Текст книги "Изгой солнечной системы (СИ)"

Автор книги: Сергей Хабаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Глава 21

Профессия обходчика вентиляционных путей была не самой тяжёлой, но по-своему грязной и опасной. Поэтому Марж не выпускала огнемёт из рук. Рутинная опасность в вентиляционных туннелях исходила от адаптировавшейся к местным условиям фауны. Из-за разницы гравитационных полей большая фабрика, вырабатывающая кислород путём гидролиза, была построена поближе к зоне невесомости. Используя разницу гравитаций и карманы невесомости, туннели были выстроены так, чтобы кислород естественным образом сам себя доставлял куда надо, без подключения турбин. По туннелям вентиляции тёк газ, насыщенный кислородом, поэтому работать без маски в нём было запрещено, дышать-то тут можно, но через пять минут любой человек, даже хорт, становился пьяным, как шахтёр в вечер пятницы. По этой же причине использование огнемёта становилось очень опасным, перед использованием сопла надо было продувать специальным газом, чтобы избежать обратной тяги. Пламя и кислород друг друга очень любят, и в чистом кислороде спичка горит, как бенгальский огонь, а в жидком вообще взрывается. Часто от некачественных огнемётов исходила главная опасность для проходчика, потому что тот превращался, по сути, в бомбу замедленного действия и взрывался при попытке использовать своё оружие. В связи с этим многие проходчики вовсе не использовали огнемёты, предпочитая альтернативу в виде разбрызгивателя кислоты высокого давления или сделанные кустарным способом огнестрельные пулемёты. Стрелковое оружие, конечно, было вне закона, но жителям красных зон было на это плевать с высокой колокольни. Да-да, жители красных зон часто трудятся на общее благо, выполняя важную, но грязную работу. Никто из зелёного сектора сюда работать не пойдёт, разве что только из жёлтого, и то дважды подумает, а на третий раз пожалеет. Ева называла таких людей гастарбайтерами. Низкоквалифицированные работяги, выполняющие тяжёлую грязную работу, как правило, не получающие полной стоимости своего труда. У них на Земле это явление считается устаревшим пережитком капиталистической эпохи. Ева, конечно, врёт, но слушать её интересно. Иногда Марж тоже жалела, работая проституткой вместе с Таю, она сама выбирала себе клиентов и занималась этим, когда ей захочется, лёгкие деньги. У неё даже были постоянные клиенты, которых она, по сути, считала чем-то вроде гарема. Честные деньги они всегда достаются тяжело. На этот трудовой подвиг её спровоцировала Ева. Эта мелкая слабая девушка словно противопехотный шип: на какой бок не упадёт, всегда стоит. Такая стойкость вдохновляла. Вот Марж и вдохновилась, третий день она шла в наморднике противогаза, темноте, холоде и грязи, уничтожая по пути растущие тут грибницы. Но что самое обидное, уже неделю у неё не было мужчины.

– Говорила мне мама: не дружи с неудачниками, уродами и чудаками. Это заразно, – вспоминала мамину мудрость Марж. – Вот похоже, Евина хрень с неё на меня перекинулась.

