Текст книги "Месть полукровки (СИ)"

Автор книги: Раиса Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Часть 2. Глава 8

Они оказались среди деревьев, в роще, площадь которой была с небольшое село. Дриады уже спали, поэтому их встретила тишина, нарушаемая только шелестом листьев и редким чириканьем птиц. Орен и Дэвир внимательно осмотрелись. В этом месте им предстояло жить долгое время.

Дриады были самыми добрыми и самыми беззащитными существами из всех магических существ. В случае нападения они могли только умирать, не помышляя о сопротивлении. Это место, в которое попала Кейрин с отцом и дедом, была лучшим тому доказательством. Дриады существовали на крошечном пространстве, не пытаясь ни что-либо исправить, ни что-либо изменить и ждали своей медленной и мучительной смерти, когда от почвенных вод сгниют и погибнут деревья, служащие им домом. Орен и Дэвир с тоской осматривали все вокруг, понимая, насколько тяжело будет находиться здесь Талерении, привыкшей к свободе и пространству леса, в котором она родилась и жила. Но, жизнь повернулась к ним другой страшной и жестокой стороной, и с этим, на данный момент, ничего нельзя было сделать.

– Нам нужен дом, – озвучил самое очевидное Орен. – Хороший надежный дом так быстро не построить, – со вздохом признал он, – но временный дом-сарай построить вполне нам по силам.

– А где брать деревья для постройки? – спросила Кейрин. – Деревья из рощи трогать нельзя, это дома дриад. – Орен погладил внучку по голове.

– Пойду, пройдусь по кромке болота, – сказал он. – Наверняка найдутся погибшие деревья, которые можно использовать либо, как топливо, либо для постройки временного убежища.

– Пап, помоги мне сделать костыль или палку, – попросил Дэвир отца. – Я тоже пройдусь вдоль болот, поищу целебные растения. – Отец и дедушка отправились к болоту, а Кейрин осталась рядом с Талеренией. Женщина лежала неподвижно, ничего не слыша и не ощущая, поэтому могла бы стать легкой добычей хищников, волков или медведя, вот Кейрин ее и охраняла, а, поскольку Кейрин было очень скучно, она стала развлекаться тем, что стала задавать самой себе вопросы, с интересом выслушивать ответы.

Первый вопрос, который она задала, был: как остановить наступление болота на тот пятачок жизни, который еще сохранился?

– Необходимо расчистить от ила русла, устья и поймы трех небольших речек, что впадают в озеро, максимально углубив их. Необходимо очистить речки от плотин, что устроили бобры. Необходимо очистить протоки и русла рек от стволов деревьев, мусора и ила. – Кейрин рассказала отцу и деду все, что узнала, надо сказать, что эти сведения не были каким-то откровением, и Орен, и Дэвир пришли точно к таким же решениям, вот только исполнить задуманное не представлялось возможным. Скоро должен был начаться сезон дождей, и без крыши над головой оставаться было нельзя, но этот же сезон дождей вызовет еще большее разрастание болота, поэтому чистку устья и протоков рек нельзя было откладывать до весны. Такой объем работ двум мужчинам, выполнить было невозможно, им были нужны помощники. Нужны были деньги, много денег, которых у них, в данный момент, не было. Но, примерно, через неделю, после их прибытия в это место, забрезжил рассвет в той черноте и безысходности, что их окружала.

Однажды Дэвир вернулся с болот невероятно довольный.

– Я нашел пурпурную лиану, – радостным голосом сказал он. Кейрин взвизгнула и повисла на шее отца. Пурпурная лиана почти мифическое и баснословно дорогое растение, которое ищут все маги всех профилей и специальностей и зельевары, и целители, и артефакторы, и кузнецы, и изготовители оружия и доспехов. – Завтра я отправлюсь порталом в одно место, – продолжил Дэвир. – Там я продам лиану и найму трех хороших магов для очистки устьев рек. Мага земли, воды и воздуха…

– Дэвир! – предостерегающе закричал Орен. – Это может быть опасно. Маги тебя узнают и…

– Отец, – прервал его Дэвир. – Я думаю, что лорд Нисс никому не рассказывал о том, что я был задержан. Я думаю, что если меня и ищут, то только скрытно, никак не афишируя мое исчезновение. Ты не переживай, я не собираюсь лезть на рожон и появляться в местах, где меня могут заметить и сообщить обо мне. Я знаю места, где процветает незаконная торговля, и где мне никто не будет задавать никаких вопросов…

– Но я все равно подчищу память тем магам, что будут здесь работать, – угрюмо пригрозил Орен. – Я им сотру воспоминание, что это ты их нанимал.

