Текст книги "Пампушка Кэт (ЛП)"

Автор книги: Робин Бранд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

61

Я не ожидала, что наши танцы станут такими интимными.

Серьезно...это буквально противоречило моей природе. Но что-то взяло надо мной верх: какая-то химия, царившая между нами, что-то, что я не могла контролировать. Я была шокирована, я была в ужасе, понимая, что прямо сейчас мы с Ником Лэнганом обжимались на танцполе на виду у всех.

Мы слишком увлеклись друг другом, мы даже не танцевали, а скорее страстно целовались в объятиях друг друга на протяжении двух медленных песен. Наконец, ДиДжей сжалился над нами и включил громкую и раздражающую танцевальную дорожку, так что я смогла вырваться из плена Ника и перевести дыхание.

– Ох, – вздохнула я. – Это нехорошо.

Ник ухмыльнулся. Его зубы мерцали в свете софитов. Он поцеловал меня в шею и прошептал:

– А по-моему, очень даже неплохо. Пошли, давай убираться отсюда.

С превеликим удовольствием, спасибо. Потому что весь этот зал напоминал гигантскую центрифугу, которая вращала нас подобно пробиркам, отделяя мой здравый смысл от остальной части меня. Поддавшись этим причудливым химическим манипуляциям, какая-то ранее неизведанная часть меня полностью попала под чары Ника. И когда он увлек меня за собой, я даже не оглянулась. Меня не волновало, кто видел нас и как я себя вела. Мне даже казалось, что кто-то другой взял контроль над моим телом. Я стала этим существом, этим животным, этой девушкой в роковом платье, охмуряющей парня в смокинге. Это было нереально.

И научно-познавательно. Какая-то часть моего мозга понимала, что я получила множество новых данных для анализа. Но не сейчас. Я подумаю об этом, когда мои мозги встанут на место.

Еще одной интересной деталью для анализа был мой мозг. Сейчас все было по-другому, не как с Грегом. Возможно, все дело было в том, что Ник застал меня врасплох, выбил из привычной колеи, но фат остается фактом: мне не хотелось спать. Нонсенс.

Мы покинули душный бальный зал отеля и вышли навстречу холодному ночному воздуху. Несколько ребят стояли неподалеку и курили. Мне же нужен был свежий воздух.

– Ник...

Но прежде, чем я успела сказать что-нибудь умное или хотя бы связное, он схватил меня за талию и притянул к себе. И вот они мы, снова целуемся в объятиях друг друга.

Клянусь, мой разум покинул меня. Я была ничем более безмозглых губ и рук, живущих отдельной жизнью. Да уж, картина складывалась отвратительная. Но на деле все было на много-намного приятнее.

Наконец я услышала, как кто-то смеется над нами, и это разрушило его заклятие. Я оттолкнула его, пытаясь образовать между нами немного пространства. Ник стоял прямо передо мной практически задыхаясь, его губы были перепачканы моей ярко-красной помадой. Он напоминал дикое животное, только что вернувшееся с охоты.

– Ник, это очень плохая затея.

– Тогда давай пойдем куда-нибудь в другое место, – пробормотал он, как будто проблема заключалась в том, что я просто не хочу устраивать бесплатное представление.

Поверьте мне, это тоже было огромной частью проблемы. Я просто не такая.

Но больше меня волновало то неконтролируемое желание не останавливаться. Как я пришла к этому лобызанию с парнем, который мне даже не нравился?

Я поправила свое платье. Каким-то образом оно стало короче, чем в начале вечера. Я сделала все, что смогла, чтобы привести его в норму.

Ник подошел ближе. Даже его дыхание – чесночно-шпинатное, яблочно-персиковое дыхание – оказывало на меня неизгладимый эффект. Я сделала небольшой шаг назад, мне нужно было подумать.

– Сколько времени? – спросила я. Взяв его за запястье, я взглянула на часы. Шел двенадцатый час. – Мне надо идти, – сказала я. – У меня комендантский час.

