Текст книги "Любава-травница Галиаскаса... (СИ)"

Автор книги: Резеда Ширкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 28

Если в Каритасе Любава могла закупать травы в хозяйственных лавках, то в столице не было мест, где бы она могла что-то приобрести для изготовления микстур. Эльфы выращивали лекарственные растения для себя сами, особенно те, кто держал лекарские лавки. Оставался только один выход: самим сходить в лес, а затем на будущее купить телепортационные шарики, чтобы не отбивать ноги, проходя каждый день больше десятка километров.

С утра пораньше она наняла экипаж и с дочерью отправилась в лес. Погода на этом материке всегда была теплой, температура в среднем стояла двадцать пять градусов и только в середине химса (зимы) спускалась до плюс шестнадцати. Сейчас же шел последний месяц эсты (лета). Добравшись до кромки леса, они остановились, растения и деревья были совершенно не похожи на те, которые росли в Каритасе, и буйство флоры говорило о том, что климат для их развития и роста был самым наилучшим. Вспомнив уроки богини Вишаньи, Любава стала собирать травы, объясняя Марьяне, для чего может пригодиться каждая травка. Она по привычке рассказывала всё дочери, порой забывая, что та может сама узнать у растений их свойства. Марьяна лишь улыбалась матери.

Запомнив полянку, на которой они собрали достаточное количество сырья для лекарств, Любава увидела невдалеке девушку, выглядывающую из кустов малинника. Так она называла куст с ягодами, которые напоминали по внешнему виду малину. Она встала и сделала глубокий поклон девушке в белом.

– Доброго и светлого дня, полудница. Извини, что без разрешения потоптались и похозяйничали на твоей территории, – спокойно ответила Любава.

– Травница, да ещё и видящая! Странно. – Оно обошла круг вокруг Любавы и Марьяны. – Давно к нам никто не захаживал из вашей братии.

– Когда-то бывает в первый раз, а я была знакома с твоей сестрой, которая с другого материка, но я была вынуждена бросить нажитое и срочно уезжать оттуда.

– Ты, получается, та самая травница Любава, которая спасла дитя от проклятия? Слышала, слышала. Раз за тебя хлопотала сестра и леший, то будем дружить, – улыбнулась она и тут же пропала.

Любава, обрадованная, что всё не так плохо закончилось, и ругая себя за то, что расслабилась и не задобрила хозяев леса и полей, решила в следующий раз исправить свою ошибку и принести гостинцы. Телепортом они вернулись домой.

На сегодняшний день перед ней стояла ещё одна задача: она хотела сходить в даблис (так называлась школа начального и среднего образования) и устроить Марьяну на обучение.

Красивый двухэтажный белокаменный дом стоял сразу за мэрией. Раньше там располагались военные, затем это было переделано в образовательное учреждение. Зайдя в помещение, Любава обратила внимание, что внутри оно до боли напоминало сталинскую школу. Такие здания строились в тридцатых годах, а уже чуть позже они стали расширятся благодаря пристройкам. Большой холл, в котором находилась приемная, хозяйственные комнаты и раздевалка, делился на два коридора. С правой стороны были классы для первоклассников, а левый коридор вёл в столовую и на второй этаж, где учились дети постарше. Сейчас в даблисе стояла тишина: занятия начинались в первый месяц отума (осени).

– Госпожа что-то хотела?

Вопрос, заданный Любаве, вывел её из задумчивости. Она обернулась и увидела перед собой полноватого мужчину с белыми, как у всех эльфов, волосами и пронзительно синими глазами. Он с любопытством оглядывал девушку.

– Добрый день, я хотела устроить дочь на обучение.

– Пройдемте в мой кабинет. Я директор этого заведения, и зовут меня Каэл Скинфиль.

– Очень приятно, – произнесла Любава, усаживаясь на предложенный ей стул.

– Значит, это наша будущая ученица. Как тебя зовут?

Марьяна засмущалась и попыталась спрятаться за спину матери, но Любава мягко взяла её за плечи и поставила перед собой. Для поддержки девочки не стала убирать свою руку, мягко поглаживая по спине.

