Текст книги "Месть полукровки (СИ)"

Автор книги: Раиса Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

Часть 1. Глава 3

Трия тяжело вздохнула. Жизнь и биография Дэвира были простыми и солнечными. Все его любили, все ему помогали, и родители, и преподаватели, у самой Трии в жизни было не столь все безоблачно. Нет, разумеется и любящая семья, и роскошь в ее жизни присутствовали – этого не отнять, но, к сожалению, количество «скелетов в шкафах» просто зашкаливало. И скелеты были не идиоматическим выражением, а, самые, что ни на есть настоящие.

Трия до сих пор с содроганием ужаса вспоминала тот знаменательный разговор с бабушкой, когда Трие исполнилось восемнадцать. Хотя какая Дезия бабушка? Молодая красивая женщина лет тридцати, и при этом, даже не бабушка, а пра-пра-пра-прабабушка.

Трия жила с родителями в роскошном особняке на окраине столицы. Что поделать? В центре жила только титулованная знать, а семья Трии, несмотря на огромные богатства никаких титулов не имела. Но Трия по этому поводу не расстраивалась. Она жила прекрасной, чудесной, веселой жизнью богатой девушки, общающейся со столь же богатыми девушками своего круга. Она получила домашнее воспитание, и считалась прекрасно воспитанной девицей, готовой к замужеству. Характер у Трии был взрывной, но, к счастью, не злой и отходчивый. Она могла вспылить, накричать, обидеться, заплакать, но она жила с таким вкусом к самой жизни, с таким азартом, и энергией, что ей прощали все. Трия была уверена, что так будет всегда, но тут случился тот памятный разговор.

В тот момент Трия готовилась к балу дебютанток. У нее в душе все пело от восторга. Ведь бал, на который ее пригласили, должен был состояться в ИМПЕРАТОРСКОМ дворце! И от этой мысли, хотелось взлететь в небо. Она была единственной из своих подруг и знакомых, кто удостоился такой чести. Трия понимала, что, чтобы получить это приглашение ее семья потратила немало усилий (и денег, конечно), но сейчас для Трии это не имело никакого значения. Она поедет в императорский дворец! Первая из всех поколений, что жили до нее. Подготовка к балу шла полным ходом. Были заказаны целых три платья (на случай непредвиденных обстоятельств), Трия снова и снова повторяла па двенадцати танцев, что будут на этом балу… впрочем, ей это было не нужно. У Трии получалось все и всегда! Мама ей шепнула, что это из-за крови огненных драконов, которая хоть и изрядно разбавленная, все же текла по ее венам. Насколько эта кровь сильна, становилось ясно только после первого оборота, который происходил в тридцать лет. До этого времени оставалось только гадать. Трия ураганом носилась по дому, дел было невпроворот, и тут неожиданный вызов в загородный особняк, где жила бабушка Дезия.

Эта бабушка была очень странной личностью. Она никогда не покидала поместье, посещать ее могли только те, кого она хотела видеть (Трия, например, видела ее восемнадцать раз, то есть по числу своих лет, один раз в год), и, тем не менее, Дезия была главой семьи. Без ее согласия не проходило ничего, Трия не понимала такого влияния, и про себя решила, что когда она повзрослеет, никакая бабушка не будет иметь над ней власти. Родители были не в счет, они всегда шли на поводу желаний Трии (и ее младшего брата, которого Трия с удовольствием третировала).

Этот вызов к бабушке Трие не понравился и будь ее воля, она бы его проигнорировала, сославшись на занятость, но родители вели себя так, что Трия поняла, об отказе не может быть и речи. С хмурым недовольным выражением лица, она отправилась навстречу родственнице. Удивительно, но бабушка встретила ее с точно таким же лицом хмурым и недовольным. Они смотрели друг на друга, словно в зеркало, потом обе рассмеялись и вполне по-дружески устроились в дальней беседке, со всех сторон которой было открытое пространство, Трия догадалась, что место встречи было выбрано не случайно, Дезия не хотела, чтобы их подслушали.

