Текст книги "Изгой солнечной системы (СИ)"

Автор книги: Сергей Хабаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

За этими мыслями она проглядела, как к ней в профиль пришло письмо, что её ждут в комнате номер… Так и не дождавшись пациентки, врач сам вышел к народу.

– Ева, вы задерживаете очередь. – обратился к ней врач в медицинском комбинезоне.

– Ой, простите, задумалась.

– Пф! – пренебрежительно фыркнул врач и ещё добавил. – Дикари. Понаберут с отсталых планет. Содружество не резиновое.

С высокомерным видом врач пошёл туда, откуда вышел. Вам его поведение говорило о том, что он нужен вам больше, чем вы ему, и если Ева не поспешит, то может катиться обратно в свой отсталый мирок.

«Да что с этими людьми⁈ Я тоже врач, но я и подумать не могла вести себя с пациентами подобным образом!» – подумала Ева и сама себе сказала. – Спокойно, Женя, спокойно. Другой мир, другая культура.

Безропотно она поспешила за этим «врачом».

– А скажите, пожалуйста, зачем клиника скупает внутренние органы? – не удержала любопытство Ева.

– Медкартриджи. – На автопилоте ответил врач.

– Простите, я тут новенькая и многого не знаю. Не расскажете поподробнее?

– Ну медкартриджи, для лечебных капсул заправлять, чего тут непонятного.

– Э-э, простите, но всё.

– Из человеческих деталей делается специальный раствор, которым потом заправляются картриджи-расходники для мед капсул. Ты точно собираешься устанавливать себе медицинскую нейросеть? Ты же не знаешь элементарного.

– Я учусь и делаю это прямо сейчас.

– Ну-ну. Тогда спрашивай, моя будущая «коллега».

– Спасибо. Но разве это не абсурд? Вы делаете из внутренних органов смесь для картриджей, чтобы потом восстанавливать удалённые органы своим донорам. Я не вижу логики.

– Новый орган восстанавливается не полностью, а процентов на 60–70. Так тратится значительно меньше ресурсов картриджей. Всё зависит от того что за орган. Почку или лёгкое можно вообще создать процентов на 40. Дальше, благодаря молодости свежих тканей, орган сам дозреет до нужных размеров, и его снова можно будет удалить.

– Коллега, как-то это всё негуманно. Вы с ними, как с овцами, стрижёте по мере необходимости.

– Ха-ха, очень правильная аналогия, Ева, стадо – оно и есть стадо. Мы его стрижём, а иногда нам приводят паршивых овец для забоя. Но с другой стороны, если бы не рынок органов, то вся эта толпа бездельников коматозилась бы с голоду. А так на дешёвую пайку им хватает. И потом замена органов – это даже полезно.

– Чем же?

– Немного омолаживается организм, а капсула чистит их тела от наркотиков и алкоголя.

– Но разве нельзя выращивать их в пробирке? На моей родине давно научились так делать органы для трансплантации.

– Можно, конечно, но в живых пробирках получается намного дешевле. А теперь заткнись и полезай в капсулу, а то что-то я разболтался с тобой.

Про себя Ева заклеймила врача «доктором зло». Никакой эмпатии к своим пациентом он не испытывал, а лишь видел в них ресурс к своему обогащению. После того, как крышка капсулы опустилась, с врачом она могла общаться только через нейросеть.

– Так, что тут у нас. Имплантаты, модификации и… генетические модификации. Ты оказывается настолько осквернена, что даже не сможешь стать донором органов.

– Не очень-то и хотелось. – Ответила Ева.

– Но если надо будет подлечиться, то с этим проблем не будет. Анализы показывают, что гены у тебя сверхдоминантны. А это значит, что твои компоненты будут отторгаться при попытке использовать их, как ресурс для медкапсулы, зато тебе подойдёт любой материал, даже хортов. А в остальном, если не обращать внимание на поражение мозга, то тело в прекрасном состоянии. Так, судя по твоим клеткам, ты уже проходила одно обновление тела, причём не так давно, около трёх лет назад. Хронометрический возраст у тебя 34 года, а биологически был снижен до 16, и теперь тебе сейчас около 19.

