Текст книги "Фрилансер. Сверх (СИ)"

Автор книги: Сергей Кусков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

– Сеньор, у меня для вас всего два вопроса. Первый. Вы давали присягу? Второй. Вы патриот? Если оба ответа «да», то по лояльности – вы просто исполняли чужой приказ, думая, что он правомочен. Но при первом же понимании, что к чему, скорректировали поведение и поступили под командование законной власти. Ваши офицеры, лояльные мятежникам, сейчас будут ВАМИ отстранены, а после, как всё закончится, просто уйдут из войск без права возвращения. Обещаю, преследований не будет, кроме как за дела, не связанные с деятельностью вашего полка. Все же, кто верен присяге, королеве и народу – сделают то, что я сказал.

– Ну ты… Сказочник!

Это тоже был фургон, трейлер, бронированная командная машина, способная к выходу в атмосферу. Правда не надолго, собственная система охлаждения даст максимум пару часов. Для «надолго» требуется специализированный транспорт с инфракрасниками высокой мощности, но, по словам сеньора, им такие в поход не дали. Машина крепкая, и главное, толстые стенки – наш разговор абсолютно защищён. И мои решения никто не оспорит, а могут, особенно если узнают во дворце. Я рисковал, но брал ответственность на себя, ибо понимал, что других вариантов нет. Ну, не могу я просить людей у братвы Каррераса-Моралеса! Им и так несладко – все бои в центре города на акционерах «Экскалибура». Мужикам ценные кадры на вес золота, а здесь по сути тыл, вспомогательное направление. А где-то их взять надо, ибо тут у нас логистика, снабжение и источник пополнения – огромный мобрезерв. Изабелла с утра плакалась, как хреново не то, что с боекомплектами, а просто с едой, жрачкой для личного состава! Нельзя потерять Северо-Запад, сюда нужен боевой офицер, знающий, и за какой конец игломёт держать, но главное, умеющий организовать людей так, чтобы они были похоже на армию, а не вооружённых камаррадос с улиц. Подобная хрень не только в этой группе куполов творится, но начинать надо с малого, и даже для этого малого людей взять негде. А ещё…

А ещё сейчас мы, Веласкесы, под прицелом планеты. И если позволим мародёрам выступать под нашим флагом, под ним же грабить, в принципе грабить, не только у своих, но и у чужих… Можно смело закрывать контракт со мной – как пиарщик ваш покорный слуга не отработал, сделал только хуже. Мы наводим порядок! Вот наш лозунг и наша главная задача. А порядок – это когда мародёры наказываются, кем бы ни были и под какие бы знамёна ни встали. Ишь, «в бордели продали»… Да даже просто изъять ценности у проштрафившихся членов диаспоры имеет право только ГОСУДАРСТВО! Единственный источник насилия, который должен быть легитимен в глазах людей. Всё остальное, включая разграбление врага сотрудниками силовой службы (любой силовой службы) от лукавого и ведёт к гибели государства, и никак иначе.

– Сказочник, – согласился я. – Я в корпусе девочкам сказки рассказывал. Что это меняет?

– Ничего. – «Колобок» покачал головой. – Наоборот. Слышал я те сказки. Про этого, рыцаря… Который в алмазных доспехах. В народе разговоры ходят, и я кое-что прочитал на волне. Интересный подход к проблеме сказочного средневековья и современной морали! – Уважение во взгляде. Не согласие, отнюдь, но уважение.

Сеньор удивил. Не думал, что инфа с базы перельётся через край и выплеснется в город, но наши девочки тоже люди, так что это был вопрос времени. Просто я об этом не задумывался.

– А ещё мне понравилось про дракончика – я его дочке зачитал, младшей, – заулыбался сеньор. – Она сказала хорошая сказка. Ей восемь, а в таком возрасте дети искренни, не умеют врать. И их сложно обмануть. Так что считай, у тебя уже есть непредвзятые фанаты. Достойно написал.

