Текст книги "Фрилансер. Сверх (СИ)"

Автор книги: Сергей Кусков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 23 страниц)

– Хорошо пошёл! Достойный спирт. Забирайте.

Махнул рукой, и оная Сюзанна, вышедшая из машины и стоящая рядом с нею, подняла люк и выпихнула наружу сеньора главу департамента.

– Он ваш. По трупу, если что, решим – оставлю человека, как закончите – заберёт. Это всё же гражданский, не боевая потеря, похороны по гражданке и организуем.

– Так, отставить! – появилось новое действующее лицо. Тот самый лейтенантик-кадровик, про которого прочёл в досье. Тыловые подразделения остались со своими командирами – нет смысла их менять, но те, кто на передке, тех кадровиками принудительно разбавили. И этот сосунок увидел своих подчинённых только позавчера, когда подразделение переводили к Сенату. И, похоже, колотит тут понты, ставя себя, понимая, что он для их уже спаянной команды – никто.

– Сеньор? – обернулся я к нему.

– Это армия, уважаемые! – всё понял он,но, суд по глазам, не собирался сдаваться, и стоял на своём. – Со своими порядками и дисциплиной. Что бы вы там ни задумывали – делайте это не в моей роте! Не могу сказать «проваливайте», вы хоть и гражданские, но начальство, но мои бойцы выполняют только боевые приказы. Мои бойцы в этом не участвуют.

Хотелось злиться и сквернословить. Какой-то придурок с двумя маленькими звёздами на погоне будет ломать игру государственного масштаба?

– Сеньор лейтенант, я являюсь специальным представителем её высочества, выполняющей обязанности её величества, – попробовал разрулить я. – Я РАЗРЕШАЮ этим людям провести воспитательную беседу вот с тем человеком.

– Обязательно! Конечно! – ехидно кивнул тот. – Но только не в моей роте. Согласуйте с командованием, и вперёд. А без его приказа в моём подразделении неуставного непотребства не будет.

Судя по мрачной решимости на лице, он серьёзно. Ой дура-ак! Ну что ж, сам виноват. Я не клерк-чиновник, пробивающийся сквозь бюрократию. И не армейский командир, пытающийся запустить военную машину на выполнение приказа. Я Сверх, повелитель всего этого ареала! А значит читер, ибо все вокруг, включая военных с их порядками и уставами – всего лишь мои ресурсы. Пробиваться через бюрократию – увольте! Как и увольте что-то кому-то объяснять. Лее Филипповне потом объяснять будете.

– Парни, взять! – обернулся и отдал я приказ Сто двадцать пятому. – Сей сеньор арестован по подозрению в неблагонадёжности. Выдели пару ребят – отвезти его в «пятёрку» на проверку лояльности.

– В каком смысле арестован? Что значит на проверку?..

Лейтёха растерялся. И кто бы на его месте не растерялся, когда полтора десятка бойцов, прибывших со мной, включая нескольких ангелов, наставили на него свои гауссовки. А двое подошли и быстро скрутили, подавляя любое сопротивление. Его же бойцы, его собственная рота, под предводительством неформального лидера даже не пошевелились, лишь довольно и очень ехидно заулыбались.

– Кажется, он вам не сильно нравился, – пробил пробный я, когда что-то возмущающегося лейтинантика усадили в третью машину.

– Много на себя брал, – ответил один из бойцов. – Строил из себя…

– Манали мы таких стройщиков! – поддержал другой.

– Мы свой дом защищаем. А он – карьеру делает, – подвёл итог аргументам старший.

Разумное обоснование. А парника, похоже, сам виноват. Надо было находить диалог с личным составом, а не давить, что ты – армейский. Да, это гражданские, но они держат в руках оружие, которое взяли в руки без тебя, и даже кого-то успели убить. Но идиотов учить просто некогда.

– Ну всё тогда, он ваш, – усмехнулся я.

