Текст книги "Любава-травница Галиаскаса... (СИ)"

Автор книги: Резеда Ширкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

Просидев возле воды около часа, Любава стала нервничать. Народ, который провожал своего главаря, куда-то растекся, и она осталась на берегу с тремя молодыми людьми. Неожиданно по голубой глади океана прошлась волна и из глубины вод один за другим стали всплывать голубые сияющие водоросли, которые по итогу покрыли всю водную поверхность. Любава выдохнула с облегчением.

«Получилось, – подумала она. – Значит, губернатору удалось договориться».

В это время к берегу, едва продвигаясь через затор из водорослей, причалила лодка с губернатором Вишана – Дигнусом Пумером.

– Хмурый, надо срочно ребят послать по всем домам, чтобы собрали по возможности больше водорослей и разнесли по домам нуждающимся, – скомандовала Любава.

– Дакс Амарес, – произнес Хмурый, взяв ее за плечи.

– Не поняла? – Она удивлено взглянула на мужчину.

– Меня зовут Дакс Амарес, не надо больше называть Хмурым. С твоих уст это звучит как оскорбление, – ответил он, хмуря свои густые брови.

– Так даже лучше, – она улыбнулась и похлопала его по спине.

Любава подошла к губернатору.

– Тяжело пришлось? – сочувствующе спросила она.

– Я думал, будет хуже. Они попросили два острова, которые числятся за нашей территорией. Я дал магическую клятву, что отдам их в пользование, тем более там нет ни строений, ни жилья. Пообещал, что суда будут проходить дальше островов.

– Постарайтесь, господин губернатор, сдержать свое слово. Кто знает, на что они еще способны.

Губернатор подошел к Хмурому, и они о чем-то с ним побеседовали. Любава контролировала сбор водорослей и объясняла, что надо с ним делать. Собрав несколько ребят, Хмурый дал им поручение найти несколько карет с извозчиками и отправить проезжать каждую улицу, сообщая о том, как надо правильно заваривать и пить шинку.

Губернатор послал одного из людей Хмурого в лечебницу за целителями, чтобы разносили по домам траву и проверяли, есть ли еще живые. Кроме этого, должны были привлечь свободное население в помощь, чтобы смотреть за тяжелыми больными. Наверняка в домах, где жили одинокие, смотреть за ними было некому. Только через пять дней стало известно, какое количество людей умерло. В каждой семье потеряли близких.

Через неделю город стал оживать. Открылись лавки, появился народ на улице, возобновились еженедельные ярмарки, но что-то тревожное витало в воздухе. Люди, до сих пор не пришедшие в себя после болезней и потери близких, разучились улыбаться. На улице стало больше сирот и попрошаек.

Мориса после болезни решила переехать в отчий дом. Она была благодарна Любаве за свое спасение, но хотелось познать вкус взрослой жизни. После того, как она очнулась после лихорадки, девушка очень изменилась. Она не была той испуганной девочкой, которая тряслась при виде посторонних мужчин: в ней образовался какой-то стержень. С чем это было связано, Любава так и не поняла.

Как-то незаметно пролетели несколько месяцев после тех событий. Любава закупала лекарственные травы и готовила лекарства. Как только народ узнал, кто оказал помощь в лечении мора, стал осаждать лавку. Ей уже не хватало тех микстур и мазей, которые она готовила на целую неделю. Их раскупали за два дня.

Очередной поход по хозяйственным лавкам закончился неприятностями. Та бабушка, у которой каждый раз отоваривалась Любава, умерла, поэтому пришлось ей подыскивать нового продавца трав. Требования у нее были большие, но и денег она не жалела.

Договорившись с продавцом, Любава отпустила руку дочери и стала отсчитывать монеты, когда услышала за спиной разговор.

– Дай посмотреть твой медальон, – попросил мальчик лет пяти, который частенько стоял с матерью в хозяйственных рядах.

– Нет, мама сказала, чтобы я его никогда не снимала, – ответила Марьяна и ухватилась за подол Любавы.