Улыбка. А теперь искренне поддерживающая – он мог не любить меня за расходящиеся с его политическими принципы, но как автора, и, наверное, философа, оценил высоко. Что подкупало.

Но я уцепился за другую мысль. Дежурно кивнул и пошёл в атаку:

– Карлос, ты ж хочешь вернуться к дочке, да?

Сеньор вздохнул, дошёл до стула, сел. Опустил голову.

– Сделал ты меня, Хуан. Давай я просто сдамся, и пулю в рот? Как ты изначально и предупредил в том интервью. Не хочу в это дерьмо лезть. И потом…

– Те, кто выживет после переворота, сами будут в таком же положении, – покачал я головой. – Никто тебя не осудит.

– Я ж ради них всё… Дочки, сын… Жена… И вот эти парни. – Кивок в сторону, имеется в виду полк. – Там две тысячи простых парней! Незачем им умирать, Хуан. Лучше я один. За них всех.

– Как Иисус на Голгофу? – с иронией поддел я.

– Типа того. Я ж готов. А ты предлагаешь снова… Перейти. Снова предательство. И парней не на дембель и по домам, а снова в бой. Против тех, кто не понял, не осознал – таких же, как они.

– Жизнь сложная штука, Карлос. – Я был беспощаден, но жизнь и правда стерва ещё та. Мне повезло, я по крови Веласкес, по генам – вообще монстр и мутант. Ему повезло меньше. Но и он, и я – каждый по-своему накосячили, и он, и я теперь должны после себя разгребать. И пуля в рот красивое, но не лучшее решение, как ни крути.

– А эти утырки что? – Он противно скривился.

– Мародёры с местного рынка, – пояснил я. – Просто мародёры, ни разу не бойцы, и присяг не давали. Тут война, а они своих грабят. А чужих вообще в рабство продают – средневековье, блин! Пока военное положение, мы, представители власти, в своём праве – смертная казнь за мародёрство прямо на месте. Это дерьмо на себя не вешай, это именно что защита «мирняка» от упырей. Твоя задача больше не про них, а про то, что будет после. А именно, удержание куполов, и главное, организация мобилизации и переправка пополнений на действующую ЛБС.

– Моих в бой не потащишь? – фыркнул он – эта мысль задевала.

– Не планирую, – честно признался я. – Доверия к вам, как к боевому юниту, нет, уж извини. Но если сюда пожалует кто-то из сеньоров мятежников – не обессудь, но сдачу без боя вверенных куполов не прощу. И я сейчас не от своего имени говорю, я – уста королевы… И в меньшей степени принцессы Фрейи.

– Согласен, чёрт тебя побери! – вскочил и заходил по трейлеру он. – Пошли к ребятам, мне надо перед ними выступить. И это… – Скривился, как от зубной боли. – Я укажу на кого, но их не бить, просто изолировать. Ты обещал отпустить – попробуй только не сдержать обещание!

– Слово! – поднял я руку вверх.

