Текст книги "Бастард рода Неллеров. Книга 11 (СИ)"

Автор книги: Серг Усов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

– Всё сделаем, господин! – торговец Олег уже отстал, не выдержав нашего темпа, который отряд набрал, выехав за рогатки поселения.

Почти сразу свернули на запад, оставив слева дымки безлюдной Монастырки и засеянные оземь поля. Крепостным и зимой было, чем заниматься. На печках не валяются, да тут их и нет в крестьянских мазанках. Вместо них очаги, которые топят по чёрному, это когда дым уходит или через дверь, или через отверстие в крыше. Как не угорают, для меня до сих пор загадка. Ни одного случая не было, сколько уж здесь правлю. Так что, свой зуд прогрессорства в отношении переделки хибар моих крепостных уже вылечил.

В это время года мужики все на работах у нас в монастыре, в поселении или на лесозаготовках, а бабы сидят по домам, ткут полотно, катают войлок или делают плетёнки, что-то вроде наших лаптей, только не из лыка, а из стружки. Все при делах даже дети. Кстати, меня крепостные и сервы чуть ли не боготворят за то, что я разрешил мальцам ловить рыбу. Хотел и взрослым, но не хочу совсем уж выглядеть как тот слон в посудной лавке, ломать всё то, что не мною создано. Постепенно, постепенно, в дополнение к имеющемуся, а не вместо, не разрушать до основания, чтобы потом неизвестно что сотворить. Помню по прошлому миру, чем такие благие намерения могут заканчиваться.

Въехали в лес, и тут дорога опять пошла сплошь грязевое месиво, хотя дождя уже второй день нет. На открытых местах ветер осушает, а здесь опять приходится чавкать копытами наших коней.

Конечно, по уму заняться бы обустройством дорог в монастырском феоде, сделать их хотя бы такими, как герцогские или королевские тракты. Но где людей под эту задачу взять? А даже если и привлечь каких-нибудь каторжан или разбойников по лесам наловить и поставить их в кандалах выравнивать дороги, посыпать их щебёнкой – у меня тут пара хороших каменных карьеров имеется, наряду с угольным и глиняным – вот только кто потом созданный тракт будет поддерживать в приличном состоянии? Население в этом мире очень редкое. Может южнее чуть поплотнее, а у нас, бывает, за пару дней путешествия ни замка, ни мелкого поселения не встретишь.

Я тут потребовал подобие переписи провести в своём владении, так мне принесли данные, что всего две с половиной тысячи живёт на почти восемьсот квадратных милях моих земель. Не поверил и правильно сделал, брат Валерий, оказывается, даже крепостных и сервов не учёл, не говоря уж о рабах и временно перемещённых лицах, имею в виду прижившихся у нас после войны беженцев с северных территорий. На моё злое недоумение старик-библиотекарь лишь выпучивал глаза, дескать, а что такого? Всегда ж людей считали отдельно, крепостных и сервов отдельно, рабов отдельно, а приживал и вовсе никто не считал. Давали работу, если имелась, если нет, так хоть дальше пусть бегут, хоть с голоду подыхают, своим нищим помоев не хватает, каждый вечер у люка, через который сбрасывается мусор, настоящие битвы проходят.

ВЫ общем, велел всё суммировать, оказалось, с учётом подаренной моей мачехой деревни Гутово, в нашем феоде проживало чуть больше шести тысяч человек обоего пола и разного возраста. Сейчас правда стало побольше, из Готлина и других краёв переселились некоторые ремесленники и торговцы, но всё равно это мало для такой-то площади. А ведь у меня ещё считается многолюдной территорией. Так что, эх, дороги, грязь, да ухабы.

До хутора лесника чуть больше четырёх миль, на преодоление которых мы верхом потратили почти час. Но, слава Создателю всё ж добрались и даже косулю подстрелили. Тут звери очень неосторожные. Отличилась миледи Паттер. Не зря я её с собой взял.

Место пребывания моих будущих спецназовцев, ниндзя, ассасинов – пока ещё не решил, как буду их называть – преобразилось за короткий срок. Помню, когда-то я удивлялся, как в старину люди умудрялись строить большие сооружения, величественные, не имея никакой техники, кроме шанцевого инструмента, да и того примитивного донельзя. Ответ я зримо увидел уже в новой жизни – людям тупо заняться здесь в глуши нечем. Ни телевидения, ни интернета, ни СМИ, ни театров, ничего. Книги есть, но они недоступны. Вот и работают как муравьи, строя всё, что нужно.