– Спасибо… Хуан! – произнёс старший. – Взять его! Начнём веселье, девочки! – А это он уже своим.

Я развернулся и пошёл к машине, не видя, как двое бойцов подхватили вдруг начавшую сопротивляться тушку сеньора министра, а третий с размаху зарядил ему под дых.

Завтра их сменят. Как бойцы они так себе – слишком мотивированы. В смысле, на беспредел. А армия, лейтёха прав, это в первую очередь дисциплина. Так что помурыжит его «пятёрка» и отпустит без санкций – прослежу. А их на дембель, домой – специально подобрали с перспективой тут же расформировать нафиг. Всё этот молодой правильно сделал на самом деле, и не побоялся грозного меня с впечатляющей бумажкой от главы государства. А что нервы попортят сегодня и завтра – так не надо серьёзным силам их игру портить. Думать тоже иногда полезно.

Бум! – Визг. Бум! – Хрип. Попытка что-то сказать, как-то оправдаться, что «не виновать»… Затем, кажется, сеньора уронили и начали приходовать ногами, что-то нежно-нежно выговаривая. Почти ласково, словно он котик, или младенец. Я не оборачивался – шоу, держал марку. Так и сел с равнодушным видом в «Либертадор» и закрыл люк.

– Стоп, снято! – облегчённый голос в ухе. И сразу, через десять секунд, вызов по первой линии.

– Ну как? – с улыбкой самодовольства произнёс я.

– Нормально. – Фрейя на том конце не улыбалась. – Всё согласно плана – потому особо хвалить не стану. Ты справился. Но теперь дуй бегом во дворец, разгребать проблемы.

– А их много? – Напрягают такие выпады. Ожидаемо я собрался, приготовившись к худшему, даже не представляя, что может быть «худшим» после штурма дворца и всего пережитого.

– Две. Обе без тебя не решить. Одна – финансовая, мы только что чуть бюджет не просрали. И без тебя никак, повторюсь – твой профиль. Но эта проблема на втором месте. На первом же – террористы. Снова, мать его, террористы! – в отчаянии завопила она, теряя самообладание. Испуг в голосе, страх. Отчаяние. А это серьёзно.

– Мухариб активизировался? – напрягся я, покрываясь холодным потом. – Кого убил?

– Нет. Этот упырь сидит ниже травы и не жужжит. К сожалению, и без него кровососов хватает. Два часа назад на космодроме в одном из ангаров наши люди были взяты в заложники. Тебе не сказала, чтобы ты не бросил всё и не ломанулся туда. Надо было доделать текущее шоу – сам пойми, оно слишком важное для «слива». Народу потом не объяснишь причину. СМИ пока также держим на расстоянии, РЭБ блокирует весь северо-восток города, но после нашего разговора даю отмашку на опубликование новости. И ещё, эти сукины дети желают говорить с тобой, и более ни с кем! Так что возвращайся, Хуан, без тебя никак.

– Еду!

Mierda! Porca Madonna!

* * *

Пришлось просить Папу Кондора прислать Птичку как можно поближе. Ибо и правда сорвался. Эмоционально. Хотелось всё бросить и лететь на космодром, по пути захватив Этьена и всю его банду… Но решил не форсировать события и вначале всё узнать в подробностях, тем более меня ждут – у Фрейи было время приготовиться

Хорошо, что не полетел – оказалось, пока всё не так плохо, как можно было с первого слова вообразить. Или… Скажем так, плохо, но не катастрофично. Но разбираться с проблемами придётся мне, обеими, и даже не знаю, какая из них проще, какая сложнее.

