Текст книги "Что скрывается за чертополохом (ЛП)"
Автор книги: Саманта Янг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)
Как видно, соблазнение упрямого шотландца шло у меня просто великолепно.
Улыбнувшись сквозь разочарование, я перегнулась через консоль и быстро чмокнула Уокера в щеку.
– Спасибо, что присматриваешь за нами. – Затем выскользнула из машины прежде, чем увидела его хмурое лицо.
Менее чем через час я услышала, как подъехала машина, и пошла проверить, не Бродан ли это. Открыв дверь, я увидела не только Бродана, но и Уокера, отъезжающего с парковочного места на противоположной стороне улицы.
Он сидел снаружи, наблюдая за коттеджем, защищая меня издалека, вместо того, чтобы присоединиться ко мне за чаем.
Черт бы побрал этого мужчину.
Возможно, пришло время сдаться.
Сокрушительное разочарование последовало за мной на пассажирское сиденье внедорожника Бродана.
После того, как я насытилась объятиями с Ленноксом, Бродан забрал у меня своего сына.
– Уложу его ненадолго. Позволю вам, леди, наверстать упущенное.
Я неохотно отдала прелестный, теплый комочек, а Монро смотрела на своего мужа и сына с такой любовью и нежностью, что у меня сердце защемило.
– Хочешь еще? – спросила Ро, глядя, как я наблюдаю за Броданом, поднимающимся по величественной лестнице в центре дома.
Их дом впечатлял, как и у остальных Адэров. Я побывала во всех, кроме дома самого младшего брата, Аррана, а у Бродана и Ро был самый шикарный дом, от которого перехватывало дыхание. Стеклянные стены открывали захватывающий вид на Северное море. И у них была кухня мечты: широкие столешницы, огромный островок, большая раковина, плита «Aga» и самый большой встроенный холодильник с морозильной камерой, который я когда-либо видела. Дом был спроектирован с учетом более традиционных вкусов Ро. Все место представляло собой великолепную эклектичную смесь современного и традиционного. Поразительно, что Бродан так быстро справился с постройкой, как раз к рождению Леннокса.
– Хм? – Я повернулась к Ро.
– Я спросила, не хочешь ли ты еще. Еще одного ребенка?
Она задумчиво посмотрела на меня, и я заметила темные круги под ее глазами. И легкую бледность. Но я знала, что это из-за беспокойного сна Леннокса. Келли тоже плохо спала. Я ночами не могла сомкнуть глаз, пока ей не исполнилось два года, и даже тогда эти ночи без сна периодически случались, пока ей не исполнилось четыре.
– Неплохо повторить все это снова, но уже во взрослом возрасте, – ответила я, ухмыльнувшись. – Но не сейчас. Мне, знаешь ли, сперва нужно найти подходящего парня.
– Разве ты его уже не нашла? – Ро одарила меня понимающей улыбкой.
Я закатила глаза.
– Уокер Айронсайд не такой парень. Он просто парень, на которого я хочу взобраться, как на дерево, и вытворять с ним очень грязные вещи.
Моя подруга усмехнулась.
– Так за чем дело встало?
– О, я пыталась, – заверила я, наклоняясь вперед в кресле. – Всю прошлую неделю явно демонстрировала, что хочу его. И думаю, он находит меня привлекательной…
– Конечно.
Я улыбнулась ее быстрому ответу верной подруги.
– Но мне кажется, он, должно быть, думает, что я хочу обязательств.
– А ты точно не хочешь обязательств?
– Хочу… но было бы ужасно, если бы я сказала, что сейчас просто хочу сбежать?
– Сбежать?
– Во что-то удивительное и захватывающее, но несерьезное. Просто двое людей, которые берут друг от друга то, что им хочется. Ро… у меня не было секса пять лет.
Она сочувственно кивнула.
– Я была на твоем месте. Поверь мне. Мне знаком этот период засухи, и это не весело.
– Вот именно! С последним парнем, с которым я занималась сексом, мы сделали это в его машине на свидании – до того, как Натан пригрозил убить его, – и это было быстро и удовлетворительно, но не более того. Я… меня никогда никто так не привлекал, как Уокер, и… я не хочу упустить шанс на отличный секс. Я возьму это без всяких отношений. И если бы у меня появились чувства, я бы все прекратила.