Да, мини-форт, увиденный мною справа от хутора, на пирамиду Хеопса или крепость Акр не походил, ну так и делали его всего-то восемнадцать мальчишек. Было больше, Арчи ещё десяток из Готлина и бродяжек с дороги набрал, да только он неумех или лентяев, трусливых или глупых выгонял безжалостно. Вчера накоротке с отставным сержантом переговорил, теперь в курсе в общих чертах, что тут происходит. Предложение Добнеса взять ещё четырёх девчонок, глянувшихся ему сильными характерами, я одобрил, да и ещё нужны люди. Двадцать два спецназовца, даже если все оправдают потраченные на их обучение и воспитание силы, это ни о чём. Нужно вдвое больше.

Арчи привлёк на службу за проживание и еду троих пожилых женщин-беженок из-под Лос-Аратора. Они здесь стирают, готовят и моют. Хотя пацаны им и помогают иногда, но большей частью всё свободное от тренировок время уделяют строительству своей школы.

Увиденный масштаб построенного не оставил меня равнодушным.

– Молодцы, чего ещё скажешь, – произнёс я, сворачивая коня с дороги, не доехав совсем немного до хутора.

– Слышал, они сами это всё сделали, – одобрительно поддержал меня Герберт. – Сержант молодец. Умелец и наставник. Надо же, с парой десятков пацанов такую крепость отстраивает.

– Ну, крепостью это не назовёшь, – улыбаюсь. – Однако, действительно в случае чего можно будет и отсидеться.

Мини-форт пока не был достроен. Квадрат со сторонами в полсотни ярдов каждая обнесён рвом и насыпью. Та сторона, где установлены ворота, уже полностью защищена частоколом из заострённых брёвен и противоположная от неё почти тоже завершена. Внутри четыре свежесрубленных строения барачного типа, без окон, но с духовыми отверстиями под крытыми дранкой крышами.

Материалы сюда отправлял брат Георгий – доски с лесопилки, брёвна и дранку с лесоповала, бронзовые гвозди и скобы из мастерских. Хорошо, что у нас свои залежи меди и олова имеются. найти бы ещё цинк, всё ж латунь во многих изделиях предпочтительней бронзы. Конечно, иметь бы ещё и производство железа было бы просто фантастикой, но не потяну просто, людей уже и так ни на что не хватает.

В форте шли занятия, там по уложенной длинной перекладине будущие спецназовцы перебегали из края в край, совершая кувырки, под наблюдением Лео Тимаса, бывшего циркового акробата. Сержант Добнес, в воинском доспехе, но без шлема, видимо, предупреждённый наблюдателем, уже вышел встречать меня за ворота и успел переброситься несколькими словами с парнями из авангарда, приветствовавшими его простыми солдатскими шутками.

– Рад вас видеть, ваше преподобие, – поклонился он, прижав руку к груди.

– Давно не виделись, Арчи, – шучу, спрыгивая с коня. Мы с ним вчера пообщались. – Прими благословение Создателя, – делаю ритуальный жест. – И от меня восхищение твоими талантами зодчего. Думаю, ты и как наставник не оплошаешь. Показывай, демонстрируй ваши достижения, а потом поговорим о дальнейшем.

Глава 5

Взвод остался снаружи, нечего создавать толчею на относительно небольшом пространстве. В ворота за сержантом Добнесом со мной вошли только милорд Герберт, лейтенант-маг Алиса и наставник Кир Бирюк. Своих коней мы оставили бойцам.

Лео Тимас уже скомандовал перерыв в тренировке и наши будущие спецназовцы немного суетливо, но всё ж сноровисто, организовали двухшереножный строй на дальнем от меня краю площадки из отлично утрамбованной глины.

Место в центре форта представляло собой нечто среднее между плацом и спортгородком. Половина – это столбы с перекладинами и канатами, лестницы, турники и манекены, другая половина свободна. Именно на второй и замерли во главе с бывшим акробатом восемнадцать парнишек. В своих одинаковых одеждах из холщовых штанов и подпоясанных кушаками длинных рубах они чем-то похожи на детдомовцев, как и их наставник. Может распорядиться спортивные костюмы для них пошить? Хлопчато-бумажных тканей здесь нет, и ладно. Льняная или шерстяная тоже подойдут. А то сейчас зимой в такой-то дрянной одежонке поди не комфортно. Зато порвут – не жалко. Подумаю.