Она пнула камушек, и тот запрыгал по дорожке и закатился в ловушку местного паука «ловчего». Тот вымахал с собаку и обустроил себе логово в техническом отводе, полностью закупорив таким образом небольшую вторичную шахту для технических помещений. Паука Марж заметила ещё издали, сначала сработал датчик органики, потом нейросеть, используя данные с датчика, подсветила логово паука на визире ночного видения. Работа становилась неопасной, если быть к ней готовой. Марж переключила огнемёт в режим напалма и метров с пяти пустила струю прямо в логово паука. Объятый пламенем тот выскочил из своего убежища и начал метаться в произвольном порядке, не зная, куда ему бежать и как спастись. Скоро всё закончилось, в насыщенном кислородом газе огонь горит сильно и ярко, но и прогорает быстро. Паук поджарился так, что его хитин треснул. Марж подобрала его тушку и забросила в специального робота-мула, шагающего на шести ногах и способного нести до полутонны полезного груза, при желании на нём даже можно ехать верхом. Но робот был тихоходен и больше пятнадцати километров в час при любой нагрузке не развивал. Тушку паука Марж продаст мяснику, тот её переработает в сырьё для второклассных пищевых картриджей, всё же натуральный белок из насекомого мяса. От мула Марж отстегнула огнетушитель и затушила оставшиеся небольшие костерки тлеющего мусора, принесённые сюда сквозняком. Потом она достала из коробки с инструментами специальную катушку с тросом, из которого торчала хищно выглядящая клешня. Создание этого инструмента ей подсказала Ева, так у них на Земле пробивали засоры в широких канализационных трубах. Обычные проходчики для этого используют специальных клиринговых пауков, но те фиксируют свою деятельность и докладывают начальству, если находят что-то интересное. Поэтому Марж предпочитала использовать вот это устройство. Суёшь клешню в отверстие, потом раскручиваешь специальную ручку, и клешня, толкаемая тросом, несётся по небольшому туннелю со скоростью вращения ручки. Мелкие засоры клешня пробьёт, а крупные проковыряет, если натолкнётся на то, с чем не сможет справиться, то она это схватит. Хитрое, конечно, устройство, вообще без электроники, это же надо было думать, чтобы такое придумать. Марж пыталась докопаться до Евы, откуда она знает его устройство, если не является техником.

– Да у нас на уроках труда об этом рассказывали. Любой гражданин должен знать азы работы дворника, сантехника и ассенизатора.

Вероятно, на её родине это какие-то профессии. Марж немножко усовершенствовала механизм Евы и прикрепила к клешне небольшую веб-камеру. Но видео движения клешни с камеры лучше онлайн не смотреть, сразу начинает сильно тошнить, потому что камера вращается вместе с клешней. Вообще, Марж собиралась получить оплату не только с пробития засора, хотя эта работа местных уборщиков, которые идут по туннелям после того, как проходчики зачистят местную фауну, но и с гнёзд пауков-охотников. Они, как сороки, тащат себе в гнездо всё, что плохо лежит, авось что ценное и попадётся. Марж подойдёт всё: использованные кислородные фильтры, которые можно очистить и продать как новые, кладовая паука, разного рода детали под лом. Вот и на этот раз клешня натолкнулась на что-то массивное. Марж включила камеру и увидела какой-то железный механизм, при внимательном осмотре это оказалась лапа паука-уборщика.

– Похоже, я сорвала джекпот! – Обрадовалась Марж.

Робота можно разобрать на детали или починить, в любом случае денежку она получит. После той истории, в которой пришлось спускаться под землю за Евой, Марж уже не боялась красных уровней. Там всё те же люди, просто живут они по своим законам, а если их знать и вести себя соответственно, то можно пребывать в относительной безопасности. У Марж даже нет-нет, но появлялись мысли переселиться в красный сектор, да там не так безопасно, как в зелёном, и мужчины не такие чистые, но зато в красном секторе никто не смеет оскорблять её из-за происхождения. Вытащив робота, Марж почувствовала, как в небольшую шахту тянет воздух. Значит, засор был пробит, а в логове охотника нет больше ничего интересного, и стоит продолжить свой путь. Марж осмотрела паука-уборщика, похоже, что настоящий паук-ловец использовал его как затычку в своей норе. Не очень хорошо, если кто-то подкрадётся к тебе с тыла в твоём же жилище. Были ещё, конечно, варианты, как пауки-ловцы используют механических пауков. Обилие кислорода увеличило размер местных насекомых, но не сделало их умнее. Пауки-ловцы были не очень разборчивы и пытались спариваться со всем, на что они похожи, часто это были механические роботы-уборщики или уже мёртвые соплеменники. Они, что называется, брали количеством. Оплодотворённая самка впадала в сон и становилась живым коконом для своего потомства, а самец тащил её к себе в норку и охранял до момента рождения потомства. Вероятность, что самка выживет, 50/50. Из-за их тупости и плохой разборчивости иногда даже получалось так, что спаривались два самца. Кто из них будет девочкой, пауки выясняли по принципу, кто сильнее. Униженная таким образом особь попросту убегала с места своего позора, оставляя сильного самца в лёгком недоумении от аномального поведения самки. Местные насекомые вообще были размером со среднюю собаку, и тело человека им было на один зубок. Но если знать их повадки, тут вполне безопасно, с увеличением размеров их инстинкты и агрессивность мало изменились. Основу тоннельной экосистемы представляли собой растущие на стенах, потолке и полу лишайники и грибницы. Их поедают местные слизни, а слизней – все остальные. Если установить ультразвуковой маяк, отпугивающий насекомых, то можно спокойно ночевать недалеко от грибницы. Насекомые предпочтут более доступных и менее опасных слизняков, чем приближаться к ультразвуку. Но если сжечь грибницу, то ультразвук не спасёт, голодные насекомые, преодолевая инстинкт, набросятся на человека. Пауки-ловцы предпочитают селиться недалеко от грибницы, так как другие насекомые уходят на расстояние от источника пищи, чтобы размножаться. Тут-то они и становятся добычей пауков. Но и сами пауки размножаются подальше от грибниц, всё дело в вездесущих слизняках. Сами-то они небольшие и безобидные, но их так много, и едят они всё подряд. Грибы, мхи, мёртвую плоть, хитин, кладки яиц других насекомых. Именно слизняки – вершина и основа местной пищевой пирамиды, рядом с ними просто нельзя размножаться. Насекомые заходят на их территорию только чтобы покушать.