«Я думала, у меня глюки, когда меня Дан второй раз девственности лишил. Девятнадцать лет, говоришь? То-то у меня гормоны играют так, что сама себя не узнаю.» – подумала Ева стараясь внешне не показывать удивления.

– На твоём месте я бы не затягивал с лечением, а то поражение мозга может стать хроническим. Можем сделать это прямо сейчас.

– У меня денег осталось совсем немного.

– Не знаю, что я сегодня такой добрый, видимо, ты мне просто нравишься. Я могу предложить тебе взять у меня микро-кредит на выгодных условиях. Если не сможешь расплатиться, то здесь же и отработаешь. Нейросеть у тебя подходящая, а специализированную базу я тебе выдам.

Перед Евой высветился договор на финансовую транзакцию. Что такое «кредит» как займ, она понимала плохо. Якобы люди в эпоху валютных операций постоянно давали друг-другу деньги в долг, под проценты, и ничего в этом жутко страшного не было. Была даже страна, которая полностью погрязла в астрономических долгах и умудрялась торговать своими долгами. В большинстве случаев для обычного должника всё кончалось вполне безопасно. Ну, в конце концов, что с неё взять? Дома нет, денег почти нет, даже органы – и те никому не нужны. Отработает, она же работящая и привычна к нагрузкам, не то что местные. Однако в меньшинстве случаев, для должника всё могло кончиться совсем грустно, вплоть до смертельного исхода, и поэтому было боязно. Но это вряд ли, мертвецы долгов не возвращают.

Договор был составлен на сумму в пять тысяч кредит. Было немного жаль, что у неё недоставало чуть больше тысячи. Тогда бы она оплатила нейросеть с лечением, не влезая в долг. Правда, тогда осталась совсем без денег, но крыша пока над головой есть, и Сай с девчонками в беде не бросят… или бросят?

– Ну что, будем лечиться?

– Подождите минутку, можно мне связаться с моим куратором?

– А твой куратор, случаем, не Лоот?

– Он. А вы что, его знаете?

– Только косвенно. – Сказал доктор зло, и его лицо как-то недовольно сморщилось. – Поступим так: у тебя есть пять минут, если не уложишься во время, то я тебе ничего не предлагал.

– Хорошо. – Согласилась Ева и попыталась созвониться с Лоотом.

– Абонент не может ответить или находится вне зоны действия сигнала.

«Как это вне зоны? Его что, в космос, что ли, выбросили?» – Думала Ева, безуспешно пытаясь связаться с куратором все пять минут.

– Эй, дикарка, у меня рабочий день не резиновый, и новые пациенты ждут. Так что думай скорее. – Подгонял её врач.

Ева снова перечитала договор, она не была юристом, но вроде условия были не кабальными. В долги влезать не хотелось, но уровень интеллекта… Лоот говорил, что это очень важно, поэтому его надо беречь. Куратор тоже советовал как можно скорее подлечить себе мозги.

«А была не была, расплачусь потом как-нибудь, хоть натурой, хоть на опыты меня берите», – подумала Ева и дала своё согласие на кредит. – Лечи мои мозги доктор, других у меня не будет.

– Ну, это спорное утверждение. – Сказал врач и включил в капсуле усыпляющий свет.

Глава 8

– Так как, ты говоришь, называется это блюдо? – Поинтересовалась Марж.

– Борщ. – Ответила Ева и вдохнула полной грудью аромат. – Жалко, лаврушку не получилось достать, тогда бы аромат был ещё приятнее. Но так тоже неплохо.

– Ещё бы. Из этой твоей лаврушки на станции делают нелегальные наркотики.

– Как у вас тут вообще додумались делать из безобидных специй наркотики⁈ – Возмутилась Ева. – И почему одни наркотики легальны, а другие нет?

– О, ну тут всё просто. Те наркотики, которые директорат станции может произвести и продать, легальны. – Просвещала Марж. – А те, которые не может и которые народ делает для себя сам, нелегальны. Ибо нефиг вредить корпоративной монополии.

