Текст книги "Реквием по иному миру (СИ)"

Автор книги: Павел Чагин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 32 страниц)

Глава 25. Сидя у костра

– Чего тебе Саня? – Риган принял входящий вызов. – Подопечные никак чудят?

– Пока что нет, сэр. Меня беспокоит советник…

– А что с ним не так? – удивился Риган.

– Час назад он попросил у меня топор из коллекции и ушел за периметр барьера. А теперь, он рубит валежник в саду и разводит огонь, – сообщил Волков.

– Ага… уже наблюдаю, – Риган вызвал изображение с внешних камер. – Так не мудрено, ты жену его видел? После такого у кого угодно крыша поедет. Знаешь, что Саня… давай не будем ему мешать. Ты как-нибудь найди предлог чтобы рядом побыть, а я сейчас с Черновой переговорю.

– Вас понял, выполняю, – волков отключился.

Спустившись с верхней обшивки «Толлау», лингвист направился прямиком к Гайсину. Советник уже развел небольшой костер и подтащил поближе несколько бревен. Сложив их квадратом вокруг костра, он уселся на одно из них и палкой поправлял поленья.

– А, Александр… – советник поднял задумчивый взгляд. – За топором пришел?

– Не совсем, – честно ответил Волков. – У вас все в порядке?

– Ох… да как тебе сказать? Ностальгия знаешь ли замучила. Я ведь родился и вырос на Земле. Раньше мы с Далией часто ходили в походы, пекли картошку на углях, шашлык жарили. Проводили ночи в палатке под открытым небом. Не уверен, что ты меня поймешь.

– Разрешите?

– Присаживайся. Думаю, огонь не будет заметен издали, Лис постарался чтобы стены были высокими.

– После нашей спасательной операции костер – это меньшее что должно беспокоить, – улыбнулся Волков впервые за день.

– Да уж… готов поспорить что сейчас появится Чернова, осведомиться о моем состоянии, и сам капитан, как бы невзначай, – вздохнул советник. – А вон и твои девчонки плетутся.

– Им можно сюда? – на всякий случай спросил Волков.

– Конечно, это же женщины. С ними всегда веселей… – советник поднял руку и жестом пригласил эльфиек к костру.

Тихонько рассевшись вокруг, сестры уставились на пламя. Советник молча подкинул дров и поправил их палкой. Небо темнело на глазах, становилось прохладно, но жар от огня приятно согревал ноги. Минут через десять, как и предсказывал Гайсин, подтянулись Ольга, и Риган.

– У меня все хорошо! – сразу ответил советник, не дожидаясь вопроса.

– Снимаете стресс? – спросила Чернова.

– От части. Захотелось сменить обстановку. Когда еще доведется вот так посидеть на природе?

– Советник вырос на земле… – пояснил Волков.

– Серьезно? – Риган нахмурился. – Так сколько ж вам лет то, милейший?

– Много, капитан, много… Я ведь, кажется, говорил, что проект по восстановлению планеты мы с женой начинали вместе?

– Ну да… – припомнил капитан. – Но я как-то не придал этому значения.

– А правда, сколько вам лет? – спросила Арари осторожно.

– Вам то это зачем? – советник удивленно приподнял бровь.

– За те несколько дней, как вы прилетели, многое случилось, – ответила за нее Аманис. – Вы спасли наш народ, ни смотря ни на что, и кормите даже варгов… А мы почти ничего не знаем о вас.

– Справедливое замечание, – поддержала Анна, тихонько возникшая позади капитана.

– Ну… – советник смутился такому вниманию к своей персоне. – Скажем так… мне немногим более пятисот лет, с учетом стазиса.

– Мать моя! – воскликнула Фирен. – Да вы старше меня на пару сотен… А что такое стазис?

Риган переглянулся с Гайсином и остановил взгляд на Волкове.

– Расскажи Саня, вреда не будет.

Волков вздохнул, подбирая слова так, чтобы быть кратким, и выбрал в слушатели Аманис.

– Дело в том, что мы путешествуем на огромные расстояния. И, чтобы не тратить ресурсы попусту, люди придумали гибернацию. Ну или анабиоз. Проще говоря, это многолетний сон в глубокой заморозке. Этот метод был настоящим прорывом в исследовании космоса, но долго не продержался. Вскоре наши ученые открыли несколько важных принципов мироздания. А чуть позже и вовсе оказалось… – Волков осекся, и посмотрел на капитана.