– Ты кажешься вполне уверенной. Так почему бы не пойти на это?
Я грустно усмехнулась.
– Разве ты меня не слышала? Я пыталась. Прикасалась к нему и хлопала своими чертовыми ресницами. Мужчина невосприимчив. Он скорее будет сидеть в машине и смотреть на мой коттедж, чем займется со мной сексом. – С разочарованным вздохом я откинулась на спинку огромного кресла. – Думаю, пришло время сдаться. Я… я доставляю ему дискомфорт, и если бы ситуация была обратной, это назвали бы сексуальным домогательством.
– Тогда скажи ему правду, – прорвался голос Бродана через гостиную, напугав меня так сильно, что я подпрыгнула на кресле.
– Бродан, – охнула Монро. – Ты подслушивал?
Он фыркнул, спускаясь с последней ступеньки.
– Вы не особо шепталась, любовь моя, и комната Леннокса находится у самой лестницы. – Бродан подошел к Монро и сел на подлокотник кресла, поглаживая ее по плечам. Его взгляд остановился на мне. – Думаю, для задушевного разговора с подругой стоит говорить потише.
Мои щеки вспыхнули, а сердцебиение участилось.
– Ты все слышал?
Он по-мальчишески ухмыльнулся.
– Почти каждое слово.
– О, боже.
– Бродан. – Ро легко шлепнула его по бедру. – Перестань.
– Я нашел твои слова очень познавательными. То же будет и с Уокером.
– Бродан.
– Нет-нет, выслушайте меня. – Он поднял руку, глядя на меня. – Слоан… просто скажи ему.
Мое сердце ёкнуло.
– Сказать ему?..
– Уокер не хочет ничего, кроме случайного секса на одну ночь, возможно, случайного секса на один месяц. Он, вероятно, считает, что ты в своем положении и статусе матери-одиночки ищешь серьезных отношений. Вот почему игнорирует твои заигрывания.
Мои заигрывания. Ох.
– Ясно.
– Но если ты изложишь ему, что хочешь использовать его тело для собственного удовольствия, уверен, все получится.
Я сердито посмотрела на него.
– Не говори так.
– Как? Правды?
Он усмехнулся.
– Не волнуйся, милая. Ни один мужчина еще не жаловался на великолепную женщину, которая хочет использовать его тело для удовольствия. – Его ухмылка сменилась нежной улыбкой, когда он посмотрел на жену. – Если он, конечно, в нее не влюблен.
Губы Ро дернулись, и она покачала головой на его флирт. При взгляде на Бродана и Монро меня охватила странная смесь счастья и тоски. Хотелось бы мне однажды, чтобы мужчина точно также смотрел на меня.
А пока я бы испытала несколько оргазмов с Уокером Айронсайдом.
– Ну, выкладывай. Ты действительно думаешь, что это сработает? Если кому и знать наверняка, то это лучшему другу Уокера, верно?
Бродан посмотрел на меня.
– О, да. Это определенно сработает.
ГЛАВА 16
Я был обеспокоен.
Сегодня я не охранял Слоан, и это меня волновало.
В былые времена с Броданом я дважды и трижды проверял, что телохранители, временно заменяющие меня в мой отпуск и выходные, были самыми лучшими. Но я никогда не раздражался оттого, что позволял другим брать на себя его защиту.
Проведав Бро, Монро и Леннокса, я поехал к себе в коттедж. Мы мало виделись с ними последние несколько недель, пока я охранял Слоан и усиливал ее защиту.
Что касается Слоан, то она казалась довольно расслабленной после того, как рассказала мне свою историю. Я держал руку на пульсе ее настроения, но она хорошо справлялась со стрессом. Видимо, к этому моменту уже привыкла. В прошлом ей пришлось столкнуться со многим, но она была бойцом. И теперь, после всего услышанного, я восхищался ею еще больше.
Как бы мне хотелось провести некоторое время наедине с ее бывшим, Натаном Андросом, и преподать ему гребаный урок. И Хоффману тоже. Дело Лахлана против Хоффмана продвигалось вперед. Похоже, нашлось несколько жертв, готовых объединиться, чтобы уничтожить его с помощью Лахлана. В прошлом Лахлан провернул нечто подобное с другим актером, и тот все еще гнил в тюрьме за свои преступления. Это убедило меня, что босс позаботится о Хоффмане.
