Текст книги "Царство воров (СИ)"

Автор книги: Роза Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

– Нет, просто в итоге все к нему и сводится!

– Это ты сводишь.

– Неправда! А вообще, – она сглотнула, прямо посмотрев на него. – Это здесь ты разговариваешь со мной как с равной, защищаешь. Жалеешь как девчонку. Из-за вынужденных обстоятельств. Если бы мы столкнулись где-то в обычной жизни, ты бы не снизошел даже узнать мое имя.

– Как и любой другой девицы.

– Даже из Алого Дома? – фыркнула она.

– Зачем мне их имена? Мне нужно только...

– О, Боги! Замолчи! – быстро перебила она его. – Не хочу слушать об этом! Порой я готова тебя прибить, Фрэнсис Адара! Ты такой толстокожий!

Юноша лишь рассмеялся, не отрывая от нее озорного взгляда.

Чтобы время шло с пользой, они тренировали Дурман. Фрэнсис настоял, чтобы в случае чего Эми смогла защитить себя.

– Тебе нужно всего лишь остановить меня. До того, как я до тебя дотронусь. – С этими словами он отошел подальше, а потом разогнался и полетел на нее. – Всего лишь прикажи!

В первый раз они оба повалились на влажную траву. Она не ожидала, что он не остановится. А он ожидал, что она вообще-то остановит его.

Эми обалдело лежала под тяжелым телом, что придавило ее к земле. Опешив, принц поднялся на руках, разглядывая ее.

– Ты чего промолчала? Невербально пользоваться Дурманом еще рано!

Ха! Он думает, она пытается остановить его силой мысли.

– Да я даже подумать ничего не успела, как ты налетел!

– Ну конечно, дикий хаанс с копьем в руке даст тебе подумать и собраться с мыслями, прежде, чем напасть! – съязвил принц. Неторопливо встал и помог ей подняться, вытянув рывком за руку. – Давай еще раз. Сосредоточься.

И снова она не успела. Но в этот раз принц был на чеку, сгреб ее в охапку, не давая им упасть.

Щеки коснулось его дыхание. Торчащие волосы коснулись губ. Он выпрямился и отпустил ее.

– Святоша, ты сегодня точно кисель. Что с тобой?

– Да сейчас, – сконфуженно пробормотала девушка, пытаясь собраться с мыслями. – Может, ты медленно побежишь?

– Ну давай попробуем медленно – согласился принц. У него не было выбора.

Остановить его получилось только когда он шел, делая шаг за шагом степенно. На лице его читалось: "серьезно?".

– Что? Ты думал так просто это делать? Ты всю жизнь обучался, а я в экстремальных условиях должна сделать это за пару попыток!

– Ладно, не кипятись, – примирительно бросил Фрэнсис.

Также они развлекали себя разговорами. Эми рассказывала много историй из детства в монастыре, а так же в школе. Ведь были у нее и положительные воспоминания о ней. Фрэнсис, в свою очередь, делился своими из жизни в Кальдерране.

Потом Эми предложила поиграть на ходу в немого шута – они по очереди показывали пантомимы без слов, используя только жесты. Нужно было угадать слово или фразу.

Порой они не сдерживались и громко хохотали, распугивая мелких птиц. Тогда Эми испуганно зажимала рот, а Фрэнсис, ухватив ее ладонь, торопился покинуть место. При этом, оба еле сдерживали смех.

День за днем окружающий мир оставался неизменным. Непроходимые заросли мангровых деревьев, густые рододендроны, острые папоротники. Ручьи исполосовали эту часть материка вдоль и поперек, и нужды в воде больше не было. К внезапному и кратковременному тропическому ливню, который заставал их раньше врасплох, уже привыкли. Духота и повышенная влажность казались само собой разумеющимся фактом. Да, это джунгли.

Тренировки с оружием, тренировки с Дурманом, болтовня, охота – вот и все, чем они могли занять себя в пути. В немого шута тоже играли практически каждый день. В их и без того тяжелом физически путешествии много чего не хватало, а смех сглаживал минуты, когда от усталости хотелось выть.

– Ну все, хватит, – сдавленно хохотнула Эми, когда принц, гримасничая, показывал свою фразу. – Я сдаюсь! Это "сонная макака, лечащая гайморит"?

