Текст книги "Царство воров (СИ)"

Автор книги: Роза Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

– Тебя Вередин ждет... Ты не видела Рика или Сирену? И кто победил, в конце концов?..

– Я победила... И Амброса победила... – заговорищецким шепотом проговорила Лу. Голос ее звучал незнакомо, казался чужим.

– О чем ты? Где Амброса?

Вместо ответа тонкие руки опять ухватили чехол и поволокли в сторону циркового шатра. Сардан обескураженно смотрел на нее. Выйдя на мощеную дорожку, она присела и закинула чехол себе за спину. Сардан сорвался с места, чтобы помочь ей, как неожиданно ее фигура попала под городской фонарь. Маро оцепенел от увиденного.

Черный чехол протекал, и на светлую мостовую с него капали темные густые капли. Кровь.

– Лу... – Она обернулась.

– Я победила.

Разноцветные глаза взглянули на него исподлобья. В голубом появился недобрый блеск.

– Ну, конечно. Ты победила, – поспешно согласился Сардан. И опять с опаской взглянул на чехол от контрабаса. Черная кровь капала тугими каплями.

Она проследила за его взглядом, ревниво обхватила верх руками.

– Что там такое? – тихо спросил Сардан. Голос его охрип от жуткого предчувствия. К горлу подобралась тошнота. – Кто там? Амброса?

– Нет. Не Амброса.

– А... тогда...

– Там мертвый Саддафи. Я его убила. – Она произнесла доверительно, да еще с такой улыбочкой, что Сардан сделал шаг назад.

Ее ноздри тут же хищно раздулись. Словно она узнала знакомый запах. Неужели Сардан пропитан страхом?

– Ты правда его убила?

– Да. – Она довольно облизнулась. – Я добралась до него. Как же долго я ждала...

– Что теперь будет? – Сардан ужаснулся. Он и не думал, что она убьет близнеца Саддафи! Теперь им всем конец! Его сестра сожжет весь цирк дотла, а их казнят всех без разбору!

– Не бойся, я защищу тебя.

Дьявол, ну и влип же он! Сумасшедшая ведьма!

– Ты идешь в цирк? – осторожно спросил Маро, пальцем нащупав меч на бедре. На всякий случай. – Тебя Вередин искал. Твой номер на канате скоро.

– Сегодня выступаю не я. У меня замена. – И она так усмехнулась, что Сардан сразу понял – знает про подрезанный канат. И тут же ужаснулся, осознав причину ее ухмылки.

– Подожди-ка... Рикхарт Гаэрди на канате?! Он твоя замена?!

Девичий смех раздался среди пустых кибиток дилижанса. Горзденка смеялась как сумасшедшая. Она ею и была. Маро выхватил меч, сжав эфес в кулаке. Выставил перед собой, отгораживаясь от вештицы. С чехла продолжала капать кровь, скопилось лужей у ее ног.

От мысли, что внутри мертвый Саддафи, юноше становилось плохо.

"Черт побери, нельзя тратить ни минуты!", – с этой мыслью он сорвался со всех ног и побежал к шатру. За спиной продолжала смеяться чокнутая девица.

"Только бы успел! Только бы успел!".

– Сардан! – окликнул по пути высокий встревоженный голос. Он увидел бегущую в его сторону Сирену. Ее глаза были как огромные блюдца. Шифоновые юбки разодраны, девушка испугана.

– Ты резала канат или нет?! – с ходу закричал он.

– Я... – она запнулась лишь на миг. – Да... Я сделала как ты хотел...

– Черт! Черт! Черт!

– Лу... она... Я такое должна рассказать!

– Я знаю! Бежим в шатер! Рик сегодня ходит по канату! Не Лу!

– Что?! – Лицо превратилось в серую застывшую маску. Она чуть не упала от его слов.

Но Сардан ухватил ее за руку и дернул за собой, ускоряясь. Они должны успеть! Они должны спасти Рика! Все не может закончиться вот так!

**

Глава 18

Эми

– Отец!

Смоляные косы Эйо взметнулись, когда она бросилась навстречу седому мужчине в белом одеянии – брюках и просторной рубашке с широким запахом.

– Эйо! – воскликнул он радостно, но темные глаза, при этом, не отрывались от чужаков.

