Текст книги "Крестопор (ЛП)"
Автор книги: Рэй Гартон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)
– Мэллори, где ты была, где-ты-была?
– С друзьями.
– Почему ты не предупредила нас, почему не позвонила или не сказала что-нибудь, прежде чем уйти?
– А Джефф разве не сообщил тебе, что меня нет?
Эрин ничего не ответила.
– Ты ведь даже не знала, что меня нет дома?
Снова без ответа.
Мэллори улыбнулась.
– Видишь? Какая разница? – Она опять повернулась к ящику комода и начала доставать одежду.
– Что ты делаешь?
– Собираю кое-какие вещи.
– Зачем? Куда ты идешь?
– Побыть с друзьями.
– Ты останешься здесь, мы поговорим, ты меня поняла? – Эрин повышала голос.
– Я не хочу с тобой ни о чем говорить.
Они продолжали ругаться, но Джефф перестал воспринимать их слова. Через несколько секунд они начали кричать, и парень закрыл глаза. Отвернувшись, он вышел из комнаты и направился в гостиную, где стояла Лили, с тревогой наблюдая за ним.
– Ты дозвонилась до него? – мягко спросил Джефф.
Девушка кивнула.
– Он сказал, что будет через несколько минут. Может... ну, может лучше, если я уеду?
Джефф немного подумал и согласился, что это, возможно, хорошая идея. Он проводил ее до машины под дождем и встал рядом под навесом, пока Лили отпирала дверцу. Она повернулась, быстро поцеловала его в губы, села в машину и уехала.
Ему не хотелось возвращаться в дом. После начала занятий в школе обычно там было довольно тихо, но теперь, даже стоя на улице под навесом, он слышал кричащие голоса, мысленно видел их злые, перекошенные лица...
Джефф медленно возвращался, позволяя дождю намочить его одежду, пока он длинными, неторопливыми шагами шел по траве перед домом. Прежде, чем он зашел внутрь, подъехал на своей машине Джей Ар, припарковался перед зданием в неположенном месте и вышел из нее, подбежав к Джеффу.
– Что происходит? – спросил он.
– Мэллори дома. И моя мама тоже. Они ссорятся внутри. Мама не знала, что Мэллори не было все это время, и теперь злится на меня за то, что я ей не сообщил.
– Господи. Как много ты ей рассказал?
– Ничего, правда.
– Хорошо. Пойдем в дом, и я попробую с ней поговорить.
Они вошли в квартиру, и Джей Ар вздрогнул от криков, доносившихся из комнаты Мэллори. Джеффу самому показалось, что он уменьшается в размерах; ему захотелось исчезнуть или заставить исчезнуть всех остальных.
Через несколько мгновений голоса смолкли. Эрин выскочила из спальни Мэллори, захлопнув дверь с такой силой, что вся квартира задрожала.
– Мама, – вымолвил Джефф, когда она направилась на кухню, – это Джей Ар...
– Не сейчас, Джеффри. – На кухне захлопали шкафы, дверца холодильника открылась и закрылась.
В замешательстве последовав за ней, Джей Ар сказал:
– Миссис Карр, я думаю, будет неплохо, если мы поговорим.
Эрин вернулась с бокалом вина и, сделав глоток, холодно посмотрела на Джеффа.
– Это твой психолог? – спросила она. – Тот, кому ты рассказывал о наших проблемах? – Затем, обращаясь к Джей Ар. – Джеффу, похоже, удобнее разговаривать с незнакомцами, чем с собственной матерью. Так что до сегодняшнего дня я была практически в неведении. Чем могу помочь?
– Есть некоторые вещи, о которых вы должны знать, миссис Карр.
– И мой сын не может мне рассказать о них?
– Ну, не все из этого имеет отношение к вашей семье.
Ее лицо изменилось, расслабилось; она выглядела заинтересованной, но испуганной, и переместилась на диван, медленно опустилась, не сводя глаз с Джей Ар.
– Что сделала моя дочь? – спросила она.
Глубоко вздохнув, Джей Ар повернулся к Джеффу и произнес:
– Давай-ка, присядем...