– Безобразие какое-то. – Сказала Ева и поморщилась. – В супах самое главное это специи. Для предков моего народа приготовление супа было настоящим семейным ритуалом, передающимся из поколение в поколение по женской линии. Сто лет назад говорили даже, что настоящий суп должен быть приготовлен с душой. Была даже специальная песня для призыва души в суп. Её пели мужчины во время готовки, что-то вроде: О шикарный суп наварили, о великий суп наварили, о горячий суп наварили, ешь суп, горячий суп…

– Совсем какой-то дикий ритуал. – усмехнулась Таю. – Но мне твоя идея нравится.

– Петь во время готовки?

– Нет. Мужиков позвать.

– Не понимаю, чем это лучше еды из пищевого синтезатора? – Недоумевала немного обиженная в лучших чувствах вечная дежурная по кухне Сай.

– Эмм, ну как бы это сказать… – Ева покосилась на устройство, похожее на микроволновку, которое творило девушкам еду, словно 3д принтер. – … всем. Сай, еду надо готовить, а не печатать. Иначе получается не пища, а продукт промышленности. Причём химической.

– Так мою стряпню ещё никто не оскорблял.

– Ева всё правильно говорит. В лучших ресторанах станции еду именно готовят. Это пища богачей и настоящих аристократов. – Вставила свои пять копеек Таю. – Кстати, скоро готово будет? А то у меня уже живот урчит.

– Ещё минут десять и готово. – ответила Ева.

– Надеюсь, это блюдо стоило моих денег. – Хмыкнула Таю.

– Со всем уважением к спонсору нашего сегодняшнего обеда. Но кое-кому не мешало бы жрать поменьше и побольше следить за фигурой. – Сказала Марж, бросая на Таю неоднозначные взгляды.

– Ты хочешь сказать, что я толстая? – наигранно удивлённым тоном возмутилась Таю.

– Я хочу сказать, что удивлена, как у твоих клиентов на тебя ещё встаёт. – Ответила Марж и показала оскал во все тридцать два зуба или сколько их у этих инопланетян.

– Мои мужчины ценят мягкость женского тела таким, какое оно и должно быть. А твоё тело может понравиться только латентному мужеложцу. – не осталась в долгу Таю.

– А в зубы? – Набычилась Марж, поигрывая своими мышцами бодибилдера.

– А увеличение ренты втрое и иск в суд от моего юриста? – не осталась в долгу Таю.

– То, что ты с ним спишь, ещё не делает его твоим, и вообще…

– Ой, девочки, не ссорьтесь. – Влезла в их перепалку Ева.

Обе скандалистки посмотрели на разнимальщицу как на наглого таракана, возжелавшего единолично захватить кухню.

«Ева, лучше не лезь. – пришло сообщение по нейросети от Сай. – они всегда так. Потом выпьют, будут мириться, парней пригласят или подерутся, это как повезёт».

– Э-э – выдавила из себя Ева понимая что влезла не в свои дела. – Продолжайте, извините что отвлекла.

– Да ладно уж, всё настроение отбила. – махнула рукой Таю и сменила гнев на милость. – Ты лучше скажи, эта штука не рванёт? А то я что-то не очень доверяю кривым рукам Марж.

Ева смерила взглядом шаткую конструкцию из плазменной горелки, на которой булькала кастрюля с борщом.

– Дык… – нахмурилась Ева, прикидывая, сколько законов о пожарной безопасности она сейчас нарушает. – Не должно.

– Эй! – Возмутилась Марж, создавшая на коленке сей нехитрый столовый инвентарь. – Что-то раньше ты на мои кривые руки не жаловалась.

– Потому что в некоторых случаях твои кривые руки приходились очень кстати. Но когда речь идёт о сохранности моего имущества – тут я не иду на компромиссы и не делаю скидок. – ответила Таю.

– Угу, ведь это имущество досталось тяжким трудом, столько рабочих мозолей на одном месте натёрла.

– А ну заткнись, а то мои руки окажутся у тебя на шее.

«И так в среднем пару раз в неделю. Таю как кошка, а Марж как собака, пока кошка тихая, собака вялая». – подвела итог этой домашней перебранки Сай. – «Просто не обращай внимание. Ругаясь, они получают удовольствие, сами угомонятся, когда надоест».