"Прав был Фрэнсис, не зря насторожился", – запоздало подумала Эмеральд. Но когда они подошли ближе, лицо Амаллы разгладилось.

– Они здесь... Ты привела их ко мне, Эйо... Какое чудо!

Радостно встречала их шумная пестрая толпа. Не стеснялись, подбегали и трогали Фрэнсиса, старались коснуться его волос. Хмурый и недовольный юноша молчал, смотрел искоса на подходящих. Но в серых глазах роились вопросы. Эми помалкивала рядом, двигалась за принцем тихой тенью, прячась за его плечом.

– Не пугайтесь, друзья. Я непременно расскажу вам все, что знаю.

Он говорил правильно, на их языке. И выглядел вполне цивилизованно, как и остальные тайо. Теперь и Эми уже не могла называть их всех хаансами. Калли были жестокими, дикими. Мир для них не развивался, стоял на своем месте. Тайо, не смотря на разукрашенные зеленой краской лица, выглядели чистыми, ухоженными. Приятно пахли тропическими цветами.

Жрец Амалла, увидев удивление в глазах принца, пояснил:

– Я знаю много языков. Я общаюсь с богами. Меня наделили таким даром. Я ищу мира для всех.

– Общаетесь с богами? – хмыкнул принц, но жрец и бровью не повел на его сарказм.

– Да, и тебе тоже скоро будет дан такой шанс. Потому что ты из пророчества. Могущественный Бог Аруи, его жена Хелеса и их Божественный Сын хотят спасти наш мир от разрушения. Они дали мне возможность увидеть как это можно сделать.

– Если они такие могущественные, то почему не спасут мир сами?

– Боги не вмешиваются в жизнь людей. Но руками людей же и могут изменять все вокруг, – как малому ребенку ответил Жрец.

Поселение тайо было довольно большим, домики их были легкими, из бамбукового дерева; с распахнутыми окошками, идеальными для тропической жары.

Играла в огромном дворе ребятня, работали, улыбаясь, женщины. Мужчины, как пояснил Амалла, в основном охотились, рыбачили или обрабатывали крокодилью кожу.

Эйо то и дело сновала подле отца, он смотрел на нее с облегчением, то и дело ерошил ее косички. Отеческая любовь и забота исходили от каждого его движения и взгляда. Эми решила, что не стоит ждать от тайо зла, и наконец-то расслабилась.

Прямо над поселением возвышалась гора, и, когда взгляд принца скользнул по ней, Амалла сказал:

– Это наш храм. Там можно услышать богов, поговорить с ними. Увидеть их через око Божественного Сына.

Фрэнсис продолжал хмуриться.

– Ты говоришь загадками для них, отец. – Повернувшись к Фрэнсису, Эйо улыбнулась. – Внутри горы есть голубое озеро. В середине черная дыра, там нет дна. Если смотреть с пика горы, – она внутри полая, и видно небо, – то кажется, что озеро похоже на глаз. Отсюда и пошло название – "Око Божественного Сына" или просто "Глаз".

– И как вы общаетесь с богами?

– Только Жрец может. И еще несколько избранных, если разрешат Боги. Вас они ждут. Нужно всего лишь окунуться в озеро. Нырнуть глубоко, и оно утянет к Аруи, Хелесе и их сыну.

– Это можно сделать прямо сейчас? – спросил принц.

Амалла покачал головой.

– Сначала вам нужно хорошо отдохнуть, набраться сил. Озеро не любит ошибок.

Изнуренные своим длительным походом, гости не возражали. Эми мечтала помыться, содрать с себя прилипший слой пота и соли, расчесать волосы. Хотелось выспаться, не вздрагивая от каждого шороха в ночи. На банные процедуры ее увели две молоденькие девушки, они тоже говорили на валиарийском, но намного хуже, чем главный жрец.

– Амалла учить всех немного. Вот пригодилось.

Обе были улыбчивые и приятные, щебетали без устали, рассказывая обо всем на свете. Сначала про праздник, который устроят завтра в честь гостей. Потом про коварное голубое озеро. И про быт тайо, про охоту, рыбалку, краску на лице. Пытались расспрашивать Эми, но она так устала, что еле ворочала языком. Под их бесконечную трескотню хотелось прикрыть глаза и уснуть.

