Текст книги "Фрилансер. Сверх (СИ)"

Автор книги: Сергей Кусков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Знаете, это хорошо, что королева хорошая, а против нас – плохие парни. А если будет с точностью до наоборот, как сложилось в «трёх девятках»? Если «наверху» будет реально кровавый диктатор, не считающий жертвы среди мирняка ради достижения местечковых целей, а’внизу' противостоящие здоровые силы? Как сильно в этом случае умоются кровью «хорошие парни»? Но я старался об этом не думать.

«Закрыли створки ГО». «С моими людьми внутри». Чувствуете, как пукан подгорает от этих фраз? Причём и у меня подгорал, и у Фрейи, если узнает. Вот-вот, так что, почувствовав пушного зверька, выкинул руку за спину с пальцовкой «внимание, опасность», и было плевать, увидят это жест местные, или нет. Скорее всего увидели и всё поняли, но парни из личной гвардии Слона в присутствии мехов бузить не стали, даже если и собирались. Слон спокойно отвел нас к шахте лифта вниз, к хранилищу – лифт работал, он в обычной жизни замаскирован, но включается отдельно от створок хранилища. Правда во всех окружающих местных чувствовалось напряжение, и я догадывался почему, но всё же, раз на земле – надо разобраться и вникнуть на все сто процентов.

– Почему не сразу? – логичный вопрос обывателя, а Слон и братва (на язык так и просилось слово «братва», а не «подразделение») не поняли, зачем их отёрли девочки Сюзанны и поехали вниз, к хранилищу, сами, без нас. Ну, люди не обученные ремеслу телохранов, им такие вопросы задавать можно.

– Вдруг ловушка или засада? – честно ответил я. Слон скривился – такое развитие событий даже мысленно не рассматривал, очко в его копилку.

– Откуда? Там мои ребята!

«Вот потому и первыми девочки» – так и подмывало ответить ему, но выдал лаконичное:

– Протокол такой. Это корпус телохранителей, свои заморочки. К исполнению обязательно – меня вниз просто не пустят первого.

Всё он понял и без моих недосказанностей. Но правда ещё и в том, что да, действительно протокол, я ни грамма не соврал.

– Кедр, всё чисто, – отчиталась первая группа. – Девять вооружённых бойцов, агрессии нет. Можете спускаться.

Я на всякий отправил вниз второй по счёту группу из бойцов Сто двадцать первого с одним мехом в качестве усиления, и только третьим рейсом спустился сам, в сопровождении Слона и его окружения.

– Сеньор Веласкес! – наперерез бросился чел в форме с лейтенантскими погонами сухопутных сил. – Сеньор Веласкес! – закономерно повис на броне девочек. – Вас послал Дворец чтобы навести порядок?

– Именно. – Знак «отпустить». Чел посмотрел на них, проникся, затем с ненавистью глянул на Слона и его людей, тщетно прячущих ухмыляющиеся рожи. Но буду справедлив, менжевали они ОЧЕНЬ сильно. И от необдуманных действий их остерегали пушки Гаусса невзначай вставшего за их спиной меха. Лейтёха ещё раз посмотрел на них, на меха, на людей Сто двадцать первого, взявших под контроль помещение, в котором люди местного авторитета были в подавляющем меньшинстве, почувствовал, что мы нажмём гашетку без сомнений, и что это ввиду боёв наверху контрпродуктивно. И решил не форсировать события открытым киданием обвинений в лицо.

– Сеньор Веласкес, отойдём, надо обсудить кое-какие вопросы с глазу на глаз.

– Эй, что происходит вашу мать? – не выдержал и пошёл на обострение «зелёный». – Вообще-то там война! – палец вверх. – И моим людям нужно оружие. Моим это и моим, и тем, кто пришёл по вашей грёбанной мобилизации, между прочим! На которую я подписался, но не подписывался на всякое дерьмо!

– Отойдём. – Я выслушал авторитета, но решил пропустить его спитч. Взял лейтенанта за локоть и отвёл в самый дальний угол, из которого подальше ушли все, кто там был.

– Тырили оружие? – усмехнулся я, когда парень только открыл рот чтоб начать жаловаться. Закрыл. Сбился с мысли. Затем лаконично кивнул.