Так что, я взял на себя Андроса. Мои контакты пробили данные паспорта Андроса, но у придурка его не оказалось. Мы также наняли в Лос-Анджелесе частного детектива, чтобы тот проследил за ним, но за последние две недели детектив не смог получить фото Натана с камер видеонаблюдения. Это заставило меня встревожиться, потому что, вероятно, означало его отсутствие в Лос-Анджелесе, но никаких данных о его отъезде из штата, не говоря уже о стране, не имелось.
Поддельные паспорта стоили более пятнадцати тысяч долларов, а у Андроса таких денег на счетах не числилось. Но это не означало, что у него не припрятана заначка наличными. Вопрос заключался в том, готов ли он отдать такие деньги ради мести Слоан. Обычно, для поиска местонахождения, я заказывал отслеживание мобильного телефона, но из-за характера своей деятельности Андросу приходится пользоваться одноразовыми телефонами.
Мы действовали вслепую, и мне это не нравилось. Значит, Слоан и Келли придется ходить с охраной неопределенное время, пока мы не найдем ублюдка.
И меня беспокоило то, что сегодня их охранял не я.
Это был тревожный звоночек. Доказательство того, что я определенно должен был взять выходной и не присматривать за Слоан.
Сегодня на дежурстве со Слоан и Келли был Джейми, охранник поместья. Нам со Слоан требовалась некоторая дистанция.
Она снова начала небрежно прикасаться ко мне, как делают женщины, проявляющие интерес к мужчине. Я не мог отреагировать на это, не подведя ее. А игнорирование подвергало испытанию мою гребаную силу воли.
Итак, в свой выходной я все еще думал об этой женщине.
Мне нужно пойти домой, открыть пиво и посмотреть повтор игры НФЛ. Наверстать упущенное в этом сезоне. Расслабиться на диване. Не думать о сексуальной, слишком молодой для меня матери-одиночке, которая была под запретом.
Ну вот, еблан, опять ты о ней думаешь.
Я зарычал себе под нос, направляя внедорожник на свою улицу. Но при виде черного «Range Rover», стоящего возле моего коттеджа, насторожился.
Он был из автопарка поместья.
Миновав его, я въехал на подъездную дорожку, и когда выпрыгнул из своего автомобиля, из пассажирской дверцы другого показалась Слоан. Джейми сидел за рулем.
В напряжении я смотрел, как она идет ко мне в летнем платьице, кардигане и ботильонах. Она улыбалась мне той чарующей улыбкой, которая производила на меня неизгладимый эффект. В руках она держала контейнер для выпечки. И когда она подошла ближе, я заметил, какой глубокий вырез у ее платья.
Какого хрена она здесь делала?
– Все в порядке? – спросил я резче, чем хотел.
Слоан моргнула, пораженная моим резким тоном.
– О, да. Ты в порядке?
Я кивнул.
Она почему-то усмехнулась и двинулась ко мне, пока нас не разделял только контейнер. Прохладный ветерок донес до меня аромат ее духов. Я так сильно сжал в кулаке ключи от машины, что металл впился в ладонь.
– Не волнуйся, Келли сегодня с Льюисом, как и трое людей Адэров, так что она в полной безопасности. И я подумала, раз ты не позволяешь мне платить тебе, я смогу вернуть должок другим способом.
Она начала пятиться к моему дому, и при движении обнаженная плоть, выглядывающая из ее декольте, слегка подрагивала.
Мой разум заполонили образы ее привязанной к моей кровати, пока я ее трахаю, но я быстро их заблокировал.
– И каким же? – выдохнул я, направляясь к двери, где она теперь ждала меня.
– Ну, ты холостяк, так что предполагаю, твое жилище нуждается в уборке. Я – профессионал. Кроме того, я принесла разнообразные печеные вкусности, чтобы ублажить твои вкусовые рецепторы.
Ублажить вкусовые рецепторы.
Какой выбор слов.
Собравшись с духом, я открыл дверь и жестом пригласил ее войти.
– Думаю, ты обнаружишь, что я не нуждаюсь в твоих услугах горничной. – Но свои вкусовые рецепторы я бы ублажил тобой.
