Текст книги "Месть полукровки (СИ)"

Автор книги: Раиса Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Часть 3. Глава 18

Трия не находила себе места, бегая из одной комнаты замка, в другую. На дворе была полночь, то есть прошли сутки с момента проведения ритуала, а Ариэн из императорского дворца все не возвращался. В ее голову лезли самые черные мысли, вплоть до той, что Ариэн арестован и сидит в подвале, прикованный к стене. Трия решила ждать восхода солнца, а потом ехать во дворец и, судя по выражению ее лица, во дворец она собиралась пробиваться с боем. Однако, никаких героических подвигов от нее не потребовалось. Утром Ариэн вернулся в замок. Трия бросилась ему на шею. Он устало улыбнулся и прижал Трию к себе.

– Все прошло ужасно? – шепнула она ему в ухо. Ариэн кивнул. – Ты очень устал? – и снова кивок, был ей ответом. – Расскажешь? – несколько неуверенно спросила она, понимая, что Ариэн не все может ей рассказывать. И, словно слыша ее мысли, он отрицательно качнул головой.

– Еще ничего не ясно, – объяснил он. – Император не принял пока никакого решения, так что я не могу ничего рассказать.

– Он был взбешен? – не удержалась Трия от вопроса.

– Скорее, поражен, оглушен, раздавлен. Думаю, у него нет выбора. Заключит он сделку или нет, но с Заэром он разговаривать будет. Бедный отец, – немного помолчав, вдруг сказал Ариэн. Пятеро детей и все неудачные…

– Удачные! – яростно перебила его Трия. – Ты, удачный! Ты самый лучший сын, которого только можно желать. Это император Гархэн неудачный. Это из-за него у нас столько проблем. Ну, зачем он казнил мать Ирлы? Мог бы отправить ее в какое-нибудь отдаленное поместье, мог бы отправить в монастырь, мог бы держать в темнице, если ненависть к ней зашкаливает. Казнить-то зачем? – Ответа на этот вопрос ни у Трии, ни у Ариэна не было.

…Прошла неделя, две недели Трия, Кейрин (они жили вместе в загородном доме Трии и Ариэна) просто не находили себе места. Ариэн дома появлялся раз в два-три дня и то не несколько минут, чтобы поцеловать Трию и сказать, что надежда есть. Прошел месяц. Целый месяц! И вот в один из дней появился Ариэн уставший, голодный, но при этом счастливый и улыбающийся.

– Девочку вернули! – ахнула Трия, сразу догадавшись о радостных новостях.

– Еще нет, – немного охладил ее пыл Ариэн, – но ее должны вернуть сегодня, в полночь. Император разрешил при этом присутствовать только Кейрин, мне, Этэру, Ниссу…

– А мне?! – в ужасе закричала Трия, испугавшись, что Император не разрешит быть в этот момент Трии рядом с дочерью.

– И тебе! – добавил Ариэн, специально переместив имя жены в самый конец списка. Он был сдержанным закрытым человеком, видимо, поэтому ему доставляло невыразимое удовольствие наблюдать, как эмоции Трии фонтаном вылетают из нее, намного опережая любые мысли, очень часто он сам ее на это провоцировал, а потом любовался на своего огненного дракона.

– Ах! – радостно выдохнула Трия, повиснув на шее мужа. Она была так рада и так счастлива, что даже не поругала Ариэна за то, что он так ее напугал. – Пойду, расскажу Кейрин, – высвободившись из объятий, сказала Трия, – я прикажу, чтобы тебе накрыли стол, а ты пока прими ванну, – с этими словами она умчалась вглубь дома.

…Они стояли возле пентаграммы, расположенной в одной из комнат подвала императорского дворца. Император стоял рядом с линиями, все остальные возле выхода из зала. В полночь в центре рисунка закрутился воздушный смерч и появился Заэр с ребенком на руках. Девочка спала, она была завернута в роскошные пеленки, ее распашонка и чепчик были украшены золотым кружевом. Кейрин и Нисс рванулись к демону, но Ариэн остановил их. Сделка демона была заключена с Императором, именно ему Заэр отдал ребенка, произнеся ритуальные слова: «Все условия сделки соблюдены. Сделка состоялась». Император передал девочку Ниссу и в этот момент Заэр сказал:

– Я назвал ее Андриэллой, это имя означает «Та, что несет перемены». – Все посмотрели на Заэра (кроме Кейрин и Нисса). Не заметить тоску в его взгляде было невозможно. Вероятно, эта встреча так бы и закончилась, но огненный дракон Трии не дал Заэру так просто уйти.