Соседки Еве, конечно, попались с причудами, но в целом тётки мировые. Сайт и Таю были местными, а вот Марж жила здесь уже какое то время, но была приезжей. Что она забыла во фронтире, никто не знал. Очень может быть, что от кого-то пряталась. Но образование имела техническое, и за это Таю сдавала ей комнату со скидкой, а иногда оставляла жить просто так. Марж была незаменима, если надо что-нибудь починить или построить. Что называется, баба с руками, но постоянной работы у неё не было. Сказывалось её происхождение и вспыльчивый характер. У Марж в профиле метка осквернённого, стало быть, она была модификантом, вот только какого народа непонятно. Со стороны девушка как девушка, только большая, сильная и немного вспыльчивая. Ну как немного, своему предыдущим работодателю она сломала нос за то, что тот то ли домогался, то ли попытался изнасиловать своего молодого секретаря. «Не люблю пидоров!» гордо заявляла она, сидя в тюрьме, в которую угодила за ту самую драку. Сама Марж ненависти к мужчинам с подобными наклонностями не испытывала, но в её мировоззрении они строго делились на геев и пидорасов. Причём пидорасом в её терминологии мог стать и мужчина с нормальной ориентацией, но просто потому, что он очень плохой человек. Раз он всё равно плохой человек, то пусть ещё и ментальный удар ловит в подозрении о нестандартной половой ориентации. Вообще отношение к гомосексуалистам на станции было пассивно-агрессивное. То есть за такие наклонности убивать или бить не будут. Но карьеру при такой славе не построить и на хорошую работу не устроиться. Естественно, для сильных мира сего были совсем другие правила. Как говорится, «что позволено Юпитеру, то не дозволено быку» – если у тебя есть большие деньги, то и не такое можно себе позволить. Было слушанье, где против Марж дали показания все участники той истории.

– Меня оболгал даже тот засранец, за которого я заступилась. – Возмущалась Марж.

На парнишку-секретаря она ругалась по инерции. И так всем было понятно, что на него надавили. Отсидев свой небольшой срок, Марж приобрела репутацию бузотёра. И хоть навыки у неё были неплохие, но светила ей дорога сначала в люмпены, а оттуда недалеко и депортация на DF-1716. Но на её счёт судьба имела своё мнение. Где и при каких обстоятельствах Марж пересеклась с Таю, история умалчивает. Просто в один из дней Таю притащила в свой дом побитую жизнью Марж и объявила Сай, что теперь та будет снимать у неё комнату и что о ней надо позаботится. Сай, пребывающая в статусе среднем, между дворецким и слугой, не имела привычки спорить. Поэтому безропотно отмыла и очистила от очистков Марж. С тех пор крупная девушка здесь живёт, перебиваясь с дельными работами и платя ренту по мере возможности. Сай сплетничала, что Марж должна уже Таю тыщи три кредит. Но та её не выгонит – будет пилить и на мозги капать постоянно, но ни за что не прогонит. Марж с Таю очень неплохо ладили и, если верить Сай, то даже как-то раз переспали. Хотя Сай могла и набрехать для красоты истории, азиатка была той ещё сплетницей. Что же касается самой Таю, то она была в высшей степени неоднозначным человеком. Полное её имя – Таюлиана Грос. Что уже означало немало. Отпрыск богатой и знатной семьи была большим разочарованием своих родителей, так как совершенно не интересовалась родительским бизнесом. Хотя как старший ребёнок в семье должна была возглавить род и семейную компанию финансистов. Но все эти циферки, балансы и графики Таю не интересовали, а интересовали её мужчины, и чем больше, тем лучше. Она добровольно стала заниматься проституцией и установила себе соответствующие базы. Что называется, самая натуральная, породистая блядь из высших слоёв общества. У Таю даже была где-то родословная. Такого позора её отец вынести не мог и выгнал блудливую дочь из дома и из списка акционеров компании. А вот мать Таюлиану пожалела и передала ей столько денег, сколько смогла. Именно на эти средства, вопреки утверждениям Марж, Таю купила дом и стала сдавать квартиры, что было основным источником её доходов. В целом Таю была счастлива, она была относительно богата, она не несла никакой ответственности и могла заниматься чем захочет. Проституцией она занималась «для души». Справедливости говоря, тут почти все женщины низшего и среднего класса общества занимались этим за деньги. У местных попросту не принято было не брать деньги. Это явление именовалось «Бытовой проституцией». И в семьях жёны с мужей брали деньги за секс. Даже хуже. Внутрисемейная проституция носила официальный характер и указывалась в налоговых декларациях. Вообще Еве было непонятно, почему мужчины платят женщинам за интим, а не наоборот. Оказалось что и наоборот, но редко. Потому что, во-первых, традиции, во-вторых, рейтинг сексуальности. У кого выше этот рейтинг, тот и имеет больше прав брать с партнёров деньги. В среднем у женщин рейтинг сексуальности выше, но бывают и исключения. Обычным людям до этого рейтинга нет дела, по этому поводу парятся только профессиональные проститутки и проституты. А нарабатывается он простым голосованием в специальном чате соцсетей. Грубо говоря, лайками. Периодически рейтинг сексуальности сбрасывается и голосование начинается заново.

