Текст книги "Месть полукровки (СИ)"

Автор книги: Раиса Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Часть 3. Глава 8

Как Дэвир и предполагал, воспоминания к Кейрин стали возвращаться кусками. Она снова стала избегать и отца, и деда, стараясь забиться в самый темный уголок, но уже в ее глазах не было бесконечного ужаса и отчаяния, теперь в них поселилась одна только боль.

Кейрин достаточно пришла в себя, чтобы осознать и свои поступки, и их последствия. Мысль о дочери приносила такую невыносимую боль, что она старалась думать о ком-нибудь другом. Например, о Родэре Ниссе. Кейрин почему-то казалось, что он поискал ее, поискал, да и успокоился. Мало ли какая дурная девка забралась к нему в постель? Сколько таких девок там уже поперебывало. Ребенка родила? Ну и что? С ребенком убежала? Это только ее проблемы! Кейрин мысленно представляла эти монологи Нисса и ненавидела его так, что выносить это было невозможно. Как ей хотелось, чтобы и он страдал! И вот в один из дней, она спросила у самой себя, что надо сделать, чтобы Ниссу стало очень и очень больно? Ответ был до ужаса простым – надо написать ему письмо и все рассказать. В этот же вечер Кейрин села писать письмо. Это оказалось намного труднее, чем она предполагала. Она не знала, как письмо начать.

«Лорд Нисс!». – Не то! – прошипела Кейрин и скомкала лист.

«Родэр Нисс!». – Не то! – и снова комок полетел в угол.

«Господин Нисс!». – Не то!

«Милорд! – Кейрин немного подумала, это обращение ей показалось уместным, и она продолжила: – Милорд, я хочу вам рассказать одну историю… – Может ему сказку на ночь еще рассказать? – разозлилась непонятно на кого Кейрин и порвала лист.

«Милорд, вы вероятно не понимаете, что происходит… – Нет, нет, нет! Что за чушь? – яростно бормотала Кейрин, снова разрывая письмо.

«Милорд наша дочь… – Едва Кейрин написала слово дочь, как ее окатила такая волна боли и ненависти, что она стала быстро, в каком-то исступлении, писать на новом листе:

«Я ненавижу тебя. Я ненавижу тебя так сильно, что у меня от этой ненависти кружится голова и путается сознание. Я ненавижу тебя каждую минуту, каждую секунду, каждое мгновение своей жизни. Боль, которую я испытываю невыносима и ты единственный виновник этой боли. Это все из-за тебя, ты, ты, ты один виноват во всем.

Какое ты имел право мучить и пытать моего отца? Что он тебе сделал? Что мы тебе сделали? Просто случайно встретились на твоем пути, случайно перешли тебе дорогу. Ты уничтожил нас. Уничтожил моего отца и меня. Ты разрушил наш дом, разрушил нашу семью, разрушил нашу жизнь.

Я не знаю, что ты требовал от папы, знаю лишь, что он не мог тебе дать то, что ты хотел, и ты из-за этого растоптал нас?! Ты так жестоко и безжалостно издевался над ним, словно он был не выдающийся ученый, а преступник! Я чувствовала его боль, чувствовала физически! И никто-никто не мог нас защитить от тебя, даже твой дружок Вир. Он мог помочь, ему бы ничего не стоило спасти нас, но он не захотел этого сделать. Что я могла? Как я могла спасти папу??? Единственный способ, который я придумала, требовал чудовищной платы. Я должна была отдать своего первенца, независимо от того родился бы у меня мальчик или девочка. И я согласилась. Я не видела другого выхода. Я была в полном отчаянии.

Но я посчитала несправедливым, что платить эту цену буду только я одна. Настоящий виновник, то есть ты, тоже должен заплатить! Я решила сделать все возможное, чтобы понравится тебе, родить ребенка и тогда уже отдать его. Но я хочу чтобы ты еще и знал об этом. Знай, знай, знай – я отдала нашу девочку, у которой даже не было имени. Отдала в уплату за помощь в спасении отца!!! Ни ты, ни я ее больше никогда не увидим. Пусть тебе будет также больно, как и мне! Больно и днем, и ночью, и эта боль будет длиться и длиться бесконечно!!!