Девушки помогали Эми отмыться от грязи, натерли ягодным скрабом ее бедные уставшие ноги, отмыли голову, вычистили всю накопившуюся грязь под ногтями.

Сначала ей было неловко, что посторонние люди ее намывают, а потом Эми махнула рукой. Было здорово просто лежать на бамбуковой кушетке и ни о чем не думать, отдавшись во власть умелых рук. Только мысль о том, что Фрэнсис сейчас тоже переживает подобное, вызвала ревность, но девушка приказала себе успокоиться. Глупо думать сейчас об этом.

Тем более, что когда она увиделась с ним снова, он улыбнулся ей, взял нежно за руку, шепнув на ухо:

– Непривычно без тебя даже пару часов. Я успел соскучиться, Святоша.

Она вся зарделась от его шепота, разомлела мгновенно.

На ней было светло-зелёное одеяние, как и на Эйо. Лен был приятен телу, жара не обволакивала липким щупальцами тело, отступила. Еще ее натерли каким-то вкусным и пахучим эфирным маслом, мошкара даже близко не подлетала.

Светлые волосы Фрэнсиса тоже отмылись, засверкали сильно отросшие платиновые прядки.

– Пора стричь, – смущенно проговорил он, взъерошив волосы. – Я привык к коротким.

Гладкая кожа его сияла, удивительно пахла цитрусом, и Эми вдруг заволновалась перед ним, снова ощутив в себе пугающую тягу к этому человеку. Почти на грани мучительной боли. За все время она так привыкла, что он рядом, страшно подумать, если им придется расстаться. Эми верила Фрэнсису, верила его словам. Но все равно сидел на самом донышке сознания грызущий изнутри страх. А вдруг...?

– Мы не будем здесь задерживаться. Выслушаем озеро и направимся домой, – приободрил он ее, верно растолковав озабоченное выражение лица спутницы.

На нем были похожие льняные штаны и рубашка, но глубокого темно-синего цвета. Таким становилось небо на закате, когда Эми улучала минутку в монастыре между работой и молитвами, чтобы понаслаждаться видом из окошка. Прошлое казалось другой жизнью.

– А как же Стеклянное Сердце? Эйо упоминала его. Наверное, Жрец знает где оно спрятано, – предположила девушка.

– Трудно сейчас говорить об этом. Честно говоря, я не очень верю в силу озера. Да, Жрец откуда-то знает о существовании Стеклянного Сердца. Но о нем в принципе много кто знает, как выяснилось. Рано пока судить. Если узнаем что-то существенное, тогда и подумаем. Ладно?

– Конечно.

Его предложение звучало разумно.

Гостей не мучали. Накормили вкусной едой, приготовленной в глинянных горшочках. Жаркое пахло душистым горошком, и Эми с Фрэнсисом уплетали за обе щеки, наплевав на приличия. Давненько им приходилось есть из посуды. Амалла рассказывал о торговле с горзденцами, тоже причмокивая губами над кубком с соком из диких ягод. Эйо крутилась рядом, постоянно перебивала отца, взахлеб добавляя разные детали. Амалла не злился, все лишь улыбался своей улыбкой не от мира сего.

После ужина их отправили спать.

Вышла небольшая заминка. Жрец уточнил укладывать ли их в одном доме, и они сначала растерялись. Порозовели оба. Вроде и привыкли в походе спать бок о бок, но Жрец спрашивал о другом и предлагал, по сути, одну кровать.

– Лучше ей лечь с девушками, – неодобрительно покачала головой Эйо. Эмеральд покраснела еще больше. – Не переживай, беловолосый принц, никто не обидит твою спутницу.

Фрэнсис нехотя кивнул головой. Он ведь тоже привык, что Эми рядом. Взял на себя ответственность за нее, и не мог так легко взять и сбросить с себя все тревоги о ее безопасности.

– Все будет хорошо. Надеюсь, ты мне приснишься, – робко улыбнулась Эми.

Он вздохнул и выдавил из себя подобие улыбки.

– Видимо, я уже отвык от благожелательности людей. Во всем ищу подвох. Конечно, ты права. Все будет прекрасно. Ты мне точно приснишься, – принц подмигнул ей.

Ночью Эми уснула не сразу. Воздух, наполненный сладким тропическим ароматом слегка кружил голову, события дня не отпускали. Не отпускало и признание Фрэнсиса, и его решительные высказывания о будущем. Их совместном будущем.

