Текст книги "Идеальный приём (ЛП)"
Автор книги: Рут Стиллинг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
ГЛАВА 23
ДЖЕК
Дождь барабанит по ветровому стеклу моего GMC Sierra, пока я сижу, барабаня пальцами по рулю. Она выйдет из душа и сразу же наденет одежду, и, скорее всего, она чертовски замерзнет, когда выйдет. Даже если до моего грузовика всего пара сотен ярдов, она промокнет до нитки. Я распахиваю дверь и натягиваю толстовку, направляясь к тому же охраннику, который открыл мне доступ в коридор, чтобы я мог поговорить с Кендрой ранее.
Очевидно, он фанат “Blades”.
– Эй! – я стучу по стеклу, и он вздрагивает.
Он открывает окно, и я указываю на зону ограниченного доступа прямо за выходом для игроков.
– Я знаю, что это только для доставки, но моя девушка, Кендра Харт, – чёрт, как это приятно звучит. – Промокнет насквозь.
Парень смотрит на меня так, словно я с другой планеты.
– Да, и? Она футболистка и привыкла к дождю.
Я подхожу ближе к окну.
– Она только что сыграла лучшую игру в всей своей жизни, и я собираюсь познакомить её со своей семьей. Я хочу, чтобы она чувствовала себя комфортно, а не сидела там замерзшая и мокрая, – я показываю на ворота. – Итак, вы можете просто пропустить меня, и я не буду вам мешать?
Он поправляет капюшон своей куртки, обдумывая мою просьбу.
– Хорошо. У тебя есть пять минут.
Я показываю ему большой палец и бегу обратно к своей машине, заводя двигатель. Ворота открываются, и я подъезжаю прямо к дверям для игроков.
Стягивая с себя мокрую толстовку, я включаю подогрев сидений на полную мощность и достаю её подарок с заднего сиденья. Кендра хотела не открывать его до возвращения домой, но что я могу сказать? Я нетерпеливый ублюдок.
Джон:
«Твоя мама хочет знать, во сколько ты будешь здесь.»
Я:
«Где-то через час. А может, и меньше. Сначала я должен вручить Кендре свой подарок, а потом мы подъедем.»
Джон:
«Подарок?»
Я:
«Чёрт.»
Джон:
«Да, мне не нужно было этого знать, Джек.»
Моё лицо разрывается между отвращением и весельем.
Я:
«Нет, не это. Ну, может быть, это позже. Определенно, позже. Сегодня её день рождения.»
Иииииии, я забыл им сказать.
Джон:
«Аааа. Круто, круто. Итак, ты решил пропустить ту часть, где тебе нужно сказать нам, что ей нужен подарок. Ты знаешь, девушке, с которой ты встречаешься, и с которой мы встречаемся в первый раз.»
Я печатаю сообщение с извинениями, но приходит ещё одно сообщение.
Мама:
«СЕГОДНЯ У НЕЁ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ?!!»
Я:
«Не убивай меня.»
* Джон был добавлен в чат*
Джон:
«Ангел, я уже в дверях, надеваю кроссовки. Не выключай духовку, нужно разогреть её для говядины. Я бегу в Кингз-Плаза в паре кварталов отсюда.»
ДАРСИ:
«Джек, у меня нет слов. Кроме того, что я переименую твой контакт на “Болван”».
Должно быть, проходит ещё минут двадцать, прежде чем товарищи Кендры по команде начинают выходить.
Джон:
«Какой у неё любимый цвет?»
Я:
«Она думает, что это голубой, но на самом деле это шалфейный. На самом деле, больше оливковый. В такой она красит ногти.»
Джон:
«В этом магазине нет ничего оливкового.»
Я:
«В каком ты магазине?»
Джон:
«Macy's.»
Я:
«И там нет ничего оливкового?»
Джон
«Нет, Джек, нету.»
«Подожди, я кое-что нашел. Слава Богу.»