Прощай. Будь ты проклят».

Кейрин запечатала письмо, не решаясь перечитывать, потом заклеила конверт, сделав приписку, что письмо предназначается лично Ниссу. Вложила его в еще один конверт с адресом следственного управления, порталом перенеслась в небольшой городок и отправила это письмо.

… – Прощай. Будь ты проклят, – шепнули губы Нисса, в то время как он сам, словно не понимая, что он только что прочитал, все продолжал смотреть на листы. – Прощай. Будь ты проклят, – снова повторил он, и ужас медленно стал заползать в его душу. Не в силах разумно осознать строки, написанные Кейрин, он вызвал Этэра Вира. Молча протянул ему письмо, и молча стал наблюдать, как глаза Этэра бегали по неровным строчкам. Этэр прочел письмо раз, потом еще раз, потом, ни слова, ни говоря, вызвал своего старшего брата. Так же, как перед этим Нисс, молча протянул брату листы, и молча стал следить за тем, как брат читает письмо Кейрин.

– Черт, – не то прошипел, ни то простонал он. – Значит, я был прав. Значит, это не шантаж, все намного, намного… страшнее.

– Ты знаешь, кого она вызвала на помощь? – быстро спросил Этэр. – Ты знаешь, к кому она обратилась? – Ариэн кивнул.

– К демонам. Она вызвала демона.

– Того, кто проклял нашего предка? Того самого? – со страхом спросил Этэр.

– Не знаю, – покачал головой Ариэн. – Думаю, да, – немного помолчав, добавил он. – То, что родившаяся девочка, оказалась твоей истинной – это не случайность и не совпадение. Это – цель. Девочка была целью всего того, что случилось.

– И что теперь делать? – тихо спросил Этэр.

– Найти Кейрин Лардэн – это пока самое главное, – твердо сказал Ариэн. Он снял копию письма, решив изучить его поподробнее. То, что письмо написано человеком, находящегося на грани нервного срыва, не вызывало никакого сомнения. Это было очень плохо. В таком состоянии Кейрин могла сделать все, что угодно, и с собой, в том числе. Надо было ее немедленно найти.

Ариэн вернулся домой темнее тучи. Трия по одному взгляду на мужа поняла, что случилось что-то очень-очень плохое. Обычно Ариэн не делился с нею неприятностями, если они касались его работы. У него был закон: зашел на порог своего дома – все рабочие проблемы по боку. Дом – его крепость. Уголок душевного уюта и комфорта. Поэтому увидев мрачное лицо мужа, Трия поняла, что случилось что-то касающееся их семьи.

– Что случилось? – твердым голосом, и таким тоном, что никакие отговорки «ничего, я просто устал», «ничего особенного, просто небольшое недоразумение», «Ничего такого, о чем бы тебе стоило переживать» – не прокатят, Трия не позволит ему уйти от правдивого ответа, но Ариэн и не собирался.

– Нам надо поговорить, – тихо сказал он. – Разговор будет долгим, – он замолчал, но увидев, как испуганно заблестели ее глаза, быстро добавил: – Это касается Этэра. – Взгляд Трии так и остался взволнованным, но страх исчез из ее глаз. Так повторялось всегда, если Ариэн был чем-то раздосадован, или расстроен, в глазах Трии сразу появлялся какой-то непонятный страх. Столько лет Ариэн пытался разузнать, чем этот страх был порожден, но все было напрасно. Вот и сейчас. Стоило сказать, что его беспокойство касается Этэра, страх в глазах Трии мгновенно пропал. – Помнишь, как мы с тобой были в Эйрилиском королевстве? – Трия кивнула, хотя и не понимала, какое это имеет отношение к Этэру. – Помнишь, там убили несколько человек из нашего посольства? – и снова Трия кивнула. Это было достаточно страшное время, но именно тогда во всей красе проявился ее характер. Она не паниковала, была смела и решительна просто до безрассудства. Собственно с того времени отношение Ариэна к ней стало таким, как было сейчас. Он начал считать Трию равной себе по уму, по смелости, по умению принимать трудные решения в тяжелых ситуациях, короче говоря, он стал уважать свою жену, делиться с ней своими планами, своими надеждами, своими воспоминаниями… и многими секретными сведениями. Трия ни разу не обманула его надежд, никогда никому не рассказала то, что Ариэн ей доверил.