Джей Ар и Джефф по очереди рассказывали то, что знали. По мере того, как они говорили, Эрин, казалось, все глубже утопала в диване. На ее лице отразилось несколько эмоций, но самой сильной, как показалось Джей Ар, была вина. Очевидно, между ней и Мэллори произошло нечто большее, чем обычная ссора между матерью и дочерью, что-то, что, по ее мнению, оттолкнуло Мэллори от нее. Он не считал, что имеет право задавать личные вопросы, но даже если бы и имел, Джей Ар не был уверен, что стал бы.
Что-то в Эрин Карр подсказывало ему, что она живет за множеством стен. Она казалась очень замкнутой, как будто что-то защищала.
Сначала она отреагировала на историю так же, как и Джей Ар – с недоверием. Но по мере того, как они продолжали, ее неверие сменилось недоумением, а затем и страхом. Когда страх прошел, Эрин потянулась к руке Джеффа.
Через час, когда они сообщили ей все, что хотели, Эрин молча сидела на диване, переводя взгляд с Джеффа на Джей Ар и обратно. Она ничего не говорила, и вскоре Джей Ар стало не по себе от этого молчания.
– Слушайте, – сказал он, – я проголодался. Я не ел с самого завтрака. Почему бы мне не пригласить вас двоих на ужин?
– Нет, – ответил Джефф, – я останусь с Мэллори. А ты иди. – В его голосе звучали ободряющие нотки, как будто он хотел, чтобы Эрин ушла.
Та находилась в замешательстве.
– Я бы хотел поговорить с вами еще кое о чем, – произнес Джей Ар.
Она кивнула, соглашаясь, словно понимая, что будет лучше, если она ненадолго покинет квартиру.
В машине Джей Ар они оба впервые за все время знакомства заговорили непринужденно. О погоде и о том, как быстро пролетел год. Затем воцарилось молчание.
– Я не знаю, что я сделала не так, – сказала Эрин.
– В смысле?
– С Мэллори. Я... я чувствую, что допустила ошибку.
– Джефф считает, что между вами что-то произошло, между вами и Мэллори, как раз перед тем, как она ушла. Это правда?
Некоторое время Эрин колебалась.
– Мой муж ушел два года назад, – наконец произнесла она, глядя в окно. – Он просто уехал, и с тех пор я живу одна, пытаясь прокормить детей и себя. Я нашла несколько работ, которые не... ну, не совсем...
– Да?
– Я работаю в агентстве секса по телефону. Знаете, парни звонят, снимают деньги с кредитки, и какая-то женщина говорит с ними пошлости минут двадцать. В прошлый четверг Мэллори вернулась домой, пока я разговаривала с клиентом. У нас и до этого все было не очень хорошо, но то, что она услышала... ну, это вывело ее из равновесия. Думаю, она ушла той ночью и вернулась только сегодня.
– Джефф знает об этом, о вашей работе?
– Нет, и я не хочу, чтобы он знал.
– Вы уверены, что это разумно?
Она на мгновение уставилась на него.
– Ну, – продолжил Джей Ар, – после того, что случилось с Мэллори, возможно, рассказать Джеффу было бы неплохой идеей. Я имею в виду, может быть, это позволит избежать повторения подобной ситуации в дальнейшем, понимаете, о чем я?
– Нет. Я не хочу, чтобы он знал. Я собираюсь уволиться с обеих своих работ, как только смогу найти что-то еще.
– Обеих работ?
Снова долгое молчание, затем Эрин выговорила:
– Ну, я... я еще и танцую. В барах. Я танцую стриптиз.
– А Джефф и Мэллори знают?
Она покачала головой.
Джей Ар на мгновение задумался, пожевав губу.
– Миссис Карр, это...
– О Боже, пожалуйста, зовите меня Эрин, – рассмеялась она.
– Хорошо. Вам не кажется, что будет проще просто рассказать им обо всем? Я имею в виду, если бы вы это сделали, это не стало бы такой большой проблемой. Но если вы будете продолжать скрывать это от них...
Она кивнула.
– Я понимаю, о чем вы. Но они временные, эти работы. Я не хочу, чтобы они... ну, чтобы они испортили отношение Джеффа и Мэллори ко мне.
– Но вы же их мать! Если бы вы дали им понять ваше положение – ну, то есть, вы не замужем, вы должны их содержать...
– Слушайте, а кто вообще воспитывает этих детей?
Он кивнул.