– Да. Не то слово тырили.

– То есть не людям, не добровольцам, а всё в собственную норку? – А вот тут нужно уточнить масштабы, и если что – Слона в распыл, какие бы подвиги за ним ни водились.

– Да нет, ни в коем случае! – глаза лейтенанта зашлись в непритворном ужасе. – Нет, всех добровольцев, мои коллеги ставят их на учёт, вооружают. Всех-всех, у нас с отчётностью строго. Но они, – презрительная усмешка в сторону шлюза, – грузили куда больше, чем требовалось для вооружения. И куда-то увозили. Я насчитал три грузовика, которые никогда не доедут до мобилизованных.

– А всего сколько было грузовиков? – Не так всё и плохо, блин, как навоображал. Злость не ушла, но её пришлось притушить.

Парень сверился с планшетом.

– Восемь. Нет, девять – последний тоже считаем, но там вещи и вспомогалка – одежда, сухпаи, рации, системы координации.

– На поверхности мы только что были, – признался я. – Там по виду всё в порядке – людей вооружают. Недовольные все только задержкой поставки оружия. Учётчика спросил, есть ли проблемы – у него проблем не было.

– Значит, они только тут хозяйничают. – Лейтенант тяжело вздохнул и противно скривился. – Но сеньор Веласкес, это же… ОРУЖИЕ! Я не удержался и… – Вздох и кивок на створку.

– Сколько лет в армии? – улыбнулся я. Молодой, не намного старше меня, а уже лейтенант. Хотя из училищ они выходят прапорщиками, у него два звания позади.

– Меньше года, сеньор. Но… – Вздох.

– Лейтёху за что дали? – перевёл я на испанский. – Даже не младшего.

– Спортшкола. За армейский клуб выступал. Бокс. Засчитали обучение, дали сразу лейненанта.

Правдоподобно – так могло быть. Там на самом деле разница символическая – младшего дают почти сразу, а обычного спустя совсем небольшой промежуток акклиматизации. А вот между лейтёхой и старлеем уже пропасть, которую боксом за минобороны не преодолеть. Всё ясно, спорт – залог здоровья, а мне страдать – ибо по отчётам сюда послали ЛЕЙТЕНАНТА, а не молодь безусую. Однако скажу словами Каррераса: «Других КАДРОВЫХ мать его военных, Хуан, у меня для тебя нет. Хочешь – бери мобиков посылай, там есть опытные». Спасибо, мобики, наверное, понадёжнее будут, особенно те, кто с опытом. Но они С ГРАЖДАНКИ. Бог весть что у сеньоров в голове. А створки ГО открывать и оружие на учёт ставить, и людей по подразделениям формировать должны те, кто несёт хоть минимальную, но ответственность. Пусть даже командиры из мобов, но организаторы мне кровь из носу нужны кадровые!

– Всё правильно сделал, – похвалил я и похлопал парню по плечу. – Так им, сволочам. Но война не окончена, пошли открывать.

– Пароль… Он при закрытии обнулился, – пожаловался местный представитель генштаба.

– У меня свой есть. Универсальный. Пошли, поможешь, там вдвоём надо.

Внутри действительно были люди, аж девять человек. В средней броне. Идиоты не могли открыть створки изнутри и от дурости пытались стрелять в неё – хорошо, что никого не убило, когда отрикошетило. Местами с внутренней стороны остались вмятинки от рельсовых снарядов, но пробить толщину им не удалось даже на десять сантиметров.

– Какого хрена!..

– Какого чёрта!.. – начали качать права освобождённые, но по знаку моей руки Сто двадцать первый коротко рявкнул:

– Оружие на пол! Лечь и руки на затылок! Открываем огонь на счёт «три»! Раз!..

Когда на тебя смотрят пушки меха, четыре брутальные огроменные дурынды, способные дать очередь и прошить тебя и десяток таких как ты за твоей спиной, какая бы на вас ни была броня, как-то не слишком хочется выпендриваться.

Когда с парней стащили скафы, бросил Сюзанне:

– Под стражу. – Обернулся к Слону. – Я их забираю. За неспортивное поведение. Если всё в дальнейшем будет нормально, как всё закончится – отпущу. Они – заложники твоего здравомыслия.