– А мы сейчас посмотрим, почему тебе не разрешают его снимать, – ответил ребенок и неожиданно дёрнул медальон на себя, цепочка оборвалась и слетела с шеи девочки, оставив в руках мальчика подарок русалок.

Оглушительная тишина ударила по ушам, она была пострашнее любого грохота. Схватив ребенка, Любава залетела в ближайшую карету, которая унесла ее домой. Закрыв все ставни и двери, она стала искать выход из сложившейся ситуации. О том, что здесь оставаться опасно, было и так ясно. Собрав в узелок всё, что ей может понадобиться в дороге, закинув туда же сменную одежду, деньги и еду на первое время, Любава собралась уезжать из города. Марьяна сидела молча и только поглядывала на мать, которая металась из комнаты в комнату.

– Мамочка, мы уезжаем?

– Да, деточка, здесь оставаться опасно, – ответила мать, продолжая собирать вещи.

Неожиданный стук в дверь отвлёк ее внимание, и она прислушалась, раздумывая, открывать дверь или нет.

– Любава, это Дакс. Я один, открой, пожалуйста, дверь.

Женщина сначала не поняла, о ком идёт речь, и только по голосу признала Хмурого. Она подошла к двери и впустила его в дом. Хмурый зашёл и внимательно осмотрел комнату. Увидев притихшую в углу Марьяну, он подошёл и присел перед ней на корточки.

– Добрый вечер, красавица, ты чего забилась в углу?

Девочка только пожала плечами и вопросительно посмотрела на мать.

– Мы собираемся уезжать, – хмуря брови, произнесла Любава.

Он взял её за руку и насильно усадил за стол.

– Успокойся, из-за тебя ребёнок нервничает. Все вопросы можно решить по-доброму, – серьёзно сказал мужчина.

– Тот, кто охотится за нами, ни перед чем не остановится, тем более если это родственник императора. Для него закон не писан. Он нас размажет по стенке и скажет, что так и было.

– Я знаю, о чем ты. Ребята рассказали, что один аристократ разыскивает женщину, которая родила ребенка от эльфа и долгое время скрывается от него. Он обещал большие деньги тому, кто расскажет об их местонахождении. Как я понял, это ты.

Любава промолчала. Она не хотела при ребенке рассказывать то, что случилось почти четыре года назад.

– Любава, из моих ребят никто тебя не сдаст, но есть люди из других группировок, которые за копейку продадут мать родную. Поэтому я считаю, что ты должна выйти замуж за меня, – спокойно произнёс Дакс.

– Прости, что я должна? – Любаве показалось, что она ослышалась.

– Выйти за меня замуж, я тебя в обиду не дам. Никакие аристократы мне не указ.

Любава громко расхохоталась. Со временем смех перешел в слезы, и она уже несколько минут была в объятиях мужчины, пытаясь успокоить бегущие слезы. Она громко всхлипывала, прижавшись к мужскому плечу, прекрасно понимая, что сейчас откажет ему. Марьяна, широко раскрыв глаза, с изумлением и любопытством наблюдала, что происходит в комнате. Она никогда не видела мать такой.

– Извини, Дакс, но это не выход.

– То есть ты мне отказываешь? – с полной серьезностью спросил мужчина.

– Дело не в тебе, а во мне. Ты очень хороший человек, а я не та женщина, которая тебе нужна. Мы с дочерью – странники, которых судьба бросает то в одну сторону, то в другую.

Мужчина помолчал, затем поднял глаза на Любаву.

– Это твое решение, принуждать не буду, хотя ты мне очень нравишься. Собирайтесь, пока останетесь в домике возле моря, где ты лечила сына, затем я вас переправлю в другое место.

Собрав остатки вещей, они выдвинулись из дома. Напоследок Любава попрощалась с ним и попросила домовика не обижаться на нее за то, что так получилось. В ответ дом только жалостливо и тяжко вздохнул.

Добрались они до домика на море очень быстро. Уложив дочь спать, Любава рассказала историю Марьяны. Мужчина только молча сидел и слушал, а когда Любава замолчала, со свистом выдохнул воздух, жёсткие желваки заиграли на загорелых скулах.