С внутренним стоном от пронесшейся мысли, я провел рукой по волосам и наблюдал за ней, пока она направлялась по просторному опрятному коридору в еще более опрятную гостиную. Следуя за ней, я старался не любоваться очаровательным выражением ужаса на ее лице, когда она оглядывалась по сторонам.
– Здесь, правда… чисто и аккуратно.
Когда я понял для себя, что останусь в Арднохе на неопределенный срок, то решил не тратиться на аренду. Учитывая здешний рынок недвижимости, более мудро было бы купить дом. Я приобрел отреставрированный коттедж у одной супружеской пары. Никаких следов постройки шестидесятых годов не осталось. Стены светло-серого цвета, пол из твердой древесины, удобный кожаный угловой диван, мебель из более темно-серого дерева.
Слоан издала тихий раздосадованный звук и прошла через гостиную в соседнюю кухню. Комнаты когда-то разделяли широкие двери, но супруги убрали их и расширили проем в стене, чтобы жилые помещения казались единым целым. Кухня была современной, со встроенными шкафами серого цвета, настолько темного, что казались почти черными. С ними резко контрастировали кухонный островок из белого кварца с закругленными краями и бело-серая напольная плитка. Над островком висели современные светильники.
Мне нравилось готовить, поэтому дом я купил из-за кухни.
– Вау. – Слоан повернулась ко мне. – Здесь великолепно.
Да, она могла бы испечь здесь много тортов.
– И чисто. – Она наморщила носик. – У тебя очень чистый дом.
Уголки моих губ дрогнули от ее недовольства.
– У меня есть домработница. И я люблю порядок. Бывший морпех, – напомнил я ей.
– О.
Она понимающе кивнула. А затем снова улыбнулась своей великолепной улыбкой, протянув мне контейнер. Я с облегчением заметил, что в последнее время она улыбается все чаще и чаще. Будто рассказ о прошлом снял с нее часть бремени.
– Но мы все еще можем побаловаться вместе. У меня тут кое-что из твоих любимых лакомств.
Дерьмо.
Она поставила контейнер на островок и потянулась к моей руке, касаясь ее.
– Где у тебя тарелки? – Ее пальцы задержались на моем обнаженном предплечье на несколько секунд дольше.
Я знал, чего она хочет. И куда это заведет. Проблема в том, что она была слишком соблазнительна для моего душевного спокойствия. Поэтому я сделал единственное, что смог придумать, чтобы вытащить ее из моего дома.
– Вообще-то, я жду компанию.
Несмотря на то, что я сделал акцент на слове «компания», она сняла крышку с контейнера, чтобы продемонстрировать ассортимент выпечки и пирожных. Эта женщина станет моей погибелью во многих смыслах.
– У меня здесь много всего. Кто придет?
Серьезно?
– Женщина, Слоан. Я жду женщину.
Она напряглась, затем посмотрела на меня своими бархатистыми глазами, в которых мужчина мог бы утонуть. Она все смотрела и смотрела, и я насторожился, потому что ждал от нее совсем не такой реакции.
На самом деле, она потрясла меня до чертиков.
– Что, если я предложу тебе отказать ей?
От хрипотцы в ее голосе и приглашения в глазах моя кровь вскипела.
– Слоан…
Она полностью развернулась ко мне, скользнув взглядом вниз по моему телу и вернувшись обратно к моему лицу. Такой взгляд ни один мужчина не мог истолковать неправильно.
– Келли не будет дома до вечера. Я твоя на весь день. Если хочешь.
Я хотел.
Так чертовски хотел.
– Это плохая идея, – практически прорычал я, разворачиваясь и шагая обратно в гостиную.
Она последовала за мной.
– Почему?
Иисусе, женщина!
Я восхищался ее смелостью, но она меня убивала. Повернувшись к ней лицом, я ответил так мягко, как только мог:
– Потому что меня не интересуют отношения, а что-то меньшее с тобой оказалось бы слишком сложным.
– Но…
– Слоан. Нет.
Она помолчала мгновение, всматриваясь в мое лицо, словно ища ответы. Затем пожала плечами, при этом движении кардиган упал с ее плеча, обнажая идеальную оливковую кожу.
– Ты не находишь меня привлекательной?
Нет, я всего лишь тридцативосьмилетний мужик, который борется со стояком, как гребаный подросток, при виде того, как кардиган свалился с твоего плеча.