Я отрываюсь от телефона как раз в тот момент, когда Кендра открывает пассажирскую дверь и забирается внутрь.
– Как тебе удалось найти здесь место? – её лицо опускается к подарку у меня на коленях.
– Подружился с Тедом, – я показываю на будку охраны.
Она пристегивает ремень безопасности.
– Подожди, так ты уговорил Теда разрешить тебе припарковаться здесь?
Я пожимаю плечами.
– Да.
– Почему? – она издает смешок.
Я наклоняюсь и кладу ладонь ей на щеку.
– Потому что там мокро и холодно, и, если бы ты была моей девушкой, я бы не позволил ей идти в такую погоду. Даже если это двести ярдов.(~183 метра)
Я не отрываю от неё взгляда, прежде чем включаю двигатель и направляюсь к главной парковке.
– Готова к подарку?
Когда я снова паркуюсь, она смотрит в пассажирское окно.
– Кендра?
– Да? – она поворачивается ко мне лицом с блеском в глазах.
– Эй, в чём дело? – я протягиваю руку и провожу по её длинным волосам.
Она поджимает губы и сцепляет руки на коленях.
– В какой момент мы должны прекратить это, Джек? Договоренность, которую мы заключили, – комок подкатывает к горлу от нотки грусти в её голосе.
– Иди сюда, – я протягиваю руку и расстегиваю её ремень, откладывая конверт и подарок.
Кендра перебирается через консоль и садится на меня верхом, мои руки тут же находят её обтянутую джинсами задницу. Всё, что мы делали прошлой ночью, а после и этим утром, вспоминается моему члену.
– Когда ты хочешь остановиться, Кендра? – я задаю ей этот вопрос, поскольку ответ для меня прост.
Никогда. Я не хочу останавливаться. Вечность – это не срок, и это всё, что я могу понять, сидя с девушкой у себя на коленях. Она обвивает руками мою шею и прижимается своим лбом к моему.
– Пока нет.
Прижимаясь своими губами к её, я жалею, что не могу проникнуть в её голову и разгадать всё, о чем она думает. Мы во многом похожи, но я постепенно начинаю понимать, что часть моей одержимости этой девушкой – это карты, которые она держит при себе. Она скрывает те свои качества, которые я отчаянно хочу раскрыть.
– Когда это закончится, зависит от тебя, Кендра. Просто скажи мне. Но до тех пор я здесь, рядом с тобой, – с каждым словом, слетающим с моих губ, у меня перехватывает горло.
Я всегда знал, что это. Я знал, что она хотела повеселиться после Тайлера. Но я не был готов к тому, что подпаду под её чары.
Я играю в рулетку со своими чувствами, и есть шанс, что я проиграю. Но я и раньше был по уши влюблен в неё, а теперь, когда она побывала в моей постели, я готов на всё с ней.
Выпрямляясь, Кендра протягивает руку и берет свой подарок и конверт с дерзкой улыбкой на лице.
– Это похоже на две вещи.
Она разрывает оберточную бумагу, останавливаясь на последних моделях AirPods, а затем на экземпляре недавней книги Челси Рейн под названием “Руководство по тренировкам и питанию”.
Её глаза расширяются, когда она перелистывает титульный лист.
– О-она...подписана?
Я киваю и целую её в шею.
– В тот раз её показывали по телевизору. Я подумал, что она тебе нравится.
Недоверие отражается на её лице, когда она перелистывает ещё несколько страниц.
– Я её обожаю. А AirPods? В этом действительно не было необходимости. Они такие дорогие.
Её внимание падает на конверт с открыткой, и она вскрывает его.
– Ахахахаха! – она разражается смехом, когда замечает белоголового орлана на обложке. – О Боже мой!
Наблюдая за ней такой – в приступе смеха и такой чертовски счастливой, – я ловлю себя на том, что пялюсь на неё, откидываю голову назад, желая рассмотреть получше.
Она всё ещё смеётся, когда я беру подарок и кладу его на пассажирское сиденье. Затем я забираю открытку у неё из рук и кладу сверху.