Дворцовая палуба встретила нас через час – до ближайшего причала от «нуля» надо было добраться, вокруг Сената всё же бесполётная зона, а Папа отчего-то заупрямился, сказал, есть предчувствие, что меня могут караулить. Я ж на всё страну на «нуле» в прямом эфире засветился. Эскадрилью не из двух-трёх, а тридцати двух беспилотников прислал. Но обошлось. Ещё через двадцать минут после посадки и дежурного блевания у трапа, заходил в королевский кабинет, куда пригласила Фрейя – могла организовать совещание в верхнем штабе, но решила, что кабинет лучше. Все уже были в сборе, ждали меня, и, подозреваю, они уже больше часа как здесь – подтянулись заранее, пока я заканчивал с прямым эфиром. Ибо в приёмной стоял фуршетный столик с бутербродами и закусками. Внутри было не так много народу – собственно Фрейя, её отец, глава экономического управления ИГ и два представителя Сената. И ещё несколько человек в погонах, одного узнал – аналитический отдел Сирены, который сейчас полностью в подчинении высочества и её отца, в отличие от меня и моего отдела, который ею хоть и контролируется, но автономен.

– Добрый день всем! – вошёл я и направился к своему месту – месту наследника. – Кого видел – добрый день ещё раз. – Присел, придвинул кресло. – Давайте не будем терять время, террористы ждут, потому начнём с первой проблемы. Коротко я понял, что мы попали на «бабки», но теперь давайте подробно, и с подводными камнями.

По знаку Фрейи, слово взял один из людей в погонах. Представился интендантской службой флота.

– … Таким образом, первая эскадра расстреляла сегодня весь имеющийся боезапас вольфрамовых болванок. У них есть неприкосновенный запас на экстренный случай, есть кое-что из рельсотронов и ракет, но для ковровых бомбардировок этого мало. Категорически мало! Всё же мы всерьёз никогда не думали, что первой эскадре придётся бомбить планету под ними ТАК. Её оперативное использование предполагало точечное использование подобных боеприпасов, но никак не на систематическое долговременное бомбардирование.

– В штабе ВКФ никто всерьёз не предполагал, что мы реально будем с кем-то воевать на Земле? – скептически хмыкнул я.

– Предполагал, – заступилась за своих Фрейя. – Но расчёт строился на том, что это будет сверхдержава. А в этом случае эскадре не нужен миллион болванок. Если бы мы сцепились с Империей, Блоком или Союзом – речь шла бы только об блокировании их флота с целью не дать выйти на оперативный простор, защитить свои корабли, и только. Там им самим бы ноги успеть унести. Бомбардировка поверхности в этом случае возможна только после того, как подойдут свежие силы с Венеры и полностью раздолбают на поверхности силы ПКО. А это, Хуан, даже в теории невозможно – мы знаем координаты стационарных установок, но кто мешает постоянно менять позицию мобильных, передвижных? Так что всё логично, у них просто не было столько зарядов, сколько предполагал Кленовый Сироп, так как Кленовый Сироп всегда был сугубо теоретической разработкой.

– Для таких целей, как ковровое бомбометание Ванкувера и Чикаго нужно иметь в составе эскадры отдельного транспорта с дополнительными зарядами, никак иначе, – добавил интендант. – И насколько я знаю, такой корабль отошёл от причальной мачты пару дней назад.

Фрейя при этих словах заулыбалась, хотя наверняка не её заслуга, а штаба ВКФ, где есть люди, которые должны об этом думать. Её просто держали в курсе.

– Транспорт придёт не скоро, но Евразийский блок любезно согласился поставить нам требуемые снаряды. Их вариант похож на наши по диаметру и массогабаритным характеристикам, флот отчитался, такие можно закупать. И Россия выставила счёт и на снаряды, и на подъём на орбиту со своих космодромов. Зная, что сегодня всё будет расстреляно, наша служба вчера оперативно оформила и подала все соответствующие бумаги в казначейство – все наши расходы, не заложенные в бюджет, оплачивает казначейство, специфика.

Ну да, министерство обороны же. А кто ж ещё? Там сумма крупная, вешать на свёрстанный в мирное время бюджет минобороны такое точно не стоит.