Стиснув зубы, я провел рукой по лицу.
– Дело не в этом.
Мучительница подошла на шаг ближе.
– Я не ищу ничего серьезного, Уокер.
Ага, конечно, все женщины так говорили. Посмотрите на Хлою.
– Все чересчур сложно. Мы друзья. И ты слишком молода для меня.
Ее щеки покраснели.
– В этом году мне исполнится двадцать семь. У меня есть ребенок. Я не совсем юная девица.
– Мы друзья, – строго повторил я. – Так что, прекращай это.
Боль, промелькнувшая на ее лице, ударила меня в живот.
– Извини, если это было… прости за беспокойство. – Внезапно Слоан пронеслась мимо меня.
Блядь. Я должен ее отпустить.
Входная дверь открылась.
– Слоан.
Я поспешил за ней, но обнаружил, что она остановилась на подъездной дорожке, уставившись на то место, где раньше стоял «Range Rover». Джейми уехал. Очевидно, подумал, что она останется со мной.
– Как типично, – пробормотала Слоан себе под нос и зашагала по дорожке к улице.
– Куда, черт возьми, ты идешь? – Я последовал за ней, съедая расстояние между нами широкими шагами.
– Пойду пешком, – бросила она через плечо. Ее волосы развевались на холодном ветру. Темные тучи над головой сигнализировали о скором дожде.
– Не пойдешь.
Я догнал ее и нежно взял за предплечье. Слоан слегка потянула руку на себя, когда повернулась ко мне. И не хотела смотреть мне в глаза.
Проклятье.
– Садись в машину. Я отвезу тебя в коттедж, и мы позвоним Джейми.
Она пожала плечами.
– А как же твоя гостья?
Я уже забыл о своей лжи. Поэтому не ответил. Просто указал на машину и дождался, пока Слоан заберется внутрь.
ГЛАВА 17
Женщина должна уметь признавать поражение, когда желанный мужчина отвергал ее.
По пути через деревню к моему коттеджу я бросала на него обиженные взгляды. День стал унылым, как и мое настроение. Морось покрывала ветровое стекло, а тучи наполняли тенями салон внедорожника.
Уокер еще не звонил Джейми.
Бродан был настолько уверен, что Уокер согласится на мое предложение, что я не ожидала, что это обернется против меня. Неужели Уокер не поверил моему желанию завести отношения без обязательств? И в этом ли проблема? Потому что за последние полчаса я несколько раз замечала, как он смотрит на мою грудь. Уокер хотел меня. Ведь так?
Внедорожник подъехал к моему пустому коттеджу.
Уныние грозило поглотить меня, но его вытесняла решимость.
Последняя попытка. Вот как сильно я хотела этого угрюмого ублюдка.
– Я говорю правду. – С решимостью я посмотрела в его аквамариновые глаза. – Мне не нужны от тебя серьезные отношения, и я не прошу никаких обязательств. Только секс.
Мышца на челюсти Уокера дернулась, и прошло несколько долгих секунд, прежде чем он ответил:
– Я не переступлю эту черту с тобой.
– Тогда назови мне настоящую причину.
Его глаза сверкнули недовольством.
– Потому что я не… я не умею быть милым и нежным, Слоан. Я трахаюсь. И даже если, как ты утверждаешь, ты хочешь только случайной связи, я почему-то сомневаюсь, что ты ищешь того, что я могу тебе дать.
Меня пронзила боль, хуже, чем от его отвержения. Такой он меня видел? Не ищущей страсти, блеклой матерью-одиночкой, которая нуждается в нежных занятиях любовью под одеялом? Но те другие женщины… ох, их он бы трахнул.
Я почувствовала не отвержение, а негодование. Уокер мог находить меня привлекательной… но не видел во мне по-настоящему сексуальную женщину. Он не видел меня, и точка.
Я усмехнулась, это прозвучало горько даже для моих ушей.
– Ты ничего не смыслишь в женщинах, не так ли, Уокер? – Это был риторический вопрос.
Но Уокер казался раздраженным. И сбитым с толку.
– Смыслю достаточно.
– Да, ну? – Я отстегнула ремень безопасности. – Позволь задать тебе вопрос… все те женщины, которых ты считаешь достаточно сексуальными, чтобы их трахать… сколько из них впоследствии вдруг захотели встречаться? Как насчет Хлои?