– Почему Гархэн казнил мать Ирлы? – прямо и просто спросила она у демона. – Он не мог простить измены? Жена императора была ведь вашей любовницей? Я правильно все понимаю? Он убил ее из ревности? – Трия смотрела в глаза Заэра и ждала ответа. Но не только она хотела услышать о том, что случилось тысячу лет назад. Это хотели знать все, включая Императора. Заэр невесело усмехнулся.

– Что ж, – спокойно и почти равнодушно сказал он. – Если вам интересно, я могу рассказать… Мне хочется все рассказать, – и его притворное спокойствие и равнодушие мгновенно испарились.

…– Я начну издалека, – сказал Заэр. – В вашем мире вы зовете нас демонами, в моем Мире мы себя называем эльронами, то есть те, кто может ходить в другие миры. Какая ирония, – качнул головой Заэр. – Другие мира были нам нужны не от хорошей жизни. Мой мир очень мал. Мал и тесен, – задумчиво сказал он. – Это неизбежно должно было привести к войнам за землю, за еду, за ресурсы. Мы не хотели этого, и казалось, нашли выход. Мой народ смог пробить портал сначала в один мир, потом в другой. Обе попытки были неудачными. Один мир взорвался, разлетевшись на куски. Другой Мир заледенел, и в нем невозможно было жить. Больше попыток постройки порталов никто не делал, так что война стала неизбежностью. В тот момент, когда я родился, война уже закончилась и унесла она не только сотни тысяч жизней, но и накопленные знания. Библиотеки, архивы уничтожались полностью, только пепел оставался на месте сожженных рукописей. Зачем это делали? – спросите вы. Я отвечу. В моем мире знания принадлежали только привилегированной части населения, остальным, сакральные знания были недоступны. Архивы уничтожали те, кто не мог и не понимал, как воспользоваться тем, что эти рукописи хранили. Их уничтожали для того, чтобы ими больше никто не мог воспользоваться и получить преимущество.

Моему деду, удалось покорить, подчинить, сломить противников, а потом объединить все земли под своим контролем и управлением. Отец продолжил его дело, и ко времени моего рождения, он стал могущественным Правителем всех эльронов. Я был не то тридцать шестым, не то тридцать восьмым ребенком, – с отвращением на лице продолжил рассказ Заэр. – Дворец был, как бы всем нашим миром, только в миниатюре. Сразу после рождения, мне повезло и не повезло одновременно. Не повезло в том, что мама сразу умерла, думаю, ее отравили. А повезло в том, что первые годы своей жизни я провел в семье моей матери, где меня достаточно любили и достаточно хорошо ко мне относились.

Потом все изменилось. Двое сыновей Повелителя, воспитывающиеся, так же как и я в семьях матерей, попытались восстать и занять трон отца. Бунт был подавлен, но отец после этого приказал всех детей вернуть во дворец, чтобы все его возможные наследники были, так сказать, на глазах. Это было «веселое» время, – все с тем же нехорошим выражением на лице говорил Заэр. – Но я выжил и вырос, и это было самым важным. Время шло. Отец снова захотел попытаться открыть портал в новый Мир. Он понимал, что наш Мир задыхается и скоро на всех не хватит ни еды, ни воды, и новый бунт – это всего лишь вопрос времени. Начались поиски уцелевших магистров, ученых, их последователей. Худо-бедно смогли восстановить знания по открытию портала. Весь вопрос упирался только в одно, в каком направлении строить этот портал?

Все говорило том, что прежде, чем его пробивать, мы должны чувствовать, что за преградой, которую надо преодолеть, есть Мир. Но как его почувствовать? Отец бесился из-за этих задержек, выходил из себя, а потом объявил, что его наследником и следующим Повелителем эльронов будет тот из сыновей, кто сможет построить портал в другой Мир. Он принес магическую клятву и все его сыновья, что называется, ринулись в бой. Я тоже включился в эту гонку, – невесело рассмеялся Заэр, – но не потому, что хотел стать Повелителем… Я ясно понимал, что сегодня ты Повелитель, а завтра твоя голова торчит на пике забора… Так мой отец казнил тех, кто шел против него, – счел необходимым пояснить Заэр. – Я хотел открыть портал в другой мир, потому что это ДРУГОЙ МИР! А, кто бы этого не захотел? – спросил он у присутствующих и все были вынуждены, с ним согласится. – В моем подчинении было огромное количество подданных, продолжал Заэр, – но все было напрасно, мы не знали, как определить направление. Неудачи были и у моих братьев, ведь все мы ревностно следили друг за другом. Знаете, жить, ожидая каждую минуту смерти, очень тяжело. Вы знаете, о чем мечтает каждый из нас? – задал Заэр вопрос и сам на него ответил. – Встретить свою половинку души. У драконов истинные, а у нас половинки душ. Душа каждого эльрона разорвана пополам. Разорвана неровно у кого-то остался от души совсем клочок, у кого-то только клочок вырван. Все мечтают найти вторую половину души и тогда…