– Да ладно тебе, – прошептал Ник, притягивая меня к себе и снова осыпая мою шею поцелуями– – Вечер только начался.

– Нет. У меня очень строгие родители, – да, я соврала, но мне нужен был предлог. Было сложно настаивать на своем, когда его руки покоились у меня на талии, а губы настойчиво бродили по моей шеи. Я могла провести так всю ночь.

– А ты и правда любишь разбивать сердца, – пробормотал Ник. – МакКини был прав.

И это сделало свое дело.

Что я творила? Что за существом я стала? Я не из таких девушек, особенно, когда дело касается парней, которые мне никогда не нравились. Клянусь вам, во всем виновата эта чёртова химическая реакция, которую чудесным образом активизировал темный танцпол, дыхание Ника и пот.

Я положила свои руки на его и аккуратно убрала их со своих бедер. Затем я приложила все свои силы, чтобы увеличить расстояние между нами.

– Я серьезно, Ник. Мне надо идти. Правда. Мне жаль.

– Ммм, – он снова притянул меня к себе и пробормотал в мои волосы. – А мне-то как жаль.

Взявшись за руки, мы пошли к его машине, останавливаясь через каждый шаг, чтобы снова начать целоваться. Это ни на шутку начинало меня беспокоить, не потому что мне не нравилось, что происходит сейчас. Я просто знала, что как только я окажусь вне его влияния, я очень пожалею обо всем случившимся. Все это ради науки. Все это для моего великого эксперимента. Судя по всему, Ник тоже ставил эксперимент на мне, пытаясь понять, сможет ли он преодолеть все мои моральные устои и как-то довести меня до такого беспомощного состояния.

Но я не была беспомощной, так ведь? Если та трещина, которую проделали во мне слова Мэтта, однажды уже смогла охладить меня, то сможет и сейчас.

Остаток пути до машины и всю дорогу домой, каждый раз, когда Ник тянулся ко мне или нашептывал что-то соблазнительное, или когда химические реакции снова завладевали мной, я думала о Мэтте МакКини. О том, насколько высокомерно он будет вести себя после этого балла, когда все начнут шептаться о том, как по-шлюшечьи вела себя я. О том, что Мэтт навыдумывает Нику и всем остальным.

Это сработало лучше, чем если бы кто-то залепил мне пощечину.

Когда мы добрались до моего дома, Ник выключил зажигание, погасил фары и притянул меня к себе, практически усадив на колени.

– Мои родители сейчас, вероятно, наблюдают за нами.

– Ну и пусть смотрят, – прошептал он, а затем его рука двинулась к моей груди.

Я отпрянула.

Есть большая разница между обжиманиями на танцполе и таким наглым облапыванием. С первым я еще могла справиться, но когда реальная рука обхватывает реальную сиську? Не уж. Я все еще была не готова к этому, будь то Грег в Гунди Гольф или Ник в машине перед моим домом. И мой страх оказался еще большим сдерживающим фактором, чем надменное лицо Мэтта.

– Я не могу. Мне пора, – я распахнула дверь машины.

– Кэт, подожди!

Я повернулась и махнула ему рукой, но при этом не перестала бежать. Я почувствовала себя Золушкой, покидающей балл. За исключением той детали, что я потеряла не туфельку, а грудь. Поверить не могу, что все зашло так далеко. Никто, кроме Джойс, моей гуру по подбору нижнего белья, никогда не имел доступа к моей обнаженной груди.

Я забежала в дом и едва ли успела провести там тридцать секунд, как услышала осторожный стук в дверь. Я открыла ее прежде, чем услышали родители.

Ник прислонился к дверному проему, его белая рубашка помялась. Нашими же стараниями.

– Кэт. Я правда считаю, что ты невероятная.

Я сохраняла дистанцию между нами.

– Спасибо. Теперь мне пора. Спокойной ночи.

Я попыталась закрыть дверь, но он перегородил мне путь.

– Всего один поцелуй.

Я вздохнула.

