Текст книги "Идеальный приём (ЛП)"

Автор книги: Рут Стиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

ГЛАВА 39

ДЖЕК

– Именно в этот момент я пришел к выводу, что Джон лучший тренер, чем игрок, – Олли ставит запись на паузу и вскакивает со стула. Он указывает на меня, Тайлера и Мэтта Райса на экране. – Нэшвилл не ожидал такого, а ты, чёрт возьми, сделал офигенный удар!

Он садится на корточки перед телевизором, а я сажусь на диван, чувствуя, как тяжелеют веки. Уже почти полночь, и мы единственные, кто ещё не спит. Если бы была возможность лечь в постель с Кендрой, я бы с радостью уже лежал с ней. Несмотря на то, что мне безмерно нравится её брат.

Я наклоняюсь вперед, упираясь локтями в колени.

– Ты уверен, что выбрал правильный вид спорта?

Он встает с корточек, засовывая руки в карманы.

– Абсолютно не умею кататься на коньках. К тому же, когда папа вернулся домой из Англии, он вывел меня на поле ещё до того, как я начал говорить.

Он возвращается и садится, включая видеозапись.

– Пока у меня есть такая возможность и Кендры здесь нет, я просто хочу сказать спасибо за то, что ты сделал. За то, что помог ей. Она слишком упряма, чтобы прийти ко мне или к маме с папой, так что, да, спасибо.

Он не отрывает взгляда от экрана, проводя ладонью по своим спортивным штанам, явно глубоко обдумывая своё следующее предложение.

– Тайлер разбил ей сердце. Может быть, не в момент их разрыва, но определенно когда она поняла, каким он был болваном.

Я знаю, о чём он говорит. Я бы сказал то же самое, когда речь зашла бы о Дарси, и я уверен, что она сделала бы то же самое для меня.

– Я не причиню ей вреда, – говорю я, давая ему ответ, в котором он нуждается. – Я уйду из её жизни только в том случае, если она сама попросит меня об этом.

Он заметно расслабляется на подушке позади себя.

– Она возненавидела бы меня, если бы узнала, что я играю роль старшего брата-защитника. Это только потому, что мне не всё равно, – он переводит взгляд на меня, и я вижу искренность. – Ты мне нравишься, Джек. У меня такое чувство, что с годами я буду видеть тебя гораздо чаще, и не могу сказать, что мне это не понравится.

Я киваю один раз.

– Нет ничего такого, чего бы я не сделал для неё. Я сказал ей, что я зависим, и мне не стыдно признаться в этом и тебе.

Могут ли мужчины терять голову от восхищения? Очевидно, могут, судя по тому, как Олли смотрит на меня.

Подавив зевок, я протягиваю руку и беру свой мобильный с края дивана.

– Я не увижу тебя на Рождество, потому что НХЛ – это не Ла Лига, и нам приходится работать, чтобы получать зарплату.

Он закатывает глаза, и я улыбаюсь только что пришедшему видеосообщению.

– Так что считай это моим подарком тебе.

Сделав несколько шагов, я передаю Олли свой телефон и включаю видео.

– Неееет! – выдыхает он, когда замечает, что я сделал.

«Привет, Олли. Это Джон Морган. Джек сказал мне, что ты мой большой поклонник, и поскольку он по уши влюблен в твою сестру, я думаю, что в какой-то момент мы, по сути, станем семьей. В любом случае, я пришлю тебе пару вещей, в том числе подписанную шайбу с игры с “Blades” пару сезонов назад, когда я сделал хет-трик; считай это моим долгом в качестве будущего свёкра, – Джон ухмыляется в камеру. – Удачного Рождества и выиграй Лигу чемпионов в этом сезоне. Ставлю сто долларов на то, что ты станешь лучшим бомбардиром.

Видео заканчивается, а Олли остается неподвижно смотреть на темный экран.

– Это, несомненно, сама крутая вещь в моей жизни.

Я забираю у него свой телефон и кладу его в карман.

– Всё во имя очков у старшего брата.

Он встает со стула и протягивает мне руку, указывая на дверь, через которую я собираюсь отправиться спать.

