Текст книги "Второй шанс для многохвостой лисицы (СИ)"
Автор книги: Селина Катрин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)
Леди Рейко нервно рассмеялась: слишком быстро и слишком громко для наступившей тишины.
– Я всегда знала, что его высочество обладает тонким чувством юмора, – произнесла она с натянутой улыбкой. – Прошу понять… я просто переволновалась. Стража появилась слишком внезапно, их было так много… на миг мне показалось, будто меня уже признали виновной. Да и то, что я согласна на осмотр, разве не говорит о том, что я и в мыслях предположить такое не могла? Любой бы растерялся в такой обстановке – всё-таки речь идёт о посягательстве на члена наследного рода огненных драконов.
Она огляделась по сторонам, выразительно глядя на мужчин в небесно-голубых доспехах. Они действительно сомкнулись не только вокруг пагоды, но и каким-то образом оказались среди подданных в зале.
– Приятно осознавать, что вы понимаете, насколько серьёзен проступок, – с каменным лицом отвел Эван. – Всё-таки речь о магическом вмешательстве. Опасном, особенно если магия направлена на волю принца.
«Что он делает? Почему её до сих пор не арестуют?» – подумала про себя.
– Уважаемый мастер Трёх Ветров Сейджин-сан, – тем временем принц Эван обратился к одному из моих наставников, – зачитайте, пожалуйста, какое наказание предполагается тем, кто спланировал какое-либо покушение на принца.
– Посягнувший на волю члена наследного рода, прибегнувший к запретной магии, приговаривается к смертной казни через обезглавливание мечом. Ибо воля правящих драконов есть воля Огненного Архипелага, а искажение её – тягчайшее преступление против трона и драконьей крови. Для леди благородных кровей есть послабление в виде Дара Яда, для крылатых господ и самураев – добровольный уход из жизни по кодексу чести, – наизусть оттарабанил мой учитель, вытянувшись в струнку.
Леди Рейко кашлянула.
– Как же всё-таки хорошо, что меня не обвиняют. Повторюсь, я была последней, кто принимал ваши благодарности, но чашка с настоем, смею заметить, стояла довольно долго. Кто угодно мог подлить приворотное зелье, верно?
Принц Эван чуть склонил голову набок, и в этом движении было больше интереса, чем удивления.
– Приворотном? – переспросил он спокойно. – Любопытный выбор слова, леди Рейко.
Он перевёл взгляд на Масанори-сана.
– Насколько мне известно, уважаемый исэи сказал лишь о наличии магии в настое. И только. Так откуда же вы знаете, что зелье было приворотным?
Прода 12.03.2026
«Вот и попалась даже без вещественных доказательств», – поняла я, да и все в пагоде.
Пауза затянулась.
Леди Рейко замерла. Губы приоткрылись, но ни одного слова не последовало. Цвет снова медленно начал уходить с лица. Волнами.
– Взять её! – ледяным тоном приказал принц. – В темницу. И леди Арданэль тоже.
– А меня-то за что⁈ – воскликнула исэи павильона Зимних Слив, которая до сих пор стояла в стороне и наивно считала, что её никто ни в чём не подозревает.
– За помощь в организации преступления. Стража, обыщите покои леди Арданэль и принесите доказательства, – отдал последний приказ принц Эван, а затем круто развернулся и вышел вон из пагоды, несмотря на бурю, которая только-только здесь поднималась.
Я юркнула вбок, продемонстрировала страже свою форму – и меня выпустили без вопросов.
Глава 32. Ханами
Солнце давно скрылось за горизонтом, а я всё бродила по дворцовым дорожкам, так и не находя в себе сил вернуться в павильон Стальных Копий и лечь спать. О каком сне могла идти речь? Сердце колотилось где-то в районе горла, то и дело меня бросало то в жар, то в холод от сцены, свидетельницей которой я стала в пагоде.
Это ж настолько леди Рейко хотела стать влиятельной особой, что не побоялась подлить его высочеству приворотное зелье! А Яори молодец… Умный всё-таки дракон. Я наивно думала, что надо забрать флакон из комнаты Ханами, и на этом всё, а он поступил куда дальновиднее: рассказал всё принцу, и они вдвоём придумали такую ловушку.