– Что тогда? – спросила с интересом Трия.

– О! Много чего. Во-первых, практическое бессмертие. Души слившись, питают такой силой, что умереть хоть от болезни, хоть от старости невозможно. Во-вторых, такое счастье. Ведь рядом с тобой тот, кто никогда не предаст, и ты его никогда не предашь. Но найти половинку своей души почти невозможно, но этого хотят все.

Хочу сказать, что я имел некоторое преимущество по сравнению с братьями. Мои способности были особенными. Я имел дар предвидения, к сожалению, только по отношению к посторонним, сам себе я ничего не мог предсказать заранее. Смешно. Видеть судьбы других и не видеть собственного будущего, такой вот ограничитель. Но один раз в жизни я мог задать своей Судьбе один вопрос. Один единственный раз, – повторил Заэр. – И получить на него ответ. И я воспользовался этой возможностью. Вы догадываетесь, о чем я спросил? – неожиданно обратился он к слушателям.

– Как пробить портал в другой Мир? – почти одновременно сказали Ариэн, Этэр и Нисс.

– Как найти свою половинку души? – тоже чуть ли не хором сказали Трия и Кейрин. Заэр церемонно поклонился в сторону Трии и Кейрин.

– Я захотел найти свою половину души. Оказалось, что в моем мире ее нет, но она есть в другом мире. И в этот момент я ощутил какую-то незримую нить, которая вела меня вперед. Не сомневаясь ни секунды, я и мои помощниками, стали пробивать портал туда, куда она меня вела. Я попал в ваш мир. Один. Все остальные погибли. Мы не знали, и никто не знал, что энергией для открытия порталов служат наши души. Эльроны, – с горечью сказал он, – ходящие мирами. Ни в одном сохраненном свитке не было ни слова о том, чем надо заплатить за открытие портала. В моей команде нас было почти десять тысяЧасть Я один прошел портал и оказался в соседнем, с империей драконов, королевстве. Почти сто лет я изучал этот мир, изучал язык, традиции, культуру, прежде, чем открыто заявить о себе. С порталом было все непонятно. Он был открыт, но я не мог вернуться домой, моих сил и моей энергии для этого не хватало. Однако была и хорошая новость. Я мог с помощью ритуала призвать кого угодно из моего мира. Я не стал торопиться, понимая, что если я кого-то призову, то он окажется в такой же ловушке, как и я, но я оставил очень многим людям, описание ритуала, с помощью которого можно нас призывать. Чтобы точно знать, что люди воспользуются этим ритуалом, я объяснил, что в награду любой человек сможет получить возможность исполнить свое сокровенное желание. Не любое, разумеется, поскольку сила и способности у каждого демона были разные, и за определенную плату… но кого из людей остановили бы подобные мелочи! Свитки с описанием ритуала были спрятаны в особых хранилищах, я, как чувствовал, что они могут когда-нибудь пригодиться.

– А почему вы сразу не начали искать свою половинку души? – удивилась Трия.

– У меня не было ни дома, ни денег, ни понимания того где я нахожусь, кого мне надо опасаться и что вообще делать в этом чужом мире? Но спустя сто лет я нашел ее. Сначала я попал в империю драконов. Потом мне пришлось открыться и рассказать о себе. Только тогда император Гархэн заинтересовался мной, и я стал жить в его дворце, пользуясь самыми высокими привилегиями.

– А…а… – Запнулась немного Трия. – Она хотела спросить о жене императора, но отсутствие у той имени, очень сбивало с толку. – А императрица как к вам отнеслась? – спросила она.