– Также о ситуации было доложено её высочеству, – закончил интендант. – И вот…

– Я подписала платёжку, – продолжила Фрейя. – Пока война, держу такие вещи на контроле лично. По крайней мере, на такие суммы. И с утра казначейство должно было оплатить. И они передали в оплату. А именно, перечислили деньги не напрямую русским согласно выставленному счёту, а на расчётный счёт нашего правительства в Банке Канады, согласно договору полувековой давности с Республикой, согласно которому все расчёты с Землёй мы ведём через их банк.

Вот интересно, как же королеве Оливии выкрутили руки, что она согласилась на этот кабальный договор? Впрочем, тогда было далеко не сейчас. Венера была сильной, но отнюдь не сверхдержавой, и войну у Русских выиграла чудом, ей повезло. Маленькое королевство ещё только выпускало зубки, и они были пока маленькими. При этом совсем незадолго до этого мы воевали с Империей, и там этого не забыли, хотя конкретно в тот момент на континенте уже вовсю шла гражданская война. Восток мы перед имперской войной тоже вздрючили, чуть-чуть раньше, с массовой депортацией их граждан, и они всё ещё обижались. А мир с русскими… После того, как «отжали» у них их сектор на планете… На кого нам было опираться на Земле? Не на Верхнюю Вольту же, и не на Зимбабве. Да уж, и правда, ситуация была аховая, чем анлые наглосаксы и воспользовались. Но они реально пустили нас к себе, и там реально до сих пор работают… Работали наши ключевые предприятия – прорва предприятий! Так что договор тот, возможно, для своего времени был выгоден. Но времена не стоят на месте, мир меняется – вот в чём штука!

– Интересно-интересно! – усмехнулся я вслух и хрустнул костяшками пальцев. Как же во время войны такое могло произойти? В принципе как такое могло произойти ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ?

Я был страшен – понимаю это спустя время. И присутствующие, кроме Фрейи и её отца, даже поёжились. Но присутствия духа не потеряли.

– Формально мы не объявляли войну Республике, – с тоской в голосе произнёс один из сенаторов. Он из комитета по международным сношениям, уже был на одном из заседаний Совбеза несколько дней назад. – И она нам – тоже не объявляла. Юридически между нашими странами НЕТ войны. А значит и нет форс-мажоров, чтобы «похерить» договор.

– Её высочество чётко объявила ультиматум, – парировал я. – Что будет, если. Они проигнорировали. И в ответ на его игнорирование мы ответили. Так, как могли. Разве это не война?

Очень-очень тяжёлый вздох. Сеньор был в возрасте и понимал расклады «наверху», что со мной нужен диалог, а не просто «что ты позволяешь себе, щенок». Но я для него при этом – сопляк. А потому он вынужден объяснять маленькому мальчику очевидные вещи.

– Юный сеньор, международная политика это нечто больше, чем заявления отдельных лиц, даже если эти лица главы государства, – слащаво произнёс он. – Например, мы полностью проигнорировали заявление в наш адрес президента Андерсона, который тоже что-то там предупреждал. И были в своём праве. Но в отличие от нас, они кроме заявления официально передали нам соответствующую ноту, что зафиксировано в секритариате. Да, это предупреждение не может являться поводом для денонсации договора, он всё ещё действителен, но они хотя бы озаботились юридической стороной – фиксацией, что мы его получили.

– Это когда предупреждали о недопустимости вылета для наказания европейцев? – уточнил я.