Девушка натянула тонкое покрывало на горящие щеки. Она и мечтать о такой любви не смела.

Рядом крепким сном спали девушки тайо, краска на лицах смыта, защитные узоры стерты, ведь по поверью хаансов, ночь не несла в себе угрозы. Ночь защищала, укрывала темным одеялом и прятала от злых духов.

Промаявшись еще пару часов, Стоун все же заснула.

А утром после завтрака Амалла вел их к горе. Вся деревня шла за ними, напевая песню. Радостны люди, счастливые лица сияют, точно узрели благодать богов. Амалла спокойно пояснил:

– Мы, тайо, пожалуй, больше остальных любим и почитаем истинных богов. Тех, что являются столпами мира, держат материки и шагают по бытию. Аруи, Хелеса и их Божественный Сын. В Валиарии принято почитать Святую Анхелику. В Вэй Бине – Мудрого Веши. В рухнувшем в бездну Цедесе – Свирепого Ранньяра. Тех, кто получил в руки утерянные артефакты Божественного Сына – три игральные карты, наделившие их силой. Кальдерранцы истратили всякую веру, как и горзденцы. Арруканцы верят в животных-духов, а люди с материка Хелесы в духов природы – Дух Леса, например, у них главный.

– Хелеса далеко, мало кто добирался до него через весь океан, – заинтересованно проговорил принц. – Этот материк и не упоминается особо нигде, как впрочем, и Цедес.

– Да. Хелеса далеко, – согласился Амалла. – Я не знаю ни одного человека, кто бывал бы там. Но через Голубое озеро я вижу многое. Мать-богиня с таким же именем держит его крепко, боится уронить, как Цедес. Жизнь там ничем не отличается от нашей. Мы с калли проживаем на одной земле, но сильно разные. Калли почитают зверей, главный дух-бог у них – вепрь. Но самое интересное, это никоим образом мешает им охотиться на него. Возможно, если бы у нас не было нашего природного храма и ока Божественного Сына, мы бы тоже верили во что-то другое. Но нам повезло. Поэтому я и считаю, что мы ближе к истинным богам, чем все остальные. Я говорю безо всякого превосходства.

Вскоре они приблизились к горе. Эми опять заволновалась, хоть и крепко держала рука Фрэнсиса ее ладонь. Задрожало испуганно в груди сердечко, забилось неровно. Гора и вымощенный внутри храм пугали. Стены божественного дома давили на нее, она чувствовала себя букашкой под ногами. Ничем.

Высокие своды выдолбленного камня сливались в естественный купол над головой, но не до конца. Солнце просвечивало в дыру, вливало в темную гору водопад света. Блестела гладь бирюзового озерца посередине. Небльшое, но пугающее до дрожи, потому что в середине чернь, и под ней бесконечная бездна.

Не хотела Эми туда идти. Собственное предчувствие не нравилось, но вслух принцу не осмелилась высказать свои опасения. Он тоже был встревожен, но при упоминании Стеклянного Сердца загоралась в серых глазах надежда. Кальдеррану нужен Источник, его земля умирает, подданные устали жить такой жизнью – делать набеги на соседнее королевство, грабить, воровать, увозить рабов. И все равно биться в предсмертной агонии, потому что все это напрасно и лишь на жалкие мгновения оттягивает их собственную погибель.

Фрэнсису нужны ответы. Он точно пойдет в озеро. А значит, и она пойдет, поддержит его. Тем более, Амалла сказал Эми, что и она есть в пророчестве.

– Ты первая, ученица Анхелики. – Жрец словно почувствовал ее волнение. – Не бойся. Сомневаться тоже правильно. Озеру всегда есть что предложить обращающемуся. Ты чиста душой, тебе не стоит бояться.

– Я не боюсь, – храбро ответила ему девушка.

– Тогда ступай.

И Эмеральд пошла, чувствуя ледяной воздух на плечах. Словно чужое дыхание.

У озера запнулась. Замерла, разглядывая воду. Ни ряби, ни одного движения. Мертвое.

– Может, лучше я первый? – влез Фрэнсис. На хмуром лице обеспокоенное выражение. Не отрываясь смотрел принц на Эми, лицо чуть побледнело.