Фрэнсис прыснул в кулак.

– Вообще-то это был "кот, гуляющий по крышам". Но твой вариант мне больше нравится.

Ливень прошел полчаса назад, и теперь над лесом нещадно палило солнце. Яркое, горячее. Свет разлился по небольшой поляне, на которой они решили сделать короткий привал, настойчиво пробивался сквозь листву папоротников и бамбука. Стояла благодатная тишина после дождя.

Влажные волосы принца как обычно топорщились в разные стороны. Свои Эми распустила, и теперь пыталась причесать пальцами. Улыбалась, щурясь на солнце.

Перестав смеяться, Фрэнсис вдруг умолк, поглядывая на Эми серьезными глазами. Что-то появилось в нем такое... Она не могла описать. И понять-то не могла.

– Ты чего? – Ее улыбка погасла. В горле появилось предчувствие.

А он вдруг пересек расстояние между ними в два шага и склонился к ее лицу, замер в нескольких сантиметрах. Застыл, не смея к ней прикоснуться. Почти перестал дышать.

И она перестала. С ужасом и благоговейным трепетом она робко осмелилась поднять ресницы и тут же утонула в серых прозрачных озерах.

Время застыло, и хаотично бились в запертом моменте два сердца.

"Я пропала ", – успела подумать Эмеральд, а потом взяла и прикоснулась к его губам, приподнявшись на цыпочках. Отчаянно, решительно. Сумасбродно.

Глубоко выдохнув, он обхватил ее шею, отвечая на поцелуй. Забирая инициативу, ведя за собой в совершенно неведомый до этого мир, полный ярких красок и новых чувств.

И не было для нее момента в жизни сладостней и страшней одновременно. Будто по краю пропасти шла. В одном мгновении ощутила сполна всю жизнь, о которой и мечтать не смела.

Его руки, обхватившие ее шею и скулы, лежали на положенном им месте. Щекотавшие веки светлые волосы – мягче и нежнее перышка. Губы, суховатые, но горячие и невообразимо чувственные и волнующие – никогда у нее не будет поцелуя слаще и желаннее этого. Жар, исходящий от атласной кожи, дурманящей своим запахом и близостью. Никогда она не сможет взглянуть на мужчину так, как на Фрэнсиса Адару.

И, может, она смогла бы еще противиться неуместным чувствам, разум бы возобладал. Она бы точно постаралась...

Но теперь он все сломал. Все разрушил. Разбил ее сердце, сам того не желая, одним поцелуем. И пусть это она коснулась первая! Пусть! Подошел-то он. Вынудил. Взбаламутил.

Перешел жирную черту между ними, ту самую, которой она так отгораживалась.

Адара оторвался от нее, лизнув напоследок кончиком языка краешек ее губ. Взглянул из-под опущенных ресниц сверху. Несмело, словно проверяя ее реакцию. Красивое лицо нахмурилось от увиденного.

– Ты... плачешь? – спросил севшим голосом.

От звука, прорезавшего притихший лес, Эмеральд словно очнулась. Отпрянула от принца испуганно, быстро смахивая слезы с щек. Она действительно плакала...

Не могла смотреть ему в глаза, так было стыдно и страшно. Заново прокручивала трепетный миг в голове, заметавшись в своих переживаниях. Вдруг он поймет, что она любит его? Безоговорочно и со всей глубиной своей потерянной души.

Резко отвернувшись от него, девушка прижалась лбом к стволу ближайшего дерева, вдавливая лоб в прохладный мох. Мысленно собралась в тугую пружину. Она не была готова столкнуться с внимательным и пронизывающим взглядом серых глаз.

– Я так ужасно целуюсь, что девушки плачут? – слабо пошутил он.

Она не ответила, крепко зажмурила глаза, мечтая провалиться сквозь землю.

– Эми.

Принц стоял прямо за спиной. Плеча коснулась его рука, и она вздрогнула. Сжалась еще сильнее. Он поспешно убрал руку.

– Эми, прости. Я не должен был...

– Я сама виновата, – сдавленно прошептала она. – Зачем я... Боги, я не знаю зачем я это сделала...