– Джек, я сам отнесу тебя туда, если это означает, что ты сделаешь предложение.

Я фыркаю от смеха и пожимаю ему руку.

– Не искушай меня, чёрт возьми.

Я знаю, что раньше говорил, что спать в соседней комнате с Кендрой – это пытка. Но проходить мимо её комнаты, зная, что она, скорее всего, полуголая и вся моя?

Да, я совсем не возбудился.

Примерно через двенадцать часов мне нужно садиться на обратный рейс в Нэшвилл, и я с болью осознаю это, пока стою, уставившись на дверь спальни для гостей.

Порядочный британец. Вот кто ты, Джек. Ты не можешь трахнуть её в постели её детства. Ты отлично начал с её семьей. Не упусти это сейчас.

Даже не думай.

Раздевшись и оказавшись в постели, я переворачиваюсь на спину и смотрю в белый потолок.

– Гребаный идиот, – шепчу я самому себе, девятнадцатилетнему. – О чём, чёрт возьми, ты думал?

– Ты же знаешь, говорят, это первый признак безумия?

Кендра стоит в дверях, одетая в старую майку “New York Storm”, которая чуть-чуть прикрывает её киску.

Чёрт...На ней есть нижнее белье?

Я собираюсь спросить её, что она делает, когда она прижимает палец к губам, с важным видом входит в комнату и закрывает за собой дверь.

– Ш-ш-ш.

Её руки опускаются к подолу майки, и я протягиваю руку и останавливаю её, зажмуривая глаза и думая обо всех тех грязных вещах, которые я отчаянно хочу сделать.

К чёрту образ порядочного парня. Я трахну её.

Когда я снова смотрю на свою девушку, я вижу тот же огонь, горящий в её глазах.

– Оставь это. Ты можешь носить майку с моей фамилией, но у меня есть пунктик, и вид тебя в этом, – я тереблю материал. – Возбуждает меня сильнее, чем когда-либо.

Её улыбка решает мою судьбу, когда она забирается под одеяло и садится на меня верхом.

– На мне нет трусиков.

Тепло, проникающее сквозь мои спортивные шорты, и так мне это сказало.

– Иди сюда, котёнок.

Она кладет ладонь на подушку рядом с моей головой, пока её волосы рассыпаются вокруг нас.

– Ты можешь быть потише ради меня? – спрашиваю я после нескольких движений языком в её рту.

Она хнычет, когда я зажимаю зубами ее нижнюю губу и нежно прикусываю.

– Меня бы здесь не было, если бы я не думала, что смогу. Мой брат в соседней комнате, а здесь тонкие стены.

Я прижимаюсь к ней бедрами.

– Как ты думаешь, я бы всё ещё нравился ему, если бы он знал, что я планирую сделать с его младшей сестрой, пока он спит в соседней комнате?

Моя девушка оказывается на спине за считанные секунды, когда я нависаю над её телом.

– Хотя, просто для ясности, – я провожу рукой по её киске и позволяю ей попробовать себя на вкус. – Я могу трахать тебя так, будто это последний раз, когда я чувствую тебя под собой, но я всегда буду любить тебя так, словно это навсегда, – я пробую её вкус со своих пальцев, когда её глаза сияют от благоговения. – Потому что это навсегда, Кендра. Я перед тобой на коленях.

Она тяжело сглатывает, когда я стягиваю шорты и толкаюсь в неё. От неожиданности она ахает, и я закрываю ей рот ладонью, заглушая звук.

– Прими этот член, как тихая сучка, которой, я знаю, ты можешь быть.

Я снова толкаюсь в неё и хватаюсь за деревянную спинку кровати, не давая ей удариться о стену.

– Как тебе это, котёнок?

Она хранит полное молчание, пока я снова двигаю бедрами.

– Если я уберу руку, могу ли я быть уверен, что ты тихо кончишь на мой член?

Кендра моргает один раз, и я интерпретирую это как подтверждение, убирая руку, прежде чем опустить её между нами.

– Даже если я сделаю это? – используя смазку, стекающую из её киски, я осторожно обвожу кругами её попку. Её глаза расширяются.