Тут не просто изъят флакон из мангового дерева, но и неоспоримые доказательства того, что именно леди Рейко его заказала! А у кого – снова стало понятным лишь после сегодняшнего ритуала. Леди Арданэль выдали лишь взгляды, но, судя по всему, у шестого принца и его Правого Крыла всё было схвачено: кто-то пристально наблюдал за обеими женщинами заранее. Если бы не тот полный торжества и радости мимолётный взгляд леди Рейко на исэи, то неизвестно сколько бед ещё бы принесла Арданэль. Опять же, готова спорить, что именно она и Ханами помогла с зельем Расплывчатого Сознания. Нет, Яори всё же гений! Так всё придумать, так всё обставить…
Стемнело. Ноги сами собой привели к южным воротам, я и не заметила как. Я поймала себя на том, что задумчиво рассматриваю тории, которые стояли чуть поодаль, за пределами дворца. Алая арка вырастала из темноты, будто вырезанная из закатного солнца. Строгие перекладины чётко вырисовывались на фоне ночи, а тени от зажёгшихся фонарей ложились ровными полосами на каменную дорожку, ведущую за пределы дворца.
Тории на центральном острове носили защитную функцию даже бóльшую, чем сами ворота. Если последние не пропускали врага физического, то арка отпугивала Мёртвые Души. Я посмотрела на неё и мысленно себе поставила зарубку: надо всё-таки рассказать Яори о грядущем прорыве. Уже полгода в этой реальности, время летит неумолимо. До сих пор у меня так и не получилось ни с кем поговорить на эту тему, но, в отличие от Мирана, Правое Крыло мне поверит. В грядущее землетрясение же поверил. Он вообще, как выяснилось, на редкость понимающий дракон.
Ровно на этих мыслях я кивнула себе, развернулась и… нос к носу столкнулась с Ханами. То, что это именно она, я поняла сразу – по взгляду, полному такой густой обжигающей ненависти, что захотелось отступить на шаг.
Кимоно некогда барышни из павильона Зимних Слив было испачкано и даже порвано в двух местах, волосы растрёпаны, ни румян, ни макияжа, а вместо многочисленных канзаши – ровным счетом ничего. В левой руке Ханами сжимала грубый холщовый мешок, набитый так плотно, что ткань натянулась и угрожающе трещала. Правую она прижимала к себе, широкий рукав всё скрывал, но по неестественным очертаниям ткани сразу становилось ясно: кисти там больше нет. Судя по тому, как ровно держалась Ханами, а не загибалась от боли на футоне, исэи сжалились и полностью обезболили наказание.
Бывшая подруга поймала мой взгляд, и кривая усмешка исказила её лицо.
– Радуешься, да? Что Мирана у меня отбила? – сказала она, даже не пробуя соблюдать правила приличия, и плюнула на землю около моих сапог. – А меня вот выгоняют из дворца. Я, между прочим, из-за тебя никогда теперь ни риена своим талантом не заработаю!
Она демонстративно пошевелила правым рукавом, из-под которого вырвалось золотое сияние. Ну точно исэи поработали.
– Не из-за меня, а из-за себя, Ханами, – ответила ровно, опустив ремарку про Мирана. – Ты неоднократно воровала вещи у господ, я уже молчу про кражу золотой печати из хранилища. Ты знала, на что идёшь.
– Да не воровала я! – зарычала она.
Спутанная прядь упала ей на лицо. Так как одна рука была занята, а второй кисти теперь не было, дёрганым движением шеи Ханами откинула прядь за спину. Гнев сменился раздражением.
– Эти зажравшиеся оборотни и драконы, как правило, даже не замечали, что у них что-то пропадало. Подумаешь! Амулет тут, шкатулка там… Это ерунда для них, а для меня – целое состояние! Я благодаря этому хоть какие-то деньги имела. Ты хотя бы представляешь, сколько могут заработать девушки в павильоне Зимних Слив⁈
Прода 13.03.2026
А я представляла…
Я же ведь жила так в прошлой жизни аж девять дет. Это в этой меня не взяли во дворец из-за отсутствия талантов. Но, разумеется, Ханами этого не знала. Впрочем, ответ ей и не требовался. Как всегда, она видела виновными всех, кроме себя:
– Тебе хорошо, ты жалование тени огненного клинка получаешь! А мы, художницы, можем лишь на праздники картины продавать! – причитала она с горечью. – Хотя что это я, теперь я и так не смогу…
Я лишь покачала головой и посторонилась. Если наказание не изменило мышления Ханами, то мои слова точно не сделают лучше.
