Текст книги "Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12 (СИ)"

Автор книги: Семён Афанасьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 28

До района Оtemachi Ван добрался легко – подземка. Надписи в токийском метрополитене продублированы упрощёнными китайскими иероглифами, сориентироваться не проблема.

Офис их новой компании находился рядом с деловым центром города, где много штаб-квартир крупнейших национальных корпораций и банков – компаньоны твёрдо заявили, на локации экономить нельзя.

Ван прошёл к нужному современному стеклянному небоскребу, вошёл внутрь, огляделся в лобби – здорово. Интерьер не для среднего класса.

Китаец приложил к турникету электронный пропуск, кивнул в ответ приветствующему охраннику и направился к лифтам. Поднялся на двадцать второй этаж, приложил ладонь к сканеру – сработал электронный замок, настроенный на биометрию авторизованных сотрудников.

Дальше была стойка ресепшн.

На стене чуть выше блестела тонкая серебристая надпись с логотипом:

Shinsei Cognitive Systems 新成コグニティブシステムズ

Из-за стойки тут же поднялась улыбчивая администратор:

– Доброе утро, Президент Ван, – она кланялась, приветствуя, по-японскому обычаю, однако говорила по-китайски (свободно).

Такую и искал рекрутинг, потому что один из отделов разговаривает исключительно на жонггуо – старая знакомая, тайваньская партнёрша по биотехнологиям, среагировала на его освобождение из тюрьмы и переезд в Токио мгновенно.

Оказывается, она все эти годы ждала его, чтобы продолжить работу (и не только) – получив хорошие известия, Мин тут же перебралась сюда вместе со всем свои исследовательским штатом: «Раз с финансированием у нас проблем нет, вместе работа пойдёт быстрее».

– Доброе утро, – Ван улыбнулся администратору в ответ.

На пару секунд замерив, Бай Инь, не скрывая удовольствия, любовался логотипом компании на стене.

Его собственной компании.

– Не только моя, – дисциплинированный учёный тут же тихо поправил себя вслух. – Но и моя тоже.

Комплектующие для пилотной версии Решетников благодаря Андо, бывшей начальнице-логисту из Йокогамы, вытащил с миру по нитке готовыми, от разных производителей, даже что-то из Австралии пришло для нейрошунтов.

Когда в новом офисе соединились и сотрудники, и комплектующие, первый образец на коленке собрали за неделю. Практический прототип стабильно показал шестьдесят два процента результата пять раз из десяти – что было более чем весомым прорывом.

Революция.

Китайские инженеры в тот момент затеяли громко поздравлять друг друга, японцы же на секунду затихли – перепроверяли по несколько раз, не закралась ли в телеметрии ошибка.

Но всё было точно, поэтому Shinsei Cognitive Systems, занимающая двадцать второй этаж полностью, утонула минут на пять в громких аплодисментах.

– Мы это сделали, – тайваньская партнёрша Мин тогда даже смахнула влагу из уголка глаза и обняла Вана как близкого родственника.

Такидзиро потом сказал, многообещающе обняла (так и случилось).

Дальше были обязательная презентация здешнему Министерству, регистрация проекта и комплектующих дробь патента по местным правилам и – та-дам – в офис ручейком потекли топ-менеджеры лидеров отрасли, наперебой предлагая помощь, финансы, сотрудничество. Mitsubishi, Matsusita, многие другие.

Это действительно был успех.

Доставленные из Гонконга благодаря Хаяси Хоноке деньги (сохранённые тётей, пока Ван был в тюрьме), позволили молодому стартапу не просто разговаривать с монстрами индустрии на равных, а где-то даже задвигать большую часть их предложений в долгий ящик.

Плюс дед финансистки, Хаяси Юто, избавился от части пакета Йокогамы, чтобы войти сюда на паях. Плюс немалые деньги добавили Хьюга Хину и Уэки Ута (эта чуть не судом родителям грозила, выгрызая какую-то свою семейную долю).

В финансах необходимость исчезла стремительно – с учётом работающего прототипа.