– Это мой... – она замолкает, охваченная удовольствием, когда я медленно и осторожно ввожу в неё один палец.

В отчаянии она откидывает одеяло и обнажает нас, а затем – как хорошая девочка – поднимает обе ноги в воздух и разводит их так широко, как только может.

– Я собираюсь кончить, Джек.

Моё имя срывается с её губ, когда она выгибается навстречу мне, так идеально принимая мой член и пальцы.

– Это то, чего ты хотела, когда пробралась сюда? Чтобы твоя задница и киска кончали вот так? Я чувствую тебя всем телом.

Мой собственный грязный рот – моя погибель, и я утыкаюсь лицом в подушку рядом с ней, постанывая от лучшего оргазма, который я когда-либо испытывал.

– Спасибо, – тихо выдыхаю я. – Спасибо, что дала мне шанс доказать, что я не такой осел, каким он меня выставил. Я не такой, Кендра. Я полон любви к тебе.

Она проводит рукой по волосам у меня на затылке, и я поднимаю голову, чтобы посмотреть на неё.

– Мне нужно подождать ещё немного, прежде чем я завоюю твоё сердце? – я кладу ладонь на её грудь, которая быстро поднимается и опускается.

Она обхватывает ладонями моё лицо, поглаживая большими пальцами мои щеки.

– Моё сердце полностью твоё. Честно говоря, я думаю, что так было всегда, я просто не знала этого. Даже если мне никогда этого не хотелось. Я всегда знала, что ты рядом, я всегда чувствовала твое присутствие на вечеринках, находясь в другом конце комнаты, – она целует меня в лоб, и моё сердце взрывается. – Я люблю тебя, Джек. Навсегда.

Костяшки моих пальцев сжимаются вокруг изголовья кровати, когда я снова наваливаюсь на неё. Несмотря на то, что я только что кончил, я всё ещё возбужден, и она всё ещё мокрая.

– Думаю, у нас есть ещё несколько часов, прежде чем все проснутся. Позволь мне показать тебе, каково это – быть центром чьего-то мира.

ГЛАВА 40

КЕНДРА

– Ты знаешь, я всегда думала, что никогда не смогу уехать из Англии, – Дарси оглядывает арену, а затем снова смотрит на всех нас, сидящих в семейной ложе. – Но я вижу привлекательность Нью-Йорка. Такое чувство, что здесь может случиться всё, что угодно. Как будто весь мир у тебя на ладони.

Коллинз фыркает, глядя, как вратарь Далласа растягивается на льду.

– О, конечно, есть некоторые преимущества. Ты можешь приглашать меня на столько хоккейных матчей, сколько захочешь. Кстати... – она достает пачку драже из кармана пальто и высыпает целую тонну на стол рядом с собой, складывая все красные драже в аккуратную стопку.

Я приподнимаю бровь, когда Дарси и Дженна наблюдают за происходящим рядом с ней.

– Что ты делаешь? – спрашивает Дарси.

Она кладет остальное обратно в пакетик, оставляя только красные.

– Этот цвет намного вкуснее.

– Или ты могла бы просто купить все красные? – предлагает Дженна, глядя на лёд.

Коллинз пожимает плечами и отправляет в рот несколько штук.

– И что в этом забавного? Такое мне по душе.

– Кстати говоря, как тебе новая работа?

Она поднимает брови, глядя на меня.

– Ну, главный механик предлагает отличный пакет услуг.

Дженна прикрывает рот рукой, когда Фелисити возвращается с подносом напитков для всех нас.

– Ты же не собираешься связываться со своим боссом? – Дженна ахает. – Это всегда плохой выбор. Я помню, ещё в старших классах директор начал встречаться с завучем по науке, и, скажем так, это закончилось не очень хорошо. Ей пришлось уйти и...

– Он мне не начальник, – уточняет Коллинз. – Мы просто дурачимся, и, как я уже говорила Кендре, прошло слишком много времени. Мне нужно было расслабиться.

– Да, я понимаю, – говорит Дженна, делая глоток содовой и практически исполняя серенаду. Сладкие напитки для неё редкость, особенно сейчас, во время подготовки к международным матчам.