– Я спровоцировал. Это полностью моя вина. Прости... Пожалуйста... – Принц не привык извиняться, но сейчас в его словах она слышала искренность.

Посмотреть в глаза все равно придется. Она не может прятаться все время. Вздохнув, нерешительно повернулась к нему.

**

Глава 13

Акку

Время для Акку пропиталось горьким привкусом томительного ожидания. Первую ночь она протряслась в углу комнаты, то и дело поглядывая на широкие двери покоев Владыки.

Только бы никто не вошел.

Никакого оружия у нее не было, и девушка не придумала ничего лучше, как разбить фарфоровый вазон с тропическими цветами, чтобы раздобыть острый осколок. При первой возможности она перережет мерзкому царю воров горло. Ну или хотя бы воткнет в глаз.

Чтобы ее не услышали, ей пришлось обернуть вазон одеялом. Цветы быстро увяли без воды, но ей не было до них дела. Так они смотрелись непривычно и дико в этой удручающей обстановке, что девушка была уверена – они для нее. И оттого даже прикасаться к ним не хотелось.

На вторую ночь суетливая паника ушла, оставив место глубокому страху. Осколок в руке смотрелся просто смешно. Кто она против главного предводителя таких зверей, как Гур-Хан? Он выпьет ее, слухи не рождаются просто так. Даже Северин сказал, что магический уровень Властелина-Владыки совершенно иной. Ей с ним не тягаться.

В зеркале на нее смотрело некогда красивое лицо, испорченное большой татуировкой. Череп на лице смотрелся жутковато, и это ее успокаивало немного. В ванной она нашла среди масел какое-то вонючее средство для краски тканей и щедро нанесла на половину головы. Вся левая сторона теперь окрасилась в черный. Может и ненадолго, но хватит, чтобы отпугнуть местного "ценителя красоты". Акку злорадно представляла разочарованное лицо противного старика, едва тот увидит "подарочек". Может, повезет, и он не будет ее трогать?

Вспомнив слова Эзмери, что Святая Смерть защищает от зла, она распустила ожерелье Северина из мелких черепов ящериц, вытянув нитку. Разделила волосы на множество прядей, и к кончику каждой подвязала по черепу. При ходьбе они постукивали глухим стуком, касаясь друг друга. Этот звук неуловимо напоминал звук дождя по полым трубкам бамбука из дома. Успокаивал. Все больше и больше появлялось в голове фрагментов из прошлого. Тиверс был прав – кажется, она из Вэй Бина.

Служанки (или наложницы, кто их знает) никак не отреагировали ни на появившиеся бусины в ее волосах, ни на черную половину, но каждый раз цепляли сверху заколку в форме кольца. Ей было все равно, но для них это, кажется, считалось важным. Первое время она скидывала ее, чтобы позлить надзирательниц, но потом плюнула на это дело. Злости они никак не выказывали, просто усердно водружали заколку обратно.

Через неделю она начала изнывать взаперти. Огромная лохань, наполненная горячей водой, не радовала. Ароматические масла, разложенные молчаливыми черными фигурами, раздражали. Очевидно все хотели сделать ее как можно более привлекательной для своего господина, намывая, натирая и наряжая в полупрозрачные одежды.

Ее ципао и шаровары дижон сначала забрали, как и мягкие черевички, и калоши. Но потом принесли обратно – выстиранные и отглаженные.

Каждый раз после того, как вдовы (она решила их так называть из-за черных вуалей) уходили, она сбрасывала с себя вульгарные одеяния и надевала привычный костюм. Никто не ругал, не препятствовал и не отбирал. Но каждый раз молчаливые женщины уперто предлагали пеньюар.

Потом она вдруг испугалась пуще прежнего: а что если они, и впрямь, наложницы? И вдруг на нее набросят такую же вуаль? Тогда весь план с испорченным лицом будет абсолютно бессмысленным.

Но потом успокоилась. Все же, тогда бы ей изначально предложили такой же наряд.

А, может, это уже ненужные наложницы? Использованные? Оставшиеся без своей силы? Живые, но все же... Выглядят как тени.

"Мудрый Веши! Сколько вопросов!", – отчаянно подумала волшебница, измеряя комнату шагами.