– Марьяна, – прошептала девочка.

– Какое у тебя странное и необычное имя, Марьяна. Что ты уже знаешь и умеешь? – поинтересовался мужчина. Он разговаривал с ребенком мягко, словно гладя и успокаивая.

«Вот что значит практика», – подумала Любава.

– Мама научила меня читать и считать, – ответила девочка, уже не так смущаясь.

– Так эта молодая красивая девушка – твоя мама? – сделал удивленное лицо мужчина.

– Да, – с гордостью произнесла Марьяна и обняла за шею мать.

Чувство недоверия к мужчине как будто снесло, и дальше она отвечала на вопросы более живо, при этом не стесняясь хвалиться своим редким даром.

Мужчина восхищался и только прищелкивал языком, когда она описывала, как мама спасла тетю от страшного чудовища внутри. Вряд ли было понятно, о чем она говорила, но взаимопонимание с ребёнком было налажено.

Когда ребёнок выдохся, вопросы стала задавать Любава.

– Скажите, господин Скинфиль, какие предметы она будет изучать и сколько времени в день занимает обучение?

– В первом классе у неё будет чтение, правописание и начальный счет. Кроме этого, в этом году мы добавили уроки истории нашего государства и травоведение. Как вы понимаете, наша сущность связана с растениями, поэтому с детства мы должны уметь их различать.

– Я заметила у вас столовую, вы кормите детей?

– Это зависит от желания родителей. У нас даётся час на кормление и отдых детей. Если вы желаете, то можете забирать ребёнка домой, если же собираетесь кормить здесь, то в день это будет обходиться в десять медных монет.

– Спасибо, я подумаю. Какие документы от меня требуются?

– Только документ о рождении ребёнка и ваш личный документ. Всё останется у вас после того, как мы магией сделаем их копии.

– Они у меня с собой.

Любава вынула личные карточки, заменявшие паспорта в этом мире, и передала директору. Он одобрительно хмыкнул и провёл руками над документами. Тут же на столе появились их копии.

– Вот и всё, – произнёс он с улыбкой. – Ждём вас первого числа первого месяца отума к девяти часам утра.

Попрощавшись, они вышли на улицу и с наслаждением подставили лица солнечным лучам. Обратная дорога домой прошла весело: девочка делилась впечатлениями от встречи и была очень довольна.

Уже подходя к дому Любава обратила внимание, что возле их калитки крутится девушка: белое платье, распущенные русые волосы, безумный взгляд красивых синих глаз, опухшие и покрасневшие от бессонницы и слёз веки. Нервно ломая пальцы, она ходила взад-вперед в ожидании хозяев дома. Увидев приближавшуюся Любаву с дочерью, она замерла на месте.

– Вы госпожа Инсигнис? – произнесла она и вопросительно посмотрела на женщину.

– Да, с кем имею честь разговаривать? – поинтересовалась травница.

Странно: дом, в котором она жила, был мало кому известен.

– Меня зовут Курана, я подруга Фиделис. Она дала мне ваш адрес и просила не ругать её за это. У меня заболела мама, и никто не может определить, что с ней происходит. Прошу вас, помогите.

Она сделала попытку встать на колени, но Любава остановила её.

– Не надо, – произнесла она строго. – Подожди здесь, я сейчас возьму свою сумку, и пойдем смотреть твою маму.

Девочка с облегчением выдохнула. Хотя Фиделис утверждала, что Любава очень порядочная и великодушная девушка, но все же боялась отказа. Проверив свою сумку «скорой помощи», Любава вышла на улицу.

– Далеко идти? – поинтересовалась она, взглянув на девушку.

– Быстрее будет доехать на карете, – проговорила она и остановила проезжавший мимо экипаж.

Глава 29

Одноэтажный дом находился в проулке на улице ремесленников. Оставив дочь с младшей сестрой Кураны, Любава прошла в комнату к больной. Женщина, лежавшая в постели, не делала ни малейшего движения. Она смотрела в одну точку и не подавала признаков жизни.