Моё сердце немного замирает. Прошло три недели с тех пор, как я получила электронное письмо от сборной США, а оно всё такое же болезненное.

– Вы с Ли постоянно этим занимаетесь, – подшучиваю я. – Когда я жила у тебя, это всё, что я слышала. Буквально.

Дарси пренебрежительно машет рукой перед собой.

– Позволь мне сказать тебе, что через некоторое время это пройдет. Потерпи ещё несколько месяцев, и ты будешь будить его из-за храпа, а не из-за второго раунда.

Я открываю рот, чтобы возразить, поскольку не представляю, что Джек не уложит меня на случайную поверхность и не “украдет немного сексуального времяпрепровождения”, как он это называет, но Фелисити успевает первой.

– Мы с Джоном занимаемся этим почти каждый вечер.

Дарси поднимает руку, притворяясь, что её тошнит, когда её внимание привлекает джамботрон. Игроки уходят со льда после разминки, и камера показывает Арчера, снимающего шлем. Дженна искоса смотрит на меня, на её лице написано любопытство. Я смотрю на Фелисити, и у неё такое же выражение лица, но никто из нас ничего не говорит.

Тишина затягивается ещё на несколько секунд, прежде чем её нарушает Коллинз.

– Я не знала, что у Сойера Брайса есть ребенок.

Мы все одновременно поворачиваемся и смотрим на неё.

– Я же говорила тебе, Кенд. Багаж, – добавляет Коллинз.

– И ты сочла необходимым покопаться в его личной жизни, потому что... – я замолкаю, ожидая ответа.

Она очень осторожно приподнимает одно плечо, высыпая на стол ещё драже.

– Он дал это интервью журналу, который я случайно прочитала на днях в метро. Это было о том, что он воспитывает ребенка как отец-одиночка, – она выдыхает. – Он молодец. Я бы не справилась. Я едва могу позаботиться о себе, не говоря уже о том, чтобы завести ребенка.

– У нас с Лиамом был такой разговор на днях. Он спросил меня, хочу ли я семью. Я сказала ему, что, может быть, когда мне будет сорок, – добавляет Дарси.

– Серьезно? – Фелисити раздраженно откидывает голову назад. – Я рассчитывала получить первого внука от вас двоих.

– Да, на меня тоже не смотри, – отвечаю я. – Эти яичники закрыты на следующие пять лет. Париж – это год, когда я попаду на чемпионат мира – я это чувствую.

Дженна наклоняется, чтобы дать мне пять.

– Твои проблемы с передней крестообразной связкой останутся лишь далеким воспоминанием.

Мои мысли возвращаются к прошлой ночи. Каждый раз, когда Джек присоединяется ко мне на тренировке по пилатесу, она заканчивается тем, что он срывает с меня шорты и трахает меня на новых ковриках, которые он нам купил.

«Сядь мне на лицо и трахни его, котёнок.»

Я сжимаю бедра вместе, когда его команды буквально возвращаются ко мне. Его мама сидит через пару стульев от меня, наблюдая, как её сын выходит на лёд в своей первой игре в стартовом составе, и я дрожу с головы до ног, а я с головы до ног дрожу от восхищения другими его талантами.

Коллинз наклоняется ко мне и шепчет:

– Ты думаешь о том, чтобы трахнуться с ним, не так ли?

Я беру красное драже и отправляю их в рот.

– Ага.

Она тихо фыркает.

– Не могу сказать, что виню тебя. Я бы с радостью взяла эту задницу.

– Сегодня вечером невозможно сдерживать тошноту, – Дарси крепко зажмуривает глаза. – Я собираюсь притвориться, что не слышала, что ты только что сказала.

Я игриво прищуриваюсь, глядя на неё, и произношу одними губами: Бог секса.

Она вздрагивает и лезет в карман, вытаскивая телефон.

– Всё. Я отменяю бронь столика на ужин. Аппетит полностью пропал.

– Не могу поверить, что ты действительно отменила бронь, – я беру кусочек жареной картошки и макаю его в кетчуп. – Я умираю с голоду и ем в этом баре всё, что не следует.

