – сухо ответил князь.

– Очень обнадёживает, – полковник недовольно поджал губы.

– Поэтому ты идёшь со мной.

– Вот теперь мне стало значительно спокойнее, ваше сиятельство, – мрачно усмехнулся Григорий Алексеевич.

С обеих сторон практически одновременно отделились небольшие группы людей. Князь Пожарский в сопровождении Шемякина, нескольких доверенных лиц, боевых магов и десятка воинов направился на последний разговор с соседом.

Всё ещё теплилась надежда избежать бессмысленного кровопролития. Ещё оставался шанс доказать Ивану Ярославовичу, что происходящее – лишь чья-то игра, в которую их обоих слишком умело втянули.

Основные войска остались на месте в ожидании команды. По мере того как две делегации приближались друг к другу, напряжение только усиливалось. Несколько пожарских воинов демонстративно держали руки возле рукоятей мечей.

Люди Куракина отвечали им такими же взглядами. Когда между сторонами осталось шагов двадцать, один из куракинских магов поднял руку, словно намереваясь что-то сделать. Сразу трое людей Пожарского напряглись.

– Спокойно! – резко бросил Шемякин, даже не оборачиваясь.

Маг Куракина лишь поправил перевязь на плече, до драки оставался один неверный жест.

Князья и их свита подошли к пограничным столбам и остановились буквально шагах в пяти друг от друга. Фёдор Алексеевич без особого труда разглядел на лице упрямого соседа выражение крайнего недовольства и раздражения.

Неужели он будет упрямиться и сейчас, когда шаткий мир находится на самом краю? Неужели так ничего и не понял? Да, Иван Ярославович всегда был слишком упрямым, жадным и честолюбивым, но должен же князь понимать здравый смысл.

– Ты хотел мне что-то сказать перед смертью, соседушка? – ехидно бросил князь Куракин.

Среди его людей послышался одобрительный смешок. Люди Пожарского моментально напряглись, Шемякин даже слегка повернул голову в сторону своего князя, словно заранее предупреждая не отвечать.

Фёдор Алексеевич выдержал короткую паузу.

– Прежде чем дать сигнал к атаке, я всё-таки хотел сначала кое-что у тебя спросить, – спокойно произнёс он, глядя в глаза обозлённому соседу.

– Так спрашивай, пока есть возможность, – усмехнулся Куракин.

– Я знаю, что ты давно на этот кусок моего княжества глаз положил, – продолжил Пожарский. – Но зачем было мост через Уховку разрушать? Тем более амбар жечь?

– У тебя ложные сведения, Фёдор Алексеевич, – Иван Ярославович нахмурился. – Мне твои мосты жечь без надобности. У меня встречный вопрос: на кой-тебе понадобилось сжигать мои заставы и склады?

– Можешь не поверить, но мои люди этого не делали.

– Разумеется, – Куракин недобро усмехнулся.

– А вот на причастность твоих вассалов к произошедшему в Почурино и на мосту у меня имеются довольно веские доказательства, – продолжил Пожарский. – Не сочту за труд показать.

Фёдор Алексеевич сделал короткий жест. Двое воинов вынесли вперёд небольшой складной стол и поставили его примерно посередине между делегациями. Третий разложил принесённые улики: обрывки ткани, пуговицу с хорошо различимым клеймом, несколько стрел, кинжал, несколько монет. Вещи были подобраны так удачно, что почти каждая указывала на Куракиных или кого-то из их вассалов.

Иван Ярославович медленно подошёл к столу. Люди с обеих сторон одновременно напряглись, несколько ладоней легли на рукояти мечей. Шемякин тоже сделал полшага вперёд. Куракин словно вообще ничего этого не заметил. Взял в руки пуговицу, повертел между пальцами, затем поднял кинжал и внимательно осмотрел клеймо.

– Интересно, – произнёс он уже немного спокойнее. – Очень интересно.

Куракин положил кинжал обратно.

– Только вот у меня есть практически такой же набор, доказывающий причастность твоих людей к диверсиям на нашей территории, – князь коротко махнул рукой. – Несите!