– И что там с Эйлирийским королевством? – спросила Трия.

– Нам понадобилось заслать туда шпионов, – стал рассказывать Ариэн. – Но все наши попытки оказались неудачными. С той работой, которую надо было выполнить, мог справиться только дракон, но из-за амулетов, позволяющих увидеть ауру дракона, это оказалось невозможно. Поскольку все артефакторы находятся под незримым контролем Этэра и его управления, я приказал ему, найти возможности решить эту проблему, то есть создать артефакт, скрывающий драконью кровь. – Ариэн посмотрел на Трию и поразился ее напряженному взгляду. Затаив дыхание, она слушала его рассказ. – У нас есть несколько отделов артефакторов, занимающимися разными направлениями в создании амулетов, поэтому задание сначала поступило в разработку к ним, но даже через год, никто из артефакторов не продвинулся и на полшага. Этэр рвал и метал. Он пообещал мне, что через полгода артефакт будет создан, но ничего не получалось. И тут один из мастеров вдруг вспомнил, что в Академии преподает некий магистр Лардэн… – Если бы в эту минуту Ариэн не стоял у окна, всматриваясь вдаль, а посмотрел на свою жену, он бы поразился. Трия сидела белая, как мел, ее глаза были черными, от страха, который затопил ее сознание. – Так вот, наш маг утверждал, что этот Лардэн, учась не то на втором, не то на третьем курсе Академии, занимался попытками создать именно такие артефакты. Жаль наш маг не знал, насколько Лардэн продвинулся в этой работе. Вполне возможно, он что-то и создал, поскольку был настоящим гением.

– И что же сделал твой брат, когда это услышал? – деревянным голосом спросила Трия.

– Лично он только отдал приказ, найти архив Лардэна, изучить его, а потом решить, как дальше поступить с магистром. Скорее всего ему пришлось бы начать работать на Следственное управление. Но для начала, нужен был архив. Брат отдал приказ, выполнением этого приказа занимался один из секретных отделов Следственного Управления, и, непосредственно, друг и подчиненный Этэра – Родэр Нисс. Ты должна его немного помнить, он, как раз заканчивал Академию, когда ты поступила на первый курс. – Трия прикрыла глаза и сразу вспомнила этого Нисса. Он и его друг Этэр были первыми красавцами в Академии и самыми завидными женихами.

– Я помню его, – подтвердила Трия.

– Так вот. Когда Родэр Нисс вплотную занялся этим магистром Лардэном, оказалось, что он ведет очень замкнутый и очень аскетичный образ жизни. Никого и никогда не приглашал к себе в гости, и сам никуда не ходил. Это было очень плохо, поскольку не давало возможности легально попасть в его дом и обыскать его. У Лардэна не было ни жены, ни любовницы, у него не было даже коротких скоротечных романов. Каких только барышень Нисс не подсылал к Лардэну, в надежде, что девушка сможет попасть в дом – все было напрасно. Он не повелся ни на одно хорошенькое личико. И все-таки у Лардэна была одна слабость – его дочь Кейрин. – Трия постаралась, чтобы на ее лице было спокойное выражение, но ее рука, спрятанная в карман халата, что есть силы впилась ногтями в бедро, оставляя на нем кровоподтеки, но Трия этого даже не почувствовала.

– И что там с дочерью Лардэна? – спокойно спросила она.