Дойдя до грибницы, Марж развернулась и зашагала в обратную сторону. По времени станции сейчас было 22 часа, она устала и требовалось обустроить место для ночлега, а грибницу она сожжёт завтра. Выхода мигрирующих насекомых из вентиляции люди не боялись, те просто не могли дышать 20% кислородом и задыхались. Но кого стоило бояться конкретно ей, это своих коллег обходчиков. В красных зонах существовали «прав. союзы» и существовали они, как сказала Ева, «в самой уродливой своей форме». По сути, это были ОПГ, крышующие своих членов и отбивающие территорию у конкурентов. Нередки были случаи, когда прав. союзные банды устраивали перестрелки в тоннелях. Она не раз находила разорванные огнеупорные комбинезоны, истыканные пулевыми отверстиями. Это было всё, что оставалось от тел проходчиков-боевиков, остальное подъедали насекомые, а если перестрелка происходила на территории грибницы, то не осталось бы и комбезов. Слизняки отлично переваривают огнеупорный пластик или пропитанный негорящей жидкостью крахмал, из которого делают комбезы. Марж в прав. союзы не вступала и была, по сути, белой вороной, жила она в зелёной зоне, где никакие воротилы из красных зон достать её не могли. Так что на конкурентов она могла нарваться чисто случайно, если, конечно, работодатель на неё за что-нибудь не разгневается и не сольёт её маршрут кому-нибудь из прав. союзов. Но менеджером там был криол, который всех ненавидел одинаково и взяток не брал, так что за это можно было быть спокойной.