Его переживания и стали для нее отправной точкой. Он рядом, его присутствие успокаивает. Нет нужды трястись, все равно она это сделает.

– Нет. Я не боюсь.

И прямо как была, в льняном костюме, Эми вошла в воду.

Озеро не было холодным. Теплая толща обволокла по шею, дно сразу пропало. Но встрепенувшаяся было паника утихла, когда Эми сосредоточилась. Страх внезапно ушел, потому что она почувствовала воду по-другому.

Словно объятия матери, которой у нее никогда не было. Смело нырнув с головой, она затаила дыхание.

Ее тело дрейфовало под водой, но все еще на поверхности. Она ждала непонятно чего, и дождалась почти сразу. Качающийся в воде корпус магнитом потянуло вниз, на дно. С трудом девушка приказала себе расслабиться и не бороться с собственными инстинктами. Когда все погрузилось в черноту, кислород вдруг снова появился. Дышала каждая клеточка тела, каждая пора. А черноту неожиданно пронзили звезды, целая россыпь. Ощущение было такое, словно плыла Эмеральд по небу.

– Храбрая девочка, – дыхнул глубокий женский голос. В нем читалась вселенская усталость.

– Х-Хелеса? – прошептала Эми, с трудом веря в происходящее. Так сильно похоже на сон. Ведь не может же она в самом деле разговаривать с богиней-матерью?

– Да, дитя. Это я, – мерно прокатился между звезд голос. Опять вздохнула. – Знаю, зачем ты пришла дитя, не буду тебя долго задерживать. Для этого есть Белый принц. На тебя у меня другие планы.

Богини не было видно, но голос ее проникал всюду, бежал по горячей крови, стучал в голове. Эми сама была этим голосом.

– Твоя любовь к принцу чиста и бескорыстна. Это хороший поток, я бы выпила его до дна. Но каждому, кому удается услышать меня, я предлагаю выбор. И тебе предложу, так будет честно. Правильного выбора нет, лишь разные линии судьбы. За твою любовь я предлагаю тебе силу. Любую какую захочешь. Ты сможешь повелевать огнем или водой. А можешь управлять воздухом. Может, ты бы хотела отличиться в бою? Хотя... вижу, что вряд ли. Если пожелаешь – можешь оставить себе силу принца. Я предложу ему то же самое.

Медленно говорила богиня, проговоривая каждое слово. Мягко предлагала, искушала.

Эмеральд стало страшно.

Сила. Магия.

То, чего ей так не хватало всегда. В школе, в жизни. Такие, как она – без родителей, без денег, без какой либо родословной, считались никем. А если еще и ни капли силы не было, то считай, что отбросы общества. Попадание в королевскую школу стало для нее не шансом, но издевкой. И каждый день ей об этом напоминали.

Как же она устала быть никем. Нищенкой из монастыря. Стоун. Серый камень. Каких еще тысячи на дороге.

Но никакой выбор ей не нужно было делать. В этом у нее не было ни капли сомнений. Не смотря на страх, сердце ее стучало ровно и спокойно.

– Нет, богиня-матушка. Мне не нужна магия. Не нужны ни вода, ни воздух, ни другие стихии. Мне нужна моя любовь. Ведь это лучшее, что со мной случилось. – Голос Эми звучал твердо.

– Ох... – очередной вздох матушки прошелся мурашками по коже. Показалось, что за спиной стоит. – Знала я, что ты откажешься. Но все равно хотела попробовать. Что ж. Любовь твоя, я не посягаю на чужое просто так. Путь твой не легок, дитя. – Она помолчала немного, потом продолжила: – У меня есть для тебя подарок. Просто так, ничего взамен не прошу.

Сотни капель воды отсоединились от общей толщи и ринулись к ней. Прилегли на не плечи и собрались между собой в тонкую веревку на шее.

Эми опустила голову.

Капли исчезли, а вместо них теперь висела на шее золотая цепочка с вытянутыми прямоугольными звеньями. На конце цепочки висели крошечные песчаные часы. Опоясывающие стекло защитные золотые прутики инкрустированы голубыми топазами. Под цвет воды озера. Прекрасная вещица.

– Я дарю тебе эти часы, они способны повернуть время вспять. Возможно, они тебе пригодятся, Белый принц слишком горяч и самоуверен. Подумай хорошо, прежде, чем воспользоваться. Шанс изменить настоящее будет лишь один.