Время все тянулось. Медленно, изощренно. Это была все та же клетка, только теперь с удобствами.

Роскоши, кстати, в личных покоях Владыки Акку не увидела. Обстановка довольно аскетичная. Либо он тут редко бывал, пропадая в битвах с ширами, либо не любил царскую пышность.

Ни золоченной лепнины, ни обитой бархатом мебели, ни даже тяжелых портьер на высоких в пол окнах, ни шелков.

Огромная кровать из темного дерева заправлена обычным хлопковым бельем, сверху плотное темно-серое покрывало. Жесткое, точно из дерюжки. Прозрачный тонкий балдахин и сами размеры кровати еще кое-как указывали на то, что здесь обитает не простой парх. Но на этом все.

Ни картин, ни покрытых лаком дубовых панелей, ни украшений вроде оружия на стенах. Ничего. Лишь серый холодный камень. Местами гладкий, местами пористый и острый. Об такой легко пораниться.

Только на одной из стен висел черно-красный стяг с изображением гарпии с демоническим лицом и мужской фигурой. В одной руке демон держал серповидный меч, в другой игральную карту. Острые наточенные зубы оскалились в злобной улыбке, сощуренные глаза отливали алым. С длинных когтей капала кровь. Он согнулся, точно перед прыжком, спружинив на мощных полуптичьих ногах с когтями и жесткими перьями. Позади демона пустота, и только по черным ромбам на багровом цвете можно предположить что это бездна. Ад, густо залитый кровью.

Неприятная вещица. Но именно она дала Акку первое определение тому, кто обитал в этой безжизненной и мрачной комнате.

Ни книг, ни свитков, ни магических штучек на столе. Ни даже деловых бумаг. Абсолютно ничего, что помогло бы обрисовать характер Владыки. Только стопка чистых желтоватых листов и обыкновенное перо с чернилами.

В шкафах тоже не густо, одежды практически не было, либо хранилась она в другом месте. В голове промелькнул образ гардеробной. Дома, там в прошлом, у Акку было много нарядов. Подобных тому, в котором она здесь изначально оказалась. Здесь опять все черное. Она уже давно заметила, что пархи все сплошь облачаются в этот унылый цвет. Владыка ничем не отличался в этом вопросе.

Под стягом стояла невзрачного вида софа на изогнутых ножках, из темно-синей шершавой ткани; у полупустого стола – жесткое кресло. Неудобное. Неуютное.

Из всех уголков этой странной клетки Акку могла находиться только возле окна. Когда первобытный страх прошел, она вылезла из своего укромного места и осторожно выглянула из-за дымчатой занавески.

Удивительное творилось за окном.

Шел вдалеке стеной дождь, размывал горизонт, но сам Капитул был точно под круглым куполом. Скорее всего, магия Владыки укрывала его обитателей от вечной непогоды. Небо над башней по-прежнему разливалось багрово-черными пятнами. И это ей напомнило кровавый ад на стяге. Пугающее зрелище, но было в нем что-то такое...

Девушка часами как завороженная смотрела на налитые свинцом громадные тучи, на пронзающие их острые вены молний. Следом раздавался оглушительный гром, от которого хотелось забиться под столом.

Апокалипсис принял немного другие очертания. Если раньше ей казалось, что угроза исходила от потопляемой земли, то теперь боялась, что молния обойдет магический отвод и ударит в Капитул. Сожжет все дотла, превратив в грязный пепел.

Полыхающее пламя и вода везде, вязкая чернь и кровавые низвергнувшиеся небеса – так представлялись ей последние минуты жизни на Цедесе.

В один из дней в комнату пришла с очередным подносом вдова. На нем как обычно дымились чашки. В одной бульон, в другой – жаркое. Пища здесь была такая же, как и в абтане. Никаких изысков, но плотная, питательная. От еды Акку не отказывалась. Чтобы выжить, ей нужны силы. Она не собиралась сдаваться просто так.

Перед уходом вдова неожиданно заговорила с ней.

– Битва на реке Панг закончена. Ширы разгромлены. Войско Владыки возвращается в Капитул, им предстоит неделя пути, – оповестила безликая женщина.