– Хорошо, – со вздохом согласился Дэвир, который никак не мог винить отца за подобную подозрительность. – Мне еще надо запастить материалами для изготовления больше десятка порталов, – предупредил он отца.

– Зачем тебе столько? – удивился Орен, хорошо знающий сколько сил надо истратить на изготовление одного портала, а тут больше десяти.

– Так это плата за мое освобождение, – объяснил Дэвир. – Кейрин нашла какого-то охранника, который назначил такую цену. Она согласилась и магическую клятву принесла, что сдержит обещание. Вот я потихоньку и начну их создавать. – Орен быстро отвернулся, чтобы Дэвир не увидел его взгляда и не догадался, что Кейрин обманула отца. Она не с охранником заключила договор, и платой будут явно не порталы. Орен теперь понял, почему сын все это время так спокойно себя вел. Дэвир даже не подозревал о сделке, которую заключила дочь в обмен на его освобождение. Орен осторожно вздохнул и решил: не знает, пусть и не знает, так ему легче жить, ведь ничего уже изменить нельзя.

Когда маги прибыли Дэвир сразу отправил их к устью, и те даже не подозревали о крошечной рощице дриад, что находилась в нескольких километрах. Они осмотрели место работы, Продумали, как все сделать быстрее и эффективнее, и на следующий день начался штурм устья и поймы.

– Дедушка! – взмолилась Кейрин. – Можно я посмотрю? Хоть одним глазком. Я спрячусь, меня не увидят. – Орену и самому было интересно это видеть, поэтому, завернув жену в одеяло, он вместе с Кейрин отправился к реке, чтобы посмотреть это невероятное зрелище. А смотреть было на что. Маг воды несколькими пассами руки погнал воду вверх по стоку, одновременно с другой стороны, отгоняя ее от берега, оголяя дно. Маг земли закрыл глаза, и оголенное дно вспучилось, выгнувшись дугой, словно внутри образовался и вырос огромный пузырь, А потом этот пузырь лопнул, и вверх взлетели огромные массы грунта, тут же подхваченные мощным воздушным потоком, который создал третий маг. Весь выдранный ил полетел в лес. Три часа спустя (столько времени было нужно магам, чтобы восстановить силы), все опять повторилось. Но Кейрин больше не стала смотреть, вернувшись назад в рощу.

…Они вчетвером благополучно пережили зиму, потом наступила весна, проснулись дриады. Болото отступило, и продолжало отступать от рощи дриад все дальше и дальше. Дэвир с отцом и Кейрин посадили несколько десятков деревьев, в которых со временем могли бы жить дриады. Также Дэвир вместе с отцом заложили фундамент большого просторного дома. Жизнь налаживалась. Эти места были совершенно дикими, никогда сборщики магических растений сюда не добирались. Для Дэвира здесь было просто золотое дно, благодаря редким растениям и дом строился, и болото осушалось, и жили они в достатке, не нуждаясь ни в чем.

Дэвир помнил о своем долге, и все свободное время посвящал созданию артефактов разовых порталов. Кейрин его не разубеждала, понимая, что так лучше для всех. Сама она пребывала в глубочайшей депрессии, горькая тоска не отпускала ее ни на минуту, но никогда, ни одного раза, она не показала свои настоящие чувства ни отцу, ни деду, ни, тем более бабушке. Рядом с ними она всегда улыбалась, смеялась, даже если в эту секунду ее сердце сжималось от безысходности.