Найдя себе уютную выемку в изгибе тоннеля, она активировала ультразвуковой маяк, потом установила периметр безопасности в ста метрах от лагеря. Страшилка от насекомых, подарок от фирмы, а «сигнализация», как выразилась её изобретательная подруга, опять же была идеей Евы. Та, то ли придумала сама, то ли вычитала в сети. Тонкий лучик света изгибается по периметру с помощью зеркал, если прервать луч хоть на секунду, то на нейросеть приходит сигнал о тревоги. Изначально Ева вообще предлагала схему, в которой не будет электроники, а о нарушении периметра Марж бы узнавала по специальному сосуду, который при разрыве контакта с лучом чернел. Но это уже крайность, в которую Ева впадала от обилия свободного времени, находясь в отпуске. Дикарке вообще не сиделось на месте и тянуло на подвиги, она даже пыталась напроситься к Марж в обход. И как бы ни была заманчива возможность оказаться с Евой в одном спальном мешке, она ей всё равно отказала. Потому что «ну нафиг таких туристов». Вентиляционные туннели, населённые гигантскими насекомыми, и протянутые недалеко от красных секторов, не место для хрупких полуторок, того и гляди покалечится или помрёт. Тушка Евы нужна живой и здоровой, у Марж с Еном на её попку далеко идущие планы. Наёмник и хортка, что называется, спелись и решили не конкурировать, а сотрудничать. Ен собирался взять Еву в жёны, а Марж, как её близкая подруга, должна была максимально облегчить ему задачу. В культуре землян был отмечен институт брака, и зачем возвращаться к этому анахронизму, дикарка не понимала. Марж потихоньку вдалбливала Еве в голову, что такое брак и с чем его едят. В случае успеха Ен обещал и Марж взять в жёны тоже, в культуре ун-луньцев (так называлась национальность Ёна и Сай) горемы были законным явлением. Как говорила Ева, «обещать – не значит жениться», очень меткое выражение в обществе, где брак уже больше ста лет отменён. Ну так вот, причин не доверять Ену Марж не видела, насколько она успела понять, узкоглазый неровно дышит к воинственным женщинам. И к Еве он воспылал страстью при схожих обстоятельствах, а когда увидел Марж с протонной пушкой наперевес, захотел и великаншу. Перспектива оказаться с Евой в одном гареме и, по сути, в одной семье была желанна для Марж. Если верить сериалу (который, разумеется, основан на реальных событиях), «страсти в арваском гареме», между наложницами нередко возникают очень интимные отношения. А то, что ради этой возможности придётся спать ещё и с Еном, вообще было не проблемой. Лесбиянкой она себя не считала, ну разве так, «на полшишечки» и к конкретному человеку. А Ен – мужчина по-своему симпатичный, тело у него крепкое и сексуальное, так что ради разнообразия и не без удовольствия.

Закончив с периметром, Марж начала устанавливать герметичную палатку. Тоже, кстати, придумка Евы. Контора работодателя вообще не особо тратилась на своих сотрудников, и весь дополнительный комфорт приходилось приобретать за свои деньги. Как опять же выразилась многоопытная Ева: «Пистолет мы тебе дадим, а дальше вертись как хочешь». Вот и контора дала огнемёт, который пришлось доводить до ума своими руками, поношенный, но ещё добротный противогаз и хромого, полуразряженного робота–мула. Благо знания Евы, которая вдруг стала увлекаться техникой, помноженные на знания Марж, позволили сделать из этого хлама очень достойные вещи. Визор, охранный периметр, огнемёт и прочие примочки – то, что она сделала с палаткой, вообще фантастика. Белый тюк весом килограмм двадцать, хорошенько пни его, и он начинает сам раздуваться в палатку на шесть кубических метров. У палатки в боку было отверстие, к которому можно протянуть трубку от мула, и специальное устройство само накачает палатку газом, пригодным для дыхания. Так что там можно было находиться без надоевшей маски, такие новации делали работу Марж вполне комфортной. Правда, и потратиться пришлось, но оно того стоит, и теперь она может странствовать как человек, а не то, что некоторые обходчики, которые даже спят в спальных мешках, не снимая масок. В её работе даже появилась какая-то романтика. Некоторые маршруты обходов могли затягиваться на недели. Она раньше никогда не была оторвана от социума настолько времени, тишина и дорога заставляли задумываться над многими вещами. Например, правильно ли она жила до этого, и был ли это её выбор? Сай занималась сексом со своими клиентами исключительно за деньги, Тая – нимфоманка, и она просто очень сильно любит мужчин. А почему она ухнула вместе с ними в омут с головой? На родной планете Марж подобный образ жизни был строго порицаем, а на станции у неё просто отказали тормоза. Может, она поддалась влиянию окружения? Это была очень лёгкая жизнь, просто трахайся, заколачивай деньгу и ни о чём не думай. Но Ева была не такая, хотя и нравы на её родной планете были те ещё. Она говорила, что подобный заработок ей противен, и она никогда не опустится до подобного. То есть Марж и остальные её подруги были в понимании Евы опустившимися? Но тогда почему она с ними дружила? Почему не испытывала отвращения? Ева говорила, что даже после всего пережитого её отношение к Марж не поменялось. Да, похищение человека – это, конечно, не тот поступок, которым стоит гордиться, и Ева на неё за это злится, но в целом, так как та во многом была права, прощает. Чудное место Земля и чудны твои дети.