Я беру ещё картошку фри, когда Джек проскальзывает на место рядом со мной.

– Я могу помочь тебе разобраться с этим позже.

Дарси морщит нос, но вскоре отвлекается, когда к ней присоединяются Сойер и Арчер.

Взгляд Сойера устремлен куда угодно, только не на Коллинз, пока она занята перепиской, и я готова поспорить, что это разновидность “секса по телефону”.

– Значит, ты...э-э...разобралась со своей ситуацией с телефоном, – Сойер прочищает горло и садится рядом с Дарси, заслужив взгляд от Арчера.

Коллинз из тех девушек, которые излучают уверенность. Буквально ничто и никто не смущает её. Итак, когда она поднимает взгляд и заправляет за ухо прядь розовых волос, я прихожу к выводу, что, возможно, она немного солгала, когда сказала, что капитан “Blades” не совсем в её вкусе.

Она мгновенно берёт себя в руки.

– Да, несколько недель назад.

Натянутый разговор между ними разносится по всему столу, когда Арчер садится на место в конце кабинки и его взгляд останавливается на сестре Джека.

– Как долго ты пробудешь в городе, Дарс?

Джек не сводит с меня глаз. До сих пор.

– Дарс? – Джек отворачивается от меня к своему вратарю.

Малейшее движение губ Арчера не оставляет сомнений в том, как сильно ему нравится заводить моего парня. И я уверена, что он выдает всё это за подшучивание между товарищами по команде.

Как скажешь, Арчер.

Дарси прерывает разговор с Дженной и улыбается своей обычной лучезарной улыбкой. Такую она предложила бы другу. Она никак не реагирует на то, что он называет её Дарс, когда перебрасывает свои медовые волосы через плечо.

– Мне нужно вернуться к четвергу, так как в эти выходные у папы день рождения.

Я чувствую, как Джек напрягается рядом со мной. Я знаю, что он не рассказал Дарси о том, что произошло тем вечером в ресторане. Читая между строк, я могу сказать, что Дарси всегда была ближе к Эллиоту, и я думаю, что это то, что Джек хотел бы изменить, но он не хочет быть братом, который настраивает свою сестру против её отца.

– Ты в порядке? – шепчу я Джеку на ухо.

Он проводит рукой по моим длинным волосам, убирая их с моего лица, и я не могу удержаться от того, чтобы мои веки не затрепетали от этого прикосновения.

– Я в порядке, котёнок. На самом деле, я просто думаю о том, как мы впервые оказались в этом баре вместе, – его взгляд опускается на майку, которая на мне. – Пытаюсь понять, что мне больше нравится – маленькое черное платье или то, что на тебе надето сейчас.

Я прижимаюсь своим лбом к его.

– Для меня это ни то, ни другое.

Он слегка отстраняется.

– Ни то, ни другое?

– Ни то, ни другое, – повторяю я, качая головой. – Черное платье заставляет меня чувствовать себя сексуальной, и должна признать, когда я увидела тебя здесь тем вечером, я была счастлива, что Дженна уговорила меня надеть его.

Он дергает меня за майку, разговоры вокруг нас сводится к простому шепоту.

– А что насчёт неё? – он целует мою пульсирующую точку. – Это потому, что я трахал тебя в твоей, пока твоя семья спала?

Я хихикаю, как подросток.

– О, не пойми меня неправильно; мне нравится носить твою фамилию.

Его глаза вспыхивают жаром и одержимостью.

– Тогда, может быть, это идеальное сочетание – моя фамилия, твоя майка.

– Я могу представить, что однажды это произойдет, – говорю я, запуская руку в его короткие волосы.

– Итак, скажи мне, котёнок, – Джек приподнимает мой подбородок, чтобы я посмотрела прямо на него. – Что тебе нравится больше всего?

Я делаю паузу и думаю о гала, ночи, которую я изначально планировала пережить, но которая оказалась началом всего, что было между нами.

– Платье, которое ты мне купил.

– То зелёное?

Я медленно киваю.