– Да говори уже, – разрешил он.

– В общем, оказалось, что, покинув Солнечную систему люди обрели бессмертие. А также, кроме всего прочего, научились управлять временем. Когда нужно, мы замедляем его течение вокруг себя и столетия снаружи примерно равны минутам внутри. Это и есть стазис. К слову, провизию мы тоже храним в стазисе.

– Если все так… – Аманис задумалась. – Сколько же лет тебе, Ксандр?

– Вы удивитесь, но Волков старше меня на пятьдесят лет, кажется?

– Пятьдесят два, если быть точным, капитан, – поправила Анна. – Александр был в первом составе команды «Толлау». А вы взошли на борт уже во времена первой колониальной войны.

– Постой, Ксандр, ты говорил, что этому кораблю лет четыреста, – Фирен припомнила недавний разговор на посадочной площадке.

– Может быть в это трудно поверить, но все мы здесь закаленные в боях ветераны, – терпеливо пояснила Чернова. – Каждый из нас прожил не один век и обладает огромным запасом знаний, навыков, и опытом поколений. Кроме того, мы быстро учимся, можем управлять своими телами, не стареем, и ничего не забываем. Хотя, кое-что лучше бы и забыть…

– Но как же это? – растерялась Арари. – Вы так молодо выглядите!

– Спасибо милая, – улыбнулась Ольга. – Как правило, мы остаемся в том возрасте, в котором приходим на флот. Каждый человек сам решает, когда сделать выбор. Многие предпочитают прожить нормальную жизнь в колониях, вырастить детей, а уж потом поступить на службу. Кто-то и вовсе остается дома. А кто-то как Волков.

– Не нужно, Ольга, – прервал ее Ксандр.

– Я только хотела сказать, что ты пришел на флот молодым, а от того и выглядишь свежим. Хотя, при нынешнем уровне медицины это такая мелочь…

Минут на пять у костра воцарилась тишина. Только дрова мерно потрескивали, да редкие искры затухая на лету уносились ввысь. Арари толкнула сестру локтем и кивнула в сторону Черновой. Аманис, дождавшись пока та посмотрит на нее, спросила:

– А что с нашим отцом?

– Ах да… – спохватилась Ольга Павловна. – Ранение было не опасное, но если бы дело только в нем. У батюшки вашего все очень и очень грустно.

– Он скоро умрет, мы знаем, – волнуясь проговорила она. – Как долго ему осталось?

– Да нет, Бог с вами, – поспешила успокоить Ольга. – Просто лечение займет больше времени. Придется подержать его недельку в реакторе, и все.

– А каков возраст вашего отца? – спросил Волков вкрадчиво.

– Больше тысячи лет, в пересчете на ваши годы, – прикинула Фирен.

– Должно быть он уже начал исчезать? – предположил лингвист.

– Ты и это знаешь… – вздохнула Аманис. – Мы почти смирились с этим.

– Да никуда он не исчезнет! – воскликнула Чернова. – Это я вам как начальник медслужбы говорю! Ну да, были кое какие клеточные аномалии, деградация тканей, увечья. Но это же не фатально! Мы откатили его геном к наиболее стабильному состоянию, провели регрессивное структурирование. Сейчас он проходит интенсивную регенеративную терапию.

–Что? Что они сделали?! – Фирен перевела встревоженный взгляд на Волкова.

– Вернули тело к исходному состоянию, – пояснил он. – Все будет хорошо, одним словом.

– Что ж… – Аманис вздохнула прерывисто. – Если все так, то нам остается только надеяться и верить.

– К слову… – Арари опустила глаза. – А как мы будем их благодарить?

– Нам нечего дать, кроме своих тел. Но мы не безрукие! – Фирен встала. – Мы не станем есть хлеб даром!

– Давайте не будем торопить события, – предложил Советник рассудительно. – Я ценю ваше рвение, но пока что оставим все как есть. Заботьтесь о своих сородичах, а Волков позаботится о вас. Отъешьтесь немного, отоспитесь. А там ваш отец придет в себя, и мы обо всем обстоятельно поговорим. Хорошо?

– Воля ваша… – Фирен снова уселась на бревно. – Простите за резкость.

– Скажите, а что стало с той дьяволицей? – вспомнила вдруг Арари.