Они подготовились. Сложили оружие. Несколько десятков немаленьких таких пирамид вдоль линии припаркованного один за другим полкового транспорта. Там же и скафы – броня. Полку было придано два десятка мехов усиления – пилоты мехов стояли тут же в пилотской форме, а она идёт как трико в обтяжку, издалека такие пилоты заметны. Встали на одной из площадей в центре купола, в смысле на площади в центре одного из куполов. Повзводно, поротно, побатальонно. Некое количество всё же несло боевое охранение, но, запросив нас и узнав, что мы – это мы, попросили не стрелять, отдали оружие и дошли вместе с нами сюда, где также разделись и разоблачились. Тысяча восемьсот человек – огромное количество! Купол большой, площадь в центре немаленькая, за счёт этого кажется не сильно много, но если эти парни упрутся на каком-либо рубеже, то даже без арты и летающих модулей поддержки мы умоемся кровью. И эти парни готовы сдаться в обмен на жизнь и непреследование семей. Ибо чуть восточнее нас марсиане, они злые своими потерями у дворца, крошат их коллег в капусту. Там далеко не только марсиане, и к текущему моменту венерианских мобов под их началом уже больше собственно марсианских мобилизованных, но командиры – офицеры Суздальской и Томской дивизий – только-только из под дворца с его рубиловом. Парням есть что терять и за что мстить. Это не считая того, что все сторонники заговора поверили, что каюк их семьям будет. А у старших офицеров полка – будет гарантированно. Они в глазах Венеры не герои, свалившие одиозную правящую династию, а конченные мятежники, привлёкшие в город озоровать и грабить недостойных людей с Востока. Информационная накрутка наше всё, и они свой бой проиграли, по сути выигрывая в соотношении собственно боевой силы. Я смотрел на эту красоты с построенными людьми и думал, как мало имею жизненного опыта! Позавчера бы не рассуждая отдал приказ на уничтожение их всех только за то, что участвовали. Сегодня – не просто не могу отдать такой приказ, но понимаю, как это плохо, неправильно… Я бы сказал преступно! Там – люди. Кто-то обманут, кто-то обманывал, а кто-то пошёл, потому, что все пошли. Убить просто, но как бы повёл себя я, если бы меня, военнослужащего, ночью сдёрнули и приказали в кого-то стрелять? Это потом я пойму, что меня обманули, но потом уже буду повязан кровью тех, кого убивал, и тех, кто умирал рядом. Я буду отстреливаться и огрызаться только потому, что сам убил недавно друзей, близких и коллег «вон тех» людей. Они не простят меня, и им фиолетово, что мы сделали это обманом. Один мой знакомый юный сеньор чуть не уподобился кровавому мяснику… Психопату! Которому важен юридический аспект проблемы, и плевать на людей.

– Орлы! – закричал я на всю площадь – точнее мой голос воспроизводили громкоговорители под куполом. – Некие деструктивные силы в руководстве армии, по сути предатели на службе у аристократии-олигархни, отдали вам преступный приказ – стрелять в своих. Вы выполнили его потому, что вы – военные, на вас присяга. И это не ваше дело, разбираться в правомочности. Вас по сути обманули, и на вас нет никакой вины в том, что участвуете в мятеже на стороне толстосумов, натравивших террористов и бандитов на город. А потому я, как полномочный представитель королевы Леи, а также исполняющей её обязанности принцессы Фрейи…

– Парни! – А это встрял стоящий рядом Дювалье. – Этот юный сеньор – на самом деле представляет её величество. О чём она издала приказ за несколько дней до своей… Как ей стало плохо. Этот сеньор, а не её высочество, руководит сейчас вооружёнными силами Венеры и Альянса на Венере, как бы дико это ни звучало – так сложились обстоятельства. И мой опыт, а также всё, что я о нём слышал, говорят, что он на самом деле имеет право говорить, что говорит, и обещать, что обещает. И знаю также, что он держит слово, даже если ему это не выгодно.

Шумовой фон – нас немного так пообсуждали. Но в целом бойцы принимали информацию спокойно – всё уже обсуждено до моего прибытия.

– Спасибо, – усмехнулся я, не зная, злиться на камрада за такую импровизацию и помощь, или благодарить. Наверное лучше благодарить – он своих людей и их образ мыслей знает лучше. – Парни! Вам отдали приказ, который неправомочно отдавать! Отдали люди, участвующие в государственном перевороте! Не ваше дело, простого бойца, обсуждать приказы, даже если это – стрелять в своих, участвуя в боевых операциях на собственной планете. А потому все вы будете препровождены в место постоянной дислокации, куда позже подтянутся сотрудники пятого управления, выясняя, нет ли среди вас предателей, сочувствующих мятежникам. И все, кто лоялен и был лоялен её величеству, после разбирательства службу продолжат.