Несколько часов назад Ева покинула клинику в смешанных чувствах. С одной стороны, она получила то что хотела и возможно уже скоро вернётся к любимой работе. А с другой… Она раньше никогда не была ничего и никому должна и не знала, что это за чувство. Оказалось, что это неприятно. Чтобы отвлечься от дурных мыслей, она решила устроить соседкам небольшой праздничный обед и приготовить кастрюлю борща. А ещё она здраво полагала, что совместный приём пищи это хороший повод пообщаться в неформальный атмосфере и сблизиться с соседками. Однако цены на продуктовом рынке привели её в состояние отчаяния. Местные почти не готовили сами. Они либо покупали уже готовую пищу, либо печатали её в пищевых синтезаторах. В последних качество пищи зависело от картриджей, загружаемых в чудо-аппарат. Были картриджи, для заправки которых использовались лучшие овощи и фрукты. Поэтому еда, создаваемая ими, ничем не отличалась от настоящей. А были картриджи, которые заправлялись биомассой, сделанной из водорослей. Говорят что пищевой синтезатор можно заправлять чем угодно, только бы это была жидкая или почти жидкая биомасса, даже дерьмо. В итоге синтезатор будет вырабатывать что-то съедобное. В худшем случае еда будет безвкусной. Ева дала себе слово, что как-нибудь вытащит и вскроет один из тех картриджей, что Сай заправляет в пищевой синтезатор. А то в свете такой информации в ней зародились сомнения. Но Таю и Марж лопались стряпню Сай и не жаловались. Этим только бы самим ничего своими руками не готовить. Так что когда Ева вернулась домой в весьма расстроенных чувствах, то привлекла всеобщее внимание сначала Таю, потом и Марж, Сай на тот момент ещё была на работе, поэтому всю основную движуху пропустила. Бездельничающая богачка выслушала жалобы на жизнь незадачливой дикарки чисто из скуки, и так бы вся эта информация пролетела у неё мима ушей, если не обещание Евы накормить их национальным блюдом с её родной планеты. Главной страстью Таю были мужчины, но и покушать вкусно она тоже любила, правда, за такими удовольствиями обычно приходилось ходить в ресторан и тратиться. А тут такая возможность покушать нечто вкусное, новое и при этом сэкономить. С этими мыслями она пошла в комнату Марж на приступ и, оказавшись внутри, сделала той предложение, от которого нельзя отказаться.

– Рента или Борщ⁈

Марж ничего не поняла, но сочетание слов «рента» и «или», употреблённых в одном предложении, обычно склоняли её к сотрудничеству. Таю обеспечила всё предприятие средствами, а Марж за полчаса из подручного металлолома спаяла весь необходимый инвентарь. Так что когда Сай вернулась с работы, она была удивлена непривычной оживлённостью на кухне и сценой трёх девушек, наблюдающих за тем, как в небольшой железной бочке, подогреваемой плазменной горелкой, булькает нечто красное.