– Отдыхайте, – произнёс он и вышел.

Глава 17

Дакс, как и обещал, приготовил всё для отъезда. Вручив деньги за проданный дом – ровно столько, за сколько она его приобретала, – она сложила всё в узелок. Как она и ожидала, именно староста улицы подсуетился на этот раз и, не сбрасывая цену, отдал всю сумму. По-видимому, испугался, что получится как в прошлый раз.

– Может, останешься? – тихо спросил Хмурый. – Поженимся. Обещаю, обижать не буду и Марьяну в обиду не дам.

– И будут тыкать пальцем в моего ребёнка только из-за того, что она не похожа на других.

Хмурый лишь вздохнул. Он вынул из кармана маленький серебряный медальон и надел на шею девочки. Она вновь стала той темноволосой кареглазой малышкой.

– А это тебе.

Он подал почтовый портал.

– Портал непосредственно привязан к тебе, и только я могу отсылать тебе письма.

Дакс повернулся к портальщику.

– Набери город Ташхан. Прощайте, мои дорогие.

Он обнял Любаву, затем поднял на руки Марьяну и расцеловал в обе щеки. Они зашли в портал и через минуту стояли на огромной площади.

Любава огляделась. Они оказались в надземном городе, где проживали гномы и их семьи, которые решили жить на поверхности. Чаще всего это были семьи, где одна из пар принадлежала другой расе. Спросив у прохожего, где можно остановится приезжим, они зашли в небольшую таверну, где за стойкой стоял большой орк.

– Мамочка, смотри, какой дядя большой и страшный, – тихо прошептала Марьяна, не отводя любопытных глаз от мужчины.

Под два метра ростом, с небольшими клыками, торчавшими из-под нижней губы, в холщовой рубашке и брюках он смотрелся очень экзотично.

«Странно, что здесь можно встретиться с орком», – успела подумать она, когда слова трактирщика вывели ее из задумчивости.

– А такая красавица, как ты, да еще с такими синющими глазами – большая редкость в нашем городке, – улыбнулся орк.

Любава напряглась.

– Не переживайте, госпожа, никто от меня ничего не узнает. Это мой дар: видеть всё, что скрыто от людских глаз.

Выбрав комнату и заказав ужин, мать с дочерью расположились на кровати.

– Мам, мы останемся в этом городе? Там было лучше: погода тёплая, рядом море. Там Рослав с Морисой, – заканючила девочка.

– Вот увидишь, и здесь найдутся друзья. Погода, конечно, не очень радует: по ночам прохладно. Зато мы сможем выбираться на природу, – больше успокаивая себя, чем дочь, проговорила Любава.

Рассказав дочери сказку, пока та не закрыла глазки, Любава окунулась в свои мысли. Тоска и печаль навалились на травницу с новой силой, и осознание собственного бессилия и беспомощности овладело ею. Какую судьбу она готовит для дочери? Неужели ей придётся всю жизнь скрываться под чужой личиной? Нет, нет и нет! Она желает для неё лучшей доли, поэтому они пока останутся в этом городе, а затем будут искать дорогу на материк эльфов – Калиэн.

Утром они спустились вниз позавтракать. Любава решила осмотреть город и сходить в мэрию, узнать по поводу продажи домов. Они не успели закончить завтрак, когда мужчина среднего роста внёс девушку на руках. По небольшому росту можно было понять, что она из расы гномов.

– Орин, куда можно её положить? Видимо, подошло время рожать, а она вместо того чтобы сидеть дома, попёрлась в верхний город. На улице возле твоей таверны лежала, – бурчал себе под нос мужчина.

Женщина тихо постанывала в его руках.

– Отнеси её наверх, в третью комнату. Сейчас пошлю кого-нибудь, чтобы целителя вызвали.

– Не успеете, у неё ребенок неправильно лежит. Пока будете звать целителя, дети задохнуться. Я травница, помогу, чем смогу.