– Извините. Я просто... ну, я тоже о них думаю. Я имею в виду... Мы с Джеффом стали хорошими друзьями. Он отличный парень. Он думает о вас с Мэллори только лучшее. Он очень чувствительный, и если он узнает...
– Я знаю, знаю. Но он не узнает. Я ищу другую работу. – Она повернулась к нему и слегка улыбнулась. – Правда. Он не узнает.
Джей Ар улыбнулся ей в ответ.
– Итак, – спросила она. – Куда мы едем?
– Вы любите китайскую кухню?
После ухода матери и Джей Ар Джефф некоторое время сидел в гостиной. Из комнаты Мэллори не доносилось никаких звуков, а он не решался зайти к ней, хотя очень этого желал. Казалось, ее не было гораздо дольше трех дней, и ему хотелось сесть и поговорить с ней – не только о том, что происходило, но и так, как они обычно разговаривали до этого...
Он подошел к двери ее спальни и тихонько постучал.
– Это я.
– Заходь.
Джефф открыл дверь и заглянул внутрь. Мэллори все еще собирала вещи и укладывала их в чемодан.
– Итак, – сказал он, проходя в комнату, – как дела?
– Ну, пока мама не вернулась домой, я была в полном порядке, – рассмеялась сестра. В глазах у нее стояли слезы, а голос все еще был немного хриплым, но она не плакала. – Как сам? Я не видела тебя несколько дней.
– Да, я знаю. У меня все хорошо, только... я волновался за тебя.
– О, тебе не стоит этого делать. Я в порядке. Я очень хорошо провожу время, встречаю много новых людей... Знаешь, ты тоже должен прийти.
Он проигнорировал это замечание.
– Я бы хотел, чтобы ты перестала собираться.
– Я должна. Мне нужно не так уж много, но кое-что просто необходимо. Я должна иметь сменную одежду и...
– Ты не уйдешь, Мэллори. Я не позволю тебе.
Сестра перестала собирать вещи и повернулась, улыбаясь. Пройдя через комнату, она положила руки ему на плечи и поцеловала в щеку.
– Ты такой милый, – сказала она. – Ты всегда так беспокоишься обо мне. – Мэллори улыбнулась ему, приблизив свое лицо к его лицу. – Зря ты так, знаешь ли. Со мной все в порядке. Я могу о себе позаботиться.
– Но я волнуюсь. Как и мама.
– Да, я вижу, – рассмеялась она. – Она даже не знала, что меня нет дома, Джефф! Что нужно сделать, чтобы ты увидел, что ей просто... наплевать...
– Но ей не все равно! И мне тоже.
Она отошла и вернулась к своему чемодану, поправила его содержимое и плотно закрыла.
– Есть что-нибудь поесть? – спросила она.
– Ну... наверное, я могу приготовить тебе сэндвич.
– Да. Давай. А я пойду приму душ. – Она стянула с себя рубашку, отбросила ее в сторону и вышла из комнаты в одних трусах и лифчике, улыбаясь.
Джефф быстро отвернулся, стараясь не смотреть на темную ложбину между ее грудями, на то, как они обтягиваются лифчиком и слегка подпрыгивают при ходьбе.
Он пошел на кухню и приготовил сэндвич с индейкой, пока сестра принимала душ. Через несколько минут она вышла в халате и села за стол.
– Очень вкусно, – сказала она, жуя.
Джефф сел за стол и открыл колу.
– Знаешь, я скучала по тебе, – произнесла Мэллори.
Тогда-то он и заметил, что в ее глазах появилась какая-то тяжесть, а речь стала немного странной. Она была уже не та; она изменилась за время своего отсутствия. Он вспомнил запах марихуаны в фитнес-клубе в пятницу вечером и подумал, что, возможно, она слишком много курила. Но это было не просто изменение, вызванное наркотиками. Она казалась более расслабленной, чем обычно, более спокойной, более... той, кем она являлась на самом деле.
– Я бы хотела, чтобы ты вернулся вместе со мной, – продолжила Мэллори, быстро доедая сэндвич. Она сделала глоток его колы, улыбнулась и встала. – Хочешь травы?
– Мэллори...
– Пойдем, мама вернется нескоро. – Она направилась в свою комнату.
