Текст книги "Любава-травница Галиаскаса... (СИ)"

Автор книги: Резеда Ширкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

– Да что он себе позволяет? – возмущалась Любава, возвращаясь к себе в комнату. – Кто он такой, чтобы задавать мне такие вопросы?

Злоба просто кипела, словно лава в проснувшемся вулкане. Зайдя в комнату, она увидело свою малышку, которая о чем-то весело рассказывала служанке. Гнев, так некстати разбуженный этим несносным магом, улетучился за доли секунд.

– О чем интересном мы тут беседуем? – спросила, улыбнувшись, Любава.

– Мама, я Фиделис рассказывала о разных травках, которые растут на другом материке, и как я с ними общалась, – обрадовалась девочка, увидев мать.

– Она у вас такая выдумщица, – произнесла служанка. – Говорит, что она умеет разговаривать с растениями и животными. Из всех живущих в этом государстве я слышала, что это могут делать только три эльфа.

– Но она на самом деле умеет разговаривать как с растениями, так и с животными, это не детские выдумки, – удивилась Любава, крепко прижав к себе дочь.

– Я должна сообщить об этом главному магу императора. Все, кто имеет дар звероуста, состоят на учёте как существа, имеющие редкий магический дар. Извините меня, но я обязана подчиниться приказу Его Величества.

Любава лишь молча кивнула. До неё стало доходить, что она попала в полную зависимость от монарха. Сама – экзотическая редкость, так выяснилось, что и дочь такая же.

– А ты можешь назвать имена тех, у кого такой же дар? – поинтересовалась Любава, уже зная примерный ответ.

– Самый сильный дар у Микаса Гволиэна – первого помощника императора, чуть меньше у его сына – Элиана Гволиэна.

– Спасибо, Фиделис. Ты можешь принести обед нам в комнату? Нет желания куда-то спускаться.

– Хорошо, госпожа.

Служанка подхватила посуду, которая осталась после завтрака, и вышла за дверь. Не успела дверь закрыться, как в неё вновь постучали. На пороге стоял главный маг, а за ним маячил высокий светловолосый эльф с синими, как у Марьяны, глазами.

– Леди Инсигнис, по вашей просьбе я привёл познакомиться бывшего посла в Каритасе – Элиана Гволиэна.

– Прошу заходить, господа.

– Это мой папа, – произнесла Марьяна, смотря на биологического отца.

– Да, родная, это он.

– Вы что, хотите навесить на меня полукровку? Кто вы вообще такая? Мы с вами незнакомы, – возмутился мужчина.

Его бледное лицо пошло красными пятнами.

Верион с интересом смотрел то на Любаву, то на Элиана. Его начинало забавлять то, как существо, именуемое себя мужчиной, будет выпутываться из данной ситуации, ведь его жена не простит ему интрижки.

– А вы меня и не обязаны знать. Шесть лет назад вы, будучи послом Каритаса, завели интрижку с девушкой по имени Мития Сварос. От этого короткого романа девушка забеременела, и наказанная своим бывшим женихом проклятьем «Чёрной смерти», умерла, успев родить на свет эту девочку.

– Хватит! – вскрикнул он.

Лицо его дрожало, а пылающие гневом глаза сверкали молниями, пронзающими женщину. Марьяна в страхе уцепилась за мать и неотрывно смотрела на перекошенное лицо того, кого она мечтала назвать папой. Но сейчас ей хотелось просто спрятаться за мамину юбку, где никто и никогда не сможет её обидеть словом «полукровка».

– Вы хотите мне навязать чужого ребёнка, я буду жаловаться императору.

– И не забудьте еще предупредить его, что у девочки дар звероуста. А теперь пошли вон, и чтобы к моей дочери не подходили ни на шаг.

Он побледнел и стал судорожно хватать воздух ртом, словно рыба, которую на удочке вытащили из воды. Любава подошла к мужчине и, повернув его на сто восемьдесят градусов, вытолкнула за дверь, затем хмуро посмотрела на мага, который стоял в стороне и довольно улыбался.

– Простите, что смешного было сказано мной? – недоуменно произнесла травница и вопросительно подняла бровь.

– Ничего, просто я вами восхищен, – широко улыбнулся он и вышел из комнаты вслед за эльфом.

– Дурдом на выезде, – произнесла Любава на русском, чтобы дочь не поняла её. – Ну что ты, моя крошка, испугалась?

Та лишь кивнула, прижавшись к матери.

– Запомни, моя красавица, мама никогда не даст тебя в обиду. А сейчас мыть руки, скоро придёт Фиделис и принесёт обед, затем я расскажу тебе сказку.