– Нисс разработал очень продуманный план, он нашел девушку-агента, выглядевшую, как ровесница Кейрин, а дальше все закрутилось. Девушка смогла подружиться с Кейрин, смогла втереться к ней в доверие, смогла попасть в дом магистра. Вот только там, к сожалению, никакого архива не было. Архив обнаружился в подвале Академии, где у магистра была секретная лаборатория. – У Трии потемнело в глазах, впрочем, внешне, она все также выглядела спокойной и очень заинтересованной.

– Нашли что-нибудь в архиве? – с трудом изображая праздное любопытство, спросила она.

– Нашли! Магистр Лардэн был настоящим гением. В архиве не было точного описания создания такого артефакта, но там были описаны некоторые узлы, где сходились магические потоки. Наши специалисты были твердо уверены, что такой артефакт был создан.

– И… – Трия замолчала, выразительно глядя на мужа.

– Магистра Ландэра забрали в Управление. В Академии, где он преподавал, оформили все так, что он, якобы в командировке. По задумке Нисса Лардэн должен был передать управлению и сам артефакт, и способ его создания, но, не сложилось, с этого момента все пошло наперекосяк. Начать с того, что магистр категорически отказался сотрудничать. Он категорически отказался признавать и само существование артефакта, и то, что он может его создать. Нисс пришел в ярость. Он решил, что Лардэн продал артефакт и продал его нашим крагам. К Лардэну были применен особый протокол ведения допроса…

– Его пытали? – дрогнувшим голосом спросила Трия. Но это дрожание голоса было уместным, у любого существа с нормальной психикой разговор о пытках, вызвал бы такое же неприятие и даже страх.

– Пытали, – признался Ариэн. – Но он все равно ничего не сказал. Неизвестно, каким способом, но он умудрился сообщить дочери о том, что с ним происходит. Скорее всего, он хотел ее предупредить, чтобы она убежала. Но его дочь поступила с точностью до наоборот. Она пошла на прием к моему брату, и стала требовать, чтобы он вмешался и освободил ее отца. Нисс не уведомлял Этэра о том, как протекает его расследование, поэтому Этэр не знал о том, что Лардэн арестован. Этэр попросил Девушку подождать в коридоре, а сам связался с Ниссом. Нисс потребовал, чтобы Этэр задержал девушку, с ее помощью Лардэн обязательно заговорит…

– Как же это подло, – едва сдерживая душивший ее гнев, сказала Трия. – Этот Нисс совсем с ума сошел? Он хотел пытать невиновную девушку на глазах ее отца?! Как такое возможно. Как это могли допустить?!

– Ну, Нисс не стал бы пытать, – попытался оправдать подчиненного брата Ариэн. – Он бы просто пригрозил это сделать… – Трия вскочила со стула и резко развернувшись, подошла к окну, где совсем недавно стоял Ариэн. Ее сотрясала дрожь негодования, ужас, страх и безумное сожаление. Если бы она об этом знала! Ей стоило просто пошевелить пальцем, и Дэвира бы никто никогда не тронул, и Кейрин не пришлось бы…

– А, что случилось с девушкой? – снова резко развернувшись, требовательно спросила она.

– О! Она оказалась достаточно умной и осторожной. Она оставила на кресле, на котором сидела, крошечный подслушивающий артефакт, поэтому, сразу сбежала, услышав слова Нисса. – Трия едва сдержала облегченный вздох. – Но это все было только начало, потом начались совершенно невообразимые события.

Часть 3. Глава 9

– Кейрин, не зная к кому обратиться за помощью (при этих словах мужа, у Трии заколотилось сердце и от чувства вины, и от жалости к дочери), и тогда она вызвала демона и заключила с ним сделку…

– Что?! – поразилась Трия. – А как она смогла это сделать?

– Чего не знаю, того, не знаю, – развел руками Ариэн. – Условия сделки были очень страшными для Кейрин, – продолжил Ариэн. – В обмен на спасение отца, она должна была отдать демону своего перворожденного ребенка.

– Что?! – второй раз закричала Трия, но в этот раз в ее голосе сквозил ужас. – И она согласилась на это условие?