– Ты опоила Мирана приворотным зельем, – внезапно с горечью ткнула в меня обрубком руки бывшая леди. – Я это точно знаю, жаль, доказать не могу! Если бы ты не пошла на это, он бы всё ещё любил меня и взял вину полностью на себя! Он клялся мне, что позовёт замуж!
Я вновь отрицательно покачала головой. На этот раз потрясённо. Есть люди, которым проще жить в иллюзиях, чем посмотреть правде в лицо. Что ж… каждому своё. Не мне их судить.
– Нет, я его не опаивала. Я бы никогда не пошла на такое.
Ханами задержала на мне взгляд – тяжёлый, мутный, наполненный злой насмешкой. Затем коротко и презрительно фыркнула, явно не поверив ни единому слову, развернулась и поплелась прочь из дворца. Она шла медленно, неровно, шаркая обувью по камням, словно каждый шаг был наполнен болью, хотя физическую боль ей милосердно заблокировал исэи.
Бывшая воспитанница павильона Зимних Слив доковыляла до ворот, когда я вспомнила о неприятном событии с эльфийскими клинками и окликнула её:
– Ханами, погоди! Скажи, это ты тогда распустила слух… ну, что у меня в комнате есть нечто украденное? Чтобы стража меня проверила?
Я так и не поняла, кто тогда сказал слугам такую ерунду. Князь Рассветный подарил мне клинки наедине, и я ими не хвасталась даже в классе. На тот момент только Яори видел их у меня в руках, но, разумеется, я и в мыслях не допускала, что он злопыхатель. Кто тогда распустил слух? Зачем? Я так до конца и не разобралась.
Ханами оглянулась и посмотрела на меня с раздражением.
– Ты так и не поняла? Конечно, это была я, – фыркнула она. – Я хотела, чтобы у тебя нашли лунный шёлк и тебе пришлось оправдываться, откуда он. В таких вещах оправдания всегда звучат хуже самой правды – слухи липнут быстро, а репутация трещит по швам даже от одного намёка. Но эти мужланы из огненных клинков оказались такими тупыми, что даже не отличили изящную ткань от твоих помойных тряпок.
Она вновь отвернулась, а я так и продолжила смотреть в её спину, думая о том, какая же Ханами, оказалось, завистливая, мелочная и поразительно недальновидная. Выходило, что вся история с эльфийскими клинками была не злым умыслом судьбы, а всего лишь нелепой, почти насмешливой случайностью.
«Из-за которой тебе уже чуть не отрубили руки», – напомнил внутренний голос.
– Вот ты где, а я тебя повсюду ищу. – Внезапный мужской голос вернул меня из размышлений на бренную землю.
Я развернулась и с улыбкой посмотрела на Яори. Тёмные волосы рассыпались по плечам, чуть растрёпанные, будто он не раз проводил по ним рукой, алый плащ спадал с плеч тяжёлыми складками и ловил редкие отблески фонарей. Правое Крыло Дракона выглядел по-настоящему уставшим: не столько телом, сколько душевно. Таковы те, кто совершает маленькие подвиги каждый день. Но даже в этой усталости в нём оставалась собранность и сила, спокойная и уверенная, от которой становилось легче дышать.
– Я тоже рада тебя видеть. Кто-то попросил не забыть про ритуал в пагоде, а сам не пришёл. Расскажешь, где пропадал?
Глава 33. Принц
Мы сидели на нашем месте – на черепичной изогнутой крыше крыла дворца, принадлежавшего принцу Эвану Аккрийскому. Тёплая черепица хранила дневное солнце, и это тепло лениво расходилось под ладонями вверх по рукам и спине. Месяц золотого дыхания в этом году выдался очень сухим и приятным. Звёзды рассыпались в таком количестве, что невольно складывалось ощущение, будто боги опустили небо ближе к земле. Лёгкий ветерок приносил с собой соль океана и аромат цветов северного сада.