– Именно. Это решение можно оспорить, как не соответствующее духу или букве нашего договора с Канадой. На него можно не реагировать. Но такая нота была. Мы же на них напали без предупреждения, без объявления войны, без денонсации прежних договорённостей, и даже без официального вручения предупреждающих нот. Это вновь не повод для разрыва договора, теперь уже с их стороны, но мы даже не соблюли приличия и формальности. Мы просто на них напали, как бандиты с большой дороги. И юридически на данный момент получается, что да, фактически мы в состоянии войны и уничтожаем их города, порты и объекты инфраструктуры. Но формально войны между нами нет – её никто не потрудился объявить. В том числе с их стороны. А потому я хоть и не одобряю такой поступок со стороны казначейства, но понимаю, чем они руководствуются. У них на руках международный договор. Который не денонсирован. Не приостановлен – действующий договор. По которому они обязаны передать деньги вначале в Банк Канады, а уже оттуда в Урало-Сибирский Промышленный банк на счёт поставщика снарядов. И если они сделают иначе – это будет незаконно, и по логике нормального государства, их накажут. Их поступок также подпадает под суд юрисдикции штата Онтарио, как нарушение договора с нашей стороны, и Канада может наложить на Венеру такие штрафные санкции за подобный перевод… Что данная сумма покажется смешной. В теории, юридически это так.

Я барабанил пальцами по столу, приводя мысли в порядок. Про бюрократию и крючкотворство как бы в курсе, но, mierda, не до такой же степени!

– Как понимаю, перспектив вытащить деньги из Канады никаких? – Это скорее риторический вопрос.

– Их давно нет на тех счетах, – усмехнулась Фрейя. – И не будет. Даже если мы высадим там войска и физически захватим всю страну, именно этих денег не найдём, и никто нам их не вернёт.

Посмотрел на фактического премьер-министра:

– Сеньор Серхио, в вашей епархии творится чёрти что! Грандиозные события! Ничего не хотите сказать? Вы же у нас главный по финансам?

Отец Фрейи лишь пожал плечами.

– Я не отвечаю за каждый перевод. Да, это крупный перевод, стратегическому партнёру, но я не могу отвечать за ВСЁ, что делается в финансовом секторе королевства.

– Но ваши подчинённые, а они ваши косвенные подчиненные, творят дичь! И совершенно ничего не боятся. Вас не боятся! Всё же спрошу ещё раз, ничего не хотите сказать? – сощурились мои глаза, а сам я пытался подавить злость, и даже откуда-то взявшуюся в груди ярость. Сидеть, дракоша! Сидеть!

Но сеньору моя ярость была до линии Кармана.

– Хуан, я куратор финсектора королевства, это так. – Он приторно и немного покровительственно улыбнулся. – Но я не пугало, чтобы меня боялись. Я могу посадить любого из них за косяки, за воровство, за… Да за что угодно противозаконное! Но ты только что слышал, формально они поступили ПРАВИЛЬНО. А что у нас война, и они должны бояться загреметь по статье о госизмене за помощь врагу и вред своему государству… Тут, извини, уже не мой сектор ответственности. – Он картинно развёл руки в стороны. – У нас на этом заседании есть один юноша, которого все считают опорой королевской власти. Он и сам назвал себя как-то сверхом. Эдаким львом на просторах саванны. Вот его в саванне и должны бояться! Он и должен следить за порядком на ЭТОМ поприще, – выделил сеньор это слово, имея в виду не только финсектор, а ВСЁ. – А я – так, всего лишь циферки складываю. Я… Ну пусть будет жираф! Далеко вижу, всё понимаю, обо всём доложу, но вот бояться – нас, жирафов, никто не боится. Такова жизнь. – Он пожал плечами. И смотрел победным взглядом.

Что ж, сеньор сто раз прав. И даже тысячу. Он – бухгалтер. По циферкам. А тут явно вопрос в страхе, в запугивании. И в его отсутствии у некоторых особо важных. Обуревшая от вседозволенности бюрократия сама решает, как ей быть, как поступить, каким законам и инструкциям следовать, и плевать ей на государственные интересы. Они сами себе власть! Речь не о том, что надо целенаправленно, по идеологическим причинам нагадить стране – нам много кто желает нагадить, и даже гадит. Только из семей основателей среди гадильщиков последних дней три фамилии. А о том, что делать это они НЕ БОЯТСЯ. Спокойно прячутся за формальности во время войны, когда там, на Земле, погибают наши рабочие, инженеры и военные, дескать, согласно бумажкам поступили правильно. А ваша война и ваши смерти нас не касаются, у нас другая планета, и тут всё на мази. Да, сеньор прав, это работа для сверххищника, а не жирафа. Если павианы борзеют, а они уж слишком приборзели, их должен гонять не жираф, отнюдь.