– Согласилась, – ответил Ариэн. – Кейрин удалось вытащить отца из тюрьмы, а потом подошло время платы… – Трия судорожно глотнула, глядя на мужа, не мигая, словно боясь пропустить хоть миг из его рассказа. – Кейрин вдруг подумала, что это несправедливо, что ребенка придется отдавать ей одной, она вдруг подумала, что и Нисс должен понести такое же наказание, – Брови Трии удивленно взлетели, несомненно, слова мужа ее поразили. – Думаю, ей помог тот самый демон, с которым она заключила сделку, – снова отойдя к окну, рассказывал Ариэн. – Ничем иным нельзя объяснить тот факт, что Кейрин приняла внешность девушки, которую много лет тайно любил Нисс…

– Приняла внешность? Тайно любил Нисс? – быстро спросила Трия то, что ее больше всего зацепило.

– А! Я не сказал, – сразу отреагировал Ариэн. – Бабушкой Кейрин, а, значит, матерью Лардэна была дриада. От нее Кейрин унаследовала способность менять свое тело, в том числе лицо.

– И в кого долгие годы был влюблен Нисс? – снова задала Трия интересующий ее вопрос.

– Не поверишь, – засмеялся Ариэн. – В твою подружку по Академии, Дэри!

– В кого?!

– В Дэри! – снова повторил Ариэн. – И Нисс клюнул…

– Он с ней переспал?! – Трия не знала, что в эту секунду ее зрачок вытягивается от ярости, затопившей сознание. К счастью, она смогла взять себя в руки, раньше, чем Ариэн повернулся.

– Да. Но самое страшное в том, что она забеременела и родила девочку.

– Когда?! – ахнула Трия.

– Чуть больше двух месяцев назад…

– Где она? – спросила Трия, вскакивая на ноги.

– Сядь, – усталым голосом попросил Ариэн. – Поскольку и это еще не все. Девочка оказалась с очень странной аурой. Она была наполовину призрачный дракон, как Нисс, но еще почти на четверть она была огненным драконом. Нисс вызвал моего брата, чтобы тот, как более сильный дракон проверил мать девочки и саму девочку еще раз. Этэр все подтвердил, и вот тут-то выяснилась еще одна, очень интересная деталь, – все тем же уставшим голосом, рассказывал Ариэн. – Эта девочка оказалась истинной моего брата. Представляешь! – Трия представляла. У нее уже голова пошла кругом от всех этих новостей. – Нисс и Этэр оставили девушку в охотничьем домике, а сами занялись подготовкой к ее переезду. Этэр написал мне письмо, в котором просил разрешения жить Кейрин вместе дочерью у нас в поместье. Я, разумеется, разрешил, надеясь, что и ты не будешь против. Но когда Нисс и Этэр отправились за Кейрин, то ни ее, ни девочки в доме не оказалось. Вот уже два месяца, как идут поиски. Мы ничего не знали о сделке с демоном, поэтому решили, что Кейрин будет шантажировать Нисса дочерью, чтобы добиться от него, оставить в покое ее отца, но все оказалось намного страшнее. Три часа назад Нисс получил вот такое письмо. Это точная копия, – добавил Ариэн. – Из этого письма мы все и узнали. – Трия быстро схватила листок. – Тебе я все это рассказываю, потому что скоро нас ожидают тяжелые и невеселые дни. Если Этэр потеряет свою истинную… – Он не договорил, потому что Трия схватила его за руку.

– Не говори так, не говори! Он не потеряет истинную! – с этими словами она выбежала из комнаты, а еще через десять минут ему доложили, что миледи очень спешно отправилась в дом, который Ариэн подарил ей в качестве свадебного подарка.

…Трия приехала без предупреждения, без предварительного письма, или хотя бы без предварительной записки. Дезия не ждала ее, поэтому, что бы разыскать бабушку, Трие пришлось оббежать полдома, по пути опрашивая слуг, где искать хозяйку. Она появилась на дорожке перед Дезией настолько неожиданно, что женщина даже невольно отшатнулась в сторону.