Ван отлично понимал в науке и в производстве, но мало смыслил в монетизации. Когда, остыв от головокружения после успеха, он дисциплинированно взялся за эту часть, то увидел, что ему там делать нечего: Уэки Ута, Хьюга Хину, Такидзиро отлично справились сами. Старый товарищ Решетников рулил преимущественно стратегическим курсом (бесценно, нужно отметить), а топ-менеджеры Уэки и Хьюга, что называется, на своём игровом поле в помощи не нуждались.

Для себя через какое-то время Бай Инь сформулировал ситуацию по аналогии: каждой девушке нужно выйти замуж. Вот быва девушки, для которых это – огромная проблема и кавалеров нужно разыскивать с прожектором; а есть другие – у них под окнами очередь из завидных женихов, они востребованы всюду, куда ни повернутся, и с планированием будущего никаких проблем у них нет.

На сегодня Shinsei Cognitive Systems была именно такой завидной невестой, правда, в отличие от аналогии, стартап в партнёрах не нуждался.

* * *

– Без проблем. Забирайте. – Хину протянула старшему комиссии здоровенный пластиковый мешок с бумагами, электронными ключами, даже с инструкциями к системе наблюдения на воде.

– Вы так легко всё отдаёте? – представители профильных государственных ведомств переглянулись.

Они явно были проинструктированы заранее: обозначив в «переговорах» с единоличной владелицей Атлетики альтернативу, рассчитывали, что она решит сохранить бассейн любой ценой.

– Нет, не «так легко», – «удивилась» она. – Здесь работает аудио и видеофиксация, – тычок пальцем в табличку на стене. – Наша встреча полностью зафиксирована, для суда свидетельство неоспоримое, я хорошо знаю законодательство.

Они хлопали глазами и не понимали.

– Сейчас составим опись, – продолжила пловчиха, – акт приёма-передачи бумаг и аксессуаров, – щелчок ногтем по пакету. – Затем мои законные представители пойдут с вами по площадям, делать акт приёма-передачи помещения. В таком порядке.

Высокие члены комиссии затеяли переглядываться, уже не скрываясь. Не на такой результат они рассчитывали, точнее, не такой результат им был заказан.

– Хьюга-сан, вы уве…?..

– Да. Я всегда отдаю отчёт своим словам, действиям и их последствиям. Господа, у меня очень мало времени – я перешла топ-менеджером в стартап, о котором вы тоже скоро можете услышать. Давайте, вы будете делать свою работау⁈ – она вытряхнула содержимое мешка на специально подготовленный огромный стол. – Здесь все ключи, документы. Составим опись – дальше разберётесь без меня.

– Но у вас бассейн отделён и в лицевых счетах, и по документам от зоны отдыха! – встрепенулся представитель муниципалитета, разбиравшийся в недвижимости профессионально.

– Ну да. Зону отдыха я вам и не передаю, эта часть этажа остаётся за мной – её же нет в проекте судебного решения, – пожала плечами Хьюга. – Бассейн – насквозь нерентабельный и дотационный бизнес. Раз дотация государства больше не актуальна, плюс лицензия аннулирована, плюс есть решение о принудительном изъятии объекта в пользу государства – давайте это решение исполнять. Вы же с ним сами пришли!

Молчание с той стороны стола. Пришедшие отбирать бассейн изначально не хотели, чтобы она его отдала. И теперь не знали, как им быть.

– Зона отдыха, сауны, массажный сектор, кухня, лобби, мини-отель, далее по списку – это всё совсем другой объект, – продолжила Хину. – Вот ВАШ план этажа, – она отделила из их стопки бумаг нужный лист. – Чётко указано, вы можете взять только бассейн. Точка. На всякий случай: вход на девяностый этаж с первого через меня для вас с завтра недоступен, извините. Двери будут наглухо заложены бетоном сегодня же – моё святое конституционное право. Решайте у себя, как будете в бассейн попадать. Возможно, через крышу – вертолётная площадка.