– Я долго ее не видел. Она вела замкнутый образ жизни. Понимая, что она не истинная императора, она, чтобы избежать любой, даже самой крохотной возможности встречи с истинным, всегда ходила в кожаных перчатках и закрывала лицо плотной вуалью. Она была невероятно красива, Гархэн женился на ней только из-за ее невероятной красоты. Но ее лицо я увидел намного позднее. Я узнал ее сразу – мою половинку души, но долгое время я не знал, что мне делать. Ведь с моей стороны это выглядело очень эгоистично. Императрица живет в немыслимой роскоши, обладает немыслимой властью и все это она потеряет, оказавшись со мной.

Я разрывался на части от желания быть с ней и от понимания того, что это может сделать ее несчастной. Судьба вмешалась в мои терзания, и все случилось само собой, – и снова горечь звучала в голосе Заэра, а его смех вызывал ощущение безысходности.

– И что же случилось? – поторопила Заэра Трия.

– Ирла, дочь императора во время прогулки верхом на лошади упала и ударилась головой. Я был рядом и хотел сообщить во дворец, но императрица схватила меня за руку, умоляя никому не говорить. Я удивился ее просьбе, но потом вспомнил, с каким пренебрежением Гархэн относится к своей дочери. Либо вообще не замечает, либо изводит придирками и едкими замечаниями. Эти замечания относились не только к дочери. Свою жену император тоже не щадил. Когда я долго пожил во дворце, он перестал притворяться, выказывая жене внимание и заботу. Она его раздражала и бесила, и он почти не скрывал этих чувств. Так вот на прогулке, когда Ирла упала, императрица сняла перчатки и стала лечить дочь, прикладывая руки к ее голове и вливая свою силу. Но она не была целителем, а вот я могу исцелять. Я потеснил мать Ирлы и начал помогать девочке по-своему. Я видел сгусток крови в ее голове, я видел, что он блокирует движение крови. Несколько минут, и девочка уже улыбалась маме, еще несколько минут и от травмы не осталось ни следа. Императрица с благодарностью сжала мою ладонь и я в ответ поцеловал ей руку… Это был наш единственный поцелуй, – тихо сказал он. – Но этот поцелуй изменил все.

Императрица сразу сказала Гархэну, что встретила истинного. Я не знаю, как проходил у них этот разговор, меня в тот момент во дворце не было… меня вообще в вашем мире не было. Этот поцелуй. Между нами не было ничего, ни объятий, ни тем более близости, но для единения душ этого и не надо было. Она меня узнала. Ее душа меня узнала, и наши души слились. И такая энергия наполнила меня, что я легко порталом вернулся в свой мир. Я хотел предупредить отца, что домой больше не вернусь, что останусь в другом мире и помогу тем, кто захочет пройти со мной порталом в новый мир.

Часть 3. Глава 19

– У Судьбы странное чувство юмора, – устало сказал Заэр. – Одни мечтают что-то получить, но у них ничего не выходит. Другим идет в руки то, что им не надо, о чем они не мечтали, и что иметь не желают. Я вернулся в свой мир. Меня не было двести лет. Меня потрясли изменение, какие случились за это время. Во-первых, все подумали, что я тоже погиб, вместе со всей моей командой. Братья решили, что отец захотел избавиться от всех своих детей, поэтому и заставил их строить порталы. Они впервые объединились, пошли против отца единой командой свергли, и убили его. Но потом начали безжалостно сражаться друг с другом, и в результате, вернувшись домой, я получил титул Правителя, что называется на блюдечке. Но меня это не радовало. Я понимал, что императрице придется жить в моем мире, и ей будет очень тяжело. После пронесшейся бури борьбы за престол, и наша столица, и самые крупные города лежали в развалинах. Поля были выжжены, голод стоял на пороге. Нет, в данный момент моя половинка души не могла быть со мною. Я подумал о варианте, что она останется в своем мире и мы будем видеться, она будет недолго гостить у меня, постепенно привыкая к моему миру, а потом…. Я много о чем думал, много о чем мечтал, – Заэр скрипнул зубами, – но снова Судьба все решила по-своему.

Я появился во дворце императора, чтобы поговорить с ним о нашем будущем. Я сказал, что не смогу остаться в этом мире, поскольку получил титул Повелителя. Император лучше кого-либо должен был понимать какая это ответственность и сколько проблем она с собою несет. Гархэн поздравил меня, а потом немного подумал и сказал:

– Моя жена призналась в измене, призналась публично. – Он говорил это не глядя мне в лицо, чувствовалось, что он раздражен и едва сдерживает свои чувства. – Я согласен дать ей развод, – между тем продолжал он, – но при одном условии. Одном единственном условии, – с нажимом повторил он. Я насторожился, почувствовав угрозу в его словах. – Ты принесешь мне клятву полного подчинения и наденешь, вот этот ошейник, – с этими словами он бросил на стол передо мной магический металлический обруЧасть Я пораженно смотрел и на императора, и на ошейник, не в силах осознать, что кто-то посмел мне предложить что-то подобное. – Если ты откажешься, – продолжил император, – то моя жена будет казнена. – Я с ужасом посмотрел ему в глаза и понял, что он не шутит.