– Ладно, давайте ко второму вопросу. Этот решу… Сразу после террора. Фрей, что там с фигурантами по казначейству? Не разбегутся?

Фрейя пожала плечами.

– Запустила туда орлов тёти Алисы. Копают. Уже семеро под стражей, включая главу казначейства. Так понимаю, спешить некуда – деньги не вернуть, а благодаря «Железному куполу» с планеты никто не сбежит. А новых международных переводов мы пока делать не планировали.

– А русские что? Поставка будет? – А вот это для меня сейчас главный вопрос. – Может пообещать им что-то натуральное? Золото там? Или перевод чуть позже? От меня в этом вопросе что-то требуется?

Ну да, я ж не по внешним делам. По внешним я общаюсь только с Хименесом и Ноговицыным. С последним в данный момент через «главное оружие Марса на Венере» длинноногую атташе Ниночку. Контакт с русскими исключительно на Фрейе.

– Пообещала им рутений, ниобий, иридий, сколько-то там палладия и титана. И поставки наших центрифуг на Миранде взаимозачётом – им передадут из наших хранилищ, без долгой доставки. Так что вопрос решим. Потому вопрос не горит, болванки будут, занимайся террористами, не отвлекаясь.

Фу-ух! Хоть тут всё хорошо, слава богу.

А мы ведь неспроста русским не поставляли указанные материалы. Есть элементы, которые нельзя купить за деньги. Тебе их просто не продадут. Ибо на них ты создашь оружие, которое можешь направить против продавшего. А теперь мы вынуждены продать. И центрифуги тоже круто – без них нельзя добыть гелий-три из атмосферы Урана. Если сломались – везти новые, или детали к ним, это год-два. А то и больше – в зависимости от траектории полёта и сколько в неё заложат гравитационных манёвров. А тут зачётом передали со склада на склад. Перелетит челнок с Титании на Оберон, и всё, можно запускать производство, которое, планировали, будет стоять ближайшие пару лет. И недобытые килограммы этого ценного газа будут добыты. Выгодно, чо! И не надо идеализировать потепление отношений с русскими – да, ситуативно мы союзники. Но мы увели у них и Красную планету (гусары, молчать, что они перед этим её сами просрали!), и захватили их венерианский сектор… И вообще, там акулы капитализма в худшем для нас виде – государственный капитализм. Такие сожрут и не поморщатся. Просто ПОКА им выгоднее с нами дружить против Союза и Империи, только и всего. А мы им рутений продаём, самый редковстречаемый элемент в солсистеме. И иридий с палладием.

– Хорошо, давайте по террорюгам. Всю подноготную, – перешёл я к следующей теме.

– Аджай Кумар, – начал доклад человек Сирены. – В переводе имя означает «простой в общении принц».

– Некисло! – хмыкнул я.

– У нас перевод автоматически идёт, у этой нечисти зачастую такие имена… Скажем, родовые или кастовые, которые сами по себе многое могут о человеке сказать, – зачем-то пояснил аналитик, но я и так это понимал. – Родители прилетели из Пакистана тридцать лет назад, но подданства так и не получили, только вид на жительство на время пребывания по рабочей визе. Что дало право его отцу вытащить сюда мать, он тут и родился. И он таки смог получить подданство… Когда вырос и стал заниматься бизнесом.

– Купил его, – хмыкнул я.