– Да как ты… Да как же… – зазыркал авторитет вокруг, на моих людей и смотрящие на него скорострелы.

– Тебе, дорогой, предупреждение, – продолжал наезжать я. – Это тебе не рынок охранять, другие масштабы. Пока тебя спасают меры, что принял – людей вооружил, хозяйство в порядке, врага держишь на расстоянии и бандитам ата-тай даёшь. Будешь стравляться и дальше – сделаю вид, что не заметил твоих проделок.

– Но я… Но как же… – В голове бывшего «хозяина мира» и «хозяина жизни» не укладывались новые реалии, особенно озвучиваемые сосунком, но морально, я видел, он почти смирился. Кстати коллеги сеньора от него отошли, типа «мы не с ним». Телохраны хреновы! Но и я, и он их понимали и не осуждали.

– Как поеду на встречу с Дювалье, принимать капитуляцию, – закончил я, – грузовики с оружием должны подъехать к штабу, откуда начнёшь его штатно раздавать кому положено. Все логи, что они уехали в неизвестном направлении, подотрём, скажем, заблудились – во время войны и не такое бывает. Ты меня понял?

Злость в глазах сеньора отступила, сменившись на смирение неизбежному – как смиряются люди перед лицом стихии. Она просто есть, и её не побороть. Я удовлетворился, только когда увидел понимание, что здесь и сейчас он никто, его размажут. Что да, игра не его уровня, а он с дуру в неё влез, не подумав. Но вот капитуляцией там и не пахло. Плохо, но за неимением обычной, будем подтираться гербовой.

– Есть, сеньор Веласкес, – выдавил таки он, озвучивая капитуляцию. – Найдутся грузовики, и правда, где-то заблудились.

– Всё пишется. Всё фиксируется, – продолжил стращать я. – И после всё будет пересчитано. И молись, чтобы ничего не пропало. Это не планета, а сплошная зона контроля. И забудь о времени до войны – как раньше не будет.

– Да понял я, понял… – С такими только так и надо.

Просто так покинуть это место и двигаться дальше, не обезопасив тылы, было глупо, и я продолжил расследование, бегая под куполом, допрашивая всех сотрудников, посланных сюда. Это были не непосредственно люди Каррераса – его люди «вскрыли» хранилище ГО чуть юго-западнее. Но, мобилизованные там, были перекинуты сюда. Так что я как бы тут вообще никого не знал, и не к кому было апеллировать, дескать, «кого ты подсунул, чувак». Мобилизация «снизу» зажила своей жизнью, и я правильно сделал, что смотался из спокойного и безопасного дворца. Но конкретно в этом случае Слон оказался хоть и прохиндеем, но умеренным – самые чёрные ожидания не оправдались. Однако через время, когда я таки пришёл к выводу, что всё нормально, грянуло откуда не ждали.

– Кедр, это… Разговор есть. – Сто двадцать первый. Щиток забрала поднят, и голос взволнованный.

Отошли.

– Кедр, это командир моей разведгруппы, – представил он парня, к которому подвёл. – Рассказывай.

Пока я ковырялся в шахте и хранилище, пока доводил следствие здесь до логического конца, вынюхивая, что тут, в штабе, творится, Сто двадцать первый разослал по округе людей, прикрывающими друг друга пятёрками. То, что непосредственно в куполе приземления было тихо и спокойно не должно обманывать, настоящий военный должен быть параноиком, если хочешь выжить. И разведка дала результаты.

– … В общем они кидались камнями и кричали, чтоб мы убирались. Также, как камни кидали в мятежников в том видео из Центра. С ненавистью. И мы ретировались – не стрелять же в гражданских! – закончил боец рассказ.

– Выдвигаемся туда! – принял решение я. – Проверим по месту, с хрена ли у аборигенов такая реакция?

– А как же сдача полка мятежников? – не понял Сто двадцать первый. – Может, вначале примем капитуляцию, а потом…

– Подождут ещё, не сдатыми походят, – оборвал я. – Что им будет? Договорённость есть, и пока наши давят на космодром, вряд ли они её нарушат. Давай, мехи к бою, всем – двигаемся. Здесь что-то не так, и надо понять, что.