Большинство учеников чуть помладше меня нынешнего, но есть и старше. Смотрят на аббата Степа вытаращив глаза и забыв, что для жизни требуется дышать, выражения лиц такие, будто к ним сам Создатель явился.

Интересно, что же им про меня Арчи с Лео наболтали? Думаю, достаточно одной только правды, чтобы вызвать чувство восторга. Ну и чувство благодарности, само собой присутствует, когда имеется понимание того, кому они обязаны столь резкому изменению своей судьбы в лучшую сторону.

Мы остановились, и Арчи принялся мне всё объяснять:

– Здесь площадка только для разминки. Основная в лесу, мы там целый полигон устроили. Условия соответствуют тем, в каких им часто может потребоваться действовать, только искусственно ухудшенные, причём, намного.

– Тяжело в учении – легко в бою, – изрекаю, вызвав на себя очередную порцию уважительных взглядов от соратников.

– Умеете вы, ваше преподобие, кратко так вот всю прямо суть. – мотнул головой сержант и продолжил: – Да, всё верно. Это у нас казарма, – показал рукой на самое длинное из четырёх одноэтажных, крытых дранкой бревенчатых строений, располагавшееся вдоль левой стороны насыпи. – в ней полсотни человек, как видите, легко разместятся, если двухярусные топчаны сколотить, а пока эти оболтусы здесь как купцы вольготно располагаются. Там же и мы с Лео живём, в правом крыле. Это, – перевёл палец на здание напротив, чуть поменьше предыдущего. – склад, сенник и с обратной стороны конюшня на десять голов. Брат Георг выделил нам трёх лошадей, стареньких и смирных, но пока таких хватает. Ребята ещё только учатся сидеть в седле. Хотя уже держатся уверенно. – Ну, я-то тоже не джигитом сюда попал. Пришлось учиться. Так что, по себе знаю, обучение не быстрое, кентаврами мои парни не скоро станут, да им этого и не нужно. А вот перемещаться верхом, надеюсь, смогут. Тут у нас штаб, он пока пустой, – показал на одно из двух зданий справа. – мебель подвезут на следующей неделе. А в этом, – посмотрел на четверых женщин мнущихся у крыльца последнего из домов. – хозяйственная постройка. Тут и кухня, и прачечная, и жильё для беженок. Как вам?

– Впечатлён, – отвечаю искренне. – За столь короткий срок и так много сделать. Я правильно понимаю, без ущерба для обучения?

– Всё, как я вам вчера и доложил, – самодовольно улыбнулся сержант Добнес. – Парни горят желанием продемонстрировать вам свои полученные навыки.

– Что ж, с удовольствием посмотрю. Кстати, знакомьтесь. Кир, это Арчи, командир и главный наставник отряда. Арчи, это Кир Бирюк, непревзойдённый боец по рукопашному бою.

– Так уж и непревзойдённый, – усмехнулся мой сенсей и пояснил сержанту, пожимая протянутую руку. – Если бы не его преподобие, я остался инвалидом до конца жизни. А стал им, проиграв схватку в Ямах, так что, милорд меня перехваливает. Но, полученный урок усвоил, теперь готов и обучать, и сам участвовать в любых делах.

– О, третий в нашей компании наставников. Что ж будем рады, а то за этими вчерашними мелкими уличными разбойниками нужно приглядывать особо, – обрадовался сержант.

Хорошо, что так. Я опасался некоторой ревности к новому назначенцу.

– А что, есть попытки хулиганить и здесь? – спрашиваю.

– Всякое бывает, – подтвердил Арчи. – Сами с Лео удивляемся. Вроде бы так их гоняем, что к концу дня на ногах уж не стоят, и вот этой ночью Виталию, это вон тому дылде, штанины между собой связали. Он спросонья не увидел, стал надевать – видите, как нос опух? – как пятак стал у кабана – о табурет ударился. Ну, мы виновников конечно нашли. Вас проводим и устроим порку. Или спарринг со мной. А может мастер Кир им что-нибудь продемонстрирует? Чтобы и навыки получили, и очень больно было? – посмотрел он на Бирюка.

– Могу и я проучить, – согласился мой сенсей.

Этот может, я на своей шкуре не раз испытал. Надеюсь, с парнями он будет помягче. Целительские амулеты тут применять некому. Да и особо не за что наказывать. Парни есть парни. Всегда будут злые шутки и постоянное выяснение, кто среди них самый крупный гном. Хотя попытки буллинга конечно же нужно пресекать.