Гайсин вздрогнул. Он только – только забылся, и на тебе! Святая простота…

– Она не дьяволица, – советник смущенно улыбнулся. – Это моя бывшая жена. Она же руководитель всего этого комплекса. Планетарный управляющий, если быть точнее.

– Ой! Простите, я не хотела... – Арари прикрыла ладонью рот, но реакция была запоздалой.

– Да чего уж там, вы сами все видели. Я даю советы целому флоту, а здесь поделать ничего не могу, – признался советник.

– Вы не представляете, как я вас понимаю! – не выдержал Риган. – Раз пошел у нас такой разговор, то я расскажу вам то, чего нет ни в одном личном деле. Знает об этом только Волков, да еще пара членов команды.

Гайсин поднял на него взгляд. Риган раскраснелся и расстегнул китель, чтобы было легче дышать. Он от чего-то не ожидал, что капитан так проникнется его горем.

– Вы удивляетесь, Иен, почему у меня с Анной такие странные отношения, ведь так?

– Есть такое… – кивнул советник.

– Вы знаете, что «Толлау» участвовал в конфликте на «Эдем – 4». Но вы наверняка не знаете, что в этой трагедии я потерял жену.

– Вот как? – советник стал серьезнее. – Я действительно этого не знал.

– Мы служили на одном корабле, хоть это и не приветствуется на флоте. В результате серьезной пробоины, моя милая Анушка получила тяжелое ранение. О таких говорят: не совместимое с жизнью. Я поместил ее в стазис, и как только «Толлау» вышел из боя, сразу отнес в медотсек. Но было уже поздно. Стазис продлил ее жизнь лишь на несколько мгновений…

– А как же слепок сознания?

– Что-то пошло не так, советник. Совсем не так… Корабль получил критические повреждения, мы теряли высоту... Было задето ядро, пробит реактор. В общем, когда удалось худо-бедно привести их в порядок – время уже ушло. Слепок ее сознания был поврежден, оборудование практически вышло из строя. Много позже, я пытался все исправить, обращался к именитым специалистам флота и колоний, но толку не было. Как раз тогда в системы кораблей начали повально внедрять навигационных андроидов. Для воссоздания полноценной личности слепка не хватало, а вот для андроида – даже с лихвой. Терять было уже нечего, так что я, как хранитель ее наследия, дал свое добро.

– Анна Конти? – спросила Чернова, грустнея на глазах.

– Она оставила девичью фамилию. Так было проще избегать неудобных вопросов, – смущено улыбнулся Риган.

– Так значит Анна…

– Да, советник. Она одновременно аватар ядра «Толлау», навигационный андроид, и то немногое, что сохранилось от моей несравненной, горячо любимой жены. Такие вот дела…

– Зачем вы мне рассказали об этом, Патрик? – подумав, спросил советник.

– А затем, Иен, чтобы вам стало легче. Мою любимую уже не вернуть, а у вас есть хоть какие-то шансы.

– Вы правы, черт возьми… еще не все потеряно, – согласился советник.

– Завтра вы будете об этом жалеть капитан, – тихо сказал Волков, подобрав палку, которой советник шурудил в костре.

– Плевать… зато полегчало!

– Сколько же лет ты на душе то это держал, Патрик? – покачала головой Ольга.

Риган лишь вздохнул и пожал плечами.

– Сколько же боли… – проговорила Арари. – Знаете, а мы потеряли родителей. Мы все, в один день. Тельмар заботится о нас с тех самых пор. Война никого не щадит.

– А почему вы больше не воюете? – спросила Аманис. – Как вам удалось?

– Тут много факторов, – задумалась Чернова. – Во-первых, наши технологии развились настолько, что сделали любой конфликт бессмысленным. Вопрос сразу встает о глобальном уничтожении, а этого никто не хочет. Опять же, с возрастом приходит опыт и понимание всей глупости, и абсурдности происходящего. Любые войны заканчиваются переговорами. Мы научились договариваться сразу. А еще мы никогда не пускаем к власти тех, кто к ней рвется.

– А как же этот ваш… «Эдем»? – вспомнила Фирен.

– «Эдем 4» был последней каплей. Найдя планету практически не отличимую от Земли, мы решили заселить ее и не вмешиваться в развитие. В надежде на то, что люди сделали выводы из прежних событий, мы пустили развитие на самотек. Но… к сожалению, новые поколения народившихся идиотов снова занялись мелочными дрязгами. Флот пытался вмешаться, но все обернулось бессмысленным противостоянием. Идеалы мнимой свободы, навязанные народам их узколобыми правителями, снова сыграли плохую шутку. В трагичные подробности, я вдаваться не буду, но этот мир мы потеряли. Безвозвратно.