Она не стала добавлять, что и Йокогама никого из новых «собственников» на девяностый через себя не пропустит ни снизу, ни сверху.

Держаться за водную арену Атлетики Хину больше не планировала – её ждали в другом месте. В широком смысле.

– Вам совсем не жалко своего же начинания? – представитель спорткомитета в её мотивации понимал больше других, поэтому спросил в лоб.

Пловчиха насмешливо улыбнулась, говоря без слов: вы отбирать явились или наоборот уговаривать?

– Когда-то Хьюга Хину не мыслила себя нигде вне плаванья, – вслух, однако, она честно ответила такому же бывшему спортсмену, как и сама. – Тогда бассейн Атлетика стал ей точкой опоры, чтобы двигаться в жизни дальше. Сегодня Хьюги Хину выросла и костыли ей больше не нужны. То время прошло, у меня следующий период жизни.

Говорить, что детские группы заблаговременно переданы другим тренерам в других секциях плавания, она не стала. Как не стала и объяснять то, что кроме детей на воде иное её никогда по-настоящему не интересовало.

* * *

– Дворец! – На пороге пентхауса её встретила Уэки, восторженно оглядывающаяся по сторонам. – У нас теперь свой дворец!

Их общее новое жилище занимало два верхних этажа премиального небоскрёба и имело более тысячи квадратных метров площади. Здорово больше, под тысячу триста.

– Если мы тут живём все, у каждого должно быть личное пространство, – серьёзно ответила Хину, разуваясь и шлёпая босиком в направление кухни. – Что из еды есть готового? Умираю с голоду.

– СТОЙ! Тормози! – Уэки зашипела шёпотом и вцепилась в одежду пловчихи. – Там Такидзиро-кун что-то готовит! Говорит, праздничное – перед приходом гостей!

– Да я бы что есть готового взяла из холодильника, на этом всё, – Хьюга озадачилась. – Могу, конечно, обратно в лифт и на первый этаж спуститься. Если в родном доме чашка чая резко стала проблемой.

На первых этажах здания она имела ввиду рестораны.

– Пха-ха-ха, купилась, – Уэки, одетая по-домашнему в минималистичные шорты и такой же топ на голое тело, показала язык и оттопырила уши руками. – Это я на тебе проверяю, смогу ли вами двумя манипулировать.

– Ею точно не сможешь, – покачала головой спортсменка, имея в виду третью женщину неожиданного коллектива, поселившегося в этих апартаментах одновременно с открытием офиса Shinsei Cognitive Systems. – Это я нет-нет думаю, как бы тебя не обидеть. А Моэко с тобой возиться не будет, если ты с ней будешь такие номера откалывать.

– С ней не буду, – шмыгнула носом айтишница, подхватывая Хьюгу под руку. – На втором этаже есть вторая кухня, погнали, там вдвоём посидим?

– Что за странная тёплая ностальгия? – Хину вопросительно подняла бровь, впрочем, послушно позволяя себя направить к консольной лестнице из дерева и стекла, ведущей на второй ярус.

– Он реально озабочен кухней! Ты не видела! Работает как вентилятор, занял семь конфорок, разложил на большом столе разделочные доски!

Большой кухонный стол имел в длину около семи метров

– Интересно было бы на это посмотреть, – пробормотала спортсменка, поднимаясь по лестнице.

– На, я на видео сняла, – Уэки сзади воткнула ей в руки свой смартфон. – Только туда давай пока не ходить?

– Уже не идём, – Хину с любопытством на два раза прокрутила короткий ролик, на котором единственный в пентхаусе мужчина изображал что-то среднее между мастер-шеф-поваром и скоростным кухонным комбайном.

– Мне кажется, он в трансе! – Ута пропустила последнюю реплику собеседницы мимо ушей. – Похоже на какое-то волшебство. Как закончит своё варево – спустимся.

– Как узнаем, что он закончил?

– Камеры уже подключены.

Оборудование нового жилища системой видеонаблюдения, не сговариваясь, было отдано на откуп бывший директору департамента IT корпорации Йокогама.