М-да. Куча людей, в основном женщин разных возрастов, но есть и мужчины, загородили дорогу и начали кидаться в моих бойцов подручными предметами. «Сотен шесть» – оценка разведки. Хреново. Однозначно надо прогуляться – эта рыночная скотина что-то мутит и не договаривает.

– Сюзанна, как лучше поступить? – подошёл я к единственному доступному достаточно авторитетному советчику. – Этот Слон накосячил, но у меня мало людей. Оставлять здесь – а вдруг ТАМ окажутся нужнее? Оставить здесь мало, несколько человек – вы им будете на один зуб без нас. Чешу репу, не пойму, как сделать лучше.

– «Вам»? – понимающе улыбнулась она.

– Хочу оставить тут тебя за главную. Здесь у штаба нужны не просто глаза и уши, а кто-то с мозгами, и безусловно преданный. Но чтобы вас оставлять не на убой.

– Чико, у тебя тут несколько тысяч мобилизованных, – искромётно улыбнулась она. – И главком, вообще-то, ты, как представитель Фрейи.

– Они МЕСТНЫЕ, – парировал я. – Имеют полугодичку и контракт, но, Сюзанн, менжую им реально что-то эдакое доверять.

– Но попробовать же стоит? – стояла на своём она. Может и правильно, и я слишком сильно развил паранойю?

Лейтенант, шухеривший внизу, закрывший створки, был как раз здесь – лично доставил очередные два грузовика с оружием. Отозвал его в сторону, дал боевую задачу.

– … Вот именно, эта каплей – доверенный человек королевы, из её личных бойцов, указал вдаль на ждущую результата переговоров Сюзанну. – Поступаешь к ней в распоряжение, и если скажет стрелять – будешь стрелять. В того – кого скажет.

– Я правильно понимаю, что этот «кто-то» может быть… – Парнишка, кажется, легонько задрожал от перспектив.

– Правильно, – не стал тешить я его глупыми иллюзиями. – Мне здесь до хрена чего не нравится, и надо иметь надёжных людей, служащих Венере и королеве, а не мурлу-торгашне, «крышующему» рынок.

– Есть, сеньор… Какое у вас звание? – довольно заулыбался он. Кажется, парнишке страшна была не смерть, а позор, бесчестье. Идеалисты, далеко такие не продвинутся, но на них дофига что в стране держится.

– Стажёр… Рядовой! – поправился я. Звания у меня как раз пока ещё не было. Так как не было официального Полигона и присяги. Но военным об этом лучше вообще не говорить, пусть будет «рядовой».

– Есть, сеньор рядовой! – козырнул мальчик, не чувствуя диссонанса. Рядовой, школьник, и он, лейтенант-контрактник, отучившийся в военке, прошедший до этого полугодичку, и после почти год в сухопутных войсках.

– Будьте начеку. Мы выдвигаемся. – В отличие от него, мне было не по себе. Спасал лишь только статус специального представителя её величества и её высочества – в монархическом государстве это круто.

Я сразу, как увидел парня, понял, что мне он нравится – импонируют такие. Но без пригляда они легко могут наломать дров. И кандидатуру Сюзанны про себя обдумал ещё когда поднимался наверх на лифте из хранилища. Про таких говорят «энергии много, но в голове пусто», однако с королевской стервой в тандеме получится круто. До моего появления именно этот молодой считался представителем Дворца, и чёрт знает, какая хрень происходит на других мобилизационных пунктах!

Полчаса медленного движения – вровень со скоростью меха т ирусящих бойцов в броне – машины достались не только лишь всем. Искомый купол. Батальон с мехами не то же, что пятёрка разведчиков, и нас тут никто не встречал с подручными метательными средствами – наоборот, полнейший рассос по щелям и норам. Парни по знаку Сто двадцать первого начали рассеиваться в поисках информации, мы медленно двигались вперёд, ощетинившись винтовками во все стороны, когда девочки Сюзанны доложили, что Слон сорвался и едет следом, взяв с собой девять тачек с «братвой». Что ж, подождём – всегда рад быстрому развитию событий. Но вышло немного не так, как думал.