Джефф на мгновение уткнулся лицом в руки. Когда он пришел в ее комнату, сестра сидела на краю кровати и посасывала маленькую трубку. Комната наполнилась сладким ароматом марихуаны, и она улыбнулась ему, выпустив из ноздрей струйку дыма.
– Я бы не хотел, чтобы ты этого делала, – сказал он.
В комнате было темно, если не считать голубовато-серого света, пробивавшегося сквозь узкий проем между шторами. Когда Джефф шагнул внутрь, дверь спальни медленно закрылась сама собой, как это иногда случалось, оставив лишь двухдюймовый проем.
– Ну, давай. – Она протянула ему трубку.
Не обращая на нее внимания, Джефф сел рядом с ней и произнес:
– Мэллори, не возвращайся. Пожалуйста. Мейс... с ним что-то не так. Он опасен. Я видел, что он сделал с Никки Астин, и он... Господи, Мэллори, он смертельно опасен.
– Никки Астин? О, он не причинил ей вреда, с ней все в порядке. Он мой друг, Джефф, – возразила она, ее глаза слегка остекленели. Она усмехнулась. – Я же говорила, что он спрашивал о тебе, не так ли? Он всегда интересуется о тебе. Он хотел бы, чтобы ты тоже пришел.
Джефф покачал головой и начал говорить, но сестра прервала его.
– Он сказал мне... он сказал, что я тебе очень дорога.
– Да, Мэллори. – Джефф положил руку на ее руку и сжал. – Вот почему я не хочу, чтобы ты возвращалась. Что-то не так, что-то плохое происходит. Я знаю, что это звучит глупо, но...
Она прислонилась к нему, хихикая, сделав еще одну затяжку из трубки.
– Если бы ты просто пришел, – сказала она, – ты бы увидел, как хорошо мы проводим время, как... – Она остановилась, чтобы улыбнуться ему. Несмотря на улыбку, Мэллори выглядела лет на десять старше своего возраста. Она обняла его за плечи, медленно наклонилась к нему и нежно прикоснулась губами к его щеке.
Прикосновение ее губ вызвало у него легкую дрожь удовольствия.
– Знаешь, что еще сказал мне Мейс? – прошептала она. – Мейс сказал мне... сказал, только вчера вечером... сказал, что ты в меня влюблен. – Ее лицо расплылось в ухмылке.
Джефф похолодел.
– Это правда, Джефф? – Она коснулась кончиком пальца его уха.
Он заерзал рядом с ней.
– Правда?
– Мэллори...
– Мейс кое-что знает, видишь ли. Я имею в виду, он знает то, чего не знает большинство людей. – Она провела пальцами по его волосам и снова поцеловала его в щеку, надолго прижавшись губами к его коже. – Он хороший друг, Джефф, правда. – Другая ее рука переместилась на его грудь и коснулась шеи с противоположной стороны.
– Не надо, Мэллори. – У Джеффа начала кружиться голова, он был дезориентирован, как будто попал в какой-то сон. Он попытался отодвинуться от сестры, но та притянула его ближе.
– Мейс прав? – прошептала она. – Обычно он всегда прав, ты же знаешь. – Она провела пальцем по переносице и коснулась его губ.
Джефф почувствовал ее дыхание на своей щеке, на горле, ощутил, как она провела губами по его подбородку, по щеке к уху, где ее язык пробежался по мочке.
– Он сказал, что причина, по которой ты не хочешь, чтобы я встречалась с Кевином, в том, что ты ревнуешь, – хихикнула она ему в ухо.
Несмотря на то, что из его тела, казалось, вытекла каждая толика силы, Джеффу удалось осторожно отстраниться от Мэллори.
– Остановись, – прошептал он, его голос дрожал. Он встал и посмотрел ей в лицо, пока та делала еще одну затяжку. – Давай положим все эти вещи на место, Мэллори, – сказал он, жестом указывая на ее чемодан. – Хорошо?
Мэллори покачала головой, медленно выдыхая.
– Нет, мне скоро придется уйти. – Она положила трубку на кровать и встала перед ним, улыбаясь. Ее волосы были еще влажными и пахли знакомым запахом шампуня, как в ту ночь, когда она пришла к нему в постель два года назад. Она развязала пояс на талии, и халат распахнулся спереди. Между грудей лежал блестящий от влаги Крестопор – она не сняла его даже в душе. Мэллори обхватила брата за шею и придвинулась к нему вплотную, прижавшись грудью к его груди. – Почему бы тебе не пойти со мной? – прошептала она. – Пожалуйста, Джефф? Мы можем... заняться вещами...