Однако те, кто связан с мятежом и получал от мятежников инструкции, будут казнены, как предатели, из-за которых пролилась венерианская кровь. К тем, кого выявят сотрудники ИГ, не будет никакого снисхождения и пощады!!! – выделил я эти слова. – Однако по условию договора с вашим полковником, сеньором Дювалье, те из лояльных мятежникам, кто сейчас добровольно выйдет вперёд и заявит о нежелании служить под началом «этой кровавой стервы», будет освобождён от любых преследований со стороны власти, кроме, разумеется, запрета службы в вооружённых силах и госслужбы. Повторяю, наша договорённость с сеньором Дювалье следующая. Двести тридцатый полк выходит из конфликта, сдаёт оружие и возвращается в место дислокации, а все, кто не согласен с политикой королевы или её дочери, волен уйти без преследования, и я даю слово, так и будет. Ситуация такова что мы согласны на подобный ход, дабы сохранить жизни венерианских парней, которые в противном случае будут вас зачищать. Но если гадина, преданная мятежникам, решит обмануть и остаться в войсках, чтобы потом, как всё успокоится, делать внутренние диверсии – в этом случае пощады не ждите. Пятое управление ещё долго будет занято, проверит вас не скоро, не прямо завтра, но все, кто собирается и дальше пакостить, работая на предателей, будет показательно уничтожен. И сейчас прошу выйти и встать вот сюда всех, кто не желает служить под началом её величества. Вас изолируют, но я гарантировал человеческое обращение, и слово моё твердо.

Шепотки, обсуждения. Фоновые шумы. Наконец, один из офицеров с лейтенантскими погонами вышел. Попытался что-то сказать своим, громко прокричать на весь строй, но мои люди по знаку не дали, взяв под руки и поведя в нужном направлении.

– Не надо пропаганды, сеньор! – отреагировал я. – Хватит лжи, накручивания и крови. Вы идёте домой, и вас не преследуют. Это много – даже больше, чем следовало. Кто ещё смел в своих принципах и готов идти за них на костёр? Кто ещё не боится сказать вслух то, о чём думает и какой идее служит?

За двадцать минут, что я дал на раскачку, вышло тридцать шесть человек. Почти все – офицеры, но были и рядовые.

– Теперь что, грохнешь нас, сучий выродок? – А это оскалился самый первый из вышедших. «Предатели» стояли кучкой в окружении моих бойцов и не пытались дёргаться.

– Зачем? – Я пожал плечами. – Всё честно. Я держу слово. Увести их.

– Заприте в четвёртом трейлере, – отдал приказ Дювалье. После чего вопросительно уставился на меня, и я, поняв, что всё, действо окончено, больше никто не выйдет, утвердительно кивнул.

Мои бойцы, ведомые адьютантом сеньора полковника, увели проникших в полк аристо и сочувствующих, и полковник, тяжело глядя им вслед, вздохнул и вышел вперёд:

– Бойцы! Мы все – армия Венеры! Мы давали присягу! И должны защищать свой народ. Вы выбрали службу, выбрали верность законной королеве, а потому… Прошу всех разобрать оружие и надеть защиту. Мы – армия Венеры и не можем бросить страну в заднице, в которой оказались из-за действий всяких упырей и уродов. Да-да, кто не понял, а я вижу ваши удивлённые лица – мы мобилизованы, и будем и далее исполнять свой долг. Разойдись!

Полк – это круто. Полк военного времени – ещё круче. Венера готовилась к войне на Земле и укомплектовала стрелковые полки под завязку. Не стала плодить кучу подразделений с неполным составом, в котором в военное время вакансии заполняются мобиками, а полноценно оснастила по-полной кадровыми военными все имеющиеся «дыры». Точно знаю, ибо полк мирного времени это три батальона по три роты. Сейчас под моим командованием было четыре батальона по четыре роты, причём роты в них были не стандартными, по девяносто человек, а усиленными, по сто двадцать. Плюс, вспомогательные части и обслуга. Разумеется, не все единицы закрыты – ни в одном полку ни одной армии любого времени любой эпохи все единицы юнита никогда не заполняются, даже перед войной. Но тысяча восемьсот с чем-то человек – это мощь, скажу вам! И я ехал в головной машине вместе с полковником, наблюдая по интерактивной карте, какой за нами хвост. С боков и впереди двигался передовой отряд из моих – я никому не доверял, а зона, контролируемая Слоном и компанией, маркировалась в собственном понимании, как условно вражеская. Но сзади двигались и мехи, и тяжёлая пехота полка, занимая почти всё свободное пространство улицы. Жесть!