Понятно, сержант хочет посмотреть со стороны на умения Кира Бирюка. Не исключаю, что и сам захочет помериться с ним силами. Что ж могу лишь пожелать удачи. Если арбалетом, ножом, удавкой или честным клинком Арчи владеет конечно же лучше, то вот приёмами борьбы без оружия он, как говорится, и рядом не стоял.

Меня в обители ждёт масса дел, поэтому от серьёзной тактической игры в лесу, когда парни, разбившись бы на два отряда, устраивали друг другу ловушки, старались бы избегать капканов соперников и демонстрировали мне навыки скрытности или внезапных нападений, я отказался. Ограничился лишь тем, что посмотрел, как ловко ребята лазят по канатам, бегают по брёвнам, просачиваются в узкие щели между столбами и мутузят манекены, кидают ножи, стреляют из арбалетов и кидают друг друга на землю. Честно? Я не просто доволен, а сильно доволен. Как удав, проглотивший поросёнка.

Особую признательность чувствую к исцелённому мною акробату Лео Тимасу. У него самого, такое чувство, тело без костей, так он как-то умудрился их вынуть и у пацанов. Понятно, согласись я посмотреть, чего ребята достигли в искусстве войсковых разведчиков, тут уж на переднем плане стоял бы сержант Добнес.

Поэтому похвалил обоих и подарил каждому привезённые из столицы кинжалы с лезвиями из царской стали. Так-то, если без понтов, она не намного лучше нашей, созданной с помощью алхимических присадок, а может и вовсе не лучше, но здесь важен сам факт редкости в Кранце подобного оружия. Понты ведь не только денег дороже. Вон, Арчи аж сглотнул, принимая подарок, и глаза увлажнились. Да и Лео улыбается.

– А с теми, кто не выдерживает нагрузки, что делаете? – интересуюсь. – Тут до Готлина, если пешком, целый день идти, и то, лишь не заплутав по дороге.

Опасений, что кто-нибудь из выгнанных что-то кому-то расскажет, у меня никаких нет. И пусть. Ничего секретного в том, что я готовлю войсковых разведчиков нет. Информация, которую мне хотелось бы скрывать, появится намного позже.

Когда ребята окрепнут, станут отличными бойцами и ловкими акробатами, лучше профессиональных циркачей, вот тогда за них возьмётся лейтенант Эрик Ромм и станет обучать мастерству наёмных убийц, но тогда их учебные классы будут уже не здесь, а в городских трущобах или на улицах.

Демонстрацию умений наших новиков я смотрел, сидя на вынесенной из казармы лавке. Компанию мне составила лишь Алиса, успевшая уже исцелить разбитый нос бедолаге Виталию, жертве буллинга. Остальные стоят рядом. Комментировал происходящее на тренировочной площадке лишь Лео, мы же больше перекидывались шутками, но иногда говорили и о делах.

– Извините, ваше преподобие, – отвечает на мой вопрос сержант, проследив взглядом, как его завершившие показное занятие ученики побежали умываться к колодцу в углу двора. – Вы немного не так спросили.

– А как я ещё должен был? – усмехаюсь. – С поклоном что ли?

– Нет, я не о том, – смутился бывший разведчик легендарного капитана Ронова. – У нас нагрузки выдерживают все. Кто добром не понимает, тому палка помогает.

– Не можешь – научим, не хочешь – заставим, – произношу я очередную мудрость родного мира.

– Да, так и есть, – очередная порция уважительных взглядов от Арчи и остальных на молодого, но очень мудрого настоятеля Готлинской обители. – Прогоняю тех, кто слаб волей или характером. Выгнали уже одиннадцать человек. Зато из шестерых новичков четверо очень быстро вошли в ритм обучения. Нет, мы их не прогоняем в лес. Когда ездим за продуктами в город или к обители, отвозим и неудачников. Что уж дальше с ними будет, это их дело. Им предоставили счастливый шанс на достойную жизнь, они им не воспользовались.

Времена и нравы в Паргее суровые, так что, Добнес с Тимасом действуют правильно. По другому никак. У меня конечно, как у единственного здесь представителя намного более гуманного мира, время от времени возникают порывы сопли распустить, но жизненный опыт позволяет с этим справиться.

– А жаль пацанов, – сокрушённо бью себя по коленке кулаком. – Только, Арчи, ты ж помнишь, что нам надо хотя бы человек тридцать в отряде?