Глаза Уокера сузились.
– Достаточно сексуальными?
– Держу пари, их немало. Потому что, хотя ты так уверен, что эти великолепные бездетные женщины хотят дикого и свободного секса без обязательств, на самом деле для многих из них все наоборот. Все они отчаянно ищут любви и лгут тебе о своих желаниях, в надежде, что пока ты будешь их трахать, ты в них влюбишься. Но мой приоритет – это мой ребенок. И хотя ты видишь во мне измученную мать-одиночку, жаждущую нежных занятий любовью и более-менее удовлетворительного оргазма, мы, матери-одиночки, искренне хотим, чтобы парень дико и жестко трахал нас и доставлял множественные оргазмы. А потом мы хотим вернуться домой без необходимости объяснять нашим детям появление нового мужчины в их жизни, мы не хотим думать еще и о возможных проблемах с ним, помимо миллионов других дел, с которыми нам приходится сталкиваться каждый день. Но, спасибо. – Я открыла дверцу, источая презрение. – За то, что заставил меня почувствовать себя такой же привлекательной, как мокрое полотенце, и еще раз доказал, что даже самые проницательные мужчины невежественны, когда дело касается женщин.
С этими словами я выпрыгнула из его машины и захлопнула за собой дверцу.
Я ошеломленно смотрел вслед Слоан, когда она исчезла в коттедже.
Езжай домой.
Позвони Джейми и езжай домой.
Я не двигался.
Кровь во мне кипела.
Я причинил ей боль.
Хуже слов я ей сказать не мог.
Но она проучила меня, не так ли? Поставила на место.
Езжай домой.
Никогда раньше я не слышал от нее грязных словечек, не таких. И мне хотелось услышать их снова. Я хотел услышать, как она умоляет меня трахнуть ее.
Езжай. Домой.
Как он посмел?
Моя кожа пылала от негодования, я сбросила кардиган и с колотящимся от недавнего всплеска эмоций сердцем стала расхаживать по гостиной, отчаянно пытаясь сосредоточиться на гневе, а не на отвержении.
Никто… никто не заставлял меня чувствовать себя так, как Уокер, а он видел во мне лишь серую мышку, бесполую мать-одиночку…
Не думай об этом.
Эта мысль сокрушала.
Ох. Я думала, что проявила изрядную смелость, выставив свои желания напоказ, но только все испортила. Как мне теперь смотреть ему в глаза?
Из меня вырвался тихий вскрик, когда дверь коттеджа распахнулась, и Уокер вошел, словно чертов мстительный воин-викинг. С суровым выражением он захлопнул дверь и запер ее.
– Сколько раз мне нужно повторять, чтобы ты запирала дверь? – спросил он громоподобным голосом. Его руки сжались в кулаки, тело источало напряжение.
Но выражение его лица заставило мой живот сжаться и рухнуть вниз.
Голод.
Чистый, неподдельный голод отражался на его красивом лице.
– Если мы это сделаем, то установим правила, – заявил Уокер.
Мое сердце подпрыгнуло, но его предыдущие слова все еще обжигали.
– Мне не нужна твоя жалость.
Он оскалил зубы в порочной полуулыбке-полурычании и шагнул ко мне.
– Нет, тебе нужен дикий и жесткий трах. Разве не это ты сказала?
Да, да, ДА! Дыхание стало поверхностным, когда мое тело отреагировало на него. Этот мужчина излучал радиоактивную сексуальность.
– Да, – прошептала я.
Его ноздри раздувались, будто он мог видеть, насколько я завелась.
– Только секс. Никаких обязательств. Когда один из нас захочет все закончить, это произойдет без последствий или боли. Или мы этого не делаем.
– Согласна. – Я кивнула. – Даю тебе слово.
Придя к решению, он мотнул головой в сторону лестницы.
– Тогда поднимайся наверх.
Меня охватило волнение, даже когда бабочки нервозности дико запорхали в животе.
– Ты все время собираешься быть таким властным?
– А ты думала, я буду играть иную роль, кроме главной, когда мы трахаемся?
Нет.
Нет, я так не думала.
Этот мужчина был доминирующим сексуальным засранцем.
И я знала, что в этом заключается часть его привлекательности. Всю свою жизнь я принимала решения за свою дочь и себя. Все сводилось к моему выбору, моим действиям. Это так утомляло.