– Хуан, всё нормально? – ожила связь с дворцом. Нет, это была не Фрейя, а Каролина.

– Да, девочка. Твой дядя Карлос оказался разумным человеком и сделал всё, как надо.

– Я не сомневалась в нём! Как и в тебе, мой рыцарь. – Сказано с пафосом, но без сексуального намёка. Просто игра. М-да. – Хуан, чего звоню. Тут некто выходит на связь… Твои его не пропускают через фильтр, но я на свой страх и риск с ним связалась. В общем, это командир отряда бойцов, охраняющий вышку центральной диспетчерской станции космопорта Альфы.

– О-оу! – Я аж присвистнул.

– Я не совсем всё поняла, что он говорил, тебе лучше связаться напрямую. Взяла координаты.

– Хорошо. Скидывай.

Рассоединился.

– Каролина? – усмехнулся полковник.

– Да. Вам привет.

– Ей также, – грустно улыбнулся он. – Ты бы и правда её убил, если бы Сильвио тебя не послушался?

Так просто меня расколоть? При том, что я даже вслух при Каролине не произнёс ни одной угрозы? Но вопрос задан, и вопрос интересный. Мне самому было бы неплохо на него ответить, для самого себя. И, прислушавшись к ощущениям, уверено качнул головой.

– Да. Сделал бы. Я бы после застрелился, так что было бы уже всё равно.

– Застрелился… – покачал головой полковник. – Ты очень интересный юноша. И совсем не тянешь на свой возраст.

– Никто на этой планете не стремится отвечать за собственные поступки. Я же хочу, чтобы люди начали это делать. Бог с ним с чужими, вы за своё ответьте! Но нет, в рай почему-то все хотят исключительно на чужом горбу. Считаю это неправильным. А чтобы кому-то что-то доказать, я должен показать пример. Учитель должен вести, быть эталоном, а не нудить как надо с далёкой трибуны.

– Может ты и прав, – вздохнул и снова покачал головой этот чёрный Колобок. – Венере давно нужен такой, как ты. Встряхнуть это дерьмо. Мы вроде как сияем, сверхдержава, все в блеске, вокруг фанфары… Но если приглядеться – за сиянием дерьмо и ржавчина. Если бы сейчас не прорвало на минималках, завтра было бы поздно. Был бы такой бадабум, что мало никому б не показалось. И в наших адовых девяноста атмосферах это означало бы конец. Конец империи, планете, цивилизации. Мы слишком хрупкие, чтобы пережить гражданскую войну.

– Наверное. – Сложно с таким не согласиться.

– Если б я знал тебя раньше, видел бы тебя ТАМ, – палец вверх, – я может и не подписался бы на это дерьмо, – окинул подбородком вокруг. – Так что ты не подкачай. За меня. За ребят. За Сильвио – а ему не жить, или я совсем ничего не понимаю.

– Постараюсь, сеньор полковник. – Я козырнул. – Не возражаете, если я прямо отсюда, без секретки? Вы и так уже в такое дерьмо посвящены, что…

– Да без проблем, – махнул рукой он. – Меня так и так либо расстреляют, либо героя дадут. Секретом больше, секретом меньше…

Я набрал указанный Каролиной контакт.

– Кто это? – неприветливый голос на том конце. Без подтверждения картинки, и без запроса оной.

– А вы кто?

– Я первый спросил.

Детский сад, блин!

– Шимановский. Каролина сказала, вы хотите пообщаться.

Пауза, вздох облегчения.

– Сеньор Шимановский, приветствую. – Сеньор представился. Звание небольшое, всего лишь каплей. – Моя задача – охрана вышки ЦПУ полётной зоны округа.

– А, это с одним из ваших я лаялся, когда мне сесть в городе не дали?