Я сидела, подтянув колени и частично опёршись на плечо Яори, и чувствовала редкое, почти забытое ощущение – будто всё на своих местах. Больше нет необходимости что-то решать прямо сейчас. Уют не в вещах и не в стенах – он в тишине между словами, в ровном дыхании рядом, в уверенности, что именно здесь и именно так быть правильно. С Яори было неожиданно уютно и правильно.
Чтобы забраться сюда, мне пришлось перекинуться в лисицу и обратно. Правое Крыло же ловко забрался по изгороди, цепляясь за балкон в ипостаси человека.
– Я допустил непростительную оплошность и совсем забыл поздравить тебя со вторым хвостом. С первого взгляда я понял: передо мной не простая лисица, а кицунэ, – внезапно с лёгким поклоном головы сказал Яори.
Я хмыкнула, сделав жест, что принимаю поздравления. В прошлой жизни, когда у меня прорезался второй хвост, я прыгала буквально до потолка, а мама с папой созвали всех соседей, чтобы отпраздновать это событие. Сейчас же… я хорошо понимала, что хвост – это всего лишь хвост. Да, больший магический потенциал, но что толку с него, если даже тогда я не смогла его реализовать? Ведь нужен кто-то, кто будет учить, причём годами… И если даже простые учителя, как Томеро-сан, берут целое состояние за уроки живописи, то научиться владеть магией девяти хвостов вряд ли мне когда-либо будет по карману. Другое дело, что чем больше у существа магический потенциал, тем дольше оно живёт. Именно поэтому драконы такие долгожители, что могут преспокойненько бороздить земли и тысячу лет. Тут да, этот момент, конечно, очень приятен.
Прода 14.03.2026
И, словно прочитав мои мысли, Яори вдруг добавил:
– Когда я закрываю глаза и прислушиваюсь к твоей ауре, у меня есть уверенность, что у тебя вырастут и третий, и четвёртый хвосты. Как ты смотришь на то, чтобы я научил тебя управляться с магией?
Я изумлённо посмотрела на Правое Крыло:
– А так можно⁈
В том смысле, что это же весь бесчисленное количество часов совместной работы, тренировок… Оно вообще Яори надо?
Но тот пожал плечами и хитро улыбнулся:
– А почему бы и нет? Но у меня будет условие.
Я напряглась.
– Какое?
– Расскажи мне, как ты узнала про землетрясение на Алом Рассвете.
Я посмотрела на Яори. Он – на меня. Внимательно, выжидающе… без напряжения, но с любопытством. Я вздохнула. Рассказать или нет? С одной стороны – безумно хотелось. Но с другой стороны – кто знает этих богов? Есть ли у меня гарантии, что Великая Прядильщица не обидится и наша сделка не будет аннулирована? Пожалуй, нет. Ставки слишком высоки, чтобы так рисковать.
Поколебавшись, я ответила:
– Я не могу дать тебе ответ сейчас, Яори, но обещаю, что в следующем году после месяца золотых шаров смогу всё рассказать, а сейчас… Пожалуйста, не задавай вопросов. Просто верь мне, как поверил с землетрясением. Считай, что это дало жителям деревни второй шанс.
– Второй шанс? – Тёмные брови неожиданно взмыли вверх, и Яори посмотрел на меня со смесью улыбки, удивления и какого-то чувства, которое я так и не смогла распознать. – Эли, а ты сама веришь во вторые шансы?
Мне бы рассмеяться от вопроса, вот только во рту внезапно пересохло.
– Ещё год назад я бы сказала, что это звучит фантастично, – ответила, тщательно взвешивая слова. – Но сейчас моё мнение изменилось. Если кому-нибудь когда-нибудь и выпадет второй шанс сделать что-то важное… то, на мой взгляд, как бы парадоксально это ни звучало, это не приглашение второй раз прожить ту жизнь. Это напоминание, что жить надо здесь и сейчас.
Несколько долгих секунд Яори молча смотрел на меня, не мигая, так пристально, что воздух между нами сделался плотным. Его взгляд скользнул ниже и остановился на моих губах. В тот же миг их защипало, как от внезапного холода или слишком горячего чая: странное тревожащее ощущение, в котором смешались смущение, ожидание и понимание, что сейчас на этой крыше только мы вдвоём, отрезанные от целого мира.