– Я предполагаю, что это больше связано с тем, что я американка, чем с тем, какой ты меня видишь, – моя девушка указывает на открытку, её улыбка широка, как гребаный океан.
– Хочешь знать, какой я тебя вижу, Кендра?
Её смех затихает, а взгляд опускается на мои губы.
– Какой?
– Что-то вроде этого.
Я наклоняюсь к её губам, и от первого же прикосновения моего языка она начинает извиваться. Её хныканье заводит меня ещё больше, и мой член твердеет с каждой секундой.
Нет ничего фальшивого в этом поцелуе, в биении моего сердца. И она также не может подделать свой румянец, который разливается по её груди и скрывается за вырезом свитера. Жар между её ног усиливается, и она отстраняется, её губы припухли.
– Мне очень весело, Джек. Ты делаешь меня счастливой.
Поскольку я пристрастился к её губам, я снова целую её.
– Мне тоже. Мне даже начинает нравиться Нью-Йорк.
Из неё вырывается смешок.
– Я должна признаться.
Я приподнимаю бровь.
– О, да?
Играя с пуговицами на моей рубашке, она расстегивает первые две и оставляет поцелуй на моей груди.
Эта девчонка. Эта чёртова девчонка.
– Я люблю взбитые сливки.
Я знаю, что выгляжу самодовольным; я знал, что ей это понравилось. Всем это нравится.
– Не волнуйся, котёнок. Я сохраню твой американский секрет.
– Но, – она поднимает палец вверх. – Я всё ещё играю в соккер.
– Чёрт возьми... – я убираю прядь волос с её лица. – А я-то думал, что ты уже поняла свою ошибку.
Она приподнимает мой подбородок и облизывает мои губы, огонь окрашивает её карие глаза в янтарные.
– Я не совершаю ошибок, по крайней мере, сейчас.
Несколько секунд мы ничего не говорим, хотя тишина так и кричит о том, чтобы её заполнили.
– Нам пора, – наконец говорю я, понимая, что мы валяем дурака и целуемся гораздо дольше, чем следовало бы, а отсюда до дома мамы и Джона как минимум полчаса езды.
– Как думаешь, я им понравлюсь? – спрашивает Кендра, всё ещё сидящая у меня на коленях.
– Моей семье? – спрашиваю я, шокированный её сомнениями.
Она кивает и играет с волосами у меня на затылке.
– А почему ты думаешь, что можешь не понравиться?
Она кривит губы.
– Не думаю, что я так уж сильно понравилась родителям Тайлера. Он единственный ребенок в семье, и, наверное, они думали, что их золотой мальчик мог бы найти себе кого-нибудь получше.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, подавляя смех от того, насколько чертовски нелепы Беннетты.
– Знаешь, что я думаю? Людям не нравится то, чего они боятся. Ты угрожала ему, Кендра. Ты была не из его гребаной лиги, и он был не в своей тарелке с тобой. Сильным женщинам, которые делают потрясающие вещи, не место среди парней вроде Тайлера Беннетта. Тебе не место с Тайлером Беннеттом...
Ты принадлежишь мне.
Я прогоняю эту мысль и делаю глубокий вдох.
– И они это знали. Моя же семья знает, что они хороши. И они полюбят тебя.
ГЛАВА 24
ДЖЕК
В ту же секунду, как раздается писк лифта и открывается дверь в квартиру, как мотыльки на пламя, Дарси и мама устремляются к нам.
Забудьте об этом. Они полностью игнорируют меня и направляются прямиком к Кендре.
– О, Боже мой! – говорит Дарси, бросаясь к моей девочке.
– Дай ей немного пространства, Дарси, – инструктирует мама, и на мгновение мне кажется, что она взяла себя в руки, но затем она делает то же самое, когда моя сестра отступает на шаг.