– Нет, Мэллори. – Он отступил назад, но не настолько быстро, чтобы предотвратить растущую твердость в джинсах. – Послушай, Мэллори, почему бы тебе не одеться, после чего мы сходим в кино или еще куда-нибудь, а? Звучит неплохо? Как насчет этого?
– За мной приедет друг, – прошептала она и снова шагнула к нему, подойдя вплотную. Сквозь одежду он почувствовал тепло ее кожи, и ему захотелось прикоснуться к ней...
"Со мной что-то не так".
...ему отчаянно хотелось прикоснуться к ней, но вместо этого он отшатнулся, сжал кулаки и сердито произнес:
– Ты никуда не уйдешь, Мэллори. – Затем вышел из комнаты, запер входную дверь, раздвижную стеклянную дверь и сел на стул в коридоре, ожидая, когда она выйдет.
Она рассмеялась в своей спальне и сказала:
– Мейс был прав.
Руки Джеффа дрожали, и он понял, как тяжело дышит, поэтому расслабился – во всяком случае, попытался это сделать – откинул голову назад и сделал глубокий, медленный вдох. Он не отпустит ее, даже если ему придется привязать ее к себе, пока не вернутся их мать и Джей Ар. Джефф барабанил пальцами по подлокотникам кресла, пока Мэллори не высунула голову из дверного проема спальни.
– Джефф, ты не мог бы мне помочь?
– Я не собираюсь помогать тебе собирать вещи, потому что ты не...
– Но мой друг придет с минуты на минуту. – Она направилась в ванную, уже одевшись.
Джефф не двигался.
В дверь позвонили.
– Это он, – провозгласила Мэллори.
Джефф встал и медленно пошел к двери. Снова раздался звонок. Он посмотрел в глазок.
На пороге стоял полицейский в форме. Он выглядел сонным, его волосы были взъерошены.
Снова раздался звонок.
– Мэллори? – позвал полицейский.
– Господи, – пробормотал Джефф, внезапно у него внутри все заныло. Он тихонько набросил цепочку на входной замок. – Господи, Господи Иисусе, – вздохнул он, поспешно проходя через гостиную в ванную, но сестры там уже не было, поэтому он вошел в ее комнату и закрыл дверь, прошипев, – Мэллори, ты не уйдешь, черт возьми, просто останешься здесь на ночь, хорошо? Только на эту ночь, и мы поговорим, ты, я и мама, мы...
В комнате все еще было темно, и Джефф не понимал, почему сестра бродит без света, но это не представлялось важным, поэтому он не стал тянуться к выключателю, а просто поспешил к Мэллори...
...и наступил на что-то мягкое, что заизвивалось под его ногой и издало знакомый шипяще-пищащий звук.
Джефф вскрикнул и чуть не упал, пытаясь отодвинуться от существа, но тут появилось еще одно и еще.
Он видел глаза, мерцающие в темноте вокруг него, на полу и на кровати, на комоде и даже в открытом шкафу.
Он не мог дышать.
Он не мог пошевелиться.
– Видишь, Джефф? – тихо произнесла Мэллори. – Я обещала Мейсу вернуться. Он ждет меня. – Она подняла чемодан и двинулась к двери, наблюдая за ним. Пары глаз устремились в сторону, убираясь с ее пути. – Это... это... ну, он называет их своими глазами, Джефф. Вот откуда он так много знает, так много видит. – В ее голос прокралась грусть. – Ты не пойдешь со мной, Джефф? Мейс не навязывает нам никаких правил, он не хочет, чтобы мы менялись, он хочет, чтобы мы были такими, какие мы есть. Он заботится о нас, уделяет... уделяет нам внимание, слушает.
– Мэ... Мэллори, – захныкал Джефф, боясь сдвинуться с места хоть на дюйм, – Мэллори... – Но он не знал, что сказать.
В дверь снова позвонили.