– Это было огромной ошибкой.

Он осторожно положил руки мне на талию и увлек за собой. Я вскинула руки, препятствуя его попыткам.

Я должна была рассказать ему правду.

– Ты...ты не нравишься мне, Ник. В смысле, не нравишься как парень.

Он тихонько усмехнулся и снова потянул меня на себя.

– Ничего страшного.

Его губы двинулись навстречу моим.

– А я...я на самом деле тебе тоже не нравлюсь, правда ведь? – спросила я.

Он прикусил мочку моего уха. Я понятия не имела, почему продолжала задавать ему эти вопросы, ведь я знала, что он ответит наперед.

– Это чисто физическое влечение, да?

– Ммм, – прошептал он. – Я на это надеюсь.

По крайней мере, он был абсолютно честен со мной.

Я снова скинула с себя его руки. Ник прислонился к дверному проему и невероятно соблазнительно улыбнулся.

– Кэт...

Я затрясла головой.

– Чудовищная ошибка.

– Когда мы снова увидимся? – спросил он.

– В школе. После перемены. Мне пора, – я осторожно вытолкнула его, чтобы закрыть дверь, но он снова помешал этому случиться.

– Помимо школы, – сказал он. – Ты мне нравишься, Кэт. Сильно.

– Я думала, что ты не встречаешься ни с кем в течение учебного года, – сказала я, пытаясь ухватиться за любую соломинку.

– Для тебя сделаю исключение, – ответил он.

– Это было ошибкой.

Ник улыбнулся.

– Это не было ошибкой, и ты сама прекрасно это понимаешь.

62

Аманда пришла ко мне около полудня. Понятия не имею, как люди выживают без лучших друзей. Ведь, это те люди, которые выслушают все ваши шокирующие, постыдные и ужасающие поступки и все равно скажут, что все в порядке.

– И что ты собираешься делать? – спросила она.

– Держаться от него подальше.

– Ладно. Но что ты будешь делать, когда увидишь его?

– Держаться от него подальше.

Аманда выхватила у меня пару подушек и уселась рядом со мной на полу.

– Поверить не могу, что моя невинная маленькая Кэт...

– Стоп. Больше ни слова. Не продолжай.

– Вообще-то, я даже считаю, что это к лучшему. Ты многое узнала вчера. Судя по всему, ты не такая ледышка, как мы думали.

– Судя по всему, я потаскуха, ты имеешь в виду, – я застонала и уткнулась лицом в подушку. – О чем я только думала?

– Думаю, все дело в том, что именно этого ты как раз-таки не делала. Послушай, Кит-Кэт. Это не самое худшее, что ты могла натворить. Ну пошла ты в разгул на одну ночь, что в этом такого? Ты же не спала с ним.

– Ага, но если бы я не остановилась, кто знает, что бы произошло? Говорю тебе, он определенно пользуется какой-то магией.

– Я знаю, что ты бы никогда не сделала этого, по крайней мере, перед этим мы должны съездить в больницу, – сказала Аманда. – А еще я не успела поговорить с тобой на эту тему. Так что ничего бы не было.

Сегодня я была не настроена на логику.

– Все узнают.

– Что узнают? Всем плевать.

– Никому не плевать! Одному человеку точно будет не наплевать, Мэтту МакКини.

«Будь аккуратнее. Поматросит и бросит»

– Да кому какая разница, что думает Мэтт? Ты свободная и независимая девушка. Ты можешь делать все, что тебе вздумается. И если тебе захотелось пробурить своим языком скважину во рту Ника Лэнгана, то почему бы и нет.

– Пожалуйста, прекрати.

– Посмотри на это под другим углом, – сказала Аманда. – Это проучит Мэтта. Ник был прав, ты невероятная. Я рада, что кто-то оценил тебя по достоинству, вообще-то, всем им не помешало бы это сделать. Пускай Мэтт говорит все, что ему заблагорассудится. Правда заключается в том, что он просто ревнует.

– Нет, не ревнует.