– Да, с одним из операторов. Но чтобы вы понимали, тогда здесь было высокое начальство, мы были под контролем.

– А сейчас?

– А сейчас здесь восемь моих ребят и двадцать шесть клановых бойцов. И больше никого – там «наверху» не до нас.

– Сальвадоры?

– Да. Они нас пасут, но, слава богу, ни хрена не понимают в нашей работе. Потому у меня есть возможность говорить, и, для вашего понимания, мы можем «ослепить» на время любой из радаров, сделать невидимым пролёт над городом любого транспортного средства.

– Такой толстый намёк, – усмехнулся я.

– Не без этого. Хуан или как там тебя, мы не против королевы. Мы не хотим участвовать в этом дерьме. Но здесь клановая пехота Сальвадоров, и…

– У тебя жена и дети, и ты хочешь, чтобы они выжили, – перевёл я его посыл на понятный испанский. – И у тебя, и у старшего смены, или как там вашего главного оператора.

Тяжкий вздох в ответ, и признание:

– Не без этого. Но и я, и он не причастны к захвату, и потому не считаем, что обязаны пустить пулю в лоб. Вместо этого предлагаю вам прилететь сюда и захватить вышку – мы её добровольно сдадим в обмен на гарантии непреследования для ВСЕХ кто здесь с нами. Вам ведь пригодится такой актив, как вышка и вся система слежения за атмосферой столичного округа?

В голосе наигранная ирония. Что ж, предложение шикарное. Если это не ловушка, а тут сказать навскидку сложно.

– Что мешает вам сбить нашу группу на подлёте? – нахмурился я.

– Смысл? У вас будет на одну группу меньше. А у вас этих групп над городом… Вот прямо сейчас фиксируем сто сорок четыре конвертоплана. Тогда как вы жахните по нам в ответ из «Нарциссов», или что у вас там? Оно того стоит?

– Логика есть, сеньор. Но как же охрана Сальвадоров?

– Они именно что охрана. Их человек сидит в кресле старшего оператора, но ничего не соображает. Мы уберём с экранов подлетающий конвертоплан, и откроем палубу. А дальше всё будет зависеть от профессионализма ваших бойцов, на стадии штурма мы помочь не сможем.

– Понял, сеньор. Я подумаю и свяжусь с вами.

Разъединился.

– Полезешь в пасть? – усмехнулся сеньор. – Поверишь ему?

– Я никому не верю. – Тяжело вздохнул. – Давайте вначале рассчитаемся с текучкой?

Странно, но заключительный этап драмы под названием «герои и злодеи» вышел скомканным и очень быстрым.

На границе контролируемого Слоном купола нас встречали его войска. Приказал их не трогать, но оставил с ними взвод своих и два меха – чтоб арестовали после, по команде. По пути следовали мимо укреплённой баррикады на перекрёстке, где засели его люди – там также оставил часть мехов и два взвода своих. После же, решив играть ва-банк, разослал по ключевым объектам всех людей Сто двадцать первого, оставив у себя только ангелов. В окружении практически полного стрелкового полка с мехами, и все – условные враги, ибо часа два назад мы были в состоянии войны. И все эти люди шли и ехали за нами С ОРУЖИЕМ.

Слон и братва почувствовали, что что-то не так, вышли, встали перед штабом. Два десятка человек, все такие грозные, с «Жалами» в руках. Когда я вышел из машины вместе с полковником, командир «зелёных» начал мне что-то говорить, но я поднял руку, и мехи наставили гауссовки на его парней.

– Всем лежать! Лежать, сучье ородье! – заорала ждавшая нас со своими сбоку Сюзанна, а она когда надо валькирия грозная. – Сеньор лейтенант, приказываю обезоружить и арестовать всех людей, являющихся сотрудниками ЧОПов нашего уважаемого полевого командира. – Это по связи с нашим типа-ставленником, который, видимо, находился у хранилища. – При попытке невыполнения приказа или сопротивления – огонь на поражение. Как поняли?