– Мы можем ему доверять, – продолжила она, ускоряя шаг. – Представляешь? Кто-то, кому можно доверять и кого можно уважать? Я знаю, что сейчас ты доверяешь маме, но тебе не следует этого делать. Ты многого о ней не знаешь... Я имею в виду, так же, как и о папе... Я любила его, доверяла ему, но он просто ушел, вот так. Родители Кевина – ты знаешь, что они с ним сделали? Они забрали его, поместили в какое-то заведение, в какой-то подростковый центр. Ты не можешь доверять родителям, Джефф, мы сами по себе. Но мы можем доверять Мейсу, правда, так что, пожалуйста, Джефф, пойдем со мной!
– Мэллори, – сказал Джефф, у него пересохло во рту, – он... Я не знаю, что он с тобой сделал, но ты ошибаешься, ты не можешь ему доверять, – он направился к ней, – Я видел, что он сделал с Никки, я смотрел, как он...
Существа с визгом сомкнулись вокруг него, и он весь напрягся.
Мэллори открыла дверь в спальню.
– Он заберет нас, Джефф, – сказала она. – В лучшее место. Он... ну, я не понимаю его, он не такой, как мы, может быть... может быть, даже не человек. Но он хочет, чтобы мы пошли с ним. Так что я пойду. – Сестра остановилась в дверях и некоторое время смотрела ему вслед. – Если ты захочешь отправиться с нами, Джефф, ты знаешь, где нас найти. – Мэллори повернулась и пошла прочь.
Джефф не шевелился, пока существа выбегали из комнаты следом за ней, волоча за собой длинные тонкие хвосты и шумно цепляясь когтями за ковер.
"Откуда они взялись?" – подумал он. – "Их ведь не было здесь несколько минут назад, они не могли..."
"...если только они не находились здесь все это время".
Он услышал, как открывается входная дверь, услышал голоса, выскочил из спальни и помчался по коридору, но к тому времени, когда он добрался до гостиной, дверь закрылась, и Мэллори уже не было в доме.
Ругаясь под нос и дрожа всем телом, Джефф вернулся в спальню сестры, включил свет и стал осматриваться, пока не нашел то, что искал.
В задней стенке шкафа была прогрызена дыра. Отверстие было достаточно большим, чтобы в него пролезла одна из этих тварей. Итак, они появились изнутри стены.
Он захлопнул дверь шкафа, подставил стул с прямой спинкой под ручку двери и, выйдя, закрыл дверь спальни.
Некоторое время Джефф ходил по квартире, стараясь не заплакать, чувствуя злость, пустоту, беспомощность и то, что он потерпел поражение.
После нескольких минут такого блуждания он включил телевизор, прибавил громкость, чтобы не слышать шум дождя за окном, сел и стал ждать Эрин и Джей Ар.
22.
17-19 октября
Дожди шли, начиная с первой недели октября, но с тринадцатого числа они стали сильными и продолжительными. Признаки зимы появились еще до того, как осень перевалила за половину. Но признаки были несколько иными, чем обычно... странными...
Небо над долиной Сан-Фернандо оставалось угрюмо-серым, затянутым жирными темными тучами, в которых виднелись пятна грязного дыма. Иногда ветер дул так сильно, что уличные знаки раскачивались взад-вперед, а водителям приходилось крепче держать руль, чтобы не вылететь с дороги. В Северном Голливуде из-за наводнения был закрыт участок Мурпарк-авеню, и организована объездная дорога.
Оползень с холмов над Энсино нанес дому популярного певца ущерб почти в миллион долларов. Молодой чернокожий мужчина, бьющий рекорды своими концертами и продажами альбомов, последние два года вел затворнический образ жизни, и в связи с этой историей репортеры выходили на улицы с микрофонами и камерами, каждый из них пытался первым поговорить с певцом после его самоизгнания из публичного поля зрения. История попала в национальные новости, привлекая внимание к странной погоде, установившейся в Южной Калифорнии.
О смерти офицера Билла Грейди почти забыли. Было слишком много других сюжетов для новостей.
Десятого октября в средней школе "Вашингтон Мемориал" в Ван Найсе двое учеников жестоко напали на своего учителя биологии. Данное происшествие оказалось в центре внимания еще и потому, что у учительницы, находившейся на третьем месяце беременности, после нападения случился выкидыш, а ученики, мальчик и девочка, которые встречались с ней после уроков, чтобы обсудить свои неудовлетворительные оценки, исчезли. Даже их родители не знали, где они находятся.