– Давно она так? – спросила травница.

– Уже третий день, и никто ничего не может сказать вразумительного, – всхлипнула девушка.

– Отец есть?

– Да, на работу ушел, он мастер-кожевник, – ответила она.

– Выйди из комнаты и не заходи, пока я не позову.

Курана с опаской посмотрела на Любаву, но из комнаты вышла.

– Домовик?

В комнате стояла тишина.

– Если ты мне сейчас не ответишь, то твоей хозяйке я ничем помочь не смогу.

– Тут я, видящая, – раздался голос, и перед ней появился старичок-домовичок: видимо, уже в летах, раз длинная пушистая бородка доставала чуть ли не до пола.

– Доброго здоровья тебе, хозяин дома! Вижу, знаешь что-то? – Она кивком указала на больную.

– Знаю, – хмуро ответил он, присаживаясь на рядом стоявший стул. – Старое проклятье это, не на неё наведенное. Давно здесь жила старая карга, которая перед смертью решила насолить своей невестке и, сделав порчу на золотую цепочку, спрятала её, а после её смерти невестка, как почувствовала что-то неладное, не стала переезжать сюда, а продала дом этой семье. Хозяйка прибиралась в подполе, нашла свёрток, открыла его и получила всю порцию порчи.

– Я даже ни разу не встречалась с таким заболеванием.

– И не встретишься: порча сделана по старым книгам, о которых мало кто сейчас помнит. Та старуха было одной из тех, кто о них знал. В молодости ей бабушка рассказывала о старинном городе, затерянном в наших лесах. Богиня наказала его жителей за злобный и жестокий характер и разрушила город до основания. Так вот, родственники этой бабушки были именно оттуда, поэтому она знала про порчу. В больной нет души. Она не может вернуться назад, витает рядом, но силы её на исходе: остались лишь сутки, чтобы попытаться спасти ее.

– Но как?

Домовик лишь пожал плечами и исчез.

Немного подумав, Любава позвала Курану в комнату и вкратце пересказала всё услышанное. Девушка лишь охнула, и на глаза вновь набежали слёзы.

– Не реви, лучше скажи, где та самая цепочка.

– Я не видела, но маму нашла Сина, может, она что-то знает.

Выйдя в комнату, где играли девочки, Курана задала вопрос сестрёнке. Девочка молчала, опустив голову вниз.

– Милая, жизнь твоей мамы сейчас зависит от этого украшения. Я должна показать его магу, чтобы он смог определить, что делать.

Девочка вынула из-под подушки тонкую золотую цепочку и передала Любаве. Травница взяла его кончиком платка и завернула в него. Предупредив, что скоро будет, Любава переместилась во дворец в кабинет мага. Тот в это время перебирал пробирки и, увидев появившуюся перед ним травницу, от неожиданности выронил всё из рук. Звук разбившегося стекла вывел его из ступора.

Любава посмотрела на мага, ожидая возмущения, что она отрывает его от работы, но, заметив на его лице радость от встречи и какое-то удовлетворение, растерялась.

– Доброго дня, господин маг, я пришла за советом.

– Доброго дня, Любава, всегда рад помочь известной травнице, – ответил он, широко улыбаясь. Его глаза в это время светились радостью и восхищением.

– Мне нужна помощь. Я встретилась с чем-то необъяснимым.

Она вынула из кармана платочек и показала магу золотую цепочку. Он внимательно посмотрел на нее и взял в руки.

– На эту цепочку была наложена древняя порча, которая недавно высвободилась. Откуда она у вас?

Он внимательно посмотрел на Любаву, и она вкратце пересказала всё, что услышала от домовика.

– Так вы ещё и видящая! – удивился он. – Такой дар не встречался уже лет сто, это точно.

– Надеюсь, это останется между нами? – строго посмотрев на мага, холодно произнесла девушка.

– А что взамен? – хитро улыбнулся этот несносный маг.