Акку испуганно вскинула голову, жалобно застучали черепа на волосах.

– Он тоже возвращается? – Ей не нужно было пояснять, о ком она говорит. И так было понятно.

Ее хрупкая фигурка заходила ходуном от дрожи. Она закусила палец, чтобы не стучали громко зубы. Парализующий страх вернулся.

– Да. – Помолчав, вдова вскинула руку и внезапно положила ее на плечо девушке. Чуть сжала, успокаивая. – Не бойся. Владыка, хоть и бывает порой жесток, а все же не зверь с женщиной.

– К-к-какой он? – заикаясь, спросила Акку.

Женщина убрала руку с ее плеча, а пленнице так захотелось в нее вцепиться в поисках поддержки. Однако, сухая ладонь уже исчезла в складках траурного мешковатого одеяния.

– Разный.

– Что это значит?

– Скоро узнаешь, – ответила вдова и ушла, оставив ее дрожать у окна.

Дверь плотно закрылась, не сбежать. Окно высоко – разобьется, если полезет. И вот странный факт – ее магия здесь не работала. Не выходило из пальцев ни искры, не оживало ни одного росточка. По всей видимости, Капитул был хорошо защищен.

У нее есть неделя. А значит, можно пока не прятаться в укромном уголке. Да и когда вернется старик нет смысла. Скорее всего, ей не избежать участи. Но она все равно попытается защитить себя.

Осколок был надежно спрятан под верхним слоем ципао.

На следующий день она, усевшись в проеме окна и откинув голову на прохладный камень, задумчиво смотрела вдаль, наблюдая за рассекающими небо молниями. Завораживающее и пугающе красиво. На Парх-Цедес опускался вечер, но темнело рано. А из-за мрачного неба и вовсе, казалось, наступила ночь. В комнате было темно, свет она не стала зажигать, чтобы вдоволь понаблюдать за потрясающим и жутковатым небом.

Туман гулял над кронами пальм вдалеке над джунглями, крался в сторону Капитула. До Акку донесся теплый ветер, ласково щекотнул своим дыханием прядки волос, мазнул по лицу. Глухо застучали черепа друг об друга.

Неожиданно кожа на загривке покрылась мурашками.

Сначала она почувствовала его. По теплу, по запаху, по очертаниям, пробивавшимся сквозь туман. По огромной тени на земле.

А потом увидела знакомую морду с желто-зелеными глазами. Громадный зверь степенно шагал под самыми молниями, пятнистую шкуру заливал дождь. Тяжелые лапы утопали в зарослях непроходимого леса. Зверь то появлялся из тумана, то снова исчезал. Хищная морда и некогда белоснежный воротник были испачканы в крови. Леопард охотился, утолял голод.

Пораженно смотрела юная волшебница как двигался исполин прямо на Капитул. Он точно его видел. Он точно видел ее, застывшую у распахнутого окна.

Вот сверкнула молния, и леопард на мгновение исчез, растворился в воздухе прямо в ослепительной вспышке. Затем вспышка погасла, раздался гром, и звериный силуэт снова размеренно шагал под черными небесами.

Сердце Акку тревожно стучало, с каждым его приближающим шагом отдавало набатом в ушах. Ногти впились в собственные ладони, и на подкорке сознания уже гуляла невероятная догадка.

Леопард, не отрываясь, смотрел на нее, и, когда до башни осталось совсем немного, он прыгнул. Прямо на башню. Акку в ужасе отшатнулась, как в кошмарном сне наблюдая за хищником.

Никакой это не дух леса.

Исполинский зверь прямо в прыжке начал уменьшаться, а потом... превращаться в человека. Его силуэт с каждой вспышкой молнии то появлялся в воздухе, то исчезал, стирался невидимой рукой. Но становился ближе. Он словно продолжал свой прыжок, но уже в другой ипостаси.

Ошеломленная девушка попятилась назад, и вовремя. Вскоре в окне появилась огромная черная фигура. Леопард окончательно принял форму человека. Если быть точнее, тело Владыки.

Волшебница в это время спряталась за кроватью. Ну как спряталась... Ее голова и вцепившиеся в одеяло руки торчали, она была не в силах отвернуться от развернувшегося зрелища.