– Трия?! – удивленно спросила она, потом вгляделась в лицо внучки и больше не задала ни одного вопроса, мол, что-то случилось? Глаза Трии горели тем лихорадочным блеском, который говорил о том, что владелец находится на грани, и любой толчок может заставить его эту грань перейти. – Ко мне, в кабинет, – сухо сказала Дезия и первой пошла по аллее к дому. Они зашли в кабинет, Дезия подошла к дивану и села, Трия присела рядом, и только сейчас стала развязывать ленты шляпки, чтобы потом устало стянуть ее с головы. – Говори, – приказала Дезия, приготовившись внимательно слушать. И Трия заговорила:

– Ты помнишь наш разговор перед балом дебютанток? – спросила она у бабушки. Дезия кивнула. – Там я встретила Ариэна, и эта встреча изменила все, – Дезия кивнула, соглашаясь со словами внучки. – По его желанию я занялась своим образованием, поступила в Академию… а потом он уехал на шесть лет, – с горечью сказала Трия.

– Я помню, – тихо сказала Дезия.

– Ариэн решил быть благородным… ну, в своем понимании, – едко сказала Трия, – поэтому он открыто разрешил мне и заводить романы, и вступать в любовные отношения, единственное требование – чтобы все сохранилась в тайне.

– Это было, действительно, благородно с его стороны, ты зря иронизируешь, – не согласилась с ней бабушка.

– Неважно, – отмахнулась от ее слов Трия. – В общем, я воспользовалась его предложением…

– У тебя был серьезный роман? – поразилась Дезия. – За двадцать лет о тебе никто не сказал ни одного порочащего слова, ни о времени после брака, ни о времени до брака!

– И, тем не менее, это так, – призналась Трия. – Я очень тщательно скрывала эти отношения. Мой избранник был беден, не знатен… и младше меня по возрасту, – Дезия пораженно взглянула на внучку. – Не смотри на меня так! – разозлилась Трия. – Он был гением! Но именно это и стало причиной того, что случилось, – тихо добавила она. – Я была влюблена в него просто безумно, поэтому, когда выяснилось, что наш роман не остался без последствий…

– Что?! – подскочила с дивана Дезия. – Ты была беременная?!

– Да, я забеременела, хотя я использовала зелья, чтобы этого не допустить, но огненная магия, которую я усилила, выжгла зелья из крови, но я о такой возможности тогда не подумала.

– И… и что же дальше? – осторожно спросила Дезия, со страхом ожидая продолжения рассказа.

– Дальше? – Трия вздохнула. – Дальше мой мужчина стал умолять меня оставить ребенка. – Дезия сдавленно охнула и все же прошептала:

– А, ты?

– А я? – Трия посмотрела бабушке в глаза. – А, я? – повторила Трия. – Согласилась с ним поскольку не могла убить своего ребенка!

– Что? – ахнула Дезия.

– Да, да, да! Я родила ребенка! Помнишь, я сказала, что хочу пожить в одиночестве в каком-нибудь тихом месте, чтобы подумать о своей жизни? Так вот в этот момент и родилась моя дочь. Я назвала ее Кейрин. Потом я отдала ее отцу, и все эти годы, он воспитывал ее сам, и…

– И теперь он хочет рассказать всем об этом? – перебила Трию Дезия. – А я говорила тебе, что глупый необдуманный поступок тем страшен, что совершаешь его один раз, а расхлебывать можешь всю жизнь!

– Если бы это было так! – с тоской в глазах и горечью в голосе, сказала Трия. – Если бы это было так! Все намного-намного страшнее. Никто меня не шантажирует и не пугает. Отец моей дочери очень хороший, глубоко порядочный человек. К тому же он принес мне магическую клятву жизни, что никогда не напомнит о себе, никогда, никому не расскажет о нашем романе, никому, никогда, в том числе и дочери, не скажет, кто является, ее матерью.