Теперь уже люди Куракина принесли несколько свёртков. На столе рядом с первыми доказательствами появились обрывки ткани в цветах Пожарских, наконечники стрел, несколько монет, обломок ножен и металлическая пряжка.

Фёдор Алексеевич подошёл ближе, взгляд сразу зацепился за знакомые детали.

– Действительно наши, – признал он.

– А ты всё это время думал, что я шучу? – недобро усмехнулся Иван Ярославович. – Склад, который сожгли твои люди, находился в двух часах ходьбы от границы, это тоже не случайная стычка разъездов.

– Хотел бы напомнить, что Почурино и мост через Уховку тоже находятся довольно далеко от границы.

– Тем хуже для тебя, – парировал Куракин.

– Или для нас обоих, – добавил Пожарский.

Куракин раздражённо посмотрел на соседа.

– Опять начинаешь?

Фёдор Алексеевич не ответил сразу, он медленно перевёл взгляд с одной группы улик на другую.

– Посмотри внимательнее.

– На что? – Куракин снова начал раздражаться.

– На сам набор, – спокойно ответил Фёдор Алексеевич.

Иван Ярославович недовольно нахмурился, Пожарский указал на предметы.

– Ткань, родовые признаки, монеты, оружие с клеймами, стрелы, дДаже вещи, которые можно легко потерять во время отхода.

– И?

– Слишком много всего, – Пожарский выжидательно смотрел в глаза соседу. Куракин замолчал.

– Если бы я действительно решил тайно отправить людей сжечь твой склад, – продолжил Фёдор Алексеевич, – зачем мне посылать туда воинов в собственных цветах, с моими монетами в карманах и оружием, по которому любой оружейник определит владельца?

Иван Ярославович недовольно прищурился.

– Возможно, ты сейчас именно этого и добиваешься. Притащил сюда поддельные доказательства, чтобы заставить меня отвести войска.

– Тогда зачем мне показывать тебе улики, которые обвиняют меня самого?

Куракин на мгновение замолчал, потом сказал чуть тише:

– Чтобы сделать спектакль убедительнее.

– Хорошо, – Пожарский постучал пальцем по столу. – Тогда посмотрим не на вещи, а на сводки.

Шемякин тут же передал ему несколько листов, Фёдор Алексеевич положил их рядом с уликами.

– Здесь даты происшествий, движения наших отрядов и появления доказательств. Знаю, что у тебя есть нечто подобное.

– Есть, – Куракин нехотя кивнул одному из своих помощников.

На стол легла ещё одна пачка бумаг. Некоторое время оба князя молча читали. Окружающие тоже постепенно перестали переглядываться и теперь с напряжённым интересом наблюдали за происходящим. Пожарский первым положил два листа рядом.

– Смотри. После нападения на мой мост мы усиливаем разъезды. Через короткое время происходит диверсия у тебя, и там появляются доказательства участия Пожарских.

Куракин нахмурился.

– После этого я стягиваю людей ближе к границе, – медленно произнёс он.

– А мои наблюдатели тут же докладывают мне о военной подготовке Куракиных.

Иван Ярославович взял другой лист.

– После чего ты перебрасываешь войска навстречу.

– Именно.

Куракин снова посмотрел на разложенные предметы.

– Практически под копирку, – произнёс он уже без прежней насмешки.

– Именно это я пытаюсь тебе объяснить, – со вздохом произнёс Пожарский.

Иван Ярославович всё ещё выглядел недовольным.

– Я не знаю, к чему ты ведёшь и зачем продолжаешь тянуть время. Раз между нами назрела проблема, её можно решить на поле боя раз и навсегда.

– Ты так и жаждешь испить моей крови? – грустно усмехнулся Пожарский.

– А по-моему, это ты желаешь меня ей напоить, сосед! – рыкнул Куракин.

Его воины одобрительно заворчали. Тут же оживились и люди Пожарского. Снова возникло то самое опасное мгновение, когда достаточно было одного резкого движения.

Фёдор Алексеевич повысил голос:

– Посмотри на бумаги, Иван Ярославович!

Куракин недовольно дёрнул уголком рта, но всё же снова опустил взгляд.