– Тогда, зачем он предупреждал Ника на счет тебя? Они разве друзья?

– Нет, – признала я.

– Тогда задайся вопросом, зачем Мэтт это сделал. Лично я считаю, что таким образом он пытался убрать с дороги соперника...запиши-ка это в свою тетрадку.

– Лично я считаю, у тебя гипертрофированное воображение, – парировала я. – Давай рассмотрим другой вариант: Мэтт МакКини ненавидит меня всеми фибрами души, поэтому он готов пойти на все, чтобы сделать мою жизнь сущим адом. В том числе отговаривать парней от свиданий со мной. Конец.

– Мэтт – искалеченная душа, – настаивала Аманда. – Он Хитклифф, а ты Кэти. Он Рочестер, а ты Джейн Эйр. Он...

– Дарси, а я Элизабет. Я поняла. Но ты неправа.

– Посмооотрим, – пропела она. – Насколько я поняла, эксперимент продолжается.

63

День 126, среда, 24 декабря

Канун рождества. Я до сих пор не знаю, что придумать для праздничного стола. Папа умоляет не пытать его больше тофу.

Ник объявился сегодня днем.

С подарками.

Первым из которых был розовый вязаный шарф. В таком шарфе можно было смело ходить в школу морозными зимними зорями и не бояться холода. А вторым – смесь химических элементов, под влиянием которых я снова попала под его чары.

Я так отвратительна. И так слабохарактерна.

Естественно, в доме было полно народу, поэтому мне пришлось представить Ника семье (вообще-то, мои родители встречали его на нескольких научных ярмарках, но помнили ли они его, я понятия не имела). Затем они по какой-то неведомой мне причине не высказали никакого родительского осуждения и позволили Нику подняться в мою комнату. Как только за нами закрылась дверь, мы снова вернулись к обжиманиям, поцелуям и... какая же я отвратительная.

Но его рука снова двинулась на мою грудь и снова была немедленно депортирована оттуда.

– Ничего не будет, – сказала я Нику. – Никогда. Так что можешь прямо сейчас забыть об этом.

– Между нами уже кое-что есть, – заверил он меня.

На этот раз я скинула с себя обе его руки.

– Нет, я серьезно. Мы уже обсудили это, я не собираюсь заходить никуда дальше. Так что если именно этого ты от меня ждёшь...

Он закинул на меня мой новый розовый шарф и притянул к себе. В тот момент, как его губы коснулись моих, я забыла обо всем на свете.

– У меня нет для тебя подарка, – небрежно бросила ему я, получив возможность немного перевести дыхание.

– Ещё как есть, – ответил Ник. И мы снова вернулись к нашим поцелуям.

Спустя десять минут я смогла взять себя в руки и прекратить это.

– Ты должен уйти. Сейчас же.

– Я так не думаю.

Я отступила на пару шагов. Комната плыла у меня перед глазами.

– Я не шучу...я не хочу этого.

– Тебе меня не одурачить, – сказал Ник, и я была отчасти согласна с ним.

Что случилось с моей научной объективностью? Этот проект не должен был принять такой оборот. Он должен был быть о том, как парни реагируют на меня, а не о том, как у меня сносит крышу при виде них.

Когда все покатилось в тартарары? В один момент я расспрашивала Ника о его успехе среди девушек, а в другой я уже испытывала это на себе. Я не могу ничего поделать с всепоглощающей сексуальностью этого парня. Кто знал, что все эти годы крылось под его интеллектуальным высокомерием?

Но я точно знала, что это неправильно. НЕПРАВИЛЬНО. Даже несмотря на то, что весь мой эксперимент превратился в полную неразбериху, это все равно было неправильно. Ведь я не хотела этого. Этот парень может собрать в себе весь сексуальный магнетизм на планете, но я хочу большего. Я не хочу, чтобы меня рассматривали как кусок мяса. И я не хочу отвечать подобным.

Неважно, насколько манящим это кажется на данный момент.