Вдовец из Силмара был забит до смерти, и его пятнадцатилетняя дочь являлась главной подозреваемой; она также исчезла. Полиция опрашивала ее друзей и знакомых, но часть из них найти оказалось трудно; некоторые даже не ходили в школу.
Учителя старших классов в долине Сан-Фернандо заметили разницу во многих своих учениках. Те, которые обычно не уделяли должного внимания урокам, становились еще более невнимательными. Однако наиболее разительной являлась перемена с лучшими учениками – теми, кто всегда приходил на занятия и обычно получал только пятерки и четверки. Оценки и посещаемость многих из них значительно снизились. Учительские комнаты в средних школах Долины заполняли размышления о том, что детям не хватает внимания, что они неспокойны, будто весной, когда всем не терпится выйти из класса. Это было не более чем темой для случайных разговоров, и никто не считал происходящее слишком странным. Все объясняли необычной погодой...
В понедельник утром, когда Джей Ар отправился в гостиную факультета, обычные разговоры, которые он случайно услышал, показались ему признаками чего-то большего. Он надеялся застать мистера Бута до начала рабочего дня, чтобы они могли обсудить ученика, который пять раз подряд отказывался явиться на встречу. Проходя через холл к кофейнику, Джей Ар уловил обрывки беседы:
– ...не знаю, что с ними, но все они, будто находятся в другом месте, если вы понимаете, о чем я говорю.
– ...более враждебные, чем обычно...
– ...в прошлый четверг думал, что весь класс набросится на меня...
Бут опаздывал, поэтому Джей Ар встал у кофейника, незаметно прислушиваясь к остальным, пока к нему не подошел мистер Макдоул, заведующий музыкальным отделом, и не завязал разговор. Они поболтали о странной погоде, и Макдоул продолжил повествование о своих планах поехать в Европу на рождественские каникулы. После нескольких минут беседы Джей Ар спросил:
– Мистер Макдоул, вы слышали, чтобы кто-нибудь из ваших учеников упоминал о человеке по имени Мейс?
– Мейс... о, да, собственно говоря, слышал, – сказал тот, почесывая щеку. Это был высокий худой мужчина с длинным лицом и серо-стальными волосами, которые сходились на лбу. – Насколько я понимаю, он неплохой музыкант. У него есть группа, как я слышал. Сам я с ним не встречался, но дети много о нем говорят.
– Довольно популярен, да?
– Очевидно. Как я понял, его группа выступает в каком-то ночном клубе на этой неделе. Кажется, в среду. Скорее всего, это будет некий зубодробительный рок, но, по крайней мере, он хоть чем-то заинтересовал детей. Это больше, чем я смог сделать в последнее время.
Джей Ар поёжился. Если уж Макдоул слышал о Мейсе, то, по мнению Джей Ар, о нем знали очень многие ученики. И если они отзывались о нем положительно...
Налив себе еще одну чашку кофе, Джей Ар отправился в свой кабинет и устало вздохнул, усаживаясь за стол. Накануне вечером он очень мало спал и очень замучался.
Его ужин с Эрин Карр прошел хорошо, но обстоятельства встречи наложили определенную тень на этот вечер. Хотя ему было очень неприятно видеть ее нечестность по отношению к Джеффу и Мэллори, она, тем не менее, казалась сильной и достойной восхищения особой, приложившей немало усилий, чтобы подняться над всеми трудностями, выпадающими на долю разведенной и неквалифицированной женщины с двумя детьми, которых нужно содержать. Сидя напротив нее в маленьком китайском ресторанчике, где они обедали, Джей Ар осознал, как давно он не встречался с женщиной. Было легко признаться себе, что Эрин Карр кажется ему очень привлекательной; но когда она снова расстроилась и начала едва сдерживать слезы, он постарался не думать о ее гордых и прекрасных глазах и о том, как хорошо чувствовать ее руку в своей.
Все стало еще хуже, когда они вернулись в квартиру и застали Джеффа одного, беззвучно плачущего перед телевизором. Он объяснил, что произошло, пока их не было дома, показал дыру в шкафу Мэллори, рассказал все, что она сказала. Парень говорил тихо, двигался очень медленно, с опущенными плечами, выглядя побежденным, разбитым, пристыженным.