Было бы ложью сказать, что она вот прямо так сильно любила своего несуществующего, не рожденного ребенка. Может и не любила, но ей было его так жалко. Он будет совсем маленьким, совсем беспомощным, но за него уже все решили и его жизнь уже отдали. Эти мысли сводили ее с ума. Она ненавидела… нет, не Заэра. Его она, как раз не могла ненавидеть. Он ей сразу честно все описал, и принимать или не принимать условия сделки было только ее решение. Кейрин ненавидела Родэра Нисса, ненавидела Этэра Вира. Это они виноваты во всем, это они должны отдать своих детей, но, увы, ни у того, ни у другого детей не было. Прошел год. В день, когда исполнился ровно год, с того момента, как они попали в эту рощу, в голове Кейрин раздался голос Заэра, напомнившего об этом.

– Прошел год, – только и сказал он. Кейрин вздрогнула от этого голоса, понимая, что это намек на то, что пора выполнять обещание. Она стиснула голову руками.

– Твари, твари, – шептала она. – Как же я ненавижу драконов! Они носятся со своими детьми, а чужих убивают без всякой жалости. – Кейрин сама не поняла как это случилось, но вдруг в какой-то момент она подумала, что если ребенок, которого она должна отдать будет не только ее, но и, например, Нисса или Вира? Сначала эта мысль случайно промелькнула у нее в голове, но потом с каждым днем она все глубже и глубже забиралась в ее сознание. Кейрин не пугала даже мысль о том, что ей придется лечь в постель с кем-то из этих мужчин. Она так их ненавидела, что не боялась даже этого. И ей было все равно, кто из них будет отцом. К кому легче и быстрее подобраться – тот и будет!

– Я хочу, чтобы Родэр Нисс стал отцом моего ребенка. Что для этого мне надо сделать! – спросила она сама у себя и услышала ответ:

– Надо изменить определенным образом внешность и наняться прислугой в его дом.

– Я хочу, чтобы отцом моего ребенка стал Этэр Вир. Что для этого надо сделать? – снова задала Кейрин вопрос, но в этот раз вместо ответа пришла мучительная головная боль. Такая же самая боль, как и та в детстве, когда она спрашивала об Оливии Вэрд. Кейрин поняла, что этот ответ для нее недоступен. – Хорошо, – немного отдышавшись, спокойно сказала она. – Родэр Нисс, так Родэр Нисс, мне, собственно, все равно. – У Кейрин появилась твердая уверенность, что у нее все получится, осталось только придумать, что сказать отцу и деду и как им объяснить свое годовое отсутствие. Год и никак не меньше. Кейрин это сразу подсчитала. – Что сказать отцу? Что сказать отцу? – тихо шептала она, и вдруг получила от самой себя ответ:

– Надо сказать, что ты здесь тоскуешь, поэтому хочешь продолжить учебу под другим именем и с другой внешностью. Надо изменить внешность и временно позаимствовать документы у какой-нибудь девушки, только поступившей в Академию. Сказать отцу, что девушка не хочет учиться, а хочет сбежать с женихом, но ты будешь учиться год вместо нее, чтобы ее богатые родители не подняли переполох. Академия закрытая, военная, твой отец ее знает. Оттуда не отпускают даже на каникулы. Отцу будешь раз в месяц присылать вестника, чтобы он не волновался. – Кейрин стояла с открытым ртом, пораженная до глубины души таким продуманным, таким реальным планом. Потом она побежала к отцу с сообщением, что человек, который помог ему сбежать, якобы потребовал плату. Дэвир хотел отправиться с ней, но Кейрин наотрез отказалась от такой помощи. Она взяла артефакты, немного денег и исчезла.

Кейрин снова сняла комнату в небольшой гостинице.

– Какую внешность мне принять, чтобы Родэр Нисс обратил на меня внимание? – задала она вопрос. И получила ответ с точным указанием места, где находилась девушка, чью внешность она должна была скопировать. Эта девушка сидела на веранде открытого кафе. Кафе было элитное, и Кейрин не могла подойти к ней достаточно близко, потом к девушке подошел мужчина и она уехала. Кейрин ее видела на достаточно далеком расстоянии, поэтому точно ее внешность скопировать не могла, но это было и к лучшему. Точное копирование могло бы вызвать подозрение, а схожесть людей между собой – часто случается.