– С днём рождения! Вау...Ты так вкусно пахнешь, – объявляет мама, протягивая руки, чтобы обнять Кендру. – Разве она не вкусно пахнет, Джек? И такая красивая! – она кладет руки Кендре на плечи, чтобы получше рассмотреть её.
Я провожу рукой по лицу и стону. Кендра – первая девушка, которую я привел домой. Если не считать парня Дарси, Лиама, у моей мамы не было возможности познакомиться с потенциальными будущими родственниками.
– Привет, – пищит Кендра, неудивительно ошеломленная таким приемом.
И подумать только, она нервничала, что не понравится им.
Беннетты придурки.
– Итак, я Дарси, сестра Джека. Это наша мама, Фелисити, – моя сестра движется вокруг всех, как будто не очевидно, кто мы все такие, её волосы цвета меда развеваются, а голубые глаза блестят от волнения. – Джон! – кричит она. – Тащи свою задницу сюда. Кендра и Джек приехали.
– А я Джек, – я поворачиваюсь к Кендре и показываю на себя.
Дарси ударяет меня в грудь и обнимает меня, зарываясь лицом в мою шею.
– Прошло чертовски много времени, – шепчет она, чтобы услышал только я.
Прошло почти четыре месяца с тех пор, как я в последний раз видел свою младшую сестру. В детстве мы ссорились, как обычные брат и сестра, но с тех пор, как наша семья разделилась по разные стороны от Атлантики, мы поняли не только то, насколько мы были близки, но и то, что на самом деле мы не созданы для длительной разлуки.
– Скучал по тебе, жучок, – отвечаю я.
– Джек, – Дарси незаметно поворачивает голову в сторону Кендры. – Мне двадцать два, я думала, ты забыл прозвище, которое дал мне, когда нам было по пять и ты гонялся за мной с дождевыми червями.
Я пожимаю плечами и бросаю взгляд на Кендру, которая смотрит на нас с отсутствующим выражением лица.
– Ладно, ужин будет готов минут через двадцать, – мама хлопает в ладоши. – Джон как раз готовит соус, – затем она смотрит на меня. – Джек, почему бы тебе не показать Кендре квартиру, а потом присоединиться к нам за столом?
– Ты расставила свечи? – Дарси смотрит на маму.
Она хлопает себя ладонью по лбу.
– Сааааааахр. Забыла.
Когда я протягиваю руку и беру Кендру за руку, я замечаю, как на её губах появляется тень улыбки. Каждый вечер, с тех пор как я купил их, Кендра зажигает ванильные свечи.
– Ладно, не беспокойся, – Дарси машет рукой и направляется в столовую. – Я могу разобраться с этим прямо сейчас.
Пару секунд спустя мы остаемся одни, и я беру другую руку Кендры в свою, поворачивая её лицом к себе. Может, она и улыбнулась, когда Дарси спросила про свечи, но я вижу, что у неё на душе что-то тяжелое.
– Всё в порядке? – спрашиваю я, в глубине души молясь, чтобы она не сказала, что это уже слишком. Что встреча с моей семьей – это не то, о чём мы договаривались.
– Да, – улыбается она. – Отлично.
Я подхожу к ней, вторгаясь в её личное пространство.
– Вот я и поймал тебя, котёнок. Я зашел слишком далеко? – шепчу я, касаясь губами её уха.
Её вздох звучит обреченно, и моё сердце ударяется о мраморную плитку под нами.
– Я скучаю по своему брату, вот и всё. Я не видела его целую вечность. Мы даже не на одном континенте. Ваше с Дарси воссоединение напомнило мне об Олли, и я не думала, что так это повлияет на меня. Можно сказать, что я ближе с ним, чем с родителями, – она делает глубокий вдох и смотрит в пол. – Если бы я не отказалась от Англии, то была бы в двух часах полета от него, а не в девяти.
Моё сердце разрывается из-за неё, и я сжимаю наши руки вместе. Не видеться с Дарси достаточно тяжело для меня, поэтому я не могу представить, как тяжело Кендре, у которой брат профессиональный футболист. Его карьера редко приводит его в США. Футбольный сезон в Европе такой же напряженный, как и в НХЛ.