– Классное место. – На втором этаже пентхауса Хину замерла перед стеклом пол-потолок, любуясь панорамой города с высоты птичьего полёта.

Когда, выясняя отношения узким междусобойчиком, они пришли к выводу жить вчетвером («…на этом жизненном этапе, по крайней мере!» – уточнила тогда Уэки), оно совпало по времени с открытием Shinsei Cognitive Systems.

Премиальные небоскрёбы в этой части Токио как правило имеют стандартную планировку: до сорокового этажа – офисы, первые два-три – рестораны и тому подобное, выше сорокового – жилые апартаменты.

Верхние два этажа в таких зданиях всегда отдаются под пентхаусы, который они и купили.

– … И на работу ездить недалеко, – жизнерадостно кивнула Уэки, становясь рядом и укладываясь ухом на плечо Хьюги.

– Ута-тян, ты меня пугаешь своими нежностями, – убийственно серьёзно произнесла Хину. – В Йокогаме я за тобой их не замечала, чем объяснить?

Они синхронно хохотнули.

С нижнего этажа донеслись звуки сработавшего электронного замка и открывающейся входной двери, затем раздался громкий голос Моэко:

– Ау-у! Кто где? По датчикам вы все дома!

– Иди сюда! – Уэки молнией метнулась к лестнице и призывно замахала сверху руками. – Мы с Хину-тян тут, шагай к нам!

– А господин наш чем занят?

– Кушать готовит на том этаже, где ты сейчас! Хаяси Хонока с женихом и с семьёй придут вечером – Такидзиро-кун хочет всё сделать своими руками. Зачем-то. Говорит, так надо.

– А кто жених? – Миёси-младшая разулась и потопала вверх по лестнице. – Тот, кого мы видели с ней последним?

– Ну да! Дипломат, который с нами в Пекине был, бывший сослуживец Такидзиро! – Уэки не понимала, как жизнь её лучшей подруги может быть неинтересной тем, с кем она живёт вместе.

На кухне они втроём залезли на высокие барные стулья и принялись гипнотизировать взглядами металлический электрочайник, ожидая, пока закипит.

– Что нового? – поинтересовалась пловчиха у подруги.

– Стрелка нашли – того, кто по нам у суда палил и комиссара Янагиду застрелил. Это один человек. У вояк в известном Управлении – внутренняя безопасность со следствием плюс парламентская комиссия с надзором, прокуратура жмётся под стенками и чихнуть боится. – Коротко перечислила адвокат. – Китаец Рю Сэйкай, который подкатывал к отцу перед нападением на мелкую, из всего списка единственный, кто пока скрывается – но это до поры.

Вслух не прозвучало, но по контексту было ясно: у Миёси Мая свои возможности. Если кто-то не хочет честно отвечать перед законом за свои поступки, он за них всё равно ответит, без подробностей.

– Устала? – Уэки замерла, спрыгнула со своего стула, по дуге обошла спину Хьюги и втиснулась между якудзой и пловчихой, обращаясь к борёкудан.

– Поспать бы не отказалась, – вздохнула одна из самых известных адвокатов страны на сегодня, поскольку являлась помощником гособвинения в громком судебном процессе против Токийской окружной прокуратуры.

В том, где обвинение отдали адвокатуре – дело было громким, сложным и грозилось затянуться надолго.

– Но если вы говорите, гости придут… – Моэко вздохнула.

Попив чаю, проглотив пару моти, борёкудан громко хлопнула ладонями по столешнице:

– Дамы, имею предложение. Сейчас все втроём идём на нижнюю кухню и делаем ревизию.

– Какую?

– Проверяем, что наш господин там ваяет. Не хотела с вами спорить на голодный желудок, но подумайте сами: придут гости – а у него, допустим, не получится.

– И? – Ута напряглась.

– На кого падёт тень презрения в этом случае? – хмыкнула Моэко. – Кого сочтут нерадивыми? Единственного в доме мужчину – или трёх живущих с ним женщин?