Кейрин удалось и документы стащить и убедительные доказательства своей, якобы, учебы раздобыть, и она снова появилась в роще дриад, чтобы отец все увидел своими глазами и успокоился. Вот только вместо спокойствия отец, наоборот, страшно заволновался.

– Как, говоришь, зовут ту девушку, вместо которой ты будешь учиться? – спросил он.

– Калира Мальнэ, – четко ответила Кейрин, и тут же спросила: – А что?

– Ничего, ничего, – забормотал Дэвир. – Ты очень сильно похожа на девушку, которую я знал, когда учился в Академии. Она была на четыре курса старше и была подругой… – Он начал говорить и вдруг осекся, не закончив фразы.

– Чьей подругой она была? И как ее звали? – засыпала Кейрин вопросами отца, но Дэвир не ответил. Хотя мог бы сказать, что Кейрин в своем новом облике безумно похожа на Дэри, подругу Трии.

Часть 3. Глава 1

Дэвир был против планов Кейрин. Он пытался убедить ее, что это опасно, пытался убедить ее, что ее разоблачат, и наказание может быть очень серьезным, вплоть до тюрьмы. Кейрин на это горячо возражала, что никакой опасности нет, а если она почувствует, что ее подозревают, то быстро сбежит к отцу и дедушке. Видя, что отец продолжает сомневаться, Кейрин со слезами на глазах сказала, как ей тяжело было жить этот год, не общаясь ни со сверстниками, ни с подругами, не видя ничего, кроме леса и болота. Дриады, что жили в этой роще, были почти дикими, они едва разговаривали, и речь их была похожа на речь трехлетних детей. Односложные предложения, короткие фразы, очень мало используемых слов (Дэвир, его отец и Талерения уже начали их учить, и успехи были огромные, но понятно, что до студентов Академии дриадам было очень далеко).

– Папа, я не могу больше так жить! – плакала Кейрин. – А тут мне подвернулся такой шанс! И это всего на год. Через год я вернусь, и все будет хорошо. – Кейрин три дня уговаривала отца отпустить ее. Наконец, он сдался, и она отправилась якобы в Академию, обвешанная артефактами и амулетами с самыми разными защитными свойствами, а еще отец отдал ей все деньги и все мобильные порталы, которые у него были у него в запасе.

…Кейрин лежала на кровати в номере гостиницы и еще раз обдумывала то, что собиралась сделать. Ей надо было попасть в загородный дом лорда Нисса и постараться устроиться в нем горничной… ну, или кем придется. Дальше Кейрин уповала на свою новую внешность. Разумеется, она догадалась, что лорд Нисс был влюблен сейчас или был влюблен раньше в девушку с такой внешностью. Кейрин подозревала, что девушка его отшила, отказавшись ответить на его чувства. И поэтому, скорее всего, Родэр Нисс и обратит на Кейрин внимание. От этих мыслей она поморщилась. Неприятно было осознавать, что тебя выбирают только потому, что ты на кого-то похожа.

– Ничего, – упрямо шепнула Кейрин. – Это ненадолго. Месяц или два мне придется быть с ним, а как только пойму, что жду ребенка, я убегу, сменю внешность, и больше он меня не увидит. – Она прошептала эти слова, и вдруг поняла, что что-то не так. Ее месть не будет настоящей, не будет свершившейся. Нет. Надо, чтобы он увидел ребенка, чтобы он держал его на руках, а потом потерял. Надо, чтобы и ему было также больно, как больно будет ей. – Я должна оставаться с ним пока не родится ребенок, – тихо прошептала она. – Он должен увидеть ребенка, только тогда ему будет по-настоящему больно. – Кейрин была права. Ее план был хорош, она продумала почти все… кроме одной маленькой детали. Вернее она просто не знала об этом обстоятельстве. Кейрин была почти наполовину огненным драконом. Она не знала об этом, не знала, что драконью ауру скрывает крошечный артефакт, который ей вживили сразу при рождении. Но у ее ребенка такого артефакта не будет и, значит, дракон, отец ребенка (если он не круглый дурак), сразу по ауре малыша увидит ауру огненных драконов, которой у ребенка никак не могло быть, учитывая, что мать обыкновенный человек. А лорд Нисс был далеко не дурак. Если бы Кейрин только могла об этом обо всем знать! Но она не знала. Отец мог бы ей помочь скрыть настоящую ауру ребенка, но ее отец и в страшном сне не мог представить, что собирается совершить его дочь.