Для начала Дезия положила перед Трией какой-то артефакт и попросила ее положить на этот артефакт свою левую руку. Трия безропотно подчинилась, про себя посмеиваясь над странностями бабушки.

– Трия, – торжественно сказала Дезия и этот пафосный тон, также насмешил Трию. – Ты сейчас принесешь над этим артефактом клятву о неразглашении всего, что ты от меня услышишь. Повторяй за мной. Клянусь никогда и никому не рассказывать, клянусь никогда не записывать, клянусь никогда и никому пытаться передать ментально в виде образов, клянусь никогда и никому попытаться передать жестами или мимикой то, что услышу. – Трия честно повторяла слово в слово, а сама уже горела нетерпением в предвкушении услышать какую-то семейную тайну. Мысли неслись вскачь, предположения рождались в голове одно фантастичнее другого. Самым правдоподобным было предположение о том, кто-то в их семье является внебрачным ребенком Императора. Хотя, к чему такие тайны и сложности? Все знали, что у императора несколько внебрачных детей, о бастардах императора говорили чуть ли не вслух. Так что вряд ли тайна бабушки касается именно этого. Дезия с доброй усмешкой смотрела на Трию, и той показалось, что бабушка читает ее мысли, словно открытую книгу. Трия чуть покраснела, хорошо понимая, что благовоспитанная, благородная девица, о таком думать не должна. Словно вторя ее мыслям Дезия сказала: – Нет, мы не принадлежим к семье императора. Но мой рассказ к императорской семье имеет прямое отношение. Для начала я хочу спросить, что ты знаешь о войне, что была между отцом нынешнего императора и его дядей?

– Все! – уверенно ответила Трия. – Отец нашего императора смог уничтожить своего подлого вероломного брата, который бесчестно, путем лжи и предательства хотел отнять у него трон и самому править, утопив страну в крови…

– Вот поэтому я все это делаю, – вскочив на ноги и непонятно к кому обращаясь, закричала Дезия. – Вот поэтому я все это и делаю, – снова, уже намного тише повторила она и села на скамью рядом с Трией. – Я сейчас расскажу тебе то, что ты не прочитаешь ни в одной книге, ни в одном свитке, то, что не найти ни в библиотеках, ни в хранилищах книг и рукописей. Потому что все сведения уничтожены и очень мало осталось тех, кто помнит.

…Императорская семья принадлежит к Драконам воздуха, возможно поэтому отец назвал сыновей Элер-Тор, что значило Ветер-Ураган, и Элер – Тир, что значило Ветер-СмерЧасть Такие похожие имена были даны детям не случайно. Ты знаешь о том, что они были близнецами? – пораженная Трия могла только отрицательно покачать головой. – Они были близнецами, и это сыграло в жизни Тира свою страшную роль. Так получилось, что никто не мог сказать, кто из братьев старший, а кто младший.

– Но разве мама мальчиков об этом не знала? – удивилась Трия.

– Возможно, и знала, – согласилась Дезия, – вот только в момент рождения она уже была мертва, и детей доставали из ее тела, разрезав живот, пока и дети не погибли. Первым достали Тора. Но когда маги проверяли детей на старшинство, то по всему получалось, что старшим должен был быть Тир и только роковое стечение обстоятельств, поставило под сомнение это право наследования.

– А почему умерла мама мальчиков? – задала Трия интересующий ее вопрос, ведь если бы не эта смерть, то история пошла бы по другому пути.

– Честно говоря, точно не знаю. Говорили о несчастном случае… но больше всего говорили о Проклятии, висевшим над императорской семьей.

– Проклятии? – снова поразилась Трия. – Кто же мог наложить его?

– Говорили о Повелители Демонов, – неуверенно ответили Дезия. – Как ты понимаешь, такие вещи не обсуждают и за стены дома не выносят. Но такое Проклятие точно есть и точно действует, было уже три случая.