– Как ты могла скрыть беременность и роды? – поразилась Дезия. – Эти события обязательно отразились бы на твоей ауре, а я ничего подобного не вижу… ты, что пошутила?! – с зарождающейся надеждой, что Трия все выдумала, чтобы ее напугать. – Ты разыграла меня? Ты…

– Смотри, – коротко перебила ее Трия, потом приподняла юбку, приспустила чулок, и острием кинжала (который неизвестно откуда очутился в ее руках), надрезала кожу бедра. Потом на глазах ошарашенной Дезии вытащила небольшой кусочек отполированного дерева. – Теперь посмотри на мою ауру, – предложила Трия. Дезия посмотрела и ахнула:

– Ты… – голос ее дрогнул. – Ты, что стала полностью огненным драконом? Но как ты смогла это сделать, как это у тебя получилось?

– Потом расскажу, – резко оборвала ее Трия. – Ты видишь по моей ауре, что у меня есть ребенок? – Дезия снова вгляделась в ауру внучки и кивнула головой.

– Да, дочь. Примерно двадцать лет или немного больше. – Трия удовлетворенно кивнула, словно то, что следы дочери есть в ее ауре и останутся там навсегда, очень ее успокоило и обрадовало. Она немного поразмышляла убирать артефакт из ноги или нет, потом решила, что у них в семье столько проблем, что лишние вопросы и разборки в данный момент никому не нужны, снова вставила артефакт в открытую рану, потом перевязала бедро шарфом, не обращая внимания на боль. Трия знала, что через несколько часов рана затянется, а через пару дней от нее не останется ни следа.

– Этот артефакт, создал отец моей дочери. Я тебе уже говорила, что он гений. Но этот артефакт просто воссоздает мою ауру, какой она была при поступлении в Академию. Нам делали слепки аур, вот это слепок с того слепка, поэтому нет такой контрастности и четкости. Именно Дэвир подсказал мне способ, как уничтожить из моей крови кровь древесных и каменных драконов, чтобы только кровь огненных драконов бежала по моим артериям и венам. Но и это еще не все. Моя дочь должна была родиться наполовину огненным драконом. Этого никто не должен был узнать. И вот Дэвир создал артефакт и для дочери. Я сама его вставила ей в бедро, почти сразу после рождения.

– Как же ты все смогла это сделать? – пораженно прошептала Дезия. – Ты же была совсем одна…

– Было страшно, очень страшно, – согласилась с ней Трия. – Зато теперь я не боюсь никого и ничего, – спокойно сказала она. – Я не боюсь даже тебя, – добавила она, глядя бабушке в глаза. Это был вызов, Дезия поняла это, вскинула голову и посмотрела внучке в глаза. Этот взгляд не был взглядом бабушки, этот взгляд был взглядом сильной и грозной драконницы, приказывающий подчиниться. Это был взгляд, полностью подавляющий волю, более молодой и менее сильной соперницы. Тяжелая страшная аура подчинения чужой воли, накрыла дворец. Слуги падали на землю с криками боли, сжимая головы. Такая же боль стиснула виски Трии. Несколько секунд две женщины боролись друг с другом, и было непонятно, кто из них одержит верх. Страх начал заползать в душу Трии и вдруг мысль о том, как же было страшно и одиноко ее девочке, когда схватили отца, и никого-никого не было рядом, даже просто посоветоваться, даже просто поговорить… и все из-за Дезии. Такая ярость хлынула в душу Трии, а потом огонь не кровь, а самый настоящий огонь потек по ее сосудам. Глаза Трии запылали, зрачок вытянулся, и уже ее аура, приказывающая подчиняться ей, хлынула во все стороны. И Дезия сломалась. Неловко, словно деревянная кукла, она опустилась на колени, признавая чужую силу, чужую волю, чужую власть. А потом обе рухнули на пол без сил.

– Прости, за то, что я устроила тебе эту проверку, – первой попросила прощение Дезия. – Я хотела проверить твои силы, хотела знать, чего стоили твои пафосные слова о том, что ты никого не боишься. Я рада, что все так получилось. Рада, что теперь ты могущественнее меня, рада, что теперь нашим кланом будет управлять более молодая, более сильная…

– Управлять?! – с горестным смехом, перебивая ее, рассмеялась Трия. – Я не могу управлять даже собственной жизнью! Мои ошибки искорежили жизнь и Кейрин, и ее отцу, и лорду Ниссу, и брату мужа Этэру Виру.