И началась работа по спасению двух юных жизней. Направив магию на одного из них, она потихоньку переворачивала его головкой вниз, и только тогда роды пошли так, как положено. К приходу целителя возле мамочки лежало два крохотных комочка, довольно причмокивающие губами. Любава стояла выжитая как лимон. Эти роды пришлись ко времени: она показала, на что способна. На следующий день весь город говорил о новой жительнице с ребёнком, приехавшей в их город на постоянное место жительства. Мамочку с новорожденными детьми забрали в тот же день ближе к вечеру. Подъехала какая-то дорогая карета и увезла её.

Через день в таверну, где до сих пор обитала Любава с Марьяной, пришёл посыльный и передал приглашение на встречу со старостой гномьей общины.

– Это большая честь, Любава, – произнес Орин. – Староста редко кого приглашает в свои владения, если он, конечно, не гном.

– Не знаешь, почему я удостоилась такого внимания? – задумчиво поинтересовалась она.

– Видимо, это связано с последними событиями. Я слышал, что молодая мамочка приходится ближайшей родственницей нашему старосте.

Дом гномов – это ниши в скале. Они не строят их из камней, а просто вырубают нужное пространство. Потолки и двери в доме старосты оказались высокими: наверняка рассчитаны для приёма гостей других рас. Стены в основном пустовали, холл был просторным, мебели оказалось по минимуму.

Пройдя в гостиную, Любава увидела седовласого мужчину с длинной белой бородой. Он сидел возле той самой молодой гномихи, которой травница помогла родить двух прекрасных малюток.

– Добрый день, Любава, – поздоровалась молодая мама. – Мы с вами так и не познакомились. Меня зовут Ронита, а это мой дед – Софос Сенекс. Спасибо вам большое за помощь. Вышла наверх, хотела пройтись, погулять, голова закружилась, и я упала. Хорошо, что с детьми всё в порядке. А где ваша дочь-красавица? – наконец-то успокоилась молодая мама.

– Оставила с Орином. Они затеяли готовку вкусных пончиков, а для моей сладкоежки другого и не нужно.

– Ронита, ты совсем заговорила нашу гостью. Пойдемте в столовую, у нас сегодня праздничный ужин в честь удачного рождения наследников, – довольно улыбнулся названный дед.

Это был большой зал, можно сказать огромный. Везде стояли крепкие массивные столы, а вдоль стен полукругом расположились небольшие диванчики. Когда Любава зашла вслед за хозяевами в столовую, то все присутствующие притихли.

– Хочу познакомить вас с госпожой Любавой – травницей, спасительницей моей единственной внучки и двоих наследников. Целитель сказал, что она одна справилась с работой, которую обычно делают трое. К его приходу довольная мамочка уже обнимала своих малышей, – торжественно произнес староста.

О чем говорит Софос, Любава так и не поняла.

Много тостов было поднято за наследников, за молодую маму, ее мужа-воеводу и, конечно же, за Любаву. Пиво лилось рекой. Домой травница попала уже поздно ночью, когда Марьяна видела десятый сон. На руках у нее был документ, в котором она являлась полноправной хозяйкой двухэтажного дома на Малой Солнечной улице, и мешочек с драгоценными камнями. Любава решила их отложить на будущее.

Так и началась жизнь Любавы и Марьяны на новом месте практически с чистого листа. Она не раздумала, правильно ли поступила, уехав из Вишан: сейчас это было неважно. В первое время письма от Хмурого приходили почти каждый день, затем всё реже, пока совсем не перестали.

«Значит, так тому и быть!» – подумала Любава и оставила прошлое в прошлом.