– Какие, с кем? – начала спрашивать Трия.

– Я потом тебе расскажу, – со вздохом ответила Дезия, – а сначала о Тире и Торе. Их мать умерла, она была истиной императора и он, после ее смерти, словно сошел с ума. Сыновей воспитывал в строгости, граничащей с жестокостью, и постоянно повторял, что поскольку право наследования очень сомнительно, то трон получит лучший из сыновей. Ну, мальчики и старались, рвали жилы на тренировках, соревнуясь во всем, в учебе, в магических поединках. Когда они смогли принять драконью ипостась (это бывает после тридцати лет), то уже и их Драконы вступили в соперничество.

Каждый из сыновей понимал, что в одиночку бороться бессмысленно, поэтому и Тор, и Тир искали друзей, соратников, сторонников и вот в этот момент стало понятно, насколько братья не похожи друг на друга. Тир собирал под свое крыло тех, кто был на его стороне по убеждениям, по личным симпатиям к Тиру, собирал тех, кого не интересовали ни деньги, ни слава, а только победа справедливости, в которую они верили. Тор же обещал сторонникам, в случае победы материальные блага, должности и деньги. Теперь я понимаю, – грустно сказала Дезия, – что с таким подходом к выбору соратников Тир был обречен изначально, хотя тогда казалось, что все будет наоборот.

Правой рукой Тира был его друг Киррэт Аргэт. Киррэт из рода огненных драконов…

– Я знаю о нем, – обрадовалась Трия. – Это был самый подлый, самый вероломный и жестокий дракон, какой когда-либо вообще рождался! – явно по памяти, цитируя строки из какого-то учебника, произнесла она.

– Вероломный… подлый, – тихо повторила Дезия. – К твоему сведению, огненные драконы, в принципе не могут быть вероломными, подлыми, изворотливыми… жестокими? Это да. Огненные драконы могут быть жестокими, а вот хитрость, изворотливость, вероломство и подлость – это нет. Они, наоборот идут напролом, открыто ненавидя, открыто любя, их драконья огненная ипостась не может вести себя по-другому. Так что все, что сказано о Киррэте Аргэте в твоем учебнике – ложь, от первого до последнего слова. Преданней друга, чем Аргэт, невозможно было найти и он это доказал своей жизнью, и… своей смертью. – Глухо закончила она.

– Так этот Киррэт был другом принца Тира? – спросила Трия.

– Да, они познакомились в академии и стали друзьями. Киррэт был из благородной и многочисленной семьи, огненных драконов. Он был настолько убежден в том, что только Тир может и должен стать будущим императором, что за несколько следующих десятилетий… да, да, да, – подтвердила Дезия свои слова, – до начала войны между братьями прошло еще больше двухсот лет, но соратники у каждого из братьев стали появляться, еще, когда они были чуть ли не подростками. Первый круг составляли их близкие друзья. Киррэт привел под знамена Тира всю свою многочисленную семью, включая дядей, тетей, кузенов и кузин… Да! – с чувством сказала Дезия, снова прерывая свой монолог. – У огненных драконов сражаться могли и женщины. Они были так сильны, что немногие драконы других стихий могли противостоять им. Жена Киррэта и его старшие два сына тоже участвовали в этой борьбе.

– Киррэт был женат? И где же его жена? – удивилась Трия. В учебниках было ни слова о его семье.

– Убили, – судорожно глотнув ответила Дезия. – Ее звали Энис. Ее просто убили не в бою, а как приходят грабители и убийцы. Под покровом ночи, пришли и убили.

– Но как же так? – возмутилась Трия. – Женщин драконов не убивают!