– Ты чувствуешь себя одиноко? – спрашиваю я, и моё сердце сжимается при этой мысли.
Она поджимает свои пухлые губки, и всё, что я хочу сделать, это поцеловать их, прогнать поцелуем всё беспокойство, которое она испытывает.
– В какой-то. Теперь, наверное, я чувствую себя более... – она замолкает и смотрит в сторону кухни, где пару минут назад исчезла мама.
Обхватив её подбородок большим и указательным пальцами, я привлекаю её внимание к себе. Я хочу – нет, мне нужно – знать всё, что происходит в её голове. Загадочная часть моей девочки вызывает у меня тоску.
– Что чувствуешь?
Её карие глаза встречаются с моими, в них отражается неуверенность.
– Как будто, возможно, всегда чего-то не хватало, чего-то, о чём я и не подозревала, что мне это нужно.
Этого достаточно, чтобы мои губы нашли её.
– Чего ты хочешь? – спрашиваю я между поцелуями, на самом деле мне плевать, если я не проведу для неё экскурсию по пентхаусу.
Её плечи опускаются, и я притягиваю её к себе. Отчаянно хочу, чтобы она истолковала то, как я прижимаю нас друг к другу, как всего лишь желание, нужду, и чтобы она поняла, что она для меня всё и даже больше.
Я чертовски близок к тому, чтобы сказать ей, что хочу, чтобы между нами всё было официально. Что я привел её сюда сегодня вечером как девушку, в которую я полностью влюблен, а не как часть какой-то чертовой договоренности, которую мы заключили, чтобы держать какого-то гребаного придурка подальше от неё.
Но из-за этого придурка я сдерживаюсь от всего, что хочу сказать, боясь, что она спрячется от меня.
– Оп. Прошу прощения, я—уф. Ладно, я пойду, – Джон выходит в коридор, затем разворачивается и быстро уходит.
Я прижимаюсь своим лбом ко лбу Кендры и крепко закрываю глаза.
– Ну и момент он выбрал, – шепчу я ей, когда она тихо хихикает, прижимаясь ко мне.
– Твоя семья ждет.
Я киваю, всё ещё не открывая глаз.
– Мы можем поставить точку в этом вопросе и поговорить об этом вечером?
– Да.
Поднося её левую руку к своим губам, я целую костяшки её пальцев.
– Однако есть одно условие, – я встречаюсь с ней взглядом. – Я хочу, чтобы ты была в моей постели во время этого разговора.
КЕНДРА
– Что ты изучала в университете? – спрашивает Дарси, когда я откусываю ещё кусочек лучшей говядины по-веллингтонски, которую я когда-либо пробовала.
Прошло полчаса с тех пор, как я общаюсь с семьей Джека, но потребовалось всего пять минут, чтобы мои нервы успокоились. Я видела Джона Моргана всего пару раз, когда он был тренером университетской команды, и он не очень-то нравился Тайлеру.
Я понимаю почему. Джон на самом деле приятный человек.
Я смотрю на Дарси – она чистое солнышко. Сияет с головы до ног.
– Английскую литературу.
Проглотив зеленую фасоль, она протягивает руку и хлопает брата по руке.
– Офигеть! Мы изучали одно и то же. О, это определенно знак, Джек.
– Между вами двумя разница в год, верно? – спрашиваю я.
– Чуть меньше. Я забеременела Дарси почти сразу после Джека, – с улыбкой отвечает Фелисити. – Хотя вот эта держит бразды правления – всегда, – она указывает на свою дочь вилкой.
Гордая улыбка появляется на лице Дарси, когда она выпрямляется.
– Он пропадет без меня.
Джек усмехается и откладывает нож и вилку.
– И какие тому доказательства?
– О, ничего особенного, – взяв свой бокал, Дарси делает глоток и улыбается во весь рот. Поставив бокал на стол, она наклоняется, чтобы поднять что-то с пола.