Но, видимо, у богини Вишаньи были другие планы и она оставила свою подопечную без присмотра, ведь семья Гволиэна решила добить все остатки нервов Любавы. Пообедав, травница уложила дочь спать и решила уже прилечь сама, как услышала тихий стук. Она открыла дверь и увидела на пороге среднего возраста мужчину: немного сутуловатого, с темно-синими глазами и мощным подбородком, говорящем о твёрдом характере мужчины.

– Разрешите войти, госпожа Инсигнис, я Микас Гволиэн – первый советник императора. Очень хотелось бы с вами побеседовать.

Любава указала на кресло и села напротив деда Марьяны.

Мужчина молчал, а Любава не стремилась начать разговор первой. Наконец он собрался духом и спросил.

– Госпожа Инсигнис, то, что мне рассказал сын – правда?

– Я не знаю, что он вам рассказал, но то, что он является отцом моей девочки, правда. Если хотите, могу рассказать предысторию рождения Марьяны и цель нашего приезда в это государство. Она никаким образом не связана с вашим сыном и признанием его отцовства, просто хотелось, чтобы у девочки был любящий отец, которого она пять лет ждала.

Советник лишь кивнул и приготовился внимательно слушать.

Любава рассказала с того самого момента, когда нашла беременную женщину и сделала ей кесарево, чтобы спасти новорожденную. Саму женщину спасать было бесполезно. Затем историю знакомства ее родителей и гонение со стороны бывшего жениха, о котором ей поведал Лабор Риос. Она упомянула, что девочка с детства разговаривает с растениями и животными и свободно понимает их язык, а также умеет по крови определять своих родственников.

– Я попросила императора Каритаса дать мне разрешение на отъезд из его страны. Зная, в каком он долгу передо мной, он дал согласие. Девочка должна расти среди таких же, как она сама. Пусть она и переняла какие-то черты матери, но цвет глаз и волос у нее ваш, поэтому мы перебрались сюда, чтобы она не чувствовала себя изгоем. И слова родного отца, мол, я хочу навесить на него полукровку, очень больно ударили по ней.

В комнате воцарилась гнетущая тишина.

– Я вам обещаю, что мой сын больше не потревожит вас, но с девочкой надо заниматься и развивать её редкий дар. Вероятнее всего, я займусь им сам. Если верить вашим словам, он довольно-таки сильный, – произнёс мужчина. – Спасибо вам за внучку!

Он тяжело поднялся с кресла и молча вышел за дверь.

Любаве всё же удалось прилечь рядом с дочерью, но мысли её были далеко отсюда. Она вспоминала беременную женщину, которая пожертвовала всем ради любви. Если бы она знала, какой мразью может быть любимый человек, но, видимо, тогда он не показывал своё истинное лицо. А ведь Пробус был прав, описывая его, ни в чём не ошибся. Эгоистичность, самовлюблённость и азарт в покорении женского пола убили две невинные жизни и сломали её ещё трём. С такими мыслями она и заснула.

Глава 26

Любава каждый день занималась с тремя целителями. Они составляли микстуры и настройки по рецептам травницы. Вначале ученики ходили хмурыми и недовольными, что их обязали обучаться у какой-то безродной травницы, но впоследствии мнение у ребят изменилось и на уроки они стали ходить с большим воодушевлением. А произошло это после того, как у одного из учеников сильно заболела мать. Целитель поставил диагноз и выписал микстуры, но, к сожалению, улучшения не наблюдались. Видя осунувшимся своего ученика, мысли которого были не об учёбе, она отложила свои записи и велела ему проводить её к матери. Мальчик вначале напрягся. Если честно сказать, он не доверял пришлой, считал, что самые сильные целители рождаются именно у эльфов. Помявшись, он принял решение показать мать Любаве.

Любава просканировала женщину и поставила тот же диагноз, что и целитель: отравление. Однако в какой-то момент непонятное движение в кишечнике сильно её насторожило. Ещё раз просканировав больную, она выявила, что у женщины в кишечнике растёт червь. В эльфийских лесах водились насекомые – вывертки, которые откладывали яйца на растениях, фруктах, овощах. При попадании внутрь человека или животного они начинали быстро размножаться. А так как в основном жители королевства были вегетарианцами, то растительную пищу употребляли в достаточном количестве.