– Убивают, еще как убивают. Но я лучше все тебе расскажу по порядку. Киррэт встретил свою истинную. Это невероятная редкость, ты уже и сама об этом знаешь. У истинной пары рождаются драконы с самым сильным даром, какой только может быть. Энис родила двух сыновей, но когда те были взрослыми, у нее родилась еще дочь. Это случилось в то время, когда уже все понимали, что Тир проиграет. Предчувствие гибели витало в воздухе, возможно, поэтому Энис своей дочери дала имя Маири, что, на древнем языке, значит, последняя. О том, что девочка родилась, не знал никто. Киррэт отправил Энис с дочерью в дальнее поместье, надеясь защитить от гибели.

– Откуда ты все это знаешь? – вдруг спросила Трия.

– А ты не догадываешься? – с легкой насмешкой спросила Дезия. Трия на секунду задумалась. Если бы дочь Киррэта звали Дезия, то было бы понятно, что маленькая девочка – это она. Но девочку звали Маири…

– Маири – это ты? – в упор спросила Трия. Дезия кивнула головой.

– Да, Трия. Я младшая дочь Киррэта, о которой никто не знал, иначе меня обязательно бы нашли и убили, как убили всех в нашей семье и в нашем доме, в том числе слуг и даже детей слуг. Память – вот главное, что хотели уничтожить этими смертями. Но я жива, и я помню.

Часть 1. Глава 4

– Мне шел тогда шестой год. Я слышала разговоры родителей, слышала разговоры слуг, я понимала и осознавала, что происходит. Я помню ту ночь, когда окружили наш дом. Мама сразу поняла, что ей не уйти, но меня спасти было можно. Она провела меня к потайному ходу, в руках у нее были какие-то детские вещи.

– Переодевайся, – быстро шепнула она мне. – Я без возражений натянула на себя старенькое платье одной из дочек прислуги и ее старые носки. Башмаки были мне великоваты, но говорить об этом я не стала. Мама достала ножницы и отрезала мне волосы до плеч, потом помогла мне надеть плащ и старую шляпу. – Маири, – мама крепко прижала меня к себе, – ты должна бежать. Ничего не бойся. Ты сильная и справишься со всем. Вот, – мама дала мне в руки сумку. – здесь кинжал, немного еды и немного денег. Побежишь через лес, а когда выйдешь к какой-нибудь деревне, кинжал и часть денег спрячешь. Я дала тебе мелкие деньги, так будет безопаснее и ты не вызовешь подозрений. Скажешь, что отстала от обоза и заблудилась в лесу. Никому и никогда не называй своего имени. Никому и никогда не рассказывай о себе. Скажи, что тебя зовут Клер. Долго не оставайся на одном месте, не больше года или двух лет. Ты будешь взрослеть медленнее других детей, это могут заметить. Насколько возможно отсрочь обретение драконьей ипостаси. Тогда спрятаться будет намного труднее. Твоя радужка глаз в минуты волнения будет полыхать огнем, а держать себя в руках огненным драконам невероятно тяжело.

Прощай моя девочка. Помни о нас. Это важно. Мы жили, мы боролись за то, во что верили и мы ушли, не склонив ни перед кем головы. – Мама закрыла дверь потайного хода и я слышала, как она заваливает вход какими-то предметами. Я побежала вперед. Бежала и плакала. Плакала и бежала. Ход вывел меня в лес. Было темно и в лесу можно было легко заблудиться, но в этот момент зарево пожара осветило окрестности. Это горел наш дом. Со всех ног я побежала в противоположную сторону.

По лесу я бродила семь дней. Я давно съела то, что припасла мне мама. Я ела ягоды и сырые грибы, даже не подумав о том, что они могут быть ядовиты. Но мне не повезло. Внезапно разболелся живот, меня стало тошнить и так случилось, что именно в этот момент я вышла к какой-то деревне. Потеряла сознание около чьего-то дома. Хозяева оказались хорошими людьми. Меня выходили, но со мной что-то произошло, я больше не могла говорить.

Меня отвезли в приют при монастыре ближайшего города, там мне дали какое-то имя. Я помнила слова мамы и через два года сбежала из этого приюта, прибившись к какому-то обозу. Потом был еще приют и новое имя, потом еще и еще. В одном из приютов маг-лекарь помог мне избавиться от немоты, причина была – психологическая травма, он помог мне с ней справиться. Я снова могла говорить, но я научилась молчать, и это помогло мне в жизни.