– А эти-то здесь причем? – удивилась Дезия.

– А притом, что мой рассказ еще не закончен. – И Трия продолжила. Она показала Дезии письмо, и они вместе читали его, обдумывая каждое слово дочери. Потом Трия рассказала о том, как Кейрин ищут, рассказала, что в первую очередь будут искать рощи дриад в соседних королевствах, и что Ариэн подключит для этого все каналы, и дипломатические, и нелегальные.

– Трия, – перебила ее Дезия. – А ты смотрела на стену в подвале?

– Нет, – покачала головой Трия. – После всего, что случилось, я этот дом возненавидела, ведь фактически все случилось из-за того, что он был нужен нашей семье. Я тут бывала всего несколько раз, ты же помнишь. В подвал я не спускалась, потому что в крови Кейрин драконьей крови меньше половины, а ты сама говорила…

– Сама, сама, – ласково передразнила внучку Дезия. – Мало ли, что говорила? Жизнь она вон как может повернуться. Пошли, посмотрим! – Они легко сбежали по лестнице в подвал, потом Дезия открыла потайную дверь, и они оказались в самом сердце дома, куда не было доступа никому, кроме Дезии. Они зажгли магические светильники и стали пристально разглядывать стену, вливая свои магические силы в проступающие линии. Через пятнадцать минут, символы на стене стали светиться ровным светом. – Вот, вот, – ткнула Дезия пальцем. – Вот твоя дочь! – Трия с волнением посмотрела на огонек. Действительно. Вот она сама, вот от нее идет линия и написано имя Кейрин, а вот от ее имени идет почти незаметная, тоненькая, как волосок дорожка и горит совсем-совсем крошечное пятнышко… без имени.

– Дочка Кейрин. – сухими губами пошептала Трия и погладила огонечек рукой. – Живы, обе живы, – успокоено сказала она.

– Знаешь, что, – задумчиво произнесла Дезия. – А ведь мы с тобой можем помочь поискам Кейрин. Если знать направление, в котором ее искать, то мы можем полетать над этим местом и обязательно почувствуем кровь огненных драконов!

– Ты же ни разу не только не летала, но даже не оборачивалась, – напомнила Трия. – Ты сама мне это говорила.

– А ты думаешь, мне этого не хочется? Но если мы будем в другом королевстве, да еще в каком-нибудь глухом месте, то почему бы не попробовать? – Трия против воли засмеялась. Ее бабушка вселяла надежду и уверенность, что они справятся со всеми трудностями. Но оставался еще самый непонятный, самый страшный вопрос. Что с дочерью Кейрин? Зачем демон забрал ребенка? Что он хочет с ней сделать? Чтобы получить эти ответы, надо было разыскать Кейрин и хорошо ее расспросить. Что демон говорил, как себя вел? Возможно, Кейрин сама догадалась спросить, зачем ребенок демону?

… Если бы они в эту секунду, именно в эту секунду, они увидели Кейрин, то они поразились бы, насколько созвучны были их мысли. В этот момент, Кейрин кругами ходила вокруг небольшой полянки и безостановочно ругала себя:

– Почему я не спросила, зачем ему ребенок? Почему я его об этом не спросила? – шептала и шептала она. Кейрин уже четыре раза пыталась вызвать Заэра, но у нее ничего не получилось. То ли сил не хватало, то ли он, умышленно блокировал ее призыв. Была еще одна версия, но Кейрин не хотелось в нее верить. В тот раз, когда ей удалось вызвать демона, это не была ее заслуга, он пришел, потому что ждал этого призыва и хотел на него явиться. Если принять эту вероятность, то следом появляется мысль, о том, что происшедшее подстроено чужой злой волей и Кейрин, и Нисс, и Этэр, всего лишь пешки в чужой страшной игре.