Я и сама не уловила тот миг, когда равновесие исчезло – будто крыша чуть накренилась, ночь качнулась, а звёзды на секунду сдвинулись со своих мест. Вот я ещё сидела, опираясь ладонями о тёплую черепицу, а в следующий вдох уже лежала на неровном скате.
Яори оказался надо мной слишком близко, и одновременно это произошло без резкости или суеты. Он упёрся вытянутыми руками по обе стороны от моих плеч, не прижимая, но лишая пути к отступлению, и навис, словно тень от пагоды в лунном свете. Его силуэт чётко вырезался на фоне неба, и между нами осталось расстояние не больше локтя.
Я слышала его дыхание – ровное и сдержанное – и вдруг остро осознала каждую мелочь: как холодит ночной ветер оголённую щёку, как черепица давит между лопаток, как сердце сбивается с привычного ритма.
– Где же ты была всё это время, Элирия? Как я мог тебя не заметить? – вдруг он спросил настолько серьёзно, будто от этого зависела чья-то жизнь.
– Да вроде тут и была всё это время, это ты постоянно где-то пропадаешь, – ответила, нервничая и чувствуя затопившее с ног до головы смущение.
Я и Правое Крыло Дракона.
Я и представить себе не могла, что когда-нибудь заинтересую такого мужчину. Это было чем-то немыслимым для меня и в то же время таким желанным. В этой жизни Яори точно стал для меня куда больше, чем другом. Сколько раз он меня спасал, сколько верил на слово…
– Я передумал, – внезапно заявил мужчина, сбив меня с мыслей.
– Ты о чём?
– Об ответе на вопрос. Я больше не хочу знать, как ты предсказала землетрясение. – Он решительно качнул головой. – Я хочу тебя поцеловать. Можно?
– Можно… – обескураженно пробормотала я.
Да разве я могла сказать другое? Это же Яори!
И внезапно вместо того, чтобы склониться ещё ниже, мужчина вдруг усмехнулся и оттолкнулся ладонями от черепицы, вставая.
– Ну учти, ты уже дала разрешение, – то ли пригрозил он, то ли… вообще не знаю что. – Помнишь, ты спрашивала, какая у меня магия? Какого рода я дракон.
Переход оказался столько резким, что закружилась голова. Да, было такое когда-то… Но я уже и думать про это забыла. Неужели это важно? Посмотрев на моё растерянное лицо, Яори вдруг расхохотался, подпрыгнул, и… в следующий миг в небо взмыл дракон.
Золото разлилось по небу, как сорванный с кисти мазок – живой и текучий. Дракон был длинным, змеевидным, без тяжёлых крыльев, но воздух под ним сам изгибался, подчиняясь древней магии. Гибкое тело уходило ввысь бесконечной плавной и витиеватой линией, чешуя мерцала металлическим светом, будто каждая чешуйка была отлита из чистого золота. Грива – огненно-шёлковая – струилась вдоль хребта, колыхаясь как знамёна у храмовых врат, а усы, тонкие и длинные, чертили в ночи знаки, понятные только небу и звёздам.
Прода 15.03.2026
Я была готова поклясться, что уже видела этого дракона. Именно он вёл кондоров к Зелёному Болоту, именно он возвращал меня обратно во дворец. Я смотрела, затаив дыхание. Мысли рассыпались, не желая сходиться в единый иероглиф.
Золотой дракон? Огненная магия? Род Аккрийских⁈
Но как это возможно…
Дракон сделал неторопливый круг над дворцом, красуясь, выпустил огненную струю ввысь, вновь подлетел к крыше, и… это был уже не Правое Крыло Яори. Это был его высочество принц Эван Аккрийский. Он поправлял кольцо на руке, а я во все глаза смотрела на него. Та же фигура, та же причёска, те же движения, жесты, походка и руки… а вот лицо изменилось. Стало… красивее, что ли? Хотя уж куда красивее, драконы и так славятся своей красотой. Не зря их называют существами высшего порядка. Ходят слухи, что боги слепили первое поколение драконов по своему образу и подобию.
Яори… хотя теперь уже, наверное, правильнее сказать «Эван», шагнул ближе, и лунный свет лёг на его черты иначе. Ночное небо внезапно позволило мне увидеть больше, чем прежде.