– Всё раскопал? – бросил мне, криво улыбаясь, этот «зелёный», вылезая из головной машины. Агрессии не проявлял, винтовка за спиной, как и у его людей, в отличие от всех таких собранных и боеготовых нас. Во всяком случае, пока. Пока у нас силовые приоритеты не в его пользу. За спиной мобилизация, под его номинальным командованием уже тысячи три-четыре человек, но доверяет сеньор только сотрудникам своих ЧОПов с бандитскими рожами, с коими он и приехал сюда следом за нами.

– Почти, – кивнул я, принимая игру. – Не понял только, где товар держишь.

– Это трофей! Военный трофей! – снова взяло его зло, и я чувствовал, что на сей раз сеньор чувствует свою правоту и готов за неё идти на Голгофу. – Они – враги рода человеческого. Их мужчины убивали наших. Так что это – трофеи! Хочешь забрать – попробуй. Но это НЕ ВАШЕ!!!

Под конец чуть не зарычал. Серьёзная заявочка. Но надо раскрутить дело до конца, и я много ещё чего не понимаю.

– Веди, – коротко бросил я и указал дальше под купол. – Сам веди.

– Тут далеко. – Он меня понял правильно и не стал буровить. – Лучше поехали. Эй, все! Покинуть машину! Тут поедут сеньоры королевские представители и военные клана Веласкес. – Это он своим, с кем приехал. По его знаку все лишние, действительно, освободили машину, которую проверила Патрисия с моими, а также ещё одну – следующую. Затем мы с ним погрузились в головную, к нам подсели мои и гномики. Охрана сеньора догонит на другом транспорте.

– Куда ехать? – задала вопрос сидящая за штурвалом Мия.

– Прямо, потом налево и ещё налево. Пока езжай, – махнул «зелёный» рукой.

Ехали медленно. Для бойцов клана «зелёные» освободили не одну, а ещё две машины, но бойцы ЧОПа ехали в шести. Однако удара в спину от них не боялся, несмотря на их численное превосходство. Мы – воины, а они, пусть и с игломётами – любители. Да и ссыкуны по виду, если честно. Выгрузились перед воротами огромного логистического комплекса на минус втором. Сеньор распечатал своим электронным ключом створку, после чего трое его людей отвалили её в сторону. Используя силу сервов доспехов – тяжеленная, зараза. Кажется, здание обесточено, сейчас тут голая механика. Но перед нами был зев «пещеры дракона». И, несмотря на то, что наши мехи и наша пехота ещё подтягивались, я вошёл внутрь.

– Ткани, – констатировал я, изучив стеллажи. Жаль, ждал чего-то более… Эдакого. Оружие, наркотики, палёная электроника… А тут – дешевый ширпотреб! Ну, по сравнению с действительно ценными вещами – той же электроникой.

– Ткани, – согласился сеньор, и произнёс это слово с придыхом – не разделял моего к данному товару пренебрежительного отношения. – Лучшие на Венере! Зуб даю лучшие, проверяли.

– Контрафакт? – усмехнулся я.

– Контрафакт, – не стал спорить он. – Но какой! Это ж Индия. Индийская диаспора. Эти мрази хоть и конченые ублюдки, и страшные, как моя жизнь, и вечно грязные, но ткани делают лучше всех на свете – этого не отнять.

– Вы бомбанули под шумок индийскую диаспору, – встало всё, наконец, на свои места. – Пока маза и вам сойдёт с рук. Индосов один фиг зачистят, но добро с их складов перекочевало на ваш. А чего это в этом куполе женщины наших встретили камнями? Вы не только индосов пощипали?

А теперь глазки сеньора забегали. Но к его чести (умный) решил не врать.

– Мы предложили местному бизнесу скинуться на оборону… На поддержание боеспособности нашей зоны куполов. И не только бизнесу.

– То есть предложили «крышу» за защиту, я правильно употребляю терминологию? – перевёл на испанский я. Молчание – согласие. – И когда они отказались, вы и их… Того.

– Это мой рынок! – осмелел и выплюнул эти слова тип. Наверное, потому, что мехов вблизи не наблюдалось, а его бойцов конкретно в данный момент было больше моих. – И эти шлюхи работают на меня! И должны слушаться, если им что-то говорят. Мои парни к тому моменту выдвинулись на позиции. И если б их атаковали – они бы гибли. А с них всего лишь жалкие центаво, всего лишь деньги.