Она встает со стула и, обходя стол, направляется ко мне, держа в руке подарочный пакет.
– Надеюсь, тебе понравится. Мы узнали, что у тебя день рождения, только... ну, совсем недавно, – Джон бросает взгляд на Джека, и я вижу, как краснеют его щеки.
– Это мой любимый бренд! – говорит Дарси, протягивая мне пакет. – Если тебе понравится, предлагаю бросить Джека и жить вместе. С днём рождения! – пищит она, а затем собирает тарелки и начинает относить их на кухню.
– Со всей серьезностью, мы не обидимся, если тебе не понравится, – говорит Джон, указывая на подарок у меня на коленях.
– Это от нас троих, – добавляет Фелисити, когда Дарси снова садится за стол.
Под пристальным взглядом четырех пар глаз я отодвигаю мягкую белую оберточную бумагу, и у меня перехватывает дыхание.
Вау.
– Это, гм... – я сжимаю мягкую кожу между пальцами и замечаю, как она сочетается с цветом моих ногтей – уверена, это как-то связано с Джеком.
– Mulberry! – восклицает Дарси.
Не поймите меня неправильно; у моих родителей есть деньги, как и у моего брата. Серьезные деньги. Время от времени они балуют меня, но получить сумочку Mulberry от семьи Джека, с которой я только что познакомилась, – это совершенно новый уровень щедрости.
– Тебе нравится? – спрашивает Джон, наклоняясь вперед и сцепляя руки под подбородком.
Его манеры и заботливое отношение так похожи на Джека. Если бы я не знала его лучше, то была бы уверена, что он биологический отец Джека.
– Это невероятно красиво, – шепчу я, всё ещё рассматривая сумочку, доставая её из подарочного пакета.
Стоимость этой сумки, вероятно, могла бы окупить аренду на месяц, а то и на два.
– Вот, дай мне, – Фелисити забирает у меня папиросную бумагу.
– Спасибо, – говорю я, всё ещё в шоке, когда оглядываю стол, мой взгляд, наконец, останавливается на Джеке рядом со мной, он протягивает руку и сжимает моё бедро. – Я действительно не знаю, что сказать.
– Ты был прав, Болван. Оливковый – определенно цвет Кендры.
Я чувствую, как горят мои щеки, когда ставлю подарочный пакет на стол рядом с собой. Я не думаю, что когда-нибудь смогу смотреть на этот цвет и не думать о нём или о платье, которое он выбрал. Особенно вчера вечером и снова сегодня утром.
Испытывая странные чувства из-за щедрости и воспоминаний о вчерашнем дне, я отодвигаю свой стул.
– Мне нужно в уборную.
Рука Джека скользит по моему бедру, когда я встаю.
– Первая дверь налево, – инструктирует он.
Двадцать секунд спустя я стою перед зеркалом как в фильмах, мои волосы после игры и без укладки выглядят такими же растрепанными, как я себя чувствую.
Что ты делаешь, Кендра?
Несколько недель назад ты рассталась с парнем, с которым, как ты думала, проведешь остаток своей жизни, а теперь ты ведешь себя как дома с семьей его соперника.
Часть меня чувствует, что я не должна быть здесь. Как будто я не имею права принимать этот невероятный подарок от этих невероятных людей. Я только и делаю, что принимаю что-то с того дня, как увидел Джека в баре. В своей решимости не полагаться на свою семью из-за денег, я сделала именно это с Морганами.
И я чувствую себя дерьмово из-за этого.
Так почему же мне кажется, что это лучший день рождения в моей жизни? И почему я могу думать только о мягком пуховом одеяле на кровати Джека и о том, как я вернусь под него сегодня вечером?
– Кендра? – раздается тихий голос из-за двери.
Я протягиваю руку и открываю дверь, замечая Дарси, стоящую с другой стороны.
Она наклоняет голову и тут же входит, закрывая за собой дверь.