– Я никогда не забуду твоё лицо, когда ты увидел меня в нём, и я никогда не забуду, как, обернувшись, увидела, что ты стоишь прямо передо мной. Думаю, в тот момент я почувствовала это – притяжение между нами. Думаю, именно тогда я начала верить, что, возможно, ничего не было фальшивым. По крайней мере, тогда я на это надеялась.

Джек проводит губами по моему рту, его язык дразнит мой.

– Если вы не возражаете, мисс Кендра Харт, я бы с удовольствием купил вам ещё.

– С твоей большой зарплатой стартового состава? – поддразниваю я. – Не знаю, могу ли я это допустить. Возможно, меня нужно будет немного убедить.

Он улыбается мне, на его щеках появляются ямочки, а голубые глаза искрятся озорством.

– Когда я покупал тебе то платье, я фантазировал о том, как оно будет смотреться у твоих ног. И то, что я обещал тогда, всё ещё остаётся в силе, Кендра. Теперь, когда ты моя девушка, воображению не останется места.

ЭПИЛОГ

Июль

ДЖЕК

– Джек! Ты можешь помочь мне с застежкой?

Я захожу в ванную отеля и вижу взволнованную и раскрасневшуюся Кендру.

Я мог бы притвориться и сказать, что она разволновалась из-за молнии на потрясающем чёрном платье, которое я уговорил её позволить мне купить пару месяцев назад, но это было бы ложью. Она нервничала с тех пор, как организаторы попросили её выступить с речью несколько недель назад. Кендра хотела вернуться в Сиэтл, чтобы встретиться со своими друзьями, поскольку в прошлом году у неё не было возможности присутствовать на встрече выпускников, и я убедил её, что мы должны поехать. Вскоре после того, как мы забронировали билеты, с ней связались и попросили рассказать о её карьере и о пройденном пути.

Протягивая руку к молнии, я медленно провожу ею вверх по её спине, а затем застегиваю застежку вверху.

Она стоит, наблюдая за мной в зеркале, и когда мои глаза встречаются с её в отражении, она поворачивается ко мне лицом.

– Как ты думаешь, мне следовало распустить волосы?

Я качаю головой и целую её в шею.

– Так мне будет удобнее делать это.

Я чувствую, как её тело расслабляется от прикосновения моих губ, и она прижимается ко мне, обнимая меня за плечи.

– Я никогда раньше не выступала с речью. Я точно буду путаться в словах.

Я кладу руки ей на бедра, кончиками пальцев ощущаю мягкость атласной ткани.

– Ты будешь сногсшибательна.

Её карие глаза, обрамленные густыми черными ресницами, смягчаются в ответ.

– Я просто не могу поверить, что Тайлер решил прийти. По-моему, это слишком удобно – меня утвердили спикером на этот год, а он вдруг объявляет о своём участии.

Я целую её в лоб.

– Не могу сказать, что виню его.

Её глаза расширяются.

– Что ты имеешь в виду?

– Он застрял в фарм-команде в Коннектикуте. Это единственный шанс для него увидеть тебя. Маловероятно, что его пригласят на гала в этом году.

Ещё более маловероятно, что он вернется в НХЛ в ближайшее время, поскольку я провел лучший сезон в своей жизни в качестве центрового. Конечно, мы не выиграли Кубок Стэнли, но мы вышли в плей-офф, и это безумный прогресс по сравнению с тем, где мы были в сентябре. Прямо сейчас он не нужен команде.

Она прикусывает нижнюю губу, и я беру её за руку, вытаскиваю из уборной и направляюсь к двери.

– Подожди, – она останавливается как вкопанная, когда моя рука тянется к дверной ручке. – Как ты думаешь, мне стоит ещё раз попрактиковаться? Один последний раз, чтобы убедиться, что не забыла всё, что хотела сказать?

Я планировала сделать это, когда мы вернемся в нашу комнату позже вечером. Но по встревоженному выражению её лица и по тому, как она сжимает мою руку, я заключаю, что, возможно, это то, что ей нужно, чтобы отвлечься.

Отпустив ручку, я лезу в карман и достаю сложенный листок бумаги.