– Вас понял. Действую! – Довольный голос лейтёхи. – Давно бы так, – добавил он от себя. Весёлый парень… Но да, в армии далеко не пойдёт.

Бойцы двести тридцатого полка выпрыгивали из машин и занимали пространство у штаба. Тут было много людей – мобилизованные оснащались оружием, а гвардия сеньора Слона контролировала подходы. Все смотрели с непониманием, но сопротивляться никто не пытался. Даже мобилизованные складывали оружие и поднимали руки вверх, пытаясь понять, что же за хрень происходит.

– Ты что творишь, сучёныш! – Логично не став геройствовать, Слон положил «Жало» и завёл руки за затылок. – Мы же обо всём договорились.

– Власть договаривается с преступниками и террористами только об одном – об условиях сдачи. – Я расплылся в коварной улыбке. – Ты слишком круто взял, жЫвотное! Сидел бы на своём рынке тихо – и пересидел бы бучу. Сам виноват.

– Ты!.. Ты!..

Что «я» – сказать он не смог, ибо в живот ему смотрело сразу несколько стволов, а он не из рисковых. А после я сам не стал с ним поддерживать разговор – имелись дела поважнее. Бойцы Карлоса уже ворвались внутрь и взяли под контроль штаб. Нашим было сказано в уши – не сопротивляться и не стрелять, а местные и люди Слона, видя такое превосходство сил, растерялись и также предпочли не геройствовать.

Спустя час все купола окружающего района были под контролем. Людей Слона, кто отметился, доставили сюда, к штабу.Где я поступил как читер, призвав на помощь интуицию. В боевой обстановке законы не действуют, а у меня полномочия – почему бы и нет? Прошёл вдоль всех пленных, задавая одни и те же вопросы – об участии в нападении на индийцев, о том, понимают ли они, что занимаются грабежом? Тех, кто охранял ангар с пленными, даже не спрашивал. Отдельно выделил упырей, кто запугивал местных, в смысле венериан, и сами горожане, видя, как сменилась власть, мне на них указывали, в этом помогая. Что сказать, отделил овнов от козлищ – с овнами пусть позже силовики разбираются, в чьей это компетенции, себе же забрал безусловных негодяев, кто шкодил, отдавая отчёт, что делает и ради чего.

– Нет, Хуан. Мы воины, а не палачи, – покачал головой сеньор полковник. – Даже если будешь угрожать расстрелом, мы не будем делать этого. Тебе надо – ищи добровольцев.

В общем, Карлос прав. Расстрел, даже мародёров, даже во время войны – не задача армии. Но вот вопрос, а чья? Искать волонтёров среди местных? Ага, щас таких тараканов на свет выпущу! Ни дай бог!

– Хуан, мы справимся, – тяжело вздохнув, сказала Сюзанна, взяв меня за локоток, отведя в сторонку. – Нас готовили в том числе для такого. Чтобы мы МОГЛИ.

– Как скажешь. Спасибо! – вырвалось у меня… И даже стало немного жаль ангелов. Приютских девочек, из которых на самом деле, при всех благообразных целях, лепят монстров. Да-да, я сам – монстр. Но всё равно жаль.

Связь со дворцом. Отсчёт Жан-Поля на том конце. Три… Два… Один…

– Ты в эфире!

– Добрый день, всем! Всей Венере! – улыбнулся в камеру я – в данный момент был не в шлеме и себя не видел. Но вроде хорошо встал, проба показала – что надо ракурс. Просто мордаха невыспатая, небритая и круги под глазами. – С вами в эфире я, Хуан Шимановский, временный пресс-секретарь клана Веласкес, имеющий также временно чрезвычайные полномочия. – Обернулся, показывая, чтобы девчонки, управляющие камерой, снимали выстроенных в ряд упырей Слона и Ко. Две сотни человек, поставленных в ряд – дофига на самом деле. С другой стороны, тут не только его ЧОПы, тут и «сотрудники» местной банды, работающей на этого же человека, только неофициально. Да, после ареста все-все пытались договориться, но ни ангелы, ни прощённые бойцы Дювалье договариваться не собирались, и именно этот факт так поразил и вывел из себя сеньоров, а не то, что их собираются расстрелять. В последнее они просто не верили, считая мои манипуляции цирком или театром.