Но с Уокером… я доверяла ему главную роль в спальне, чтобы доставить мне удовольствие.
В ответ я прикусила губу, скрывая улыбку предвкушения, и его глаза потемнели от страсти. Затем я повернулась и как можно спокойнее стала подниматься по лестнице. От раздавшейся позади тяжелой поступи мое сердце подскочило к горлу.
Я не знала, чего ожидала, добравшись до спальни. Я пересекла комнату, чтобы опустить жалюзи, и когда повернулась, Уокер стоял в дверях и смотрел на меня так, будто хотел проглотить.
К этому я была полностью готова.
Однако ожидала контролируемого соблазнения. Потому что таков был Уокер. Всегда и всё держал под контролем.
Поэтому, когда он бросился на меня, будто потерял этот контроль, я мгновенно воспламенилась всем своим существом.
Наши тела столкнулись за секунду до того, как это произошло с нашими губами, Уокер нагнулся, выбивая из меня дыхание. Его поцелуй был разрушительным. Собственническим. Темным, глубоким и сексуальным. Его борода мягко покалывала мою кожу.
Он сжал мои волосы в кулак, притягивая к себе, а я цеплялась за него, пока он впивался в мой рот, будто не мог проникнуть достаточно глубоко.
Я знала это.
Знала, что между нами будет именно так.
Я всхлипнула ему в рот, когда Уокер другой рукой сжал мою задницу, чтобы притянуть к стояку, натягивающему молнию джинсов. Мой всхлип превратился в стон. Уокер сильнее вдавился в меня бедрами, стискивая мою задницу. В ответ я скользнула руками под его футболку, дрожа от восхитительного ощущения гладкой, горячей кожи, впадин и рельефов мускулов под кончиками пальцев.
Он застонал, когда я коснулась его сосков. Этот звук прогрохотал у меня во рту, и наш поцелуй усилился, оставляя синяки на губах друг друга.
Я нуждалась в нем внутри себя. Нуждалась в его мощных движениях. Он был нужен мне, чтобы заполнить пустоту.
Нащупав пуговицу на его джинсах, я ясно дала это понять.
Но Уокер остановил меня, подняв на руки. Я пробыла в воздухе секунду, прежде чем приземлилась на кровать с испуганным «ох». Я посмотрела в лицо Уокера, на котором отразилось дикое, неконтролируемое желание.
Еще никогда я не чувствовала себя сексуальнее.
И вдруг была поражена им, – его теплом, его ароматом, – когда он накрыл меня своим большим телом и снова завладел губами. Обхватил мою грудь через платье и сжал, и во мне взорвалась похоть. Я пришла в неистовство, дергая его за футболку.
– Уокер, войди в меня, – бездумно прошептала я, прерывая поцелуй.
– Скажи, чего ты хочешь? – спросил он мне в губы.
Я в замешательстве посмотрела в его прекрасные глаза.
– Я только что это сказала.
– Нет, не это. Скажи, что хочешь, чтобы я тебя трахнул.
На меня снизошло понимание, и кожу опалило еще большим жаром, если такое возможно.
– Я хочу, чтобы ты меня трахнул. Жестко.
Удовлетворенно зарычав, Уокер откинулся назад, оседлав меня. Когда он взялся за подол моего платья, его эрекция сильнее натянула джинсы. Я села, чтобы помочь ему, пока он тянул платье вверх и отбрасывал в сторону. Опередив его, я сама расстегнула лифчик и сняла его. Пылающие огнем глаза Уокера пожирали мою обнаженную грудь.
– Я фантазировал о том, как сосу твои соски больше раз, чем могу сосчитать, – признался он.
Между моих бедер хлынула влага.
– Тогда соси их, дружок.
Уокер потянулся к моей груди, лаская ее, пощипывая затвердевшие соски.
– Ты знаешь, что сводишь меня с ума.
– Всё по-честному, так как с первой нашей встречи ты постоянно меня заводил.
Губы Уокера дернулись.
– Серьёзно?
– Думаю, я могла бы несколько раз использовать фразу: «Я хочу взобраться на этого мужчину, как на дерево».
На этот раз он усмехнулся, и внутри меня все взволнованно затрепыхалось. Он был таким сексуальным. Почему он был таким чертовски сексуальным?