Его практически невозможно было вывести. Тогда Любава решила пойти на риск. Она приготовила яд замедленного действия и противоядие к нему. После поговорила с женщиной, которая поняла, что без помощи травницы ей не справиться, и дала свое согласие на принятие яда. Перед лечением в комнате больной появились пять дворцовых целителей, а также присутствовал главный маг. Он всеми силами пытался отговорить женщину от совершения безумного поступка, но Любава молча взглянула на него и, отодвинув мужчину, подошла к больной. Дав ей немного яда, она принялась ждать. Самое сильное воздействие на организм он оказывал через три часа после приёма, но в течение пяти часов испытуемую можно было спасти, дав ей противоядие. На эксперимент пришёл и сам император. До сих пор заражение червем-паразитом считалось неизлечимым.

После трёх тяжелых часов она просканировала женщину и поняла, что червь, находящийся в ней, не двигается. Решили выждать ещё час. Любава подошла к больной и дала ей выпить противоядие, затем через два часа расслабила магией кишечник больной, отчего та побежала в туалет. Червь был мертв, размеры его были внушительными, и вряд ли бы женщина смогла долго терпеть: вся еда, которую она употребляла, доставалась паразиту, живущему в ней, и при этом им выделялся яд, который потихоньку убивал носителя. Первыми признаками отравления ядом являлись боли в желудке.

Эксперимент прошёл с успехом. Доверие к травнице возросло в разы. Многие из высшей аристократии просили помощи в тех или иных вопросах, отчего остальные целители были настроены против неё.

Марьяна тоже не сидела в комнате просто так. Каждый день к ней приходил господин Микас Гволиэн и обучал владению даром. В первые дни, признав его своим дедом, девочка держалась скованно. Видимо, брошенные отцом слова о полукровке сильно её задели, поэтому она с настороженностью общалась с дедом. Но через неделю отношение у неё поменялись, и она с удовольствием ждала занятий. Сам Элиан на горизонте не появлялся.

Как-то однажды в комнату постучалась женщина лет тридцати, её можно было назвать красивой, если бы не надменность и холод на лице.

– Это вы травница Любава? – спросила она, вопросительно смотря на девушку.

– Да, я, леди. Вы что-то хотели? – она приняла её за очередную клиентку, который был нужен совет или микстура.

– Да, хотела. Если вы думаете, что, представив моему мужу своего бастарда, сможете поиметь с него деньги, то у вас ничего не получится. Запомните, я дойду до императора, если вы будете преследовать Элиана.

– Вон, – тихо произнесла Любава.

– Что? – Женщина удивленно взглянула на травницу. – Да как вы смеете? Вы не знаете, кто я!

– Пошла. Вон, – выделяя каждое слово, спокойно произнесла Любава. – Ещё раз увижу рядом с моей комнатой – прокляну.

Женщина после их слов вздрогнула и, пятясь, вышла из комнаты. К вечеру по всему дворцу прошел слух, что Любава пыталась навести проклятье на невестку первого советника. Эту новость ей принесла Фиделис.

– Если бы хотела, то навела – с туалета бы месяц не слазила, – пробурчала в ответ Любава.

Жизнь во дворце стало ей порядком надоедать, поэтому в ближайшие выходные она решила подыскать себе дом для покупки. Узнав у своих ребят, к кому она могла бы обратиться по этому поводу, она пошла в столичную мэрию, где был отдел, который занимался продажей особняков для среднего и высшего сословия.

Дом, который ей сразу приглянулся, стоял на границе улиц, где проживали среднее и высшее сословия. Это вполне устраивало Любаву. Двухэтажный каменный особняк утопал в зелени за высоким забором. Внутренний дворик был небольшой, с каменной дорожкой и благоухающими клумбами цветов, посаженных вдоль неё. За домом имелись хозяйственные постройки и небольшой флигель, который предназначался для слуг.

Сам дом был светлым, чистым и уютным. Внутри на первом этаже находилась гостиная, кухня-столовая и рабочий кабинет, на втором – несколько комнат. Лучшего она себе и не желала. Договорившись со служащим, который показывал дом, она подписала договор о покупке за тысячу золотых. На следующий день Любава оформила всё официально и заплатила деньги в казну. Долго не думая, она в тот же день собрала дочь и переехала в новое жильё.

«Наконец-то этот гадюшник остается в прошлом», – подумала она.

Первой задачей было образование Марьяны. Ей завтра исполняется шесть лет, потому первой нужно будет поздравить ребёнка и приготовить праздничный ужин. Жаль, что пригласить было некого: все друзья и близкие остались на другом материке. Естественно, с наступлением такого возраста Любаву пора было устраивать в школу. В государстве эльфов ребенок начинал обучаться с шести лет, неважно, к какому сословию он относился. Обучение в младших классах шло три года, кто желал – продолжал обучать детей дальше. В средних классах обучались пять лет, кто же хотел дать детям полное образование – продолжал учиться ещё пять лет, но уже на платной основе.