– Я никогда не давал подобных распоряжений, – резко сказал он через некоторое время и бросил на стол сводку, предоставленную людьми Пожарского.

– Ты можешь мне не поверить, но я тоже, – уже не повышая голоса, ответил Пожарский и постучал пальцем по куракинским документам. – Мои люди этого не делали.

– И что ты предлагаешь? Просто поверить тебе на слово?

– Нет. Предлагаю для начала признать очевидное. Если бы кто-то из нас действительно решил провести тайную диверсию, проще было отправить наёмников без цветов рода и оружия с клеймами.

Куракин снова взял в руки трофейный кинжал.

– Мои люди тоже не стали бы совершать подобную глупость.

– Вот именно.

Иван Ярославович медленно выдохнул. В его глазах ярость уступила место сомнению, затем растерянности и какой-то другой, значительно более холодной злости. Повышать голос на соседа он внезапно перестал.

– Нас сталкивают, – негромко, но чётко сказал князь Пожарский.

Куракин несколько секунд молчал. Потом посмотрел сначала на свою армию, на войска Пожарских, снова на два практически зеркальных комплекта доказательств.

– Похоже на то, – наконец произнёс он ещё тише, впервые за весь разговор в голосе Ивана Ярославовича не было ни насмешки, ни привычного презрения. – Но кому это надо? И главное – зачем?

– Этот вопрос теперь будет значительно сложнее решить, – ответил Фёдор Алексеевич. – Пока достоверных сведений о заказчике нет. Людей нанимали через посредников, цепочки обрываются.

– Примерно то же самое, – едва заметно кивнул Куракин. – Исполнители знают только тех, кто передал приказ. Никаких имён. – Он взял обе сводки и снова сравнил даты. – Выходит, мы едва не…

Иван Ярославович не договорил. Оба князя одновременно почувствовали резкое возмущение эфира. Настолько мощное, что замерли даже некоторые находившиеся рядом маги.

Фёдор Алексеевич резко повернул голову в сторону небольшой рощи примерно в версте от места встречи, Иван Ярославович сделал то же самое. Из-под сени вековых дубов выходили люди. Сначала несколько десятков, потом ещё и ещё. Ряды воинов и магов двигались настолько слаженно, что уже через несколько мгновений стало ясно: это не случайно собранная толпа наёмников.

Никаких стягов, родовых цветов, заметных знаков различия, одинаково неброская одежда серых и тёмных оттенков. Хорошее оружие, чёткое построение. Команды почти не выкрикивались, отдельные группы двигались по коротким жестам командиров.

– Что за… – начал Шемякин.

– Отходим! – рявкнул Куракин.

Но Пожарский уже понял: поздно. Шедшие впереди неизвестного войска маги одновременно подняли руки, эфир задрожал. Несколько совершенно разных потоков магии начали сплетаться в один общий удар.

Фёдор Алексеевич на мгновение посмотрел на Куракина. Первая мысль была простой и страшной – ловушка. Но точно такое же выражение подозрения мелькнуло в глазах Ивана Ярославовича. Ещё полсекунды – и каждый мог ударить по другому первым.

Только атакующий импульс уже формировался не со стороны куракинской делегации, он был направлен сразу на обе.

– Они бьют по вам обоим! – выкрикнул Шемякин.

Больше времени на размышления не осталось. Фёдор Алексеевич вскинул руки, почти одновременно то же самое сделал Куракин. Огненная стена Пожарского развернулась перед двумя делегациями, поверх неё лёг плотный энергетический щит Ивана Ярославовича.

Две защиты переплелись в один барьер. Мгновение спустя удар пришёлся точно в него. Грохнуло так, будто прямо перед людьми рухнула крепостная башня. Огненная стена прогнулась. По энергетическому щиту Куракина разбежались ослепительно яркие трещины.

Несколько магов позади князей попадали на землю, волна давления прокатилась вокруг. Тех, кто находился слишком далеко от общего щита, уже не спасти. Один пожарский воин исчез в ослепительной вспышке, другого отбросило на несколько саженей, и он больше не поднялся.