Длинноволосый обнаженный мужчина стоял в проеме окна темным призраком. Лицо, волосы, грудь блестели странными разводами. И она осознала, что это кровь, в которой был измазан леопард. Глаза блеснули в темноте, все те же, с диким кошачьим разрезом и, она могла поклясться, того же желто-зеленого цвета. Конечно, он ее видел. Он неотрывно смотрел ей в глаза, и от страха она думала что вот-вот упадет замертво.

Что он Владыка не оставалось сомнений. От мужчины лилась настолько мощная аура, что дрожали ноги. Его сила несравнима с силой обычного мага. Он чудовищно силен.

И совсем не такой, каким она себе его представляла.

Во-первых, Владыка молод. Не старше Северина точно. А многие говорили, что он стар. Есть у нее догадка на этот счет... Но она все же не уверена, что эта ипостась, что перед ней – настоящая.

Одно точно – он полиморф. Может принимать не одно обличье, а даже несколько. Включая звериные. Включая звериные исполинские. Она принимала его за дух леса, а он все это время знал кто перед ним!

Во-вторых, мужчина, не смотря на четко вылепленные мышцы, высоченный рост и совершенное тело, обладал необычайно хищной изящностью. Это виднелось в позе, в его плавных движениях, пока он прыгал на башню, в том, как держал голову.

В полнейшей тишине продолжали они смотреть друг на друга. Привидением качалась за широкой спиной занавеска. Гремел над Капитулом гром, сверкали молнии.

Губы мужчины медленно расползлись то ли в улыбке, то ли в оскале, и Акку увидела, что зубы его тоже в крови. Всхлипнув, она заскулила и присела за кроватью еще ниже. Трясущейся рукой достала осколок, сжав его в ладони. Сердечко ходило ходуном в груди, норовя выпрыгнуть из горла.

Проигнорировав ее скулеж, Владыка сошел с окна и приблизился к лохани в ванной комнате. Со своего места девушке было видно, как он наклонился над водой, неспешно смыл кровь с лица и груди; прополоскав рот, сплюнул в умывальную каменную чашу. Затем залез полностью и погрузился с головой в большую лохань, и она увидела только блестевшие во вспышках молний темно-розовые от крови пузыри на поверхности. Свет он так и не стал зажигать.

Мылся недолго. На нее не обращал никакого внимания. Но она не обманывалась – Владыка не упускал ее из поля зрения. Она, в отличие от него, пялилась на него широко открытыми глазами, даже не отвернувшись при столь интимном деле, как купание. Настолько была ошеломлена его появлением. Мужчину такое пристальное внимание, казалось, совершенно не беспокоило.

Когда он вышел, обернув мощные бедра полотенцем, то пошел прямо на нее.

Тихо вскрикнув, она подскочила с пола и выставила перед собой руку с осколком. Приготовилась.

Темные брови насмешливо поднялись вверх. Раздался щелчок его пальцев, и комната озарилась приглушенным светом. Теперь она могла его разглядеть получше. Тут же с удивлением поняла, что не встречала никого столь... необычного.

На типичного парха он не был похож. Кожа не смуглая, а светлая. Даже светлее, чем у Северина. Кошачьи желто-зеленые глаза мгновенно притягивали взгляд, как и темно-красные, цвета крепкого вина, волосы, струящиеся по плечам. Вода с них стекала по мускулистому торсу, по плечам и здоровенным рукам, которыми он мог бы при желании переломить ее пополам.

Черты лица слишком ровные, выразительные. Даже, пожалуй, красивые. Одновременно с этим мужественные. И линия челюсти, и ровный прямой нос, широкие скулы.

Вот только его внешность все равно отталкивала Акку, поскольку девушка вся была пропитана страхом и ненавистью к этому мужчине, которому ее послали в дар.

Вряд ли люди врали насчет того, что он высасывает магию. Наверняка, его собственная сила собрана, украдена у бедных волшебниц, которых ему дарили. Не может простой маг быть так силен. Даже Властелин.

К тому же, он полиморф. Эта внешность может быть и ненастоящей. Он на самом деле может являться тем стариком, которым его описывали.

Не зря вдова на вопрос "какой он?" ответила "разный". У Владыки не одно лицо.