Закончив с приготовлениями, Марж забралась в палатку и посмотрела на индикатор на руке. Тот сменился с жёлтого на зелёный. Это означало, что в этой атмосфере можно дышать безопасно. Марж приготовила еду на походной горелке, поужинав, она легла на спальный мешок как на матрас. Нейросеть ловила сигнал, и перед сном она собиралась посмотреть какой-нибудь сериал или новостной блок.

– А котись оно всё в аркхову задницу, – не зло выругалась Марж и обратилась во внутреннее хранилище данных у себя в мозгу.

Там была запись того, как Ева занималась сексом с Еном. Наёмник Ун-лунец держал слово по-своему и вместо рассказов о том, каково это – делить постель с Евой, попросту присылал записи, тайком снятые от любовницы. Точнее, тайком так было раньше, Ева быстро вывела его на чистую воду. Что он ей потом наплел – неизвестно, но в целом девушка не протестовала против видеофиксации. Получалось, что очень даже неплохо. Кто же знал, что в этой мелкой притаился такой горячий вулкан страсти, и лава из него давно текла через край. Землянка периодически затрахивала Ун-луньца до потери сознания. Серьёзно, Ен даже пару раз ходил в клинику, чтобы его там немножко подлечили и восстановили силы, но жаловаться на такую страсть он даже не собирался. Просматривая этот разврат, Марж представляла себя вместе с ними, как бы клёво они втроём развлекались. Увиденное очень сильно возбуждало девушку. Её правая рука, казалось бы, зажила своей жизнью и сама залезла в штаны, чтобы доставить удовольствие.

– Да, Ева, я уже почти… АХ!

Кончив раз, Марж очень быстро заснула, даже не наведя гигиену, так что потом от неё пованивало. А наутро, приведя себя и одежду в порядок, собиралась продолжить обход. По привычке завтракая, она просматривала новостной блок через нейросеть. Не успела она доесть, как пища застряла у неё в горле и попросилась обратно. Всему виной громкий заголовок, гласивший: «Властями разыскивается неосуждённый преступник. Вознаграждение от гильдии наёмников за живую или мёртвую голову – 500 000 кредит Содружества» и широкоформатный образ Евы под текстом.

– Ева, блин!!! Во что ты опять впуталась⁈ – проревела Марж, сворачивая свой лагерь и прерывая обход маршрута.

* * *

За день до вышеописанных событий.

– Андрей Андреевич, взгляните, что у меня получилось.

Ева продемонстрировала свою работу, больше всего похожую на человечка ростом в тридцать сантиметров, у которого не было кожи. Из-за этого на него даже смотреть было больно. Но человечек не жаловался и не кричал. Повинуясь приказам своей создательницы, он двигался и даже попытался поднять двумя руками лежащий на столе болтик. Что у него получилось, но со второй попытки.

– С небольшими предметами у нас проблемы. – Извинилась за своё творение Ева. – В человеческой ладони 27 костей, сложно собрать такую структуру в миниатюре.

– Евгения. – Пума устало вздохнула. – Вам не кажется, что вы… как бы это вам сказать поделикатнее. Занимаетесь не тем. У вашего киборга есть гораздо более эффективные и дешёвые механические детали. Почему вы не оттачиваете ваши технологические навыки традиционным способом? Зачем создавать эти жуткие химеры из плоти и проводов?

– Ну, я всё же доктор, хирург. Я понимаю, что моя основная профессия и навыки в современном мире не востребованы. Всё, что я могу, может сделать медик низшей квалификации при капсуле, любой автодок или аптечка выше пятого уровня технологий. Но я любила свою профессию.

– Похвально, конечно. Но это значит, что вас просто мучает ностальгия.

– Да, но не только. Я не верю, что у биотеха нет будущего. Этого робота я собрала буквально из подручных материалов за копейки.

– Хм-м-м. Ну давайте-ка посмотрим. – Пума заграбастала киборга своими лапками, стараясь при этом не повредить. – Так, что тут у нас? Пластиковые кости, силиконовые мышцы?