Дрожь пробрала мгновенно. Осознание догнало с опозданием и врезало аккурат в солнечное сплетение: я всё это время «тыкала» принцу Аккрийскому. Принцу. Настоящему. С титулом, историей и наверняка отдельным учебником по этикету.
Заполошная мысль о манерах всплыла следом и тут же утонула, утянув за собой всё остальное: достоинство, самообладание и моё гордое звание «леди». Вместо них внутри образовалась пёстрая смесь паники, смущения и желания срочно притвориться частью черепицы. Память, разумеется, услужливо подкинула самые «удачные» моменты: болото, деревня русалок, мой вид – скажем так, далекий от дворцового – и тот самый разговор с кормчим про замужество. Лихо, с огоньком, без тени стеснения. Великолепно. Просто эталон поведения при особе королевской крови.
Сверчки в горшке… Да он, наверное, уже составил обо мне весьма цельный образ. Такой, знаете ли, не для галереи предков. И чем дольше я думала, тем яснее становилось: сбежать из дворца самой – куда гуманнее, чем дождаться, когда меня отсюда вежливо, но окончательно попросят.
Видимо, весь этот калейдоскоп чувств отразился у меня на лице без малейшей цензуры, потому что Эван вдруг улыбнулся. Той самой улыбкой Яори – тёплой, чуть насмешливой, словно он только что прочитал мои мысли и нашёл их чрезвычайно занимательными.
– Как… Что… Но почему?.. – только и смогла выдать я, наблюдая за преображением.
– Я тоже отвечу на твой вопрос, но не сейчас, а через некоторое время. – Он внезапно совершенно не по-царски подмигнул и добавил: – Если тебя утешит, Эли, то «ваше высочество» я слышу только от тех, кому от меня что-то нужно. А от тебя мне куда приятнее обычное «эй, ты опять пропал».
Он сделал паузу – ровно такую, чтобы я успела вспомнить ещё больше моментов, от которых хотелось густо покраснеть, – и как бы между делом добавил:
– Кстати, ты мне кое-что должна. Ты дала разрешение.
Вот тут я окончательно поняла: сбежать поздно. Причём не из дворца – от собственной же фразы.
– Я… наверное, не стоит… ваше высочество, – начала было я, но слова предательски запутались где-то на полпути между смущением и капитуляцией.
– Не волнуйся, – мягко перебил он, делая шаг ближе. – Я хорошо запоминаю обещания. Особенно сказанные искренне.
И прежде чем я успела придумать хоть сколько-нибудь достойный ответ, Эван наклонился и поцеловал меня.
Мир, разумеется, не рухнул. Дворец устоял. Звёзды остались на своих местах.
А вот я – кажется, нет.
Глава 34. Вторжение Мёртвых Душ
После месяца золотого дыхания время вдруг перестало идти – оно стремительно потекло. Быстро, скользко, как горный ручей после сезона дождей, не оставляя возможности подставить ладошки и задержать мгновения. Наступил месяц танцующих листьев, за ним пришло дыхание северного ветра, который пролетел как один длинный вдох. Я не успела оглянуться, как главный мастер календаря ознаменовал месяц белых деревьев, а за ним – снежных звёзд.
Я много училась в качестве тени огненного клинка. Как-то незаметно оружие стало продолжением рук: помимо тренировок с алебардой и клинками я взяла за правило вечерами метать дротики в цель. Это чем-то напоминало метание шпилек в кору дерева из прошлой жизни и в некотором смысле меня успокаивало.
Впрочем, часть тренировок внезапно отменили по личному приказу принца Эвана Аккрийского, и я так и не поняла, радоваться этому или срочно искать, чем провинилась. Выяснилось – радоваться. Потому что освобождённое время он без лишних объяснений забрал себе.
Мы стали проводить вместе пугающе много часов. Он учил меня магии – и не просто азам, как управляться с артефактами, а более глубокой, как поймать равновесие между зверем и человеком. Дракон объяснял лисе, как не спорить с силой, а договариваться. Иногда это выглядело так, будто мы просто сидели на крыше и молчали, слушая ветер. Иногда – как маленькая катастрофа с подпаленными занавесями, после которой Эван философски замечал, что «для двухвостой лисицы прогресс впечатляющий».