Я очень медленно взрослела физически, поэтому хоть и выглядела, как десятилетняя девочка, психологически я была старше сверстниц. Это помогло мне выживать. Когда я стала выглядеть лет на шестнадцать, я, наконец, нашла монастырь (это уже было в столице), где девочки из приюта находились под патронажем императрицы и других ее приближенных дам. Девочкам из этого приюта давали довольно сносное образование, небольшое приданное и выдавали замуж за достаточно обеспеченных мужчин. В основном это были пожилые военные, не сумевшие завести семью в положенное время. Считалось, что этим девушкам из приюта сказочно везет. Ну как везет… меня, например, выдали замуж за пожилого генерала, потрепанного жизнью, обрюзгшего, с толстым животом и залысинами на голове, которые он старательно прикрывал, отрастив волосы на висках. Он был неплохим человеком, но близость с ним отбила у меня охоту на всю оставшуюся жизнь, к этой части семейных отношений, – губы Дезии передернулись от отвращения.

– В шестнадцать лет тебя отдали старику?! – возмутилась Трия.

– Я выглядела на шестнадцать, а в реальности мне было больше двадцати, – поправила ее Дезия. – То ли мои силы добавили жизни моему мужу, то ли он, правда, влюбился в меня, только за первые семь лет нашего брака у меня родилось трое детей. Два сына и дочь. Дочь была средним ребенком. – Трия удивленно посмотрела на Дезию. Насколько она знала, во всех поколениях ее семьи был только один наследник. Наследование шло по прямой, и никаких боковых ветвей не было. Дезия заметила ее недоумение и вдруг, совершенно другим жестким и холодным тоном, сказала. – Весь мой предыдущий рассказ, был таким вступлением к тому, что я тебе сейчас расскажу. – Трия насторожилась.

– И что же случилось дальше? – осторожно спросила она.

– Обстоятельства заставили выйти замуж за простого человека не дракона, к тому же, напрочь, лишенного магического дара. Как ты понимаешь, рожденные у меня дети были драконами только наполовину. Если бы мы с мужем были истинными, то даже то обстоятельство, что он был только человек, не лишило бы моих детей способности к обороту, но, увы. Мои дети не могли принимать драконью ипостась. Это с одной стороны было даже хорошо, поскольку они росли, как обычные дети, и у моего мужа, и всех наших знакомых, не закралось никаких подозрений об их происхождении. Конечно, по ауре можно было это заметить, но в империи были единицы тех, кто мог видеть ауры.

Я была, конечно, расстроена, что из-за меня, дети лишились возможности быть драконами, но я себя утешала тем, что хоть они не могли оборачиваться, половинка драконьей магии наделяла их и бесконечным здоровьем, и бесконечной жизнью. Я долго думала рассказывать детям об их предках, или нет. Решила, что обязана рассказать, но только когда им исполнится восемнадцать лет. Мой старший сын был первым, кто услышал эту историю. Я совершила страшную ошибку, не заставив его принести ту клятву, что принесла ты сегодня. За свою недальновидность я поплатилась очень скоро, и очень жестоко. Сын пришел в восторг, узнав, какие у него гены. Он много расспрашивал меня о моих родителях, и вообще о драконах. Я рассказала ему все что знала, и все, что помнила.

В этот момент соседние племена напали на наши границы, уничтожив несколько гарнизонов. Мой муж возглавил огромное войско, с тем, чтобы остановить орду. Сына он взял в свой штаб, в качестве адъютанта.

– Ах, да, – встрепенулась Дезия, – забыла сказать. В нашем доме был портал, соединенный с тремя городами, чем более высокую должность кто-то занимал, тем с большим количеством городов, он имел права соединяться порталом. Я так подробно говорю об этом, потому что это обстоятельство сыграло свою ключевую роль, в том, что случилось.