Я усадила его на край кровати. Огромная ошибка. Он повалил меня на спину в мгновение ока.

Я вскочила и вскинула руки перед собой, чтобы привлечь его внимание.

– Пошел. Фу. Плохой Ник. Уходи. Спасибо за шарф. А теперь проваливай.

Ник улыбнулся и похлопал на место рядом с собой. Я присела на кровать, но ложиться я не собиралась.

– Слушай, – начала я. – Я невероятно старомодна. Поверь мне, если бы не это, я бы уже давно дала тебе зеленый свет, – было невероятно сложно сосредоточиться, когда он так нежно поглаживал мою руку. – Но мне нужна любовь. И даже несмотря на то, что сейчас я, очевидно, по уши погрязла в похоти, любви я не чувствую.

– Ничего страшного, – ответил Ник. – Мы друзья. Этого достаточно.

– Только не для меня. Мне нужна... – я принялась жестикулировать, вырисовывая круги в воздухе, – ...большая любовь.

Большая, огромная любовь. Может, это звучит нелепо, я всегда хотела именно этого. И я знаю, что если я соглашусь на что-то меньшее, то очень-очень сильно возненавижу себя. И тебя.

– Ну, я не хочу, чтобы ты возненавидела меня.

– Спасибо.

– Но я думаю, что ты недальновидна, – сказал Ник, все еще поглаживая мою руку. – Это может быть очень занимательно: ты и я. И ты знаешь это не хуже меня.

– Ага, занимательно, но чисто на физическом уровне, мне же нужно большее. Прости. Может быть, я как-нибудь совершенно случайно воспылаю к тебе чувствами, и мы снова вернемся к этому.

– Дашь мне знать? – спросил Ник– – Все, что от тебя требуется, – это только лишь одно слово.

– Серьезно? Типа: "сейчас" или что-то в этом духе?

– «Сейчас» пойдет. Или «Прямо здесь, Ник», или можешь просто свистнуть. Ты невероятно сексуальна, Кэт. Как только будешь готова...

Я похлопала его по ноге.

– Спасибо, – сказала я, пожав ему руку. Очень деловито. – Хорошо, тогда я думаю, мы закончили.

– Уверена?

Нет, я не была уверена, но я должна была ответить «да».

– Хочешь вернуть свой шарф? – спросила я.

– Нет. Он подходит только для одной конкретной девушки.

Боже ж ты мой, он знал свое дело. Я старалась сохранять хладнокровие, но мой уверенный голос немного дал трещину.

– Я дам тебе знать.

Он снова меня поцеловал.

– Обязательно.

А затем он ушел. Именно этого я и хотела.

Я плюхнулась на кровать. Мои губы все еще пульсировали, напоминая, что совсем недавно они получали от него то желаемое внимание. Мне даже кажется, что я почувствовала одинокую слезинку, навернувшуюся в уголке глаза. Не потому что я любила Ника, но была вынуждена его прогнать, а потому что я его не любила и прогнала.

Я думала, что парни сложны для понимания. Возможно, так и есть. Но, что, если они просты, а тем человеком, в поведении которого следует разбираться, являюсь я.

Хо, хо, хо, счастливого Рождества!

А теперь возьми себя в руки.

64

День 138, понедельник, 5 января

Новый год и всего 69 дней до завершения эксперимента. Фаза II официально завершена. О чем я только думала?

Я чувствовала, как все смотрят на меня, как все шепчутся о том, что произошло на бале. Я даже поймала на себе осуждающий взгляд Грега Бичера. Будто бы меня волновало, что он обо мне думает.

Я снова вернулась к первоначальной задумке: никакого макияжа, никакой вычурной одежды, лохматые волосы. Я хотела попробовать посмотреть на то, как парни будут реагировать на меня, если я приложу максимум усилий. И если у меня действительно есть магия, как сказала Аманда, то я предпочту ей больше не пользоваться, спасибо.