– Мы находимся в куполе… – продолжал я. – Здесь сейчас происходит процесс мобилизации пополнения для народного ополчения для отражения угрозы захвата города. И эти люди стояли у руля процесса как мобилизации, так и удержания зоны от захвата сторонними силами. Эдакие командиры «зелёной» зоны…

Я говорил. А изнутри колотило от злости, и тряслись руки. Ибо именно из-за таких уродов народ смотрит на власть, пытающуюся сделать, чтоб было лучше, и видит сплошное разочарование. Да, сейчас война, нарыв прорвало так, что приходится решать вопрос кровью, но разве в мирной жизни как-то по-другому? Хорошая королева спускает сверху правильный указ, нужное людям распоряжение, а упырь на месте, мэр там, губернатор, иной чиновник, делает по-своему, обогащая себя, и хорошо, если простому народу не станет хуже. А кто виноват? Да королева же! Это ж она, сучка драная, спустила указ, из-за которого народу поплохело. А вот чиновник хороший. Он же свой парень, местный, его все знают. Он за нас, на страже наших интересов. А как красиво говорит о том, что королева плохая!.. Давайте ещё раз за него проголосуем?

Я – дон Кихот, вышедший воевать с ветряными мельницами. Одну конкретную мельницу сегодня победю… Побеждю… Расхреначу, короче! Но это не решение проблемы. И даже близко к решению не подберусь. Но я не могу сидеть сложа руки, и главное, нахожусь здесь как представитель связи с общественностью, а ТАКАЯ картинка для народа сейчас кровь из носа нужна.

Так что я, отдавая приказ к расстрелу мародёров, не чувствовал себя героем, отнюдь. Злодеем? Да, именно им. У меня железное оправдание – так надо, ибо война. Но в душе понимал, что это – отговорки. Ибо я не решал проблему, и даже не приближал решение ни на шаг. Просто конъюнктурно пользовался тем, что оно вот так, а не иначе, для создания картинки, а пиарщики по моему мнению будут гореть в аду на отдельной усиленно горячей сковородке. Но с другой стороны, а может этой планете не нужен герой? Тут была уйма героев, и что? Может Венера как раз соскучилась по толковому беспредельщику-злодею, способному на то, что героям делать не пристало?

Так или иначе, я, как специальный представитель её величества, что подчеркнул, и высочества, продемонстрировав ужасы ангара со взятыми в рабство людьми (посланные туда для штурма и ареста местных сделали несколько кадров) и складами с захваченным добром, приказал расстрелять уродов. И девочки Сюзанны тут же привели приказ в исполнение. На глазах у офигевшего окружающего нас местного ополчения. На глазах офигевшей Фрейи, наблюдающей из дворцовой студии. На глазах у всей планеты – а я попросил на время эфира усилить мощность шпиля и забить все-все каналы, и нас сейчас видела каждая собака на этой половине планеты, и через обычные медиаканалы – на всей остальной.

– А сейчас я обращаюсь ко всем мародёрам Альфы и Венеры, – закончил действо я, подведя к логическому концу. – Лишать человека имущества и жизни имеет право только одна структура – государство. По приговору суда. И если вы действуете не в рамках самозащиты, и отнимаете у кого-то жизнь и имущество – вы мародёры, воры и бандиты, под какими бы флагами ни выступали. И отдельно обращаюсь к мародёрам, поднявшим флаг Веласкесов – вы будете безжалостно зачищены, ибо не просто роняете авторитет королевы, а делаете это во время войны и нападения противника. Трижды подумайте, надо ли вам это – брать что-либо у ближнего своего? Мы приветствуем тех, кто готов защищать Родину, но только не за счёт сограждан! Пока у меня всё, и если что – ждите в гости. – Кнопка отключения эфира.