– Это как бы не доказано! – полностью поддержал мою усмешку сеньор. А я понял, что не зря не стал сам решать вопрос с департаментом миграционной политики. Заслужили, подонки! Как есть заслужили! Скажу парням, чтобы данные на ВСЕХ сливали. Вряд ли там хоть кто-то честный был. А на работу туда новых наберём. Без связей и без опыта проворачивания серых схем. Работы у них будет первое время мало, мы пока никого больше ввозить не будем, как-нибудь справятся.

– Бизнес сеньора Кумара как бы это помягче выразиться…

– Криминал, – снова понял я.

– Скажем так, надводная часть бизнеса – торговля продуктами и общепит. Сеть тематических забегаловок на восточную тему, пакистанская, индийская и бенгальская кухня, и магазины национальных продуктов этой тематики.

– То есть большей частью ориентирован на своих.

– Как бы да. – Сеньор аналитик хмыкнул ещё раз, и сверился с планшеткой. – Но есть нюанс. Стоимость квартиры в элитном доме, в котором проживает, в десятки раз выше годового дохода всех его предприятий. Если не считать закупленных материальных ценностей вроде произведений искусства и элитной мебели, а также регулярных межпланетных перелётов для семьи, и собственной, и родителей… Которые, о чудо, с недавних пор тоже имеют подданство… В общем, не вяжется у сеньора с бюджетом.

– Чем занимается? Наркотики? Ткани? Какие ещё варианты?

– Мы пока не раскопали, сеньор. Это случилось… Слишком недавно, – втянул аналитик голову в плечи. – Но мы ответим на этот вопрос, ребята работают.

– Хорошо. Что по собственно ангарам?

– Сразу в пяти ангарах организованно произошло нападение, во время кормёжки. Массовое нападение. То есть, наши волонтёры, которые согласились доставлять им еду, вошли и начали раздачу, и в этот момент на них напали, все, со всех сторон, по команде.

– Волонтёры наши, латинос? Или их представители из лояльных? – Я перевёл глаза на сеньора Серхио.

– Хуан, я всё помню, – покачал он головой. – Но не успел. Я ж не бог, чтобы решать такие вопросы взмахом волшебной палочки. Сейчас очень сложно работать с диаспорами, мало кто идёт на контакт, так как много кто находится у космодрома. Потому ПОКА волонтёры были наши. Но после нашего совещания после тех перевёрнутых туалетов, военные усилили охрану, и с волонтёрами пошло чуть ли не по роте десантников в штурмовой броне.

– Только это нас и спасло, поёжился человек Сирены. – Десантники были готовы к атаке и в двух ангарах смогли растолкать массовку и дать нашим людям выйти.

– Но в трёх не смогли, – констатировал я.

– Да, в трёх не смогли. Ваше высочество, я могу включить записи?

– Конечно, – кивнула Фрейя.

Да, видеть – не то же, что слышать. И если поначалу негодовал, как так, что допустили? Они же в доспехах! То после просмотра подборки с разных ракурсов понял, что в двух куполах герои, что смогли выдержать и вывести гражданских. Ибо десять тысяч человек, которые давят на тебя… Это МНОГО!!!

Нет, самим космопехам ничто не угрожало – штурмовая броня есть штурмовая броня. А если бы они был под обычным куполом, не в замкнутом ангаре, они вообще могли бы включить шараги и улететь на крышу. Но крыши не было. Как и шараг. Они пытались давить на массовку в ответ… Но ни фига! Занимаясь реконструкцией в статусе гендира клуба Марго, попал недавно на фестиваль, посмотреть, как это делается и что там такое за вааще. И видел бой на арене, в котором несколько человек встали в стену щитов. Это когда два ряда кругляшков, воины сцепляются и держат строй. Держат и идут вперёд, давя противников этой бронированной щитовой стеной. Так вот, пробить, прорвать, проломить эту стену – та ещё задача! При кажущейся хлипкости – это ж просто люди с кругляшами-деревяшками – сцепка такая, что… В реальном бою хрен пробьёшь! Вот и тут, вроде обычные люди, куски мяса и костей в кожаной оболочке, а поди ж ты – давят так, что ничего ты с ними не сделаешь. Бойцы сопротивлялись, и сами они в итоге все додавили до выхода. Но вот гражданских-волонтёров вывели далеко не всех.