Надо было обживаться на незнакомом месте. Сама же Любава думала заняться целительской деятельностью, совмещая это с приготовлением и продажей трав. Хотя существа, жившие в государстве, кроме людей, болели очень редко, но помощь всё равно требовалась. Если считать, что целители не принимали людей из низших слоев, то Любаве было, где работать. Она могла в уплату за помощь взять не только деньгами, но и продуктами.

К вечеру уложив дочь спать, Любава услышала стук в дверь. Она остановилась, стараясь не подходить близко к двери, и выглянула в окно. На пороге стоял главный маг Его Императорского Величества. Желание не открывать дверь было достаточным, но, пересилив себя, она всё же открыла. На пороге стоял злой маг, который поедал своими синими глазищами её фигуру.

– Какими судьбами, господин маг? – поинтересовалась Любава, скрестив руки пред собой.

– Ты почему ушла из дворца никого не предупредив? – Он зло посмотрел в её глаза.

– А разве я должна отчитываться перед кем-то? – удивилась травница.

– Ты обещала обучить ребят, – сквозь зубы проговорил маг.

– Всё, что я обещала, выполнила. Мы прошли весь курс обучения, все знания о травах я им передала.

– Значит, обратно не вернёшься? – Он посмотрел на Любаву, и в его глазах была необъяснимая тоска.

– В этот гадюшник – больше никогда.

Он лишь кивнул головой и молча вышел за калитку.

Глава 27

День рождения – праздник детства. Смотря в счастливые глаза дочери, Любава вспоминала свою прошлую жизнь, детей, которым ежегодно устраивала вечеринки в честь Дня рождения. Свои праздники она не любила встречать: ей казалось, что еще один прожитый год вырывал у неё кусочек жизни, поэтому принимала поздравления, благодарила родных и близких, но в гости никогда никого не приглашала, если только они сами не приезжали без предупреждения.

В подарок Марьяна получила книгу, в которой описывалась история государства Калиэн. В ней было множество красочных иллюстраций и ярких повествований о событиях прошлого. Девочка сидела довольная, периодически перелистывая учебник. Они недавно вернулись из заведения под названием «Сладкоежка», где лакомились пирожными и сладкими булочками с соком мороса – фрукта, напоминающего земное манго как по вкусу, так и по цвету.

Ближе к вечеру в дверь постучались, и на пороге появился маг Его Величества – Верион Гласканиэль. Он смотрел на Любаву, не отрывая своего заинтересованного взгляда от её лица.

– Какими судьбами, господин маг? – поинтересовалась Любава, не понимая, что ещё нужно мужчине.

– Извините, госпожа Инсигнис, но я пришёл не к вам, а к молодой леди Марьяне, – ответил он и, отодвинув травницу, прошёл в холл.

Лицо у Любавы вытянулось от удивления.

– Разрешите, леди, поздравить вас с Днём рождения и преподнести подарок как от своего имени, так и от имени вашего деда.

Девочка засмущалась и кивнула.

– Это платье вам подойдет для ближайшего бала, которое состоится в последний месяц отума (осени).

Он вынул из коробки прекрасное розовое платье, отделанное оборочками, с рукавами фонариками и небольшим пояском, который был украшен драгоценными камнями. Девочка взяла в руки это чудо и застыла, открыв рот и уставившись на такой дорогой подарок.

– А это от вашего деда. Диадема, которая украсит вашу головку на празднике цветов.

Он надел на неё диадему, которая переливалась всеми цветами радуги. Марьяна, не пришедшая в себя от первого подарка, потрогала руками диадему. Для неё, жившей в лесу и не видавшей такой красоты, это было равносильно тому, что вмиг из нищенки превратиться в принцессу.

– Зачем всё это? – нахмурив брови, спросила Любава.

– Ребёнок в День рождения должен получать красивые подарки, – ответил этот несносный маг.

– Зачем ребёнка настраивать на то, что она относится к сословию аристократов? Она обычная девочка, которая в будущем сможет выжить благодаря своему редкому дару. А вот эти дорогие подарки ни к чему.

– По поводу сословия аристократов, это дело времени, а подарки подарены от всей души.