– Как странно. Миры вроде бы разные, а беды одни, – подвела грустный итог Арари.

– Ну, ну, сейчас нет поводов для грусти. Прекрасный вечер, хорошая компания, что еще нужно для счастья? – Ольга улыбнулась и потрепала Арари по коленке.

– Сейчас нет, а что будет завтра?

– Завтра? – Чернова звонко рассмеялась. – Завтра будет новый день, а значит и новая жизнь.

– Это просто слова, – фыркнула Фирен.

– Слово рождается мыслью. Мысль рождает действие. Действие меняет реальность, – возразил Гайсин.

Фирен хотела ответить, но Аманис незаметно пнула ее ботинок.

– Уже поздно, – сказал Риган зевая. – Нам всем есть о чем погрустить. Предлагаю на этом разойтись…

Глава 26. Далия Кан

Появление красной дьяволицы на биостанции и последующие события в эльфийской деревне сдвинули планы поисковой партии. С одной стороны, Далия Кан подтвердила наличие выживших, а с другой – вскрыла ожесточенный конфликт между сотрудниками биостанции и жителями спасенной деревни. Это, не считая подавленного состояния Гайсина. Посиделки у костра принесли определенные плоды в плане познания друг друга. Эльфийки, не смотря на свое исконно негативное отношения к людям, проявили зачатки благодарности. В плане материального обеспечения деревни все складывалось и вовсе прекрасно. Запасы «Толлау» и биостанции теперь почти не требовались, ибо дриада, под руководством Лиса, исправно снабжала население и экипаж свежими фруктами и овощами. Кроме того, наметилось заметное внимание со стороны Арари к мохнатому члену команды. Лис, хоть и смущался, но великодушно удовлетворял ее любопытство и терпел детскую назойливость. Аманис одергивала ее время от времени, но хватало этого ненадолго.

Гайсин принял выписанное Черновой лекарство, чтобы поспать, ибо его собственный мозг не давал такой возможности. От части, это помогло. Приведя себя в порядок, он первым делом отправился в медотсек.

– А, советник… – на лице черновой заиграла приветливая улыбка. – Как спалось?

– Спасибо, хорошо. Теперь я хотя бы могу мыслить рационально. Ну, а что у вас?

– Как вам сказать? Обследовали мы вашу супругу…

– Бывшую супругу, – поправил Гайсин.

– Ну да. В общем, странностей тут хватает, но есть и вполне адекватные моменты доступные пониманию.

– Начните со странностей, пожалуйста, – попросил советник.

– Ну… как и в случае с мистером Лисом, ее геном совершенен. Не удивлюсь, что и у всех, кого мы встретим будет то же самое заключение. Да, конечно, он отличается от человеческого, но мутация удивительно чистая и все закономерности, как ни странно, соблюдены. Про нуклеарный маркер вы уже знаете. Он в порядке, личность подтверждена. А вот с ее агрессией… тут беда!

– Все так плохо?

– Видите ли… Далия Кан, по сути, два в одном. Гермафродитом, в классическом понимании этого термина, ее язык назвать не поворачивается, поскольку фактически, она остается самкой. В спокойном состоянии, когда размеры и форма тела сопоставимы с человеческими – она стопроцентная женщина. А вот в состоянии возбудимости, будь то страх, или агрессия – гормональный фон резко меняется. Суть этого процесса для нас загадка, но механизм его на удивление прост…

– Не тяните, доктор.

– Дело в гормонах, советник. Резкий выброс адреналина является триггером метаморфозы, а стабильно высокий уровень тестостерона – катализатором процесса.

– То есть, если понизить уровень гормонов, мы сможем это контролировать?

– Верно, советник. Но, вот что интересно: если понизить уровень тестостерона, но не трогать адреналин, метаморфоза все равно случится. При этом уровень эстрогена остается близким к норме. Другими словами, женское начало будет преобладать, и она останется адекватной. Теоретически, конечно же.

– Даже так? – удивился Гайсин. – Откуда такие сведения?

– Мы проверили экспериментально. Разумеется, согласия испытуемой, – уточнила Чернова.