– Каким образом я оказалась в пророчестве? Что от меня требуется? Изменить ход времени? – Эмеральд вдруг заволновалась, что богиня-матушка исчезнет, не дав ей ответы на все ее вопросы.

– Ты нужна ему, – мягко сказала богиня. – Ты – главная слабость Белого принца. Но и ты же его главная сила. Помни об этом. Принц должен спасти этот мир. Это я уронила Цедес, моя оплошность привела к его гибели, поэтому я не могу допустить уничтожения других материков. Я пытаюсь помочь вам.

Где-то вдалеке послышался детский смех, и тяжелая поступь. Волосы у Эми встали дыбом, когда она поняла, что это Божественный Сын и супруг Хелесы – Аруи.

– Тебе пора, дитя.

Со следующим вздохом богини Эмеральд почувствовала, как ее парящее в воздухе-воде тело поплыло. То ли вверх, то ли вниз. Золотая цепочка холодила кожу на шее, она прикрыла глаза.

Вскоре из темноты появились первые проблески света, блики на воде, солнечные пятна приближались, и Эми вынырнула на поверхность озера. До берега рукой подать, она добралась до него в три счета.

Выйдя из воды абсолютно сухой, она даже не удивилась. Озеро было волшебным. А она все та же Эми, без каких-либо изменений. Только подарок Хелесы постукивал об ключицы при ходьбе.

Выйдя из широкого проема грота, Эмеральд встретилась с оглушительными криками тайо. Оказывается, собралась здесь вся деревня.

– Люди радуются, потому что богиня Хелеса почтила храм своим присутствием, поцеловала тебя в макушку, – улыбался Амалла. Он без церемоний обнял смущенную Эми, люди восторженно захлопали. – Еще и одарила даром богов. Ты ей понравилась.

Пробормотав что-то невнятное, Эми искоса смотрела на Фрэнсиса. Тот тоже улыбался, на лице его отобразилось облегчение.

– Рад, что у тебя все хорошо. Расскажи мне, что там было.

– Расскажи нам всем, – попросила Эйо. – Если не секрет.

– Да не секрет. Вот только не так уж много мне было сказано.

Она передала весь разговор. Когда упомянула то, что так хотела испить Хелеса, то вся зарумянилась под острым взглядом принца. Люди зашептались, изумившись, что не взяла гостья из озера силы. Принц молча сжал ее руку, в глазах его плескалась радость. Эми так хотелось прижаться к его плечу, послушать ровное биение сердца и успокоиться самой. Но конечно она не стала этого делать. Не на глазах же у всей толпы. Обнимет и поцелует принца чуть позже, не беда.

– Твоя очередь, Белый Принц, – через некоторое время, когда возгласы стихли, объявил Жрец.

Эми ободряюще похлопала его по плечу.

Побледнев самую капельку, Фрэнсис отпустил ладошку девушки и решительно направился в грот. Высокая и здоровая фигура в темно-синей рубашке и штанах, прямая гордая осанка и по привычке чуть вздернутый подбородок делали его совершенно не похожим на хаансов. Да и на других тоже. Кальдерранский принц был сам похож на божество.

Интересно, что сказала богиня о пророчестве? Какова роль Фрэнсиса? Как поняла Эми, именно он может остановить гибель материков.

"И еще какая-то Белая Птица, – промелькнула ревностная мысль. – Кто это вообще?"

Ей хотелось узнать подробности, но матушка не сочла нужным рассказать Эми. Оставила это для Фрэнсиса. Значит, придется потерпеть. Это ведь ненадолго. Ее не было всего лишь полчаса.

Вся деревня ждала возвращения беловолосого принца. На лицах тайо застыли благодатные выражения, ожидание их совершенно не мучило, в отличие от Эми.

Но вот прошел час. А потом и второй. Эми заволновалась. Сидела вся как на иголках, впиваясь взглядом в проход в горе. Хаансы расположились на поляне с беззаботными лицами, все им было нипочем.

Солнце скрылось за джунглями и, наверняка, уже приближалось к горизонту. Дождь успел упасть четыре раза, пока они ждали. Все промокли, тяжелый липкий воздух начал понемногу остывать, принося облегчение разгоряченной коже. Свет мистически рассеивался сквозь густую листву папоротников и рододендронов, и смотреть на черный проход стало больно для глаз. Он превратился в пятно. Эми зевнула.