…Кейрин купила скромное платье, заплела косу, повязала на голову платок и поехала в сторону загородного дома лорда Нисса.

– Как мне устроиться работать в этот дом? – спросила она у себя.

– Экономка в субботу приходит в ближайшую деревушку к своей подруге. Надо подойти к ней и попроситься на любую работу.

– Так просто? – поразилась Кейрин, но сомневаться в этих словах не стала.

…– Я ищу работу, – робко обратилась Кейрин к дородной женщине со строгим лицом. – Любую работу, – еще тише добавила она. – Могу прибирать, мыть полы, мыть посуду, работать в саду… – Кейрин умоляюще посмотрела на женщину. Та молча рассматривала девушку, не прогоняя, но и ничего не отвечая, но тут на помощь Кейрин пришла другая женщина с добрым и открытым лицом.

– Вот и выход! – радостно сказала она, явно продолжая какой-то разговор. – Девочка вполне сможет заменить Торха, пока он болеет, заодно приглядишься к ней, может, и оставишь ее в поместье, у вас же никогда не хватает слуг. – Первая женщина с сомнением рассматривала Кейрин.

– Ты же знаешь, что хозяин не разрешает никого принимать на работу без специальной проверки… – неуверенно возразила она.

– Да брось, ты! – презрительно махнула рукой ее подруга. – Посмотри на эту девочку. Разве она может быть опасной? А твой лорд Нисс просто парано…

– Марша! – грозно прикрикнула первая женщина. – Я сколько раз просила тебя никогда не обсуждать лорда Нисса с кем бы то ни было, а тем более со мной, да еще в присутствии постороннего человека. – Марша в ответ только недовольно хмыкнула, но послушно замолчала.

– У тебя есть рекомендательные письма? – спросила экономка лорда Нисса.

– Нет, – развела Кейрин руками. – Мама умерла, отец привел в дом другую женщину, а она сказала, что кормить меня не собирается, и сказала, что нашла мне работу… – Кейрин судорожно глотнула. – Но… но… Работа, которую нашла мне мачеха… – Кейрин зарыдала, словно не в силах говорить. Она надеялась, что женщины догадаются из ее намеков, что эта несуществующая мачеха хотела заставить ее заниматься проституцией. – Я убежала, и ищу работу, – не став ничего больше рассказывать, ответила Кейрин. Кейрин повезло. Женщины были добрыми и понимающими, поэтому, наскоро проверив ее документы, Кейрин приняли на работу с испытательным сроком.

Должность, которую Кейрин теперь занимала, можно было бы назвать «подсобный рабочий», она была на побегушках, практически, у всех. Помогала на кухне чистить и мыть овощи, приносила дрова для печки и каминов (чистить камины ей не разрешалось, для этого существовал специально обученный человек), таскала воду: чистую в дом, грязную из дома в выгребную яму. Ни убирать в комнатах, ни мыть окна, зеркала, ни даже вытирать пыль ей не разрешалось, это делали опытные горничные, поскольку в комнатах стояло много хрупких и очень дорогих предметов, и Кейрин в силу неопытности могла разбить их или поцарапать. Также ей не разрешалось находиться в кухне в момент приготовления и подачи еды (это правило ввел лорд Нисс, и оно касалось всей прислуги, кроме поварихи, ее помощницы и экономки), Кейрин, услышав это, вспомнила слова подруги экономки, что у лорда Нисса паранойя подозрительности, и он, поэтому, придумал такие меры безопасности.