– Кости не пластиковые, а крахмальные. Также мышцы не силиконовые, а из белковых волокон. Всё напечатано на пищевом принтере.

– Хм, изобретательно. А это… – Пума неаккуратно зацепила своим когтем вену, и струя крови ударила в морду.

– Кровеносная система. – Сообщила об очевидном Ева. – У робота нет кожи, поэтому нет смысла делать кровеносную систему такой разветвлённой. А ещё у него нет пищеварительной системы, поэтому ему приходится носить рюкзачок с питательной жидкостью, кровь разносит её по мышцам, ему хватит на пару дней работы. Почти всё, как у человека.

– Крахмальные кости вместо шарниров, мышцы вместо приводов, кровь вместо энергосистемы, а что вы использовали вместо нервной системы и мозга?

– Вместо нервной системы обычные провода. Аналог глаза я не смогла сделать, в голове у него обычная микрокамера. А вот мозг самый настоящий, я из крысиного сделала эрзац биоискин. Долго он не проживёт и умрёт первым, но чтобы провести опыт самое то.

Пума сделала настолько кислую морду насколько это было возможно.

– Евгения я сколько раз просил не трогайте мою еду? Вы представляете, как сложно пуме добыть живую крысу на космической станции? Вы когда ни будь видели глаза продавца зоомагазина, к которым за предзаказом приходит пума? Я больше так людей пугать не буду.

– Но я всего-то одну взяла. И Андрей Андреевич, вы человек с высшим образованием, почему вы не едите нормальную пищу? Если хотите натурального мяса, я его достану. Только скажите.

– Дело не в мясе. Стыдно признаться, но у этого тела есть потребности. Мне хочется охотиться. Я выпускаю крыс на нежилых этажах, даю им фору и начинаю выслеживать, а потом поедаю. Конечно, я пытался бороться с этим инстинктом, но это сильнее меня. Это вредная зависимость вроде алкоголизма или наркомании. Если не удовлетворяю этот инстинкт, то становлюсь агрессивным, а я не хочу навредить вам, вашему партнёру или его сестре.

– Я бы не назвала его партнёром, скорее сожитель. – Отмахнулась Ева. – Хорошо, я больше не буду брать ваших крыс. Кстати, я заметила, что у вас в клетках крысы разделены по половому признаку. Если у вас в них такая потребность, не легче ли начать их разводить? Это будет проще и дешевле, чем покупать их в зоомагазине.

– Разводных мне жалко. Если я буду ещё смотреть за тем, как они растут, то не по своей воле привяжусь к ним. У меня лапа на них подняться не сможет.

Тут с грохотом разлетевшейся баррикады из соседней квартиры через дыру в стене в комнату вошла Жужа. Киберсобака бесцеремонно сунула свой нос пуме под хвост и совершила громкий вдох.

– А вот кого бы я с удовольствием прибил, так это вот эту железную скотину.