– Конечно. Вчера вечером я записал все темы, которые ты хотела затронуть. Женщины в спорте, расцвет футбола в США.

Я протягиваю ей листок, и она, прищурившись, смотрит на меня.

Восемь месяцев вместе, а она всё ещё не хочет признать мою правоту.

– Спасибо. Это действительно хорошая мысль... – она замолкает и смотрит на бумагу в своих руках. –Э-это не заметки к моей речи.

Я подхожу к ней и снова кладу руки ей на талию, опускаю голову, чтобы ещё раз прочитать подтверждение рейса.

– Разве? Что там написано, котёнок?

– Два билета первого класса до Хитроу. Вылет через два дня, – в её голосе звучит смесь волнения и удивления, когда она читает подробности.

Бинго. Расслабленная Кендра вернулась.

Я забираю бумагу у неё из рук и бросаю её на кровать рядом с нами.

– Всё быстро изменится, когда мы вернемся в Нью-Йорк, но мама и Джон одолжили нам свой коттедж в Оксфорде на две недели, – я наклоняю голову, чтобы встретиться с её потрясенным взглядом. – Только ты, я, английская сельская местность и столько чая со сконами, сколько мы захотим.

Кендра поджимает губы и издает возбужденный писк.

– Я так сильно тебя люблю! – она обнимает меня и целует. – Оп. Чёрт, теперь на тебе мой блеск.

Она собирается вытереть его, но я протягиваю руку и провожу пальцем по нижней губе, поднося его ко рту. Её глаза округляются.

– И теперь я буду возбуждена, когда буду произносить свою речь.

Я приподнимаю её подбородок, чтобы встретиться со ней взглядом.

– Давай спустимся вниз и встретимся с нашими друзьями. Потом я приведу тебя обратно сюда, и мы сможем поиграть со Скарлетт.

– Женщины всегда занимали достойное место в спорте и будут продолжать процветать не только здесь, в Америке, но и во всём мире во многих дисциплинах. Молодых девушек следует вдохновлять на осуществление их мечты стать знаменитыми марафонцами, гимнастками, теннисистками, хоккеистками.

Разинув рот, я наблюдаю, как моя девушка произносит отличную речь, как я и предполагал.

На короткую секунду она одаривает меня дерзкой улыбкой.

– Или игроками в соккер. Я рада видеть всё больше девушек, стремящихся реализовать свой невероятный талант в карьере, и для меня большая честь быть одной из многих спортсменок, помогающих продвигать женское спортивное мастерство вперёд, – она делает паузу и тяжело сглатывает. – К сожалению, моя коллега по команде и хорошая подруга Дженна Миллер не смогла быть здесь сегодня вечером, так как она возвращается из Бразилии с “Золотой перчаткой”.

Она делает паузу, пока несколько человек в толпе аплодируют невероятному выступлению Дженны на чемпионате мира. Они едва не проиграли Англии в финале.

– Но я хотела воспользоваться сегодняшним вечером как возможностью объявить о наших планах по созданию академии для девочек в возрасте до шестнадцати лет. Она будет поддерживаться и финансироваться New York Storm, но со временем мы надеемся расширить её доступность по всей стране.

Аплодисменты толпы сменяются бурными возгласами, когда Кендра отходит от микрофона, а я на секунду оглядываю зал. Все её университетские друзья стоя аплодируют её невероятному выступлению. И когда я стою рядом с ними, я не могу не заметить, что единственный человек, который не поздравляет её, – это Тайлер.

Я не знаю, какой умник усадил его туда, но, когда мы подошли к столику и она увидела его карточку рядом со своей, я предложил поменяться местами, на что получил решительный отказ.

Словно какая-то богиня, она делает последние пару шагов вниз со сцены, и мне не стыдно признаться, что движение бедер, которое я уловил, вкупе с её шикарной речью, которую она только что произнесла, заставляет мой член дергаться в штанах.

Не сейчас.

Не обращая никакого внимания на Тайлера, она садится обратно и машет рукой своим друзьям, прежде чем сосредоточить своё внимание на мне. Я протягиваю руку и пододвигаю её стул к себе. Ужин закончился, речь удалась, и теперь я хочу немного повеселиться.