– Я просто хотела проверить тебя.
– Я в порядке. Просто нужна секунда, – говорю я, показывая свою лучшую улыбку.
Она неуверенно приподнимает бровь.
– Подарок был слишком дорогим? Я знаю, что мы все можем немного перебарщивать, – хихикает она. – Мама, наверное, самая хладнокровная из нас всех.
Собрав волосы в ладони, я позволяю им рассыпаться по спине.
– Нет, всё прекрасно. Я просто... – мои слова обрываются. Что я вообще должна сказать? Всё, что я чувствовала секунду назад? Ну уж нет.
– Могу я кое-что сказать? – её обычно непринужденное поведение становится более серьезным, когда она приподнимается, чтобы присесть на столешницу. – Я знаю, что мы только встретились, но мне кажется, что это может быть полезно, как девушка девушке.
Я киваю головой и жду, когда она продолжит. Она разглядывает свои ярко-розовые ногти, прежде чем переводит взгляд на меня.
– Мой брат любит тебя.
Я практически задыхаюсь от собственного дыхания.
– Что?
Она морщится и опускает руку рядом с собой.
– Ух, я всегда такая. Мозг работает на первой, а рот – на пятой передаче. Но нет никакого тонкого способа сказать это, поскольку это и так чертовски очевидно. Мой старший брат по уши в тебя влюблен.
– Я...я не уверена, что он...
– Да. Я уверена в этом, – она отталкивается от столешницы и встаёт передо мной, наш рост не слишком отличается. – Тебя это пугает? Он вроде как писал мне, что ты не так давно рассталась с кем-то, поэтому я немного погуглила, и мне не потребовалось много времени, чтобы узнать, что ты была с Тайлером Беннеттом, его нынешним товарищем по команде и соперником ещё с университета. Я помню, Джек тогда говорил, что он мудак. Прости, – продолжает она.
Я издаю короткий смешок и опускаю глаза на её пушистые розовые носки.
– Ты действительно прямолинейна, не так ли?
– Эх, да. Иногда это доставляет мне неприятности. Моему парню вроде как не нравится, что я так откровенна, – ворчит она.
Что-то в этом заявлении находит отклик у меня, разжигая огонь глубоко внутри. Мне это не нравится.
Не раздумывая ни секунды, я беру её за руку.
– Это не плохо, Дарси. Я ценю, что ты пришла проведать меня. А также за то, что ты честно высказала мне своё мнение о Джеке. Сейчас всё...сложно для нас обоих. Я знаю, это звучит как отговорка, но мы определенно делаем друг друга счастливыми.
Улыбаясь, она продолжает держать меня за руки.
– Я иду на игру против “Scorpions” завтра. Ты придешь посмотреть?
Мы с Джеком не говорили о том, чтобы я приходила смотреть его игры, но что-то подсказывает мне, что он не был бы против. И ещё большая часть меня хочет этого, не только ради него, но и ради девушки, стоящей передо мной и нетерпеливо ожидающей моего ответа.
Дарси была права, когда спросила, не слишком ли это. Так и есть. Когда Джек прошлой ночью отнес меня в свою постель, я почувствовала то, чего никогда не ожидала. Эмоции, которые я никогда не испытывала, даже с Тайлером. Чем больше я думаю о связи между Джеком и мной, тем труднее списать всё это на веселье и желание сделать друг друга счастливыми. Не ради веселья Джек смотрел на меня так этим утром, и не из-за веселья по мне бегут мурашки каждый раз, когда я смотрю на него.
Если Джек Морган уже влюблен в меня, то есть большая вероятность, что я не сильно от него отстаю. Куда бы он ни пошел, я хочу быть рядом, и нет ни одной его частички, которую бы я не любила.
Улыбаясь в ответ Дарси, я киваю головой, уже думая о том, как взбесится Олли, когда я расскажу ему о сегодняшнем вечере.
– Да, я свободна. Я и моя Mulberry будем там.