Со стороны Куракиных тоже послышались крики. Свежая утренняя трава вспыхнула, словно сухое сено, земля перед защитой почернела. Фёдор Алексеевич почувствовал, как чужая сила буквально продавливает его назад. Он упёрся сапогами в землю и усилил стену, Куракин рядом с ним скрипнул зубами.

Щит снова дрогнул, а потом удар наконец схлынул. Несколько мгновений никто не говорил.

– Они били по нам обоим, – тяжело произнёс Иван Ярославович.

– Именно.

Куракин медленно посмотрел на Пожарского.

– Значит, мы действительно чуть не сделали за них всю работу.

Фёдор Алексеевич ничего не ответил, уже не требовалось.

Из рощи продолжали выходить серые ряды. Теперь обе армии тоже поняли, что происходит. Маги Пожарских спешно разворачивали щиты, Куракинские подразделения делали то же самое.

– Что это за войско? – растерянно спросил Иван Ярославович, словно сам у себя.

– Поверь, не друзья, – произнёс Пожарский, продолжая удерживать потрескивающую огненную защиту.

– Это я уже понял.

Фёдор Алексеевич резко обернулся к своим людям.

– Куракиных не трогать! – прогремел его голос над полем.

На мгновение в пожарских рядах возникло замешательство, ещё минуту назад все ждали совершенно противоположной команды.

– Бить по серым! – рявкнул князь. – Куракиных не трогать!

Приказ подхватили командиры.

– Куракиных не трогать!

– Огонь по чужим!

– Первая линия, вправо!

Иван Ярославович практически одновременно развернулся к своим.

– Пожарских не трогать! Все силы против неизвестных!

Теперь замешательство возникло уже у его людей, но боевые подразделения быстро подчинились, две армии начали перестраиваться. Получалось далеко не идеально, пожарские копейщики неохотно пропускали через свою линию группу куракинских магов.

Два десятника одновременно попытались занять один и тот же участок и несколько секунд яростно спорили. Один пожарский лучник машинально навёл стрелу на появившегося сбоку куракинского всадника и лишь в последний момент отвёл лук.

Куракинский маг, увидев за спиной людей Пожарского, почти развернул в их сторону заклинание.

– Чужие впереди! – заорал кто-то. – Соседей потом убивать будете!

По рядам прокатился нервный смех, но серые уже наступали, и необходимость выжить заставила вчерашних врагов очень быстро научиться хотя бы не мешать друг другу.

Передовые маги неизвестного войска снова начали объединять силы. На этот раз Фёдор Алексеевич сразу понял цель.

– Опять по нам!

– Вижу! – рявкнул Куракин.

Второй удар оказался ещё мощнее, земля содрогнулась. Пожарский успел развернуть огненную защиту под углом и в последний момент направил значительную часть импульса вниз. Грунт перед ними взорвался фонтаном земли и камней. Защита Куракина едва выдержала остаток удара.

Иван Ярославович тут же контратаковал, ослепительная молния пересекла пространство между армиями и ударила одного из серых магов прямо в грудь. Тот рухнул на землю, но стоявший рядом маг моментально занял его место.

Фёдор Алексеевич нахмурился. Слишком спокойно, слишком отработанно.

– Это не сброд, – бросил Шемякин, тоже заметив перестроение.

– Вижу.

Неизвестные продолжали наступать. Несколько десятков лучников одновременно выпустили стрелы. Сверху появились огненные сгустки, ледяные копья и несколько тёмных росчерков неизвестного заклинания.

Объединённые щиты двух армий вспыхнули практически одновременно. Один из куракинских магов не успел закрыть левый край, пожарский офицер, стоявший рядом, рванулся вперёд и своим щитом прикрыл сразу обоих. Ледяное копьё ударило в защиту и разбилось на сотни осколков. Куракинец на мгновение ошалело посмотрел на своего неожиданного спасителя.

– Потом спасибо скажешь! – рявкнул пожарский офицер.

В самый напряжённый момент, когда серые уже начали теснить центр, к Фёдору Алексеевичу сквозь ряды подбежал связной. В руке он держал зачарованную голубку, только что прилетевшую из Солнцеграда.