– Как вы считаете, я могу выпустить ее из изолятора? На сколько она вменяема?

– Знаете, Иен… после того, что она пережила мало кто останется собой. Психологическая травма однозначно есть. Но, с некоторыми оговорками, она вполне осознанна. Думаю, нет смысла держать Далию в изоляторе, но есть смысл держать ее под наблюдением. Я выдам вам аппликаторы для контроля ее гормонального уровня. Одного в сутки будет достаточно. Наклейте ей на шею и проблем быть не должно.

– Спасибо… – советник сунул в карман белоснежный футляр с аппликаторами.

– Лучше всего в этих обстоятельствах, советник, если вы сами будете с ней рядом. Я говорю это как доктор и как женщина, – добавила она.

– Хорошо, Ольга… Павловна. Я понял вас.

После медотсека советник не сразу отправился на нижнюю палубу. В это утро пока еще ничего не стряслось, и он смог в относительном одиночестве побродить по коридорам «Толлау». Только минут через сорок он, наконец, решился. Ольга прозорливо заказала инженерной службе создать для Далии Кан одежду, соответствующую ее физическим особенностям. Забрав готовый комплект, Гайсин спустился вниз. Дежурный офицер хотел приставить к нему конвойного, но советник отказался. В камеру он тоже вошел один.

Завидев его, Далия встала с постели, расставила ноги на ширину плеч и заложила руки за спину. Ребята в конвойной службе суровые, шутить не любят и делают все строго по уставу. Впрочем, немного сбить спесь с его женушки – только на пользу. Красная дьяволица стояла в чем мать родила, кожа отсвечивала, словно к ней прилипли редкие блестки, от нее издали веяло жаром. Видимо поэтому выданная Черновой больничная сорочка валялась скомканная, в углу камеры. Гайсин, пожалуй, впервые мог рассмотреть переродившуюся жену подробно. Сейчас, в спокойном состоянии, от женщины, которую он так близко знал когда-то, ее отличали разве что рост, массивные копыта на ногах, изогнутые толстые рога на голове, да развитая мускулатура. Это если не брать в расчет насыщенно красный оттенок кожи и более выдающиеся женские особенности.

– Тебе жарко здесь? – спросил он спокойно.

– Мне теперь всегда жарко… – не поднимая глаз ответила Далия.

– Как ты?

Она развела в стороны свои крепкие когтистые руки, и пожала плечами. Дескать, как можно чувствовать себя в изоляторе?

– Мне бы душ принять, да проветриться… Это возможно?

– Да, конечно, – кивнул советник. – Душевая за стенкой.

Проводив Далию в соседнее помещение, Гайсин прождал тридцать минут. Ничуть не смущаясь собственной наготы, Далия вышла в коридор, расправляя руками еще влажную гриву и просушивая ее полотенцем. Встретившись взглядом с конвоиром, Гайсин смущенно улыбнулся.

– Что теперь? – спросила она не слишком уверенно.

– Одевайся, – он протянул ей свернутую одежду.

Осмотрев предложенный комплект, Далия попыталась его порвать. Но ткань оказалась на удивление плотной и эластичной. Покосившись на конвоира, она без особой спешки облачилась в облегающие брюки с широким поясом и надела короткую майку с поддерживающими грудь вставками. Куртку, едва прикрывавшую талию, она накинула последней, но застегивать не стала. В целом получилось даже стильно. Этакая смесь спортивного и классического направлений. Обувь к комплекту не прилагалась, только специально отлитые эластичные чехлы – накладки, надеваемые поверх копыт. Ее агрессивно красная кожа отлично сочеталась с мягким белым тоном одежды.

Гайсин без церемоний извлек аппликатор из футляра и легким шлепком прилепил ей на шею.

– Это что? – осведомилась она.

– Предохранитель, – ровно ответил Гайсин. – Увижу тебя без него – вернешься в изолятор.

– А мы куда-то идем? – удивилась она.

– Анна? – Гайсин обратился к пустоте, хмуро глядя в лицо далии.

– Слушаю вас, советник! – отозвался ретранслятор уже привычным мягким голосом.

– Подтверди личность Далии Кан и ограниченное право на передвижение.

– Сделано, советник. Какого рода ограничения?

– Проследи, чтобы она не приближалась к нашим гостям в главном корпусе и оповести охрану. Если проявит агрессию или появится без аппликатора – действовать решительно и жестко.