– Взвод, вы говорили, – кивнул тот. – Но Готлин не Неллер. Оборванцев хоть, кажется, и много, но подходящих среди них тяжело найти. Даже, думаю, что вот эти вот, это всё. Разве что ещё пятерых найду. Надо ехать в Реймс или Дитон, но лучше бы поискать в самом Неллере, уж там-то мы и на роту, а то и на две наберём.

– Не надо никуда ездить, – отмахиваюсь. – Ещё пятеро, это нормально, а потом и другие нищие подрастут или появятся. В Гутово посмотри, хотя нет, крестьянские все при делах. Девчонок набери.

– Девчонок? – в один голос удивились и сержант, и лейтенант-маг, и Лео с Киром.

– Ну, да, – равнодушным тоном подтверждаю. – Неужели не сможете научить их боевым искусствам? Лично я в вас верю. Зато никто не ждёт, что обычная неодарённая девушка может оказаться умелым воином. Удивить-победить. – завершил я одной из фраз нашего великого полководца Александра свет Васильевича Суворова. Вот из меня сегодня мудрость прёт. Прямо через край. С чего бы это? Так чего, понятно, настроение хорошее, спасибо Добнесу с Тимасом. – Только с размещением продумайте. Может ещё один домишко срубить придётся. Наберите с десяток девчонок, а там посмотрим, как пойдёт.

Если мой эксперимент насчёт подготовки из юных оборванок хладнокровных, умелых спецназовцев, убийц провалится, ничего страшного. Я уже становлюсь опытным сватом, устрою девчонок через браки. Но, что-то мне подсказывает, моя идея верная. Весьма вероятно, что этим десятком не ограничусь, да и вообще численность своих ниндзя увеличу. Правда, чуть позже. Имея под рукой таких людей, можно много неприятностей доставлять своим врагам, которые вряд ли когда-нибудь переведутся. На смену одним обязательно придут другие. Свято место пусто не бывает.

Ещё, как мне кажется, для этих моих ниндзя-ассасинов сейчас самый сложный период, для следующих новичков в подразделении будет больше возможностей для ускоренного развития. Не зря ведь говорят в моём родном мире, были бы кости, а мясо нарастёт. Как только сформируется отряд, как только он станет полноценной боевой единицей, так его пополнение станет тем самым мясом, укрепляющим функционирующий костяк.

– Эх, ваше преподобие, что ж вы раньше-то не сказали? – расстроился сержант. – Мы ведь с Лео в прошлом месяце видели сестёр-близняшек. Лет тринадцать. Шустрые, ловкие, наглые, с характером.

– Ну так в следующий раз поедете в Готлин, найдите. – я поднимаюсь с лавки. Всё, что хотел увидеть, увидел. Пора возвращаться. – Вон, кому-нибудь из ваших ребят поручите. Уж они-то все щели в городе знают.

– Этих девчонок уже всё, не найти, – вздохнул сержант, идя рядом со мной к воротам форта. – Их трупы уже вороны исклевали. Попались. Не нашли ничего умнее, чем в графский замок пробраться и украсть там из прачечной почти новое нательное бельё графини. Скупщик их сдал, о цене, видимо, не договорились. Жалко. Хорошие бы ученицы получились.

– Так не теряй время, пока остальных достойных кандидаток не перевешали, – говорю, вскакивая в седло.

Не знаю, почему-то судьба тех нищенок меня расстроила. С ними поступили явно несправедливо. Так-то им по идее должны были на первый раз по ручонке отрубить. Тут, видимо, без вмешательства графини не обошлось. Суд был не городской, а феодальный, раз из замка спёрли. А в законах о владетельном правосудии рамки вообще не прописаны.

С Арчи и Киром попрощались за воротами. Бирюк знал, что ему придётся здесь остаться, поэтому на его пегой лошади, которую он взял под уздцы и повёл в форт, лежат два тюка с его скромными пожитками.

Совсем без его науки я не остаюсь. По четвёртым дням каждой недели, когда в обитель из форта приезжает за продуктами повозка, он будет её сопровождать. Часа времени на погрузку нам хватит, чтобы провести тренировку. Ну, а в остальные дни я сам как-нибудь обойдусь. Возьму себе в спарринг-партнёры Ника с Иваном. Буду их колотить и по земле валять.

– Мы куда, милорд? – удивился Герберт, когда я показал командиру авангарда на дорогу, ведущую к северу.

– На пасеку заедем. Мёду возьмём.

– Зимой? Какой зимой мёд?