Когда варево стало готово, Ева разлила суп по мискам. Такая посуда у Таю была, причём красивая, из качественного фарфора, а ложки из какого-то странного метала, синего цвета. Посуда выглядела очень эффектно. Сказывалось воспитание Таю. Раньше она каждый день ела из этой посуды всякие вкусности, а теперь только в особых случаях. И эту посуду надо мыть, поэтому нафиг-нафиг, лучше заняться чем-нибудь интересным или покушать с одноразовой. Тому, что есть нормальная посуда, отдельно порадовалась Ева. Ещё кучу гротескных поделок Марж она бы не перенесла, а та посуда, которую печатает Сай в пищевом синтезаторе – это отдельная тема. Чтобы сэкономить на ресурсах синтезатора и не хлопотать с посудой или мусором. Сай заставляла синтезатор производить съедобную посуду, которую можно было легко съесть по завершению трапезы как вафельный стаканчик крем-брюле. С твёрдой пищей это было очень удобно, а вот суп или чай попить становилось просто невыносимо. Только сама Сай знает, как быстро жидкости растворят стенки съедобной посуды. Есть на время – удовольствие так себе, особенно для тех, кто любит смаковать еду.

– Настоящая дикая пища. – Сказала Таю, зачерпывая приятно пахнущую жидкость ложкой. – Как увлекательно.

– Эх надо было бы побольше мяса положить. – пожаловалась Марж разгребая плавающие в её миске кусочки овощей. – Одна трава. Я, между прочим, не ослик.

– Неплохо. – Сказала Сай. – Но я могла бы и не хуже.

– Вот как сделаешь, тогда и будешь хвастаться. – Усомнилась в последнем высказывании Таю.

– Да я сделала б, если бы кое-кто не зажимал деньги в общий продуктовый котёл. – Сказала Сай и начала сверлить Таю взглядом.

– Я делаю тебе скидку на жилплощадь, разве этого мало?

– Да вы, моя хозяйка, за неделю прожираете эту скидку. Нет сил молчать, скажу прямо. Вы нас объедаете.

– Вот нахалка! Марж, ну а ты что молчишь, скажи что-нибудь, это тебя тоже касается.

– Угу, ща скажу. – ответила Марж облизывая ложку и отодвигая от себя миску. – Ева, мне добавки.

– Хозяйка, эта безработная сейчас весь наш суп скушает!

– И то верно! Ну-ка, Сай, налегай на ложку.

Хозяйка дома и её азиатская квартирантка энергично заработали столовыми приборами, спеша догнать Марж.

– Первое правило безработного это есть всегда, когда выпадает шанс, и не упускать его. – Поделилась мудростью Марж.

– Девочки, не спешите. – Сказала Ева наливая для Марж новую порцию. – Всю кастрюлю за раз слопать это физически невозможно, даже если бы у вас были мужские желудки.

– Плохо ты нас знаешь. – Скромно заявила Сай.

Ева не стала бы спорить с Сай в этом вопросе. Так-то азиатка кушала в полтора раза больше чем Таю. Но была намного мене разборчива в еде. Для неё было главное заполнить пустоты организма. Куда съеденное девается и почему Сай не толстеет – та ещё загадка.

– Отличная хавка. – Признала Марж, откинулась на спинку стула и громко рыгнула.

– Фу, как неприлично. – Сделала ей замечание Таю, тоже откидываясь на спинку и массируя руками живот – Но она права, получилось у тебя неплохо. Конечно, не секс, но если сможешь это творить на пищевом синтезаторе, то я выгоню из квартиры Сай и отдам её скидку на ренту тебе.

– Хозяйка, не будите во мне спящего дракона. Мой народ знает толк в мести за обиды.

– Да шучу я, не кипятись. – Отмахнулась Таю. – Мне не по карману устраивать ежедневно такие ужины, синтезатор такое не сотворит.

– Ну ты скажешь, Таю. Сравнивать еду и секс. Это же разные удовольствия. – Философски заметила Марж, прикидывая, как половчее закинуть ноги на стол и не будет ли это слишком.

– Я не только сравниваю, но иногда ещё и совмещаю.