– Я позволю тебе взобраться на меня позже. Может быть.
Он сорвал с себя футболку. Святое…
– О, боже.
Уокер, казалось, не осознавал, насколько красив. Эти широкие плечи, мускулистые, твердые грудные мышцы и пресс. Несколько шрамов портили гладкую кожу: один затянувшийся длинный глубокий порез на ребрах и шрам, очень похожий на тот, что на моем плече. Его подстрелили. И еще один на животе. Скопление небольших шрамов на боку.
Я хотела спросить, что случилось, но по выражению его лица поняла, что сейчас определенно не время.
Вместо этого я потянулась к нему, провела ладонями по его груди в благоговении перед силой, оседлавшей меня.
Он схватил меня за запястья и прижал их над моей головой, удерживая, когда навис надо мной.
– Держи руки на кровати.
Я кивнула, от предвкушения конечности покалывало.
Он отпустил мои запястья, чтобы подцепить мои трусики и потянуть их вниз по ногам. Ткань застряла у ботильонов, и Уокер сначала снял их, после чего мои трусики исчезли.
Я лежала полностью обнаженная, закинув руки над головой, а Уокер Айронсайд стоял, вглядываясь в каждый дюйм моего тела.
Дрожа под его огненным взглядом, я почувствовала, как все напряглось и покалывало, включая соски.
– Раздвинь ноги, – потребовал Уокер, доставая бумажник из заднего кармана.
Моя матка сжалась, и по тому, как раздувались его ноздри, я поняла, что он услышал мой взволнованный вздох. Тогда я выполнила его приказ: подняла колени и раздвинула ноги.
Давно никто не видел меня такой обнаженной и уязвимой.
У меня была только секунда, чтобы задаться вопросом, понравилось ли ему то, что он увидел, прежде чем грудь Уокера начала вздыматься и опадать от учащенного, возбужденного дыхания. Он расстегнул молнию, а затем сбросил джинсы и боксеры.
Я попыталась сесть, чтобы разглядеть его полностью, но он скомандовал:
– Не двигайся.
Низ живота сотрясла дрожь нужды.
Уокер не сводил с меня глаз, пока натягивал презерватив на свой впечатляющий, толстый член.
– О, боже. – Я практически извивалась от нетерпения. – Войди в меня. Пожалуйста, Уокер, сейчас же.
В ответ он схватил меня за лодыжки и потянул к себе.
Я вскрикнула, соскользнув с кровати, а потом он оказался на коленях, его голова между моих бедер.
– Уокер.
– Ранее ты говорила что-то о том, чтобы «я ублажил свои вкусовые рецепторы», – порочно пробормотал он, а затем его рот оказался на мне. Борода царапала чувствительную кожу, а его язык проникал внутрь меня.
С моих губ сорвался еще один крик, когда я выгнулась к нему навстречу. Его хватка оставляла синяки на моих бедрах, пока он широко раскрывал меня для своего рта, для греховных вещей, которые он вытворял им.
Он трахал меня языком, а потом лизнул клитор.
– Уокер! – выдохнула я, толкаясь в него.
Он сильно всосал клитор, и я пропала. Всё, кроме жара и напряжения, бурливших внизу живота, исчезло. Узел желания уже был так туго скручен, что его едва удалось разорвать.
И тут меня пронзил оргазм.
Когда я кончила, зрение заполонил раскаленный добела жар, мои внутренние мышцы сжимались и разжимались, отчаянно нуждаясь в чем-нибудь, что можно обхватить.
Я распахнула глаза, почувствовав близость Уокера, он поднял меня на руки и с легкостью переложил обратно на кровать. Он выглядел почти разъяренным, лицо было таким суровым от желания. Я приветливо раздвинула ноги, когда он крепко сжал мои запястья и прижал их к кровати.
Мое затрудненное дыхание заполнило комнату, когда Уокер полностью опустился сверху. Затем снова набросился на мой рот и толкнулся в меня. Жестко.
Мое желание значительно облегчило его путь, но он был большим, толстым, и эта непреодолимая полнота, в которой я так отчаянно нуждалась, вызвала боль удовольствия, стрельнувшую прямо в позвоночник. Я застонала ему в рот, и он отпустил мои губы, чтобы спросить:
