Текст книги "Тайная страсть Саймона Блэквела (ЛП)"

Автор книги: Саманта Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 2

Свет в моей жизни погас. Боюсь, я навеки останусь в темноте.

Саймон Блэквел

Точно в восемь часов раздался стук в парадную дверь.

В доме царила суматоха. Иззи и Джек, едва искупавшись, вырвались из рук няни и сбежали вниз. Каро, стоя на пороге гостиной, со вздохом погрозила Иззи пальцем. Как раз в тот момент, когда горничная открыла входную дверь, Анна подхватила Джека с лестницы, где он, похоже, намеревался спрыгнуть с последней ступеньки, как любила делать его сестра. Анна легонько стиснула малыша в объятиях. После ванны его круглые щёчки сияли румянцем, он был, как всегда, очарователен.

И тут вошёл Саймон Блэквел.

Каро сверкнула лучезарной улыбкой.

– Мистер Блэквел, как чудесно снова вас видеть! Вы как раз вовремя.

– Я человек слова, – пробормотал Саймон, слегка приподняв брови. – Было бы совершенно невежливо опаздывать.

Ну что, разве так трудно улыбнуться?

«Было бы совершенно невежливо опаздывать», – мысленно передразнила его Анна. Внезапно её снова охватил гнев.

Анна с неохотой признала, что Каро оказалась права: он явился!

«Теперь, когда мистер Блэквел уже здесь, будет невежливо притвориться больной, – призналась себе Анна, – ведь он уже увидел меня воочию. Наверняка, Каро выразит своё ликование по этому поводу позже вечером».

Саймон поприветствовал Анну лёгким поклоном.

– Миледи, – пробормотал он ровным тоном без тени улыбки на лице.

Анна подавила желание бросить на него злобный взгляд. Воспоминания о его высокомерии, которое он проявил сегодня днём, нахлынули с новой силой. Тем не менее, она продемонстрирует воспитанность и вежливость – качества, коими он и в помине не обладал.

Иззи, которая находилась ближе всех к двери и к гостю, вдруг застеснялась. Когда девочка юркнула за юбки матери, Анне захотелось ехидно усмехнуться.

«Да, крошка, ты тоже поняла, что он настоящий тиран?»

– Изабелла, не надо так стесняться, утёнок! Ты уже забыла, что мы встретили мистера Блэквела сегодня в парке?

Изабелла настороженно на него посмотрела. Между тем, Джек уткнулся в плечо Анны, но через мгновение вскинул голову. Глаза его засверкали, он протянул пухлые ручки к Саймону и подался вперёд.

Жест, который ни с чем не спутать.

Но мистер Блэквел не хотел брать Джека на руки. Она поняла это по выражению его лица и даже почувствовала. Прежде взять маленького мальчика, на лице мистера Блэквела промелькнула странная эмоция, не похожая на отвращение, но и нежеланием её нельзя было назвать.

Анну внезапно охватило возмущение.

«Какого чёрта? – подумала она. – Он без колебаний взял Джека на руки после того, как его спас. Судя по тому, как он сегодня днём держал мальчика, ясно, что раньше он уже имел дело с малышами и умеет с ними обращаться. Возможно, именно поэтому мне показалось таким странным, что он не хочет делать этого сейчас».

Другое дело, если бы мальчик испачкался. Но он был чистым, и от него приятно пахло. В одно мгновение в ней разгорелся огонь негодования.

Анна открыла рот. Она была полна решимости высказать всё, что о нём думает.

– Что ж, вижу, что Джек вам снова надоедает.

В прихожую вошёл Джон, муж Каро, белокурый, разрумянившийся и, как всегда, весёлый.

Саймон повернул голову.

– Джек? – повторил он. – Разве его зовут не... не Джон?

Анна пристально посмотрела на Саймона.

– Так и есть, – усмехнулась Каро. – Но мой муж Джон, – она подставила щёку, чтобы он её поцеловал, – зовёт его Джеком с самого его рождения. И, несмотря на мои самые ярые возражения, почти все в семье последовали его примеру. Даже я сама, – рассмеялась она.

– Папа! – завизжал от восторга Джек.

– Давайте я его возьму, – непринуждённо сказал Джон. Он подхватил сына на руки и, взъерошив ему волосы, передал няне.

Вивиан Макбрайд, которая любила подремать перед ужином, спустилась по лестнице, чтобы к ним присоединиться. Каро представила их друг другу. Тут появился Алек. Ласково потрепав Анну по подбородку, он повернулся к матери.

– Мама, – пробормотал он, низко наклонившись, чтобы поцеловать её в напудренную щёку, – сегодня ты выглядишь особенно прекрасно.

«Так и есть», – с замиранием сердца признала Анна. Безусловно, Вивиан Макбрайд выглядела бы восхитительно и в холщовом мешке. Она была стройной и обладала тонкими и изысканными чертами лица. Она совсем недавно сняла траур и сегодня облачилась в бледно-лавандовое шёлковое платье. Во время долгой и изнурительной болезни мужа Вивиан не отходила от его постели, но не сдавалась и не падала духом.

Только после того, как попрощалась с мужчиной, которого любила на протяжении тридцати лет и родила ему шестерых детей, из которых выжили только Алек, Эйдан и Анна, она, наконец, дала волю чувствам. Лишь после кончины супруга герцогиня закрыла глаза и разрыдалась, и только её дети стали тому свидетелями. Но после похорон Вивиан взяла себя в руки и справилась со всем с величайшим достоинством и самообладанием.

– Алек, – проговорила герцогиня, – позволь представить тебе нашего гостя, мистера Саймона Блэквела. Я так понимаю, что сегодня мистер Блэквел весьма лихо спас маленького Джека в Гайд-парке. Мистер Блэквел, мой сын, Алек Макбрайд, герцог Гленеден.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Ага, – протянул Алек. – Значит, Джек снова озорничал? Признаюсь, я ничуть не удивлён.

Анна едва слышала его слова. Она всё ещё размышляла о том моменте, когда появился Джон и назвал сына Джеком. Она не понимала, что именно тогда случилось, но что-то было не так.

Что скрывалось за замечанием Саймона Блэквела «я думал, что его зовут Джон»? Его голос был таким странным, когда он произнёс имя Джека. Хрипловатым и... каким-то необычным. Выражение его лица тоже казалось странным. Словно на одно короткое мгновение он замер и даже перестал дышать. По всей видимости, никто из присутствующих этого не заметил. Или Анна ошиблась? Она украдкой взглянула на его профиль.

Похоже, он полностью взял себя в руки.

Вивиан улыбнулась Саймону.

– Мистер Блэквел, не будете ли вы столь любезны сопроводить меня на ужин?

– Ваша светлость, почту за честь.

Никто бы не назвал Саймона Блэквэла человеком легкомысленным и безрассудным. Со своего места рядом с ним, – а это, наверняка, дело рук Каро, – Анна незаметно рассматривала гостя. Его челюсть была квадратной и угловатой, лицо чисто выбрито. Судя по загорелой коже, он не проводил всё своё время в праздном безделии. В его манере держать себя она вдруг ощутила мощную силу, подобно толчку или стихийному подводному течению.

Очевидно, гость был состоятельным человеком. Об этом свидетельствовала не только его одежда. Судя по его позе и манере держаться, ему было вполне комфортно присутствовать в их доме и в их компании.

Саймон сменил свой утренний сюртук на вечерний костюм и теперь был одет во всё чёрное, кроме белой рубашки. Её высоко поднятый воротник, затянутый аккуратно завязанным шейным платком, почти касался щёк. Несколько старомодный покрой пиджака был простым, но сшитым из лучшей ткани.

«Одежда такая же строгая и мрачная, как и его обладатель», – с лёгкой иронией подумала Анна.

Но весь его вид заставлял её сердце биться быстрее. Ткань пиджака была туго натянута, под ним плечи казались невероятно широкими. Анна разглядывала его сильные руки с широкими запястьями и крепкими, длинными пальцами, которые держали тонкую ножку хрупкого бокала. Тыльная сторона ладони была усеяна тёмными волосками. Всё это вкупе делало контраст ещё более выразительным.

Анну никто бы не посчитал миниатюрной. В юности она была худой и неуклюжей, точно кошка без шерсти, как любил дразнить её отец. Но теперь всё изменилось. И тем не менее мужчина, сидящий рядом с ней, заставлял её чувствовать себя дюймовочкой, что было совершенно ей не свойственно.

Его едва ли можно назвать старым, и всё же... Внезапно возраст Саймона вызывал в ней любопытство. На его висках уже поблёскивала седина. Она окинула взглядом троих мужчин. Алек был на семь лет старше её, Джон – её ровесник, но ни у них нет ни единого седого волоска.

Учитывая свою неприязнь, Анна не ожидала, что найдёт его – чёрт побери! – таким красивым. И не просто красивым, а очень красивым. Пропади всё пропадом! И зачем только Каро указала ей на это?

«И почему она вообще обратила на это внимание?» – не умолкал тихий голос в её голове.

Анна разволновалась. Ей стало невыносимо трудно дышать. Может, Агнес слишком туго зашнуровала ей корсет? Наверняка, в этом всё дело. И тем не менее...

– Проклятье! – пробормотала Анна, комкая салфетку на коленях.

Её мать устремила на неё свои большие голубые глаза.

– Анна? Ты что-то сказала, дорогая?

Анна сглотнула.

– Ничего, мама.

Вивиан снова обратила своё внимание на гостя.

– Вы живёте в Лондоне, мистер Блэквел? – спросила она.

– Нет, ваша светлость. – Саймон сделал паузу. – На самом деле, я редко бываю в Лондоне, большую часть времени провожу в деревне. На севере страны, если быть точным.

Анна потянулась за вином.

– В деревне, сэр? Вы что, чудак? – вопрос слетел с языка прежде, чем она успела подумать.

Вивиан приподняла тонкую бровь и сложила руки на коленях, выражая своё недовольство. К тому же и Алек уставился на Анну с явным неодобрением, как любил иногда делать, с досадой заметила она. Он был её старшим братом, да ещё и герцогом, но она ни за что не стушевалась бы перед ним!

Анна не отрицала, что совершила ошибку. Трудно сказать, что на неё нашло. В другой раз она, возможно, не стала бы упрямиться. Но сегодня...

«Что? – захотелось ей вскрикнуть. – Ну, что?»

И это желание не пропало, когда она почувствовала на себе пристальный взгляд гостя. Их глаза встретились. В этот миг между ними возникло странное напряжение.

– Что заставляет вас так думать? – любезно спросил он.

Она упрямо вздёрнула подбородок. Анна сделала глоток вина, прежде чем снова взглянула на Саймона.

– Всё просто, сэр, – ответила она, – вы сказали, что редко посещаете Лондон. Тогда, возможно, вы затворник.

– Вы должны простить мою сестру за бесцеремонность, – вмешался Алек. – Нашим оправданием может служить только то, что мы родом из диких мест в Шотландии, где временами забывают о манерах.

Анне захотелось неподобающе фыркнуть. Увы, её мать поддержала нежелательное вмешательство Алека.

– Лондон так утомляет. Я всегда с радостью возвращаюсь домой в Гленеден.

– Могу себе представить, ваша светлость. Но на самом деле леди Анна права. Я бы не приехал в Лондон, если бы не семидесятилетие моей тёти Летиции.

Вилка Вивиан замерла в воздухе.

– Летиции, – повторила она. – Летиции Гамильтон? Вдовствующей графини Хоупвел?

– Той самой, ваша светлость.

– Да ведь она была моей покровительницей в мой первый выход в свет много лет назад! – радостно воскликнула Вивиан. – И правда, её день рождения празднуют послезавтра у леди Кресвел.

– Именно поэтому я здесь, ваша светлость.

Ну, что и следовало ожидать. Беда не приходит одна. Разумеется, Анна знала, что её мать и графиня были близкими подругами. Они часто переписывались, и приезжая в Лондон, навещали друг друга.

Стиснув зубы, Анна не показала свою досаду.

Похоже, Саймону Блэквелу удалось покорить сердце не только Каро, но и матери, причём безо всяких усилий!

Но именно Каро задала главный вопрос.

– Простите меня за бесцеремонность, вас сопровождает жена, мистер Блэквел?

Анна чуть не сгорела со стыда. Она могла поклясться, что и сидящему рядом с ней Саймону Блэквелу тоже стало не по себе.

Каро чуть ли не ворковала от удовольствия. Анне же хотелось забраться под стол.

– Нет, – ответил Саймон. – Я живу один.

Джон, склонив голову набок, тоже внимательно его рассматривал.

– Мы не виделись с вами раньше, мистер Блэквел?

– Я тоже задавался этим вопросом, – произнёс Алек. – Вы кажетесь мне знакомым, как и ваше имя. Такое чувство, что мы уже встречались, но я в этом не уверен.

– Я тоже не уверен, ваша светлость...

Алек небрежно махнул рукой.

– Нет необходимости соблюдать формальности, приятель. Зовите меня Алек.

– Хорошо, Алек. Несомненно, я бы не забыл о нашем знакомстве.

– Возможно. Но вы ведь учились в Кембридже? – заговорил Джон.

Саймон вскинул брови.

– Да.

– Клянусь Богом, вы же были гребцом? В тот год, когда выбрали цвета.

Речь, конечно же, шла о ежегодных состязаниях по гребле между командами Кембриджа и Оксфорда и цветах костюмов: в Оксфорде надевали тёмно-синие, в Кембридже – голубые. Джон и Алек обожали гребную регату, которую теперь проводят каждый год. Они взяли себе за правило не покидать Лондон в это время с тех самых пор, как окончили университет.

– Тогда я учился в Кембридже на втором курсе. Я всегда стремился попасть в «Голубую лодку», но говорили, что мне не хватает техники, – сказал Алек.

– Это, джентльмены, было сто лет назад. – В голосе Блэквела послышались нотки веселья. – Хотя я уверен, что Кембридж когда-нибудь получит преимущество.

– Точно! – Джон поднял свой бокал. – Да будет так.

Анна тихо хмыкнула. Три пары мужских глаз повернулись к ней.

– Моя сестра, – сухо сказал Алек, – больше не любит греблю. Однажды они с Каро на несколько часов застряли посередине озера в Гленедене, дома в Шотландии.

Анна бросила на Каро лукавый взгляд, так как та прикусила губу, явно стараясь не рассмеяться.

– Видимо, я ещё не слышал эту историю, – заметил Джон.

– Когда девочек обнаружили, уже стемнело, – добавила герцогиня. – Разразилась гроза, и они промокли до нитки. Помню, как потом бедняжки страдали от сильной лихорадки несколько дней.

Глаза Алека сверкнули весельем, когда он взглянул на Анну.

– Это сейчас нам смешно, но тогда наши матери находились в полном отчаянии.

– Могу себе представить.

– Конечно, всего этого можно было бы избежать, расскажи они кому-нибудь о своём намерении.

– Верно, – согласилась Каро, – но полагаю, что в намерения Анны не входило потерять оба весла. – Кузина больше не могла молчать. Она смахнула с уголков глаз слёзы от смеха. – Я никогда не забуду выражение твоего лица, Анна, в тот момент, когда ты бросилась за первым веслом и услышала всплеск, когда второе упало в воду. Хотя ты приложила просто героические усилия, чтобы его поймать, – поспешно добавила Каро, увидев мрачное выражение на лице Анны.

– Наша Анна всегда была бесстрашной искательницей приключений, – мягко улыбнулся Алек.

– Ещё одной представительнице рода Макбрайдов не хватило техники, – заметил Джон.

Анна была крайне раздосадована.

«Да тут все предатели!» – решила она.

Поднявшись с места, она бросила салфетку на тарелку.

– Что ж, – беспечно проговорила Анна, – кажется, вас всех довольно легко развеселить. – Она отодвинула стул. –Мама, думаю, что пришло время продолжить веселье в музыкальной комнате.

Вивиан грациозно поднялась на ноги.

– Прекрасная идея, Анна. Мистер Блэквел, вы к нам присоединитесь?

Мгновением позже пальцы Вивиан уже проворно порхали по клавишам фортепиано. Но Анна тут же ухватилась за предоставленную ей возможность. Не успела её мать приступить к игре, а остальные – присесть, Анна объявила, выдавив из себя смешок:

– О, боже, боюсь, что я должна просить меня извинить. У меня внезапно разболелась голова.

Вивиан посмотрела на неё с немым вопросом. Это совсем не было похоже на Анну. Рот Каро приоткрылся от удивления. Светло-голубые глаза Алека сузились, и даже Джон нахмурился. Что же касается Саймона Блэквела, Анна чётко уловила тот момент, когда он на неё уставился. Она почувствовала это каждой клеточкой своего существа.

«Это ужасно раздражает», – подумала Анна, недоумевая, что за бес в неё вселился. Впрочем, стоит ли удивляться, что ощущаешь себя как букашка под стеклом? Она не сводила взгляда с матери, стараясь не смотреть на Саймона.

– Конечно, Анна, – склонив голову, промолвила Вивиан. – Скорее поправляйся, дорогая.

Анна присела в реверансе, и, едва скрывшись из виду, бросилась бежать в свою комнату.

Час спустя, откидывая покрывало с кровати, Анна услышала тихий плач из коридора. Она замерла, опираясь одним коленом на матрац. Раздались шаги, мелькнула тень под дверью. Успокоившись, Анна забралась под одеяло и взяла книгу, намереваясь немного почитать. Через несколько секунд раздался стук в дверь.

– Анна? – приоткрыв дверь, позвала Каро.

– Входи, Каро. – Анна отложила книгу. – Джек проснулся?

– Нет, Иззи. Джон сейчас у неё. – Каро вошла в комнату и притворила дверь. – Тебе стало лучше?

– Да, – солгала Анна.

– Ты выглядишь бледной, – внимательно посмотрев на неё, забеспокоилась Каро. – С тобой точно всё в порядке?

Анна взяла подушку и прижала её к груди.

– Мне намного лучше, Каро. Наверно, во всём виновата жара. – Она не решилась сказать, что дело было в сегодняшней компании.

– Ты же знаешь, – серьёзно посмотрев на неё, произнесла Каро, – что мы не хотели над тобой потешаться.

– Знаю.

И Анна не лукавила. Дело было совсем не в их насмешках.

Всё из-за него.

Из-за Саймона Блэквела.

Но, вот так сбежав, она поступила трусливо и уже сожалела о своих действиях. Но что сделано, то сделано.

– Я не хотела, чтобы вы волновались. – Анна похлопала по месту рядом с собой. – Присядь, милая.

Каро устроилась рядом с ней.

– Мистер Блэквел тоже рано откланялся, через полчаса после того, как ты поднялась наверх.

– Неужели? – это было скорее утверждением, а не вопросом.

– Анна, не надо так смотреть! Я знаю, что тебе нет до него никакого дела.

– Ты права. Мне нет никакого дела. Он, и правда, показался мне довольно...неординарным.

– Неординарным? – поморщилась Каро. – Теперь ты решила начать подбирать выражения?

– О чём это ты? – изобразила удивление Анна, прекрасно понимая, что имеет в виду Каро.

– Анна, ты же сама назвала его чудаком! И только потому, что он не любит бывать в Лондоне. Да ведь тебе самой больше нравится жить в деревне, но всё же ты осмелилась унизить нашего гостя.

– Я его не унижала и не называла чудаком. Я просто задала невинный вопрос.

– Невинный? Анна, всем было совершенно очевидно, что ты считаешь его каким-то чудовищем!

Анна тайком удовлетворённо улыбнулась. Саймон Блэквел... ну, в точности именно такой.

– Аннабель Макбрайд! Не надо так на меня смотреть. Никакое он не чудовище! Я остаюсь при своём первоначальном мнении.

– А моё предположение подтвердилось. По-моему, он самый занудный человек, с которым мне когда-либо приходилось сталкиваться.

– Анна! – вставила Каро. – Поверить не могу, что мы говорим об одном и том же человеке.

– А я не могу поверить, что у тебя хватило дерзости поинтересоваться его семейным положением!

– Да я и не интересовалась. Просто сделала открытие, что наш мистер Блэквел не женат.

– Он не наш мистер Блэквел. – Анне захотелось выразительно всплеснуть руками.

– Прости меня. – Каро посмотрела на неё большими невинными глазами. – Твой мистер Блэквел.

– Кэролайн Сайкс! Вот что я тебе скажу, Саймон Блэквел и я ни за что бы не подошли друг другу.

– Ты не можешь знать этого наверняка.

– Но я знаю. – Анна была непреклонна. Мысль о ней и Саймоне Блэквеле... Да это просто смешно. В самом деле, даже нелепо. И о чём только думает Каро?

– Почему он тебе так неприятен?

– Каро! – Анна бросила на кузину, как ей казалось, убийственный взгляд. – Так или иначе, давай не будем спорить.

– Ой, да ладно. Мы никогда не спорим, – улыбнулась Каро. – Ну, почти никогда. – Что верно, то верно. Анна вспомнила былые дни. Зачастую им не нужно было произносить ни слова, чтобы понять, о чём думает другая.

Хотя Каро смотрела на неё с любопытством, казалось, что она тоже что-то вспомнила.

– Анна, – тихо проговорила она, – помнишь, как мы не спали почти всю ночь напролёт? Распахнув окно, мы глядели в ночное небо и ждали, когда упадёт звезда, чтобы загадать желание. – Она мечтательно улыбнулась. – В мире нет другого места, где видно так же много звёзд, как в Гленедене.

Анна молча кивнула.

– Мы болтали без умолку, помнишь?

– Да, – сухо сказала Анна, – это мне запомнилось больше всего. – Она помолчала. – В последний раз мы загадывали желания в ночь перед твоей свадьбой с Джоном. Каро, я никогда не видела, чтобы кто-то так сильно волновался! – усмехнулась она.

– А я никогда так сильно и не волновалась. Даже думать не могла о том, чтобы заснуть.

Обе рассмеялись.

– Я скучаю по тем дням, – вздохнула Каро.

Анна выгнула бровь.

– А ты, Анна, не скучаешь?

– Ну, конечно, скучаю. Но мы обе стали старше и...

– И я знаю, что ты собираешься сказать, Анна. У меня есть муж и дети. Так что да, теперь всё по-другому, но пока я сижу здесь, мне кажется, что всё, как раньше. Да что там, ничего не изменилось. И... Анна, ох, Анна, у меня есть секрет!

Анна наклонилась к Каро.

– Какой? – прошептала она.

– Анна, я думаю, что я... – шёпотом ответила Каро, положив руку на живот.

Глаза Анны расширились.

– Что, опять? – Она торопливо поправилась. – Каро, я не имела в виду...

– Знаю, милая. Знаю! Но... – она прикусила губу, – о, боже, я ещё даже не сказала Джону! Нужно исправить мою оплошность сегодня же вечером.

– Да, я так подозреваю, что он хотел бы знать, – съязвила Анна, а затем улыбнулась. – Он же будет в восторге?

– Да, – признала Каро. – И это девочка, я не сомневаюсь.

– Ты думаешь?

– Я уверена, – настаивала Каро. Немного помолчав, она взяла Анну за руку и вздохнула. – Анна, если бы мы снова смотрели в ночное небо и ждали, когда упадёт звезда, чтобы загадать желание, знаешь, чего бы я пожелала? Чтобы ты была так же счастлива, как и я.

Анна склонила голову набок, на её губах появилась лёгкая улыбка.

– Но, дорогая, я и так счастлива.

– Да, я знаю, но... тебе придётся многое наверстать, но, Анна, разве не было бы здорово, если бы... если бы у тебя тоже появилась дочка? И когда-нибудь они вдвоём... так же, как и мы с тобой, не спали бы всю ночь.

– Как сёстры, – тихо проговорила Анна. – Как мы.

И тут перед глазами Анны возникла яркая картина: две маленькие девочки, перешептываясь, крадутся босиком на цыпочках, а затем заливаются смехом, когда няня открывает дверь и устраивает им нагоняй, отчего обе бегут к своим кроватям и ныряют под одеяло, только для того, чтобы снова вылезти, едва закроется дверь.

Внезапно в горле Анны образовался комок. Как же она любила Каро! Они обнялись, и на их лицах появилась сентиментальная улыбка до ушей, но ни одну из них это не заботило.

– Что ж, дорогая, полагаю, было бы разумным сперва найти мужа, а уж потом заводить детей. – От смеха у Анны перехватило дыхание.

Всё ещё держа её за руку, Каро сжала её пальцы.

– Большего всего на свете я хочу, чтобы у тебя появилось то, что есть у меня, – тихо произнесла она.

– Когда-нибудь обязательно, – отозвалась Анна.

И в тот момент она нисколько в том не сомневалась.