Он кивнул Любаве, на этом прощаясь, и, подмигнув девочке, вышел, закрыв за собой дверь. Любава как стояла, так и продолжала стоять, не понимая, чего добивается маг. Уже уложив дочь спать, она нашла на полочке возле выхода два письма: в одном было приглашение на детский бал цветов, который должен был состояться в последний месяц отума, как и говорил маг, а вот второе письмо очень её удивило. Там было разрешение, за которым она ещё собиралась обращаться в мэрию, оно нужно было для получения бумаги с гербовой печатью на открытие целительской, а также продажу настоев, микстур и трав – такую же она получала в Вишане. Ещё раз с недоумением осмотрев разрешение, она положила документ на стол и решила повторно ознакомиться с ним на свежую голову.

* * *

Узнав у учеников Любавы, что она поспешно покинула дворец, маг был в ярости. Злость и обида душили его, не позволяя думать о чем-то другом. Только он поверил, что мечта замаячила впереди, как всё оборвалось. Он схватил бутылку и скрылся в своей комнате, не желая никого видеть. Но одного надолго его не ставили: в спальню завалился сам император.

– Слышал о том, что Любава ушла из дворца и купила дом, – произнёс он, но видя, что друг не реагирует, продолжил. – Я бы на её месте поступил так же.

Верион поднял на него захмелевший взгляд.

– С чего это ей было бежать? Жила на всём готовеньком, только и знай, что обучай молодёжь. Нет, ей захотелось свободной жизни! – с горечью произнёс он.

– Дурак ты, Верион, не видишь дальше своего носа: претит ей такая жизнь. Оскорбления в сторону себя она могла бы еще стерпеть, но когда дело касается ее дочери и отношения к ней как полукровке, у нее просто сносит крышу. Я же в курсе, что собственный отец называл девочку «полукровкой», затем примчалась его ненаглядная женушка и устроила скандал, что бастардке не светят деньги её мужа. Как бы ты среагировал, когда на твоего ребёнка так нападают?

– Но я узнал, это не её ребенок: она спасла девочку, приняв у её родной матери роды, когда та умирала от проклятья «Чёрной смерти». Любава сама рассказала это Гволиэну.

– Она приняла ребёнка как родного и вырастила с рождения, Любава считает её родной и никак иначе. И мой тебе совет: хочешь завоевать женщину, именно эту женщину – наладь отношение с Марьяной. Кстати, по документам у неё завтра День рождения!

– У кого? – не сразу сообразил маг.

– Да у ребёнка, Верион, очнись уже. Заодно и деда предупреди: он, как я слышал, хорошо относится к внучке. Пусть тоже поздравит.

Утром Верион сам отправился в город. Зная о том, что Любава хотела открыть своё дело, он в первую очередь встретился с мэром и объяснил ситуацию с Любавой. В этом городе было положено до получения разрешения на любую деятельность вначале показать, на что способен проситель, и только тогда принималось решение: давать соответствующую бумагу или нет. Но здесь подсуетился сам маг и рассказал о том случае, когда травница вылечила женщину, которая заразилась яйцами вывертки и вырастила в себе большую особь, чуть не лишившись жизни. После этого рассказа мэр без слов написал разрешение на целительскую деятельность.

Следующим этапом было посещение лавки детской одежды, где Верион купил платье девочке, он только после этого вспомнил, что скоро детский бал цветов, куда он может пригласить Марьяну вместе с матерью. Отправившись вновь во дворец, он зашел в кабинет первого советника императора и сообщил новость о том, что его внучке сегодня исполнилось шесть лет, на что дед засиял и, открыв сейф, спрятанный за одной из картин кабинета, вынул оттуда диадему.

Прежде чем зайти в дом, Верион долго собирался духом. Увидев на пороге Любаву, он уставился на растерянное лицо женщины. Какая же она была в этот миг красивая: густые тёмные волосы волнами спадали на плечи и спину, выразительные светло-карие глаза с пушистыми ресницами пристально изучали его, нежная кожа будто светилась изнутри, а чуть вздёрнутый носик и яркие пухлые губы приковывали взгляд.

Её вопрос вывел Вериона из ступора. Он мягко отодвинул женщину и принялся общаться с девочкой, выполняя волю императора по соблазнению травницы. Чувствуя недоумение Любавы, он радовался всей душой, что как-то смог привлечь к себе её внимание. Но её слова о том, что девочка не аристократка, заставили его понервничать. Маг знал, что, женившись на Любаве, он возьмёт девочку в свой род, но травнице об этом пока знать было необязательно.

Вручив подарки, он с лёгким сердцем отправился во дворец, оставив на виду письма с приглашением на бал и разрешением на целительскую деятельность.