– Зачем вам клятва полного подчинения? – с трудом спросил я. – Если вы хотите, чтобы я вам в чем-то помог, то если это в моих силах, я и так помогу… – Император расхохотался, расхохотался зло и яростно.

– Я скажу, что мне от тебя надо, – желчно прошипел он. – Мне нужны порталы в другие миры, и я хочу, чтобы ты мне их пробил.

– Зачем вам нужны такие порталы? – удивился я.

– Затем, что это новые земли, новые ресурсы, новые возможности! Людишек стало слишком много. Они плодятся и плодятся, их маги день ото дня становятся все сильнее. Нам нужен мир свободный от людей, мир только для драконов, мир, который мы ни с кем не будем делить. Я понимаю, что понадобиться время, возможно придется сделать ни одну, не две, и даже не десять попыток…

– Я вам говорил, что при открытии этого портала погибло несколько тысяч эльронов, – тихо сказал я.

– Так прикажи своим подданным, чтобы они быстрее плодились! – с гримасой брезгливости на лице, закричал император. Он был отвратителен в своем пренебрежении к чужим жизням, он был омерзителен, в своей жестокости, он был страшен, поскольку в его руках была жизнь моей половинки души. – У тебя трое суток на размышление, – коротко сказал он, и меня отвели в мои покои. Если бы я не был Повелителем, то не знаю, какое бы я принял решение. Но отдавать весь мой народ в руки безумного садиста? Так поступить я не мог. Казалось, был еще выход – отречься от Титула Правителя. Но тогда в моем мире началась бы страшная война, поскольку я был единственный, кому все согласились отдать этот титул. Я остался последним из всех сыновей Правителя, а еще я пробил портал в другой мир, а мой отец принес магическую клятву, что Правителем и наследником станет тот, кто сможет открыть портал.

Как я себя ругал, что не увез и не спрятал мою половинку души, чтобы никто-никто не мог до нее добраться. Но ничего изменить было нельзя. Я хотел еще раз поговорить с императором. Я хотел просить изменить решение, только не подчинение, только не рабство! Я долго думал, взвешивая возможности, и решил, что откажусь от титула Правителя. Да будет война, да многие погибнут, но это лучше рабства! Я сказал об этом Гархэну. Как он смеялся.

– Зачем мне ты в качестве раба? Ты же один не сможешь пробивать и открывать порталы. Нет, мне нужно полное подчинение, но только Повелителя демонов! На другое, я не согласен.

– Нет! – в гневе закричал я. – Такую клятву я дать не могу и рабский ошейник не надену. – Глаза Гархэна блеснули яростью, но голос был сладким, как мед.

– А я вот, надеюсь, что ты передумаешь. Смотреть на смерть своей истинной… А ведь тебе придется смотреть, как она умирает, поскольку, если ты откажешься и сбежишь, то ее агония будет длиться неделями, я клянусь, что сделаю это. – Гархэн не выносил, когда ему перечили, он просто бесился от любого неповиновения, и в эту минуту казался мне просто невменяемым. А потом … а потом… начался ад. Я ничего не мог сделать, ничего. Я мог только смотреть на мою любимую, чтобы в самую страшную минуту она не осталась одна. Ее боль… ее страх… ее ужас и отчаяние – я чувствовал все. – Ты предала меня, – шипел Гархэн в лицо жене, – прощения тебе не будет. Твое имя будет стерто из памяти. Никто не сможет произнести его, никто не сможет увидеть написанным. Забытая и безымянная. – Его проклятие сбылось, никто не знает, никто не помнит имя первой жены императора Гархэна. Его не могу произнести даже я, – сказал Заэр. – Меня Гархэн ритуалом отправил в мой мир, поскольку не смог бы убить, при всем своем желании, а портал, пробитый мною, запечатал. Гархэн боялся моей мести, и решил, что принятых мер достаточно, и он полностью себя обезопасил. Но вот тут он ошибся. Я активировал заклятие над тайниками, где хранились рукописи с ритуалом моего призыва. Сотни людей получили возможность вызвать меня, и очень многие этим воспользовались.