Пума сжалась, словно пружина, и элегантным прыжком запрыгнула на специальную, особо прочную полку под потолком. Только там Андрей Андреевич от киберсобаки и спасался, та не была приспособлена прыгать в высоту. Но дежурила под полкой с завидным упорством. После переезда Ена к Еве с ним переехала Жужа с Сай. Чем доставили академику немало неудобств, особенно Жужа. Киберсобака воспылала неоднозначными чувствами к пуме. Выражалось это всегда однообразно. Ходить постоянно за пумой и вдыхать его телесные запахи. Особенно её интересовала задница, она надолго припадала к пуме и готова была вдыхать эти «дивные ароматы» часами. Всё это очень сильно бесило Андрей Андреевича, благо, как у Ена с Жужей, так и у пумы были свои личные дела, и в квартире Евы они пересекались не так часто, но когда пересекались, получалось вот это всё. С переездом Ена три недели назад очень многое поменялось. Но об этом по порядку, стоит начать с того, что первую неделю их отношений он и так практически жил у неё. Причём обитал недалеко от постели. Землянка, истосковавшаяся по нормальным отношениям между мужчиной и женщиной, насела на него со всей страстью генетически улучшенного народа далёкой солнечной системы. Бедняге даже пришлось разок обратиться в клинику, подлечить свой агрегат. Через неделю таких отношений Ева сама предложила съехаться. Со стороны это могло показаться, что Ева слишком торопится, предлагая переехать к ней. Но у землян это было в порядке вещей, молодые люди переселялись в свободное жильё и жили отдельно, чтобы быстрее узнать, подходят ли они друг другу. К тому моменту Ева уже немного остыла, и её страсть больше не причиняла травм, к тому же квартира у неё была просторная и уютная, поэтому Ен, хоть и немного смущённый, согласился. Народ ун-лунь был из тех, что уважает чужие традиции, но и свои тащит везде, где можно, такая политика якобы помогает экспансии их культуры. И в общем-то действительно помогала. Поэтому они не стеснялись ходить со своим уставом в чужой монастырь. В рамках этой традиции Ен и притащил за собой Сай. Ту, кстати, недавно простили и радушно вернули в лоно семьи, а точнее, затащили насильно и не хотели отпускать из этого лона. Так что Сай была очень рада держаться на расстоянии от родственников по любой, даже надуманной причине. Сай, собственно, и разъяснила, что это за традиция такая. Оказывается, если кто-то младший в семье собирается жениться (на девочек традиция не распространяется, так как им жениха выбирают родители), то старший по ступени представитель семьи жениха женского пола обязан какое-то время испытывать будущую невесту. Испытания длятся до тех пор, пока невеста не добьётся одобрения старшей по ступени. Так как Сай была старшей сестрой Ена, эта почётная обязанность была возложена на её хрупкие плечи. Если бы у Ена не было старшей сестры, то испытания проводились кузиной, тётей (если та младшая сестра матери Ена) или мамой. Но в случае «отсутствия» старшей по ступени, именно отсутствия, а не смерти. Любая семья народа ун-лунь попадала в неловкую ситуацию, когда младший мужчина в семье не мог сочетаться законным браком с понравившейся ему девушкой и официально продолжить род. Были, конечно, способы обойти такую традицию, например, когда ун-лунец усыновлял своего кровного ребёнка, сделанного с «наложницей» (громкое слово для простой любовницы). Примерно такой сейчас статус был у Евы в глазах родственников Ена. Но вот только статус у такого ребёнка был невысок, собственно, как и его шансы унаследовать фамилию. С этими всеми традиционными заморочками может показаться, что Ен и Сай из какой-то аристократической семьи, но на деле их отец на станции занимался разведением свиней, а мать – прачка (аристократия станции не доверяла механизмам стирку их дорогих шмоток). Ун-луньцы всё такие замороченные, от рас последнего нищего до императора их империи. Традиции условий испытаний каждая семья выдумывала самостоятельно, и тут фантазия космических азиатов раскрывалась по полной программе. От сходи зимой в лес, принеси подснежники, до соблазни старшего брата своего жениха. Ева немножко прихирела от новости, что её готовят замуж, так как не за кого она выходить не собиралась. И, естественно, она собиралась учинить Ену разбор полётов, пока эта хитрая семейка без неё её замуж не отдала. Тот её успокоил, сказав, что устроенные испытания – это лишь повод для Сай держаться подальше от папы с мамой и дяди (старшего брата отца), а то последний быстро её выдаст замуж за небольшую кучку кредит (это уже пошла клановая иерархия, и в ней Ева понимала ещё меньше). Ен любил свою сестру, поэтому организовал всю эту фикцию. Уж неизвестно, на сколько это была фикция, но испытания, похоже, были настоящие. Поначалу Ева приняла Сай как старую подругу, а, учитывая то, что раньше, когда они вместе жили у Таю, то вообще чуть ли не как сестру. Но у Сай оказалось охрененное такое чувство ранга, и теперь Ева в подруги ей не годилась. Ведь та всего лишь наложница брата, в перспективе очень богатая, да, но это ещё сильнее принижает достоинство Евы в глазах Сай. Потому что женщина по своей воле, связавшаяся с нищебродом, может быть только дурой. А с дураками у ун-луньцев разговор короткий, их используют, выжимают все соки, а потом выбрасывают. Такого психологического подавления Ева не испытывала никогда, даже когда работала проституткой на «Химере» Оджи. Она бы сбежала из собственной квартиры, бросив всё нажитое имущество. Да вот только сама не понимает, как так получилось, что все свои деньги она добровольно перечислила на счёт Сай, и теперь, по сути, являлась её рабыней, ей даже стало казаться, что она попала в армию добровольцем. Сай постоянно находила для неё работу по дому. По-настоящему Сай развернулась две недели назад, когда после встречи Евы с Нэд Фоксом она не получила всей суммы. Якобы у «доктора зло» сейчас кое-какие проблемы с реализацией купленного у Евы товара, и больший прибылей он не получил. Но он обещал найти решение, устраивающее всех, а пока попросил подождать ещё пару недель и выдал кругленькую сумму как часть долга. Всё это очень сильно удивляло Еву, она думала, что тех денег, что она уже получила, вполне бы хватило, чтобы закрыть долг. Но оказывается, что это даже не часть того, что ей должен был Фокс, он явно что-то скрывал от Евы. К несчастью, ни Андрея Андреевича, ни Марж рядом не оказалось, они могли бы пролить свет на странное поведение Фокса. Зато рядом оказалась Сай, которая под благовидным предлогом эффективного вклада кредитов и тем самым защиты их от инфляции, словно опытный мошенник, выманила все деньги у Евы. Позже оказалось, что Сай защитила деньги от инфляции, накупив на них кучу барахла для себя, новую мебель и устроив ремонт в квартире. Кстати, квартира теперь официально принадлежала семейству ун-луньцев, Сай выкупила её после ремонта.