Угу, значит, нас окружили… Сотрудники рынка. Или бизнесов, которые к рынку привязаны. Ибо тут местные индусов ощипали, и остальным выкатили претензии – под шумок. Как же, у них статус «зелёных», защищающих этот район, они ж герои, а не бандиты в форме ЧОПа. А неприкосновенны эти «зелёные» благодаря тому, что мы, Дворец, объявили их своей креатурой. Вот и наваляли нашей разведке камнями, слава богу, среднему скафу любые камни – ни о чём.

– Много тут? – Я, демонстрируя полное пренебрежение опасностью, кивнул на один из стеллажей, повернулся с Слону спиной и двинулся далее по складу. Сеньор крышеватель рынка вздохнул, видя мой полный игнор – его это сбивало с толку – и двинулся следом, пытаясь придумать модель поведения. Догнал. Решил не менять стиль общения.

– Много. – И назвал примерную сумму в миллионах империалов. Какую – не запомнил, ибо было всё равно, сколько там. Не о деньгах и стоимости сейчас речь.

– Добро диаспоры – тут не мой уровень. Пусть Фрейя решает, – ПОКА решил откреститься я – нужно взять паузу. – Но всё, что взяли у местных – отдать. ОТДАТЬ! – развернулся и рявкнул я, а, судя по трясущимся рукам, в гневе я грозный и убедительный.

Ох, как его передёрнуло! Но слова, брошенные таким приказным тоном, давили на психику посильнее любых отданных ором с молниями из глаз. Этот Слон чувствовал не просто разницу между нами, чувствовал свой уровень копошащегося муравья, понимал, что он викунья рядом со мной-пумой. Да, его людей сейчас больше, и он может нас всех тут положить, грохнув. Но планета настолько маленькая, что проживёт сеньор после этого не долго. И умирать будет мучительно. И к мятежникам не переметнёшься – теснимые марсианскими генералами, под командой которых были уже не только собранные в марсианском квартале дивизии, те отступали. Смысл делать ставку на проигравших?

– Хорошо, сеньор Веласкес. Каюсь, нас занесло, – снова понял всё правильно он. – Мир сошёл с ума, всё перевернулось с ног на голову, и… – Вздох. – Но сейчас всё приходит в норму, всё вернётся как было, и… Да, некоторые поступки, сделанные в помутнении рассудка, нас не красят.

– Рад, что ты понимаешь, – похвалил я. – Как всё закончится – проверю.

– А добро индусов, значит…

Я не стал отвечать, это было ниже моего достоинства. Да и допускал, что могу ещё передумать.

– Это всё, что забрали у диаспоры? – спросил я вместо этого.

– Нет, тут только товар. Но товар да – всё здесь. А вот станки на другом складе. Думаю, закрытие нелегального цеха с арестом и вывозом оборудования – веские аргументы для закрытия дела. Как считаешь?

Торг. «Я сливаю вам оборудование, чтоб вы закрыли это дело официально, а себе беру только ткани». А станки, по моему скромному разумению, стоят прилично, цена как бы ни сопоставима с экспроприированным ими товаром. Но главное, иногда официально хороший станок просто не купить. Тебя отследят и спросят, для чего покупал? Где продукция? Где налоги, контракты, договора? А тут «левые» мощности для производства товаров высокого качества. Сеньор пошёл на большие жертвы, между прочим! О, как хочет откупиться и быть и дальше богатым и здоровым!

– Я подумаю. Покажи лучше место боёв, что вы там нагеройствовали? Они ж не могли всё сдать без боя? Где и как всё было?

– Между прочим, я больше десяти человек там потерял! – пожаловался он, поняв, что мы начерно договорились. – Это не здесь, но тут недалеко.

– Больше десяти это сколько? – усмехнулся я вывертам математики.

– Тринадцать. У них было оружие. С таким, – прикоснулся он к «Жалу» за спиной, – мы бы их быстро… Того. – Провёл рукой по горлу. – Но у нас были только огнестрельные пукалки.