Он учил меня чувствовать потоки – не глазами и не разумом, а тем местом внутри, где зверь и человек ещё не решили, кто из них главный. Показывал, как магия меняет вкус воздуха перед тем, как проявиться, как дрожит пространство за мгновение до всплеска силы и как важно в этот миг не вцепляться в неё, а позволить пройти сквозь себя.
Прода 16.03.2026
Эван начал брать меня с собой на короткие вылазки – помочь тут, разобраться там. То сопровождение торгового каравана, где моя лисья чуткость вовремя учуяла засаду. То переговоры с горным кланом, где Эван изображал своё собственное Правое Крыло, а я – «очень сварливую придворную даму». Всё это требовалось, чтобы вождь клана побыстрее согласился на условия принца Аккрийского. Как Эван и сказал когда-то, ещё будучи в образе Яори, основная магия заключалась не в том, что я умела, а как я эти умения использовала для решения проблем. Чаще всего магия и вовсе не нужна была – только терпение, смекалка, внимательность и несколько других вполне человеческих факторов.
Наше романтическое сближение происходило… неловко. Ну или я так постоянно себя чувствовала, потому что ловила себя на мысли: я влюбляюсь. С каждым днём – сильнее. В его голос. В то, как Эван смотрит на меня, когда думает, что я не вижу. В то, как золотой дракон в нём умел быть принцем, а принц – оставаться Яори.
Первые недели после признания на крыше рядом с ним было морально тяжело. Слишком весомый титул, слишком много ответственности, прилипшей к его плечам. Я только-только научилась чувствовать себя расслабленно рядом с Правым Крылом, как выяснилось, что передо мной не рядовой дракон какого-то мелкого или среднего клана, а огненный – правящего рода. Я постоянно спотыкалась о мысль, что Яори, то есть Эван – принц. А потом ловила себя на том, что он всё так же закатывает глаза, когда я хитрю, всё так же улыбается краешком губ, всё так же шутит невовремя и делает тот самый жест – касается моего плеча своим, проверяя, здесь я или ушла глубоко в мысли. И каждый раз это возвращало к простой истине: передо мной всё тот же мужчина. Тот, кого я знала как Яори. Просто он оказался ещё чуточку выше, чем я думала.
И всякий раз, когда думала, что вот я наконец-то привыкла к Эвану и выбрала уважительно-нейтральную стратегию поведения, как он выбивал у меня почву из-под ног. И выбивал с пугающей лёгкостью – будто это было его тайным хобби. То наклонится слишком близко, комментируя мой приём с клинком, и тихо заметит, что с таким поворотом запястья я «крайне уязвима». То, проходя мимо, нарочно заденет хвосты (их он требовал проявлять на тренировках, чтобы я привыкала ловить баланс) и с невинным видом поинтересуется, не укушу ли я, если их гладить против шерсти.
Я старательно держала лицо. Отводила взгляд. Делала вид, что очень занята. Иногда даже называла его «ваше высочество» – исключительно в воспитательных целях. Эван каждый раз морщился, словно я кормила его лимоном, и мстительно отвечал, играя бровями:
– Эли, если ты ещё раз так меня назовёшь, я решу, что ты флиртуешь и намекаешь на ролевые игры.
Апофеозом стала каллиграфия, кураторство над которой принц взял на себя, ведь ему требовалась помощница для составления ответных писем. Однажды он встал непозволительно близко для принца, наставника и вообще любого разумного существа. Я открыла рот, чтобы напомнить про границы, как Эван наклонился и совершенно бесстыдно поцеловал меня. Быстро, почти невесомо, в уголок губ, будто между делом.
– Ты очень красивую формулировку подобрала. Никогда бы не подумал, что тебя не учили «чтению воздуха», так изящно не каждая леди выразится, – сообщил он совершенно серьёзно, отступая на шаг. – Решил тебя похвалить.
Я стояла, ошарашенная, с пылающими щеками и полным отсутствием связных мыслей. Ну конечно, я же училась этому в прошлой жизни почти десять лет, но, увы, не могла признаться… А принц наблюдал за мной с откровенно довольным видом.
– Эван! – возмущённо прошипела я.