– Ваше сиятельство! Срочное послание!

Князь сорвал с лапки птицы короткую записку и быстро развернул её. На несколько секунд его лицо стало неподвижным. На родовой замок Пожарских совершено крупное нападение. Причём почти одновременно с событиями на границе.

Первой мыслью было немедленно выделить силы и самому отправиться домой, но вокруг уже шла полноценная битва. Уход князя сейчас мог обрушить управление войсками, а разделение сил – открыть противнику путь к разгрому.

Фёдор Алексеевич ещё не успел толком принять решение, как к Ивану Ярославовичу прибыл собственный посыльный с такой же зачарованной голубкой. Куракин выхватил сообщение, пробежал его глазами и резко побледнел.

– Мой родовой замок тоже атакован, – произнёс он глухо. – Неизвестные. Практически в то же самое время.

Несколько мгновений князья просто смотрели друг на друга, теперь никакие дополнительные доказательства им не требовались. Кто-то заранее рассчитал всё до мелочей: стянуть обе армии к границе, заставить убивать друг друга, одновременно атаковать практически лишённые основных сил родовые центры.

Иван Ярославович зло сжал записку.

– Нас не собирались просто столкнуть, – процедил он. – Нас собирались сначала столкнуть, а потом добить обоих.

– Первоначальный план, скорее всего, действительно был рассчитан на войну между нами, – ответил Фёдор Алексеевич. – А нынешняя атака стала запасным вариантом после того, как мы вместо боя решили встретиться и разобраться.

Оба почти одновременно повернулись к своим командирам, первым желанием было немедленно отправить домой значительную часть войск. Но впереди неизвестная армия уже начинала новый штурм, отвод сил сейчас мог привести к разгрому прямо на границе, а потеря строя – превратить организованное отступление в бегство.

Пришлось ограничиться срочными распоряжениями. Шемякин получил приказ отправить в Солнцеград голубку с требованием удерживать замок любой ценой, поднять ближайшие гарнизоны и стянуть к крепости все доступные резервы.

Куракин отдал своим людям практически такие же распоряжения. Оба князя надеялись, что домашние гарнизоны какое-то время продержатся самостоятельно. Надежда была слабой, но другого выбора пока не оставалось.

Впереди серые снова сомкнули ряды. Их маги подняли руки, а лучники заняли позиции за щитами. Фёдор Алексеевич посмотрел на разворачивающееся перед ними сражение и впервые понял настоящий масштаб операции. Противник располагал не несколькими диверсионными группами, у него была армия, мощные маги, разведка, подробные сведения сразу о двух княжествах.

И возможность одновременно ударить по границе и по родовым центрам, заставив князей выбирать, где именно спасать собственную власть.

Иван Ярославович мрачно посмотрел на него.

– После этого разговора нам будет о чём поговорить, – сказал он. – Если мы оба переживём сегодняшний день.

Фёдор Алексеевич снова поднял руки, собирая вокруг себя огненную силу.

– Вот сначала и переживём.

Контактный бой начался почти сразу. Серое войско налетело на успевшие сомкнуться первые ряды двух родов. Лязг оружия, крики, стоны и проклятия слились в единую какофонию.

Серые дрались жёстко и организованно. Передние ряды не пытались совершать безумные одиночные прорывы – одни связывали защитников боем, другие тут же били в открывшиеся участки. Маги работали небольшими группами, прикрывая наступающих и поражая наиболее опасные цели.

Но расчёт противника строился явно на другом – они должны были встретить здесь две измотанные взаимным боем армии, а вместо этого столкнулись почти с полной силой обоих княжеств.

– Правый край продавливают! – донеслось из пожарских рядов.

– Мои закроют! – неожиданно ответил один из командиров Куракина.

Несколько куракинских десятков сместились в сторону, подставляя щиты и копья. Через минуту пожарские маги уже прикрывали их сверху от атак противника. Никому подобное сотрудничество не нравилось, но оно работало.

Куракин и Пожарский отошли на небольшое возвышение, откуда было проще руководить войсками и сложнее достать случайной стрелой.