Она впервые видела полиморфа, кажется, уже много веков они не встречались среди магов.

– Боишься? – раздался его голос. Глубокий и низкий. Точно не спросил, а пророкотал.

Акку молчала, продолжая таращиться на него с выставленным в руке осколоком.

– Как тебя зовут? – Владыка снова задал вопрос.

Девушка понимала, что ее оружие в руках для него просто смешно. Этот могущественный маг вернулся с битвы с ширами, разгромил их у реки. Вернулся, обогнав свое войско, приняв обличие громадного леопарда.

Она ему даже до груди не достает! И если он захочет, то сможет сделать с ней все что угодно. Физически она с ним не справится, он же ее в порошок сотрет. Нужно что-то сказать, нельзя стоять столбом.

– Ак-к-ку, – заикаясь, ответила волшебница. Ужас буквально поглотил ее.

– Подойди, – тихо прозвучал приказ.

Но столько в нем было силы и угрозы, что она начала переставлять свои одеревеневшие ноги. Лучше ему не перечить.

Приблизившись к мужчине, встала в шаге от него, не смея поднять глаз. И не дыша. Руку с осколком потряхивало.

Едва начала задыхаться, как рвано вдохнула кислород, чувствуя себя выброшенной на берег рыбой. В нос ударил свежий запах мыла, доносящийся от его кожи. Того же самого, которым она сама мылась еще сегодня.

Его широкая грудная клетка оказалась у нее прямо перед носом, и в глаза бросился странный кулон. На черно-красной переплетенной веревке висел жетон в виде игральной карты крупной масти, картинка была смазана временем, толком не разглядеть.

При взгляде на жетон сердце отчего-то начало колотиться как ненормальное. Глаза расширились. В комнате стояла оглушительная тишина, мужчина стоял не шевелился. Можно было подумать, он дал ей рассмотреть кулон. Она с трудом отвела от него свой завороженный взгляд.

Помимо жетона, на груди висела золотая цепочка со странным минеральным камнем подсвеченного ультрамаринового цвета в обрамлении пары костяных бусин. Продолговатая форма и острые грани камня делали его похожим на замерзший кусочек льда.

– Посмотри на меня, – раздалось над ухом.

Девушка застыла, крепко зажмурившись. Еще немного, и осколок поранит собственную руку, которой она так крепко сжала его в кулаке.

Положив большую ладонь ей на макушку, он жестко схватил ее за волосы и дернул вниз. Ее лицо запрокинулось, и, сглотнув, Акку в страхе уставилась в золотистые глаза. Со своего места ей было отчетливо видно каждую зеленую прожилку, каждую крапинку. Так близко склонил он свое лицо, впившись в нее темными зрачками.

– Белая птица, – пробормотал Владыка задумчиво. – Что ж, это имя тебе подходит.

Казалось его абсолютно не смущало ни огромное тату на все лицо, ни рваные двухцветные волосы с черепами. Но он смотрел на нее с необычайным интересом, словно был наслышан.

– У тебя тяжелый запах. – Девушка неловко вздрогнула от его грубых слов. Но он имел ввиду другое: – Так пахнет страх.

Прочистив горло, она прохрипела:

– Ты... будешь пить мою кровь?

От ее слов мужчина расхохотался, и она вздрогнула от его внезапного смеха. Здоровенная грудь заходила ходуном, кулон стукнул об костяные бусины.

Акку закусила губу, опустив глаза. Она имела ввиду силу, конечно. Разве для него это не одно и тоже? Он пришел весь в крови. Она думала он именно так выпивает силу. И почему смеется?

Неужели тогда наложница? Конечно, хорошо, если сила останется, но и другая участь позорна и абсолютно неприемлема для нее!

Злость пересилила страх перед ним. Сверкнув глазами, она оттолкнула его, изумившись на миг какой он был горячий. Кожа точно кипяток!

На ее дерзость он никак не отреагировал. Даже с места не сдвинулся, стоял горой, не шелохнувшись, ей самой пришлось сделать шаг назад. За спиной оказалась кровать. Споткнувшись об ее край, она позорно плюхнулась на нее. Хотела тут же вскочить, но мужчина подошел ближе и навис над ней, рассматривая как зверушку. Уставился на ее прическу. А потом потянул за черную прядку, повертев в пальцах маленький череп.