– Постараюсь вам не подсыпать в еду слабительного, – тут же ответила она и ехидно улыбнулась.

– Злая вы, а казались такой доброй, – шутя надул губы Верион.

– Ага, а ещё мягкая и пушистая, только часто приходится выпускать колючки, – парировала в ответ Любава.

– Единственное, чем я могу помочь – это снять с неё проклятье, но для того чтобы вернуть душу, нужен специальный ритуал, а он утерян. – Маг просто всплеснул руками, показывая тем, что в данном случае он бессилен.

– Ну нет, я так просто не сдамся. У неё две девочки. Кому они будут нужны, если не станет матери?

– Что вы собрались делать? – тут же поинтересовался Верион.

– Идти в лес и просить помощи у лешего, – ответила она. – Вы можете взять с кухни угощение, желательно что-нибудь печёное? Только свежее.

– Конечно! Я иду с вами.

– Нет, я сама. Неизвестно, как они среагируют на вас. С ними и так нелегко найти общий язык.

– Я иду с вами или не буду помогать снять порчу с женщины.

В глазах Любавы вспыхнули возмущение, обида и злость. Он поднял указательным палацем её подбородок и прошептал.

– Поверь, так будет лучше, и я буду спокоен, что в тайном городе с тобой ничего не случится.

Он нежно прикоснулся своими губами к её до сих пор поджатым губам и получил увесистую пощёчину.

– За дело, – сказал он и вытер кровь с рассеченной губы. – Пошли, надо торопиться.

Он взял её за руку и переместился вместе с ней на кухню, где они наполнили корзину всевозможными печёными изделиями. Любава достала портальный шарик и переместилась с Верионом к кромке леса.

– Добрый день, лешак! – громко крикнула девушка. – Не с пустыми руками к тебе, а с гостинцами. Появись, прими дары наши.

Стоявший рядом куст зашевелился, и перед ними появился леший. Очень он был похож на старого её знакомого: только приглянувшись повнимательнее, она обратила внимание, что бородка у него была более густая, а глаза – цвета весенней зелени с тёмными крапинками.

– Почему чужих в лес привела, видящая? Знаешь ведь, не положено, – разворчался дед.

– Извини, хозяин леса, я сам напросился, ситуация у нас плохая. Древняя ворожба наружу стала выходить. Видимо, не все тайны остались скрытыми в твоем лесу. Помощь нужна, женщину надо спасти безвинно пострадавшую, – ответил вместо неё Верион.

– Пользуешься своей привилегией? – усмехнулся дед.

– Есть немножко! – ответил с улыбкой главный маг.

– Молодежь! – протянул леший и открыл тропинку, ведущую к древнему городу.

– О какой привилегии говорил лешак? – поинтересовалась Любава.

– Придёт время – расскажу, – ответил этот нехороший человек и улыбнулся, смотря на нахмурившуюся травницу.

Идти пришлось минут пять.

Ничего до нашего времени не сохранилось, однако в малом количестве остались руины зданий, фрагменты статуй, черепки, с одной стороны виднелись колонны, у большинства которых недоставало капителей, с другой стороны просматривались остатки фасадов строений, заросших травой. Зрелище было печальное: от руин веяло тоской, безысходностью и непонятной скрытой тайной. Пройдя вдоль старой и когда-то мощенной улицы, они двинулись немного вперёд.

– Знаешь, я в императорской библиотеке однажды наткнулся на карту древнего города, и, если не ошибаюсь, эти остатки строения похожи на книгохранилище, – сказал Верион и указал рукой на полуразрушенное здание.

– Думаешь, там можно что-то найти? – удивилась Любава. – По моему мнению, если что-то и оставалось после разрушения, то всё давно превратилось в труху.

– Не скажи, – усмехнулся он. – Древние умели ценить тайные книги, поэтому на каждую из них был наложена печать нетления. Даже если на вид они будут казаться готовыми рассыпаться, этого не произойдёт.

И тогда Любава вспомнила подаренные богиней Вишаньей книги ее рода.