Еще Кейрин не разрешалось гладить и складывать вещи лорда. Опять же их гладили и складывали обученные девушки. Кейрин видела эти стопки вещей, идеальная ровность, уголочек к уголочку, никаких свисающих углов, краев. Лорд Нисс был занудой, перфекционистом, снобом и параноиком. Экономка, мисс Мэлси, при приеме на работу строго инструктировала Кейрин насчет порядков в доме, и особенно, предупреждала ее, насчет хозяина.

– Лорд Нисс очень строгий хозяин, – говорила она наставительным тоном, – поэтому, когда он приедет в загородный дом, ты не должна попадаться ему на глаза. Лорд Нисс очень наблюдательный и мгновенно поймет, что ты новенькая. Он и меня поругает, за то, что приняла тебя на работу без его согласия, и тебя будет проверять очень тщательно. И документы, и твою биографию. Врать ему невозможно, он мгновенно и безошибочно чувствует ложь. Так что в те дни, когда лорд Нисс будет здесь бывать, ты спрячешься в своей комнате и носа не высунешь, пока он не уедет. Ты поняла? – Кейрин закивала головой, при этом, подумав про себя, что ее планы кардинально разнятся с предупреждениями экономки. Но об этом думать было рано. Когда Нисс приедет, тогда она и решит, что делать.

Проверки документов Кейрин не боялась. У нее были настоящие подлинные документы погибшей девушки, которую она нашла на дне оврага. Это было в то время, когда отец сидел в тюремном подвале и она искала способы его спасти. Кейрин жила на окраине в захудалой гостинице, стараясь никому не попадаться на глаза. На улицу выходила ночью, осторожно гуляя вдоль небольшой речушки. Однажды она услышала стон и нашла девушку истекающую кровью. Девушка жила последние мгновения. Кейрин бросилась ей помочь, но девушка, схватив ее за руку, вместо мольбы о помощи сказала нечто странное:

– Пожалуйста, забери, выброси или сожги мои документы, чтобы никто не знал кто я. – Кейрин совершенно опешила от такой просьбы, а девушка продолжала: – Не хочу, чтобы мачеха победила. Она сказала, что я сдохну в сточной канаве, не хочу… – Не договорив, девушка умерла, Кейрин, поняв, что не может ей больше помочь, забрала документы и убежала. Дома она прочитала имя Санира Ольес дочь Сандра Ольеса торговца города Бьер. Вот под этим именем Кейрин и поступила на работу. Документы были подлинные, отец настоящий. Была одна опасность, если его привезут, и он не узнает свою дочь… но кто это будет делать? Да и зачем? Так что Кейрин проверки почти не боялась.

Кейрин работала старательно и столь же старательно соблюдала все правила этого дома. Ею были довольны, она это чувствовала и надежда остаться здесь и дальше все больше и больше укреплялась. А еще Кейрин была не болтлива и не любопытна. Она об этом не знала, но именно эти качества сыграли не последнюю роль в отношении к ней мисс Мэлси. Хотя о каком любопытстве могла идти речь? Кейрин так уставала, что засыпала мгновенно, едва ложась в кровать. И своих проблем у нее было выше крыши, чтобы еще интересоваться чужими. Например, она ни разу не поинтересовалась, кто такой Торх, чье место она заняла, и куда он делся. Она вообще забыла о том самом первом разговоре с мисс Мэлси, когда ее подруга предложила взять Кейрин вместо Торха. Кейрин было все равно, а вот экономке нет. Она тщательно с пристрастием расспрашивала прислугу, не интересовалась ли Кейрин у кого-нибудь из них кто такой Торх, почему ее взяли на его место и куда он делся. Поняв, что Кейрин ничего и ни у кого не спрашивала, экономка всей душой расположилась к девушке.

Дни бежали за днями, кончился испытательный срок и как раз в этот момент лорд Нисс решил посетить свой загородный дом, чтобы провести здесь выходные. Он заранее уведомил об этом экономку. В доме поднялся переполох. Снова все комнаты были приведены в порядок, все, что должно было блестеть – блестело, все, что должно было сиять – сияло, все, что должно было пахнуть свежестью и любимыми ароматами лорда – пахло. Дом замер в ожидании хозяина. Кейрин сидела в своей комнате под замком. Мисс Мэлси, боясь, что Кейрин попадется на глаза лорду, просто-напросто заперла ее в комнате, пообещав приносить еду и воду.