Акку едва дышала, так пугал этот мужчина.

– Сколько тебе лет? – спросил с любопытством Владыка.

С удивлением Акку вдруг осознала, что никто никогда не называл ей его имя. Оно вообще у него было? Язык знал хорошо, но это как раз и казалось нормальным, на парха он не был похож, как и на шира. Однако, Владыка с Цедеса. Ведь так?

– Не знаю, – нехотя выдавила девушка.

– Врешь, чтобы не притронулся?

Поджав губы, Акку осторожно попятилась на кровати. Прядь выскользнула из его пальцев. Он смотрел на ее действия с ленивой усмешкой.

Девушка несчастно вздохнула, понимая, как глупо и жалко выглядят ее попытки избежать его близости.

– Я не обманываю. Я... правда не знаю.

– Твои лунные дни начались пару лет назад, – заявил к ее изумлению Владыка.

– Откуда вы знаете? – покраснев, спросила Акку. В замешательстве она не заметила, как перешла на "вы", хотя с самого начала от страха обратилась на "ты".

– По твоей прическе.

– Что? – Она ухватилась за прядку. Черепа на кончиках волос глухо застучали от ее жеста.

– По заколке. Это знак женщины, – с насмешкой пояснил он.

Так вот почему вдовы упорно водружали ее на голову! Каким-то образом они знали даже об этом.

Нахмурив лицо, Акку яростно сдернула проклятую заколку с волос и швырнула побрякушку на пол. Раздался звон, прерываемый его смехом.

"И что он все время смеется?", – зло подумала девушка.

Владыка от всей души забавлялся происходящим.

– Знаешь чего первым делом хочет мужчина, вернувшийся с войны?

Нервно сглотнув от его намека, она все же сделала слабую попытку.

– Поесть?

В этот раз он не рассмеялся. Продолжал смотреть на нее нечитаемым взглядом. На лице ни одной эмоции.

– Женщину.

Ее кулаки судорожно сжали ворот ципао, плечи застыли. Она приготовилась к борьбе, но Владыка опять ее удивил.

– Не трясись. Ты больше похожа на взлохмаченного воробья, нежели на Белую птицу. Почему все думают что мне обязательно нужна испуганная девственница непременно как можно младше? Что с тобой делать-то?

В темноте забрезжил просвет надежды. Акку, не задумываясь, рухнула Владыке в ноги. В этот момент не думала о том, как, должно быть, унизительно это выглядело. Ей хотелось спастись.

– Позволь служить тебе, Владыка. Но...не таким образом...

– В абтане разрисовала лицо? – внезапно спросил мужчина, никак не отреагировав на ее просьбу.

Акку молчала. Приподняла голову, но осталась сидеть на коленях и смотреть прямо перед собой. Кого она хотела разжалобить? Властелина Парх-Цедеса, убивающего каждый день десятками врагов? Этого дикаря, купающегося в крови?

– Думаешь меня может остановить такая чушь? – Он оставался спокоен, но на губах блуждала улыбка. – Да ты совсем ребенок.

Медленно поднявшись, девушка вздернула нос, обдав мужчину волной презрения. Скривилась. Его кошачьи глаза недобро сверкнули.

– Ваш мир полон жестокости и грязи. Я совсем не удивлена, что тебя мало что может остановить, Владыка. – Последнее слово она произнесла растянуто, почти издевательски. Ей уже было нечего терять. – Сначала Гур-Хан и его прихвостни, теперь "великий и могучий Капитул" с его правителем. Цедес похож на ад, проклятое царство воров. Если и был во мне наивный ребенок, то с попаданием сюда он уже давно умер.

Не хотела обнажать чувства и показывать как ей больно и горько. Но не смогла. Его высокомерное лицо вызывало слепую ярость. Как он смеет?! Акку не хотела здесь оказаться! Она ненавидит этот мир! Даже ее имя – оно ведь не настоящее!

– Ты злишься, девочка. Вот только напрасно, поверь мне.

– Вы воруете людей! Превращаете в рабов! – зло швырнула она в его хладнокровное лицо.