Я попробовал рукой качество ткани, распаковав ближайшую упаковку. Наверное несправедлив, и не надо считать, что ткань может быть низкомаржинальной. Тут был не наношёлк, но вещь и правда хорошая. Такая и тепло держит, и кожа в ней дышит – резкий поток пара или случайную струю холодного азота выдержит, но при нашей подкуполной печке не запреешь. Забыл, как этот вид ткани называется.

– А их много было?

– Много. И у них и женщины, и дети вооружены были. Не все, но многие.

Место боя ничего не дало. Это был мини-квартал из десятка домов на территории обычного квартала. В соседним с рынком куполом. Домами их назвать было сложно, так как в основном гетто находилось на подземных уровнях – они тут жили, спали, работали. Как понял, численность индусов была гораздо больше официально зарегистрированной, и многие отсюда вообще наверх на свет никогда не выходили. Гвардия это место также не стремилась навещать пока вокруг тихо и диаспора не совершает преступлений.

Под шумок того, что в городе формируются «зелёные зоны», начальник охраны местного рынка собрал в кучу личный состав всех четырёх своих охранных фирм, вооружил, и смело вступил в бой с бойцами диаспоры, которой подвезли оружия. Оружие не ахти, стрелковка, ибо это были не обычные диверсанты, а местные лохи для массовки, но лохи вдруг воспылали к венерианам ненавистью и купились на посулы своей внешней разведки, пойдя громить… Рынок. Ага, в первую очередь рынок – а как иначе? Гвардия, также состоящая в симбиозе с «братвой», крышующей оный рынок, обладала куда более эффективным оружием, а тут ещё нерегулярное ополчение в виде новообразованной спонтанной ЧВК Слона, усиленной откровенными криминальными элементами. После чего Слон и компания пошли в контрнаступ и зачистили индусов, и взяли под контроль все купола вокруг своего района, объявив его «зелёной зоной» – как было на тот момент модно.

Зачем полезли в соседний купол, контролируемый двести тридцатым полком? Так там инфраструктура, логистический центр, склады с добром, а полк взял и занял эту территорию. Возможно даже по той же причине – там склады, непонятно чем набиты, вот мятежники поставили их под контроль ради собственного снабжения. Так что не за Веласкесов гибли люди Слона, атакуя купол с полком мятежников; за добро лично себе они бились, посчитав себя самыми крутыми, способными раскатать регуляров. К тому моменту мы уже начали мобилизацию, появились первые успехи, а у них под боком не механизированная бригада, а жалкий пехотный полк – чего б не рискнуть? Не вышло. Но теперь у Слона ореол того, кто реально сражался с мятежниками и нёс потери. Как такой будет командовать призванным ополчением – догадайтесь, и я ломал голову, кого, блин, вызвать и поставить вместо него? А главное, как это сделать бескровно? Ибо его орлы, ЧВК из четырёх ЧОПов и местная гвардия, меня не поймут и будут против, а добровольцы, вооружённые под этим куполом – в основном из окрестных районов, и знают, кто тут хозяин, и могут не послушаться приказа стрелять в этих… Этих.

– Хорошо, проникся, – хмыкнул я, закончив осмотр местности. Следы взрывов гранат, осколки, пули, гильзы – чел прав, тут было жарко. – Только не вижу местных. Ну, задавили. Товар вывезли. Но вряд ли пустили под нож ВСЕХ. Выжившие где?

– Так знамо где. К продаже приготовили.

Судя по тому, как он посмотрел на мой недоумённый взгляд, сеньор считал, что говорит понятные вещи. А я, оказывается, не в курсе? Именно это его удивило.

– Это мясо. Мужчин там почти нет, в основном ###дюшатина. Знаешь, сколько такая стоит на чёрном рынке?

– То есть вы их в бордель решили продать? – как я не упал при осознании, не знаю.

– А что такого? – хмыкнул он. – Заслужили.

– Я считал, венерианские бордели того… Под контролем. И контракты не глупые люди придумали.

– Мажорчик! – беззаботно махнул он рукой. – Для венериан – да. И туристов. Ну, бОльшей части туристов. Но есть места, где надо много мяса. Особого. Где нет и не будет контрактов. Не думал, что кому-то оттуда, – палец вверх, – придётся объяснять очевидные вещи. Вот там почти сто процентов – нелегалы. Туда и продадим.