Глава 18

Ташхан – очень красивый город. Он находится в горах, до которых обычным путем добраться невозможно: только телепортом. Уютно расположились на отвесных склонах и вершинах небольшие поселения. Создавалось впечатление, что они были здесь вечно. Эта местность известна своими красочными долинами, которые буйно цветут весной и летом. Розанны, толкины, сираньи и дикие цветы определяют пейзаж в это время года. Здесь климат мягкий, разнообразная лесная растительность и широкие луговые просторы. Можно заниматься разведением домашних животных. На самых теплых склонах есть сады и огороды. Основная часть жителей занималась торговлей, но было и множество мастерских, в которых работали как сами гномы, так и другие существа, проживающие в городе. Хотя основной деятельностью гномов была работа в шахтах по добыче драгоценных камней, а также работа по разведке новых месторождений полезных ископаемых.

Но Любаву больше всего волновало и радовало не это. Только в этих горных местах можно было найти многие редкие лекарственные растения, в том числе и ядовитые. У многих возникнет вопрос: для чего травнице ядовитые растения? Большинство из них в мизерных количествах добавлялись в микстуры и в разы увеличивали их свойства.

«Всё – лекарство, и всё – яд, вопрос только в дозах» – это высказывание известного швейцарского врача и философа Парацельса описывает всю суть токсикологии. Между «ядами» и «не ядами» действительно невозможно провести четкую границу, а действие вещества на организм во многом зависит от дозы. Примером может служить яд кураре, используемый индейцами. Если стрелой, наконечник которой будет смазан этим ядом, даже слегка ранить жертву, он проникает в кровь, быстро вызывает паралич и смерть от удушья. Сейчас синтетические аналоги тубокурарина очень широко используются в хирургической практике.

Богиня Вишанья хорошо обучила свою ученицу всем премудростям работы с такими растениями. Любава могла распознать практически девяносто восемь процентов из ста. Почему не все сто? Дело в том, что некоторые из них приводили к мгновенной смерти, а против тех ядов, которые она знала, у нее были противоядия.

Сейчас она с дочерью прошла город и поднималась на небольшую скалу, где у нее с Марьяной было секретное место. Обычно после сбора трав они перекусывали и шли домой, а иногда садились, чтобы поговорить с природой. Марьяна не любила разговаривать с ядовитыми растениями. Она морщилась, но выполняла всегда просьбу матери. Найти их в огромном лесу было сложно, и Марьяна указывала матери направление, где следовало искать «злобные и вредные чудовища». Так выразительно называла их девочка. Собрав то, что нужно, они, уставшие, но довольные, медленно шли домой.

Уже около года они живут в этом городе. Любава работает травницей. Сама собирает сырье для изготовления лекарств, сама их готовит, также продает особые сборы трав в засушенном виде. Чаще всего к ней обращаются за помощью люди, потому что обычно у гномов, оборотней или эльфов болезни проходят в более легкой форме. Конечно, если это не касается вирусных инфекций.

– Добрый день, Любава. – Навстречу шла молодая гномиха по имени Глашана. – Вчера спину надорвала, что бы вы мне посоветовали?

– Добрый день. Приходи, дам тебе мазь – она не только вылечит, но и обезболит.

– Спасибо, я подбегу. – Тут взгляд застыл, и она, устремив взгляд вдаль, низким баритоном произнесла. – Вспомни, чему я учила тебя, Любава, вспомни всё о ядах и будь предельно внимательна.

– Неужели не могла мне во сне передать? Видишь же, от девочки из-за пророчеств все шарахаются, никто не хочет общаться и дружить.

В ответ она услышала лишь смех. Тут девочка очнулась и поняла, что вновь уходила в транс.

– Опять пророчество, да? – она тоскливыми глазами взглянула на травницу.

– Спасибо тебе большое. – Она обняла гномиху. – Кто знает, может кто-то скоро оценит твой дар? Я оценила.

– Правда? – ради этих горящих от счастья глаз можно было и соврать.

Чуть позже она поймет, почему сообщение от богини пришло не во сне. Уже подходя к своему дому, она заметила мальчика-курьера, который в ожидании хозяйки нервно похаживал возле калитки. Увидев вдалеке приближавшуюся травницу, он стремглав помчался к ней.

– Госпожа травница, вас срочно ждут в мэрии.

– Почему такая спешка? – очень удивилась Любава.

– Вы же подавали заявку для открытия класса по обучению травниц?