– А я знаю такие фетиши. – С тоном отличницы подала голос Ева. – Помню, был у меня один одногрупник ещё по институту, о которым ходил слух, будто он любит обмазать всяким сладким девушку, а потом слизывать с неё всё это. Обычно он использовал клубнику и сливки. Ты тоже такое практикуешь?

– Хе-хе, у нашей младшенькой, оказывается есть шкаф, набитый скелетами. А так по тебе не скажешь, что у тебя богатый опыт в этом деле. Я не буду уточнять, при каких обстоятельствах ты обзавелась столь приятными знакомствами. Но не надо делать такие глаза, будто тебе о таких интимных подробностях просто так по секрету рассказывал твой таинственный одногрупник, с которым вы просто хорошие друзья. – Сказала Таю. – И нет, у меня другие игрушки.

– Ага. Обычно она использует огурцы и морковки. – поддела Марж – И тогда из её комнаты звук такой, будто там свинью режут.

– Ой-ой, кто бы говорил, ты бы уже выбросила свой кабачок. Как он только в тебя влезает.

– Через рот, в отличие от некоторых я овощи ем. Слушай, Ева, я бы на твоём месте запатентовала рецепт и пошла работать поваром. Чтобы им устроиться, надо иметь кулинарную базу хотя бы первого уровня. А они очень непопулярны, поэтому их можно приобрести бесплатно.

– Я не люблю готовить. – Отмахнулась Ева. – Но мысль интересная, и в первый раз слышу, чтобы тут было что-то бесплатное.

– Ты просто толком ещё не искала. Оплати подключение к ХРАНДу на несколько дней и накачай себе мусорных баз. Я покажу, где искать и на каких сайтах это делать.

– А что такое ХРАНД?

– Хранилище данных. Ева, ты же не совсем с отсталой планеты. У вас же должен был быть аналог, через который вы общаетесь и скачиваете информацию на свои примитивные вычислительные устройства.

– Никакие мы не отсталые, у нас есть интернет. – Скромно заявила Ева.

– О, начинается. – Сказала Таю и хлопнула себя по лбу. – Нашла себе уши и сейчас начнёт заливать в них про свои железки. Марж, ты сама как ходячая инженерная база. Ева, не слушай её, ей дай волю и она только и будет говорить о своём металлоломе.

– А ты только о мужиках и умеешь трепаться. Нимфоманка!

– Приму это за комплимент. Кстати о мужиках, Ева, а на твоей дикарской планете красивые мужчины? И какие у вас там традиции половой жизни?

– Ну, мужчины как мужчины. Несильно отличаются от местных. А вот любовью мы занимаемся по взаимному согласию.

– Да?… Как же скучно. Я читала, что мужчины с дикарских планет очень страстные и пылкие. Совершенно не могут контролировать своих порывов и часто насилуют своих женщин.

– Хозяйка, а вы не натягиваете свои фантазии и жёлтую прессу на реальность? – Сказала Сай. – Дикарские миры – они априори патриархальны. А это значит, что любая девочка кому-то принадлежит и на её защиту встанут братья и отец. Тут трижды подумаешь, чтобы кого то изнасиловать.

– На Земле никто никому не принадлежит. Люди ходят на свидания, постоянно общаются друг с другом. У нас не принято скрывать своего влечения. Если тебе кто-то нравится, то твой гражданский долг –сообщить об этом.

– А кто платит за секс, мужчины или женщины? И дорого у вас это? – уточнила интересующий вопрос Марж.

– Да вообще никто не платит. На Земле нет денег. Мы удалили этот фактор из общественных отношений.

– Как же вы контролируете свою численность? – нахмурилась Сай.

– Не контролируем. А зачем? У нас коммунизм, всё население находится на примерно равном уровне достатка. На каждого гражданина производится больше товаров, чем он может потребить, надо только всё это грамотно распределять.

– Ну вы и дикари. Денег нет, плату за секс не берёте. – Дивилась Таю. – И олигархов у вас тоже нет?

– Хе. Ну вообще-то, мы их всех перебили лет так сто пятьдесят назад.

– Ну и кто у вас там руководит? – Поинтересовалась Марж.

– Партия. Это что-то вроде всенародного совета.

– И что, они не олигархи?