Я сдержался. Видит бог, как хотел его размазать! Но понял, не выйдет. Не выйдет так, как НАДО. Просто следом за ним пойду на тот свет я, и со мной дофигища народу. Класть себя, девчонок и людей Сто двадцать первого бессмысленно? Нет, так дела не делаются. Есть реактивный способ воздействия на противника, а есть активный. Я выиграл эту грёбанную войну с мятежниками, имея под рукой меньше ресурсов и более слабую армию, только потому, что действовал активно – навязывал свою стратегию. И как только начну реактивно носиться, затыкая дыры на ходы противника, можно писать рапорт и сразу в утиль, самому – безболезненнее будет. Так что нет, я не мог сорваться. И не мог скатиться на приступ, хотя очень хотелось забиться в конвульсиях, почувствовав безумие. Вдох-выдох! Вдох-выдох! Надо, Ваня! Надо!

Получилось. Под конец глубоко вздохнув, выдал:

– Этих людей заберёт «двоечка», второе управление. Попробуешь бузить – пойдёшь в распыл. Мой совет – не дёргай ягуара за усы.

– Даже…

– Даже! – отрезал я. – Они могут ЗНАТЬ. Не все, но даже если кто-то один из сотни выведет на агента Востока, или хотя бы на связного, это окупится. В вопросах государственной безопасности я не торгуюсь – ты уже понял.

– Да понял, понял!.. – тяжёлый разочарованный вздох сеньора капитана «зелёных», упустившего сразу несколько кушей. Но осознающего своё место в жизни, а потому спокойно принявшего удар в несколько миллионов только что отобранных у него империалов. – Сделаем. Присылай людей.

– Сколько там человек? – Сколько нужно конвертопланов для вывоза?

– Да хрен знает, пошли покажу их, тут недалеко.

Описывать загнанные забитые лица представителей диаспоры не буду. В основном были женщины. И бабушки. Их тоже в бордели? Всё возможно. И дети – куча детей! Согнанные в огромный ангар, в котором не было даже туалета – они все гадили в одном из углов.

– Хоть бы одноразовые кабинки поставил, – сморщил я нос, вспоминая наших заложников у школы Кандиды де Хезус. – Триста человек, и без сортира, мля!

– Потерпят, – отмахнулся Слон. – Они и так грязнули. Все чумазые, и по жизни куда попало гадят. Им не привыкать.

На нас индусы смотрели затравленно. Ничего не спрашивали, но при появлении вооружённых людей женщины испуганно заголосили, похватали на руки детей и отошли в противоположный угол ангара. Видимо сотрудники этого Слона их обижают, а возможно насилуют (какой возможно – точно! Вопрос лишь как это оформляется, прямо здесь или уводят). Если у них встаёт в такой вони, конечно, и с такой туалетной эстетикой. Да чёрт знает этих тварей под названием «люди»: кому-то местные представители грязные, а кому-то самый кайф. Это к тому, что индианки сами по себе, от природы смуглые – сильно смуглее латиносов. Я был не любитель такой экзотики, решение, как поступить со Слоном, принял, а потому, закрывая тему, попросил дорогу на выход.

– Сейчас во дворце транспортный коллапс, но в течение двух часов за ними прилетят, – «обнадёжил» его, выходя их охраняемого ангара. – Хоть со шланга их помойте перед этим, что ли!..

Наверное, камаррадо поверил. Я ж хороший актёр. Совсем недавно людей убивал, включая детей и женщин, играя психопата. Получилось же. И сейчас, наверное, не хуже вышло.

* * *

– ЧТО??? – Полковник Дювалье оказался на голову ниже меня ростом. Не пухлик, нет, накаченный и жилистый, но с учётом роста получилось, что выглядел круглым. Маленький чёрный Колобок – жаль, что латиносы не знают, кто такой Колобок.

– Сеньор, вы всё слышали и поняли, – улыбался я победной улыбкой.

– Мы – враги! Вчера я убивал твоих бойцов. Убивал БЫ, просто нас не послали на штурм ваших куполов. Но это всего лишь вопрос удачи. И… Я???