– Подавала, но рассматривать будут, как мне сказали, только через три дня, когда соберётся совет, – удивилась женщина.

– Совет собрался сейчас, поэтому вас вызывают, более ничего вам сказать не могут – не имею права, – ответил курьер и опустил голову.

Быстро оглянувшись по сторонам, он тихо прошептал.

– Там ещё одна заявка поступила на открытие классов, и мнения разделились, хотят проверить вашу классификацию травницы.

Она знала его отца, который служил в мэрии младшим клерком и часто захаживал к ней за обезболивающим. Старые раны, полученные по молодости, давали о себе знать.

– Хорошо, сейчас положу травы и пойдем.

До мэрии было недалеко, поэтому они добрались довольно быстро.

– Добрый день, господа, – поздоровалась Любава.

– Добрый день! Проходите, госпожа травница, – сказал председатель совета – глава мэрии города, гном Хонорат Бонас. – Всех присутствующих вы знаете, поэтому представлять вам не буду. А вот с травницей из поселения Роски вы, вероятнее всего, не знакомы.

На кресле недалеко от круглого стола, где разместился совет, сидела женщина – длинноволосая брюнетка с утончёнными чертами лица, словно они были прорисованы остро заточенным карандашом художника. Большие выразительные тёмные глаза под тонкими бровями, тёмная свободная одежда, оставляющая открытой лишь удлинённые кисти рук. На холодном надменном лице блуждала какая-то самодовольная и гадкая полуулыбка. Она внешностью напоминала главную героиню американского фильма, показанного в девяностых – «Эльвира – повелительница тьмы».

– Госпожа Тенебра Нокс, познакомьтесь с травницей, которая к нам прибыла издалека. Зовут ее Любава.

– Любава? И всё? – удивилась та, усмехнувшись.

– Почему же всё? Любава Инсигнис, – женщина гордо подняла свой подбородок.

Фамилию – или, как здесь называли, второе имя – ей дала богиня и велела до поры до времени его не раскрывать. Это было связано с тем, что в свое время травницы, носившие ее, были очень сильными и могущественными, во много раз опережали в знаниях и умениях всех остальных травоведок. Они могли вылечить любую болезнь, если она была не магической. Злость и ревность других травниц привела к смерти всего поколения.

– Этого не может быть, они все подохли! – выкрикнула Тенебра, вскакивая со своего места.

Ее алебастровое лицо стало еще белее.

– Значит, вы тоже в этих убийствах участвовали?! – произнесла она холодным голосом, от которого у присутствующих забегали по спине мурашки. – Господин мэр, вы вызывали меня для знакомства с этой невоспитанной дамой?

Тенебра попыталась вставить свое слово, но, увидев взгляд мэра, сулящий ей множество неприятностей, если она не закроет рот, решила промолчать.

– Госпожа Любава, тут такое дело: вы подали заявку на создание классов для обучения юных травниц своему искусству, но такую же заявку подала и госпожа Тенебра. По законам нашего совета мы должны провести конкурс на изготовление микстуры со сложным рецептом, который требует наиболее сильной сосредоточенности. А как нам удалось узнать, эти рецепты напрямую связаны с изготовлением ядов.

– А вы разве не знаете, господин мэр, что изготовление ядов в государстве запрещено? – удивилась Любава.

– Есть очень маленькая поправка в этих законах: если это требуется для всеобщего дела, то возможны исключения. А нам требуется для дела.

– Хорошо, что вы предлагаете?

– Завтра с десяти часов утра начнётся соревнование между вами и госпожой Тенеброй, – улыбнулся мэр. – Тогда и определим, кто из вас сильнее и кому достанется такое почетное звание – обучать молодежь.

– Вы забыли упомянуть, господин председатель совета, что после изготовления каждая из участниц должна будет выпить яд соседки и изготовить для себя противоядие, – послышался голос одного из членов совета, но Любава его узнала. Это был Софос Сенекс.

В душе она была очень благодарна старому гному, понимая, что он специально предупредил ее.