Они пробрались сквозь нагромождённые камни внутрь здания и заметили в углу железную дверь.

Глава 30

Дверь открыть было несложно. Верион применил магию, и замок разлетелся на мелкие кусочки. Время и погодные условия сделали своё дело. Тайное хранилище оказалась большой изолированной комнатой без окон, заставленное полками и ящиками. Везде пахло пылью и особым библиотечным запахом.

– И где же мне искать разгадку для возвращения души в тело? – огорчённо спросила Любава. – Мы здесь и за месяц не справимся, а у неё сегодня последний день.

– Ты же видящая. Позови того, кто отвечает за все это, – дал подсказку главный маг.

– Домовик вряд ли здесь живёт, ему же надо тоже чем-то питаться. Может, дух какой есть?

Она вопросительно посмотрела на Вериона. Он в ответ пожал плечами.

– Никогда не интересовался!

Тут перед ними возник лешак.

– Хватит, Хран, голову морочить, видишь в гости к тебе видящая пожаловала.

Поднялся небольшой ветерок и разметал волосы гостям, в недрах хранилища что-то заскрежетало, словно судно на мелководье, пытаясь сориентироваться, а после, пока не наступила тишина. Любава подняла голову и от неожиданности вздрогнула. Перед ней висел призрак: призрак Деда Мороза, было бы правильнее сказать. Такой же богатырь с длинной бородой и в расшитом кафтане поглаживал свои седины и ехидно улыбался.

– С чем пожаловала, видящая?

Любава поклонилась духу.

«Кто его знает, как с ним себя вести, сделаю что-нибудь неправильно – могу помощь не получить», – подумала травница.

– М-м-м… мне помощь нужна, дух хранитель, женщину спасти надо.

Она быстро пересказала, каким образом навелась порча. Хранитель минуту помолчал, затем взмахнул рукой, и у женщины в руках оказалась толстая книга, написанная непонятным языком.

– И как же я разберусь здесь? – расстроилась женщина.

– Я знаю язык, – шепнул ей на ухо Верион.

– Могу ли я забрать с собой книгу, хранитель? – спросила травница.

– Обещай, видящая, что ни словом, ни делом не причинишь вреда живым существам благодаря этим книгам, – потребовал дух.

– Обещаю, хранитель, – ответила Любава и вновь поклонилась.

– Захаживай иногда, последняя из рода Инсигнис, в моем хранилище есть книги, написанные твоими предками.

– Сейчас можешь дать? – поинтересовалась женщина, глаза её при этом загорелись любопытством.

Дух лишь рассмеялся и отрицательно покачал головой. Поблагодарив хранителя и пообещав в ближайшее время встретиться, Любава с Верионом по этой же тропинке вернулись к кромке леса.

– Перемещаемся сразу к больной? – спросила Любава.

– Да, сниму порчу и потом будем искать способ возвращения её духа в тело.

Так и сделали.

С момента, как Любава покинула этот дом, ничего не изменилось. Курана с девочками находилась в детской, разучивала с ними детскую игру, её мать так и лежала смотря в одну точку.

Верион прошёл в комнату к больной и, выставив вперёд руки, стал проговаривать что-то на непонятном языке. Читал он долго. Всё тело главного мага вспотело от напряжения, длинные волосы спутались, по лбу скатилась капля пота и упала прямиком на покрасневший нос. Закончив, он кулем рухнул на рядом стоявший стул и прохрипел.

– Пить.

Курана метнулась на кухню и принесла чистой родниковой водицы. Выпив целую кружку, он попросил ещё, и вторую порцию он уже пил намного медленнее, смакуя. Больная закрыла глаза – больше никаких изменений в её внешности не произошло.

– Время ещё есть, поэтому принимаемся за дело.

Он вынул книгу и стал просматривать её так быстро, что она не успевала уследить за ним. В какой-то момент маг остановился и произнёс.

– Нашёл. Значит так, Любава. Странно то, что вернуть душу могут только видящие. Женщине крупно повезло, что ты отозвалась помочь. Если бы мы и нашли книгу, в наших руках она была бы бесполезна.