А потом вдруг рядом встрепенулась птичкой Эйо, закричала громко:

– Белый принц возвращается! Вышел из озера!

Резко устремила Эмеральд Стоун свой взгляд на шагающего по поляне принца, да так и застыла от увиденного.

Фрэнсис Адара шел уверенным и ровным шагом, в руке держал огромный меч из прозрачного стекла. Почти такой же, как у него был. Из горного дортура с хребтов Гелькетры. Но этот был шире и длиннее, своей мощью, кажется, превосходил даже лучший из всех мечей, каковым тот считался по праву. Острие поблескивало в лучах уходящего солнца, приковывало к себе внимание.

Но больше, чем меч, Эми изумили волосы принца. Они вновь стали длинными. И не до лопаток, как раньше. Спускался светлый водопад блестящей платины до самых бедер. Похоже издалека на бесконечные ручьи, бегущие по широким плечам и груди. Густые пряди спутались немного, закрыли часть лица.

Изумленная девушка бросилась было ему навстречу, но успела сделать только три шага. Остановилась, почуяв, как грохочет сердце. Как становится невыносимо больно на душе от плохого предчувствия.

На лице принца застыл холод и безразличие. Как тогда, при самой их первой встрече на поле у Лиры, когда он едва не убил ее, приняв за юношу. Заметив движение с ее стороны, Адара посмотрел в ее сторону с прищуром, пытливо, усмехнулся самому себе.

Страшная догадка уже гуляла на подкорках сознания, но она до последнего гнала ее от себя, не хотела принимать. Даже думать об этом было больно. Закусив щеку изнутри, Эми Стоун сдерживала себя, чтобы не заорать от отчаяния. Одинокая слеза покатилась по девичьей щеке.

Ее плечо сжала рука Жреца. Понял и Амалла, что принц изменился. Он с опаской смотрел на нового Адару.

Подойдя к ним, принц молча уставился на Эми, что-то в ней выглядывая. А ее язык будто к небу прилип. Она не могла издать ни звука, только смотрела в ответ, неистово желая, чтобы все оказалось просто сном. Глупым кошмаром.

– Вижу, ты получил силу, Белый Принц, – задумчиво изрек Амалла. – Я рад. Хоть плата и оказалась высока.

– Чтобы убить сильнейшего из всех волшебников на свете нужно и самому стать сильнейшим. Не так ли? – прохладно ответил принц.

– Согласен, – с почтением кивнул Амалла. Он тщательно подбирал слова, осторожно пробираясь сквозь лед юноши. – Расскажешь ли ты нам, как сложился разговор с богиней?

– Рассказывать нечего, Жрец, – высокомерно бросил тот, глядя на жреца сверху. – Ты и так все сам понимаешь. Мне нужно поскорее отправиться на Цедес, чтобы убить царя воров и предотвратить разрушение всего мира, а заодно вернуть Стеклянное Сердце. Источник находится там, и он сильно нужен Кальдеррану. Без него мое королевство умрет.

– Да, так и говорилось в пророчестве... Сегодня будет праздник по случаю...

– Ты разве не услышал, Жрец? – грубо перебил Фрэнсис главу селения. – Мне нет дела до глупого празднования, нужно покончить с ним как можно скорее. И да, – тяжелый взгляд вдруг опустился на Эмеральд, сердце ее рухнуло в пятки от холодной тьмы, которой повеяло от него. – Верни мой Дар. Чтобы победить Владыку – мне пригодится все.

Она и так хотела вернуть ему Дурман, ей не нужно чужое. Но то, каким ледяным тоном он это произнес, выбило почву из-под ног. Давно она не чувствовала себя воровкой. И вот опять.

Но хуже всего – понимать, что она его теряет. Принц не такой как прежде. Он в сто крат хуже.

– Я... – на ее глазах снова выступили слезы, она замялась. Растерялась перед суровой холодностью принца.

Разве он похож в это мгновение на ее возлюбленного?

– Что ты обменял на силу, Белый Принц? – тихо спросил Амалла.

Тот сжал челюсть, ничего не отвечая. Не смотрел на Эми, глядел прямо перед собой.

Эми ответила за него:

– Любовь. Он отдал ей свою любовь, – прошептала с глухим надрывом. В горле собрался прогорклый комок.