А волотнёры в основном женщины! Сердобольные, помогают, понимаешь. И кадры, как их прямо тут же насилуют, приходуют. Избивают. Мужчин тоже избивают, но мужчин там всего три человека, вроде изнасиловать не успели. Хотя, зная публику, могли.

– Итог: двенадцать заложников в шестьдесят шестом куполе, восемь в шестьдесят девятом, и трое в семьдесят втором, – продолжил доклад аналитик. – Также были попытки нападения ещё в шести ангарах, но очень слабо организованные. Впрочем, командование вывело всех волонтёров и позакрывало и загерметизировало все оставшиеся шлюзы. Поступления воздуха нет, еды более не даём, туалеты не возим, только хладагент идёт в системы – чтоб не спеклись, там же и наши тоже.

Я перевёл взгляд на второго военного в погонах.

– Вы, сеньор, там главный?

– Не я, но я представляю штаб, – кивнул сеньор и представился. – Мы сразу попытались войти и взять шестьдесят девятый ангар штурмом, но снова начала давить толпа в десять тысяч человек. Мы… Не смогли, – констатировал он. – Просто физически. Они как фанатики, орут, глаза бешеные. И в них ненависть. Идавят, давят, давят! А стрелять на поражение… Такой приказ отдать бойцам не смогли, – покачал он головой. – Тем более, после того, как они напали, избили и изнасиловали первых женщин, кто-то железной рукой там навёл порядок, и дебоширов, кто отказался подчиняться некому командованию, просто избили. Свои. Сейчас заложникам ничего не угрожает, их всех отвели и усадили в дальнем от входа конце ангара, во всех трёх ангарах. После чего этот некто вышел на связь через внутреннюю аварийную систему и сказал, что это – заложники, и они желают говорить с тобой.

– Со мной… – тихо повторил я.

– Да. Так и сказал. «С Хуаном, который консорт обеих принцесс». «Вы ничего не решаете, я буду говорить только с ним» – это цитата.

– Понятно. – Я откинулся на спинку кресла и задумался. Слава идёт впереди меня. Хорошо это или плохо? – Почему именно я? Что сразу не её высочество? – кивнул на Фрейю.

– Она – женщина, – ответил вместо военного аналитик Сирены. – У них женщина – человек неполноценный. Разговаривают только мужчины. А ты, Хуан, мало того, что всем показал, что являешься правой рукой её высочества, решаешь за неё все сложные проблемы, то есть ты и есть её мужчина, с которым есть смысл разговаривать, так ещё и держишь своё слово. Мы провели тайный опрос по разным форумам для анализа, в том числе по форумам диаспор – они сидят в ангарах, но связь у многих есть. Так вот, твоему СЛОВУ доверяют. Если ты чётко и недвусмысленно даёшь обещание чего-то. Видимо и этот… Лёгкий в общении принц считает, что тебе можно верить, а кому бы то ни было, особенно женщинам – нельзя.

– Учитывая, что они с Востока, это нормально, – поддержал военный. – Потому ждём только тебя, Хуан, чтобы начать.

– Вы готовы к штурму? – в лоб спросил я, сверкнув глазами.

– В смысле, готовы ли открыть огонь? – усмехнулся он и показал ряд ровных зубов. – Да, готовы. Если на это будет приказ. – Взгляд на Фрейю. – От человека, полномочного таковой отдать.

Фрейя подумала, и благосклонно кивнула, и в свою очередь посмотрела на меня, передавая мяч решений.

– Вначале пообщаемся с уродом, посмотрим, чем дышит, потом будем принимать решения, – обречённо вздохнул я. – Там у вас столик с едой – дайте десять минут, приду в себя, настроюсь, и начнём. Подготовьте канал связи.