Муж блестяще разгромил врагов. Ему удалось схватить вождя и его брата… и его дочь. Женщины в этом племени воевали наравне с мужчинами.

Мужа ранили. Его отправили домой на лечение, но сын оставался в штабе. Он в составе большого отряда конвоировал пленников, которых в клетке везли в столицу. Я была спокойна, и занималась уходом за мужем, как в одну из ночей активировался портал в нашем доме. Встревоженная я поспешила выяснить, в чем дело, и тут с ужасом увидела сына, в сопровождении двух грязных лохматых мужчин и одной девушки.

– Мама, – бросился сын ко мне, – этим людям нужна помощь. Я поклялся своим именем, и своей жизнью, что им никто не причинит вред в нашем доме. – К счастью, мне хватило мгновения, чтобы понять, что передо мной стоит вождь варваров с братом и дочерью. К еще большему счастью, мне хватило ума ничем не выдать свой страх, ужас и гнев. Их провели в комнаты для гостей, и пока они ждали, когда наберется вода в ванны, им принесли вино. Чтобы они не сомневались, что в вино ничего не подмешано, я выпила вместе с ними. Надо ли говорить, что в вине было снотворное, которое благодаря моему дракону, на меня не оказывало никакого действия. Они все уснули. Сын в это время переодевался у себя в комнатах, и я быстро пошла к нему, чтобы поговорить.

– Ты, что наделал?! – стараясь не кричать слишком громко, чтобы не побеспокоить мужа, спросила я. – Это же те преступники, которых охранял твой отряд. Ты не имел права их освобождать…

– Мама, – перебил меня сын. – Я вынужден был это сделать. – Наира сказала, что никогда не убежит со мной, никогда не бросит отца и дядю, и я был вынужден, освободить и их!

– Бежать? Куда ты собирался бежать с этой девушкой?

– Куда угодно! Я ее люблю больше жизни. Я за нее жизнь отдам! Я спрячу их в нашем доме, а потом… – Я с ужасом смотрела на сына и не понимала, он дурак, или… дурак? Да этих людей будут в первую очередь искать в нашем доме! Маги сразу определят, куда был направлен переход через портал, и этих людей найдут в любом случае, как бы мы их не прятали. К тому же пропажа сына тоже будет замечена и все сразу догадаются, кто освободил пленников.

– Ты же понимаешь, что совершаешь государственную измену? – дрогнувшим голосом спросила я. Но сын снова начал говорить о том, что любит девушку больше жизни. Я перебила его добавив, что он любит девушку не только больше своей жизни, но и больших наших тоже. – Их надо отправить назад, – твердо сказала я, устав слушать бред сына, и вот тут он мне сказал:

– Если она умрет, то и мне жить незачем, но если ты такая жестокая, то таким жестоким буду и я. Я всем расскажу, что ты дочь государственного преступника, всем расскажу, что ты огненный дракон! – Я смотрела на него и думала, что он готов отдать наши жизни за какую-то девку, которая даже не была его истинной!

– Ты убила его! – ахнула вдруг Трия, догадавшись об этом, посмотрев в глаза Дезии, которые были наполнены неизбывной болью.

– Да, я убила его, – тихо подтвердила женщина. – Один удар кинжалом в сердце. Но этого было мало. Надо было вернуть пленников назад. Я сама этого сделать не могла, поэтому разбудила мужа, и все ему рассказала. У него хватило сил подняться, потом мы с помощью слуг, перетащили тела спящих в портал и, отослав слуг, я принесла к порталу тело сына, завернутое в ткань, чтобы никто из слуг (которые, несомненно, издалека следили за нами), не смогли догадаться о том, что случилось. Муж поразился тому, что я в одиночку могла нести мужчину, но в этот момент, мне было не до скрытности.