Я не мог свободно перемещаться по вашему миру, но я мог делать очень многое чужими руками. Мой дар предвидения очень мне в этом помогал. У меня была одна цель – отомстить Гархэну за смерть моей возлюбленной. Я хотел отомстить жестоко, чтобы он страдал так, как страдал я. Я нашел его истинную. Я убил его истинную, пусть и не своими руками. Я появился перед ним. Я смотрел на него. Я… понимал его.

– Значит, это твоих рук дело? – спросил он. – Я кивнул. Как ты прошел в наш мир? – Я усмехнулся, показывая, что для меня это не трудно. Гархэн посмотрел на меня тяжелым взглядом, потом злобно оскалился. – Я знаю, почему ты все время возвращаешься в наш мир, – резко сказал он. – И дело не только в мести. Ты ждешь, ты надеешься, что твоя половинка души снова возродится. – Мое лицо дрогнуло, поскольку Гархэн попал в точку. Моя половинка души снова могла прийти в мир, в котором она жила прежде. Гархэн увидел по моим глазам, что он прав, что я надеюсь, что я жду. Он мерзко улыбнулся, поднял вверх руку, и вот в эту минуту и прозвучало Проклятие.

– Ты никогда. Никогда-никогда не найдешь свою половинку души, поскольку ты ее не узнаешь. Ты не узнаешь ее, даже если будешь смотреть ей в глаза, не узнаешь ее, даже если будешь разговаривать с ней, ты не узнаешь ее, ты не поймешь, что это твоя половина души. Да свершится это Проклятие! – Трия и Кейрин тихо ахнули, да и всем остальным стало не по себе.

– Но разве в Проклятии не было оговорки? – резко спросил император Торэот. – Во всех Проклятиях, имеющих бесконечный срок действия, есть некоторое условие, согласно которому Проклятие, хоть и с большим трудом, может быть снято, разрушено или ограничено сроком действия. – Заэр насмешливо посмотрел на императора.

– Да, Гархэн назвал условие, при котором Проклятие будет разрушено. Для этого всего-навсего нужна была сущая ерунда, – голос Заэра сочился ядом. – Чтобы я вспомнил и узнал свою половинку души, мне надо, чтобы она назвала меня моим тайным истинным именем. В ответ я смогу назвать ее имя, и вот тогда она меня узнает и вспомнит. Здорово придумано! – он хлопнул два раза в ладоши.

– Но как же она назовет ваше имя, если она вас не будет помнить?! – удивилась Кейрин.

– Вот об этом я и говорю, – снова оскалился в горькой усмешке Заэр. – Чтобы мне узнать ее, она должна назвать меня по имени, но поскольку она меня не помнит и не узнает, то и имя не произнесет, и я не смогу никогда ее узнать.

– А откуда первая жена императора узнала ваше тайное имя? – спросила Трия. – Об этом, насколько я знаю, никому не говорят.

– Я ей сказал, – просто ответил Заэр. – Я вдруг подумал, что ей может понадобиться моя помощь, и зная мое имя, она всегда сможет вызвать меня, где бы я не находился. Я доверял ей безгранично, она моя половинка души, она… – он резко замолчал, потом глухо сказал:

– Как же я вас всех ненавижу. Как же я вас ненавижу! В каждом из вас живет частичка Гархэна. Как же… – он не договорил и исчез из пентаграммы.

… Эта встреча на всех произвела очень тяжелое впечатление. Они ни в чем не были виноваты, но все равно чувствовали себя виноватыми за бесконечную чужую боль, которую ничем нельзя унять.

– Ты знаешь, условия сделки, которую заключил император с Заэром? – спросила Трия Ариэна через несколько дней, после возвращения малышки. Ариэн кивнул.

– Император отдал часть нашей территории демонам. Знаешь на юге высокие неприступные горы? – Трия кивнул. – Вот их он и отдал. Теперь это территория демонов, они, скорее всего, построят там несколько крепостей. С ними будет заключен отдельный договор… Ох! – поморщился он, как от головной боли, – Чувствую в недалеком будущем будут у нас с демонами большие проблемы. Но выбора у императора не было. Кроме этого в саду, что окружает императорский дворец, небольшая часть территории будет принадлежать лично Заэру. Эту территорию уже огораживают, и входа туда не будет никому, ну, может только садовникам. Я думаю, это то место, где казнили первую жену Гархэна. Кроме Заэра никто не знает, где это случилось. Вот и все условия сделки.