– Что? – Он вскинул брови. – Я предупреждал. Ты разрешение дала. Я же помню. На крыше дело было… Или ты забыла?
И вот тогда до меня дошло: дистанцию здесь соблюдаю только я. А драконы, особенно огненные и правящего рода, правила предпочитали не уважать, а переписывать под себя.
Жуки они, в общем, а не драконы.
* * *
– Эли, ты уверена?
Эван переспросил, наверное, в седьмой раз, и я решительно кивнула. Он ходил из угла в угол, проверял печати, списки, маршруты, возвращался ко мне взглядом и снова задавал один и тот же вопрос – так, как умеют только те, кто привык отвечать за себя и за половину государства в придачу.
Месяц золотых шаров шёл к завершению. На деревьях поспевали оранжевые кисловатые плоды, и воздух дворцовых садов был напоён терпким цитрусовым запахом юдзу. Обычно это было время праздников, ленивых прогулок и шутливых состязаний, но в этом году над дворцом висел иной настрой. Вместо музыки – сигнальные колокольчики. Вместо цветных лент – дополнительные печати на воротах.
«Охрана всего дворца. Боевая готовность», – коротко и сухо значилось в приказах, которые зачитывали огненным клинкам и персональной страже принцев каждое утро.
Я рассказала Эвану о грядущем прорыве Мёртвых Душ, а он поверил и сделал всё, что было в его силах. Памятуя, что в этой реальности некоторые события смещались и одни иногда имели влияние на другие, дворец был готов к нападению с самого начала месяца.
Был усилен караул, были расставлены дозорные на крышах и проверены все тайные ходы, о существовании которых я даже не подозревала. Магические контуры обновляли ежедневно, а Эван лично обходил периметр дворца.
Прода 17.03.2026
– Да, я уверена, прорыв будет сегодня. – Я посмотрела на солнце на небе, поёжилась от воспоминаний годовой давности и добавила: – Меньше чем через полчаса. И нет, я не буду сидеть в павильоне Небесного Дракона. Я тень огненного клинка и буду сражаться, как и все воины.
Эван покачал головой и вздохнул, а затем внезапно притянул к себе и крепко обнял. Мелькнувший вдалеке слуга явно шёл в нашу сторону, но стоило увидеть, что принц Аккрийский обнимает барышню, как он тут же округлил глаза от испуга и спрятался за угол.
Я мысленно усмехнулась: формально я старалась держать дистанцию с Эваном, но дворец уже давно полнился слухами о том, что шестой принц ухаживает за кицунэ. И да, стоило получить второй хвост, как мой статус тоже значительно вырос в глазах общества. Да что там – общества! Сами старшие принцы Олсандер и Катэль неожиданно стали относиться ко мне весьма благосклонно. Хотя, возможно, тут сыграло роль и то, что сам Эван буквально светился от счастья после наших совместных вылазок.
– Хорошо. – Эван чуть отстранился и привычно чмокнул в лоб. – Но учти, за стены дворца имеют право вылетать драконы и воины старше звания мастеров Трёх Ветров. Все тени и простые огненные клинки останутся внутри и будут отражать атаки с воздуха, если они возникнут, охранять слуг, пожилых господ и леди и следить за дисциплиной, чтобы не началась паника. Я очень надеюсь, что тебе не придётся сражаться вообще.
Я кивнула. Я тоже на это надеялась.
– До встречи после прорыва? – Он внимательно посмотрел мне в глаза.
– До встречи, – серьёзно подтвердила я. – Береги себя.
Мы попрощались без лишних слов, и я направилась в свою комнату в павильоне Стальных Копий. Коридоры дворца в этот час были непривычно тихими: шаги гасли в мягких татами, солнечный свет как будто потускнел. Все обитатели дворца были предупреждены о грядущей «полосе испытаний», как решили окрестить прорыв на закрытом совещании первые лица Огненного Архипелага и оракулы. Я понятия не имела, какие слова Эван подобрал, чтобы ему поверили, но ему пошли навстречу. В этом плане даже утром были открыты южные ворота дворца, и всем на острове было рассказано, что провести день в молитвах в стенах дома Аккрийских – хорошая идея. Именно сегодня молитвы будут услышаны, но делать это надо не где-либо, а в пагоде при павильоне Небесного Дракона.