Прибыв на место, мы осмотрелись, все оказалось еще хуже, чем мы предполагали. Сын усыпил всех, в том числе охрану и дозорные посты, оставив, таким образом, людей без защиты. Муж скрипнул зубами, поскольку вокруг были его друзья, с которыми он воевал плечом к плечу и из-за какого-то восемнадцатилетнего мальчишки, они лежали на земле беспомощные и беззащитные, если бы враги знали…

Муж сам убил и вождя, и его брата, и девушку. Иначе они могли бы рассказать о нашем сыне. Потом мы постарались сделать все так, что это якобы сын убил врагов, которые, каким-то образом выбрались из клеток. Все это было шито белыми нитками, но ничего другого мы придумать не могли. Едва успели вернуться, как через час к нам прибыли с посланием, что наш сын погиб. Муж отправился порталом назад, шепнув, что постарается все запутать так, чтобы никто, ни о чем не догадался. Его не было два дня, а когда он вернулся, сил у него уже не осталось. Он умер этой же ночью, я осталась вдовой с двумя детьми.

После похорон я поняла, что надо уезжать, моя молодость стала бросаться в глаза, хоть я и грим старческий на лицо наносила, и некоторые пряди волос сделала седыми. Мы продали дом с землей и переехали на другой конец империи. Я постаралась, чтобы о нас забыли. Но тут, как раз подоспело восемнадцатилетия моей дочери. С нее я взяла клятву о том, что она и никому не сможет рассказать, что услышит от меня. Угрозы моего старшего сына убедили меня, что так будет правильно.

Рила, как и ее старший брат, обрадовалась и своей непрекращающейся жизни, и своей бесконечной молодости. Но с ней я хотела поговорить о другом.

– Рила, – серьезно и жестко сказала я. – Чтобы твои дети могли обрести способность оборачиваться и летать, ты должна выбрать на роль отца своих будущих детей обязательно дракона.

– И где я этого дракона буду искать? – сразу «в штыки» встретив мои слова, спросила Рила.

– Ты, главное не спеши. Не спеши влюбляться, не спеши совершать какие-то непоправимые вещи.

– Какие, например? – тут же заинтересовалась дочь. Я когда говорила о непоправимых вещах, имела в виду, что она не должна спешить, с кем-то связывать нить жизни, даря избраннику свои жизненные силы и свою жизненную энергию. Драконам чужие силы были не нужны, а, вот обычному человеку, или магу, или тому в ком течет только восьмая часть драконьей крови или еще меньше, чужие жизненные силы были очень необходимы, даря продление жизни, здоровье и молодость. Все это я хотела сказать дочери и вдруг испугалась. Она не знает о подобном ритуале – ну и хорошо, пусть и дальше не знает.

– Я говорила, чтобы ты… – замямлила я, не зная, что быстро придумать, – чтобы ты не разбила себе сердце, выбрав того, кто тебя не достоин, – нашлась я, но Рила не поверила моим словам. Она заподозрила, что я от нее что-то скрываю, и нашла самый простой способ это выяснить. Она пошла в общественную библиотеку и потом, в течение нескольких недель читала о драконах все, что только могла найти. Разумеется, она прочитала и о ритуале связывания нитей жизни. Я очень надеялась, что моей дочери хватит благоразумия поступить так, как я ей советовала, то есть не спешить.

Огненные драконы были уничтожены. Те, в ком была четверть или даже меньше крови огненных драконов находились в опале. Но я мысленно говорила себе: «Пусть они находятся в опале, пусть они живут в дальних поместьях – главное, чтобы они вообще БЫЛИ!». Я мечтала, что Рила встретит огненного полукровку и тогда была большая вероятность того, что их дети хоть и останутся драконами только наполовину, но они смогут принимать драконью форму и смогут летать! Как я мечтала об этом, как мечтала… Рила влюбилась в обычного человека, не мага. Да, он был хорошим человеком, да, она была с ним счастлива какое-то время, но сын, который у них родился, был драконом всего на четверть. Для меня это было страшное разочарование, но настоящее разочарование ждало меня еще впереди.