Это было глупой затеей, принесшей кучу неприятностей. Плюс, я и так уже произвела достаточно эффекта на двоих парней. До конца школы хватит. Я знаю, что Аманда разочарована моим решением, но, честно говоря, если я все время буду стараться быть красивой, я не смогу выдержать этого давления. Понятия не имею, как девушкам это удается.

Так что сегодня я зашла в класс Мистера Физера в джинсах (женской модели), свитере и (я должна сознаться) в розовом шарфе Ника. Понятия не имею, зачем я надела его. Может, тем самым я хотела показать, что со мной все в порядке. Не знаю. А может, это из-за того, что мне все еще хотелось сохранить хоть маленькую частички его симпатии ко мне.

Он поднял голову и улыбнулся, заметив, как я вошла в кабинет. После чего он снова вернулся к своей щепетильной работе. Первым делом ученый, а уж потом коварный обольститель.

Мне начало казаться, что все снова на своих местах, но затем я взглянула на Мэтта. Или, если точнее, я увидела, как Мэтт смотрит на то, как я смотрю на Ника. Возможно, я покраснела, потому что внезапно его глаза потемнели, и впервые за всю свою жизнь я увидела такую всепоглощающую ненависть в его взгляде. Мне захотелось развернуться и бежать прочь отсюда.

Он быстро перевел взгляд в свою тетрадь, но было слишком поздно. Я уже все видела.

И это разбесило меня не на шутку.

Как он может злиться на меня? Ничего удивительного в том, что он слышал о том, как мы с Ником вели себя на танцах, но это не его дело. А если это по какой-то другой причине, то тут у меня даже вариантов нет. До того, как я поняла, что этот парень предатель, я и слова ему обидного не сказала. Я признаю, что с тех пор я была холодна к нему, но это оправдано. И, более того, я никогда даже не задумывалась о том, чтобы причинить ему какую-либо боль. Ну, кроме того, чтобы надрать ему задницу на научных ярмарках. Ничего личного, в большинстве своем – просто бизнес. Так что у него не было причин кидать в мою сторону такие взгляды. Ни единой причины.

Я игнорировала его весь урок. У меня слишком много проблем, чтобы переживать о том, что Мэтт МакКини может меня ненавидеть. Очевидно, начало этому было положено тогда, когда он «предупреждал» Ника на счет меня.

В любом случае, мне и без него было чем себя занять. Математика сейчас пойдет сложнее, увеличивается число лабораторных по химии, Мисс Свини задала нам два огромных тома по английской литературе, для весеннего концерта мне нужно разучить пьесу на фортепиано, Мистер Зомби возглавляет Движение за Гражданские Права и кружок, посвященный славным шестидесятым. Я на сто процентов уверена, что он просто хочет пережить все это вновь. И, наконец, Мистер Физер сегодня сообщил нам, что к концу месяца должны быть готовы финальные черновики наших проектов, чтобы он мог просмотреть их и добавить коррективы перед тем, как мы начнем оформлять их. Ах да, еще у меня на носу экзамены. Семестр обещает быть жарким. Единственная вещь, которая не собирается убить меня за следующую пару месяцев – это язык жестов. Всем нам надо исполнить песню или прочесть стихотворение перед всем классом, но я уверена, что Аманда поможет мне в этом.

Могу посоветовать Мэтту МакКини засунуть свое недовольство куда подальше до того дня, когда у меня появится время с этим разобраться. А пока я слишком занята, чтобы переживать об этом.

Когда я выходила из класса, Ник подошел сзади и приобнял меня. Мое сердцебиение невольно участилось. А у парня действительно дар.

Затем он просто покинул класс, даже не взглянув на меня. Именно это мне и было сейчас нужно. Я не хотела привлекать к нашим персонам еще больше внимания.

Я не двинулась с места, пытаясь утихомирить свое сумасшедшее сердце. И тут я услышала, как Мэтт пробормотал себе под нос: «Что ты творишь?», а потом, подобно Нику, вышел из аудитории, не удостоив меня взглядом.

Мне больше нравилось, когда все было просто и понятно.