– Ты всего лишь глупая дикарка и ничего не понимаешь в экономике. Объясняла своё поведение Сай, когда у Евы возникли вопросы. Наверно, на вашей дикой планете даже не придумали такого слова, как «экономика». Вложения в недвижимость – это самый эффективный способ сберечь свои капиталы. Слушайся старшую сестру и не задавай вопросов. Ведь только почитая старших, можно достигнуть процветания.

«Гробовой доски я таким образом достигну, а не процветания», – подумала Ева, а вслух промолчала.

Раньше Сай казалась очень прогрессивной, но когда ей стало выгодно, оказалось, что она ярая традиционалистка. Когда Андрей Андреевич, словно кот, гуляющий сам по себе, закончил свои дела в красном секторе и вернулся к Еве немного отдохнуть, то он охерел от оборзевшей Сай и всех творящихся здесь перемен. Та, кстати, и пуму попыталась загнать под каблук и выдрессировать, как Жужу. Но потёртый жизнью учёный такого отношения к себе терпеть был не намерен. Сай он попросту немного покусал. Что значит быть «немножко покусанным» 80-килограммовой пумой, я думаю, объяснять не надо. Видимо, после этого случая Жужа, увидевшая в нём защитника, и воспылала к нему собачьей любовью. После конфликта, закончившегося не в её пользу, азиатка отстала, но периодически стала пытаться накормить пуму мышьяком. Андрей Андреевич, не будь дураком, то, чем пыталась напичкать его Сай, не ел. Он вообще предпочитал готовить для себя сам, благо его нейросеть для управления пищевым синтезатором вполне подходила. Потерю денег, на которые он отчасти имел права, Андрей Андреевич переживал никак. На данном этапе его поисков пути к Земле средства не требовались, сейчас для него задача № 1 – это восстановить собственный мозг и добыть себе человеческое тело. И в этом он возлагал большие надежды на Еву, которая уже прокачала свои медбазы до седьмого уровня. А значит, в теории уже могла создать человеческое тело. Средства пришлось клянчить у Сай, выпрашивать свои же деньги было это очень унизительно. Но, почувствовав, что на корабле назревает бунт, Сай всё же ослабила гайки. Единственное утешение во всей этой ситуации был Ен, тот неплохо утешал Еву в постели, правда, и здесь не обошлось без капли дёгтя в бочке с мёдом. Он любил различные извращения.