Серые глаза пронзили насквозь, точно пойманную бабочку острой иголкой. Трепыхается перед смертью еще недолго, а потом ведь все равно умирает.

Так себя Эми и чувствовала. Потерянной, разбитой, опустошенной. Умирающей.

Она не была к этому готова. Думать не думала о том, что Хелеса может попросить себе и его любовь тоже! Как же так вышло?!

Люди не замечали ее горя. Тайо радовались и кричали, подходили потрогать платиновые волосы, кланялись низко, точно возомнили его богом. Эми давно уже оттеснили в сторону.

Принц позволял к себе прикасаться, но по твердой линии сжатых губ было заметно, что все его раздражет – и вереница радостных лиц, и их восторженные воздыхания вокруг него. Еле сдерживался Адара, чтобы не достать меч и не приказать всем заткнуться и оставаться на своих местах.

Амалла молчал, но остальные старейшины настойчиво уговаривали его остаться на праздник в честь него.

– Отказ не принимается! – заверещала Эйо. – А отправлять тебя на Цедес все равно придется через озеро. И вам, и ему нужно время на восстановление.

– Она права, – подтвердил Жрец.

Заскрежетав зубами, принц нехотя кивнул.

– Ладно. Пусть будет так.

На празднике стоял шум и гам, тайо танцевали, пели, улыбались. Эмеральд было тошно. Каждую минуту она смотрела в сторону принца, вглядывалась, выискивая хоть что-то, что напоминало бы ей вчерашнего Фрэнсиса, но не находила. Отстраненный от всеобщего веселья он сидел в стороне с равнодушным лицом, скрестив руки на груди. Рядом воткнут прозрачный меч из стекла.

Волосы принц подстриг, но не так, как собирался еще накануне. Теперь они спускались чуть ниже лопаток, а она все вспоминала его взлохмаченные короткие прядки, в которых так часто играл рассвет. И улыбку, озорную и немного беспечную. Он никогда не переживал и всегда был уверен в своих силах. Поддерживал ее, помогал преодолеть все трудности, всегда был рядом, на подхвате.

А теперь к нему страшно приблизиться, от него веет брезгливостью и высокомерием. И от понимания этого Эми так больно.

Адара не обращал на нее никакого внимания. Лишь пару раз бросал на нее такие взгляды, от которых она съеживалась и опускала глаза. Словно принц находился в недоумении, КАКАЯ ЛЮБОВЬ их вообще могла связывать?

Решив больше не смотреть в его сторону, она уставилась на танцующих. Эйо красиво двигалась у костра. Наряженная в бусы и выкрашенная свежими узорами из зеленой краски, она напоминала райскую птичку. Заметив внимание Эми, она махнула рукой в приглашающем жесте, дескать хватит киснуть, идем танцевать, но Стоун покачала головой, вежливо улыбаясь в отказе. Долго смотрела то на огонь, то на танцы, не участвуя во всеобщем веселье. Поэтому пропустила момент, когда на нее упала большая тень. Встрепенулась, увидев, что над ней возвышается принц. Его хмурое выражение лица ей не понравилось.

– Фрэнсис...

– Я не помню что я тебе обещал, все положительные моменты стерлись. Хелеса сказала, это чтобы не тревожить душу понапрасну. Я знаю, что между нами что-то было... – Он так и не сказал слово "любовь". Скривился. – Теперь я ничего не чувствую. Я готов заплатить любую цену, чтобы мы с тобой забыли обо всем, что было.

Эми неверяще уставилась на принца, даже абстрагировавшись на миг от его холодного равнодушия. Его нависающая фигура давила на нее.

– Ты ничего не помнишь? Из того, что мы вместе пережили...

– Нет, – сухо ответил он. В низком голосе послышалось раздражение. – Говорю же, все значимые моменты стерлись. Я знаю кто ты, и откуда взялась в моей жизни. Кусками помню наш поход. Но все личное исчезло из моей памяти, ты... просто Эмеральд Стоун, послушница монастыря. Если я тебя обсечестил...

– Что? – обалдело переспросила Эми, захлопав ресницами.

Лоб и щеки тут же густо покрылись неровными красными пятнами. Голос принца доносился как сквозь вату. Половину она пропустила. Но уловила суть.