Эрин и сама была расстроена, напуганная рассказом Джеффа о существах, которые сопровождали Мэллори из квартиры.
– Мыши, – вздохнула она, положив дрожащую руку на руку Джей Ар. – Я слышала их в стенах, но думала, что это просто мыши. Они похожи на... Господи, крыс, у нас завелись крысы, вы знаете, какие болезни они переносят?
Джефф начал протестовать, утверждая, что это не крысы, но тут зазвонил телефон. Звонила Лили, которая сказала, что скоро приедет. Эрин выпила пару бокалов и успокоилась, а позже, когда Джефф и Лили тихо разговаривали за столом, Джей Ар заверил ее, что сделает все возможное, чтобы вернуть Мэллори домой.
– У вас есть дети? – спросила она, глядя на него тяжелыми от спиртного глазами.
– Нет, но я... ну, скажем так, имею представление о том, через что вы проходите.
Покачав головой, она пробормотала, наполовину про себя:
– Я все испортила. Очень испортила. Как только я увидела, что между нами все плохо, я должна была положить этому конец, должна была сесть и долго беседовать, все уладить. Но нет, я оказалась слишком... занятой. Подумала, что все само собой рассосется.
Она была готова вот-вот расплакаться, а Джей Ар не хотел этого, не думал, что сможет вынести ее слезы вдобавок ко всему прочему, поэтому широко улыбнулся, сжал ее руку и произнес:
– Вы можете сделать это, как только она вернется.
На своем столе Джей Ар нашел конфиденциальную записку, в которой сообщалось, что один из его учеников, Кевин Донахью, находится в подростковом центре Лорел на "расширенном консультировании" и не будет посещать школу в течение неопределенного времени.
Как Мэллори и сказала Джеффу накануне вечером, родители Кевина "избавились от него".
Джей Ар просмотрел свое расписание на день. Утром у него значились две встречи, нужно было разобраться с бумагами, после обеда – собрание, а в конце дня – еще одна встреча. Он мог отпроситься с собрания, и это дало бы ему достаточно времени, чтобы повидаться с Кевином. Он позвонил в подростковый центр Лорел, чтобы договориться о визите...
В то утро Джефф отправился в школу вместе с Лили. Она заехала за ним в семь тридцать, а когда он сел в машину, наклонилась и осторожно поцеловала его в щеку.
Когда Лили пришла в квартиру накануне, они уселись за стол, и Джефф пересказал ей события вечера. Когда он закончил, она взяла его за руку и прошептала:
– Джефф, помнишь последние выходные перед началом занятий? Тот субботний вечер? Что ты делал? Ты помнишь?
Он помнил, но лишь кивнул в ответ.
– Произошло что-то странное, не так ли? – спросила она. – Что-то, что ты не мог понять, да? Верно?
Еще один кивок.
– Со мной тоже. Мы с подругами находились в "Галактической Аркаде" на Ланкершиме, и вдруг – не знаю точно, в какое время это случилось – произошел какой-то... ну, не знаю, перепад напряжения, что ли. Автоматы для пинбола накренились, а все видеоэкраны стали какими-то непонятными. Я оглядела своих подруг, и у всех был такой вид, будто они только что получили худшую новость в своей жизни. И, это прозвучит глупо, но все мы одновременно посмотрели вверх, и флуоресцентные лампы – ну, знаешь, эти трубки? – они немного потускнели, и мы поспешили на улицу – не знаю почему – и просто стояли на тротуаре, как и все остальные, то есть все остальные тоже просто стояли там, как будто их только что ударили по голове или что-то в этом роде. Мы глядели вверх, но... там ничего не было. Во всяком случае, ничего не было видно. Но... мне показалось, что я что-то увидела. Я не знаю, что, потому что там ничего не было, но у меня возникло такое чувство. Потом оно исчезло, и мы все пошли как ни в чем не бывало. Мы отправились есть мороженое и никогда не говорили об этом. Я даже не уверена, что остальные это помнят. – Она покачала головой. – Но с тех пор... ты подумаешь, что я такая зануда, клянусь, но с тех пор все пошло не совсем... правильно. С тех пор я плохо сплю, а мой папа – это на него совсем не похоже – беспокоится обо мне больше обычного. Он постоянно спрашивает, все ли в порядке в школе и тому подобное.