Три дня, что Кейрин просидела в заточении тянулись бесконечно долго, но она не роптала, она… радовалась этой заминке, поскольку, как она не храбрилась внешне, внутренне ей было страшно. Страшно встретиться со своим врагом лицо к лицу, страшно пытаться ему понравиться, страшно терпеть его прикосновения. Мысль о прикосновениях вообще вызывала панику и ужас. Кейрин гнала от себя эти мысли прочь, стараясь сосредоточиться на моменте, когда она станет свободной и снова вернется к отцу, постаравшись забыть обо всем, чтобы не сойти с ума.

Она еще окончательно не решила постараться остаться с Ниссом до родов, или бежать от него, едва поймет, что у нее будет ребенок. Вот об этом Кейрин и думала все три дня, а еще о том, что зелье, помогающее в зачатии, будет действовать всего месяц, потом придется покупать новое. А для этого надо будет добраться до столичных лавок, поскольку деревенским знахарям и знахаркам она не верила.

Наконец, лорд Нисс отбыл в свой столичный дом, и Кейрин выпустили из ее комнаты. Снова потянулась уже знакомая жизнь, вынести грязную воду, принести чистую, принести дрова, вынести мусор, но только в этот день все пошло не по плану. Чтобы объяснить все дальнейшее, следует уточнить, что Кейрин в глаза не видела лорда Нисса. Оливия тогда отговорила ее идти к нему на прием, вместо этого посоветовав отправиться к его начальнику лорду Виру. Вот его она видела и хорошо запомнила, а Родера Нисса Кейрин не видела никогда. Она по этому поводу не слишком огорчалась. Она видела лорда Вира в кабинете во время приема посетителей и понимала, что точно также выглядит и лорд Нисс. Такой же форменный сюртук сплошь расшитый золотыми или серебряными позументами, шейный платок, завязанный под самое горло, заставляющий высоко поднимать голову (не иначе, чтобы не задохнуться). «Разве что морда будет другой, – думала Кейрин, представляя своего нового хозяина, – а так все то же самое».

… Лорд Нисс был не только занудой, перфекционистом, снобом и параноиком, он был еще и трудоголиком, поэтому, даже находясь в своем загородном доме на отдыхе, он притащил с собой кучу документов, чтобы поработать с ними на досуге. Оказавшись уже в своем рабочем кабинете, он продолжил изучение бумаг. Каким бы чистюлей и снобом он ни был, комфорт был для него предпочтительнее, поэтому форменный сюртук висел в шкафу, там же находился шейный платок, рукава его дорогущей шелковой рубахи были подвернуты до локтя, а верхние пуговицы расстегнуты. Лорд Нисс раздраженно перекладывал бумаги, заглядывал в ящики стола и грязно ругался. Двух отчетов не хватало, он никак не мог их найти. Немного подумав, он с досадой понял, что, видимо, эти отчеты остались в его загородном доме.

Порталами в Управлении было строжайше запрещено пользоваться, поэтому ему пришлось идти в специальную портальную комнату, чтобы оттуда переместиться в свой кабинет. Бумаги нашлись, Нисс собирался вернуться в управление, но запах блинчиков, заставил его поменять свое решение. Лучше его кухарки блинчики с клубникой не готовил никто. Родэр Нисс отправился на кухню, решив побаловать себя вкусным завтраком.

Дверь из кухни открылась, на пороге показалась девушка с ведром грязной воды. Окинув лорда Нисса внимательным взглядом и не найдя в нем ничего интересного, она отвернулась и молча потащила ведро на улицу. Лорд Нисс оторопел и замер истуканом, что на протяжении всей его жизни случалось всего раза три. Впрочем, ступор длился не долго. В три шага Нисс догнал девушку и рванув за плечо, разворачивая к себе лицом, громко сказал:

– Дэри! – Кейрин от неожиданности уронила ведро, и грязная вода потекла по коридору, забрызгивая и юбку Кейрин, и начищенные сапоги Нисса, но он даже этого не заметил.