– Помимо чертовски потрясающей работы, которую ты только что проделала там, знаешь, из-за чего я выгляжу как чеширский кот?

Она улыбается поверх края своего бокала с шампанским.

– Из-за чего?

Я наклоняюсь немного ближе и замечаю, как Тайлер достает свой телефон, отчаянно пытаясь игнорировать нас.

– В последний раз, когда мы были в этом кампусе, окруженные всеми этими людьми, ты была всего лишь девушкой мечты, к которой я никогда не мог прикоснуться.

Засовывая руку под белую скатерть, я уверен, что нас никто не увидит, потому что позади нас только стена, а все остальные погружены в разговор.

– Но сейчас, этой ночью, и, чёрт возьми, навсегда, ты моя...

Я провожу кончиками пальцев по внешней стороне её бедра, и она резко втягивает воздух, когда я добираюсь до края её трусиков. Когда я просовываю указательный палец под тонкий материал, она приподнимает бедра, и я стягиваю крошечное подобие нижнего белья с её ног. Она снимает их и ставит свой бокал обратно на стол с выражением чистого вожделения на лице, когда я кладу её стринги в карман и подношу руку к внутренней стороне её бедра.

Я чувствую там жар, нужду.

– В прошлый раз, когда я просил тебя не кричать, ты хорошо справилась и вела себя тихо ради меня, – я нахожу её киску, и мои пальцы тут же намокают. – Ты можешь сделать то же самое для меня ещё раз?

Она всхлипывает, и я толкаю палец внутрь, поворачиваясь всем телом к ней. Для постороннего наблюдателя я просто уделяю всё своё внимание самой горячей девушке в комнате. Но в моей реальности? Я ласкаю женщину, которую однажды попрошу стать моей женой.

– Я могу это сделать, Джек, – говорит она, закидывая свою ногу мне на колено.

Её рот образует идеальную букву "О", когда я добавляю ещё один палец и чувствую, как её стенки сжимаются вокруг меня. Свободной рукой я возвращаю ей стакан, и она делает ещё глоток, пока я сжимаю пальцы и глажу её идеальную киску.

– Сейчас я поиграю с твоим клитором и заставлю тебя кончить, котёнок. Это нормально?

Она кивает один раз, и я медленно шевелю пальцами, понимая, что не могу делать резких движений и рисковать привлечь к себе внимание. Когда она начинает дрожать, я беру стакан, который дрожит в её руке, и осторожно ставлю его на стол.

– Вот и всё. Отдай мне всё, что у тебя есть, – я медленно успокаиваю её, пока она пытается удержаться в руках, её лицо заливается милым румянцем.

Музыка звучит относительно громко, но звуки, которые издает её влажная киска, когда она кончает мне на ладонь, ни с чем нельзя спутать, и мои яйца напрягаются, в основании позвоночника нарастает давление, а самообладание покидает меня.

Когда Кендра кончает, её киска заливает мою руку.

– Хочешь кое-что узнать? – мой голос хриплый, почти шепот.

– Да, – выдыхает она.

– Я только что кончил в штаны, наблюдая, как ты вот так раскрываешься для меня.

Её взгляд опускается на мою промежность. Она не может увидеть мокрое пятно, так как оно скрыто под столом, но оно там есть.

– Слава богу, что я надел черные брюки, – усмехаюсь я.

Она прикусывает нижнюю губу. Я точно знаю, что она собирается сказать, ещё до того, как она открывает рот.

– А теперь я хочу лечь спать, Джек.

Я вытаскиваю свои пальцы, а затем и её стринги из кармана, вытирая о них её сперму.

– Хорошо, котёнок, я отведу тебя наверх сразу после того, как ты снова наденешь это, и сделай для меня одну последнюю вещь.

Она делает, как я просил, и я переплетаю наши пальцы. Но прежде чем я уведу её наверх, где планирую совсем не спать, я бросаю ещё один взгляд на девушку, которую никогда не думал заполучить.

– Повторяй за мной: футбол.

КОНЕЦ

Вторая книга серии про Сойера и Коллинз.