– Не. Участие в совете это скорее долг, чем работа. Помимо законотворчества и управления, советники обязаны ещё где-то трудиться.

– Абсурд. Кто же у вас там является элитой общества? – задала вопрос Сай.

– В основном учёные и передовики производства. Успешные деятели культуры тоже могут считаться элитой. – Просветила Ева и похвасталась. – Кстати, меня тоже можно причислить к элите Земного общества.

– И кто же ты по профессии?

– Я врач. – Гордо заявила Ева.

Секунда полной тишины, а потом взрыв смеха. Марж свалилась со стула, но её это ни капли не расстроило и она продолжила хихикать на полу в позе эмбриона. Таю схватилась за свой живот который похоже собирался лопнуть или родить, а Сай деликатно но не останавливаясь хихикала в кулачок и утирала слёзы.

– Ой, не могу, ха-ха… врачи – элита общества, ха-ха – Продолжала угорать Таю.

– Смешнее могло бы быть, только если она сказала что у них и шахтёры тоже относятся к элите, а рабочие вообще правящий класс.

– Э-эм, ну да. Если человек передовик производства, то почему нет? И у нас пролетарий действительно является правящим классом.

Новый взрыв смеха, на этот раз девушки уже с собой не совладали и на контакт не шли.

– Да что я такого необычного сказала? – Возмутилась не разделяющая общего веселья Ева. Потом ей стало не до соседок, потому что новая нейросеть сообщила, что развёрнута и готова к эксплуатации.

Недовольно посмотрев на своих веселящихся соседок, Ева буркнула «ну и дуры». А потом отправилась в свою комнату. Нужно было доложиться об своих делах Лооту.

– Здравствуй, Ева, как дела? – Вполне нейтрально начал Лоот.

– Отлично, Лоот, мы тут с подружками борщ кушаем. Хочешь к нам?

– Брачный контракт запрещает мне посещать бордели.

– Брачный что?

– Неважно, давай лучше в другой раз угостишь меня этим блюдом. Что с твоей новой нейросетью?

– О, я нашла себе сеть по душе и высокого уровня. Медик 4го поколения. – По тому, как лицо Лоота сморщилось, словно изюм, она поняла, что её выбор ему не понравился. – Я сделала что-то не так?

– Да не то чтобы не так. Просто медик – это всего лишь приложение к медкапсуле. Без неё он никто, а самая дешёвая капсула начинает торговаться от ста тысяч кредит. У тебя есть такие деньги?

– Естественно, нет. Ну и что? Пойду работать по контракту с вычетом за специализированную микробазу.

– Ева, ну почему ты не взяла продвинутую социалку или техника? Медики – они как закрытая секта. Там очень сложно сделать карьеру, а новичков они эксплуатируют на грязных работах. Медиков все ненавидят.

– Но за что? Спасать людей… Это же добрая профессия.

– За то что медики это упыри, сосущие из людей последние соки. Если будешь подыхать посреди улицы, но у тебя не будет денег, то приехавшие на вызов медики не только не окажут помощи, но ещё и счёт выставят за ложный вызов. Но хоть база у тебя высокого уровня, это обнадёживает, сможешь с ней себя прокормить. Кстати, что у тебя там по деньгам? Надеюсь, ты ещё не всё просадила и осталось на базы.

– Ну, вообще ещё несколько тысяч осталось. – Ответила Ева прикидывая свои финансы. – И я тут это… микрокредит взяла, на восстановление моего уровня интеллекта.

– Ты что сделала⁈ – от волнения лицо Лоота аж покраснело.

– Ну, кредит в клинике. Чтобы восстановить уровень интеллекта. Теперь у меня снова 160. Ты ведь говорил, что уровень интеллекта – это очень важно ну я подумала…

– Ева, немедленно сбрось мне договор о кредите.

Ева подчинилась, хотя было обидно, что Лоот не похвалил её за заботу о собственном уровне интеллекта. Глаза куратора быстро за бегали из стороны в сторону, читая текст.

– Ай-яй-яй, это не очень хорошо.

– Настолько всё плохо?

– Да как тебе сказать. Ты этот договор вообще читала?

– Читала, но я ничего не поняла.