– Принято, советник…

– Ты такой серьезный, – иронично заметила Далия, но Иен пропустил ее слова мимо ушей.

– Вы забираете ее? -с сомнением спросил старший офицер охраны.

– Да, под мою ответственность. Чернова дала добро, при условии, что она будет носить это, – Гайсин показал футляр.

– Личные вещи тоже вернуть?

Советник не понял вопроса.

– Жилет, бэйдж сотрудника, топор с обломанной рукоятью… – перечислил офицер.

Гайсин, подумав кивнул.

– Все кроме топора.

Получив пакет с личными вещами, Далия Кан, в сопровождении Иена Гайсина покинула изолятор.

– В общем так, милая, – проговорил он не оборачиваясь. – Спать будешь в моей каюте. Ходить будешь за мной тенью, так, чтобы я тебя видел. Куда я – туда и ты. Это понятно?

– Понятно, – буркнула она.

– Держи свою спесь в узде. Прояви себя с лучшей стороны… а там посмотрим.

– Да поняла я, чай не дура, – вздохнула она. – Куда идем то?

– На мостик. Ты восстановлена в правах и должности в качестве эксперимента. Мы возродили группировку спутников на орбите и приступили к реанимации атмосферных зондов. Завтра, или послезавтра начнется спасательная операция. Как планетарный управляющий, ты будешь координировать поиски и окажешь посильное содействие.

– Ясно. Откуда начнете?

– Решим, как только оцифровка поверхности закончится. У нас пока нет актуальных карт местности.

– А старые чем плохи?

Гайсин остановился и развернулся на каблуках. Вспомнив, что Далия не имеет полного понимания ситуации, он подавил нетипичное для себя раздражение и пояснил:

– Старые карты больше не актуальны. Рельеф планеты изменился на 70 %, по предварительным оценкам. Топография, прибрежная линия, очертание континентов. Сейчас мы по новой создаем виртуальный образ планеты и структурируем данные. Как только закончим – двинемся дальше.

– Все так серьезно? – Далия прикусила губу.

– Мы… – советник вздохнул. – Мы толком ничего не знаем. Эльфы сказали, что сейчас происходит слияние двух миров. На данный момент было уже две аномальных вспышки на солнце, и мы ожидаем третью примерно через год. Первая вспышка перенесла сюда все материальное. Вторая – флору и фауну. Что будет дальше – можно только гадать. Одно известно точно: каждая вспышка вызывает мутации у людей по всей солнечной системе. У всех, кто не в стазисе.

– А эльфы теперь ваши друзья, да?

– Твой скепсис неуместен.Мы в сложной этической ситуации. Этот прецедент неминуемо приведет к изменениям в уставе флота. Вспомни кто ты есть и прояви здравомыслие.

– Легко сказать, милый… В этом теле агрессия так и прет. Будь это не так, я бы не выжила.

– Мы пришли.

Дежурный офицер, беспристрастно окинув пришедших взглядом, отдал Гайсину честь и дверь в рубку открылась. Взойдя на мостик, восстановленная в правах Далия расправила плечи и выпрямила спину.

– Патрик Джеймс Риган, – снова представился мужчина с аккуратной рыжей бородкой. – Капитан «Толлау».

– Далия Кан, – кивнула она. – Планетарный управляющий, директор проекта.

– Сочувствую вашему положению, Далия. Знакомьтесь, это – Шон Рид, биотехник с Марса. Он тоже пострадал от вспышки.

– Называйте меня Лис, – поклонился Шон. – Так будет проще, да и привычнее.

– Марс? – уточнила она, внимательно оглядев человекоподобного лиса.

– Единственный выживший, – пожал он плечами. – Не считая тех, кто в стазисе. Им повезло больше.

– Коллега значит? – улыбнулась она грустно. – Я тоже биотехник, кроме прочего.

– Господин Лис сейчас занимается аномалией, которая называет себя «дриадой», – сообщил Риган. – Это существо слилось воедино с реактором, сервером и ремонтным андроидом. Все, что вы видели снаружи, – это его… или ее рук дело. Дриада создает любую флору мгновенно.

– Занятно… – кивнула она. – Значит, вы тут обживаетесь. Друзей новых наживаете. А что же с нами, с выжившими?

– Как раз об этом и пойдет речь, – спохватился Риган, засмотревшийся на ее рога. – Все готово. Покажите место на карте, и мы тотчас организуем спасательную миссию!