– Что надо делать?

– Запоминай слова: «Скорено пирсу ахмадан торахар свенуба игрохем турина свахом, свахом, свахом». Надо повторять постоянно, пока ты не увидишь душу женщины. Затем три раза воскликнешь: «Брахон». Пока учи, их надо знать наизусть, а я сделаю круг и расставлю свечи.

Попросив у девушки писчие принадлежности, она записала всё на понятном ей языке и стала учить. За это время маг начертил круг, поставил четыре свечи и велел принести ещё воды.

Любава начала читать непонятные ей слова. Когда увидела, что воздух над головой женщины заколыхался, она трижды прокричала: «Брахон!» Не успел звук её голоса растаять в воздухе, как Любава вцепилась двумя руками за Вериона и подпрыгнула на месте от неожиданности. Женщина, лежавшая до того в полной неподвижности, резко села на кровати и осмысленным взглядом посмотрела на присутствующих.

– Вы кто? – спросила она недоуменно.

– Мама! – Курана подскочила и обняла мать.

Она непонимающе взглянула на дочь, затем вновь перевела взгляд на посетителей.

– Курана, что происходит?

– Ты болела, лежала без движения почти четверо суток. – Девочка всхлипнула. – Я попросила госпожу Инсигнис помочь привести тебя в чувство. Выяснилось, что ты попала под порчу, которая предназначалась не тебе, а старым хозяевам дома.

Женщина потерла себе лоб.

– Ничего не помню.

– Скажи, Курана, а ты работаешь где-нибудь? – поинтересовалась Любава, вспомнив, как девушка развлекала детей.

– Нет, в городе работы мало, а идти подавальщицей в трактир я сама не хочу.

– Не хочешь поработать у меня? Сейчас я буду очень занята, а таскать Марьяну каждый раз к больным тоже не выход. Скоро она пойдет в даблис, будешь провожать её и встречать, а также заниматься с ней, пока я работаю. Занятие тебе найдём. – Любава улыбнулась.

Девушка взглянула на мать, и, видя, как та кивнула, дала согласие. Так у Любавы появилась помощница.

Попрощавшись с дружной семьей, Верион взял экипаж и довёз Любаву с дочерью до дома.

– В гости пригласишь? – спросил он, улыбнувшись, и лукаво взглянул в её карие глаза.

– Не в этот раз, – ответила Любава и опустила голову: что-то необъяснимое проскальзывало во взгляде мага, отчего сердце начинало биться сильнее.

И всё-таки он ценил её смущение, но тайно, без той доли нахальства и пошлости, которая довольно часто присутствовала у знакомых ему мужчин. Ему понравилась её реакция. Он понял, что стена, которой она отгородилась от него, дала небольшую трещину.

Приехав во дворец, Верион, не заходя к себе в комнату, прямиком направился к императору.

– Долго же ты думал, мой друг, прежде чем посетить меня?! – усмехнулся император. – Весь дворец сплетничает о том, что главный маг с утра исчез с нашей травницей и до сих пор не появился. Ты не представляешь, сколько я версий услышал о случившемся с тобой. Но самым интересным было это: подлая соблазнительница, напоив тебя непонятным веществом, увела в храм и женила на себе.

– Жаль, что это только версия, я бы не отказался, – усмехнулся главный маг.

– Неужели первому холостяку империи удалось вскружить голову какой-то травнице? – император расхохотался.

– Хватит смеяться, ты же знаешь, что она моя пара. Лучше смотри, что я принёс.

Он положил на стол книгу, которую они взяли с хранилища.

– Верион, неужели это то, о чем я думаю? – удивился император, аккуратно беря книгу в руки.

– Да, она из древнего города, и я там сегодня был вместе с Любавой. Книгу придётся вернуть, мы её брали для дела.

Он рассказал императору, зачем травница посетила дворец, упомянув о помощи, оказанной им семье ремесленника.

Они ещё долго сидели в кабинете императора, вспоминая веселые дни молодости.