– Только не вообрази себе, что мы теперь друзья, – зло бросил Иван Ярославович.

– Я скорее второй раз позволю тебе испортить мой обед, – ехидно ответил Фёдор Алексеевич.

В этот момент в Куракина полетели сразу две ледяные глыбы. Пожарский развернул огненную стену и разбил обе.

– А обед был отвратительный, – буркнул Куракин.

– Вот поэтому второй раз и не позволю.

Больше времени на разговор не было. Серые попытались продавить центр. Несколько тяжёлых магических ударов один за другим обрушились на защиту. В одном месте строй дрогнул, трое пожарских воинов упали, куракинский десяток невольно попятился. Ещё немного – и противник прорвётся.

– Резерв вперёд! – крикнул Фёдор Алексеевич.

– Моих туда же! – почти одновременно приказал Куракин.

Свежие бойцы двух родов ударили с двух сторон. Серый клин остановился, затем начал медленно пятиться. Неизвестные тоже поняли, что первоначальный замысел окончательно провалился.

В лесу раздался резкий протяжный свист. Сразу после него вражеские маги начали отходить группами, продолжая прикрывать друг друга.

– Отступают, – сухо произнёс Иван Ярославович.

Но это не было бегство, серые уходили организованно. Передние подразделения откатывались за магические щиты, лучники продолжали вести огонь, несколько бойцов попытались вытащить раненых. Командиры короткими жестами направляли людей к лесу.

– Не преследовать далеко! – приказал Пожарский. – До кромки леса и назад!

– Не дальше опушки! – поддержал Куракин.

Один из серых воинов, прикрывавших отход, получил удар в ногу и рухнул. Он попытался подняться, но Пожарский солдат уже оказался рядом.

– Живым! – крикнул Шемякин.

Воин Пожарского выбил меч ударом сапога и навалился на противника сверху. Подоспевшие бойцы быстро скрутили пленному руки.

– Есть один! – прокричал кто-то.

– Беречь его как родного! – ответил Шемякин. – И не дать ничего проглотить!

Через несколько минут последние серые скрылись между деревьями. Пожарские и Куракины остановились на открытом пространстве. Никто не торопился преследовать противника в лесу, где вполне могла ждать вторая засада.

Постепенно шум боя стих, остались стоны раненых, команды лекарей и потрескивание горевшей травы. Теперь особенно странно выглядело поле между двумя армиями. Ещё совсем недавно именно здесь должны были погибать Пожарские от рук Куракиных и Куракины от рук Пожарских, теперь тела людей двух родов лежали рядом, но соседской крови в этом бою так и не пролили.

Полковник Шемякин подошёл к князьям.

– Потери уточняют, пленного взяли одного. Ещё несколько раненых противника остались на поле, но двое уже умерли.

– Обыскать всех, – приказал Пожарский. – Каждую пуговицу, каждый клинок, каждую монету. Всё отдельно сложить.

– Уже выполняют.

Иван Ярославович продолжал смотреть в сторону рощи.

– Они собирались дождаться, пока большая часть наших войск поубивает друг друга, – произнёс Фёдор Алексеевич.

– А потом добить оставшихся, – закончил Куракин.

– Похоже на то, – Иван Ярославович нахмурился. – Но почему вышли сейчас?

Фёдор Алексеевич посмотрел на оставшийся возле границы стол с перемешанными уликами и донесениями.

– Потому что поняли: войны не будет.

Куракин медленно повернул голову.

– Значит, кто-то наблюдал за переговорами. В любом случае сигнал им кто-то подал.

Пожарский посмотрел сначала на лес, потом на собственных людей, на людей Куракина, на редкие возвышенности вокруг. Даже сейчас невозможно было понять, откуда именно наблюдали за встречей.

– И что теперь? – спросил Иван Ярославович.

Фёдор Алексеевич не ответил сразу. Его взгляд остановился на телах серых воинов без единой родовой эмблемы.

– Теперь, сосед, нам придётся выяснить, кто несколько недель подбрасывал нам улики, рассчитывал заставить наши армии перебить друг друга, а на случай неудачи привёл сюда настоящее войско.