Ага. Зима. Крестьянин, торжествуя, на дровнях обновляет путь. Это не про здешние края. Интересно, в этом году снег выпадет хотя бы разок? В прошлом выпадал, причём, несколько раз. Впрочем, отсутствие снега вовсе не означает, что пчёлки будут в такой холод трудиться. Но у пасечника есть запасы мёда в сотах. В обители же только выкачанный.

– Летний, какой же ещё? У твоего коллеги и приятеля на носу свадьба. А для его невесты нет лучше подарка, чем горшочек с мёдом. Или пустой, который никуда не денется, будет лучше?

Я коротко рассмеялся, Герберт с Алисой тоже улыбнулись, хотя, понятно, всей глубины моей шутки не поняли, книга «Винни-Пух и все, все, все.» пока мною не написана.

Разумеется, сладости – мёд, сахар, леденцы – это лишь ироническое дополнение к Юлькиному приданому. Основное – это дом, который я решил им с Эриком подарить в нашем поселении. Нет, готовые сейчас не продаются. Строится много, но не на продажу. Квартиры здесь вообще отдельно нельзя купить, только снимать в доходных домах.

Так что, брат Георг выделил земельный участок, недалеко от главной площади. Там когда-то, лет пять назад, располагался летний загон для монастырского стада коров, а теперь эта территория разбита на участки и продаётся под жилищное строительство. Кстати, земля там дорогая, всё ж центр городка, рядом с административными зданиями, гостиницей, трактирами и лобным местом. Ну да мне-то даром достался, не жалко и подарить одному из своих самых ближайших соратников и подружке детства моего предшественника.

Только одним лишь земельным участком моя щедрость не ограничивается. Брат Алекс, наш казначей, подобъёт смету расходов на строительство скромного, но вполне приличного дома в шесть комнат, и я оплачу строительные с отделочными материалами, а также труд бригады каменщиков, которая как раз завершила ремонт южной стены. Остальные работы, включая кровельные, сделаю силами монастырских рабов.

Эрику я на свадьбу уже подарил отличный латный доспех. Вряд ли лейтенант Ромм станет его надевать, он предпочитает лёгкие кожаные, но пусть будет, мало ли что. Главное, что дорого. Я за этот доспех в Рансбуре почти две тысячи драхм отдал, и то с большой скидкой, которую мне Леон Рофф помог выбить.

Юльке повезло. Горшочков у пасечника не оказалось, лишь горшки, самый мелкий литра на три. Вот его и наполнили янтарными сотами. Крюк на пасеку сделали совсем небольшой, и задержались там ненадолго. Вернулись к обители даже раньше, чем я планировал. Наверное, можно было бы и военные игры в лесу посмотреть. Хотя нет, тогда б я точно перед закатом только домой приехал.

Обгорелые трупы казнённых отравителей сняли, а когда мы проезжали мимо столбов, к которым те были прикованы, их уже повалили, и два послушника снимали цепи. Правильно, металл дорог, и оковы ещё не раз пригодятся.

Получилось так, что мы вернулись к окончанию обедни в нашей церкви и торжественного богослужения у святого источника. Народ уже валил назад, поэтому моё возвращение оказалось таким же приметным, как и отъезд. Опять приходится благословлять выкрикивающих приветствия людей.

Возле воротной арки пришлось задержаться, чтобы переговорить с братом Симоном, а когда доехал до крыльца главного здания и спрыгнул с коня, увидел запыхавшегося библиотекаря, спешащего что-то мне сообщить. Нельзя в его возрасте так быстро бегать. Ещё сердечко прихватит.

– Что-то важное, брат Валерий? – спрашиваю его.

Тот ответил не сразу, сначала отдышался.

– Да, ваше преподобие, – наконец смог заговорить и протягивает мне полоску ткани. Он же у меня не только за книгоиздание и хранение фолиантов отвечает. Голубиная почта тоже на нём. Понятно, что это за ленточка у него в руках. – От вашего лейтенанта Ригера прилетел. Правда, в этом послании ничего не понятно. И оно очень короткое.

Вот он недостаток нынешней почты. Все подряд могут мою переписку читать. Ну, ладно. Что есть, то есть. Забираю послание и спустя десяток секунд не могу сдержать стона. Там написано: «Меня вызывали в инквизицию. Велено передать вам срочно и дословно: это милорд Курт Неллерский. Всё. Ничего не объяснили.»

Чёрт, а чего тут ещё-то объяснять? Подробности поисков и дознания виконт Филипп обещал сообщить письмом, но уже и так всё ясно. Ну, дядя. Орёл какой.